ГЛАВА 1


В кабинет ректора Академии военных драконов Лейтона Уинфорда я вошла на одеревеневших ногах.

С тугим узлом, который скрутился где-то у меня в животе.

Никогда еще так не волновалась, когда заходила к нему. Даже в самый первый раз!

Даже, когда без спросу постучалась в его личные покои и сказала, что почищу его ботинки, как он велел.

Ведь тогда я еще не знала, кем Уинфорд окажется для меня…

А сейчас я не знаю, чего от него ждать.

И как успокоить разбушевавшиеся мысли.

Почему мне кажется, что ждать надо плохого?

Или очень плохого?

Картина, которая открывается глазам в его кабинете, несколько… удивляет.

Или, скорее, настораживает.

Лейтон сидит в своем ректорском кресле за совершенно пустым столом – ни его обычных бумаг, карт, документов, с которыми он обычно работал, весь такой занятой, ничего.

И вот к этому его пустому столу приставлен еще один, накрытый на одну персону.

Он накрыт столь роскошно и изысканно, что, по-моему, так даже для генералов проверочной комиссии на банкете не сервировали.

Тарелка из тончайшего фарфора украшена тонким золотым ободком, серебряные столовые приборы, сверкают, точно зеркало, и блестит высокий бокал из прозрачнейшего хрусталя.

Довершает это произведение искусства свеча в подсвечнике и белоснежная тканевая салфетка с золотой вышивкой.

Вообще-то нет!

Довершает эту картину еда, сервированная, как в лучшем ресторане. Мне-то в ресторанах бывать не доводилось, конечно, это я по телевизору видела… Чего тут только нет – различные виды мяса и рыбы, фрукты и овощи, несколько разнообразных десертов. Есть даже две изящные бутылки вина – красное и белое.

Так все красиво и вкусно выглядит – аж глаза разбегаются!

Лучше не смотреть – такое изобилие не про мою честь.

Еще решит, что я с ума схожу, как хочу есть.

Выпрашиваю.

Наверное, Лейтон ждет какого-то важного гостя и заставит меня ему прислуживать.

Опускаю взгляд в пол, как он меня когда-то учил, и мой голос звучит абсолютно безэмоционально.

– Вызывали, майор?

Лейтон окидывает меня, стоящую по стойке смирно перед этими двумя столами, холодными голубыми глазами с головы до ног.

Его взгляд задерживается на туфлях.

Великолепных черных лакированных лодочках от Веленто на высоком каблуке.

Я сдержала обещание, данное ему в прошлый раз.

Производители не солгали – чувствую себя в них превосходно, словно в удобнейшей разношенной обуви. Ни мои старые приютские башмаки, ни грубые ботинки из кордуры и рядом не стояли.

Если честно, я в жизни не носила столь дорогой и хорошей вещи. Ни в той, ни в этой. Даже не представляла, каково это.

Эти туфли потрясающе подходят к моей форме.

Теперь образ идеален.

Он смотрит на мои ноги.

Нет, не смотрит.

Впивается хищным взглядом, даже зрачок в голубых глазах словно становится вертикальным.

– Сядь.

Отдавая этот короткий приказ, он даже в лицо мне не смотрит. Все так же вниз.

Мне хочется убраться куда-нибудь к стенке и присесть там на один из стульев.

Но нужно быть дурой, чтобы не понять – он велит сесть мне прямо перед собой.

За накрытый стол.

Присаживаюсь аккуратно, на краешек роскошного полукресла с мягким сиденьем и спинкой. Мне не по себе.

– Моя служанка не должна плохо питаться, иначе она будет плохо выполнять свои обязанности. Хочу, чтобы ты поела.

Лейтон откидывается в своем кресле и смотрит на меня.

А я – на него. И просто не нахожу слов.

Хочет, чтобы я поела.

Не империалов мне на жетон кинул, чтобы купила еды, не прислал мне ее, в конце концов.

Вызвал к себе в кабинет, чтобы я ела перед ним.

За роскошно, совсем мне не по статусу сервированным столом.

Псих!

– Ваша забота обо мне, как всегда, бесценна, майор, – вежливо начинаю. – Но… Обязательно… Делать это в вашем присутствии?

– Мне важно знать, что ты не осталась голодной, – произносит Лейтон, и мне чудится в этом усмешка.

Ему важно знать, что я не осталась голодной.

А у самого помолвка с Кристалиной через час. Или через два?

М-м-м, да он, кажется…

Спятил?!

– В еду… что-то подмешано? – осторожно интересуюсь.

– За кого ты меня принимаешь? Я – не ты. Ешь спокойно. Или, может, имеются какие-то особые желания или предпочтения? Может, чего-то хочется особенно? Я распоряжусь, чтобы принесли.

– Ваше сердце, майор. Свежее, с кровью, – смотрю ему прямо в глаза.

Прикусываю язык, понимая, что не сдержалась.

Но спектакль, в котором он сейчас заставляет меня участвовать, бесит чрезвычайно.

Драконий гнев так сложно обуздать…

Ожидаю окрика или ледяного выговора за то, что в такой неподобающей манере разговариваю с майором.

Но Лейтон только свысока усмехается.

Ему забавно.

– Подавишься, Тесса Кук.

– Пожалуй, скорее отравлюсь.

Не знаю, чего он на самом деле хочет – может, смутить меня, чтоб начала мужественно отнекиваться и бестрепетно заявила, что и крошки хлеба не съем.

Но если уж на то пошло, ужин я сегодня собиралась пропустить. И я действительно голодна.

Раз Его Ректорское Сиятельство расщедрился на великолепный стол для недостойной служанки, кто я такая, чтобы отказываться от высочайшей милости?

Не стоит придавать этому такого значения.

Хочет убедится, что я поела, пусть – пусть убеждается себе на здоровье. И катится на свою помолвку.

Как ни в чем не бывало, кладу себе овощи и запеченную рыбу с золотистой корочкой, источающую дивный аромат.

И спокойно принимаюсь за еду.

Не слишком поспешно, торопливо, но и без лишнего позерства.

Просто велю себе забыть, что нахожусь под пристальным наблюдением, и наслаждаюсь вкусной едой и прохладной водой из графина, которую налила себе в бокал с тонкой ножкой.

А Лейтон задумчиво смотрит, как я ем, откинувшись в своем ректорском кресле и оперев подбородок о руку. Наверное, если бы я всерьез об этом задумалась, то у меня бы под этим внимательным и каким-то затаенным взглядом майора кусок в горло не полез.

Но, собственно, почему я должна строить из себя до хрена принципиальную, раз выпала такая возможность?

Возможно, он именно этого от меня и ждал.

Смущения или праведного возмущения. А может быть, открытой провокации? Что стану есть руками, громко чавкая при этом?

Но я понимаю, что здесь такая провокация совершенно не к месту, поэтому стараюсь сделать так, чтобы ему не к чему было придраться, и он поскорее меня отпустил.

Хотя, это же Уинфорд…

Если пожелает – до чего докопаться, он всегда найдет.

И все-таки, почему он наблюдает, с таким… удовольствием?

Это, в конце концов, просто ненормально.

Для разнообразия решаю завести беседу – может, Лейтон отвлечется и прекратит на меня ТАК пялиться?

– Почему вы не едите?

– Я не голоден. Но мне приятно, что ты спросила.

Слова Лейтона звучат, как издевка, потому что он прекрасно понимает, что спросила я не из-за заботы о нем, а от недоумения всей этой ситуацией.

Именно от недоумения я все-таки не выдерживаю.

– Хорошая служанка должна заботиться о своем господине.

Я помню, что на последнее слово у Лейтона стойка.

Чувствую, как он напрягается, подавшись вперед, а его взгляд становится ощутимо тяжелым.

Но в следующее мгновение, совладав с собой, усмехается уголком рта и снова расслабленно откидывается назад.

– А господин – о своей служанке, – хрипло произносит Лейтон, глядя мне в глаза. – Как зачеты? Все сдала?

– Господин изволил вспомнить, что служанка еще и кадет академии. Как же это мило с его стороны.

– Ты даже себе не представляешь, каким милым я могу быть, Тесса Кук, – хищный оскал Лейтона говорит прямо об обратном. – Не было проблем с офицером Каном?

– Почему именно с ним? – напрягаюсь я.

Уинфорд что, интересуется моей учебой, раз знает насчет терок с генеалогом?

– Офицер известен своими радикальными взглядами на чистоту крови, – как само собой разумеющееся говорит Лейтон. – Если он не зачел, не беспокойся – в ведомости будет стоять зачет.

Вот так вот запросто.

Да и вообще, как будто сам Уинфорд не такой ценитель чистой крови, как Кан!

– По остальным предметам тоже мне зачеты просто так выставите?

– Насколько я знаю, с остальными предметами у тебя нет проблем. Многие преподаватели хвалят тебя за упорство, трудолюбие и талант, которые, кстати, раньше ты не проявляла, – задумчиво говорит Лейтон. – Вот только без оборота все это ничего не значит, Тесса Кук.

Теперь я точно знаю, ЧТО нужно мне для оборота в настоящего дракона.

Вернее, кто…

Кажется, что взгляд выдает меня с головой. Кажется, что он слишком откровенный.

Каким бы сильным менталистом не был, ректор не умеет читать мысли.

Хотя…

Вон они, все мои мысли – в газете напечатаны, читай, кто угодно!

Но непохоже, что Лейтон уже видел «Знамя». Может, газетенка с моим жарким стихотворением как-нибудь пройдет мимо него?

Поспешно отвожу глаза и делаю несколько больших глотков прохладной воды.

И внезапно мне на ум приходит очень простая мысль.

А так ли мне нужно это обращение?

У меня ведь были планы на тихую и размеренную жизнь, спокойную работу после окончания АВД.

Может быть, и ну ее к дьяволу, эту драконью ипостась, если ради нее я должна…

Должна переспать с Лейтоном Уинфордом.

То, что я узнала из интервью с профессором, не может уложиться у меня в голове.

Эмоции, которые вызывает эта мысль…

Они похожи на грозовое небо перед штормом.

– Я читала про нескольких кадетов АВД, которые так и не смогли обернуться. Тем не менее, они закончили Академию и смогли достойно устроиться в жизни. Один даже стал героем войны с песчаными драконами…

– Да, было такое, – кивнул Лейтон. – Вот только они происходили из богатых уважаемых аристократических семей. Чем безродная сирота из приюта на Обочине похвастать не может.

Я нахмурилась. Разумеется, он был прав – статус, связи и богатство делали свое дело.

Если хочешь что-то значить в этом мире, они были необходимы.

Они или оборот…

Отпив еще чуть-чуть воды, я приложила к губам салфетку и отодвинула от себя тарелку и поднялась.

– Я безмерно благодарна вам за то, что меня накормили. Однако, думаю, разговоры о моем будущем – это не то, чем вам сейчас полагается заниматься, майор. У вас сейчас важное торжественное мероприятие. Вам помочь собраться?

– А я думаю, что ты не притронулась к десерту. Это неправильно.

– Благодарю, конечно, но десерт – это уже лиш…

Рядом со мной он оказался в мгновение ока...





ГЛАВА 2


Вот только Лейтон сидел, расслабленно откинувшись в своем кресле, и наблюдал за мной, небрежно опершись локтем о подлокотник, а подбородком о костяшки пальцев.

И вот – совсем рядом.

Его дурацкая волшебная способность двигаться, как будто вампир, а не дракон.

Холодные голубые глаза смотрят, кажется, мне в самую душу.

Голодно.

Слово он и впрямь хочет напиться моей крови.

Как будто он знает мой секрет. Знает все мои мысли и те картины, которые против воли вспыхивают в голове.

Непозволительные, но такие яркие.

Острые, как колотый лед, по которому мне нужно пройти босыми ногами.

Если я решу…

Что я решу?

Черт бы этого Лейтона Уинфорда побрал за то, что вызвал меня в такой неподходящий момент, когда я только что узнала…

Даже не успела толком осмыслить эту ошеломляющую информацию.

Еще один его шаг – пытаюсь отклониться, как всегда, увильнуть от него.

Но это же майор Уинфорд, и он в своем репертуаре – зажал меня между тяжелым стулом и столом.

Загнал в ловушку и буравит своими глазами-ледышками.

Опускает взгляд на мои губы.

Зачаровано, как будто не отдавая отчета в своих действиях, Лейтон чуть приподнимает мой подбородок и кладет палец на нижнюю губу.

Смотрю на него во все глаза.

Что задумал?!

А он проводит подушечкой большого пальца, медленно очерчивая контур моего рта, и не отводя откровенного взгляда, а затем…

Его палец властно вторгается внутрь – в мой рот.

Так же, как совсем недавно вторгался его язык, но это ощущение сильнее и… порочнее.

Пару секунд мне хочется цапнуть его за то, что сует свои пальцы куда не надо.

Интуиция тихонько шепчет – лучше не стоит…

Лейтон проводит по моим зубам и языку, проникает еще более глубоко, а затем снова ложится на мои губы и медленно, мучительно медленно и влажно гладит их, трогает, ласкает…

Чтобы через пару мгновений снова глубоко погрузить палец ко мне в рот и двигаться внутри скользкими поступательными движениями, не отрывая жадных голубых глаз от моего лица.

Как будто наслаждается каждым ощущением.

Каждой моей реакцией.

Словно питается, но никак не может насытиться.

– Я не хочу десерта, майор, – успеваю вымолвить, но в ответ получаю лишь усмешку Лейтона.

– А я хочу… Свой десерт.

Большим и указательным пальцем он берет с роскошной многоярусной этажерки конфету и кладет мне в рот.

Она тает почти мгновенно. Сложный, насыщенный вкус шоколада раскрывается горькими терпкими нотами с оттенками ореха и ванили.

Господи, да я в жизни такого сладкого не пробовала…

Шоколад из моего мира, обычные дешевые конфетки, как будто слепленные из глины с сахаром, которые бабуля Клавдия покупала к чаю, не в какое сравнение не шли с этим драконьим шоколадом…

Который раскрывается еще изысканнее, когда в середине конфеты я обнаруживаю замороженную малину. Не знаю, каким образом ей удавалось оставаться замороженной – очевидно, какая-то магия.

Но это уже неважно, потому что мои вкусовые рецепторы взрываются.

Контраст теплого, горько-сладкого шоколада и ледяной кисло-сладкой ягоды – потрясающий.

Наслаждаюсь этим вкусом, одновременно глядя Лейтону в глаза.

Легкий трепет, малиновые всполохи, бабочки внизу живота…

Воздушная, невесомая, как глоток шампанского, эйфория длится две-три секунды – в этой конфетке капелька магии, руку готова на отсечение дать!

Облизываю губы, надеясь, что они не в шоколаде, иначе будет выглядеть не очень…

Сама удивляюсь, почему меня это волнует, почему не хочется выглядеть перед ним неряхой.

Но, разумеется, надеюсь я зря.

– Испачкалась… – заворожено говорит он, не спуская взгляда с моих губ.

И вдруг склоняется и проводит языком по уголку моего рта.

Медленно, так медленно и сладко, в нескольких крохотных мгновениях от поцелуя…

Но он не целует.

Смотрит сверху вниз своими голубыми глазами, которые уже не лед, а бушующее северное море с мощными многометровыми темными волнами, и хрипло говорит мне в губы, почти касаясь их своими губами:

– Почитай мне.

Это звучит столь неожиданно, что я не могу сдержать легкого смешка.

– Что?

– Твое стихотворение. Хочу, чтобы ты мне его прочитала. Сейчас.

Ну само собой, глупо было даже надеяться, что Лейтон еще не видел проклятое «Знамя АВД»!

– Наизусть я не помню. И вообще…

Не слова ни говоря, ректор выхватывает из внутреннего кармана кителя уже знакомый мне красный листок, сложенный как раз на последней странице с «признанием».

Прямо у самого сердца держал, ну надо же…

– И вообще – никаких признаний я опубликовывать не собиралась. Меня просто хотели подставить. Дневник украли в тот самый день, когда вы любезно зачитали его перед всеми. Я уже говорила, что с тех пор мое отношение к вам изменилось. И если бы сейчас он попал ко мне в руки, я бы просто его сожгла.

Голубые глаза Лейтона вспыхивают, становясь почти синими, и он прижимает меня бедрами к столу, вынуждая почти сесть на столешницу.

– Читай с выражением, Тесса Кук. Это приказ.

– Нет.

Решительно и в то же время спокойно кладу газету на стол.

– Постоянно говорите, что нужно соблюдать субординацию, но так легко нарушаете ее сами, майор. Похоже, вы подзабыли, но ваша драгоценная невеста прямо сейчас ждет вас на торжественной церемонии. Позвольте вам об этом напомнить.

Удивительно, однако второе напоминание о Кристалине не вызывает у него даже тени эмоций.

Абсолютный и полный игнор.

– Знаешь, о чем я подумал?

Нет, но мне уже заранее не нравится, что могло прийти в его головушку.

– Что моя личная служанка должна жить в моих апартаментах. Чтобы всегда быть в моем распоряжении. Ты можешь срочно понадобиться мне, например, среди ночи. Согласись, будет гораздо удобнее, если ты будешь жить со мной.

Смотрю на него расширившимися глазами.

Нет, он спятил, просто спятил, окончательно и бесповоротно!

– Я… Я прошу вас этого не делать и оставить все как есть, майор, – в моем голосе легкая паника. – Думаю, сейчас мне действительно лучше всего уйти!

Лейтон слегка отодвигается и берет со стола открытую бутылку с красным вином.

Небрежно рассматривает этикетку.

– Хороший год урожая, – задумчиво произносит, взвешивая бутылку в руке. – Редкое вино с предместий Дымной Долины. Говорят, виноградники были посажены на месте, где пролилась чистая кровь Драковоина, разделившись на шесть потоков. Ноты дикой вишни и сырого мяса, жженого дерева и черной замши. Одна эта бутылка стоит дороже, чем если бы ты полгода работала служанкой в уважаемой семье драгоценной крови. Попробуй. Вкус непередаваемый, я тебе это гарантирую.

А, теперь понятно…

Покормил, угостил десертиком, а напоследок решил споить, чтобы стала сговорчивей.

– Нисколько не сомневаюсь, майор. Насладитесь своим замечательным вином, отметьте помолвку. А мне действительно пора.

Порываюсь выбраться из плена, в который он меня загнал, но Лейтон не дает совершенно никакой возможности выбраться.

– Стихотворение, Тесса Кук.

– Я не буду читать вам свои стихи. Никогда.

Прямо смотрю ему в глаза, давая понять, что не кокетничаю, не ломаюсь, и это мое решение.

Как он поступит?

Если попытается надавить ментально, я поставлю такой щит, что его приказ разлетится вдребезги.

Что бы Лейтон сейчас не сделал, он не заставит меня читать…





Визуал к главе 2





