Глава 1


Несколько мгновений ничего не происходило, но стоило мне открыть рот, чтобы поинтересоваться у Директора – что дальше – как меня накрыло.

Сначала задрожали руки и ноги, затем к ним присоединилось и остальное тело – если бы я не чувствовал, как энергия начинает циркулировать по моему энергокаркасу, то всерьёз бы заволновался.

А так я, как мог, помогал силе струиться по меридианам, чувствуя, как с каждой секундой энергоканалы становятся крепче и… эластичнее?

Следом заломило кости и заболели мышцы – ощущения были чем-то похожи на улучшение Укрепления тела, но в то же самое время, были совершенно другие.

Боль то сменялась щекоткой, то жаром, то ломотой, и с каждой секундой у меня крепло внутреннее понимание – я только что стал сильнее!

Не удержавшись, я заглянул в свой статус:





Виктор Костин

Титан III ранга

Специализация: Основатель (в процессе получения)

Статус: Последний

Дар: Укрепление тела II (Слабая регенерация), Гранитная стойкость, Ничтожная аура Отрицания

Духовная сила: 22

Воля: 18 +2 (50% характеристики Слуги)

Стойкость: 25





Выходит, я только что стал сильнее практически в два раза!

Интересно, какие характеристики у Шань Ло, учитывая, что меня ждёт прямая конфронтация?

Когда же меня, наконец, отпустило, я ради интереса надел на себя Медный шлем.

Основные характеристики тут же прибавили +3, а Ошеломительная молния превратилась в Цепенящую молнию.

С одной стороны, это круто. С другой – этого явно будет недостаточно, чтобы уничтожить Шань Ло.

— И что дальше? — пробормотал я, в растерянности посмотрев на обелиск. — Может быть, будут какие-то советы, подсказки, рекомендации?

Но Директор промолчал, и я не стал настаивать.

По идее, я должен был шагнуть в портал, но застывший на одном месте туман словно намекал – это ещё не всё.

— Ну, конечно же… — прошептал я, взглянув на зажатый в руке свиток. — Кодекс!

Действительно, как можно быть Основателем, не зная, что ты будешь… основывать?

Не откладывая дела в долгий ящик, я развернул свиток и внимательно прочитал все положения Кодекса.





Было:

Сила Титана – его дух.

Оружие Титана – меч и молния.

Сдался – умер. Титаны идут до конца.

Не жалуйся. Не думай. Действуй.

В каждом деле будь первым.

Пока ты спишь, другие тренируются.

Знания – помощник силы.

Дружба – непозволительная роскошь.

Если правила игры не позволяют выиграть – измени их.

Смерть – допустимая цена. Позор – нет.

Ты либо станешь Титаном, либо умрёшь.





Стало:

Сила Титана – его воля.

Оружие Титана – тело и разум.

Сдался – умер. Титаны не сдаются.

Не жалуйся. Думай. Действуй.

Найди дело, в котором будешь первым.

Тренируйся, пока другие спят.

Знания – главная сила.

Дружба – величайшая ценность.

Если правила игры не позволяют выиграть – не играй.

Смерть – допустимая цена. Позор – нет.

Титанами не рождаются. Титанами становятся.





Учитывая, что туман и не думал меня поглощать, а портал до сих пор висел передо мной, мне предлагалось время осмыслить внесённые в Кодекс изменения.

Но стоило мне дочитать последнее положение, как от свитка прошла невидимая волна, и я почувствовал, как мир вокруг меня превращается сначала в безмолвное ничто, а затем я оказался… на Полигоне?





*Школа Титанов. Какое-то время назад*





— Ты достоин большего, Шань, — призрачная фигура с накинутым на голову капюшоном парила напротив бронзового призрака, в чьих очертаниях смутно угадывался мастер-наставник Шань Ло.

— Я даже не попал в Серебро, — сокрушённо покачал головой Шань. — Неофиты в очередной раз выбрали мастера-наставника По.

— Толпа глупа, — заявил собеседник Шань Ло. — Они все живут прошлым. Они позорят гордое звание Титана!

— Согласен, — горячо поддержал собеседника Шань. — У Титана не может быть друзей! Путь Титана – это путь одиночки! Текущий Кодекс писали глупцы!

— Не совсем, — покачал головой призрак в капюшоне. — Его создавали идеалисты. Для которых стабильность и справедливость были важнее личной силы.

— Что может быть важнее личной силы? — покачал головой Шань.

— Родной мир? — предположил призрак.

— Я не верю, что кучка разноранговых Титанов может спасти свою планету, — заявил Шань. — И мой мир этому пример!

— Ты жалеешь о его уничтожении?

— Раньше жалел, — кивнул Шань. — Сейчас – нет. Наши правители оказались слабоумными глупцами. Они не смогли справиться даже с Первой волной! Десятки государств были разрушены, тысячи Титанов погибли в бою за новый миропорядок!

— Насколько я знаю, ты пытался помочь, Шань…

— Да, — подтвердил Шань. — Выиграв поединок фракций, я выбрал единственно верный способ помочь своему миру – открыл Разломы.

— Которые и уничтожили твой мир, — протянул призрак.

— Это все идиоты в правительстве! — повысил голос Шань. — Разломы – это единственная возможность подготовиться ко Второй волне!

— А как же выпуск Школы Титанов? — демонстративно удивился призрак.

— Они в силах отбить вторую волну, — скривился Шань. — с Третьей волной можно справиться только всем вместе! Необходимо минимум две-три тысячи пятиранговых Титанов!

— Или… — протянул призрак, словно подталкивая своего собеседника к нужному ему ответу.

— Или… — задумался Шань. — Или… стать богом!

— Для этого придётся идти по головам, Шань, — демонстративно засомневался призрак. — Не думаю, что ты готов…

— О, я готов! — заверил его Шань Ло. — Я очень готов! У меня почти получилось прыгнуть сразу на три ранга с седьмого на десятый, но мне помешали…

— Я знаю, Шань, — голос призрака наполнился фальшивым сочувствием. — Но у тебя есть шанс отомстить. Будет непросто, придётся собрать тысячи слепков, но это посильная задача для условно бессмертного существа.

— Ты не хуже меня знаешь, что наше бессмертие ограничено территорией Школы, — скривился Шань.

— Ну и что? — усмехнулся призрак, — кто тебе мешает начать и закончить восхождение здесь, в Школе Титанов?

— А как же… — начал было Шань Ло, но в следующий момент осёкся. — По идее, ничего.

— Только представь, — прошептал призрак, видя, что его слова попали на благодатную почву. — Ты сможешь отомстить всем своим обидчикам! Да что там обидчикам, пройдёт сто-двести лет, и ты станешь Директором Школы! А оттуда прямой путь на любой свободный пантеон! А если сумеешь собрать десять тысяч полноценных даров, то можешь замахнуться даже на пантеон Порога!

— Центральный мир? — задумчиво протянул Шань Ло. — Это… интересно. Но как я смогу собрать столько слепков? Смертельные бои между неофитами – это редкость!

— Изменить Кодекс, — голос призрака построжел. — Пришло время решительных действий, Шань. Ты готов всколыхнуть это болото?

— Готов! — в глазах Шань Ло появился фанатичный блеск.

— Готов самолично выкорчёвывать слабых неофитов?

— Готов!

— Готов терпеливо подниматься по иерархии Школы Титанов?

— Готов!

— Готов основать новый Кодекс?

— Готов! — крикнул Шань Ло, и только потом до него дошло услышанное и сказанное, — Новый кодекс?

— Вместо воли, мы направим неофитов совершенствовать свой дух, — кивнул призрак. — Оружием Титана провозгласим меч и молнию!

— Меч и молния? — вмешался Шань Ло. — Но зачем?

— Чтобы никто из этих сопляков не смог одолеть тебя в бою!

— А так можно? — удивился Шань Ло.

— Нужно, — заверил его призрак. — Далее…

— Мне достаточно того, что я услышал, — перебил его Шань Ло. — Я согласен.

— Согласен? — на мгновение призрак даже растерялся. — Вот она – решительность, которой так не хватает нынешнему мягкотелому поколению!

— Когда я стану богом, я использую дар Хроноса, чтобы вернуть тот момент, когда был уничтожен мой мир! — заявил Шань Ло.

— Ты сможешь это сделать, — поправил его призрак. — Но не думаю, что пойдёшь на это.

— Это ещё почему? — удивился Шань Ло.

— Зачем тебе один из ничтожных мирков, когда ты станешь верховным богом центрального пантеона?

— Хороший вопрос, — протянул Шань Ло. — Но я поступлю так, как посчитаю нужным.

— Без сомнений, Шань, — кивнул призрак. — Но знай, ты станешь Основателем! До тех пор, пока твой Кодекс будет действовать, все твои характеристики будут увеличены вдвое. Но если по какой-то причине ему на смену придёт новый Кодекс… ты потеряешь в два раза больше.

— Привязка к Кодексу? — уточнил Шань Ло. — Выгодно, но у меня появится слабое место.

— Всё, что тебе нужно – не допустить смены Кодекса, Шань, — голос призрака стал вкрадчивым. — Уверен, ты справишься.

— Постой! — встрепенулся Шань Ло. — А как же текущий Кодекс? У него наверняка есть свой Основатель! Сомневаюсь, что он будет спокойно смотреть, как я захватываю власть в Школе!

— Во-первых, Основателя первого Кодекса нет в Школе Титанов, — успокоил его призрак. — Во-вторых, новоиспечённый основатель, кем ты станешь с минуты на минуту, получает иммунитет сроком на сто дней. Никто не имеет права вызывать тебя на поединок. Никто, даже Директор Школы.

— Сто дней? — протянул Шань Ло. — А потом?

— Потом иммунитет закончится, — усмехнулся призрак. — И к этому моменту ты должен быть готов. И помни, помимо личной силы, тебе нужно заручиться поддержкой остальных наставников. Подкупай, угрожай, шантажируй – делай что угодно, главное, чтобы они поддержали выбранный тобой курс.

— Думаю, я смогу, — задумался Шань Ло. — Ты сказал, что никто не сможет вызвать меня на поединок. Что насчёт личных и групповых заданий?

— Поэтому я и посоветовал заручиться поддержкой остальных наставников, — усмехнулся призрак. — К тому же ты уже не зелёный неофит, и никто не сможет отправить тебя на смертельное задание.

— Бывает, Сеть выдаёт личные задания и наставникам, — не согласился Шань Ло. — Директор может использовать своё влияние…

— Это сопутствующие риски, Шань, — пожал плечами призрак. — К тому же если ты не в силах справиться с простеньким заданием Директора, можешь позабыть о центральном пантеоне.

— Я не говорю, что отказываюсь, — нахмурился Шань Ло. — Просто хочу знать все риски.

— Всё, что тебе может угрожать – это задания от Сети, другой Основатель и… спешка. Ты готов услышать новый Кодекс Титанов?

Шань Ло смерил призрака задумчивым взглядом и произнёс.

— Я готов на всё, чтобы возглавить центральный пантеон. Единственное, чего я не понимаю, почему ты мне помогаешь.

— Ты мне нравишься, Шань, — фальшиво протянул призрак. — И я уверен, что когда придёт время, ты вернёшь мне должок за оказанную услугу.

— Хочешь место на пантеоне? — предположил Шань Ло.

— Ты необычайно прозорлив, мой друг, — усмехнулся призрак. — Тебя не затруднит принести мне клятву, друг Шань?

— Я уже сказал, что готов на всё, — тряхнул головой Шань Ло. — Ради того, чтобы попасть на пантеон, я даже готов продать свою душу.

— Обойдёмся без этого, — замахал руками призрак. — А теперь, скрепим нашу сделку, и ты принесёшь свою клятву…





***





Мне было очень интересно, что было дальше, но мир сделал сальто, и я осознал себя на вершине пирамиды.

— Любопытно… — протянул я. — Интересно, кто этот призрак?

Для меня было очевидно, что призрак в капюшоне просто-напросто использовал Шань Ло для достижения своих целей. И одной из таких целей был Кодекс.

Я заметил, как призрак удивился, когда Шань Ло не стал выслушивать положения Кодекса. Складывалось впечатление, что он готов был биться за каждый пункт нового Кодекса, а Шань Ло… даже не стал торговаться.

Жаль…

Я надеялся выяснить мотивацию призрака, но, похоже, придётся разбираться самому. Хотя… надо ли разбираться? Главное – вернуть старый Кодекс и остановить эту пародию на замедленную версию королевской битвы.

А ещё меня порадовал стодневный иммунитет.

У меня будет почти три месяца, чтобы подготовиться к бою с Шань Ло, и это хорошая новость.

Правда, больше не получится ездить ему по ушам…

Пугает ли меня противостояние с Шань Ло? Конечно, пугает! Сдам ли я назад? Конечно, нет. К тому же я получил плюс десять ко всем характеристикам, а Шань Ло с минуты на минуту потеряет 75% Силы, Воли и Духа.

Всё, что мне осталось – вернуться в Школу и озвучить положения нового старого Кодекса.

— Всё, пора, — выдохнул я себе под нос и, выкинув все мысли из головы, шагнул в портал.





*Школа Титанов. 22-й день*





— Ну наконец-то! — недовольный голос Директора прокатился по всему Амфитеатру. — Задание Крата Поза считается условно выполненным. Сдайте ингредиенты наставнику и получите заслуженную награду. А теперь перейдём к распределению по лигам!

Я появился в центре Амфитеатра, где стояли Анна, Сара, Амина, Мария и Эрик. На трибунах кто-то захлопал – кажется, это была Лара.

Но в данный момент мне было не до наград, внимания и прочих атрибутов триумфа.

Мне предстояло серьёзное дело, и лучшего момента для его выполнения могло больше не быть.

К тому же я интуитивно чувствовал, что если промолчу сейчас, то потом не факт, что решусь заявить о смене Кодекса.

Поэтому я коротко выдохнул и шагнул вперёд.

— Разрешите сказать! — громогласно произнёс я.

Директор выдержал паузу, и под потолком заискрились молнии.

— Твоё дело настолько важно, что ты решился перебить меня? — в голосе Директора читалась неприкрытая угроза.

— Так точно! — отрапортовал я. — Я хочу заявить о смене текущего Кодекса!

Я вскинул вверх руку со свитком, и с потолка в него ударили сотни молний.

— Говори! — голос Директора был больше похож на раскаты грома. — Но знай, неофит Золотой лиги Виктор. Тебе придётся пояснить каждый пункт!

Так вот зачем мне давалось время… Ну почему я не осмыслил каждый из них?! Что ж… Будем импровизировать!

Свиток тем временем выскользнул у меня из рук и полетел вверх. В него безостановочно били молнии, и в какой-то момент над Амфитеатром появился сотканный из молний текст Кодекса:





Сила Титана – его воля.

Оружие Титана – тело и разум.

Сдался – умер. Титаны не сдаются.

Не жалуйся. Думай. Действуй.

Найди дело, в котором будешь первым.

Тренируйся, пока другие спят.

Знания – главная сила.

Дружба – величайшая ценность.

Если правила игры не позволяют выиграть – не играй.

Смерть – допустимая цена. Позор – нет.

Титанами не рождаются. Титанами становятся.





— Дух – это хорошо, — начал говорить я, представив, что пришёл в класс, не подготовившись к уроку, и сейчас надо раскрывать тему, что называется, с листа. — Сильные плетения. Боевая магия. Усиленные дары, так?

На мой риторический вопрос никто не ответил, и я продолжил.

— Но что, если кому-то из нас встретится зверь, монстр или противник с аурой Отрицания? Вся наша магия, включая молнии, перестанет работать! Слабый Титан испугается и отступит, сильный – уверенно пойдёт вперёд.

Пока что, судя по удивлённым лицам неофитов, моя речь больше походила на пафосный разогрев какого-нибудь коуча по развитию.

— Но пока у Титана есть воля, он будет менять мироздание вне зависимости от того, есть у него мана или нет. Поэтому, сила Титана – его воля!

— Продолжай, Вик! — донёсся голос Васи, и я, получив так необходимую мне поддержку, приободрился.

— И уж конечно же, оружие Титана не молния и меч! Оружие Титана – тело и разум! Пути Силы и Духа, связанные несокрушимой Волей!

В голове мелькнула мысль – Какая отличная реклама для факультативов Гара Сапа, но я уже не мог остановиться.

— Титаны идут до конца? Как бы не так! Нельзя идти по головам, потому что рано или поздно, тебя дёрнет вниз чья-то цепкая рука! Титаны не сдаются – вот какое положение должно лежать в основе Кодекса!

На ум пришли бессмертные слова Льва Николаевича Толстого, и я, повысив голос, процитировал отрывок из его письма своей тёте Александре Андреевне:

— Рваться, путаться, биться, ошибаться, начинать и бросать, и опять начинать, и опять бросать, и вечно бороться и лишаться! Вот что значит не сдаваться!

И если первые слова были какими-то неуклюжими, напряжёнными, то сейчас речь сама собой лилась из меня.

— Не жалуйся. Не думай. Действуй! Вроде бы логично, да? А как вам такое: Не жалуйся. Думай. Действуй! Казалось бы, убрали крохотную частичку «не»! Но какова разница! Зачем бездумно биться головой об стену, если можно подумать и вместо тысячи бесполезных ударов нанести один, но единственно верный?

Кто-то с первого ряда машинально кивнул, соглашаясь с услышанным, и я с жаром продолжил.

— В каждом деле будь первым… Что за бред! Это же невозможно! Это намеренное заблуждение, провокация, диверсия! Нельзя быть лучшим во всём, но зато можно выбрать то дело, которое тебе по душе, и в котором ты будешь первым. И неважно, что это – рукопашный бой, владение молниями или приготовление пищи!

На этих словах захлопали почти все девушки из Бронзовой лиги, которых вечно шпыняли, мол, какие они Титаны! Кухарки, да и только!

— Пока ты спишь, другие тренируются… Тренируйся, пока другие спят… Казалось бы, то же самое, но другими словами, да? Как бы не так!

Я покачал головой и продолжил.

— В первом случае акцент на других. А во втором случае – на тебе. Следить за развитием товарищей, значит, кормить свою зависть. Единственный неофит, за которым есть смысл следить – это ты сам. Становиться лучше, чем ты был! Быть лучше, чем вчера!

Я невольно улыбнулся, вспомнив блог с таким названием, который время от времени почитывал в прошлой жизни. Как там звали автора? Кажется, Денис Янковский…

Выкинув несвоевременную мысль из головы, я обвёл взглядом трибуны Амфитеатра.

— Знания – помощник силы! Вот как говорилось в старом Кодексе… Нет, ребята! Знания – и есть главная сила! Куда бить, как бить, какой дар использовать и так далее. Знание вознесло слабого, неприспособленного к выживанию человека на вершину пищевой цепочки! И наша с вами задача вернуться на Землю с бесценной информацией о потенциальных противниках нашей родины!

Я понимал, что перебарщиваю с пафосом, но остановиться уже не мог. Каждая моя следующая фраза должна была быть сильнее предыдущей, и я не собирался комкать своё выступление.

— Дружба – непозволительная роскошь! – говорили они… Дружба – величайшая ценность! Задумайтесь только, за какие-то три недели мы потеряли свыше пятидесяти человек! Мы почти перебили друг друга, с каждым днём превращаясь в диких зверей!

Над Амфитеатром воцарилась звенящая тишина. Каждый из здесь присутствующих задумывался об этом, но вслух слова были произнесены только сейчас.

— Если правила игры не позволяют выиграть – измени их… Другими словами, делай всё, чтобы выиграть! Бей в спину, предавай, убивай своих друзей… Это философия подлецов и мерзавцев, но никак не Титанов! Если правила игры не позволяют выиграть – не играй.

Я перевёл дух и продолжил.

— Мы не будем играть по навязанным нам правилам. Мы будем идти своей дорогой. От нас зависит судьба Земли, и только вместе мы можем её спасти. Мы сами будем выбирать, в какие игры играть. Уничтожать друг друга или совместно развиваться, создавая синергию!

Мой взгляд упал на Софи, и я невольно развил свою мысль.

— Взять Софи и девчонок. Казалось бы, они просто готовят на кухне, но эту божественную еду, насыщенную силой и праной, не сравнить с теми камнями, которые мы грызли ещё неделю назад! Мы стали сильнее и крепче! И всё это благодаря самоотверженному труду девчонок!

Софи благодарно кивнула, а Вася показал мне большой палец.

Судя по лицам некоторых неофитов, до этого момента они воспринимали наши приёмы пищи, как нечто должное.

— Ты либо станешь Титаном, либо умрёшь… Что и сделали пятьдесят с лишним человек! Пятьдесят человек, которые могли бы защищать Землю от нашествия монстров и иномирных рас! Нам нельзя умирать, братцы! Мы – будущее Земли! И мы докажем всем, что Титанами не рождаются. Титанами становятся!

Закончив, я посмотрел на трибуны.

Моя короткая, но эмоциональная речь произвела на неофитов настоящий шок. Мои слова словно разбили очки, которые давали право смотреть на всех вокруг как на… ресурс.

И сейчас, судя по лицам, происходило тяжёлое, но такое необходимое понимание.

— Да будет так! — громогласный голос Директора прогремел под потолком. — Старый кодекс школы Титанов снова вступает в свои законные права. Или среди присутствующих есть несогласные?

— Меня устраивал предыдущий Кодекс! — заявил высокий неофит, на груди которого демонстративно висел золотой амулет. — Я – против.

— Поднимите руки, кто против! — пророкотал Директор, и в Амфитеатре запахло грозой.

Не знаю, как остальные, но мне резко стало не по себе, и, даже если бы я хотел проголосовать против, я бы сто раз подумал, чтобы идти против воли Директора.

— Пятнадцать человек, — подытожил Директор, мгновенно посчитав поднятые руки. — Кто за?

Мы с Васей незамедлительно подняли руку, а за нами последовали сначала ребята из нашей фракции, а затем и остальные неофиты.

Но пока они поднимали руки, я думал о другом – предпоследнее положение в Кодексе почему-то осталось без изменений. Смерть – допустимая цена. Позор – нет. Я как будто вот-вот был готов поймать ускользающую мысль, но мне не хватило каких-то секунд.

— Сто шестьдесят шесть – за, — пророкотал Директор. — Голосование завершено!

Я невольно улыбнулся. Кажется, я только что стал Основателем нового старого Кодекса… Ещё бы узнать, какие бонусы мне теперь полагаются!

— Поздравляю вас, неофиты, — голос Директор стал мягче, что ли? — С этого дня у вас начнётся совершенно другая жизнь. Теперь вы узнаете, что такое настоящая Школа Титанов!





Глава 2


Прежде чем приступить к объяснению новых правил, Директор приказал нам вернуться на свои места на трибунах. И как только мы это сделали, он начал говорить.

— Первое! — в голосе Директора одновременно сочетались торжество победы и долгожданное облегчение. — С этого дня отменяются бои за право перейти в лигу выше. Хотите расти по лигам – выполняйте задания наставников, развивайте школу и себя, участвуйте в индивидуальных и групповых соревнованиях, получайте достижения и новые ранги!

Мы с Васей переглянулись и обменялись довольными улыбками.

По сути, Директор только что заявил, что на смену контролируемой анархии приходит порядок с понятными и структурированными правилами.

— Подробная информация о будущих состязаниях и соревнованиях будет представлена завтра, — продолжил тем временем Директор. — А пока переходим ко второму пункту. Все индивидуальные задания, полученные вами от Сети, аннулируются! Сегодня в течение дня, каждый из вас подойдёт к обелиску и получит новое задание.

Опа… А вот это уже гораздо интереснее!

Значит ли это, что Анне теперь необязательно помогать Саре окончить Школу Титанов? Или даже не так, значит ли это, что все задания на убийства аннулируются?

— Обратите внимание, — Директор заметил, что все неофиты призадумались. — Индивидуальные особенности, зависящие от вашего порядкового номера, никуда не деваются.

Ага… Понятно… Значит, условно у неофита под номером семь как был семипроцентный шанс получить новый дар или улучшить имеющийся на каждом новом ранге, так он и остался.

— Третье, — продолжил Директор. — С этого момента мастерам-наставникам запрещено наказывать неофитов с помощью магии.

Фуф! Признаться, больше всего я волновался насчёт молний Шань Ло… Учитывая, что у меня стодневный иммунитет, убить меня он не сумел бы, а вот подпортить энергокаркас мог.

— Четвёртое. За каждого неофита, потерявшего жизнь во время занятий, с наставника будет взыскан штраф.

Хм… А вот теперь я верю, что свалить Шань Ло с его пьедестала реальная задача. Тут и смена Кодекса, и договор с Доном, и удар Директора… Что-то мне подсказывает, что всё решится задолго до ежегодного турнира…

— Пятое, — каждая фраза Директора была подобна глотку свежего воздуха. — С завтрашнего дня будет представлено новое расписание. Базовые предметы остаются, но появится возможность выбрать наставника.

— Я не ослышалась? — Лара повернулась ко мне. — Мы сможем не ходить к Шань Ло?!

— Не ослышалась, — подтвердил я и невольно улыбнулся.

Шань Ло сделал свой ход и проиграл. Я многого не знаю, но каждый пункт, который озвучивал Директор, походил на очередной гвоздь в крышку гроба одного зарвавшегося наставника.

— Ура! — пискнула Лара и… захлопала в ладоши.

Я хотел было на неё шикнуть, но к моему удивлению, её поддержали сначала наши ребята, а затем и весь Амфитеатр!

— Божья мельница мелет медленно, но верно, — проворчал Вася. — Не знаю, сколько времени он издевался над неофитами, но пришёл черёд платить по счетам.

Я согласно кивнул. И это Вася ещё не знал, какое задание мне выдал Директор…

— Спорим, к нему на занятия никто не пойдёт? — протянула Лара. — Даже Джим.

— Посмотрим, — пожал плечами Вася.

— Те наставники, у кого не наберётся минимального количества неофитов, будут отправлены в отставку! — То ли Директор услышал нашу беседу, то ли развил свою предыдущую мысль. — Оказывать влияние на неофитов любыми способами запрещено под страхом смерти.

Трибуны зааплодировали ещё раз, а я задумался – чем отставка отличается от смерти? Что-то мне подсказывает, что к Шань Ло никто не пойдёт. А раз так, то… не слишком ли это легко? Нужно выяснить, что имеется в виду под отставкой.

— Шестое, — Директор дождался, когда аплодисменты стихнут, и продолжил. — В течение этой недели у каждого неофита появляется возможность создать свою фракцию. В течение учебного года будут предусмотрены командные состязания между фракциями.

— Это будет… интересно, — проворчал Вася, посмотрев на Майка, своего главного конкурента.

— Фракция, которая победит в ежемесячных состязаниях, получит временное благословление Храма Титанов.

— Будет заруба, амигос, — протянул Хосе. — Заруба и предательства. Спорим?

— Разберёмся, — уверенно произнёс я. — Но придётся поработать. Вась, нам срочно нужна контрразведка.

— Всему своё время, — вздохнул Вася. — Давайте сначала научимся жить по новым правилам.

— Ну и последнее, — подытожил Директор. — Сегодня уроков не будет. Вместо этого вы займётесь расселением.

— Расселением? — удивилась Лара. — Это как?

— Забудьте про индивидуальные кельи, — повысил голос Директор. — С этого момента вы будете жить в кубриках по десять человек. Десятника выберите самостоятельно.

— Ого! — не удержался я. — Вот это поворот! Мальчики и девочки отдельно?

— Несмотря на возвращение к старому Кодексу, гендерный вопрос в Школе Титанов остаётся без изменений, — казалось, Директор ответил лично мне. — Вы вольны расселяться так, как угодно. Вопросы?

Вопросы, конечно же, были.

Почему так произошло? Что будет с занятиями? Появятся ли новые дисциплины? Как будет проходить распределение по лигам? Можно ли будет вызывать друг друга на поединки? Как решать конфликты? И многое-многое другое.

Директор терпеливо отвечал на все вопросы, а те неофиты, которые повторялись, получали отрезвительный удар молнией.

На резонный вопрос о запрете магических наказаний Директор равнодушно ответил, что этот пункт касается только наставников. Наказания были, есть и будут. И он, Директор, будет лично контролировать этот вопрос.

Ну а когда какой-то недоумок радостно уточнил – То есть, можно будет не слушать наставников, и мне ничего за это не будет? – Директор вновь прибег к молниям.

Из его доходчивой речи, которая сопровождалась электрическими разрядами, стало понятно – если кто-то из неофитов проявит неуважение к старшим или к своим ученическим обязанностям, то наказания ему не избежать.

В итоге, когда вопросы, наконец-то, иссякли, мы сходили на завтрак, а потом началась суета с распределением по десяткам.

Мне, честно говоря, было без разницы, с кем жить, и я отдал решение этого вопроса на откуп Васе. Сам же, пока неофиты чуть ли не до хрипоты спорили насчёт того, кто с кем будет жить, подошёл к раздаче.

Убедившись, что до меня никому нет дела, я посмотрел на дежурившего на кухне призрака.

— Здравствуйте, наставник По.

— Здравствуй, Виктор, — прошелестел По. — Я знаю, зачем ты пришёл.

— И зачем же? — улыбнулся я.

— Сдать излишки ингредиентов, — принялся перечислять призрак. — Вернуть серпы и сделать заказ на варку призрачного кофе.

— Вы правы, наставник По, — кивнул я. — Мы с ребятами сумели собрать чуть больше, чем запросил мастер-наставник Крат Поз, но не обошлось без ЧП.

— ЧП? — переспросил призрак.

— Чрезвычайное происшествие, — пояснил я.

— Ты говоришь про гибель неофита Мэйлин? — уточнил По.

— В том числе, — смутился я.

На самом деле, я уже забыл про существование Мэйлин и хотел прояснить ситуацию с ночным папоротником.

— Не переживай, Виктор, — прошелестел По. — Как только вы официально зарегистрируете свою фракцию, твой друг, — он показал на Васю, — сможет создать Малый обелиск, и у вас появится возможность вернуть неофита Мэйлин в качестве призрака.

— Серьёзно? — удивился я. — И так можно будет с каждым?

— Да, — подтвердил По. — Но за это придётся платить. Или работой, или энерго, или жизненной силой.

— Разово или постоянно? — уточнил я.

— Постоянно, — разочаровал меня По. — Но в случае с Мэйлин я могу предложить ей должность Бронзового Слуги.

— При всём моём уважении, наставник По, — я на всякий случай поклонился. — Но я не понимаю, зачем это Вам.

По не стал задвигать про ответную благодарность или абстрактный гуманизм и честно ответил.

— Она мне нужна.

— Лаборатория? — предположил я.

— Лаборатория, — подтвердил По. — Раньше в Школе были большие оранжереи, где росли травы из Разломов. Они были слабее, но зато всегда находились под рукой. Неофит Мэйлин имеет редкий дар. Глупо будет его потерять.

— Звучит логично, — протянул я. — Наставник По, а как это реализуется технически? Я имею в виду воскрешение духа неофита Мэйлин.

— На текущий момент есть два пути, — прошелестел По. — Первый – заинтересовать Директора. Ресурсы Школы серьёзно иссякли за прошедшие века, ведь никто не занимался их восстановлением, но я уверен, он сохранил контроль над алтарём возрождения.

— Алтарь возрождения? — я обратился в слух. — Это как?

— Школа Титанов автоматически притягивает душу погибшего Титана, — пояснил По. — Кто-то соглашается на вечную службу Школе, кто-то заключает сделку на конкретный период, а кто-то… отказывается.

— В первый день в Школе я видел много призраков, — протянул я.

— Раньше мы называли их Архивом.

— Архивом? — я покатал слово на языке. — Больше похоже на чулан для призраков, которые когда-то могут пригодиться.

— Архив Титанов, — вздохнул По. — Многие достойные воины приняли предложение Директора.

— Но зачем? — я покачал головой. — Разве это жизнь?

— Титаны не сдаются, неофит Виктор, — напомнил По. — Ну а причины у всех разные. Кто-то следует зову долга, кто-то, как мастер-наставник Шань, стремятся возвыситься, кто-то надеется вернуться в мир живых.

— Это реально? — тут же напрягся я.

— Реально, — подтвердил По. — Создать новое тело или подобрать подходящее – не так уж сложно. Но, повторюсь, нужно заинтересовать Директора. У него нет физической возможности воскрешать всех подряд. К тому же ресурсы Школы практически иссякли.

— Выходит, — протянул я. — Есть возможность воскреснуть в виде призрака или даже человек, и это первый вариант, так?

— Так, — кивнул По. — Который находится под контролем Директора.

— А второй вариант?

— Фракция, — прошелестел По. — Улучшая свою фракцию, можно выбрать один из трёх путей развития – Возрождение, Усиление, Влияние.

— Возрождение – имеется в виду в качестве призрака? — уточнил я.

— На первых уровнях развития – это единственный путь, — кивнул По. — Но чем сильнее фракция, тем больше у неё ресурсов, влияния и возможностей. На десятом уровне развития, при наличии необходимых ресурсов, можно возродить и тело.

— Звучит как-то нереально…

— Это реально, — не согласился По, — просто трудновыполнимо. Мало кто имеет настолько сильную Волю, чтобы за один учебный год прокачать фракцию до десятого уровня. По сути, такой Титан может управлять миром.

— Управлять миром… — эхом отозвался я. — Очень похоже на формирование альтернативного правительства…

— Так и есть, — подтвердил По. — Школа Титанов предоставляет все мыслимые и немыслимые возможности для своих неофитов. Кто-то стремится попасть на пантеон, кто-то, получив бессмертие, становиться единоличным владыкой родного мира. А кто-то становится вольным странником по бесчисленному количеству миров.

— Ясно, — протянул я, осмысливая услышанную информацию. — То есть, теоретически, есть смысл воскресить Мэйлин?

— Теоретически – да, — прошелестел По. — Практически – вряд ли. Да и потом, ты готов использовать, скажем, карту Воскрешения ради неофита первого ранга?

— Если она единственная, то нет, — вынужденно признал я.

— Вот тебе и ответ, — пожал плечами По. — Но я бы на твоём месте не рассчитывал на воскрешение. Максимум, что ждёт любого из вас – посмертие в виде призрака.

— На которое Мэйлин не факт, что согласится.

— У неё должна быть семья, — возразил По. — К тому же жизнь призрака имеет свои преимущества.

— Ладно, — кивнул я. — Подниму этот вопрос при встрече с Директором.

— Нам нужна лаборатория, — прошелестел По. — И мне, и твоей фракции.

— Что ещё нам нужно?

— Ночной папоротник, — огорошил меня По. — Он необходим для создания критически важных зелий.

— Без вариантов, — покачал головой я. — Анна и Сара не могут нарушить заключённую с Кратом Позом сделку.

— Они – нет, ты – да, — призрак пристально посмотрел мне в глаза. — Я смогу приготовить зелье, которое даст тебе невероятную силу…

— Нет, — твёрдо произнёс я. — Мы собрали все ингредиенты за исключением папоротника. Восьмой этап оказался слишком сложен. Вот будь с нами Мэйлин… Хотя нет, всё равно бы не успели.

— К слову о неофите Мэйлин и воскрешении, — прошептал призрак. — В склепе находилась фиала с водой Жизни. Будь с вами её тело…

— Есть возможность снова туда попасть?

— Только если в следующем учебном году, — покачал головой По. — Этим и ценен ночной папоротник. Больше его нигде не достать.

— Мне жаль не меньше, чем вам, наставник По, — нахмурился я. — Но сделка есть сделка.

— Ты прав, неофит Виктор, — вздохнул призрак. — В таком случае не согласишься ли принести мне дневной папоротник? Минимум пять охапок?

— Внимание! — у меня в голове раздался негромкий голос Директора. — Доступно задание «Дневной папоротник». Рекомендуемое количество неофитов для успешного прохождения: четыре. Принять?

— Без проблем, — не раздумывая, согласился я. — Главное, успеть до беседы с Директором.

— Там время течёт по-другому, — протянул По. — Неважно, сколько ты проведёшь там времени, здесь не пройдёт и часа. Вернёшься с папоротником, к ужину смогу приготовить усиленный призрачный кофе. Но у меня почти закончились ингредиенты.

— Внимание! — у меня в голове вновь раздался негромкий голос Директора. — Доступно задание «Призрачный кофе». Рекомендуемое количество неофитов для успешного прохождения: четыре. Принять?

— Сделаем, — заверил я призрака. — А можно мне чашечку призрачного кофе в качестве аванса?

— Он не заслуживает такого отношения, — прошелестел По, явно имея в виду Дона. — Но я понимаю, что тобой движет, неофит Виктор. Вот твой кофе.

На раздаче появилась чашка, которую я тут же опрокинул в себя.

Я не видел смысла в том, чтобы медленно тянуть кофеёк, наслаждаясь его вкусом. У меня была другая задача – помочь Дону восстановиться. И чем быстрее, тем лучше.

— Спасибо, наставник По, — я поклонился призраку. — Насчёт Разлома с дневным папоротником. Я точно успею до того, как придёт черёд собеседования с Директором.

— Точно, — усмехнулся По. — К тому же тебя, неофит Виктор, Директор всё равно позовёт… последним.

— В таком случае не будем терять время, — я посмотрел на своих ребят. — Один момент, наставник По.

Призрак молча кивнул, и я, повернувшись, пошёл к нашему столику.

Не знаю, удалось ли мне удержать на лице маску невозмутимости, но я, по крайней мере, сделал всё возможное.

Интересно, случайно ли По сделал паузу или намекает мне, что он тоже в курсе моего статуса?

Надеюсь, что первое, но лучше, на всякий случай, быть настороже. Я знал, что По не так-то прост, но что он начнёт проявляться так рано… Взять только одно его предложение нарушить сделку с Кратом Позом!

Эх, как же мне не хватает Дона!

Дойдя до стола, я пересказал Васе наш разговор с По, и Салищев, немного подумав, предложил отправить в кофейный разлом новых неофитов под присмотром Хосе, а в новый – меня. В качестве разведчика.

Меня это более чем устроило, и я, пользуясь случаем, напомнил про ингредиенты. Ребята выложили излишки на стол, и мы с Софой и Ларой отнесли их на раздачу.

И только после этого я получил ключ от портала.

— Будь осторожен, неофит Виктор, — прошелестел По, вручая мне привычный уже серп и… оббитый бронзой щит? — Разлом подстроится под твой потенциал. Будет непросто, но ты справишься. И не забудь в качестве трофея принести мне голову стража.

— Кстати, насчёт голов… — вспомнил я, делая мысленную заметку, что мне встретится какой-то страж. — Интересует башка гигантской анаконды?

— С даром или без? — уточнил По.

— Один точно есть, — кивнул я. — Лёгкий шаг.

— Мне понадобятся ещё кое-какие ингредиенты, — протянул призрак. — И тогда я смогу не только выцедить яд анаконды, но и приготовить антидот и зелье Скорости.

— На ваше усмотрение, наставник По.

Я передал трофей призраку и тот протянул мне горшочек с целебной мазью и склянку с целебной водой.

Я помахал своим ребятам и, не обращая внимания на завистливые взгляды неофитов из других фракций, сломал свиток и вошёл в появившийся передо мной портал.

Честно говоря, соглашаясь на предложение наставника По, я рассчитывал не только усилить кофе Дона, но и просто побыть в одиночестве.

Так сказать, воспользоваться моментом, чтобы в спокойной обстановке разложить все мысли по полочкам.

Не зря говорят – хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах.

Появившись на небольшом острове посреди туманного океана, я сразу же увидел стража дневного папоротника.

Здоровенный – ростом два метра, не меньше, поджарый – всё тело перевито мышцами, экипированный – я словно увидел перед собой римского легионера.

Вот только было одно но…

Тело легионера покрывала шерсть, а вместо головы у него была волчья башка.

Когтистые лапы крепко сжимали короткий… гладиус? А в глазах плескалась нечеловеческая злость.

— Прям так сразу? — протянул я, вскидывая перед собой руку со щитом и надевая Медный шлем.

Песьеголовый коротко рыкнул и, крутанув в лапе меч, пошёл на меня.





Глава 3


Ситуация, на первый взгляд, была хуже некуда. Мало того, что песьеголовый выше меня, так ещё и его гладиус не идёт ни в какое сравнение с моим серпом.

Мелькнула было мысль воспользоваться призрачным клинком, но её я тут же отбросил – если По может следить за происходящим в Разломе, то я самолично солью чуть ли не единственный свой козырь.

А раз так, то выход один…

С вытянутой руки сорвалась Цепенящая молния, но… рассыпалась, столкнувшись с деревянным наручем.

То, с какой скоростью песьеголовый вскинул руку, защищаясь от удара молнии, меня неприятно удивило.

В голове до сих пор бились слова наставника По – Разлом подстроится под твой потенциал – но я не ожидал, что всё будет настолько сурово!

Песьеголовый тем временем сократил расстояние и сделал резкий выпад.

Я, совсем забыв про висящий на руке щит, неуклюже увернулся, пропуская клинок мимо, но обратным движением песьеголовый сумел меня достать. Рёбра резануло болью, и я, испугавшись, выпустил вторую молнию.

Учитывая, что наруч песьеголового был надет на руке с клинком, он не успел им прикрыться, и молния ударила его прямо в морду.

Вот только вместо того чтобы оцепенеть или отпрянуть назад, противник как будто ускорился.

Его гладиус замелькал в воздухе, но каждый раз мне удавалось принять его удары на выданный По щит.

Не знаю, что меня спасало в бОльшей степени – нарушенная координация противника или подросшие характеристики моего тела, но так или иначе, я понимал – долго так продолжаться не может.

Словно в ответ на мои мысли, песьеголовый, сделав ложный финт, кольнул меня гладиусом, и я, дёрнувшись в сторону, почувствовал острую боль в рёбрах.

Решив не испытывать судьбу дальше, я выпустил третью молнию и, вместо того, чтобы разорвать дистанцию, шагнул вперёд.

Рёбра жутко болели, но жить хотелось больше. Поэтому я заблокировал руку пса с зажатым в ней гладиусом и нанёс удар серпом.

Песьеголовый успел прикрыться щитом, но я на это и рассчитывал.

Выпустив рукоять серпа, я схватился за ворот его доспеха и с силой пнул противника в пах.

Тот, жалобно заскулив, согнулся в три погибели, наконец-то поравнявшись своей мордой с моим лицом.

— Р-р-рав!

Всё, что я успел заметить – блеск жёлтых клыков и ярко-красный язык. Следом в нос ударило зловонное дыхание, а по шлему заскрежетали волчьи зубы.

Уже действуя исключительно на рефлексах, я перестал зажимать руку пса, в которой он держал меч, и ударил с левой ему в челюсть.

Живот обожгло вспышкой боли, но мне было уже плевать.

Правая рука, выпустив ворот доспехов, сместилась выше – на горло псу, и я стиснул её, что было силы.

Враг захрипел, и я с силой вбил ему в челюсть свой лоб.

Во все стороны брызнули зубы вперемешку с кровью, челюсть пса хрустнула, а я, пользуясь возможностью, перехватил его руку с мечом.

Или правильней будет сказать, лапу?

Выкинув из головы несвоевременную мысль, я клещом впился в запястье песьеголового и, дёрнув его влево, уронил на землю классической подсечкой.

Пёс, выпустив, наконец-то, гладиус, упал на землю, и я с силой пнул его в живот. А потом ещё и ещё.

Очень мешал торчащий из моего живота меч, который, к тому же песьеголовый успел наполовину вытащить, и я, решив рискнуть, отшагнул назад.

Положив левую ладонь на левый бок, правой вытащил меч из раны. Оттуда тут же хлынула кровь, но я поспешно зажал рану.

Пёс, воспользовавшись моей заминкой, уже вскочил на ноги, но я успел кольнуть его клинком прямо в шею.

Он захрипел, и я, широко взмахнув мечом, ударил ему под щит, подрубая незащищённое колено.

Он снова рухнул на землю, и я принялся рубить его, чувствуя, как с каждым ударом из меня вытекает жизнь.

В какой-то момент пёс перестал дёргаться, и я без сил упал рядом.

Судя по множеству колотых и рубленых ран, а также стекленеющему взгляду, пёс отдал Богу душу, и я, как бы сильно ни хотел упасть рядом и провалиться в спасительное забытье, достал из Инвентаря свою, м-м-м, походную аптечку.

Выхлебав за раз три четверти целебного напитка, я сполоснул, как мог, руки и принялся наносить мазь.

В теле воцарилась смертельная слабость, но что-то глубоко внутри подсказывало – для того, чтобы меня убить, одного такого ранения недостаточно.

— Чтоб тебя… — процедил я, наблюдая за тем, как мазь у меня на глазах застывает коркой.

Только сейчас я вспомнил, что забыл «переключить» Волю, чтобы усилить ею Стойкость и, не откладывая дела в долгий ящик, мысленным усилием это сделал.

Сразу же полегчало, и я, убедившись, что угроз больше нет, уселся в позу лотоса.

По идее, усиленная Стойкость и слабая регенерация должны были справиться с раной, но я решил помочь сам себе.

Погрузившись в поверхностную медитацию, я принялся гонять энергию по меридианам, одновременно с этим накапливая её в районе живота.

Поскольку я не разбирался в работе внутренних органов, то действовал интуитивно. Несколько раз, когда в животе скапливался тёмный комок негативной энергии, срывал превратившуюся в корку мазь, и наружу выливалась густая тёмная кровь вперемешку с дерьмом.

Видимо, удар пса задел ещё и кишки…

И снова мазь, и снова медитация…

Не знаю, сколько я так сидел, безостановочно усиливая заживление внутренних органов и давая вытекать излишкам крови.

Успокаивало меня одно – мази По не пожалел, время здесь течёт в несколько раз быстрее, чем в Школе, поэтому я должен успеть вернуться к обеду.

От воспоминаний об обеде, проснулся аппетит, и я с облегчением выдохнул.

Самый острый кризис прошёл, и сейчас мой организм требовал восполнения потраченных калорий.

Но, в любом случае, я медитировал до тех пор, пока не прекратилось кровотечение, а внутренние органы – кажется, помимо кишечника, песьеголовый распорол мне ещё и селезёнку – восстановили свою целостность.

И только после этого я, кряхтя, как старый дед, поднялся на ноги.

Гладиус отправился в Инвентарь, а я занялся сбором трофеев.

Первым делом снял с песьеголового треснувший деревянный наруч – было очень жаль, что я случайно ударил по нему мечом, но я надеялся, что этот антимагический артефакт мне ещё послужит.

Следом пришёл черёд доспехов.

К сожалению, они были больше меня, к тому же я их немного повредил, но, по сравнению со школьной формой, доспехи давали более серьёзную защиту.

Это может стать решающим преимуществом во время поединка, особенно, если получится научиться надевать их из Инвентаря мгновенно.

Затем я, не откладывая этого неприятного дела на потом, отрубил башку песьеголового и убрал её в Инвентарь. Не знаю, зачем По нужен этот трофей, но, как говорится, хозяин – барин.

И только разобравшись с последствиями скоротечной схватки, я направился на поиски дневного папоротника.

Сама локация представляла из себя маленький остров, в центре которого находилась небольшая плантация папоротника.

Но, что меня порадовало больше всего, здесь росло несколько кокосовых пальм и… банановый куст.

Первым делом я подкрепился бананами, за раз съев почти половину всего урожая. Затем срезал все кокосы, половина которых ушли на восстановление моих физических и энергетических сил.

Остатки отправились в Инвентарь, а вместе с ними и четыре охапки папоротника.

Вот только я хорошо помнил, что По говорил о пяти, поэтому начал волноваться.

Я обошёл остров вдоль и поперёк на три раза, и когда окончательно убедился, что папоротника больше нет, чуть было не словил паничку.

Ведь если я не принесу По пять охапок папоротника, то…

— А что, собственно говоря, будет? — прошептал я себе под нос. — Ну не выполню я задание, и что?

Мысль показалась мне здравой, и я слегка успокоился.

По идее, можно было вернуться в Школу прямо сейчас, но меня смущали две вещи:

Почему По попросил именно пять охапок папоротника? И почему я до сих пор не нашёл спрятанной загадки? Ведь квест по нахождению Шлема Первого Титана никто не отменял…

Точнее, Директор заявил, что все личные задания отменены, но как будто в моём случае эта история не работает.

Пока я думал, как быть, увидел пробивающиеся побеги молодого папоротника. Рос он прямо у меня на глазах, и я, немного подумав, решил дождаться, пока он вырастет.

Как минимум, соберу пять охапок папоротника. Как максимум – смогу убедиться, что никакого испытания не будет.

В итоге, на всякий случай открыл ещё одну склянку с целебной водой и полил проклюнувшиеся ростки.

— Эх, надо было сначала срезать папоротник, а потом заниматься раной и медитацией, — пробормотал я.

Понятно, что в тот момент это было невыполнимо, но, судя по той скорости, с которой рос папоротник, я бы успел собрать двойной урожай.

— Вот что имел в виду По, говоря: Неважно, сколько ты проведёшь там времени, здесь не пройдёт и часа…

С одной стороны, меня тянуло назад – вдруг опоздаю на собеседование с Директором? С другой – этот Разлом был отличной возможностью разложить все мысли по полочкам.

Я, прикинув на глаз, сколько будет расти папоротник, сел под пальмой в позу лотоса и погрузился в свои мысли.

Если абстрагироваться и посмотреть на происходящее со стороны, то можно выделить несколько важных блоков.

Первый – связь с Землёй.

Самый очевидный – окончить Школу Титанов и вернуться во главе сильного войска.

Чем больше неофитов доживёт до окончания обучения и чем выше будут наши ранги, тем легче нам будет защитить родину.

Самый быстрый и сложный – послать весточку.

Да, для этого придётся уничтожить Шань Ло, но всё к тому и идёт. И как бы я ни хотел избежать этого противостояния, оно, можно сказать экзистенциальное.

Или я, или он.

Вопрос лишь в одном – как именно справиться с мастером-наставником Золотой лиги. Но это уже другая история.

— Об этом я подумаю чуть позже, — пробормотал я, возвращаясь мыслями к Земле. — Что там ещё?

Ещё мне в голову запал подслушанный разговор Шань Ло и таинственного призрака в капюшоне. Да, он поступил как самовлюблённый мерзавец, но кое в чём, на мой взгляд, Шань был прав.

Чем раньше на Земле появятся Разломы, тем выше будут шансы сохранить свою независимость и суверенитет.

И дело даже не в том, что оставшиеся на Земле Титаны получат возможность повышать ранг не только убивая друг друга. Дело – в изучении потенциального противника и ресурсах.

Я уверен на все сто процентов – как только тот же самый Бестужев получит в своё распоряжение Разлом, научный отдел ФСБ сразу же пополнит базу «Титаны 10к про».

Я долгое время работал в системе образования и прекрасно понимаю – одиночки ничего не решают. На действительно серьёзные вещи способны либо государство, либо международная корпорация.

Как бы ни хотелось принести добро всем вокруг, но в основе всего лежат деньги. Точнее, экономика.

И, как знать, возможно иномирные ресурсы подстегнут развитие нашей экономики.

— Что-то ты не туда ушёл, — одёрнул я сам себя. — Экономика – это не твоего ума дело. Там и без тебя разберутся.

Каждый должен знать своё место, и на текущий момент я пока что пешка.

Причём, мной играют все, кому не лень. И наше государство, и Директор, и наставники, и, конечно же, Дон.

— Давай для начала пробьёмся в ферзи, — предложил я сам себе. — А потом уже будем рассуждать про экономику. Всё, что я могу в данный момент – развивать Столовую.

Убедившись, что мысли по поводу связи с Землёй у меня закончились, я переключился на взаимосвязанный пункт.

Второе – фракции.

По прямым текстом сказал, что при желании, фракцию можно превратить в альтернативное правительство Земли.

Пока что эта информация есть только у меня, но что-то мне подсказывает – в ближайшее время в курсе будут все. И обязательно найдётся тот умник, который решит, что он разбирается в политике лучше правительства.

— И это будет проблема…

Я понимал, что создание фракций – это своеобразная отдушина для выплеска лишней энергии неофитов, но я точно знал, что появление фракций – это перенос противостояния на новый уровень.

А это политика, это договорённости, разведка и контрразведка, шпионы, многоходовочки и так далее.

И я очень надеялся, что мне не придётся во всё это погружаться.

Выполнение заданий, прохождение испытаний, исследование Разломов – всё это интересно, и я готов этим заниматься. Но делить сферы влияния с Джимом, или Майком, или китайцами… Нет уж, спасибо.

Противостояние фракций сто процентов будет, и я вижу свой вклад именно в повышении уровня фракции.

Вряд ли у нас получится развить фракцию до десятого уровня, но возможность продолжить жизнь в качестве призрака – это лучше, чем окончательная смерть.

Алтарь Возрождения однозначно нужен, и для этого понадобится много ресурсов. Очень много ресурсов.

— Разломы, — прошептал я. — Самый очевидный путь развития…

Вот только в данный момент нам доступны исключительно «кулинарные» Разломы. Да, еда – это хорошо, а производство зелий – просто превосходно! Но вся история развития человеческой цивилизации строится на стали.

— Опять увлёкся, — пробормотал я. — Ну какая сталь… И вообще, для начала нужно поговорить с Директором и узнать, какие ресурсы необходимы для развития фракции и самой школы Титанов…

С Директором, как ни крути, намечался серьёзный разговор, но промелькнувшая на периферии сознания мысль заставила меня нахмуриться.

— Сталь, ресурсы… Мастерская! — прошептал я.

Да, она сейчас закрыта, но что-то мне подсказывает – её можно открыть. А там, глядишь, можно будет повторить финт, который я провернул со Столовой.

Мало того, что мы наконец-то пристроим Ноя к делу, так ещё и получим доступ к ресурсным Разломам!

Не факт, что так оно будет на самом деле, но… почему бы и нет?

— Надо изучить этот вопрос, — решил я. — Где у нас ещё есть доступ к Разломам? Разве что Зона Разломов? А её контролирует… Шань Ло…

Я ещё много чего не успел обдумать насчёт фракций, но без Васи – это не имеет смысла.

— Поехали дальше…

Следующим, третьим по списку, шёл как раз таки Шань Ло.

Если до этого я считал, что от него нужно избавляться немедленно, то сейчас, вспомнив про Зону разломов, в которую вход неофитам был до сих пор закрыт, я решил убрать эмоции.

Шань Ло работает на неизвестного призрака в капюшоне – раз.

Цели призрака неизвестны, но он сумел добиться смены Кодекса. Причём, по его настоянию, Шань Ло завязал на Кодекс значительную часть своей силы.

Такое ощущение, будто призрак в капюшоне намеренно создал точку уязвимости, в которую и ударил Директор.

Далее, Шань Ло пытается попасть на пантеон. Причём, на пантеон центрального мира – два.

Ему плевать на неофитов, на школу Титанов, даже на собственный мир. И если раньше у него были хорошие шансы, то сейчас всё, что ему светит – занять пантеон какого-нибудь малозначимого мира на периферии.

Шутка ли, потерять три четверти своей мощи!

Идём дальше, Шань Ло только что понёс сокрушительное поражение – три.

Директор разыграл эту карту на все сто, перерезав ему кислород. Все неофиты знают крутой нрав наставника Золотой лиги, и я сомневаюсь, что он сумел набрать хотя бы одного неофита.

Возможно, мне даже не придётся ничего делать. Без неофитов Шань Ло обречён на медленное угасание.

Сбежать он не может – я хорошо запомнил, что его жизнь поддерживается только на территории Школы Титанов. Точнее, может, но для этого нужно занять пантеон.

И опять же всё упирается в разговор с Директором. Только он сможет пролить свет на текущее состояние Шань Ло. Хватает ли у него слепков даров, чтобы занять пантеон, или нет?

— Как всё непросто… — пробормотал я. — Ну где же ты Дон, когда ты так сильно нужен…

Ведь если абстрагироваться от ситуации, выходит, что исчезновение Шань Ло мне… невыгодно.

Я сделал ставку на путь Силы, и если исчезнет единственный наставник, культивирующий этот путь, то что мне делать? Идти путём Воли?

А ведь Шань Ло ещё и курирует Зону Разломов…

Тот момент, когда из-за недостатка информации, любое решение несёт убытки.

— Нужна информация, — подытожил я. — А значит, нужно дождаться собеседования с Директором.

Директор был четвёртым в списке на подумать.

Восстановление нового старого Кодекса ему однозначно выгодно – раз.

Он серьёзно нацелен избавиться от Шань Ло – два.

У меня есть ощущение, что он сделал на меня ставку – три.

А раз так, то на собеседовании можно получить полезные бонусы и договориться о взаимовыгодном сотрудничестве.

Что я могу ему предложить? Восполнить необходимые Школе ресурсы?

Что я могу попросить? Помощь в защите Земли?

Будь рядом Дон, он обязательно бы подсказал, на что Директор пойдёт, а на что – нет. Но одно точно – беседа будет непростой.

Не знаю, как остальные, а я первым делом обратил внимание на отсутствие награды от Крата Поза. И это можно объяснить лишь одним – перед тем, как вручить награду, Директор хочет пообщаться.

Может ли Директор предложить что-то лучше, чем семь склянок зелья, которые поднимут Духовную энергию сразу на три пункта? Думаю, может. Предложит ли? Да кто его знает?

Поняв, что размышлять о мотивах Директора нет никакого смысла, я хотел было подумать о своём развитии и развитии других неофитов, как внезапно у меня за спиной что-то зашумело.

Повернувшись, я увидел… созревший папоротник!

— Да ладно… — я не мог поверить в увиденное. — Это я так долго думал или ты так быстро вырос?

Папоротник, понятное дело, промолчал, но я и не ждал от него ответа.

Вооружившись серпом, я срезал ещё пять охапок, и только было собрался обойти остров ещё раз, как заметил появившийся на земле камень.

Его точно не было раньше, поскольку я самолично срезал папоротник прямо под корень. А тут… вот он!

Учитывая обстоятельства, это могло быть только одно.

Присев на корточки, я прикоснулся к булыжнику рукой и довольно улыбнулся.

Передо мной появилась полупрозрачная надпись:





Внимание! Вы готовы пройти Малое испытание?





Глава 4


— Готов! — уверенно заявил я, предвкушая очередную загадку или детективную историю.

Мир привычно мигнул, сменяясь… лесом? Причём за моей спиной колыхался хорошо знакомый белёсый туман.

— Не понял… — протянул я. — Это, что, какая-то разновидность Отсева?

Туман, словно отвечая на мой вопрос, зашевелился, и я вынужденно шагнул вперёд. И только тогда заметил, что стал выше и… больше.

— Ладно, — пробормотал я, внимательно оглядываясь по сторонам, — разберёмся…

На мне была надета крестьянская рубаха и потрёпанные холщовые штаны, на ногах красовались… лапти. Что до оружия, то в правой руке я сжимал обычный топор.

— Либо я лесник, — протянул я, убирая топор в Инвентарь, либо…

Данг!

В дерево, около которого я стоял, вонзилась стрела, и я тут же присел, спрятавшись за кустарником.

В руке сам собой появился щит, и я, как мог, спрятался за ним, выставив его в ту сторону, откуда прилетела стрела.

Данг!

По прошествии пяти секунд, в щит впилась стрела.

Лучник видел, куда я спрятался, и положил стрелу так, чтобы поразить спрятавшегося за кустом человека.

Я же, сообразив, что против лучника у меня не так уж много шансов, решил его обмануть.

Громко вскрикнул, будто стрела попала в цель, а сам тем временем достал из Инвентаря Медный шлем и надел его на голову.

По идее, стрелок должен подойти, чтобы добить меня, и тут главное, чтобы я увидел его раньше, чем он меня.

— На что ты надеешься, Жак? — крикнул кто-то. — Прими смерть с достоинством мужчины!

Судя по голосу, лучник приближался, и я замер, пытаясь высмотреть его сквозь кусты.

— Ну же, Жак! — продолжил лучник. — Не тяни время! Ты уже сдох, а я всё ещё могу настрелять больше всех лесорубов-браконьеров! Король обещал золотой за каждого подстреленного воришку!

Лесоруб-браконьер – это он про меня, получается? Любопытно… Ещё бы узнать, что здесь происходит. А что если попробовать выведать у него побольше информации.

— Я ещё смогу победить! — крикнул я, ни на что особо не рассчитывая.

— Да ты ни в жизнь не доберёшься до заброшенного святилища друидов! — хохотнул лучник. — Или ты рассчитываешь на разбойников?

Я понимал, что он заговаривает мне зубы, чтобы подобраться поближе и добить, но отказаться от столь разговорчивого источника информации было выше моих сил.

— Разбойники вас перебьют!

Крикнул наугад, добавив абстрактное «вы», и это сработало.

— Жак, ну не будь таким наивным! — возмутился лучник. — Во-первых, если ты встретишь душегуба, он с улыбкой перережет тебе глотку и пойдёт дальше. А во-вторых, на каждого браконьера и разбойника приходится один егерь. И поверь, мы сделаем всё, чтобы перестрелять вас, как куриц!

— Догони сначала! — крикнул я, увидев, наконец-то, лучника.

Он был одет в светло-зелёный охотничий костюм, в котором хорошо сливался с местностью.

Лучник промолчал, а я заметил, как он убрал нож и вновь вооружился луком.

Видимо, мой бодрый голос его смутил, и если изначально он хотел меня добить клинком, то сейчас решил не рисковать. Какой осторожный, а! Решил не жалеть стрел…

— Сколько у тебя стрел? — крикнул я, воплощая в реальность пришедшую в голову мысль.

Стрелок вновь промолчал, с каждым шагом подходя всё ближе, причём выбирая путь так, чтобы оказаться сбоку от кустов.

Я же и не думал отступать.

— Ты меня знаешь, я упёртый. И сразу не умру! Сначала тебе все стрелы поломаю! Посмотрим, как ты потом будешь золотые набивать!

— Ты никогда мне не нравился, Жак, — сообщил мне лучник, которого аж перекосило от моих слов. — И пусть мы с тобой росли в одной деревне, но ты идиот и тупица, а я – королевский егерь!

— Который вернётся со сломанными стрелами!

— Ну всё! — потерял терпение стрелок. — Я вобью стрелу тебе в…

Договорить ему не дала молния, которая попала ему прямо в лицо.

Данг!

Спущенная стела вонзилась в какое-то дерево, а я, не тратя времени зря, вскочил на ноги и бросился к лучнику.

Он лежал лицом в землю, и я, помня про печальный опыт Кевина, сначала стащил с него маскировочный балахон и штаны, аккуратно вытащил из сведённых пальцев лук, и только после этого прыгнул ему на шею.

Сочувствия к лучнику у меня не было.

Хоть он и знал Жака и был с ним из одной деревни, но скорость, с которой он оказался рядом, плюс его слова говорили об одном – он целенаправленно шёл меня убивать.

— Спасибо тебе, безымянный королевский егерь, — пробормотал я себе под под нос, рассматривая маскировочный балахон.

Я очень сомневался в своём умении стрелять из лука, но вот одежда стрелка мне понравилась.

Просторная, удобная, незаметная. Единственный минус – нет никакой защиты.

— Но это мы сейчас исправим, — хмыкнул я, доставая из Инвентаря доспех песьеголового.

На моё текущее тело доспех сел практически идеально. Сверху я накинул маскировочный балахон, а штаны стрелка убрал в Инвентарь – так, на всякий случай.

Его сапоги, к моему величайшему сожалению, оказались мне малы, поэтому пришлось остаться в лаптях.

Попрыгав на месте, я убедился, что доспехи не гремят, и, собрав стрелы, закинул на плечо колчан с луком. Понимание, куда идти и что меня ждёт, было, и теперь оставалось лишь одно – выжить в этом лесу и добраться до святилища друидов.

— В этой Школе какой-то пунктик на королевские битвы, — прошептал я, направляясь в противоположную от тумана сторону.

В колчане было восемь стрел. Изначально их было десять, но одна сломалась, а у второй, после столкновения с моим щитом, погнулся наконечник.

— Ещё бы узнать, сколько всего участников…

Пройдя шагов тридцать, я замер и посмотрел налево. С той стороны совершенно точно кто-то был. И этот кто-то очень сильно старался идти так, чтобы его не было слышно.

Постояв немного на месте, я положил стрелу на лук и аккуратно двинулся в ту сторону.

Я, будучи городским жителем, не умел ходить по лесу, но тело, которое мне досталось, этим навыком владело. Пусть и не на таком уровне, как королевские егеря, но под моими ногами, по крайней мере, не хрустели ветки.

Поэтому, всё, что мне оставалось – довериться инстинктам Жака.

Спустя пять минут, я наконец-то увидел того, кто время от времени наступал на сухие ветки.

Им оказался сутулый мужичок в тёмной одежде, в руках которого тускло поблёскивал не то длинный кинжал, не то короткий меч.

Сомнений не было – это и есть один из тех разбойников, которые тоже участвуют в королевской битве.

Хорошенько прицелившись, я дождался, когда разбойник повернётся ко мне спиной, и отпустил тетиву.

Данг!

— А-а-а-а-а-а!

Я целился разбойнику между лопаток, но попал куда-то в район правого бедра. Впрочем, попал – уже хорошо!

А вот то, что он начал орать – плохо.

Подбежав к подранку, я выбил у него из рук клинок и придавил коленом к земле.

— А ну, заткнись!

— Ты меня подстрелил! — разбойник и не думал успокаиваться. — Подстрелил!

— Ну как хочешь, — протянул я, и, подняв лежащий на земле кинжал, приставил его к горлу. — Пока…

— Стой-стой-стой! — заверещал разбойник, тут же сбавив тон. — Давай договоримся!

— И как же ты хочешь договориться? — удивился я.

— В этих лесах есть схрон… — морщась от боли, протянул разбойник. — Я могу вывести тебя к нему.

Не знаю, что его выдало, но я сразу понял, что он врёт. Причём врёт так талантливо и убедительно, что аж обидно стало – такой талант пропадает!

— Сколько всего участников? — я надавил на клинок, и на горле разбойника выступила капля крови.

— В смысле? — просипел разбойник. — Сотня человек. Королевский глашатай же три раза повторил условия охоты… Ты же королевский егерь, должен знать…

— Хочу проверить, врёшь ты мне или нет, — нахмурился я. — Давай говори.

И разбойник заговорил.

Он говорил, говорил и говорил, а я с каждой услышанной фразой хмурился всё сильнее.

Мало того что в этой Королевской охоте участвовало по тридцать три человека из лесорубов-браконьеров, разбойников-душегубов и королевских егерей, так ещё и принимал участие бастард двоюродного брата короля.

Двоюродный брат короля был, конечно же, герцогом, и этот лес принадлежал ему.

Герцог не просто позиционировал эту охоту на людей, как древний обычай и справедливый божественный суд, но ещё и неплохо зарабатывал на ставках.

По всему лесу носились зачарованные птицы, которые исправно транслировали магам картину происходящего. Ну а маги транслировали происходящее гостям герцога.

Более того, каждый из «зрителей» мог отправить своему фавориту какой-нибудь полезный бонус.

Простенькое зелье исцеления стоило сотню золотых…

Лук с десятью стрелами – тысячу…

Эликсир полного Восстановления – десять тысяч золотом…

Но того зрителя, чей фаворит приходил к цели первый, ждала поистине королевская награда: пир в его честь и грамота, дозволяющая не платить налоги в течение года.

Пользоваться магией было запрещено, и посылать свитки с атакующими или защитными плетениями тоже.

На этом моменте я всерьёз напрягся, но, учитывая, что рядом до сих пор не открылся портал, и оттуда не вышли королевские маги – пронесло.

Зачарованных птиц было слишком мало, чтобы следить за всеми участниками Королевской охоты. То ли дело, когда в строю окажется человек пятьдесят-шестьдесят…

То, что нужно добраться до древнего святилища, я уже знал, но, как оказалось, там нужно было продержаться минимум трое суток, якобы именно столько нужно, чтобы тени друидов могли посовещаться.

По факту же это значило совершенно другое – даже если ты сумел добраться до святилища, минуя королевских егерей, то оттуда ты уже никуда не денешься.

Тебя убьют или те же самые егеря, или бастард герцога, возомнивший себя охотником.

В общем, куда ни кинь, всюду клин.

Но имелся хоть и призрачный, но шанс выйти сухим из воды. Если чей-нибудь фаворит выигрывал в Королевской охоте, то сделавший на него ставку благородный мог его выкупить.

Ну и последнее, за десять убитых полагался какой-то бонус лично от герцога.

Таким образом он показывал, что высоко ценит воинскую силу и доблесть. Что до егерей, которые и сами могли стать жертвами, то с ними всё было просто – если позволили себя убить, значит, недостойны звания королевского егеря.

Ах да, про бастарда разбойник ничего не сказал, но я и сам понял, что убивать его нельзя от слова совсем.

Если, конечно, не хочешь навлечь на себя гнев герцога.





— Это какая-то жесть, — проворчал я, прикидывая, что делать дальше. — Ненавижу, когда что-то зависит не от меня…

— Ты же не забыл про схрон, друг?

Всё то время, пока шёл рассказ, левая рука разбойника незаметно скользила к голенищу. Он то подтягивал к себе ногу – якобы ища более удобное положение, то делал вид, что чешет ляжку.

В общем, актёрское училище потеряло настоящий самородок.

— Не забыл, — проворчал я.

Для меня ужимки разбойника были словно открытая книга, и я внимательно следил за каждым его движением.

— Тут недалеко, — заверил он меня. — Вон за теми деревьями.

Вот только я, вместо того, чтобы посмотреть в указанную сторону, покачал головой.

— Тронешь свой ножик, отрежу руки, да так и оставлю.

Разбойник тут же замолчал, а я, оглядевшись по сторонам, поднялся на ноги и выдернул из него свою стрелу.

— А-а-а-а-а!

Но на этот раз его вопль был мне только на руку. Раз уж у нас тут Королевская охота, в которой, помимо мужичья-лесорубов участвуют душегубы и королевские егеря, почему бы не сыграть по своим правилам?

Как-то кто-то из учеников принёс в школу копию древней английской газеты за 1888 год, где английский охотник-джентльмен использовал «толстого местного ребёнка» в качестве приманки для крокодила-людоеда на Цейлоне*.

В тот раз мне показалось это диким, но сейчас я решил, что использовать в качестве приманки разбойника-душегуба – это другое.

И я, укрывшись в десяти шагах от причитающего подранка, принялся ждать.

Что ж, ребята, хотите Королевскую охоту – будет вам Королевская охота!





_______

*ссылка на веб-архив, чтобы не быть голословным:





Глава 5


Наверное, использовать в качестве приманки любого человека, даже если это душегуб, неправильно. Но мне было не до сантиментов.

Кольцо тумана ежесекундно сжималось, стремясь добраться до заброшенного святилища друидов – раз. Помимо меня, здесь находилось ещё девяносто с лишним высокомотивированных на выживание мужиков – два.

Ну и три – мне было совершенно не жаль разбойников.

Для себя я решил придерживаться следующей тактики – разбойники и душегубы сразу же идут в расход. Королевские егеря – тоже. Я бы и рад разойтись с ними краями, но это, увы, невозможно.

Для егерей – я добыча, и никто из них меня щадить не будет. Поэтому придётся драться.

А вот насчёт лесорубов я так до конца и не принял окончательного решения. По сути, это были обычные крестьяне. Часть из них попались на вырубке королевского леса, а кого-то просто-напросто пригнали с ближайших деревушек.

За что их убивать?

Если атакуют – буду защищаться, но первым нападать не буду.

По сути, все эти размышления были лишними – я прекрасно отдавал отчёт, что победитель будет только один – но чем ещё заняться, пока сидишь в засаде?

Разбойник тем временем сообразил, что орать в лесу небезопасно, перестал орать и пополз куда-то в лес.

Он поскуливал себе под нос и постоянно останавливался, пытаясь оглядеться. Но, учитывая, что он лежал на земле, а вокруг были кусты и деревья, у него ничего не получалось.

Встать он, как я понимал, или не мог, или не хотел.

А ещё он полз не в сторону святилища, а куда-то влево. И чем дальше он уползал, тем сильнее я волновался.

С одной стороны, хорошо – чем дальше он от меня, тем ниже шанс, что мою засаду раскроют. С другой, плохо – чем дальше он от меня, тем ниже шанс, что я попаду стрелой.

Когда разбойник отполз где-то на тридцать шагов, скрывшись за кустарником, я решил сменить место наблюдения. Но не успел я шевельнуться, как где-то в той стороне, куда уполз разбойник, приглушённо хрустнула ветка.

Я замер, обратившись в слух.

Это точно не егерь, он бы не допустил такой оплошности. Значит, либо разбойник, либо лесоруб.

Меня так и подмывало аккуратно сместиться в сторону, чтобы посмотреть, что происходит за кустарником, но я взял себя в руки и остался на месте.

И, как оказалось, не зря.

Сначала я услышал ещё один хруст ветки, а затем около кустарника появился здоровенный бородатый детина в крестьянской рубахе.

Он зло сплюнул и замахнулся топором.

— Не-ет! — заорал разбойник. — Не надо!

Лесоруб же отчего-то не спешил обрушивать свой топор. Пошатнувшись, он с удивлением посмотрел на появившийся у него из груди стальной наконечник и неуверенно повернулся.

Я не услышал свиста стрелы, зато увидел, как она пробивает шею лесоруба.

Выронив топор, он схватился за рану и попытался вырвать из своего горла вонзившуюся туда стрелу.

Силушки дровосеку было не занимать, и он с лёгкостью вытащил её. Вот только следом ударил такой фонтан крови, что он сделал несколько шагов и рухнул на землю.

Разбойник, который прекрасно всё видел, тут же заткнулся. Спустя несколько мгновений, я увидел, как он на четвереньках продирается сквозь кусты.

С одной стороны, он всё делал правильно – бежал в противоположную от лучника сторону. С другой – он двигался прямо на меня.

Несмотря на то, что правая нога его практически не слушалась, полз он достаточно быстро. Вот только стрела оказалась быстрее.

Невидимый мне стрелок пришпилил его к земле где-то в десяти метрах от меня.

Разбойник захрипел, попытался перевернуться на спину, но не смог.

Я находился в десяти метрах, но хорошо слышал его хриплое дыхание и ругательства, адресованные всем вокруг без исключения.

И королевским егерям, и этому лесу, и даже самой жизни.

Я же молча ждал, когда лучник пойдёт собирать стрелы.

Стоять без движения было неудобно, но, спасибо Шань Ло, мне было это привычно.

Единственное, что изменилось – моё сердцебиение участилось.

Я понимал, что у меня будет лишь один выстрел. Или я попаду в егеря первым, или он меня подстрелит.

Если я правильно понял, он, как и я, сидел в засаде. Ну или следовал за дровосеком. И это неудивительно – крики разбойника не слышал только глухой.

Да и вообще, будь я на месте королевских егерей, я бы не рвался к центру, а для начала двигался по краю сужающейся площадки. И этот лучник, похоже, думал точно так же.

Несколько минут ничего не происходило, но я был на сто процентов уверен, что лучник просто-напросто выжидает.

И вот, наконец, я его увидел.

Такой же маскхалат, как у меня, стелющийся шаг и натянутый лук – этот парень двигался очень осторожно, будто ежесекундно ожидая атаки.

Более того, он внимательно сканировал каждый кустик, каждое дерево, будто знал, что я прячусь где-то рядом.

По идее, такого просто-напросто не могло быть. Хотя… если вспомнить про магических птиц и про подсказки от зрителей – почему бы и нет.

Значит, его надо валить при первой же возможности…

Я внимательно следил за его приближением, но смотрел не прямо на него, а чуть в сторону, так, чтобы он не почувствовал мой взгляд. Сзади ко мне уже подбирался туман, но я и не думал шевелиться.

Дождался, пока он вырежет стрелы из дровосека и подойдёт ко всё никак не желающему умирать разбойнику.

В руках егеря блеснул короткий кинжал, и я вскинул лук.

Лучшего момента было не найти.

В последний момент егерь что-то почувствовал и дёрнулся в сторону. Стрела, вместо того, чтобы попасть ему под лопатку, вонзилась в плечо, и я, бросив лук, рванул вперёд.

Противник попался опытный. Сообразив, что не успеет вскинуть лук, он бросился бежать. Наверное, надеялся на то, что сумеет затеряться от меня в лесу.

Так бы, наверное, и случилось, но расстояние было не очень большим, и бежал я быстрее.

Когда я его уже догонял, он резко повернулся и бросился на меня с кинжалом. Будь на моём месте обычный человек, егерь успел бы вспороть ему брюхо, но я оказался быстрее.

Повинуясь моей воле, в вытянутой руке появился топор, и я ткнул им в лицо лучнику.

Стоило егерю поймать носом стальной обух, как ему тут же стало не до нападения. Кинжал выпал у него из рук, а сам он отшатнулся назад.

Но я не дал ему времени опомниться. Короткий взмах топором, подсечённая нога подламывается, и егерь падает набок.

Топор с гудением рассёк воздух и звонко расколол голову егерю. И это притом, что я бил обухом!

Убедившись, что лучник мёртв, я первым делом снял с него сапоги и с раздражением выругался – опять маломерки!

В итоге, моими трофеями стали охотничий нож, второй маскировочный балахон, лук и семь стрел.

Можно было, конечно, взять с дровосека топор, но… зачем?

Закончив сортировать хабар, я оглянулся, посмотрел на туман и задумчиво протянул:

— И куда же мне податься?

По моим субъективным ощущениям, со старта Королевской охоты прошло где-то полчаса.

За это время на моих глазах выбыли четверо участников, двое из которых были королевскими егерями. И то, как действовал последний, мне не понравилось.

Это был настоящий воин, профессионал своего дела, которого сгубила случайность.

— По идее, моя тактика сработала, — протянул я, раздумывая, стоит ли затаиться где-то неподалёку. — Но что дальше?

Идти по внешнему кругу сужающейся локации больше не казалось мне хорошей идеей. Да, на этот раз мне повезло. А если бы егерей было двое? Они нашинковали бы меня стрелами, словно ёжика!

— Рискнуть, что ли?

По идее, бежать к центру леса было уже поздно. За эти полчаса егеря явно успели рассредоточиться по лесу. Но оставаться на периферии было ещё рискованнее.

Как только до лучников дойдёт, что я остался позади, как они зажмут меня к туману.

— Нет, — пробормотал я. — Тут нужен финт ушами…

Какие преимущества у меня есть?

Броня песьеголового легионера, скрытая под маскхалатом егеря – раз.

Лук со стрелами, топор и гладиус – два.

Высокая Стойкость и общее Укрепление тела – три.

В итоге получается, что я быстрее, сильнее и выносливее обычного человека, что даёт мне неплохие шансы на прорыв.

Какие же у меня есть недостатки?

Первое – нет нормальной обуви. Второе – я плохо хожу по лесу. Третье – я не знаю эту местность.

— А значит, что? — пробормотал я. — Значит, будем импровизировать.

И я, убрав всё оружие в Инвентарь, побежал налево так, чтобы между мной и туманом оставалось где-то метров пятьдесят.

Бежал легко, но под ногами постоянно что-то хрустело, и это меня напрягало.

Будь со мной Дон, он бы подсветил всех разумных в окру́ге, и все проблемы решились бы сами собой. Но Дона нет, поэтому я могу надеяться только на себя.

И я, перегнав пункты Воли в Стойкость, прямо на бегу начал гонять энергию по каналам, в надежде усилить свои нюх, зрение и слух.

Получалось так себе, но в какой-то момент я почувствовал металлический запах крови, а ещё через пару минут выбежал на труп разбойника. Судя по ранам, его убил предыдущий егерь – сначала подстрелил его со спины, потом добил стрелой в шею.

Стрел не было – их аккуратно вырезали из тела несчастного душегуба.

— Налево или прямо… — пробормотал я, с сомнением блуждая взглядом по лесу.

Идти налево – с вероятностью в сто процентов наткнуться на ещё одного егеря. Идти прямо – смутный шанс проскочить.

Если я правильно понял, то распределение участников было следующим: браконьер-разбойник-егерь. И так по всей окружности леса.

Между участниками было где-то сотня метров, и я нахожусь в левой части получившегося полукилометрового окошка. Почему полукилометрового? Да потому что на старте между егерями было где-то четыреста метров.

«Своего» егеря я убил, а «моего» разбойника застрелил соседний егерь, который уже успел расправиться со своими жертвами.

— Значит, мне нужно убрать ещё одного егеря, — решил я.

Учитывая, что я находился на юге, для того чтобы добраться до святилища, мне нужно было идти на север. А для того чтобы расширить свой «коридор», то на северо-запад.

Приняв решение, я побежал дальше.

Бежал на этот раз медленнее, стараясь не создавать шума. И если бы не лапти, у меня могло бы получиться!

При этом ни на секунду не переставал гонять энергию, усиливая ею слух, зрение и обоняние.

Я прекрасно понимал, что уйма энергии уходит впустую, и то, что я делаю – сродни забиванию микроскопом гвоздей, но это был мой единственный шанс обнаружить егеря до того, как он обнаружит меня.

И это дало свои плоды.

Сначала я учуял запах крови, затем заметил сломанные ветки.

Тут же перейдя на шаг, я обратился в слух – где-то здесь кого-то недавно убили…

Пробежал я где-то метров двести-триста, и подсознательно понимал, что в данный момент нахожусь на территории третьего егеря.

Уровень адреналина повысился, и я недовольно поморщился – если раньше я слышал всё, что происходит вокруг, то сейчас мне мешал стук сердца.

Первым делом я осмотрелся вокруг, подмечая все места, где можно было бы устроить засаду.

Всего таких мест было пять, и я внимательно проверил каждое из них.

В первых четырёх оказалось пусто, а вот на пятой точке оказалась притоптана трава – словно здесь кто-то был.

Убедившись, что опасности нет, я аккуратно направился к телу. И чем ближе я к нему подходил, тем тревожней становилось на душе.

Да, я обошёл эту локацию, но вдруг егерь оказался хитрее и сейчас ждёт, когда я выйду на открытое место?

Интересно, моя Стойкость и Укрепление тела второго ранга смогут защитить меня от охотничьей стрелы?

— Опа…

Стоило мне понять, кто именно лежит на поляне, как в голове тут же сложился план дальнейшего действия.

Мало того что покойник был раздет до исподнего, так ещё и правая половина его тела была непропорционально больше, чем левая – лучник, не иначе!

А это значило лишь одно – душегуб оказался хитрее королевского егеря и, убив его, пошёл на прорыв. В то, что с опытным стрелком справился дровосек – я не верил.

— Лучшего момента будет не найти, — прошептал я.

И, взяв курс на север, побежал вперёд – по всему выходило, что у меня есть неплохие шансы добежать до святилища.





Глава 6


Вообще, мой план строился на том, что мне не придётся держать оборону три дня и три ночи. Исходя из предыдущих испытаний, у меня была вполне осязаемая надежда, что мне нужно лишь добраться до святилища.

И сейчас, будучи уверенным, что мои тылы условно защищены, а впереди разбойник, который вряд ли умеет обращаться с луком, я бежал по лесу максимально быстро.

Это меня чуть было и не погубило.

Они напали на меня в тот момент, когда я перебегал небольшую лесную речушку по широкому бревну. Судя по тому, что все сучья и ветки были аккуратно спилены, это была не естественная переправа, но оригинальное инженерное решение.

Стрела ударила меня в спину в тот момент, когда я был на середине моста.

Из-за мощного толчка я чуть было не свалился с бревна, но в следующий момент мне стало не до этого.

На другой стороне из кустов выпрыгнул здоровенный детина с топором.

И не просто выпрыгнул, а кинулся мне навстречу.

Мимоходом оценив задумку – со спины меня расстреливает спрятавшийся сзади лучник, а дорогу блокирует его сообщник – я ускорился и снёс своим телом уже замахнувшегося было дровосека.

Мы покатились по земле и, как я надеялся, скрылись из зоны видимости лучника.

В руке сам собой появился трофейный кинжал, и я ударил им под ребро здоровяка. А затем ещё и ещё.

Он зарычал, попытался скинуть меня с себя, но я крепко держал его в клинче, стараясь лежать так, чтобы лесоруб находился между мной и речкой.

Наконец, он обмяк, и я оттолкнул его в сторону.

— Такую накидку испортил… — процедил я, ползя в сторону ближайших кустов.

Там я убрал маскхалат в Инвентарь и почти сразу же призвал второй. Учитывая, что у меня уже был подобный опыт со школьной формой, получилось так, как я и задумывал – балахон оказался сразу же на мне, сэкономив мне драгоценные секунды на переодевание.

Нож отправился в Инвентарь, и в моих руках появился лук.

Эффектно – жаль, никто не видел – достав стрелу из Инвентаря, я наложил её на тетиву и, спрятавшись за ближайшей сосной, поднялся в полный рост.

Из-за дерева выглядывал осторожно – медленно и плавно.

Да, мою голову защищал Медный шлем, но это не значит, что нужно ловить лбом все стрелы подряд.

Я ожидал, что придётся поиграть в снайперов – кто кого пересидит и кто кого найдёт первым, но нет. Стрелок обнаружился на развесистом дереве, которое росло в трёх метрах от речки.

Место, стоило признать, было выбрано на удивление удачно.

Стрелок с натянутым луком стоял на нижних ветвях и чуть ли не сверлил взглядом то место, куда я сшиб здоровяка.

И если с этой стороны его было отлично видно, то с другой, о его существовании не догадался бы ни один следопыт.

Аккуратно прицелившись, я спустил тетиву, и стрела со свистом улетела в полёт.

Расстояние было примерно метров пятнадцать-двадцать, и моя стрела, вместо того, чтобы угодить стрелку в живот, попала ему между ног.

Он с удивлением посмотрел на вонзившееся в ствол древко и неверяще проверил своё хозяйство.

Я же со своего места отлично видел, что промазал на несколько сантиметров и торопливо натягивал тетиву.

Вот только стрелок оказался быстрее.

Убедившись, что я промазал, он сиганул в сторону, и вторая стрела, опоздав на какую-то миллисекунду, впилась в многострадальный ствол.

Я бросился было следом, но тут же взял себя в руки и задумчиво посмотрел ему вслед.

А зачем мне его преследовать, да ещё отдаляясь от своей цели?

— Беги, Форрест, беги, — пробормотал я себе под нос и, убрав лук в Инвентарь, повёл плечами.

Между лопатками ныло, но боль была… терпимой.

Судя по отсутствию крови, наконечник стрелы не пробил броню песьеголового, чем существенно облегчил мне жизнь.

— Кар!

Сидящий на ветке ворон смерил меня насмешливым взглядом и кинул мне свёрнутую в трубочку записку.





«Доберёшься до Чёрной поляны – получишь бонус».





— Знать бы ещё, где это… — проворчал я и, посмотрев на ворона, кивнул, показывая, что послание получено.

— Кар!

Я глянул на ворона и, сделав мысленную зарубку, что с этого момента каждый мой шаг находится под наблюдением, продолжил свой путь.

Шёл быстро, в некоторых местах срываясь на бег.

Лес постепенно становился всё гуще и дремучей, несколько раз я даже слышал волчий вой.

Трижды я замирал, заслышав подозрительные звуки, но каждый раз оказывалось, что это не люди.

Заяц, лисица и кабан – чем дальше я заходил в лес, тем больше зверей в нём было. Ни дать ни взять, настоящий королевский лес для охоты!

Не знаю, сколько я так шёл – час-полтора – но в какой-то момент начало смеркаться.

И хоть я видел в темноте чуть лучше, чем обычный человек, но идти ночью было слишком опасно.

Поэтому я не столько высматривал других участников Королевской охоты, сколько искал подходящее для ночлега место.

Деревья я отмёл сразу.

Да, мне встречались кряжистые дубы, но как спать на ненадёжных ветках, с которых можно упасть, я себе не представлял.

Кусты я тоже отмёл – слишком ненадёжное укрытие.

Несколько раз мне попадались небольшие холмы, на вершине которых можно было бы разбить лагерь, но, поднявшись на один такой холм, я почувствовал себя голым.

В итоге решил искать овраг или какую-нибудь яму.

Вот только, сколько я ни шёл, мне не попадалось ничего похожего.

Пару раз до меня доносился далёкий человеческий крик, и это заставляло меня лишь ускорить шаг.

В итоге, когда я уже совсем отчаялся найти что-то подходящее, я наткнулся на упавшее дерево.

Само дерево интересовало меня мало, а вот его корневище – очень даже.

Яма оказалась неглубокой и полной корней. Пришлось воспользоваться серпом и крестьянской рубахой. Серпом я срезал мешающие мне корни, а в рубаху засыпал лишнюю землю.

Наконец, спустя полчаса упорной работы, я подготовил себе место для ночёвки.

По идее, следовало бы сделать несколько кругов и убедиться, что вокруг никого нет, но я решил не рисковать. На улице было так темно, что я не видел дальше вытянутой руки.

Решив, что если я никого не вижу, то и меня никто не увидит, я накрыл свою лежанку маскхалатом и аккуратно залез внутрь.

Сев так, чтобы можно было в любой момент вскочить, я положил клинок на колени и скользнул в поверхностную медитацию.

Из леса то и дело доносились звуки, которые поначалу заставляли меня вздрагивать, но, спустя пару часов, я к ним привык.

Телу требовался отдых, но мой ум был слишком взвинчен, чтобы уснуть.

Так я и сидел – не то в полудрёме, не то в медитации.

Время от времени перед глазами проплывали дурацкие картинки – то моё укрытие обнаруживает королевский егерь, то меня окружает стая волков… Но время шло, а на меня никто не спешил нападать.

Тревога понемногу отпускала, и я сам не заметил, как провалился в сон.





***





Пришёл в себя резко, словно рывком.

Прислушался к себе – тело немного онемело, но, в общем-то, было терпимо.

Что мне снилось и снилось ли, я не помнил.

Да и спал ли я? И вообще, как мне расценивать это испытание? Тело, вроде как, не моё, но сила, выносливость и ловкость при этом моя. Это всё, вроде как, иллюзия, но при этом я смог заснуть…

В общем, магия какая-то.

Решив не загоняться с утра пораньше, я опрокинул в себя склянку с целебной водой, поднялся на ноги и выглянул наружу.

Судя по всему, проснулся я до рассвета, но что-то мне подсказывало – я не самая ранняя пташка.

Выбравшись из своего укрытия, я огляделся по сторонам и натянул на себя отсыревший за ночь маскхалат.

С каждой минутой становилось всё светлее, и я уверенно зашагал на север.

Если верить записке, которую мне передал ворон, то где-то впереди меня ждала Чёрная поляна, добравшись до которой я мог рассчитывать на бонус.

Шёл бодро, не забывая срезать по пути понравившиеся мне травки. Я не видел хранящуюся в них силу глазами, но чувствовал её интуитивно.

Да, концентрация была не такая, как в других кулинарных разломах, но и этого хватало, чтобы подпитать внутренний ток энергии.

Когда же я в очередной раз наклонился, чтобы срезать кустик лесной земляники, я уловил едва заметный запах крови.

На одном из листочков было подсохшее пятно.

Земляника полетела в сторону, серп сменился луком с наложенной на тетиву стрелой.

Несколько шагов спустя, я увидел ещё одну каплю крови.

Кто-то шёл по этому маршруту до меня, и этот кто-то ранен.

В голову сразу же пришла мысль о засаде, и я вынужденно замедлил свой шаг. Не хотелось бы попасть в чью-то ловушку.

И ладно, если это будет разбойник с кинжалом или лесоруб с топором, но если это егерь… Ловить телом стрелы, даже несмотря на наличие брони и шлема, я как-то не хотел.

Я не знал, сколько человек находится впереди меня, не знал, сколько позади, но одно я знал точно – одна ошибка, и это испытание будет провалено.

Поэтому, сам того не замечая, с каждым шагом замедлял ход, пока вовсе не остановился.

Кровавый след забирал влево, но меня привлекла зелёная кочка, органично вписавшаяся между деревом и одним из многочисленных кустов.

Не будь на мне маскхалата, и, не зная его свойств, я бы прошёл мимо. Но сейчас, зацепившись взглядом за знакомый материал, я вскинул лук.

Прячущийся за маскхалатом человек тут же спрятался за дерево, и я аккуратно начал сокращать дистанцию.

— Ух!

Мимо меня, практически задев голову крылом, пролетела крупная сова и, заложив крутой вираж, залетела за дерево.

В лучах восходящего солнца, которое робко пробивалось сквозь деревья, что-то блеснуло.

Это что, зелье?

— Кар!

Не знаю, откуда появился ворон, но его тревожный крик заставил меня подобраться.

Если моей первой мыслью было, что сова доставила моему сопернику зелье Исцеления, то сейчас я засомневался. И не зря.

Я медленно обходил дерево, готовясь всадить стрелу в спрятавшегося за ним человека, как оттуда донёсся какой-то не то хрип, не то рык.

— Какого лешего… — прошептал я, прислушиваясь к странным звукам.

Хрип, свист, рычание, хруст костей?! Как будто…

— Р-р-р-р-р-а-а-а-а-а!

Из-за дерева выскочил двухметровый вурдалак и, оскалившись, рванул ко мне.

Стрелу, которая вонзилась ему в живот, он даже не заметил.

Я успел выстрелить ещё раз, попав ему в грудь, прежде чем он оказался на расстоянии удара.

Дах!

Мощный удар – ногой, или будет правильнее сказать лапой? – отбросил меня назад, и я кубарем покатился сквозь кусты.

Вурдалак, зло рыкнув, вырвал стрелы и рванул за мной.

Убедившись, что поединка не избежать, я мысленным усилием убрал маскхалат в Инвентарь и, вскочив на ноги, достал гладиус и щит.

В то, что у меня получится на равных биться против этого… зверя, я всерьёз сомневался, поэтому решил сделать ставку на мобильность и один смертельный удар.

Вурдалак тем временем с лёгкостью перескочил через кусты и замахнулся своей лапой.

Я, словно в замедленной съёмке, увидел вздувшиеся мышцы, почерневшие вены и крупные когти.

Вот только вместо того, чтобы отскочить в сторону или отступить, я бросился ему навстречу.

Удар лапы угодил в щит, сломав и его, и мою левую руку, но я успел вонзить гладиус в брюхо вурдалака. И не просто вонзить, но и рвануть рукоять, распарывая его живот.

— Р-р-р-р-р-а-а-а-а-а! — взвыл монстр и, вцепившись в меня левой рукой, швырнул в сторону.

Сначала я почувствовал, как стальной наплечник сминается под нажимом вурдалака, затем – как меня отрывает от земли, а следом – как я куда-то лечу.

Полёт прервал ствол дерева, удар об который выбил из меня дух.

Я хотел было достать из Инвентаря топор, но боль, прострелившая левое предплечье, меня отрезвила.

Поэтому, вместо оставшегося в брюхе вурдалака гладиуса, я вооружился разбойничьим клинком.

— Иди сюда, псина, — прохрипел я, поднимаясь на ноги.

Вурдалак завыл и, неумело вытащив меч из своего брюха, пошёл на меня.

Шёл неуверенно, морщась при каждом шаге. И это неудивительно, учитывая, что из его распоротого брюха свисали кишки.

— Фу, какая мерзость, — проворчал я, отступая назад.

В голове мелькнула было мысль предпринять тактическое отступление, или, говоря простым языком, сбежать, но в следующий момент вурдалак прыгнул вперёд.

Приземлился в нескольких метрах от меня и замахал своими лапами.

Я, в свою очередь, закрутил перед собой короткий меч разбойника.

Было видно, что вурдалаку больно, и он боится, что я снова нанесу ему рану клинком, поэтому он атаковал осторожно, больше не стремясь подмять меня под себя.

Я же, прижав к себе левую руку, медленно пятился, не забывая резать и колоть его лапы.

Скорей всего он хотел вырвать у меня клинок, но всё, чего добился – три отрубленных пальца, порезанное предплечье и рассечённая надвое левая ладонь.

Наконец, это ему надоело и он, взревев, кинулся на меня.

Было чертовски страшно, но я снова бросился ему навстречу.

Увернулся от размашистого удара левой, поднырнул под правую, чудом избежал пинка и вновь вонзил меч разбойника в первое попавшееся место.

Вот только на этот раз, я подкрепил свой удар Цепенящей молнией, которую пропустил через клинок.

— Х-х-х-х-р-р-р-р-а-а-а-а…

Вурдалака затрясло, из распахнутой пасти повалил пар, и он, сжав меня в объятиях, покатился по земле.

В левом плече что-то хрустнуло, рёбра опасно затрещали, и я, боясь, что монстр меня вот-вот раздавит, подал через клинок вторую молнию.

Его выгнуло дугой, а я, воспользовавшись моментом, отпустил рукоять короткого меча и достал егерский нож.

Удар, второй, третий, четвёртый…

Я бил его и бил, умом понимая, что он уже мёртв.

Но гуляющая по крови смесь адреналина, страха и раздражения, заставляла меня раз за разом вонзать нож в серую волосатую грудь.

— Кар!

Из этого транса меня вывел ворон.

Посмотрев на него ничего не видящим взглядом, я перевёл взгляд на испустившего дух вурдалака и неуверенно поднялся на ноги.

Жутко болела спина, которой я приложился об ствол дерева, ныло плечо под смявшимся наплечником. Но хуже всего было левой руке.

Мало того что вурдалак сломал мне предплечье, так ещё и в плече поселилась тупая, ноющая боль.

— Кар?

Ворон, наклонив голову набок, уставился на меня, и этот взгляд мне не понравился.

Меня словно оценивали – смогу ли я продолжать гонку или стоит сменить фаворита, пока не поздно.

— Не дождётесь, — процедил я, посмотрев ворону прямо в глаза.

После чего наскоро смастерил себе шину, вырезал из рубахи полосы ткани, свернул их в верёвку и повесил руку на перевязь.

Затем отчистил короткий меч, сходил за гладиусом и накинул на себя маскхалат.

И только после этого я посмотрел на ворона и произнёс.

— Надеюсь, бонус, который ждёт меня на Чёрной поляне, будет сто́ящий.

Ворон смерил меня изучающим взглядом, после чего совсем по-человечески кивнул.

— Кар!

— Вот и славно, — усмехнулся я, поворачивая на север.

И вполголоса, так, чтобы не сглазить, пробормотал себе под нос:

— Надеюсь, обойдётся без приключений…





Глава 7


Бежать со сломанной рукой было практически невозможно, поэтому я перешёл на быстрый шаг.

Шёл в темпе, но плавно, что ли? Не знаю, как объяснить по-другому, просто в какой-то момент я почувствовал, что двигаюсь слишком резко и… угловато?

Я прямо-таки ощутил себя чужеродным элементом, и сейчас всеми силами старался слиться с лесом.

Уж не знаю, чем это было обусловлено – высокой степенью адаптации или постоянной медитацией, но с каждой минутой мне казалось, что начинаю чувствовать лес.

И в бОльшей степени способствовали травки, которые я то и дело срезал и сразу же съедал.

Они не только давали так необходимую мне энергию, чтобы я мог подстегнуть регенерацию, но и понимание текущей по лесу энергии.

Я прекрасно осознавал, что ощущаю лишь крохи, и, будь на моём месте Анна, Сара или Мэйлин, светлая ей память, то у них получилось бы почувствовать лес намного лучше.

Но я был рад и этому.

И если бы не постоянная боль в руке и плече, я бы мог сказать, что идти по лесу было приятно.

— Итак, что мы имеем? — прошептал я себе под нос.

Медитация шла в фоновом режиме, тело двигалось практически на автомате, и я решил обмозговать случившееся.

Ясно, что тот тип превратился в вурдалака благодаря выпитому зелью. Также ясно, что это был разбойник. Будь на его месте егерь, он бы сразу же подстрелил меня.

Отсюда вытекает следующее – либо тот разбойник был очень крут, раз сумел убить королевского егеря и забрать его маскхалат, либо хитёр, либо… это был чей-то фаворит.

И на эту мысль меня в бОльшей степени навела сова – слишком уж быстро она появилась.

Да и выбор зелья обращения тоже, скорей всего, неслучаен. Это был единственный способ, не считая магии, справиться со мной.

Возможно, кто-то из благородных рассчитывал провести своего фаворита в финал, чтобы избавиться от налогов, или есть ещё какая-то причина, а тут появился неучтённый фактор…

— Кстати, неплохая идея…

А с чего я, вообще, взял, что я самый подготовленный боец?

Любой лесоруб, разбойник или королевский егерь может оказаться наёмником, чья цель – добраться до святилища. Или какая-нибудь ещё…

— Постой-ка!

От пришедшей мне в голову мысли стало как-то не по себе.

А что, если я тоже чей-то фаворит? Ведь неспроста же появился ворон?

Что, если у меня, а точнее у Жака, тоже было задание?

Мысль показалась мне не просто неприятной и опасной, но смертельно опасной.

Такие исполнители долго не живут… Стоит мне выполнить задание, и меня уберут на следующий же день.

— Не о том думаешь, — проворчал я, вступая в мысленный спор сам с собой. — Я даже не знаю, какое задание нужно выполнить! Да и вообще, какая разница, что будет дальше? Моя задача – добраться до святилища.

Есть чёткая цель, а всё остальное – ерунда.

Что до благородного, который отправил мне записку, то здесь нужно дождаться Чёрной поляны и посмотреть, какой бонус он мне вышлет.

Стоило мне разложить по полочкам случившееся и определить дальнейший план действий, как на душе тут же полегчало, и я ускорил шаг. Сейчас главное – добраться до этой поляны.

Но чем дальше в лес я заходил, тем тревожней становилось на душе. Даже несмотря на вступившее в свои права утро.

Начали попадаться больные деревья, чахлые кустарники и странные тёмные проплешины.

Всё это в совокупности создавало ощущение какой-то болезни, и я, похоже, начал понимать, что подразумевалось под Чёрной поляной.

И действительно, чем дальше я заходил, тем меньше деревьев и больше тёмных проплешин мне попадалось.

В конце концов, мне пришлось остановиться у одинокой сосенки и снять с себя зелёный маскхалат. Впереди шла широкая тёмная полоса, и лучшей маскировкой была бы неброская одежда разбойника, которой, увы, у меня не было.

Зато была белая крестьянская рубаха дровосека.

Присев, я взрыхлил тёмную землю серпом и тщательно испачкал рубаху. Конечно, маскировка так себе, но хотя бы не буду представлять из себя отличную мишень для королевских егерей.

Убедившись, что на рубахе не осталось ни единого светлого пятнышка, я отряхнул её от земли и натянул поверх доспеха.

Плечо отозвалось болью, а вот предплечье отреагировало намного лучше – наверное, из-за наложенной шины.

Внимательно осмотревшись вокруг, я не увидел впереди ни одной человеческой фигуры и, присев на корточки, шагнул вперёд. Прямо на выжженную землю.

— Кар!

Стоило мне пересечь невидимую линию, разделяющую лес и Тёмную поляну, как надо мной раздалось недовольное карканье.

Я вопросительно посмотрел на приземлившегося передо мной ворона, и тот, словно отвечая на мой безмолвный вопрос, выпустил из лапы… какой-то прутик?

— И что это? — удивился я, беря прутик и рассматривая его со всех сторон.

— Кар! — в голосе ворона слышалось недовольство вперемешку с удивлением.

Я же, сообразив, что чуть было не спалился, проворчал.

— Да шучу я, шучу…

Сам же тем временем судорожно соображал, что делать с этой веточкой.

Я рассчитывал на зелье Исцеления или Регенерации, или, на крайний случай, оружие, а тут… Вместо нормальной посылки – какой-то прутик!

Стоп, а что если…

Я переломил прутик напополам, и передо мной появились сразу же несколько вещей.

Широкий башенный щит с двумя лямками, молот и два зелья.

Первое, судя по цвету и запаху, походило на зелье Исцеления, а второе я идентифицировать не смог.

Первым делом выпил лечилку и задумчиво посмотрел на оружейный бонус.

— Нет, ну щит – это понятно, — пробормотал я, рассматривая свою посылку, — но зачем мне молот…

Я смерил Тёмную поляну задумчивым взглядом и улёгся на щит.

Инстинкты требовали как можно быстрее пересечь эту полоску тёмной земли, но я твёрдо решил, что продолжу путь только тогда, когда срастутся сломанные кости.

Рука, плечо и ключица практически сразу же начали жутко чесаться, и я, чтобы отвлечься от неприятных ощущений, начал планировать свой будущий забег.

По идее, можно не бежать, а ползти, но для этого придётся ждать ночи. Я очень сомневаюсь, что днём егеря не смогут разглядеть ползущего по тёмной земле человека.

В общем, я однозначно делаю ставку на спринтерский забег.

Теперь насчёт лучников…

Здесь всего два варианта – или они до последнего будут сидеть в засаде в этом лесочке, дожидаясь, когда туман выгонит всех остальных на Тёмную поляну, или они уже с другой стороны.

Длина Тёмной поляны где-то метров пятьсот, поэтому придётся выложиться по полной.

По идее, можно попробовать поискать место, где она становится уже, но в таком случае я точно наткнусь на егеря. Причём, как я понял, эта тёмная земля представляет из себя окружность, которая делит лес на две части – внешнее кольцо и внутреннее.

— Дилемма… — пробормотал я, глядя в светлеющее небо.

День обещал быть солнечным, и совсем скоро на Тёмной поляне будет хорошо видно всех без исключения участников, которые решились пересечь этот… экватор.

Что важнее, спина или грудь?

По идее, я смогу увидеть летящую на меня стрелу, а вот на затылке глаз у меня нет. Значит, решено.

Башенный щит я надену на спину – он защитит меня от тех ребят, которые терпеливо ждут, когда кто-то решится пересечь Тёмную поляну.

Ну а треснувшим щитом песьеголового буду, по возможности, прикрываться от летящих навстречу стрел.

Время от времени я шевелил левой рукой, проверяя работу зелья.

Когда же, наконец, прошло жжение, и рука перестала чесаться, я понял – пора.

Первым делом я втиснулся в лямки – это оказалось непросто, поскольку Жак был широкоплеч и могуч. Ну а дальнейшее было делом техники.

— Три, два, пошёл!

Отдав себе команду, я перевернулся на живот и, вскочив на ноги, рванул в сторону виднеющегося леса.

Секунда… Две… Десять… И ни одной стрелы…

Но стоило мне расслабиться, как – Данг! – мне в спину врезалась вражеская стрела. Ну как в спину, в щит.

И это словно послужило спусковым крючком для остальных егерей.

Данг! Данг! Данг!

Королевские егеря, стоило отдать им должное, стреляли метко, но ростовой щит с достоинством справлялся с возложенной на него задачей.

Да, бежать было неудобно и тяжело, но жизнь, как говорится, дороже.

Когда же я добежал примерно до середины Тёмной поляны, егеря оставили меня в покое.

Но не успел я удивиться, почему, как до меня донесся чей-то крик.

Видимо, кто-то из разбойников или лесорубов решил попытать счастья, пока лучники отвлеклись на меня. Что ж… удачи.

Впрочем, думаю, у них были достаточно неплохие шансы.

Я бежал по прямой, и егерям было легко брать упреждение. Но если дёргаться из стороны в сторону, постоянно меняя направление, то, как будто, можно обмануть оперённую смерть.

Вот только в следующий момент мне стало не до размышлений.

Сначала появилась необъяснимая тревога, затем мой глаз уловил появившуюся в небе точку, а в следующую секунду, во вскинутый щит угодила стрела.

— Чтоб тебя! — процедил я, с бессильным отчаянием смотря на впившуюся в щит стрелу.

Неизвестному стрелку нереально повезло – он умудрился попасть стрелой в трещину, и не только пробил щит, но ещё и поранил державшую его руку.

Может, снять со спины щит?

Данг!

Ударившая в низ щита стрела предупредила, что делать этого не стоит.

Впрочем, тычок был настолько слабым, что я решил рискнуть.

К тому же в меня прилетела ещё одна стрела, на этот раз откуда-то слева.

Я прямо на бегу убрал впившуюся в руку стрелу в Инвентарь и, отбив щитом ещё одну атаку, убрал тут же и щит.

Следом, не теряя ни секунды, я отозвал башенный щит и призвал его уже на левую руку.

Бежать тут же стало неудобно, но я лишь ускорился.

На правой руке появился треснутый щит, и я, увлёкшись своими махинациями с Инвентарём, пропустил очередную стрелу.

К счастью, она ударила в грудь, попав в стальную броню, но следующая прилетела мне в голову, вызвав звон в ушах.

— Вам хана, уроды, — пообещал я, внимательно следя, откуда летят стрелы.

Всего, если я правильно понял, на той стороне было три лучника. Левый, стоило мне перекинуть башенный щит на руку, стрелять перестал, и осталось лишь двое.

Причём правый стрелял в два раза чаще, но каждая вторая стрела уходила мимо.

Когда до леса оставалось немногим меньше сотни метров, в круглый щит прилетела очередная стрела, но вместо того, чтобы застрять в нём, взорвалась.

За секунду до этого я почувствовал всплеск магии, и моя Ничтожная аура Отрицания как будто подалась вперёд.

Щит разлетелся во все стороны, щедро усеяв мою руку занозами и острыми щепами. Впору было запаниковать, но вместо щита я призвал из Инвентаря гладиус.

Меч – не щит, им отбивать стрелы не так сподручно, но широкое лезвие клинка и моя реакция давали хоть какой-то шанс.

Данг!

Следующую стрелу я заметил ещё до того, как егерь пустил её в полёт. Едва заметив вспышку магии, я хотел было уйти в сторону, но тяжёлый башенный щит сковывал все мои движения.

Всё, что я успел – повернуться, подставляя его под удар зачарованной стрелы.

Дах!

И на этот раз моя аура Отрицания подалась вперёд, но зачарованная стрела оказалась не в пример сильнее предыдущего заряда.

Бахнуло так, что я кубарем полетел по полю, спотыкаясь и врезаясь в остатки башенного щита.

Сильно болела многострадальная левая рука, звенело в голове, но я понимал – оставаться на месте – верная смерть.

Вскочив на ноги, я убрал гладиус в Инвентарь и рванул вперёд, то и дело виляя из стороны в сторону.

Стрелы свистели мимо меня, изредка попадая то в грудь, то в тело, но, к моему счастью, ноги пока что оставались целы.

Я же, не обращая внимания на боль и слабость, рвался к лесу, забирая влево – встречаться лицом к лицу с лучником, который стреляет зачарованными стрелами, я не хотел.

Когда до леса оставалось буквально десять шагов, из кустов вылетела стрела и так ударила меня в грудь, будто это был молот.

Дыхание сбилось, а я кувыркнулся на землю, сбивая прицел остальным лучникам.

А в следующий момент достал из Инвентаря топор и, замахнувшись, с силой швырнул его в кусты.

Судя по глухому вскрику, я попал.

Это придало мне сил, и я рванул вперёд – прямо в эти кусты. И не просто побежал, что было сил, но ещё и заорал:

— Р-р-р-разорву!

Увы, но моя психологическая атака не сработала. Стрела вылетела слева от кустов и врезалась мне в левое плечо.

Больно, неприятно, но не смертельно!

С этими мыслями я влетел в лес.

В трёх шагах от меня, бледный как смерть лучник торопливо накладывал на тетиву последнюю стрелу.

Подлетев к нему, я ударил по луку клинком, и последняя стрела бессильно упала на землю.

— Не на… — начал было егерь, но меч уже летел ему в горло.

Убедившись, что лучник больше не жилец, я схватил его лук, сдёрнул с него маскхалат и, то и дело поглядывая по сторонам, проверил сапоги.

Они оказались большие.

— Да чтоб тебя! — ругнулся я.

Справа от меня находились два егеря, слева, возможно, кто-то ещё, поэтому я не придумал ничего лучше, чем… залезть на дерево.

Я был уверен, что егеря с лёгкостью прочитают мои следы, к тому же, будучи раненым, я далеко не убегу.

Всё, что мне оставалось – устроить засаду.

Я и сам не заметил, как оказался на нижней ветке сосны и, накинув на себя маскхалат, замер.

Стрела лежала на тетиве, а я молился про себя, чтобы сочащаяся из ран кровь, не капнула вниз.

Несколько минут ничего не происходило, а затем я увидел движение.

Наверное, не сиди я в пяти метрах над землёй, я бы их и не заметил, но сейчас егеря были у меня, что называется, как на ладони.

Их было двое, и они шли так, чтобы постоянно видеть друг друга. Правый, тот самый, чьи стрелы фонили магией, держался ближе к Тёмной поляне, а левый то и дело посматривал в глубину леса.

Я затаил дыхание.

Руки чесались выстрелить прямо сейчас, но я не был уверен в том, что попаду.

— Рональд, ты где? — неожиданно крикнул правый.

— Заткнись, Дик, — шикнул левый. — Рональд мёртв. Иначе бы он подал условный знак.

До сосны идти им оставалось шагов пять-шесть, и я аккуратно натянул тетиву.

— Откуда у него башенный щит, Дэнни? — проворчал правый, обходя кусты, из которых стрелял покойный Рональд.

— Оттуда же, откуда у тебя зачарованные стрелы, — процедил Дэнни. — А теперь заткнись, и…

— Я вижу тело! — перебил его Дик. — Под сосной!

— Неужели рванул в лес? — прошептал Дэнни. — Странно, сигнальная нить не сработала.

— Это Рональд, Дэнни! — воскликнул Дик. — Он вскрыл ему глотку! И снял егерский плащ!

— Не ори, Дик! — с раздражением прошипел Дэнни. — Я вижу! Если он снял плащ, возможно, этот ублюдок притаился где-то рядом. — Смотри по сторонам, а я попытаюсь прочитать следы.

— Если найдёшь его, то он мой, — заявил Дик, которого я взял на прицел. — Понял, Дэнни?

— Да-да, — отмахнулся егерь, подходя к убитому. — А теперь помолчи.

Дик открыл было рот, чтобы что-то сказать, но я отпустил тетиву, и стрела вонзилась ему грудь. Точнее не в грудь, а в районе ключицы.

— Хра… — захрипел Дик, а я, достав из Инвентаря второю стрелу, перевёл прицел на стоящего подо мной Дэнни.

Тот же, резко повернувшись и увидев упавшего на колени товарища, сообразил, откуда прилетела стрела, и, не целясь, выстрелил вверх.

Стрела пролетела в считанных сантиметрах от моей ноги, я дёрнулся от испуга, и мой ответный выстрел из-за этого ушёл в молоко.

В глазах егеря мелькнуло торжество – он явно считал, что в грядущей дуэли выйдет победителем, но я и не собирался играть по его правилам.

Он ещё доставал из колчана вторую стрелу, как я, шагнув вперёд, уже летел на него.

Дах!

Я приземлился ему на плечи и прямо-таки почувствовал, как Дэнни, ломаясь, словно трость, складывается пополам.

Я же, не удержав равновесия, упал набок, сломав до сих пор торчащую из плеча стрелу.

От прострелившей всё тело боли потемнело в глазах, но я, вооружившись ножом, навалился на егеря.

Хватило трёх ударов, чтобы он отдал Богу душу, и только тогда я позволил себе выдохнуть.

Влил в себя предпоследнюю склянку с исцеляющей водой, аккуратно вынул все стрелы и наскоро обработал раны. Проверил подвижность рук и ног и только после этого начал обшаривать карманы егерей.

От потери крови темнело в глазах, а ещё, кажется, я подвернул ногу.

Вся надежда была на Дика. Учитывая, сколько зачарованных стрел было у него в запасе, где-то вполне мог заваляться бутылёк с зельем исцеления…

Увы, но всё, что я нашёл – пять Огненных стрел и две Ледяных.

Маскхалаты, луки, ножи и стрелы отправились в инвентарь, а я, не сдержавшись, с чувством выругался.

Мало того что у них не оказалось зелья Исцеления, так ещё и сапоги вновь маломерили!

— Ну что за подстава… — прошептал я, доставая из инвентаря склянку с неизвестным мне зельем.

Увы, но другого шанса, учитывая полученные раны, у меня не было.

Открыв зелье, я его понюхал – пахло шишками и мятой – и, решившись, опрокинул его в рот.

Как говорится – или пан, или пропал.





Глава 8


Единственным моим ориентиром была сторона света, поэтому я старался бежать ровно на север.

Я понимал, что, скорей всего, серьёзно отклонился от идеального курса, но что-то мне подсказывало – мимо святилища будет сложно пройти. Или я почувствую идущую от этого места силу, или там будет происходить основное столкновение среди выживших.

Бежать, к слову, было легко.

Ноги сами несли меня вперёд, дыхание не сбивалось, а всё тело переполняла лёгкость и сила.

Сразу стало понятно, почему ворон послал мне молот – с таким увеличением силы, я мог метнуть его словно нож.

Зелье Силы – это, конечно, хорошо, но зелье Исцеления пригодилось бы мне больше.

Ещё меня тревожила мысль об откате. Накатит ли на меня приступ слабости, когда зелье перестанет действовать? И когда это случится?

С одной стороны, я понимал, что впустую потратил переданный вороном козырь. Но с другой, внутри было стойкое понимание – без него мне было бы в разы хуже.

Я как минимум улучшил качество восстановительной медитации. Да, раны никуда не делись, но затягивались они заметно быстрее.

К тому же, несмотря на эйфорию от наполнившей моё тело силы, я не терял бдительности.

Бежал с чётким понимаем – чем дальше мы забираемся, тем меньше окружность леса и тем выше концентрация егерей. Их, в отличие от лесорубов и разбойников, должно быть больше.

Поэтому, я сделал ставку на скорость.

Не знаю, сколько я пробежал за этот час, но когда зелье прекратило свой эффект, из меня словно вынули все кости.

Ноги подкосились, и я плюхнулся на землю.

Хорошо хоть, зелье прекратило своё действие не мгновенно, а плавно, дав возможность замедлить ход. И тем не менее я не ожидал такого эффекта.

Несколько минут я просто лежал на земле, не в силах поднять руку.

И это, учитывая текущие условия, было максимально неприятное ощущение. Тягучая смесь слабости, напряжения и страха.

Страха, что любой человек может спокойно лишить меня жизни.

Единственное, что успокаивало – мой слух никуда не делся, и я внимательно отслеживал все странные шорохи. Поэтому, когда невдалеке раздался шум крыльев, я сразу же напрягся.

Не прошло и минуты, как около меня приземлился знакомый уже ворон.

— Кар!

— Да-да, — отозвался я, с трудом переворачиваясь набок. — Скажи, что ты принёс что-то полезное.

— Кар! — ворон смерил меня насмешливым взглядом и выпустил из лапы прутики.

— Вокруг никого нет? — пробормотал я, потянувшись к прутикам.

— Кар! — ворон отрицательно мотнул головой. — Кар!

— Понял, — усмехнулся я. — Всё чисто, но долго разлёживаться не советуешь.

Ворон согласно кивнул, а я, наконец-то дотянулся до прутиков.

Два были обычные, а третий сделан из странного материала. Его я отложил на потом и первым делом сломал обычный.

Кранк!

Но вместо зелья, на которое я рассчитывал, из прутика выпали… послания?





«Сапоги, по размеру»,Михаил.

«Арбалет, для работы одной рукой»,Михаил.

«Зелье исцеления!», Елизавета.

«Свиток "Зоркий глаз" – взглянуть через ворона», MeoQi.

«Ботинки детские неношеные ну и пару шишек», Найота Гокудера.





— Это что, — пробормотал я, прочитав все записки, — какая-то шутка?

Я посмотрел на ворона, но тот лишь нетерпеливо переступил с лапы на лапу.

— Ерунда какая-то, — я внимательно осмотрел каждую записку и отложил в сторону.

От них едва заметно фонило магией, но я так и не смог понять, в чём тут дело. Так и не разобравшись с посланиями, я на всякий случай посмотрел на ворона.

— Спасибо, уважаемые, — произнёс я, чувствуя себя максимально глупо.

За что я поблагодарил неизвестных мне высокородных? За эти записочки? И ладно первые четыре как будто пытались мне помочь, но пятый… Он не то попытался мне на что-то намекнуть, то ли просто пошутил…

Вообще, глубоко внутри я расценил эти записки как издевательство, но внешне никак этого не проявил. Увы, но в данный момент от этих людей зависела моя жизнь.

Решив, что проявил достаточно уважения, я потянулся за вторым прутиком.

Кранк!

Передо мной появилась странная монета и три склянки. Монету я отложил на потом и сгрёб колбы. Первую и вторую я узнал – это было зелье Исцеления и зелье Силы. А вот третья походила на… чай?

— А вот за это спасибо, — прошептал я, вливая в себя зелье Исцеления.

По пищеводу прокатился раскалённый шар бодрости, и я почувствовал, как зачесались все мои раны.

К счастью, зелье Исцеления не только заживляло раны, но и стремительно нейтрализовало откат от зелья Силы.

Не прошло и минуты, как я почувствовал себя заново родившимся.

— В следующий раз, — я посмотрел на ворона, можно писать на склянках, что там внутри.

— Кар! — ворон возмущённо ткнул клювом в склянки, чуть было не разбив ту, которая была похожа на чай.

Я внимательно присмотрелся к колбам и пробормотал.

— Пардон… Не заметил.

Но на склянках не было надписей, зато виднелись вытравленные кислотой картинки. На зелье Силы рука с гигантским бицепсом, на другом – щит.

— Зелье защиты, значит, — протянул я. — Интересно, от стрел защитит?

— Кар! — возмутился ворон.

— Верю, верю, — покивал я. — Ладно, а это у нас что?

Я взял в руки финальный третий прутик, который больше походил на футуристический цилиндр и с лёгкостью сломал его пополам.

На траву упали матовые пластины, на которых был выгравирован текст:





«На сапоги для Вика)», Псих Мега

«Дарю Вику сапоги)», Николай

«Вику – ТехноЛук со снайперским и автоприцелом!», Смит

«Предмет Вику - тепловизор», Андрей Ткачёв

«Вику», Tikhon

«Вику», Имя Фамилия

«Вику. Левый наруч, левый наплечник», Сергей Дзех





— Не понял… — нахмурился я, раз за разом вчитываясь в текст.

Первое, что бросилось мне в глаза, помимо странного материала, из которого были созданы пластины, это обращение.

Вику… Не Жаку, роль которого я отыгрываю на этом испытании, а Вику!

Выходит… Это никакие не высокородные гости герцога! Те, кто отправил мне эти послания, знают моё настоящее имя…

Голова вскипела от обрушившегося на меня потока мыслей, но я усилием воли взял себя в руки.

— Так, — едва слышно прошептал я. — Сейчас не время и не место.

Смысла гадать, кто эти таинственные отправители нет никакого – раз. Это всё может подождать – два. Наверняка ответы найдутся у наставника По или у Директора.

А раз так, то разберусь с этими странными пластинами позже.

Приняв решение, я убрал их в Инвентарь и посмотрел на ворона.

— И что, это всё?

— Кар! — птица ткнула клювом в монету, про которую я уже позабыл.

— И что мне с ней делать? — не понял я, беря её в руки.

И снова едва уловимое ощущение магии, точь-в-точь как на первых посланиях.

— Кар! — ворон совсем по-человечески вздохнул и клюнул сначала монету, потом лежащие отдельно записки.

— Не понял, — покачал головой я.

Ворон склонил голову набок, смерил меня оценивающим взглядом, словно сомневаясь в моих умственных способностях, и снова клюнул сначала монету, потом ближайшую к нему записку.

— Положить монету на записку? — предположил я.

— Кар! — победно крикнул ворон. — Кар!

Он несколько раз ткнул клювом в разные записки и посмотрел на меня.

— Мне надо выбрать что-то одно?

Ворон победно каркнул и выжидающее уставился на меня.

— Вот оно что… — пробормотал я, разглядывая монету и записки.





Если не считать не то шутку, не то намёк, который отправил Найота Гокудера, у меня был выбор из четырёх предметов:

«Сапоги, по размеру», которые отправил Михаил.

«Арбалет, для работы одной рукой», которые отправил он же.

«Зелье исцеления!», которые выслала Елизавета.

И «Свиток "Зоркий глаз" – взглянуть через ворона», от MeoQi.





— Сапоги – это прям в тему будет, — пробормотал я, борясь с искушением сразу же выбрать их. — Хотя арбалет бы тоже не помешал… Вот только… сколько болтов там будет? Один, пять, десять?

Эта неопределённость мне не нравилась, и я решил исключить арбалет из списка.

Вот будет смеху, если я получу арбалет без болтов! Мало ли какое чувство юмора у гостей герцога…

— Зелье – это полезно… — протянул я. — И «Зоркий глаз» тоже…

Сапоги, зелье Исцеления или разведка?

Всё нужное, но я должен выбрать что-то одно.

Сапоги повысят мою скорость и мобильность. Зелье – выживаемость. Разведка – поможет построить маршрут до святилища… Вот почему нельзя взять всё?

— Ладно, — выдохнул я, принимая решение. — Знание – главная сила.

И положил монету на послание от некого MeoQi.

Монета исчезла в тусклой вспышке, а вместе с ней и все записки. Вместо этого передо мной появился свёрнутый свиток, который я тут же активировал.

— Кар! — крикнул ворон, взмывая вверх.

Я проводил его взглядом и… чудом не упал на землю. Не знаю, как, но я одновременно видел и своими глазами, и глазами ворона.

Это было странно, необычно и сводило мой вестибулярный аппарат с ума.

— Это обычный VR*, — прошептал я, успокаивая себя.

Опустившись на землю, я несколько минут смотрел глазами ворона, и увиденное внушало осторожный оптимизм.

Для начала, в радиусе пяти сотен метров вокруг меня не было ни единой живой души. Далее, искомое святилище находилось недалеко – если бежать с моей скоростью, то, примерно, минут тридцать-сорок.

Ну и последнее, святилище находилось в каком-то дремучем лесу, вокруг которого были расставлены королевские егеря.

У каждого на груди висел охотничий рог, и они время от времени дули в него, издавая глубокий звук, который очень сильно походил на рычание медведя.

Причём не просто издавали, а делали это по очереди.

Ворон не стал облетать всех егерей, но мне хватило и троих.

Если я правильно понял, то егерь, услышав сигнал от своего товарища слева, подавал точно такой же направо. Получалась своеобразная звуковая сигнализация.

— Свиток «Зоркий глаз» оказался правильным выбором, — пробормотал я, прикидывая, как мне добираться до егерей.

И действительно, если бы не свиток, я бы попробовал снять егеря из лука, и, сам того не зная, спровоцировал поднятие тревоги.

— Есть ли возможность проскользнуть мимо егерей незаметно? — прошептал я, посылая мысленный посыл ворону.

Я не знал наверняка, но почему-то был уверен в том, что он меня слышит.

И, как оказалось, ворон и вправду меня услышал.

Он заложил крюк, и моему взгляду открылась неглубокая речка, текущая, вопреки всем законам природы откуда-то из центра дремучего леса. И что-то мне подсказывало, что её источником является искомое святилище.

— Значит, речка… — протянул я, прикидывая свои шансы преодолеть кордон королевских егерей. — Ну, погнали!

Чувствовал я себя, благодаря зелью, более-менее сносно, и единственное, что меня тревожило – лапти. Они порядком поизносились и были на последнем издыхании.

И почему ворон не мог принести мне две монеты? А лучше четыре!

Волевым усилием я выкинул из головы все ненужные мысли и побежал.

Бежал аккуратно, оббегая подозрительные места, которые подсвечивал ворон, и по возможности бесшумно.

Несколько раз мне на пути попадались разбойники, чья экипировка была в разы лучше моей – настоящие лесные ниндзя! – но каждый раз я закладывал крюк и обегал их по кругу.

Я не знал, сколько времени будет действовать Зоркий глаз, и торопился добраться до святилища, пока у меня есть преимущество.

Под конец, когда я уже подбегал к речке, пришлось сделать выбор – вступить в схватку с разбойником или оставить его позади. Если я правильно понял, он тоже собирался воспользоваться речкой, но как будто дожидался кого-то.

По идее, лучше всего было бы его пристрелить, но мне не понравились его артефактные клинки, от которых так и тянуло магией, и дорогая на вид темно-зелёная охотничья куртка.

Этот тип был напичкан артефактами, и что-то мне подсказывало – не факт, что я смогу с ним справиться.

Поэтому я обошёл его стороной и вошёл в речку чуть выше по течению.

Вода оказалась ледяной, но зато глубина была приемлемой – мне по плечи.

Напялив на голову гнездо, на которое меня вывел ворон, и взяв в руки найденный по пути валун, я зашагал вверх по течению.

Медленно, долго, зато безопасно.

— Я тучка-тучка-тучка, я вовсе не медведь…

В голове сам собой всплыл советский мультик про Винни и Пяточка, и я прошептал эту мантру себе под нос.

Правда, вместо тучки было гнездо, а вместо медведя – Титан третьего ранга в обличии лесоруба Жака…

По идее, плывущее вверх по течению гнездо должно было вызывать вопросы, но меня спасали густые заросли, скрывающие меня от чужого взгляда.

К тому же вода была настолько холодной, что обычный человек ни в жизнь не смог бы выдержать в ней дольше нескольких минут.

Тяжелей всего пришлось, когда я пересекал условную границу между обычным лесом и его дремучей частью.

Королевский егерь дежурил в пяти шагах от меня, и я хорошо видел его сквозь заросли.

Когда он смотрел на речку, приходилось замирать на месте, и за эти пятнадцать минут, которые я то крался, то замирал, тело основательно продрогло.

Как будто этого было мало, от холода онемели пальцы, и я боялся, что валун, который помогал мне оставаться под водой, вот-вот выскользнет у меня из рук.

И только поднявшись вверх по течению метров на пятьдесят-сто, я с облегчением выбрался на берег.

Плыл бы и дальше, но в этом месте река уходила под землю. Точнее, выходила из-под неё.

— Опс…

На моих глазах с ноги слетел лапоть, и течение тут же подхватило его, унося дальше…

Интересно, какова вероятность того, что егерь заметит плывущий по реке лапоть? И сколько ему понадобится времени, чтобы поднять тревогу, когда он его заметит?

— Веди к святилищу, — шепнул я, обращаясь к ворону.

И, скинув правый лапоть, бросился вперёд.

Бежал напрямую, продираясь сквозь заросли и кусты. Бежал так, будто за мной гнались все егеря этого королевства.

И если сначала меня подгоняло карканье моего сопровождающего, то спустя пару минут вдалеке раздался протяжный звук охотничьего рога.

Всё-таки заметили…

— А была не была!

Прямо на ходу выпил зелье Силы и, почувствовав его эффект, рванул вперёд. За мной оставалась настоящая просека, но мне было всё равно. Я выбрал в качестве текущей стратегии решительный прорыв и намеревался придерживаться этой стратегии до конца.

Ещё несколько минут я бежал в одиночестве, чуть ли не печёнкой чувствуя, как сокращается расстояние между мной и святилищем, а потом началось…

Данг!

Первая стрела ударила меня в затылок. Шлем не пробила, но в ушах зазвенело так, будто рядом с ухом разорвалась петарда.

Ни на минуту не сомневаясь, я опрокинул в себя зелье с изображением щита и прибавил ходу.

Картинка, которую транслировал мне ворон, как назло, начала рябить, но я уже примерно понимал, куда бежать. Единственное, что меня смущало – ворон не видел самого святилища, и вместо него клубился белёсый туман.

— Покажи, кто меня преследует, — попросил я.

— Кар!

Не знаю, что мне хотел сказать ворон, но в следующую секунду картинка исчезла, и я остался один.

Упражняться в скорострельности и меткости с королевскими егерями я не планировал, поэтому даже не думал доставать лук и стрелы.

Единственное преимущество, которое у меня имелось – это временная фора.

Егеря двигались быстрее и были вооружены лучше, чем я. И стрелы, которые то и дело пролетали мимо, явственно на это указывали.

Данг!

На этот раз стрела попала между лопаток, но зелье защиты сработало, и я побежал лишь быстрее.

Данг! Следующая попала в поясницу. Данг! И в бедро…

Если бы не зелье, я бы уже катился кубарем по земле, но зелье работало и всё, что я чувствовал – глухую боль, словно в меня тыкали пяткой копья.

Святилище появилось неожиданно.

Лес резко кончился, и я оказался у подножья тёмного холма, на вершине которого из каменных блоков был сложен… Стоунхендж?

Впрочем, времени рассматривать святилище друидов у меня не было.

Я помчался вверх по склону, чувствуя, как в спину то и дело попадают вражеские стрелы.

Когда же я оказался у входа в святилище, оказалось, что меня ждут.

В пяти метрах от меня стоял высокий, статный воин, закованный в рыцарский доспех, и лениво поигрывал двуручным мечом.

— Кто ты? — прогудел он. — Только не говори, что простой лесоруб.

Отвечать я ему не стал.

Рыцарь стоял между двух каменных валунов, являющихся входом в святилище, и всё, что мне было нужно – пройти мимо него.

Выхватив из Инвентаря лук, я выпустил стрелу ему в шлем, но рыцарь оперативно прикрылся окованным сталью щитом.

Я же только этого и хотел.

Лук исчез, отправляясь в Инвентарь, а я, подскочив к рыцарю, схватил его за щит и рванул на себя.

Сверху прилетел удар мечом. Шлем спас меня от гарантированной смерти, но я, тем не менее поплыл.

В глазах зарябило, в ушах зазвенело так, что недавнее попадание стрелой в затылок показалось мне ерундой.

Но я, стиснув зубы, дёрнул щит на себя, одновременно с этим заваливаясь на спину.

Как я и ожидал, рыцарь – скорей всего это и был племянник герцога – отпускать щит не пожелал и потянул его на себя.

Если бы не выпитое зелье Силы, не факт, что я сумел бы перетянуть закованного в сталь воина. Ну а так, я просто-напросто выполнил базовый приём самбо, осуществив бросок через себя.

Да, он вышел топорный и неуклюжий, да, в процессе рыцарь попытался проткнуть меня мечом, да, я чуть было пупок не надорвал, перебрасывая его через себя.

Но у меня получилось.

Рыцарь, звеня доспехами, покатился по склону, а я, потеряв к нему интерес, рванул в святилище.

— Кар!

Внутри был выстроен настоящий лабиринт из каменных валунов, но я не собирался играть по правилам герцога и его шоблы.

Найдя узкий проход, я прислонился к одной стене спиной, а в другую упёрся ногами. И, представив, что я Джеки Чан, полез наверх.

Тело так и бурлило от заёмной силы, и я сам не заметил, как очутился наверху.

Данг!

Видимо, не один я оказался таким умным.

Всего я насчитал семь егерей, но вместо того, чтобы бегать за ними, рванул прямо к центру святилища.

В меня то и дело попадали стрелы, тело планомерно превращалось в сплошной синяк, но я не обращал внимания на сыпящиеся на меня удары.

Перелетая с валуна на валун, я стремился точно в центр этого каменного лабиринта.

Егеря же, сообразив, что стрелами меня не взять, попытались встать у меня на пути.

Одного я снёс своим весом, во второго метнул свой топор.

И, добравшись до центра, спрыгнул прямо вниз. На огромную каменную плиту, на которой был выбит… Кодекс?

Да, одного взгляда хватило, чтобы опознать в нём Кодекс Шань Ло.

— Кар!

Ворон, упав сверху, начал клевать плиту клювом, но я и без его подсказок понял, что делать дальше.

Зелье Силы, молот, молодое и здоровое тело лесоруба. Не нужно быть кандидатом наук, чтобы понять, что делать дальше.

Дах!

Появившийся в моих руках молот с силой обрушился на плитку.

Дах!

Дах!

Дах!

Егеря осыпали меня стрелами сверху, но я, не обращая на них внимания, словно заведённый долбил эту плиту.

Дах! Дах! Дах!

После седьмого удара по камню зазмеилась трещина, после десятого он застонал, а двенадцатый, наконец, расколол этот… алтарь?

Краем уха я слышал звон доспехов, но рыцарь явно не успевал. Через появившуюся трещину хлынул жемчужный свет, и в следующий момент окружающий мир брызнул осколками.

Я же остался в жемчужно-белом мареве и завороженно уставился на появившийся передо мной шлем.

Но стоило мне его коснуться, как меня ударило Цепной молнией.

Тело свело судорогой, и я машинально моргнул.

Распахнув глаза, я обнаружил себя на знакомом острове в окружении выросшего дневного папоротника. Тело ломило от боли, а в руках я крепко сжимал шлем.

Заглянув вовнутрь, я невольно издал нервный смешок.

Внутри была выгравирована цифра «30».





_______

*VR – от англ. Virtual Reality – та самая виртуальная реальность, про которую мы сейчас слышим из каждого утюга.





Глава 9


Что делать, я уже знал.

Сняв свой шлем, я положил его рядом с трофейным. Переждав тусклую вспышку, я взял свой и заглянул вовнутрь.

Как я и полагал, цифра «30» перенеслась на внутреннюю сторону шлема.

— Очень удобно, — прошептал я себе под нос, — невозможно запутаться. Знай себе, собирай шлемы, и всё.

Не сдержав любопытства, я открыл перед собой статус и, пробежавшись по нему глазами, довольно улыбнулся.



Виктор Костин

Титан III ранга

Специализация: Основатель (в процессе получения)

Статус: Последний

Дар: Укрепление тела II (Слабая регенерация), Гранитная стойкость, Ничтожная аура Отрицания, Цепная молния (Медный шлем)

Духовная сила: 26 (4 - Медный шлем)

Воля: 22 +2 (4 - Медный шлем, 50% характеристики Слуги)

Стойкость: 29 (4 - Медный шлем)



Медный шлем повысил мои характеристики и сейчас давал прибавку в четыре пункта! Ну а Цепенящая молния сменилась Цепной.

Среди неофитов мой артефакт – это настолько нереальная вещь, что впору зазнаться. Вот только я хорошо помнил, что моя главная задача – разобраться с Шань Ло. И вот тут-то расклад полностью менялся.

Хоть мастер-наставник Золотой лиги и потерял три четверти своих характеристик, по сравнению с ним, моё усиление в четыре пункта настолько ничтожно, что не стоит упоминания.

Да, неплохо, но ничего грандиозного или ультимативного.

Вот только есть нюанс. Шлем постоянно повышает свои характеристики. Учитывая же, что начинал я с цифры «33», а сейчас дошёл до «30», то в перспективе он будет давать по 33 пункта к Силе, Воле и Стойкости!

— Вот это я понимаю, Шлем Первого Титана, — прошептал я, представив себе финальную версию артефакта. — И это не считая молнии…

Дон, По, Директор – они могли как угодно меня мотивировать на прохождение Разломов, но лучшей мотивацией был Медный шлем.

У меня на голове была зримая награда.

Если говорить языком геймеров, типа Ноя, то я обладал масштабируемым артефактом.

И это было круто.

Я снял шлем, с любовью протёр его рукавом и убрал в Инвентарь.

Хоть По и сказал, что время здесь течёт по-другому, на душе было как-то неспокойно.

Умом я понимал, что Королевская охота, в которой я участвовал, не шла во временной зачёт, но всё равно ничего не мог с собой поделать. По моим субъективным ощущениям прошло несколько дней, и я боялся, что опоздаю на встречу с Директором.

Ну а фантомные боли, которые я до сих пор испытывал, лишь подогревали моё беспокойство.

— Пора, — пробормотал я себе под нос и, достав из Инвентаря серп, принялся срезать выросший папоротник. — Стоп-стоп-стоп…

Как только до меня дошло, что я делаю, как мне разом поплохело.

Ведь если папоротник успел вырасти, значит, моё пребывание на испытании не было мгновенным! Ведь в противном случае, он бы не вырос.

И если раньше тревога таилась где-то на периферии сознания, то сейчас она вышла на первый план, перехватывая контроль над телом и разумом.

— Спокойно, — прошептал я, усилием воли беря себя в руки. — Если я опоздал, то уже ничего не изменить. А если нет, то несколько минут не сделают разницы.

Не сказать, что мне полегчало после такого простенького самоуспокоения, но руки, по крайней мере, трястись перестали.

Наскоро срезав четыре куста дневного папоротника, я убрал свою добычу в Инвентарь и чуть ли не бегом бросился в портал.



***



— Ты что-то забыл? — удивился Вася. — Или передумал?

Салищев стоял на том же самом месте, на котором был в тот момент, когда я шагнул в портал. И не только он. Все без исключения неофиты находились на своих местах.

— Уже всё, — протянул я, не веря своим глазам.

Неужели прошло всего несколько секунд?

— Да ладно! — удивился Вася. — Без шуток? Ты же только что в него шагнул!

— Без шуток, — подтвердил я. — Нашёл ещё один шлем.

— С усилением? — тут же заинтересовался Салищев.

— Не знаю, — честно говоря, мне сейчас было не до шлема. — Не проверял.

— Пойдём, проверим? — Вася кивнул на По. — Заодно сдашь хабар и расскажешь, что там было.

— Пойдём, — кивнул я, до сих пор не веря, что в Школе Титанов прошло всего несколько секунд.

Подойдя к раздаче, я передал призраку дневной папоротник и вернул ведомственный серп.

Сразу же после этого прозвучал голос Директора, который зафиксировал выполнение задания. Мне, как обычно, досталось глубокое чувство удовлетворения.

По же, приняв папоротник, смерил меня задумчивым взглядом и прошелестел.

— То, о чём мы с тобой договаривались, будет готово к ужину.

— Спасибо, наставник По, — я изобразил вежливый поклон. — Вы можете посмотреть, какими свойствами обладает этот шлем?

Я продемонстрировал призраку артефакт, и тот незамедлительно ответил.

— Его эффект сравним с достижением Одиночка. Каждая характеристика увеличивается на три пункта, если его владелец действует в соло.

— А если у владельца уже есть такое достижение? — поинтересовался Вася.

— В таком случае будет двойное усиление, — прошелестел По.

— Неплохо, — вынес вердикт Вася. — Если что, сможем усилить кого-нибудь из наших.

— Согласен, — кивнул я, идя вместе с Васей к столу, где сидела наша разросшаяся компашка. — Какие у нас планы?

— Пока что распределяем, кто с кем будет жить, — Вася скривился так, словно откусил пол-лимона. — Хочешь, поменяемся? Я буду исследовать Разломы, а ты возглавишь нашу фракцию?

— Не-не-не! — замахал руками я. — Ты у нас капитан, вот и командуй.

— Я ротой ещё не командовал, — поморщился Салищев. — У меня была, скажем так, немного другая специфика.

— Какой капитан не мечтает стать майором? — улыбнулся я, перефразируя известную армейскую присказку про солдата и генерала. — Ты справишься, Вася. К тому же ты староста.

— С гражданскими сложно, — покачал головой Вася.

— Так введи армейские порядки, — я не понял его проблемы. — Здесь случайных людей не осталось. К тому же ребятам всё равно привыкать к дисциплине. На Земле с нами никто церемониться не будет.

— Это точно, — согласился Вася и, немного подумав, кивнул. — Так и сделаю.

На этом моменте мы подошли к столу, и нам резко стало не до обсуждения фракционной политики.

— Давай рассказывай, Вик! — заявил Хосе. — Что там было?

— Да, Вик, — подхватил Эрик. — И почему так быстро? Я видел, как возбудились американцы, когда портал появился. Спорим, они хотели заскочить следом?

— Да кто бы им ещё позволил, — усмехнулся Вася, садясь во главе стола, а мне показывая на место по его правую руку.

— Нет, амиго, — покачал головой Хосе. — Эрик прав, у них могло получиться. Мы же не стали бы устраивать драку у себя на территории, так? Особенно после того, как сами объявили её нейтральной.

— Нет, конечно, — поморщился Вася. — Просто окружили бы портал. Ну или сами туда зашли.

— Среди них есть несколько ребят, которые чуть ли не летать умеют, — понизил голос Эрик. — А один и вовсе умеет перемещаться на короткие расстояния. Уж лучше тогда все слоты нами забивать.

— Так и будем делать, — вмешался я. — Но первым делом разведка. Наставник По сказал, что большинство Разломов подстраиваются под количество и силу неофитов. Дальше продолжать?

— Я не поняла, — нахмурилась Лара. — То, что он подстраивается – это плохо?

— Мне проще одному, — признался я. — Победил противника, и всё. В следующий раз понимаешь, кто тебя будет ждать.

— Кстати, — подал голос Ной. — С кем ты столкнулся в Разломе? Нежить?

— Вы не поверите, — покачал головой я. — Там был песьеголовый легионер.

Я пересказал ребятам стычку с воином, но про испытание Королевской охотой распространяться не стал.

Да, вокруг меня были свои, но чем меньше попутчиков на пути к Шлему Первого Титана, тем проще и быстрее у меня получится его найти.

Эгоистично? Возможно… Но лучше так, чем информация об испытаниях утечёт в другие фракции. Да, про шлемы рано или поздно узнают все без исключения неофиты, но секрет о слиянии шлемов я не расскажу никому.

Достаточно того, что я даю ребятам полный расклад по прохождению Разломов.

И, судя по тому количеству уточняющих вопросов, которое на меня обрушилось, ребята это ценили и пользовались каждой возможностью узнать про Разломы что-то новенькое.

Когда же мы закончили обсуждать сбор дневного папоротника, тема сама собой переключилась на обещанную Кратом Позом награду.

Мастер-наставник Серебряной лиги пообещал семь склянок зелья, которое поднимет Духовную энергию сразу на три пункта.

Мы решили разделить зелья между теми, кто выполнял задание, а седьмую склянку передать тому, кто выбрал Путь Духа. Вот только Эрик решил не то выпендриться, не то сыграть в героя, и передал свою будущую склянку в общак.

Мол, зачем ему Духовная сила, если он идёт Путём Силы?

Все призадумались, а я снова промолчал.

По идее, стоило сказать, что проработанные энергоканалы одинаково полезны как тому, кто идёт Путём Духа, так и тому, кто идёт путём Силы, но я решил для начала поделиться этой информацией с Васей.

И дело было не в том, что я не доверял ребятам, а в потенциальной утечке.

Я был на сто процентов уверен, что рано или поздно среди нас появится тот, кто будет сливать информацию на сторону. Или уже есть…

Что до спора насчёт награды от Крата Поза, то его прервала Анна, сказав, что рано делить шкуру неубитого медведя.

— Староста потока, Неофит Золотой лиги Василий!

Время от времени по столовой прокатывался голос Директора, и то один неофит, то другой шли в Амфитеатр.

Обратно в столовую никто не приходил – шутка ли, чуть ли не первый законный выходной!

Но когда в столовую не вернулся Вася, я немного напрягся. Нам нужно было обсудить столько вещей и решить столько задач, что он не мог не прийти.

И, судя по реакции остальных ребят, так подумал не только я.

— Видимо, смена индивидуального задания даётся не так-то просто амигос, — протянул Хосе.

— Тоже так думаю, — подключилась к разговору Софи. — Скорей всего после беседы с Директором, неофиты банально вырубаются. Не зря наставник По дал отбой насчёт ужина.

— Тогда точно вырубаются, — согласилась Анна. — Неужели прям там?

— Точно не на арене, — покачала головой Сара. — Ставлю на кельи.

— Индивидуальные или общие? — уточнил Ной.

— Общие, конечно, — вместо Сары ответила Мария. — Мы же не зря потратили столько времени на выбор, кто с кем живёт.

— Я не могу представить, как это будет организовано, — протянула Амина. — И что будет с теми, кто не определился с соседями?

— Случайное распределение, — уверенно заявил Ной. — Старый добрый рандом.

— Неофит Серебряной лиги Анна!

Голос Директора заставил нас замолчать, и Анна поднялась со своего места.

— До завтра, ребят.

Казалось бы, девчонка просто попрощалась, но я как-то сразу понял – Анна права, мы все увидимся только завтра.

После этого разговор сам собой сошёл на нет, и мы замолчали.

Неофитов становилось всё меньше и меньше, пока, наконец, не остался я один.

Я уже морально готовился идти в Амфитеатр и переноситься в помещение со стелой, но Директор смог меня удивить.

Стол, на который я облокотился, потеплел, а у меня в голове раздался голос Директора.

— Ну что, неофит Золотой лиги Вик, ты готов к беседе? Или, — в интонации Директора мне почудилась улыбка. — Мне лучше обращаться к тебе… Основатель?





Глава 10


— Мы оба знаем, что на текущий момент я пешка, уважаемый Директор, — не знаю, чего он добивался, но я прекрасно отдавал себе отчёт в происходящем. — К тому же эта специализация до сих пор «В процессе получения».

— Ты прав, — по столу прошла волна вибрации, совпавшая по тональности с коротким смешком Директора. — А если так?

Я заглянул в статус и усмехнулся.

Приписка «В процессе получения» пропала, и сейчас в графе «Специализация» красовалось гордое «Основатель».

— Ну что, Основатель Вик, сейчас лучше?

— Ну вот, — усмехнулся я. — Другое дело! Теперь я не пешка, а ферзь!

— Это хорошо, что ты не чужд самоиронии, — заметил Директор. — Да и гордость твоя ещё не превратилась в гордыню.

— Пока не дотягиваю до стандартов настоящего Титана, да?

— Несмотря на общий свод правил и положений, — директор проигнорировал мой сарказм, — у каждого свой путь и своё видение того, кто такой настоящий Титан.

— И кто такой настоящий Титан в вашем понимании, уважаемый Директор?

— Созидатель... Разрушитель… Созерцатель…

После этих слов в столовой повисла тишина.

Я обдумывал услышанное, а Директор не торопился продолжить беседу.

— Почему Созерцатель? — всё же не выдержал я.

Созидатель и Разрушитель – здесь всё ясно. Вечная дуальность, вечная борьба меча и щита. Кто-то предпочитает строить и создавать, кто-то уничтожать и грабить. Но при чём тут Созерцатель, я не понимал.

Может, Директор является последователем дзен-буддизма?

— Нашу вселенную, а, следовательно, и наши миры, формируют три энергии, — протянул Директор. — Их называют по-разному, но мне больше всего нравится следующее обозначение: Страсть, Невежество и Благость.

— Страсть – созидание, — сопоставил я. — Невежество – разрушение. Благость, выходит, Созерцание?

— Грубо говоря, — подтвердил Директор. — Всё, включая вселенную, рождается, развивается и рано или поздно умирает. И от того, какой энергии больше, зависит качество нашей жизни. Недостаточно создать что-то. Необходимо это поддерживать. Иначе неизбежно приходит угасание.

— Вы же сейчас говорите в том числе и про Школу? — предположил я.

— В том числе, — согласился Директор. — Древние, основавшие Школу, заложили в неё огромный запас прочности. Они думали, что Школа Титанов будет существовать вечно, привнося в мир стабильность и гармонию.

— Но здесь вмешался один Разрушитель… — протянул я, вспоминая видение, в котором Шань Ло заключал сделку с неизвестным призраком.

— Не один, — возразил Директор. — Их было много.

— Но получилось у одного, — возразил я.

— Да, — вздохнул Директор. — Шань Ло…

— Мастер-наставник Золотой лиги, — продолжил я. — Чуть ли не сильнейший боец в Школе. Огромный опыт, огромная коллекция слепков даров. Да что там! Он в шаге от пантеона! И с ним вы предлагаете мне сразиться?

— Всё верно, — огорошил меня Директор.

— Вы серьёзно? — вздохнул я. — Это же нереально.

— Это труднодостижимо, — поправил меня Директор.

Я же, испытав дежавю, покачал головой.

— Ладно. У вас должен быть какой-то план, не так ли? Не зря же вы во всеуслышание заявили об увольнении тех наставников, к которым не будут ходить неофиты?

— Не зря, — подтвердил Директор. — Но я… поспешил.

— В смысле? — от слов Директора мне мгновенно поплохело.

— Сразу после утренней поверки Шань Ло подал рапорт, — по столу пробежала недовольная рябь. — В случае увольнения он требует реализовать весь накопленный отпуск.

— Отпуск?

Я почему-то считал, что призраки работают в школе 24 на 7 без выходных и уж тем более без отпусков.

— Тысяча и один день, — вздохнул Директор. — Не знаю, как он до этого додумался, но всё это время Шань Ло скрупулёзно подстилал себе соломку.

— Постойте, — нахмурился я. — Получается, возникло противоречие. Если на занятия к нему не будут ходить ученики, вы должны его уволить. Но перед увольнением он уйдёт в отпуск, так?

— Так, — глухо подтвердил Директор.

— А наша с вами встреча – это возможность изменить индивидуальное задание, так? — продолжил я.

— Всё верно, Вик.

— Получается, вы хотите, чтобы я отказался от задания?

— Нет, Вик, — устало протянул Директор. — У тебя есть такая возможность. Я не имею права тебя неволить. Но моё предложение насчёт весточки в свой мир остаётся в силе.

— Но это же нереально! — возмутился я. — Шань Ло, несмотря на потерю львиной доли характеристик, практически непобедим! Да у него в запасе тысячи даров!

— Во-первых, это лишь слепки, — поправил меня Директор. — Во-вторых, Шань Ло, так же, как и мы все, связан клятвой и вынужден повиноваться регламенту Школы. И если при прошлом Кодексе он имел возможность тянуть с обучением, то сейчас он будет обязан делиться знанием.

— Хотите сказать, что мы больше не будем стоять по стойке смирно на занятиях и раз за разом проходить полосу препятствий на допах?

— Именно так, — подтвердил Директор. — Он будет вынужден следовать программе.

— А если он будет намеренно искажать информацию?

— Тогда Школа сама его накажет, — усмехнулся Директор. — Именно поэтому вы и стояли по стойке смирно. Это единственный легальный обход правил Школы.

— Постойте, — нахмурился я. — Что мешает ему продолжить эту практику? Ведь всегда можно обосновать стояние по стойке смирно развитием силы, выносливости и так далее!

— Это так, — в голосе Директора мелькнула улыбка. — Но твоя Стойкость превышает десять пунктов.

— А это значит…

— Статическое упражнение Каменная твердь рекомендуется использовать до достижения Стойкости в пять пунктов, — Директор, судя по всему, процитировал свод школьных правил. — Предельное допустимое значение Стойкости, при котором разрешается использовать статическое упражнение Каменная твердь, составляет девять пунктов.

— Ладно… — протянул я. — А что мешает ему гонять меня по всем полосам препятствий?

— Динамическое упражнение Полоса препятствий рекомендуется использовать до достижения Стойкости в десять пунктов. Предельное допустимое значение Стойкости, при котором разрешается использовать динамическое упражнение Полоса препятствий, составляет девятнадцать пунктов.

— Получается… Мастер-наставник Шань будет обязан обучать меня боевым искусствам Титанов?

— Верно, — подтвердил Директор. — В связи с этим, у меня будет просьба. Но для начала…

Тусклая вспышка заставила меня прищуриться, а когда я открыл глаза, на столе появилась школьная форма.

— Что это?

— Прочный мундир неофита, — усмехнулся Директор. — С привязанной к нему Молнией.

— Вы хотели сказать, Слабой молнией? — уточнил я.

— Я сказал то, что сказал, Вик.

— Ого…

Подарок был хорош. Да что там, хорош, прекрасен! Я как раз думал, как быть дальше, учитывая, что мой мундир находится на последнем издыхании.

Причём меня волновали не столько его защитные свойства, сколько Молния. Ведь это моё основное алиби в глазах остальных неофитов.

Впрочем, не исключено, что после изменения Кодекса и обнуления индивидуальных заданий, все неофиты забыли про Последнего.

— Я знаю, о чём ты думаешь, — произнёс Директор. — Основная угроза осталась позади, и ты больше не нуждаешься в прикрытии. Но это не так, Вик.

В принципе, Директор только что озвучил мои мысли, вот только я не собирался отказываться от мундира!

— Ты, будучи Последним, вносишь в систему дисбаланс, — продолжил Директор. — Сеть вынуждена на тебя реагировать. Будь готов к тому, что интерес к тебе не угаснет, а только возрастёт. Помнишь ту особу, которая интересовалась, есть ли в Школе Последний?

— Элис? — уточнил я. — Её призрачного партнёра ещё звали Кира. Помню, конечно, она чуть меня не убила.

— Это не она, — огорошил меня Директор.

В смысле, не она? Я был уверен, что Элис и есть та девушка, у которой индивидуалка на моё устранение!

— Вик, — вздохнул Директор. — Считай, что у тебя на спине висит огромная мишень. Пока живы все Титаны вашего мира, тебе не будет покоя.

— Но почему?

— Потому что ты Последний, — вздохнул Директор. — И такие, как ты, зачастую становятся… Разрушителями.

— Именно поэтому вы помогли мне получить специализацию Основатель? — скривился я. — Чтобы, так сказать, уравновесить шансы?

— Всё верно, — подтвердил Директор. — Я считаю, что ты можешь стать Созидателем. Если, конечно, выживешь.

— Скажите, а фракции могут мне в этом помочь?

Мысль пришла случайно, но я, чтобы не забыть, сразу же её озвучил.

— В Школе Титанов фракции играют ключевую роль в становлении неофита, Вик. Именно фракции позволяют выявить тип личности. Чистые Созидатели, Разрушители и Созерцатели – это редкость. Каждый неофит, так или иначе, сочетает в себе эти три энергии.

— Это какая-то пропорция? — уточнил я. — Или неофит может влиять на каждую из энергий.

— Второе, — усмехнулся Директор. — В противном случае всё было бы предопределено. А так у каждого есть шанс вытесать из себя того, кого он хочет.

— Роден сказал: Я беру глыбу мрамора и отсекаю от неё всё лишнее, — кивнул я. — Мне близка эта концепция.

— Из Родена получился бы неплохой Титан, — усмехнулся Директор. — Но речь сейчас не о нём, а о тебе.

— И о Шань Ло, — вздохнул я.

— И о Шань Ло, — подтвердил Директор. — Но он лишь следствие твоего выбора.

— Я, честно говоря, немного запутался, — принялся я. — Мы до сих пор говорим о фракциях или уже о чём-то другом?

— Ты знаешь, что у меня есть доступ к памяти неофитов? — неожиданно спросил Директор.

— Теперь – да.

— Ты когда-нибудь задумывался, почему благородные герои не убивают злодеев?

— Потому что находятся в плену своих ограничений? — предположил я.

— Потому что интуитивно понимают – если они последуют примеру своих антагонистов, то сами ступят на скользкий путь лёгких и быстрых решений.

— Разве это плохо? — пожал плечами я. — Лично меня всегда удивляло такое отношение. И ладно, свою жизнь им не жалко, но почему они не думают про свою семью?

— Потому что есть нечто более важное, чем смерть, — вздохнул Директор. — Это тяжело объяснить, но это так.

— Следуя вашей логике, я уже вступил на скользкую дорожку, — криво усмехнулся я.

— Именно, — подтвердил Директор. — Чем больше ты будешь убивать, тем больше в тебе будет от Разрушителя. Соответственно, чем больше ты будешь создавать, тем больше в тебе будет от Созидателя.

— А как же Созерцатель?

— Не то время, Вик, — ответ Директора заставил меня задуматься. — Если говорить языком твоего мира, то в нашей системе накопилось критическое количество ошибок. Один неверный шаг, и случится масштабный коллапс. Всё начнётся с твоего мира, но это будет лишь начало.

— У меня три вопроса, — вздохнул я. — Почему так случилось? Как это остановить? И… В чём ваш интерес?

— Текущий кризис – это результат столкновения личных амбиций Титанов, полубогов, великих магов, Наместников миров и так далее, — принялся отвечать Директор. — Остановить его и сложно, и легко одновременно. Нужно всего лишь увеличить количество созидательной энергии.

— Другими словами, уменьшить количество разрушительной? — уточнил я.

— По возможности, — по столу прошла неприятная рябь.

— Но при этом необходимо расти в рангах, выполняя задания, — усмехнулся я. — Так?

— Поэтому я и сказал, что это и легко, и сложно одновременно.

— Это я услышал, — кивнул я. — В отличие от ответа на последний вопрос.

— Мой интерес – всеобщая гармония и мировая стабильность, — заявил Директор.

Звучало благородно, вот только я был более чем уверен, что это лишь часть правды.

— Чего вы хотите от меня?

— Чтобы ты развивал фракцию, — удивил меня Директор. — Чтобы ты выполнял задания наставника По. Чтобы ты помог восстановить силу и влияние Школы Титанов.

— Не уверен, что потяну всё это, — засомневался я.

— Потянешь, — заверил меня Директор. — А мы с наставником По тебе поможем.

— Может, развитием фракции займётся Вася? А я сфокусируюсь на разведке Разломов и сборе ресурсов?

— Ты – Основатель, Вик, — вздохнул Директор. — И пусть формально вашу фракцию возглавляет неофит Василий, но тебе, благодаря специализации, доступно больше функционала.

— Это как? — не понял я. — Намекаете на алтарь возрождения?

— И на него в том числе, — подтвердил Директор. — Но главное не это. Практически все неофиты твоего потока могут развивать фракцию исключительно по сержантской ветке. Ты же можешь развивать её по офицерской.

— Это как с магией и дарами? — уточнил я. — То, о чём нам говорил мастер-наставник Гар Сап?

— Именно, — подтвердил Директор. — Скажу прямо, Вик. Мне нужна большая и сильная фракция, которая поможет наполнить склады, восстановить заброшенные и законсервированные помещения, выпустить сильный поток лояльных Школе Титанов. В общем, вернуть Школе престиж.

— Не вижу в этом большой проблемы, — протянул я, прикидывая, сколько неофитов нам нужно привлечь, чтобы решить поставленную Директором задачу. — Но нужна мотивация.

— Повышение базовых характеристик, уникальные достижения, увеличение сопротивления, очередные ранги, новые таланты и развитие даров, — принялся перечислить Директор. — Награда будет за каждые десять процентов.

— Мы можем оформить это в виде групповых турниров, — задумался я. — Если будет поддержка со стороны Школы, то, думаю, получится привлечь все, без исключения, фракции.

— Будет здорово, если твоя фракция этим займётся, — голос Директора заметно потеплел. — Моих ресурсов уже не хватает. Поддержка со стороны Школы будет.

— Отлично, — внешне я никак не проявил своих эмоций, но внутри был готов пуститься в пляс от охватившей меня эйфории.

Подумать только, Директор лично предложил мне и Васе использовать административный ресурс! Как только мы получим возможность формировать групповые задания, в наших руках окажется огромное влияние!

Пожалуй, только ради этого стоило пообщаться с Директором.

Если раньше все мои планы были писаны вилами по воде, то сейчас я ощутил уверенность в завтрашнем дне.

— А в качестве аванса… — по столу прошла рябь, и я почувствовал, как он изменился, что ли? — Ваша фракция получает алтарь.

— Наш стол – теперь алтарь? — уточнил я.

— Первого ранга, — подтвердил Директор. — Я взял на себя смелость удержать дух Мэйлин, и теперь у вас есть возможность вернуть ей жизнь.

— Жизнь?

— В форме призрака, разумеется, — тут же приземлил меня Директор. — Но и это уже хорошо, не так ли?

— Так, — заверил я Директора. — Спасибо.

— С этим мы разобрались? — усмехнулся Директор. — Что насчёт заданий наставника По?

— С этим точно не будет никаких проблем, — заверил я Директора. — У нас очередь на посещение Разломов. Проблема в их ограниченном количестве.

— Со следующей недели будет лучше, — пообещал Директор. — А когда кто-нибудь из неофитов достигнет пятого ранга, появится возможность открыть заброшенную Мастерскую.

— Понял-принял, — я обратился в слух.

В моём понимании, доступ к Мастерской – это был следующий уровень развития, и я не собирался уступать её кому бы то ни было.

— Ну а прежде, чем мы обсудим последний вопрос, — Директор не стал останавливаться на Разломах, и я понимал, почему.

Мы уже обсуждали награды за прохождение Разломов, и Директор ясно дал понять, что этим вопросом занимается наставник По.

Сейчас же, судя по всему, он собирался поговорить о самом важном пункте нашей сделки. О Шань Ло.

— Убери форму. А лучше сразу же её надень.

Это был жирный намёк на полученный аванс, и я не стал выпендриваться. Одно волевое усилие, и на мне оказалась новая школьная форма.

— Вик, — по столу прошла тёплая волна. — Мне нужно, чтобы ты решил вопрос с Шань Ло. Я сделал всё, что от меня зависит, но этого оказалось недостаточно. Теперь дело за тобой.

— В общем и целом я не против, — осторожно произнёс я. — Но я пока что не представляю, с чего начать.

— Я понимаю, — вздохнул Директор. — Поэтому предлагаю начать с занятий.

— Что-что? — переспросил я. — С занятий?

— Да, с занятий.

— Даже если я буду единственным неофитом, который будет на них ходить?

— Именно, — подтвердил Директор. — В таком случае он не сможет воспользоваться своим отпуском. Мы выиграем время до ежегодного турнира, а там… Там будет видно.

Мне очень не понравилась последняя фраза Директора, но другого пути, как я понимал, у меня нет.

Я получил настолько большой пряник, что любой потенциальный удар кнута мерк по сравнению с ним.

К тому же у меня, как у Основателя, был стодневный иммунитет.

— Хорошо, — решился я. — Я согласен.

— Вот и славно, — протянул Директор. — В таком случае не будем откладывать эту судьбоносную встречу.

— В каком… — начал было я, но волна тепла, разошедшаяся от стола, захлестнула меня с головой. Голова закружилась, а я машинально закончил, — … смысле…

Честно говоря, я много чего хотел ещё сказать, но стоило мне осознать, где я оказался, как все слова застряли у меня в горле.

Я стоял в центре арены Полигона, а напротив меня парил мастер-наставник Шань Ло. И, судя по его полыхающим багровой тьмой глазам, меня не ждало ничего хорошего.





