Пролог


Меня привозят в Его дом, когда уже начинает темнеть и огромный, жуткий особняк частично тонет во мраке.

Я прекрасно чувствую, как в груди все содрогается и сжимается от страха. То, как сердце прекращает свое биение. Мужчины, сопровождающие меня, не дают сделать ни одного лишнего движения и я прекрасно ощущаю, что мне конец.

Когда ты встречаешься с чудовищем и у вас с ним по-настоящему ужасающие, пробирающие отношения, ощущающиеся с его стороны, как острые клыки сомкнувшиеся на шее, будь готова к тому, что за попытку бегства придется платить. И цена будет намного выше, чем ты сможешь отдать.

Уже теперь я с содроганием вспоминаю о том, как утром быстро собирала вещи и судорожно заказывала билеты. А все зачем? Чтобы меня потом перехватили на автовокзале и привезли сюда?

«Он достанет даже из-под земли. Ему принадлежит этот город и в других нет никаких преград и граней»

Отлично. Я сама себе надела петлю на шею. Пожалуй, есть и более щадящие способы покинуть этот мир.

Один из мужчин открывает передо мной дверь, и я буквально на мгновение замираю на пороге. Страшно. Очень. Я бросаю быстрый взгляд назад и буквально душит осознанием, что убежать я все равно не смогу.

- Не советую вам медлить, - произнес один из верзил.

Этот мужчина не уточнял, но я и так все понимаю – Он в ярости. И любая моя заминка или, не дай бог, сопротивление и меня будет ждать что-то похуже боли. А Он ее умеет прекрасно причинять.

Я вхожу в дом. Изначально думаю о том, что меня отведут в Его кабинет, но содрогаюсь от осознания, что меня чуть ли не тащат на второй этаж. А, когда мы останавливаемся около дальней двери – внутри все холодеет. Это Его спальня.

Один из верзил открывает дверь, после чего меня вталкивают внутрь и дверь захлопывается.

Я еле удерживаю равновесие и, судорожно задерживаю дыхание, видя Его.

Ощущение, что я в клетке с мрачным, ужасающим монстром. С тем, кто может порвать меня на части, лишь одним движением. И Он этой ночью именно это и сделает. В этом я не сомневалась, ведь то, что между нами происходило в последнее время, наши отношения уже дошли до той грани, за которой только ад.

Не стоило обманываться Его безупречной, идеальной, но такой мрачной внешностью, от которой чуть ли не каждая девушка в Неаполе сходила с ума. Он лишь чудовище в человеческом обличие.

Меня буквально трясет от страха. Ладони дрожат и уже теперь сердце стучит так, что, казалось, от его биения можно оглохнуть, но я все же произношу:

- Пожалуйста, отпусти меня. Умоляю, оставь меня в покое и… найди себе другую девушку. Наших отношений уже быть не может.

Расстояния между нами не так уж и много, но, когда Он сокращает и его, я чувствую, как уже теперь сознание переполняется паникой. Я даже дышу с трудом.

Когда мы впервые встретились, я не знала, кто он и чьим единственным наследником это чудовище является. Мне даже не было известно его имя, от которого, как позже оказалось, в ужасе содрогается весь Неаполь. А я… была просто обычной студенткой. До сих пор ею являюсь. И если бы я только знала все это уже тогда бежала бы без оглядки.

- Даже так? Может, ты влюбилась в кого-то другого? – он сжимает мои волосы. Сильно. До побелевших костяшек, медленно, жутко наматывая их на кулак. Пальцами поддевая и сжимая мой подбородок. Заставляя посмотреть в его жуткие, сейчас нечеловеческие глаза. И я содрогаюсь. Раньше я еще ни разу не видела их такими. – Помнится, только вчера ты сама меня целовала.

Это ударило по нервам. Зная, что хочу убежать, я всячески пыталась усыпить Его бдительность. Делала это через внутренний судорожный страх. Даже я не могла описать того, насколько боялась его целовать. По собственной инициативе своим телом прижиматься к его.

- Ты с легкостью найдешь себе другую, - произношу рвано. Все так же не в состоянии контролировать свои мысли. – Ту… которая с удовольствием будет тебя целовать и… делать все остальное.

Он настолько сильно сжимает мои волосы, что я мычу от боли и в панике вздрагиваю, видя жуткий оскал на его лице. Холодею и бледнею, когда он наклоняется к моему уху.

- Все это будешь делать ты, - произносит он, резко вжимая меня в дверь своим огромным телом. – Сегодня.

- Нет… Ты…

- Я предупреждал тебя, чтобы ты даже не думала о побеге от меня. Но, судя по всему, тебе нравится особо грубо и жестоко, - он подушечкой большого пальца проводит по моим дрожащим губам. – Отлично. Мне тоже.





Глава 1 Парень


Еле волоча ноги, я вошла в дом. Тут тихо. Кромешная темнота, поглотившая стены. Кое-где в коридорах горит свет, но его хватает лишь на то, чтобы не спотыкнуться о мебель.

Зайдя в холл и, посмотрев в сторону второго этажа, я убедилась, что там тоже темно. Значит, дома никого нет.

Как и ожидалось, про мой день рождения опять никто не вспомнил, но в моем случае это даже благословение. Лучше, как-нибудь сама отпраздную свое восемнадцатилетие. Так безопаснее. Как минимум, не будет издевательств и унижений.

Стараясь не врезаться в кресла и диван, я прошла к кухне. Там ладонью нащупала включатель и щелкнула кнопкой, поморщившись от яркого света.

Хотела пойти к холодильнику, как резко остановилась и дернулась настолько сильно, что, казалось, буквально на мгновение у меня сердце останавливается. От испуга я даже чуть не закричала.

За столом сидел какой-то парень. И первой моей мыслью было паническое предположение, что это вор. Кто иначе будет находиться в темноте, в полностью пустом доме?

Я даже сделала судорожный шаг обратно в сторону двери и попыталась понять, чем в случае чего могла бы защититься, но… А разве существуют воры с наручными часами, стоившими явно дороже этого здания?

Он одет в брюки и в рубашку. Вокруг воротника узкий галстук. Волосы черные, явно жесткие. Кожа смуглая. Глаза голубые, но взгляд настолько мрачный, что мне внутренне захотелось сжаться. Исчезнуть. Я будто физически ощущала то, кровожадно подавляющее, что чуть ли не душить начало. Этот парень явно привлекателен. Даже очень, но почему-то, смотря на него, мне становилось не по себе.

И… что мне делать? Кто это вообще такой?

- Прости, но… ты кто? – спросила, очень осторожно. Все еще находясь около двери. Боже, если это кто-то из друзей сводного брата, мне влетит просто за то, что я обратилась к нему. Нужно было просто молча уйти.

Он еле заметно наклонил голову набок, из-за чего несколько прядей жестких, черных волос, упало на глаза. А у меня по спине пробежал еще более сильный холодок. Этот парень, даже вальяжно, лениво сидя на стуле, казался королем, а я перед ним была словно кривое ничтожество.

- Я твой парень, - произнес он, взглядом скользя по моему лицу. Голос у него тоже тяжелый, пробирающий.

Я сначала замерла. Затем сделала еще один шаг назад. Ближе к двери.

- Ага… - протянула на медленном выдохе. – Это не смешно.

Что он вообще такое говорит? Наверное, это действительно друг брата и очередное издевательство. Эти ублюдки чего только не делали.

Эта издевка очень странная, но она мне жутко не нравилась. Возникало до жути нехорошее ощущение.

Я развернулась и, наплевав на то, что хотела поставить в холодильник пирожное, быстро пошла прочь. Уже давно у меня имелось правило – если в доме есть сводный брат или, тем более, его друзья, мне нужно срочно спрятаться в своей комнате и запереть дверь.

Я уже прошла через порог, как услышала:

- Вернись, Романа.

Я против воли остановилась. Что-то леденящее прошло по телу. От голоса этого парня и правда было не по себе. И ему мое имя известно? Хотя, друзья брата его знали. Просто им не пользовались. Называли меня с издевкой «Гарантия».

- Тебе что-то от меня нужно? – спросила на выдохе. Оборачиваясь и внутренне сжимаясь.

Сколько бы я не смотрела на этого парня, среди друзей брата его вспомнить не могла. Я вообще видела его впервые. И была в этом уверена. Такого парня не забудешь.

- Сядь, - он взглядом указал на один из стульев. Но я отрицательно качнула головой.

- Прости, но… я не хочу, - ответила, делая еще один шаг назад. Затем, быстро разворачиваясь и уходя прочь. Вот только, когда я уже была около двери, она резко захлопнулась прямо перед моим лицом. С таким грохотом, что у меня биение сердца оборвалось и я в жутком испуге обернулась. Не сдержавшись, вскрикнула, видя, что этот парень уже теперь стоял прямо за моей спиной, рукой опираясь о дверь.

- Я, конечно, попытаюсь относиться к тебе, как к своей девушке, раз теперь обязан это делать, - он произнес это холодно. Так, что у меня душа сжало и, в тот момент, когда я резко попыталась отойти в сторону, он своей огромной ручищей схватил меня за шиворот толстовки и дернул так, что ткань врезалась в шею. Причиняя боль. Перекрывая доступ к кислороду. – Но не советую меня злить. Терпением я не отличаюсь.





Глава 2 Скажешь


- Отпу… Отпусти! – я закричала. Вернее, попыталась это сделать, но, учитывая то, с какой силой воротник толстовки впивался в шею, с губ больше сорвался сдавленный хрип.

Я судорожно, испуганно попыталась вырваться. Схватиться за дверную ручку. Да вообще хоть за что-нибудь, но этот парень резко дернул меня на себя. Еще сильнее перекрывая доступ к кислороду и так, что я спиной был вжата в его стальной торс.

- Стой ровно, - его слова прозвучали совсем рядом с моим ухом. Безразличные. Но от тяжелого, мрачного голоса сердце сжалось так, что, кажется, вообще перестало биться.

Я лихорадочно, отчаянно трепыхнулась. Логически понимала, что мне лучше слушаться. Физически я все равно никак не смогу себя защитить, но паника застилала сознание. И лишь, когда он пальцами второй руки забрался в мои волосы и сжал их чуть ли не мертвой хваткой, я застыла. Почему-то мне всерьез показалось, что он меня сейчас просто убьет. Во всяком случае, что-то именно такое повисло в воздухе. И я, конечно, понимала, что это всего лишь преувеличение моего воспалившегося сознания, но…

- Не доводи меня сильнее, чем есть сейчас, - произнес он, после чего разжал руки и я, получив свободу, тут же отшатываясь и чуть ли не падая, быстро отошла на несколько шагов.

Сердце вновь начало биться. Уже теперь безумно, словно желая сломать мне ребра и я бросила испуганный взгляд на лестницу. Мысли плавились ядом, но судорожно пытались собраться в рванное понимание, успею ли я добежать до нее.

- Ну, попробуй, - этот парень заметил мой взгляд и я еще сильнее дернулась, застывая на месте.

- Что… Что тебе от меня нужно? – спросила, делая шаг к диванам. Хоть немного, но подальше от него.

У меня уже было несколько критичных ситуаций с друзьями брата. Как-то, во время очередной вечеринки, устроенной им, они сломали мою дверь. Ворвались в спальню. До сих пор не понимаю, как смогла убежать и что именно эти пьяные ублюдки собирались делать, но я прекрасно знала, какова настоящая паника на вкус.

Вот только, с этим парнем все было хуже, глобальнее, ужасающее.

- Отношения, - произнес он, мрачно смотря мне в глаза и я почувствовала, как сердце вновь сжимается.

- Пожалуйста, перестань, - умоляющее попросила. Да что же такого я им вообще сделала, что они так издеваются надо мной? Кроме того, что просто существую?

- Сядь, - это был не приказ. Что-то намного хуже.

Я опять бросила взгляд на лестницу, краем глаза улавливая, что этот парень положил ладони в карманы брюк. Он явно опять заметил мой взгляд, но пока что ничего не говорил и не делал. И это было похоже на изощренную, особенно жестокую игру – дать мне возможность убежать.

Я шумно выдохнула, но подошла к креслу и буквально рухнула в него. В холле, где мы сейчас находились, свет не горел. Лишь отдаленно сюда доставал свет с кухни, но его явно было мало.

- Хорошая девочка, - он произнес это так, словно похвалил зверушку.

Я напряженно сжалась. Молча смотрела на него, пытаясь вообще никак не реагировать. Тем ублюдкам нравился мой страх. Если… Если не показывать его, может, он отстанет.

- Ты знаешь, кто я? – он не сел на диван. Остался стоять на том же месте и уже теперь я могла полностью понять, насколько он огромен. Практически под два метра ростом. Я тоже не низкая. Скорее, одна из самых высоких девушек у себя в группе, но по сравнению с этим парнем почувствовала себя прямо крошечной.

- Друг моего брата, - произнесла на выдохе.

- Нет.

Я держала ладони у себя на коленях и, в этот момент пальцы сильно дернулись. В каком это смысле «нет»?

- Ты знаешь мое имя? – он задал другой вопрос.

Я еще сильнее насторожилась. В полумраке нервно впилась в него взглядом, но сколько бы я не думала, вспомнить его не могла.

- Нет, - произнесла тихо. – Я тебя вижу впервые.

- Отлично, - он немного опустил веки. – Меня зовут Дарио. Ты, Романа, уже совершеннолетняя. Созревшая девушка, готовая к отношениям.

- Я ни к чему не готовая, - сорвалось с моих губ. Я даже не поняла, что именно сказала. И, тем более, я не понимала, что говорил он.

По спине пробежал холодок. Откуда он знал, что я с сегодняшнего дня совершеннолетняя?

Я резко подняла голову и посмотрела в сторону второго этажа. Я не верила в то, что он не друг моего брата. Только они способны так отравлять мою жизнь и, смотря на второй этаж, думала о том, что, возможно, они все прячутся там. Возможно, снимают на камеру, а я дрожу в ожидании того ужасного, что должно быть дальше.

- Мне плевать. Ты тоже не мой выбор, - он рукой оперся о спинку дивана. Ладонь у него огромная и кожа действительно смуглая. – Но, если ты перестанешь ныть и сопротивляться, вполне возможно, я начну относиться к тебе соответствующе. Как к своей девушке. Я не буду причинять тебе боль и дам то, что будет соответствовать твоему статусу.

Я разомкнула губы, но практически сразу закрыла их и сложила в тонкую линию. Мне хотелось многое сказать, но я решила промолчать. Если брат и остальные ублюдки сейчас наблюдают за мной и веселятся, мне лучше вообще никак не реагировать.

В холле повисла тишина. Мы молча смотрели друг на друга и я кожей чувствовала напряжение, мрачность. Мое собственное сердце все еще билось с трудом, но, заставляя себя выдохнуть, я спросила:

- Теперь я могу идти?

- Только, если ты скажешь, что все поняла и в наших отношениях ты не будешь создавать проблем.

Меня эти слова резанули. Сильно, но… если они позволят мне наконец-то уйти…

- Я все поняла и обещаю не создавать никаких проблем, - произнесла буквально на одном выдохе, после чего, практически не шевелясь, опять спросила: - Теперь я могу идти?

Некоторое время он ничего не говорил. Молча, мрачно смотрел мне в глаза. И лишь спустя несколько невыносимо долгих секунд, он еле заметно кивнул.

Я тут же поднялась с дивана и быстро пошла к лестнице. Проходя мимо коробочки с пирожным, которое я уронила и теперь, его, скорее всего, не спасти. Но даже не задумываясь об этом. Больше не оборачиваясь. Быстро поднимаясь на второй этаж.

Лишь будучи на верхних ступеньках, я ненадолго замерла. Совершенно забыла о том, что брат и остальные ублюдки скорее всего там, но, в итоге, нервно оглядываясь и прислушиваясь к тишине, я там никого не увидела и не услышала, из-за чего очень напряженно, нервно, позволила себе подняться дальше.

Скорее всего, они в другом месте. Например, в коридоре первого этажа. Но останавливаться, чтобы обернуться и проверить это, я не стала. Быстро пробежала по коридору и, ворвавшись в свою спальню, закрыла дверь на ключ.

Пошатываясь, спиной отошла к стене.

Какого черта это было?

***

Около часа я нервно расхаживала по своей комнате, ожидая еще чего-нибудь ужасного. Может, даже того, что брат со своими ублюдками друзьями опять начнут ломиться ко мне в комнату. Они же это делали не в первый и даже не во второй раз.

И у меня до сих пор в голове не укладывалось то, что произошло. Такая издевка явно не в их стиле. Чего они ею вообще добивались? Это… Так странно.

В итоге, когда сил расхаживать по комнате уже не осталось, я села на пол рядом с кроватью. Сегодня слишком сильно устала на подработке. Ноги гудели. Руки ныли. Еще и это. А я то надеялась, что вечером тихо посижу с чашкой чая, пирожным и каким-нибудь сериалом. Так отпраздную день рождения. А в итоге толком не включив свет, сидела и нервно прислушивалась к тишине.

Чем дольше я это делала, тем больше ничего не понимала. Создавалось ощущение, что в доме действительно никого нет.

И, ближе к полночи, я, уловила какой-то свет. Машина подъехала к дому и свет ее фар, немного попадая в мою комнату, упал на стены.

Выглянув во двор, я увидела внедорожник своего брата. Затем и его громоздкую, мрачную фигуру, приближающуюся к дому.

Что… это значит? Его что ли действительно не было дома? Или он куда-то уехал, после того, как я поднялась к себе и вот сейчас опять приехал?

Все еще сидя на полу, я, задерживая дыхание, слышала тяжелые шаги в коридоре. Затем то, что брат открыл дверь своей комнаты и вошел в нее.

Наши спальни находились напротив друг друга.





Глава 3 Чашка


- Ты когда наконец-то приведешь себя в порядок? – Винса наклонилась через прилавок и потянула за ткань моей старой, немного растянутой толстовки.

- Черт, я чуть твой кофе не пролила, - с трудом удерживая чашку, я стиснула зубы и перевела на подругу раздраженный взгляд. Я и так чертовски устала. Еще не хватало обжечься или вообще разбить посуду. Мне за нее придется платить из своего кармана.

Винса фыркнула и опять села на высокий стул.

- В последнее время ты выглядишь так, будто тебя собаки через кустарники протащили, - она подперла голову кулаком и окинула меня придирчивым взглядом. – А ведь когда-то такой хорошенькой была. Следила за собой. Хорошо одевалась.

- Не преувеличивай. Я и сейчас нормально выгляжу, - насыпав корицу, я поставила кофе перед подругой. У нас обоих финансовые трудности, но я на своей работе могла делать одну бесплатную чашку кофе в день. И всегда отдавала ее Винсе. Из-за этого она заходила ко мне практически каждый вечер.

- Ага. Конечно. Сколько этой толстовке лет? Кажется, ты носила ее еще в третьем классе средней школы. У тебя же есть вещи поновее. Где они? Вот объясни мне, почему ты одеваешься в старье?

- Не поверишь, но, чем паршивее я выгляжу, тем меньше меня достают. Конечно, если не считать тебя.

- А что такое? Ухажеров стало слишком много? – поинтересовалась подруга, беря до блеска натертую ложечку.

- Да не особо.

- Вот. А если бы ты выглядела получше, у тебя бы и чаевых было бы больше. А так кому ты понравишься, потасканная собаками через кустарники?

- Старые извращенцы, заходящие ко мне по утрам за чашкой американо, с тобой не согласятся, - я указательным пальцем постучала по банке с чаевыми. Там даже двадцатка имелась. – Вот им я нравлюсь любой.

- Видно, они влюблены в твою душу, - подруга закатила глаза. – Но вообще, если честно, почему ты забила на себя? Причем постепенно. За последний год ты постепенно стала выглядеть все хуже и хуже. Меня это уже начинает настораживать.

Садясь на стул со своей стороны прилавка, я принялась натирать стаканы белоснежной тряпкой.

- Не знаю. Может, просто устала. А, может, это из-за того, что мне не нравится, как ко мне проявляют внимание кое-какие друзья брата. И, поверь, они это делают далеко не в хорошем смысле.

Я прекрасно знала о том, что внешность у меня весьма хороша. Спасибо моим настоящим родителям. Вернее, их генам. Я с детства слышала «О, боже, какая красивая девочка» и с подросткового возраста начала получать предложения посетить модельные агентства. Я вроде как подходила по их параметрам. В том числе и ростом. Им я пошла в папу. Как и черными волосами. От мамы у меня бледная кожа и серые глаза. Внешность – переплетение их общих черт.

Мои обожаемые родители, на которых я так похожа. Те, кто отдали меня в другую семью, когда я была еще совсем ребенком, всего лишь, как «гарантию».

- Это до сих пор продолжается? – Винса хотела поднести к губам чашку, но ее рука замерла. – Твои приемные родители до сих пор так ничего и не сделали?

- Ну, они вроде как поговорили с братом, но особого результата это не дало. Просто теперь он все делает так, чтобы они ничего не узнали.

Когда друзья брата выломали дверь в мою спальню, уже это стало известно «родителям» и я правда надеялась, что это что-нибудь изменит. В итоге, казалось, стало только хуже.

- Может, ты пока что поживешь у меня? – осторожно спросила Винса. Она и раньше это предлагала, но мы обе знали, что я отвечу.

- Я не могу. Ты же знаешь, что я не могу покинуть этот дом, пока мне не разрешат, - я поставила на прилавок идеально начищенный стакан и взяла другой.

Подруга шумно выдохнула и поставила свою чашку. После этого опять подперла голову кулаком.

- То есть, ты надеешься, что если будешь выглядеть не очень, эти ублюдки отстанут от тебя?

- Что-то вроде того.

Я закрыла глаза и потерла веки кончиками пальцев. Я не выглядела совсем паршиво. В этом Винса преувеличивала. Просто больше не распускала волосы. Скорее собирала их в гульку. Иногда пряди торчали, но не критично. И одежда у меня была не совсем приглядная. Джинсы и старые толстовки. Но из-за этого я не выглядела уродливо. Просто, наверное, проще. И навряд ли этого достаточно, чтобы те ублюдки отстали. Скорее я просто пыталась не особо выделяться.

А еще… Я правда просто устала. Две подработки. Учеба. Не самый лучший период в жизни, накаленные отношения с братом. Это не то состояние, в котором хотелось выряжаться. Хотелось тишины, покоя. Уюта, хотя бы где-нибудь в глубине себя.

- Я могу тебе чем-нибудь помочь? – спросила Винса. Мне казалось, что я в ее взгляде увидела сочувствие, смешанное с волнением.

- Нет, но поверь все не так уж и паршиво. Может, я уже скоро смогу покинуть этот дом. А пока что подкоплю денег.

***

Когда я возвращалась домой, уже было темно. Заходя на территорию сада, я в первую очередь взглядом окинула здание. Абсолютно нигде не горел свет. Меня это всегда успокаивало – явный признак того, что дома никого нет.

Стоило подумать об этом, как по коже рассыпались ледяные мурашки. Я вспомнила о том, что произошло вчера. Того парня – Дарио.

Я до сих пор не понимала, что это было и какой-то тревожной нитью проходило то, что я утром поняла – брата вчера вечером действительно не было дома. Это стало ясно когда он за завтраком разговаривал с родителями.

Подходя к дому, я на всякий случай проверила гараж. Он пустой. Ни одной машины. Значит, тут действительно никого нет.

С уже большим облегчением я вошла в холл и поднялась на второй этаж. Но, пройдя часть коридора, по узкой полоске света под моей дверью, поняла, что как раз в моей спальне свет горел. Окна из нее выходят на другую часть сада и я сразу этого не поняла, но… какого черта? Я лампу не выключила?

Доставая ключ из рюкзачка, я вставила его замок и прокрутила. Вернее, попыталась это сделать, но у меня ничего не получилось.

Дверь открыта?

Почему-то сердце пропустило удар и я нервно выпрямилась. Слишком много того, что мне не нравилось. Того, что настораживало. Из-за брата я постоянно была на нервах и сейчас даже сделала шаг назад, но, в итоге, шумно выдохнула и открыла дверь.

Оглянулась. Медленно. Тревожно.

Но спальня была пустой.

Черт. Судя по всему, я настолько паршиво спала, что не только свет не выключила, но и дверь не открыла. Правда, я не понимала, как утром могла вообще включить свет. Случайно?

Я вошла в спальню и закрыла дверь. Сняла рюкзачок и замерла с ним в руке.

В кресле, в той части комнаты, которую не видно из коридора, сидел тот парень. Дарио. Лениво подперев голову кулаком. В пальцах держа тлеющую сигарету.





Глава 4 Ремень


- Что ты делаешь в моей спальне? – спросила, замирая около порога. Учитывая то, сколько книг было в моем рюкзачке, рука, от того, что я все еще держала его на весу, начала ныть, но я пока что не шевелилась, вообще не зная, что делать. Может, лучше немедленно выйти из комнаты?

- Разве так женщина должна себя вести при виде своего мужчины? – медленно выдыхая дым, Дарио скользнул по мне меленным, мрачным взглядом. Окидывая им мои достаточно свободные джинсы, порванные на коленях и голубую толстовку. – Может, встанешь на колени и поприветствуешь нормально?

Я опустила рюкзачок. Сделала это настолько резко, что рука дернулась и я почувствовала короткую вспышку боли в запястье. Но это было ничем по сравнению с тем жжением, которое расплылось в груди. Дьявол. Я ведь надеялась, что это была единоразовая издевка.

- Может, хватит? Пожалуйста, - я посмотрела в коридор. Там все еще было темно и тихо. Уже сегодня я точно уверена, что дома никого нет. Так почему он тут? Кто пустил его в дом? У меня в голове было множество вопросов, но я предпочла бы ни один из них не задавать. Лишь бы он поскорее ушел.

- Что именно «хватит»? – Дарио поднялся с кресла. Этого было достаточно, чтобы я, отшатнувшись, сделала шаг назад.

Но он не подошел ко мне. Наоборот, лениво и безразлично, словно хищник, которому откровенно нечем заняться, из-за чего ему скучно, направился к открытому окну и отщелкнул туда окурок.

- Все эти слова про отношения и все остальное, - наклонившись, я поставила рюкзак на пол. Обычно, после возвращения домой, я раскладывала книги в шкаф, тетради складывала в стол, а рюкзак отправляла на полку. Но сейчас я старалась держаться поближе к открытой двери.

У меня по коже проходили ледяные мурашки от этого парня.

Я не знала, почему боялась его настолько сильно. Казалось, что страх это логично после того, как он вчера меня чуть не задушил моей же толстовкой, но почему-то само его присутствие ощущалось в разы хуже.

Я не могла отрицать того, что на меня так же давил его рост. Я сама высокая, но он… Наверное, я в жизни еще не встречала парней такого телосложения. И от этого было не просто непривычно. Скорее жутко не по себе.

Но все-таки навряд ли тут дело исключительно в том, что рядом с ним я ощущала себя настолько беззащитной. Даже в окружении толпы друзей моего брата, когда, казалось, я уже была на грани, наверное, чувствовала себя далеко не настолько удушающее, как рядом с этим парнем.

- Кажется, мы с тобой вчера уже все обсудили, - поясницей опираясь о подоконник, он одной рукой начал расстегивать свой ремень. – Но можем продолжить на том, на чем остановились.

- Что ты делаешь? – я хотела выпрямиться, но замерла в какой-то неестественной позе, чувствуя, как мое сердце замерло, затем забилось обрывками.

- Хочу обернуть ремень вокруг твоей шеи, - Дарио медленно снял его и поднял ладонь, еле заметным жестом говоря, чтобы я подошла ближе. – Иди ко мне.

- Нет… - я тут же судорожно отрицательно качнула головой. Он же не сделает этого? Правда? Просто запугивает меня?

- Я сам могу подойти, но тебе это понравится еще меньше.

В комнате повисла тишина. Напряженная. Тяжелая. Мы смотрели друг на друга, а я не шевелилась и даже не дышала, но, когда он сделал шаг в мою сторону, я резко вжалась спиной в стену и быстро произнесла:

- Подожди. Не подходи ко мне, пожалуйста, - я обе руки выставила вперед, словно в защитном жесте. – Просто… Я хотела сказать, что не понимаю, зачем ты все это делаешь, но уверена, что ты можешь найти развлечения получше, чем вместе с моим братом…

Дарио пошел в мою сторону и, стоило мне увидеть, как расстояние между нами сокращается, как я дернулась. Жестоко сработал защитный рефлекс. Я рванула в сторону коридора. Быстро. Судорожно. Но даже пересечь порог не успела, как огромная ручища схватила меня за шиворот толстовки и дернула назад. Я потеряла равновесие и упала бы на пол, если бы ткань не впилась в мою шею. Но так, черт раздери, было даже хуже. Я опять начала задыхаться.

- Отпу… Отпусти! – я затрепыхалась. Сильно. Пытаясь вырваться, а Дарио перехватил меня за талию, поднял над полом и опрокинул на кровать.

- Что еще мне сделать? – он сжал руку на моей щиколотке и дернул на себя, когда я попыталась немедленно вскочить на пол. – Неужели ты до сих пор считаешь, что у меня есть какие-либо дела с твоим братом?

- Если нет, тогда зачем ты все это делаешь? Я ничего не понимаю, - последние слова сорвались на крик. В тот момент, когда я попыталась его ударить ногой, но Дарио и ее перехватил. Прижал к кровати.

- Ну, так спрашивай. Может, я и отвечу.

Мне понадобилось время, чтобы хоть немного выровнять дыхание. Иметь хоть малейшую возможность хоть что-нибудь произнести.

- Зачем… зачем ты все это делаешь?

В тот момент, когда я бросила лихорадочный взгляд на край кровати, пытаясь понять смогу ли докатиться до нее, он перехватил мои руки, которыми я начала отбиваться и стал перевязывать их ремнем.

- Потому, что мой отец решил, что ты будешь для меня подходящей парой.

Такой ответ полоснул по моему сознанию тупым, поломанным лезвием, ведь я могла ожидать чего угодно, но не такого. Я даже подумала, что, скорее всего, не правильно расслышала, через гул собственного биения сердца отдающегося в ушах.

- Зачем ты меня связываешь? – панически спросила, понимая, что никак не могу освободить руки. Он затянул ремень слишком сильно. Намертво.

- Потому, что связанная ты мне нравишься больше, - он положил ладонь на мой затылок. Немного приподнимая и произнося это мне на ухо.

Мое сердце обезумело от такого близкого нахождения к нему. От давления огромного, стального тела. Запаха сигарет и одеколона. Возможно, именно так жертвы чувствуют себя, в руках маньяков. Так, что нервы натягиваются и я боюсь даже пошевелиться.

Дарио, наверное, почувствовав, что я больше не сопротивляюсь, отпустил меня.

- Хорошая девочка. Не забывай о том, что этот ремень в любой момент может оказаться на твоей шее.

- Ты… - я попыталась сесть.

- Лежи, - произнес он тяжелым голосом. Казалось, что без каких-либо эмоций и, в тот же момент от этого слова веяло такой жестокостью, что я, сначала замерев, медленно выдохнула, затем опустилась обратно на кровать.

Некоторое время я лежала неподвижно. Смотрела на потолок. Чувствовала, как мир обрывается в настолько безумном биении моего сердца, что, казалось, еще немного и оно взорвется.

- Ты ведь несерьезно сказал про твоего отца? – спросила, наконец-то разрывая тишину.

- Почему же? Я позже тебя с ним познакомлю.

Я несколько раз медленно моргнула, смотря на трещину на потолке. Раньше я ее не замечала, а сейчас казалось, что трещала, как и этот потолок.

- Кто твой отец? И… неужели он тебя так не любит?

Я не смотрела на Дарио, но, прислушиваясь к каждому шороху, поняла, что кажется, он опять сел в кресло. Как на такого огромного верзилу, он двигался слишком бесшумно. И я все думала, сколько ему лет. Выглядел Дарио примерно на двадцать два. Может, двадцать три.

- Недооцениваешь себя Романа Редже, - это прозвучало снисходительно, а я, не выдержав, резко повернула голову и посмотрела на Дарио. Он действительно сидел в кресле.

- Ты знаешь, кто я? – спросила, пересохшими губами. Звучание моей настоящей фамилии полоснуло по сознанию. Вернее, той фамилии, с которой я была рождена.

- Я знаю даже то, какого цвета на тебе сейчас нижнее белье, - он опять лениво подпер голову кулаком.

Я задержала дыхание, не понимая он говорил правду или нет. Конечно, нет. Подобное невозможно, но в присутствии Дарио мое сознание воспалялось.

- Естественно, я навел справки о той, которую отец хочет видеть рядом со мной. Было бы странно, если бы я не знал твою настоящую фамилию.

Я немного опустила веки. Прищурилась, наверное, впервые окидывая Дарио настолько пристальным взглядом. Изначально мне казалось, что он богат. Такое мнение сложилось из-за, как мне показалось, чуть ли не сшитых на заказ брюк и рубашки. И из-за безбожно дорогих наручных часов. Но теперь я понимала, что они точно подделка. А одежда на нем просто скорее всего хорошо сидит.

Ведь от слияния со мной, конечно, может быть выгода, но настолько минимальная, что это поможет лишь тем, кто в полнейшей заднице.

То есть, семья этого Дарио настолько нищая и находящаяся где-нибудь в самом низу иерархии? Это же насколько их все пинают, что они даже подумали обо мне?

- Соболезную, - произнесла, поджимая губы. Не понимая, делая это иронично или действительно сочувствуя. Вроде, как я не должна испытывать к нему какой-либо жалости, но у нас, ущербных, жизнь действительно не особо сладкая.

- Чему? – спросил Дарио, щелкая зажигалкой и подкуривая новую сигарету.

- Да так, - я отвернулась и опять посмотрела на потолок.

Дыхание сбилось. По телу проходили судороги и казалось, что кости ломало.

Все это всего лишь от упоминания моей фамилии. Редже…

Я ненадолго закрыла глаза. Казалось, что я уже давно отошла от этого. Существовала в новой жизни, а сейчас вновь все нахлынуло.

И я опять задалась вопросом – с чего все началось? Действительно ли с автокатастрофы?

Моим родным городом является Турин и я родилась в по-настоящему счастливой, полной семье. Если так можно сказать про ребенка, чей отец в страхе держал весь город. Тогда я этого не знала. Была еще совсем маленькой и мир воспринимала немного не так, как он есть. Но у меня была бережная, любящая мать, старший брат, с которым я проводила все свое время и отец, пусть и суровый, мрачный, но носящий на своих крепких руках. Относящийся ко мне, как к принцессе.

И вот, когда мне было пять, жизнь разделилась на «до» и «после».

Я попала в автокатастрофу.

И это была не просто авария. Враги моего отца пытались меня украсть. Убить. Что-то пошло не совсем по их плану, ведь, наверное, они не рассчитывали, что машина, в которой меня везли, перевернется и вылетит с дороги, но все-таки, меня украли. Уже тогда я была переломанная на части, но в тухлом помещении заброшенного завода, они пытались окончательно со всем закончить. Их не интересовал просто выстрел в голову. Нужно было максимально изуродовать тело, чтобы позже мой отец смог его таким увидеть. Но, наверное, зная, что по их следам уже идут, эти ублюдки спешили. Правда, успели всего лишь переломать те кости, которые остались целыми. Звучит жутко, но я еще оставалась жива, когда приехали люди моего отца.

Но вопрос – насколько именно я была жива?

Я до сих пор помню, как отец обнимал меня в больнице и я чувствовала, как его руки дрожали. И я на всю жизнь запомню то, как плакала моя мама.

Впоследствии я очень много времени провела в больнице и, даже, когда меня забрали домой, я была под постоянным наблюдением врачей. А все потому, что окончательно я в себя так и не пришла. Тело практически не слушалось и я толком не ходила. Казалось, что одна нога была немного длиннее другой и меня кормили с ложки. Руки поднять я тоже не могла. Но, главное – лицо. Оно онемело и большей его частью я тоже двигать не могла. Левое веко не поднималось, губы толком не шевелились. Все осунулось. Я не была зациклена на своем лице, но, когда я лежала, могла бы сойти за обычного ребенка, а так лицо ни на мгновение не позволяло мне забыть про жалость остальных людей.

И, если раньше я постоянно слышала – «О, боже, какая красивая девочка» и остальные восхищения касательно моей внешности, то после этого… людям стало трудно на меня смотреть.

Это касалось и моей семьи. Или, даже в особенности их. Мама рядом со мной беспрерывно плакала. Иногда пыталась сдерживаться. Предпринимала попытки разговаривать со мной, но в итоге все заканчивалось ее всхлипами и слезами текущими по щека. Со временем она стала приходить ко мне все реже и реже. Думаю, ей было слишком больно видеть меня такой. И это была такая попытка оградиться.

Это касалось и отца. С его стороны слез не было, но в его глазах я видела раздирающую боль. Я теперь была поломанным существом, а не его прекрасной принцессой. Ко всему прочему, я стала жестоким напоминанием о том, что он допустил слабость и не смог защитить своего ребенка. Возможно, по этой причине, даже приходя в мою комнату, отец на меня не смотрел.

Лишь брат бывал у меня более-менее часто, хоть и случившееся по нему тоже ударило. Возможно, играло роль и то, что как позже оказалось, враги отца хотели украсить именно брата. Они думали, что в машине он, но в итоге решили, что сойду и я. Временами я остро чувствовала исходящее от него чувство вины, хоть и не считала, что брат в чем-либо виноват. Пыталась раз за разом говорить ему это и просто была рада его компании.

Но время шло, жизнь для всех продолжалась, у брата началась школа, репетиторы, друзья. И, несмотря на то, что он все так же продолжал иногда приходить ко мне, в своей комнате я в итоге оставалась одна. С каждым разом все дольше и дольше.

Я слышала голоса, доносящиеся с первого этажа. Знала, что к нам вновь начали приходить гости. И то, что в комнате брата иногда находились его друзья. Жизнь и правда для всех продолжалась, а я все надеялась, что однажды вновь стану ее частью, радуясь, когда ко мне заходил кто-нибудь из семьи.

Спустя полтора года жизнь опять разделилась на «до» и «после».

Мне было семь. Это не тот возраст, когда ты можешь понимать какие-либо взрослые дела, но изменившуюся атмосферу в доме даже я почувствовала. А, когда няни вывозили меня в сад на прогулку, я слышала обрывки разговоров людей моего отца. Они говорили, про то, что обстановка накаляется. Нужно срочно что-то делать.

Лишь значительно позже я узнала больше подробностей. Несколько кланов объединились против моего отца и ему так же теперь требовалось объединение с кем-нибудь сильным. Иначе власть в Турине была бы потеряна, а всю нашу семью вырезали бы.

Тогда я знала лишь о том, что отец собирался объединиться с кланом из Кампании. То есть, их власть находится в другом конце Италии, но из-за некоторых факторов их сотрудничество было бы очень выгодно обоим семьям.

Тогда в нашем доме и появился дон Моро. Глава клана из Кампании. И начался разговор про объединение.

Но так просто что-то такое не делается. Имеются свои правила. Поскольку клан моего отца был слабее и именно ему требовалась помощь, отец должен был что-нибудь отдать. Например, своего ребенка. По правилам дети это всегда самая лучшая гарантия чего-либо.

Моего брата отец отдать не мог. Естественно. Он же наследник. Если брат покинет клан, отец станет слаб. И, какой смысл в перемирии, которое создает лишь больше проблем?

Но дон Моро был великодушен и согласился забрать меня.

Отец и этому упирался. Несмотря на нависшую угрозу, как оказалось, он не был готов к тому, чтобы расстаться со своим ребенком. И искал разные варианты. Предлагал большие деньги. Недвижимость.

И для меня это стало тем, что встрепенуло. Мощно. До этого момента мне уже начало казаться, что я не нужна своей семье, но увидев, что отец все еще дорожил мной, даже несмотря на то, в каком состоянии я была…

Я была еще ребенком, но решила поступить, как взрослая. Сама сказала отцу, что готова уехать в Кампанию. Что хочу быть полезна и то, что это ведь обычная практика. Да и другого выбора нет. Если не я, отцу придется отдать моего брата, а я его слишком любила. Да и его ждала другая судьба.

Я видела, что для отца это было тяжелое решение, но и правда другого выбора не имелось. Если я не уеду с доном Моро всей семье может наступить конец. А если все будет хорошо и сотрудничество пройдет так, как и предполагалось, я буду в безопасности.

Было ли мне страшно уезжать? Еще как. Нам с детства мягко объясняют правила нашего мира и уже тогда я понимала, что меня в том месте просто убьют, если что-то пойдет не так. Но я верила в отца и в свою семью. Знала, что все будет хорошо.

И любой страх стоил того, с каким трудом меня отпускала меня моя семья. Как, перед тем, как я села в машину, они обнимали меня. Мама опять плакала. Брат просил остаться. Говорил, что что-нибудь придумает. И я была счастлива. Правда. Наконец-то чувствовала себя не ущербной калекой, на которую трудно смотреть, а частью семьи.

Ага. Конечно.

Мне вообще грех жаловаться. Дон Моро оказался хорошим человеком. Настолько, насколько возможно учитывая его род деятельности.

Первый год я жила в его доме. Пусть меня и пытались спрятать точно так же как до этого меня от посторонних скрывал отец.

Но дон Моро это делал для того, чтобы не было возмущения и проблем. Он, конечно, принял меня, как гарантию перемирия, но его приближенные, увидев в каком я состоянии, могли бы начать возмущаться, утверждая, что я такая себе гарантия.

А так в доме дона Моро я жила достаточно хорошо. Для меня выделили половину этажа, куда пускали лишь проверенных горничных и я все так же была под наблюдением врачей. И я даже познакомилась с единственным сыном дона. Кирино. Особо близки мы не стали, но он тоже оказался хорошим. Иногда заходил ко мне и спрашивал, что я хочу на ужин. Порой, проходя мимо моей комнаты и слыша грохот, заходил. Видя, что я упала, после неудачной попытки дойти до ванной комнаты, поднимал меня и нес, куда мне нужно. Каждый раз отчитывая и говоря, что мне нужно звать няню. Он был всего лишь на три года старше, но отчитывал меня, как взрослый.

Вот только, насколько бы хорошими не были бы дон Моро и его сын Кирино, в няньки они мне не нанимались. У них своя жизнь, обязанности, цели, работа.

И вот когда прошел год и стало ясно, что сотрудничество с моим отцом проходит хорошо, дон Моро принял решение передать меня в другую семью. Ту, с которой он имел дальнюю кровную связь.

Это было сделано и для моего блага. Эта семья хоть и принадлежала к клану дона Моро, но в делах особо не участвовала. Более того, они жили в Неаполе и, естественно там ничего предпринимать не могли, ведь эта территория другого клана. Самого могущественного в Кампании. Ну, конечно. Это ведь столица области. В Неаполе властвует и зверствует Каморра.

То есть, меня собирались отдать в вполне обычную семью, в которой я могла бы жить спокойной жизнью. Как мне сказали – для моего же блага. Но, скорее всего, я, будучи калекой, стала отягощать и дом дона Моро. Ему, как и когда-то моему отцу, стало не по себе от моего присутствия.

И позже я поняла, что дон Моро изначально планировал поступить именно так. Обычно, в таких случаях, когда один дон передает своего ребенка другому дону, идет полное удочерение. Смена фамилии. Принятие этого клана ребенком, его традиций и правил. Но я так и не получила фамилию «Моро». Меня отдали в дальнюю семью, где я живу до сих пор.

Естественно, это произошло с позволения моего отца. То есть, он разрешил, чтобы меня, его дочь, ребенка дона Турина отдали в намного более низшую семью, этим понизив статус. Иначе бы он мог возразить, ведь правилами предполагается совершенно другое. И мне, конечно, плевать на статус, но тогда я почувствовала первые звоночки. Опять возникло ощущение, что от меня просто пытаются избавиться. Отодвинуть подальше и просто не замечать. Ведь для кого-то я просто внешне неприятна, а для кого-то напоминание про ужасный болезненный случай. Но, черт раздери, я ни то и ни другое. Я человек.

Тогда я максимально спокойно приняла это решение дона Моро. Даже поблагодарила его за заботу. Во-первых, не хотела показывать того, как меня эмоционально грызет. Я и так для всех являлась обузой. Во-вторых, со всех сторон звучало – это для твоего же блага. И я так же себе пыталась это повторять. Надеяться, что это и правда такая забота дона Моро и моего отца.

Так я и оказалась в Неаполе. В семье Леоне, чью фамилию и приняла.

Навряд ли они горели желанием принять меня в своем доме и, тем более, дать свою фамилию, но страх перед доном Моро и те деньги, которые он обязался выплачивать на мое содержание, не оставили им другого выбора кроме как согласиться.

Изначально все было более-менее нормально. Если так можно сказать. Мои приемные родители, за все время, которое я провела в их доме, ни разу не повысили на меня голос и, тем более, не ударили. И они давали мне все необходимое. То есть, не было такого, чтобы я ходила в рванье или голодала. Дон Моро щедро платил за то, чтобы такого не было.

Но вот с детьми моих приемных родителей у меня все было сложнее. Их трое. Самый старший сын. Затем две дочери. Самая младшая – моя одногодка.

С самого начала у меня отношения не заладились со старшей сводной сестрой. Учитывая мои особенности, мне отдали ее спальню, а ей выделили более маленькую комнату, в которой не было ванной. Этого хватило, чтобы она меня возненавидела и постоянно ходила за родителями скандаля.

Брату же не понравилось то, что ему теперь запретили приводить друзей в дом. У них вообще из-за меня появилось много ограничений. Жизнь изменилась. В доме стало пахнуть лекарствами. Везде поставили пандусы. Ну и мой вид нынче постоянно мелькающий перед глазами. Им, как детям, это не нравилось, но это было лишь начало ненависти ко мне. Дети бывают весьма безжалостны.

Тогда приемные родители очень многое пресекали. Ну или пытались это делать. Да и мои новые сестры и брат узнав чья я дочь, тоже стали вести себя чуточку осторожнее.

Но очень многое изменил визит моего отца.

Он произошел через три месяца после моего переезда в Неаполь. И его я жаждала намного сильнее, чем дышать.

Из-за правил я уже не была частью своей семьи. Я принадлежала клану дона Моро, но встречаться нам не запрещалось. Хоть и не приветствовалось. Просто мне следовало показывать, что я полностью осознаю свою участь и не собираюсь предавать дона Моро. Да и как бы я, черт раздери, это сделала бы? Я являлась всего лишь ребенком, которого держали подальше от всех дел и информации.

Поэтому я очень ждала встречи с семьей. И, когда узнала, что отец сможет приехать, была бы возможность, прыгала бы от счастья.

Но… сама встреча прошла… коротко.

Чего я ожидала? Наверное, того, что было при нашем прощании. Чтобы отец обнял. Опять поднял на руки. Я ведь так хотела почувствовать, что все еще важна ему. Особенно после того, как уехала из Турина. И, тем более, после того, как оказалась в этом доме, где не ощущала ничего кроме холода и отчуждения.

И вот он. Отец. Мое тепло и счастье.

Когда он вошел в комнату, я увидела, что он выглядит хорошо. Даже очень. Пусть и все такой же суровый, огромный, мрачный. От этого испытала облегчение и счастье. Значит у него и у всей семьи все хорошо.

Но, стоило его взгляду коснуться меня, как в глазах папы что-то изменилось. И я от этого посыпалась. Увидела там вспышку боли и сожаления. То, как он отвел взгляд. Так же, как это было раньше. Даже еще хуже.

С нашей последней встречи я не особо изменилась и всю встречу отец толком на меня не смотрел. Разговор получался неловким. Больше состоявшим из вопросов «Как ты?», «Как самочувствие?», «Нормально ли к тебе относятся?». После каждого ответа кивок. Затем новый вопрос. Какое-то отстранение. Диалог, словно с посторонним человеком, а не с дочерью.

И тогда я поняла… Эта встреча ножом ковыряясь в сердце принесла осознание, что отцу без меня легче. Как и, судя по всему, всей семье. Ведь, конечно, я спросила, как у них дела. Отлично. Они сейчас много чего делают. Мама открыла выставку. Брат перешел в следующую школу и уже начал обучение у отца. Ну и естественно, с врагами отец уже расправился.

Они меня любят. Я не сомневалась. Наверное, искренне желают, чтобы я жила хорошо, но лучше подальше от них, чтобы не напоминала о плохом.

Естественно, этих слов вслух не прозвучало. Но я многое почувствовала.

Позже я уверяла себя в том, что всего лишь надумала лишнего. Что все не может быть вот так. Но наша встреча с отцом была слишком короткой. Он, сославшись на дела, уже вскоре ушел.

Все в семье Леоне это отметили. Но, если старшие промолчали и вообще никаким образом не прокомментировали, то мои брат и сестра молчать не стали. Они и так меня не особо любили, а тут пошли издевки касательно того, что отец как-то подозрительно быстро ушел. Может, вовсе сбежал от меня? Тем более, они знали, что это первая наша встреча с тех пор, как я покинула дом.

Эти издевки были мягкими. Шли больше намеками.

Но пролетало время. Шли годы, а ни отец, ни вообще кто-либо с моей семьи больше ко мне не приезжали.

И тут в семье Леоне возникло понимание – я им не нужна.

Я от этих мыслей отказывалась. Как это я им не нужна? Моя мама меня обожает. Брат очень любит. Как и отец. Просто они очень заняты. Много дел, а я, так сложились обстоятельства, живу слишком далеко и вообще являюсь частью другого клана. Может это дон Моро не позволяет моей семье видеться со мной? Да все, что угодно, но не то, о чем говорила семья Леоне.

Когда мне было одиннадцать старшая сводная сестра принесла мне новость. Даже прибежала с ней – моя родная семья удочерила девочку.

Она никаким образом не связана с кланом отца. Наоборот, ее родители, алкоголики были должниками и пытались отдать дочь в счет долга. А мой отец сжалился. Забрал ее. Мама отмыла. Брат начал заботиться. И, в итоге она была удочерена моими родителями. И приняла фамилию Редже.

Старшая сводная сестра даже показала ее фотографии – светловолосая девчонка с огромными карими глазами. Моя полная противоположность, хоть мы и одногодки.

И, конечно, я рада, что родители помогли девочке, которая в этом нуждалась, но, заботясь о ней и, ни разу не приезжая ко мне, они превратили мою жизнь в ад. После этого мое нахождение в семье Леоне стало практически невыносимым. Они стали позволять себе куда больше, ведь меня в моей великой и обожаемой семье Редже просто заменили и забыли. Да и сам дон Моро хоть и примерно раз в полгода интересовался о том, как у меня дела, но лишь когда мой приемный отец приезжал к нему. Сам дон Моро в Неаполь ни разу не наведывался. И с тех пор, как я покинула его дом, меня не видел.

Но именно этот случай стал для меня тем, что заставило встрепенуться. Я прекрасно помнила, как ревела после того, как старшая сводная сестра мне чуть ли не весь вечер повторяла, что меня заменили. Я со слезами провела всю ночь, а утром начала пытаться ходить. Постоянно падала. Билась. Всхлипывала от боли, но опять старалась. Врачи чуть ли не кричали на меня, утверждая, что я так себе хуже сделаю, но… я уже не могла жить вот так. Или мне станет лучше или я умру.

На это потребовалось много времени. Лишь, когда мне было четырнадцать, я вернулась в полностью нормальное состояние. Начала отлично ходить. Двигаться. Да и лицо вернулось в прежнее состояние. От прошлой травмы не осталось и следа.

Более того, я прекрасно знала, что похорошела. Что внешность у меня более чем привлекательная.

Но, что это меняет?

Для меня – очень многое. Я больше не калека.

В общем положении дел – абсолютно ничего.

Мне известно о том, что у моей семьи сейчас все более чем хорошо. Отец не только удержал власть в Турине, но и стал главным в Пьемонте. Теперь его по-настоящему боятся. У моего старшего брата скоро свадьба, на которую я, естественно, приглашения не получила. Ну а их новая дочь. Та, которую удочерили, выросла в настоящую красавицу, за которой сотнями бегают женихи.

У моего отца с доном Моро все так же дружеские отношения. Они теперь не сотрудничают прямо настолько тесно, ведь в этом больше нет нужды и, кажется, несколько лет вообще не виделись, но в прошлом году вся моя семья, в том числе и приемная дочь, приезжали к дону Моро. Был устроен званый ужин. Шикарное мероприятие на которое, о боже как неожиданно, меня не пригласили. Возможно, их встречи были немного чаще.

Я пытаюсь избегать такой информации, но моя старшая сводная сестра прямо обожает ею ковырять во мне.

Прошло уже очень много лет, с тех пор, как я покинула свой дом, а я до сих пор иногда задаюсь вопросами, интересуется ли моя семья мной. И, каждый раз, задумываясь об этом, смеяться хочется.

Даже дон Моро, скорее всего, до сих пор не знает, что я ходить могу. Это предположение возникло от того, что я какое-то время назад увидела медицинский счет на свое имя. Приемная мать сразу же выхватила его и спрятала, из-за чего я толком ничего рассмотреть не успела, но уже давно мне стало казаться, что семья Леоне живет за счет дона Моро. Вернее, на деньги, выделенные на меня.

Когда-то давно у них был маркет. Но он начал приносить убытки и они его закрыли. На что продолжили жить? Естественно на те деньги, которые выделялись на меня. Но это нормально. Дон Моро как раз для этого давал увесистую сумму сверху, как зарплату для моей приемной семьи.

Но, когда я увидела медицинский счет, у меня возникло предположение, что приемные родители до сих пор запрашивают деньги на мое лечение, хотя оно мне уже больше не нужно.

Правда это или нет, я не знала. И разбираться в этом не стала. Во-первых, у меня и так плохое положение в этом доме, а если я обвиню приемных родителей в чем-то таком, все может стать в разы хуже. Во-вторых, дон Моро за все время ни разу не приехал ко мне и не сказал мне приехать к нему. А нестись через всю Кампанию, чтобы сказать о своих подозрениях я не собиралась. Он меня видеть явно не особо хочет. Как минимум, не заинтересован в этом. Ну и деньгами не дорожит, раз не особо проверяет куда они идут. Ему плевать.

Но свои предположения я немного подкрепила, когда изъявила желание работать. Стало тошно принимать чужие деньги. Но мои приемные родители тут же мне это запретили сославшись на то, что дон Моро будет подобному не особо рад.

Тогда я сказала, что сама поеду к нему и спрошу.

Что же после этого началось. Приемные родители впервые чуть ли не накричали на меня, утверждая, что дон Моро занятый человек, а я собралась тревожить его из-за такой мелочи. Он разозлится и даже им влетит за плохое воспитание.

В итоге, они разрешили мне работать, но сказали, чтобы я никуда не ехала и вообще об этом молчала. Тут два варианта – или дон Моро действительно будет такому не рад, ведь он должен меня содержать, а я работать собралась, из-за чего подобное могло стать ударом по его гордости. Или приемные родители боялись потерять часть финансов в том случае, если дон Моро посчитает меня более самостоятельной. Они вообще делали многое из того, что вызывало у меня вопросы.

Но, если даже дон Моро, возможно, не знает, что я могу ходить, откуда это знать моим настоящим родителям, которые ко мне ни разу не приезжали и спросить обо мне могут только у дона Моро?

Поэтому подобные вопросы у меня вызывали усмешку.

А еще я ненавидела себя за то, что до сих пор считала их своей семьей, хотя это совершенно не так. Во всяком случае, я для них дочерью больше не являлась.

- Если ты хочешь получить выгоду от того, что я дочь дона Редже, тогда, извини, но ему глубоко плевать на меня, - выныривая из мыслей, я несколько раз моргнула. Как же мне было тяжело. Голова начала болеть от всех этих мыслей. – Не уверена, что он вообще помнит про мое существование и, если ты хочешь реальную выгоду, попробуй завоевать сердце другой его дочери.

- Приемной? – Дарио медленно выдохнул дым и рванное облако дыма, медленно срываясь с его губ, выглядело жутким и почему-то завораживающим.

- Да, но мой отец… дон Редже ее обожает и сдувает с нее пылинки, - я не стала говорить еще о том, что отец вообще запрещает называть ее приемной. Он ее воспринимает, как родную. И так было тошно, не хотелось произносить это вслух.

- Мне это неинтересно. И на твоего отца мне глубоко плевать.

Я приподняла бровь. Затем нахмурилась.

- Тогда, если ты ожидаешь выгоды от дона Моро, шансов еще меньше. Ты разве не видишь, в какой семье я нахожусь?

- Опять мимо.

- Тогда, что? – я все меньше и меньше его понимала. Или, вернее, он ничерта не понимал, в каком я положении. В полностью паршивом и ждать от меня нечего.

- Я всего лишь выполняю приказ своего отца, - Дарио вновь лениво подпер голову кулаком.

- Какой послушный сын, - я не смогла скрыть сарказма в голосе. Да и не пыталась. К счастью, сдержала слова о том, что его отец явно не особо умен.

- Не особо. Мой отец сказал, чтобы я был с тобой очень бережен, но я хоть и уважаю своего родителя, как видишь, не всегда являюсь послушным сыном.





Глава 5 Улыбка


Когда я возвращалась домой, думала приму душ, рухну на кровать и сразу засну. И что в итоге? Я лежу на уже смятом покрывале со связанными руками и сердце все еще бьется так, словно жаждет проломить мне ребра и вырваться из груди.

- Может, ты меня развяжешь? – я смотрела на потолок, стараясь избегать любого взгляда в сторону Дарио. Вот бы его вообще никогда не видеть.

- Нет.

- Зачем ты вообще меня связал? – вместе с этим вопросом, я вообще закрыла глаза и шумно выдохнула. Но из-за напряжения, которое я совершенно никак не могла контролировать, это далось очень тяжело.

- Я уже говорил. Ты мне такая больше нравишься.

- У тебя фетиш на связанных девушек? – у меня по спине пробежал холодок. Я попыталась унять его, но от мысли какие еще бесы царят в голове этого ублюдка, становилось действительно жутко.

- Раньше за собой такого не замечал, - произнес он полностью безразлично.

- О, так я для тебя уже стала особенной. Это так мило, - я не сумела сдержать сарказма, но тут же прикусила язык. Черт, стоит быть более осторожной с ненормальным парнем, связавшим тебя.

В комнате повисла тишина и я все-таки бросила короткий взгляд на Дарио. Он все еще сидел в кресле. Что-то читал в телефоне и выглядел так, словно вообще забыл про мое существование. Или оно его не особо волновало.

Я шумно выдохнула. Немного поерзала и опять посмотрела на потолок.

- Можешь, пожалуйста, передать своему отцу, что я вообще никому не нужный мусор? – сильно прикусывая нижнюю губу, я осторожно подползла немного выше и положила голову на подушку. – Пусть еще раз все проверит и, уверена, он поймет, что тебе нет смысла находиться рядом со мной.

- Вижу, ты о себе высокого мнения, - кажется, Дарио оторвал взгляд от телефона и посмотрел на меня.

- То, какого я о себе мнения, это лишь мое дело. Я сейчас говорю о том, что тебе не стоит находиться рядом со мной. В этом нет никакой выгоды.

- Есть, Романа.

Я услышала тихий стук. Кажется, Дарио положил телефон на журнальный столик и я, чувствуя, что он поднялся с кресла, заранее сжалась. А, когда Дарио подошел к кровати, так, что теперь он возвышался надо мной, у меня вообще горло сдавило. Я все никак не могла привыкнуть к тому, насколько он огромный. Как мрачная, ужасающая скала.

- И какая же? – я заставила себя выдавить этот вопрос.

Мы встретились взглядами и я прекрасно почувствовала то, что воздух в комнате потяжелел настолько, что уже теперь начал давить. Мне серьезно становилось не по себе.

Так и не дождавшись ответа, я опять сильно прикусила кончик языка. Затем нервно произнесла:

- Ты сам сказал, чтобы я задавала вопросы и, может, ты на них ответишь. Так как я тебя понимаю все меньше и меньше.

Не отрывая мрачного, непроницаемого взгляда от моих глаз, Дарио положил ладони в карманы брюк. А я в очередной раз будто бы почувствовала стену между нами.

- Есть один человек, которому ты очень дорога и, если он узнает, что ты подо мной, ему будет охренеть, как больно, - Дарио опустил взгляд на мою шею. Затем поднялся им к растрепанным прядям, упавшим на мое лицо. – У моего отца, как раз в планах сделать этому человеку настолько больно, насколько это возможно.

Я только сейчас поняла, что перестала моргать. Глаза начало жечь.

- О, боже, если твой отец считает, что я дорога дону Моро или своему отцу…

- Нет, речь не про них.

- Тогда про кого?

Эмоции во мне достаточно сильно всколыхнулись, но уже на этот вопрос я ответа не получила.

- Скажи своему отцу, что нет такого человека. Нет. Понимаешь? Вы только зря время тратите и еще меня… меня… - я запнулась, не понимая, как сказать следующие слова осторожно, чтобы не разозлить его.

- Я ответил на достаточное количество твоих вопросов. Все остальное тебя не касается, - доставая одну руку из кармана, Дарио пальцами сжал мои щеки. Грубо. Заставляя посмотреть в его глаза. – У тебя лишь одна обязанность – временно быть моей девушкой. Делать вид, что ты охренеть, насколько сильно меня хочешь и то, что безумно влюблена.

Я тяжело сглотнула, пытаясь отстраниться, но он лишь сильнее сжал пальцы. Так, что я болезненно замычала.

- Если будешь послушной девочкой и сделаешь все, что нужно, позже сможешь попросить у меня практически все, что захочешь, - Дарио наклонился и я почувствовала его горячее дыхание на своей щеке. – Ты же будешь моей послушной девочкой, Романа?

- Мне ничего не нужно, - это было опасно, но промолчать я не смогла и эти слова, полные отторжения, буквально бросила ему в лицо.

- Уверена? А как же возможность уйти из этого дома и из-под опеки Ардуидо Моро? Я могу дать тебе свободу, чтобы ты имела возможность уйти, куда тебе хочется.

Мне захотелось рассмеяться. Какой-то нищий и явно ненормальный, предлагал мне то, что заведомо являлось невозможным.

Вот только, я не посмела этого сделать. Слова Дарио ударили по больному, кровоточащему месту, но, черт раздери, я его слишком сильно его боялась, чтобы позволить себе хотя бы снисходительную улыбку.





Глава 6 Касания


Я не знаю, сколько пролежала вот так со связанными руками, но больше мы с Дарио не разговаривали. Я постоянно смотрела на потолок. Ждала, когда он наконец-то уйдет, но со временем начала закрывать глаза. Хотя бы просто потому, что усталость уже давала о себе знать и, если бы не жуткое, пожирающее напряжение, я бы уже давно отключилась.

Со временем я начала смотреть не только на потолок, но и на стены, окно. Все, что угодно, лишь бы хоть немного привести мысли в порядок и удержать свое сознание в ясности. Но так, рассматривая свою комнату, я случайно взглядом скользнула по письменному столу, увидев там то, что ранее не замечала. Букет алых роз.

- Что это за цветы? – я впервые за долгое время нарушила тишину, чувствуя, как мой голос изменился из-за долгого молчания. Приподнимая бровь. Затем хмурясь. Не понимая, как раньше не заметила этот букет. Он же огромен.

Дарио так, словно лишь сейчас вспомнил про мое существование, оторвал взгляд от экрана телефона и перевел его туда, куда смотрела я.

- Это для тебя, - произнес он полностью безразлично. – У тебя же вчера был день рождения.

Дарио опять перевел взгляд на экран телефона, так будто цветы его вообще никаким образом не касались, а я не могла сдержать бровь, которая настолько сильно взметнулась вверх, что у меня все лицо перекосило.

Я несколько раз размыкала губы, собираясь это как-нибудь прокомментировать, но в итоге, наоборот, стиснула зубы и опять положила голову на подушку. Мысленно выругалась и лишь спустя несколько минут буркнула:

- Мне не нужны цветы.

***

Я все-таки заснула. Как у меня это получилось – не знаю, но утром, подскочив на кровати из-за будильника и, вспомнив все, что произошло поздним вечером, я могла понять лишь то, что, когда я заснула, Дарио все еще находился в моей комнате.

Я резко села на кровати и с опаской осмотрелась. К счастью, теперь я в спальне была одна. Осознав это, я попыталась успокоиться, после чего осмотрела себя. Вроде все хорошо. И руки больше не связанные.

Хотелось выдохнуть с облегчением, но почему-то вообще не получалось.

Будильник опять зазвонил, давая понять, что, пусть сейчас и суббота, но мне уже пора вставать. Идти на подработку.

Вставая с кровати, я чуть не упала, но быстро доковыляла до своего рюкзака и достала телефон. Еще не хватало, чтобы будильник разбудил брата, чья комната находится прямо напротив моей и он заявился бы ко мне.

Доставая из шкафа одежду, я заметила, что букет все так же лежал на столе. Черт. Я бы его вообще проигнорировала, если бы не заметила рядом с розами какую-то коробочку.

Я подошла к столу и осторожно взяла ее. Прикасалась к этой коробочке так, словно она была ядовитой змеей.

Чего-то такого в моей комнате раньше точно не было. Значит… это тоже оставил тут Дарио?

Я открыла ее и сильно прикусила кончик языка. Там лежал браслет. Такое впечатление, что золотой, но, скорее всего, нет, ведь в таком случае подобная вещь будет являться слишком дорогостоящей.

Я захлопнула коробочку и вернула ее на стол. Чуть ли не отбросила. И зачем это нужно? Что мне делать с браслетом и цветами? Первая мысль – естественно вернуть. Но, черт, я очень надеялась, что больше никогда не увижу Дарио.

***

- Человек, которому я дорога… - садясь на пол, я подтянула к себе коробку.

Сколько бы я не думала над этим, приходила к выводу, что дорога я разве что своей подруге – Винсе. Отец Дарио с ней что-то не поделил? Они подрались за помаду на распродаже?

Накрывая лицо ладонью, я сильно его потерла. Господи, какой же это идиотизм. Дарио производил впечатление жуткого человека, но в итоге, что он, что его отец явно до безобразия глупые и не способные нормально собрать информацию.

Но я все-таки надеялась, что в голове его отца наконец-то что-то вот-вот щелкнет и он поймет, что отправил своего сына заниматься чем-то крайне бесполезным. И я уж точно больше никогда не увижу Дарио. А то мне уже даже было как-то страшно возвращаться домой. Вдруг я его там опять увижу?

- Держи, - Деимос протянул мне ножницы, а я только сейчас поняла, что они вообще-то мне действительно нужны. Черт, голова вообще толком не работала.

- Спасибо, - я взяла ножницы, чувствуя, как парень, отстраняясь, кончиками пальцев еле заметно провел по моей шее. Там тут же рассыпалось покалывание.

Деимос – мой парень. К сожалению, тайный.

Мы вдвоем в свободное от университета время, подрабатываем в книжном магазине и тут крайне строгие правила касательно запрета отношений между сотрудниками. Вплоть до немедленного увольнения. А мне эта подработка нужна. Не везде возьмут студентку, у которой, более того, есть еще одна работа.

Я точно не помнила, когда между мной и Деймосом начал возникать тайный флирт. Может, полгода назад. Знакомы мы еще дольше. И вот уже прошло три месяца, как у нас начались отношения. Пока что они в начальной стадии. Поцелуи, прикосновения. Но мне правда очень нравилось быть с ним. Тем более, Деимос, как парень, весьма впечатляющий.

Он на два года старше меня. Учится в другом университете и является там капитаном баскетбольной команды. Сказать, что он симпатичен, значит, ничего не сказать. Светлые волосы, смуглая кожа, карие глаза и безбожно привлекательные черты лица. А еще он выше меня практически на голову, что для меня являлось значительным плюсом.

- Не таскай тяжелые коробки, - он забрал у меня одну из них и пошел к противоположной стороне магазина. – Сколько раз повторять, что я сам буду их переносить?

- Да они не такие уж и тяжелые, - я попыталась улыбнуться, но на душе было ужас как паршиво. Если бы в магазине не стояли бы все эти чертовы камеры, я бы обняла Деимоса.

Но, правда, иногда мы уединялись в кладовой. Там целовались. Но это было крайне опасно. еще и сейчас в магазине находилась администратор.

Я ножницами разрезала скотч на одной из коробок. Из-за наших отношений Деимос уже подал заявление на увольнение и, как только найдут нового сотрудника, он сможет уйти. Мы станем нормальной парой, которой уже не будет требоваться скрывать отношения.

- Ты сегодня вечером свободна? – Деимос спросил это, когда брал очередную коробку и наши лица, будто невзначай, оказались рядом друг с другом.

Я замерла от его горячего дыхания, коснувшегося моей щеки, но в итоге через силу отрицательно качнула головой. После книжного, я иду на подработку в кофейню. Но меня там быстро сменят и я освобожусь примерно в восемь. То есть, мы и правда могли бы встретиться, но меня, черт раздери, настораживал этот Дарио. Из-за него возникало ощущение, что лучше временно быть более осторожной. Может, пока что не видеться с Деимосом.

- Прости, сегодня увидеться не получится, - ответила, грустно улыбаясь. Мне правда было очень жаль.

Немного позже, борясь с собственными мыслями, я написала Винсе:

«Можно я сегодня у тебя переночую?»

Этой ночью мне не хотелось возвращаться домой. А после нее… Я надеялась, что наконец-то все наладится.



От автора: Дорогие девчонки, эта книга участвует в мобе «Огонь между нами») Это будет по-настоящему огненный, жаркий литмоб и сегодня я хочу представить вам одного из участников. Невероятно талантливого и замечательного автора Риту Навьер и ее огненную книгу «Его уязвимость».

Аннотация: Я думала, что испытала в своей жизни всё: и предательство, и боль, и ненависть, и любовь. Пока не встретила его. Молодого, порочно красивого и очень опасного. У него нет ни границ, ни тормозов, ни принципов, ни уязвимостей…

Ссылка:





Глава 7 Поцелуй


Еле заходя в квартиру Винсы, я в итоге села на пол, развязывая шнурки на кроссовках.

- И как у тебя после двух подработок хватило сил на пробежку? – подруга смерила меня внимательным взглядом. Сейчас она была в домашних легинсах и в футболке. Поверх них фартук. Учитывая то, что из кухни доносился запах жаренного лука, я предположила, что Винса как раз готовила ужин. Следовало поскорее принять душ и помочь ей.

- На пробежку у меня всегда найдутся силы, - осторожно отставив кроссовки в сторону, я поднялась на ноги.

Мне и правда очень нравилось бегать. Более того, я это обожала. Учитывая целые годы, когда я толком даже ходить не могла, сейчас благодаря бегу получала ощущение свободы. Участвовала в школьной секции. Теперь в университетской. За последние месяцы учебы побывала на нескольких соревнованиях и, за исключением одного, получила первые места. Теперь постепенно готовилась к более крупному соревнованию.

Но сегодня я и правда не собиралась бегать. Вот только, как оказалось, нуждалась в этом, чтобы хоть немного выплеснуть эмоции.

Когда я после подработки в книжном зашла домой, чтобы взять кое-какие вещи для ночевки у Винсы, случайно в холле натолкнулась на свою старшую сводную сестру - Мичелу. Она, сидела на диване. Подпиливала ногти и, увидев меня, ехидно сообщила о том, что, оказывается, вчера в Неаполь приезжал Дерэнт Редже. Мой отец. Более того, он был не один. Вместе со своей приемной дочерью.

Мичела узнала об этом от своих родителей сегодня утром за завтраком, а меня покорежило уже от того, какие, оказывается, они темы поднимают за столом.

Я вообще испытала целую гамму эмоций. Уже давно пыталась остыть касательно своей родной семьи. Прошли годы, как они про меня забыли, но все-таки мне было невыносимо больно слышать, что отец был в городе, где я живу, но со мной так и не встретился. Он был занят своей приемной дочерью, которую представлял какой-то влиятельной семье.

При Мичеле я постаралась сделать вид, что мне глубоко плевать на все это, но выйдя на пробежку, бежала до тех пор, пока в теле не осталось совершенно никаких сил. До полного изнеможения и жуткой боли во всем теле. Так, чтобы в голове полностью опустело.

С одной стороны казалось, что мне стало легче. С другой – совершенно нет.

Так или иначе, но эмоции продолжали пожирать. Буквально разрывать острыми клыками. Все время хотелось опустить на себя взгляд и мысленно задаться вопросом, да что же черт раздери со мной не так? Почему моя же семья выбросила меня, словно я была мусором? Или я чего-то не понимаю и они все-таки любят меня?

Ага. Конечно.

Учитывая то, что мне требовалось поскорее искупаться, чтобы помочь Винсе, я достаточно быстро вышла из душевой кабинки. Но до этого успела растереть себе кожу так, что она теперь жгла.

Надела шорты, майку. Но, выходя в коридор, чуть не упустила свою сумку с принадлежностями для ванной. Не ожидала того, что там чуть ли не под дверью будет стоять Винса. Я в нее чуть не врезалась.

- Ты чего тут стоишь? – сделав глубокий вдох, я попыталась поудобнее взять сумку.

- Жду, когда ты выйдешь. Ты чего не сказала, что у тебя парень появился?

Стянув полотенце с плеча, я хотела получше им вытереть волосы, но так и замерла. Сильно, даже резко приподняла брови.

- Как ты узнала? – я раньше не рассказывала Винсе про Деимоса. Понимала, что она мне позже из-за этого устроит, но каждый день между мной и ним столько всего происходило – поцелуи, касания, слова от которых душа горела. И мне в первую очередь самой хотелось во всем этом разобраться.

Я быстро бросила взгляд на свою сумку, лежащую на тумбочке около входной двери. Черт. Я же выложила из нее телефон. Перед пробежкой оставила его на кухне и, наверное, Деимос написал мне, а Винса это увидела.

- Понимаешь… - начала я, пытаясь понять, как мне оправдать свое чертово молчание.

- Пойдем, - подруга взяла меня за руку и потянула в сторону кухни. – Ты мне еще все расскажешь. В мельчайших подробностях, но сейчас иди к своему парню. Он тебя ждет уже с тех пор, как ты в душ пошла.

В каком это смысле он меня ждет?

Я растерянно бросила взгляд на спину подруги, но ничего спросить не успела. Она затянула меня на кухню, где я застыла словно вкопанная.

На одном из стульев сидел Дарио. Вальяжно. Лениво. Но выглядел он не так, как обычно. Был одет не в брюки и рубашку, а в джинсы и толстовку. Из-за этого выглядел немного младше. Может, на двадцать лет, но даже такая одежда ему, к сожалению, шла.

Мне понадобилось несколько бесконечно долгих секунд, чтобы осознать, что он действительно тут и это не плод моего воображения. По коже пробежали ледянящие мурашки и я перестала дышать.

Но, что он тут делает? Как?..

Я перевела взгляд на подругу. Понятия не имела, как Дарио узнал, что я сейчас тут, но мне захотелось дать Винсе награду за высшую степень идиотизма. Или просто подзатыльник. Она в свою квартиру будет пускать всех, кто назовется моим парнем?

- Что ты тут делаешь? – спросила, переводя взгляд на Дарио. До онемения в пальцах сжимая свою сумочку с мочалкой и гелями для душа.

- Соскучился по своей девушке, - Дарио опустил взгляд, им скользнув по мне. По обнаженным плечам, груди скрытой лишь топом, по коротким шортам, затем по ногам. Я ничего не могла понять по его взгляду, но почему-то жутко захотелось прикрыться.

Дома я так не позволяла себе одеваться. Там сводный брат и часто его друзья. В квартире же Винсы, наедине с ней, я могла ходить даже просто в нижнем белье. Мы и без труда переодевались друг перед другом, но сейчас…

- А он у тебя безумно горячий, - проходя мимо меня Винса будто невзначай прошептала это мне на ухо. Очень тихо. Так, чтобы услышала только я. После этого подруга подмигнула мне, явно довольная моим выбором парня. Вот только, он, черт раздери, не «мой».

- Прости, но мы выйдем, - прежде чем я поняла, что вообще делаю, я подошла к Дарио. Взяла его за руку и потянула за собой. Внутренне у меня все кипело. От какой-то безысходности, из-за того, что я вновь вижу его и от того, что я почувствовала себя словно в ловушке.

Но умом я понимала – мне не следует прикасаться к Дарио. Так какого черта я взяла его за руку?

К моему удивлению, он послушно поднялся со стула и пошел за мной. Более того, позволил мне вывести его из квартиры. Лишь после этого я смогла частично выдохнуть. Можно ли считать, что Винса теперь в безопасности?

- Ты уже все грани переходишь. Как ты вообще можешь все это делать? – я говорила очень тихо, ведь слышимость в подъезде колоссальная. – Пожалуйста, прекрати и…

- Что с тобой?

Держа ладони в карманах джинсов, Дарио наклонился, смотря на мое лицо. Не обращая ровным счетом никакого внимания на мои слова. Словно ему на них было глубоко плевать.

- А ты думал, что я буду рада тебя видеть? – я только сейчас поняла, что вышла в подъезд со своей сумочкой и с полотенцем. Опять до боли сжала их пальцами, чувствуя, как у меня от Дарио по коже бежал холодок.

- Нет, я не про это, - он пальцами поддел мой подбородок. Заставил поднять голову. – Выглядишь разбитой.

У меня уголки губ дернулись. Поползли вниз. Я и ощущала себя разбитой. С тех самых пор, как Мичела рассказала мне про приезд отца в Неаполь. Но я отлично скрывала свои эмоции. Даже Винса ничего не заметила. Поэтому я не понимала, о чем говорил Дарио.

- Со мной все в порядке, - я поджала губы и вздрогнула от того, как Дарио подушечкой большого пальца провел по моей щеке. Казалось, что очень мягко. Медленно, но в его исполнении что-то такое ощущалось непонятно и жутко.

- Правда? – он наклонился немного ниже и я только сейчас поняла, что глаза у Дарио темнее, чем мне казалось раньше.

- Со мной всегда и все отлично.

Дарио немного опустил веки, смотря в мои глаза, а затем сделал то, чего я ожидала меньше всего. Он уничтожил остатки расстояния между нами. Своими губами накрыл мои. Я застыла, словно меня током ударило и вместе с этим связало по рукам и ногам. Любое соприкосновение с Дарио и так ощущалось, как нож приставленный к горлу. А поцелуй вовсе был, как лезвие вонзившееся в тело. Слишком опасно. Страшно. Но хуже всего то, что этот поцелуй почему-то казался нежным.





Глава 8 Дождь


Я отстранилась настолько быстро, насколько это вообще было возможно. Забывая о том, что позади меня находилась лестница. Чуть не падая с нее и лишь в какое-то последнее, судорожное, паническое мгновение, успевая схватиться за перила.

Осознание того, что я себе только что чуть шею не свернула, прошло по сознанию леденящим ужасом и я до боли, буквально до онемения в пальцах сжала метал. Но быстро убрала хватку на одной ладони и ее тыльной стороной начала тереть губы. Мысли сжало и сознание начало царапать. У меня ведь есть парень и поцелуи с другим, даже, если они против моей воли… Это ненормально и неприемлемо.

- И так ты изображаешь любовь ко мне? – Дарио остался на прежнем месте. Его ладони были в карманах джинсов и в голосе не чувствовалось ничего тяжелого, ужасного. Более того, казалось, что он забавлялся, но у меня по спине все равно пробежал холодок.

- Перед кем я сейчас должна ее изображать? – слова получились смазанными из-за того, что я все еще терла губы. До такой степени, что они начали гореть и ныть. Вот только, ощущение поцелуя до сих пор не проходило. Даже несмотря на то, что он был коротким. Всего лишь соприкосновение губ. – Да и не хочу я этого. Понимаешь? Чтобы не задумал твой отец, я не собираюсь в этом участвовать. И, повторяю – он во всем ошибается. Я ничерта и никому не нужна.

Дарио медленно выдохнул. Так, словно я была неразумным ребенком и брыкалась, желая того, на что не имела права.

- Мне опять привязать тебя? – предложил он так, словно спрашивал хочу ли я кофе. – Но на этот раз я привяжу тебя к кровати, перед этим выпоров ремнем.

Ладонь на моих губах замерла и я переступила с ноги на ногу, не понимая, куда мне чуть что бежать. В квартиру? Или бросаться вниз по ступенькам?

Почему-то я никак не могла проигнорировать его угрозы. От них леденела душа.

- Просто расслабься и получай удовольствие, - Дарио неторопливо, даже лениво сократил расстояние между нами.

Я уже собиралась спуститься на несколько ступенек вниз, но он, к счастью, не подошел ко мне слишком близко.

- Ты достаточно хорошо выглядишь. У тебя неожиданно неплохое тело, - Дарио окинул меня медленным взглядом. Шею, обнаженные плечи, грудь, скрытую исключительно топом, затем живот и ноги. – Мы можем и на самом деле повстречаться. Я не против.

- Ты не в моем вкусе, - я буквально бросила ему эти слова. Ведь страх страхом, но эти его слова вызвали внутри меня жесткое отторжение. Словно лишь от его решения зависели какие-либо «отношения».

Дарио еле заметно приподнял бровь.

- Впервые такое слышу.

Он протянул руку. Я попыталась быстро среагировать и спуститься вниз, но было слишком поздно. Он пальцами сжал мой подбородок. Сильно. Не позволяя отстраниться. Более того, Дарио сам сделал шаг ко мне, из-за чего расстояния между нами стало значительно меньше. Я шумно выдохнула. Черт, не привыкла перед кем-либо чувствовать себя настолько низкой. Дарио был, как громоздкая скала.

- И чем же я тебя не устраиваю?

- Ты просто не в моем вкусе, - повторила, пытаясь внешне выглядеть непоколебимой. Вот только сердце в груди билось так, словно оно желало вырваться наружу. Он же ничего не сделает со мной за такие слова?

- Какие парни тебе нравятся? – Дарио наклонился и я почувствовала его дыхание рядом со своим ухом.

- Кареглазые блондины, которые, желательно не преследуют меня и ремнем не связывают руки.

Насчет блондинов я говорила правду. Мне нравятся парни со светлыми волосами. Возможно, поэтому я с первых дней знакомства не могла отвести взгляда от Деимоса. Он сам по себе очень хорош, но его волосы – это что-то с чем-то.

Дарио наклонился еще ниже. Так, что его губы практически коснулись моего уха:

- Я буду еще тщательнее следить за тобой, - он большим пальцем провел по моей щеке. Казалось, что мягко, но от самого голоса Дарио становилось не по себе. – Если увижу рядом с тобой другого, уничтожу и тебя и его. Ты ведь не хочешь чтобы тебе было очень плохо и невыносимо больно, Романа?

***

Воскресенье вышло слишком дождливым. С самого утра небо заволокло тучами и практически беспрерывно шли ливни.

Сегодня у меня была полная смена в кофейне, но, когда наступило время обеденного перерыва и меня ненадолго за стойкой сменила владелица кофейни, приехавшая сюда буквально на час, чтобы я смогла сходить поесть, мне почему-то показалось, что я успею сбегать в маркет. Как раз дождь прекратился. Я понимала, что не смогу, как обычно пообедать в парке, но все же.

Вот только, стоило мне преодолеть половину пути до маркета, как с неба опять полилось словно из ведра. Как на зло спрятаться негде из-за чего я кое-как успела добежать до небольшого козырька сейчас неработающей оптики.

На обычно оживленной улице сейчас не было ни души. Лишь по дороге изредка проезжали машины, несколько раз чуть не обрызгав меня из лужи.

Я мысленно выругалась. Зонта у меня не было. Капюшон толстовки навряд ли хоть немного спасет. И что мне теперь делать.

Краем глаза я заметила, что рядом с соседним домом остановилась громоздкая машина. Из нее вышло двое человек.

Изначально я скользнула по ним безразличным взглядом, но затем застыла словно вкопанная. Одним из тех, кто вышел из машины, был Дарио.

У меня горло жестоко сдавило. С головой хватило и нашего вчерашнего разговора. Не хватало, чтобы он еще сейчас меня заметил. В последнее время его в моей жизни как-то слишком много.

Я попыталась быстро скользнуть ближе к двери оптики, но было поздно. Дарио перевел взгляд в мою сторону. Он остановился. Еле заметно приподнял бровь. Кажется, не ожидал меня тут увидеть, точно так же, как и я его.

Почему-то Дарио бросил взгляд на противоположную сторону дороги. Туда, где были припаркованы машины, после чего он пошел в мою сторону. Черт.

- Что ты тут делаешь? – он остался на тротуаре, но у Дарио, в отличие от меня, имелся зонт. И сегодня он опять был в брюках, в рубашке и в пизжаке, из-за чего вновь выглядел старше, более жестоко и мрачно.

- Наслаждаюсь дождем, - буркнула, надеясь, что это совершенно никаким образом не поспособствует продолжению нашего разговора.

Совсем немного мне стало любопытно, что же он тут делает, но я остановила себя и не стала задавать этот вопрос.

- Так это и есть та самая Романа?

Услышав этот вопрос справа от себя, я обернулась. Поняла, что и второй человек, вышедший из той машины, тоже подошел к нам.

Это парень примерно одного возраста с Дарио. Он тоже высокий, но все-таки не настолько. Ниже практически на голову. Темноволосый. С выбритыми висками. И тоже одетый в брюки и рубашку.

То, что Дарио так одевался уже являлось аномалией. Парни такого возраста предпочитают другую одежду.

Но, когда уже два парня стояли в строгих костюмах, это навевало на мысли, от которых сознание сжималось.

- Ого, - этот парень скользнул по мне медленным взглядом. – А она очень хороша. Даже слишком. Дарио, тебе придется постараться, чтобы отгонять от нее всех, кто захочет познакомиться. Знаешь, слишком привлекательные девушки могут стать еще той проблемой и знатно потрепать нервы мужику.

Я бросила взгляд на машину, из которой они вышли и еле сдержала эмоции, которые так и рвались выплеснуться на лице. Я мало понимала в автомобилях, но эта машина явно безбожно дорогая.

Получается, этот парень из какой-то влиятельной семьи. Явно криминальной. А Дарио что-то наподобие его телохранителя?

Учитывая рост и телосложение Дарио, не странно, что его взяли на такую работу. Он мог быть из нищей, никому не нужной семьи, но такое телосложение и правда многое меняло и многое давало. Как минимум, Дарио имел работу, которая его могла прокормить, обеспечивая горячую еду на столе.

- Меня зовут Дионис, - представился парень.

Он уже знал мое имя, но все же я его повторила:

- Романа.

Я не знала, из какого клана Дионис. Кем именно там является его отец, но, учитывая то, что он имеет достаточно дорогостоящую машину и телохранителя, он явно на более высоких ступенях.

А я, как пусть и незначительная, но все-таки часть клана дона Моро, была вынуждена поприветствовать его. Я немного склонила голову. Это было больше похоже на кивок, но все-таки учтивый.

Дарио и Дионис одновременно приподняли брови. Воцарилась тишина, прерываемая только грохотом ливня.

- Какого черта ты делаешь? – спросил Дарио.

- Приветствую, - мне стало неловко. Я что-то сделала не так? Но мне не хотелось, чтобы позже до дона Моро донесли то, что я невоспитанная и правил не знаю. Хотя, меня никто и не воспитывал. Я сама просто из интереса читала свод правил.

- А меня ты так приветствовать не хочешь? – Дарио немного опустил веки, так, словно чем-то был сильно раздражен.

- Обойдешься, - вновь буркнула, просто от неловкости. Надеясь, что щеки у меня не стали алыми.

Дионис несколько раз моргнул, затем рассмеялся. Так, словно увидел что-то прямо очень забавное. Жаль, но я с ним это разделить не могла. Когда они уже уйдут?

- А она даже лучше, чем я предполагал, - переставая смеяться, Дионис, все еще улыбаясь, произнес это своему телохранителю. – Но ты бы для начала со своей невестой разобрался.

Невестой? У Дарио есть невеста?

Дарио перевел на своего работодателя мрачный, тяжелый взгляд. Настолько жуткий, что даже мне стало не по себе.

- Она бы все равно рано или поздно узнала, - Дионис пожал плечами. – Ладно, я пойду. Буду ждать тебя внутри.

Он ушел, а Дарио перевел взгляд на меня. Радужки казались такого же цвета, как и сейчас небо.

- Вижу, ты умеешь быть дохрена вежливой.

- С некоторыми людьми – да, - я поднялась на одну ступень, расположенную рядом с дверью оптики. Правда одного роста с Дарио все равно не стала. – У тебя есть невеста.

Я не спрашивала. Утверждала. Поджимая губы. Чувствуя внутри себя сильную враждебность. Даже острые когти проходящие по коже.

- Есть девушка, которая должна была стать моей женой, но этого не хочет ни она, ни я. Уже и наши родители считают, что думать о нашем браке, было не самой лучшей идеей, - Дарио произнес это безразлично. Так, словно говорил о том, что вообще не имело значения.

Но я напряглась. Обычно только глупые люди не думают, что говорят, а Дионис таким не казался. Его странно сказанные, словно прозвучавшие не впопад слова про невесту, вызывали какие-то странные ощущения. Отдаленно напоминали предупреждение и оно явно относилось не к Дарио.

Но я выдохнула. Что-то такое не должно меня касаться. Между мной и Дарио нет никаких отношений.

Я хотела ответить, но поежилась из-за сильного ветра. Ливень делал погоду невыносимой и, в итоге, я, чтобы хоть немного согреть заледеневшие пальцы, положила ладони в карманы толстовки.

Почему-то Дарио снял пиджак и я вздрогнула, когда он накинул его на мои плечи.

- Зачем ты?.. - я немедленно попыталась снять его, но в итоге Дарио достаточно жестко вложил мне в ладонь и свой зонт.

Я встрепенулась. Предприняла попытку их вернуть, но Дарио уже пошел прочь, а когда я наконец-то попыталась догнать его, так, чтобы пиджак не соскользнул вниз и не упал в одну из луж, за парнем уже закрылась дверь одного из подъездов. А войти внутрь я не смогла. Она была заблокирована.



От автора: Дорогие девчонки, знакомлю вас со вторым огненным участником литмоба «Огонь между нами». Автор Маша Малиновская и ее безумно горячая, до невозможности острая и эмоциональная книга «Идол». Уверена, что вам понравится)

Аннотация:

— Поздно бежать, Лора. Раньше думать надо было.

— Я ведь понятия не имела, что ты... ты такой, — мой голос дрожит, когда я делаю шаг назад, но упираюсь спиной в стену.

— Ты сама пришла ко мне. Сама напросилась. А ведь я тебя предупреждал...Встреча с кумиром оказалась для неё не воплощением мечты, а жестокой реальностью. Его мир полон тайн и опасности, а каждый взгляд и каждое прикосновение становятся игрой с огнём. Он слишком опасен и слишком непредсказуем, а его чертовская притягательность может стоить ей не только разбитого сердца, но и жизни...

Ссылка:





Глава 9 Бог


Сидя в кофейне, недалеко от прилавка, я постоянно бросала взгляды на зонт и пиджак Дарио. Они лежали на стуле и я смотрела на них, словно на ядовитую змею, которая в любой момент могла укусить. Или будто они были чем-то в разы хуже.

Каждый раз соприкасаясь с Дарио, я надеялась, что такого больше не повторится, но уже теперь у меня скопилось слишком много его вещей. Зонт, пиджак и тот браслет, который он оставил у меня в спальне. Я до сих пор не понимала золотой он или просто красивая бижутерия, но в любом случае мне все это нужно вернуть.

Телефон в моем кармане зажужжал и я достала его. Из-за ливня посетителей вообще не было. А я уже перемыла всю посуду, натерла стаканы, расставила сиропы в идеальном порядке. Очень сожалела, что не взяла с собой учебники и уже не знала, чем себя занять, но была бы рада с кем-нибудь попереписываться.

Посмотрев на экран, поняла, что пришло сообщение от Деимоса. На губах тут же сама по себе возникла улыбка и по телу разлилось приятное, острое тепло. Против воли вспыхнули воспоминания о том, как пару дней назад я зашла в кладовую, чтобы взять пустые коробки и за мной туда вошел Деимос. Закрыл дверь. Мы понимали, что у нас есть лишь считанные минуты прежде, чем нам придется вернуться в магазин, но в полной темноте его поцелуи, касающиеся моих губ, а затем и шеи, обжигали. Его руки сжимающие мою попу и талию доводили до безумия.

«Ты не намокла? На улице адский ливень»

Я поерзала на стуле и опять бросила короткий взгляд на пиджак и зонт. Затем настойчиво отвернулась от них, но почему-то на душе стало жутко паршиво. Я постучала указательным пальцем по прилавку и написала ответ:

«Нет. Я практически все время нахожусь в кофейне»

Следовало ли мне рассказать Деимосу про Дарио? Еще как. Будь я на месте Деимоса, я бы хотела знать, что происходит в жизни моей пары.

Но, черт, я боялась. Деимос, конечно, высокий и телосложение у него весьма хорошее. Все-таки он капитан баскетбольной команды, из-за чего постоянно проводит время в спортивном зале, но все же Дарио в другой весовой категории. У него явно сто килограмм чистых мышц. Не зря Дионис нанял его своим телохранителем.

Но тут речь даже не о том, кто физически сильнее. Дарио из криминального мира, а они там все жестокие и отбитые. Да и кем бы он не являлся в своем клане, даже если он просто телохранитель, он все равно часть своей мафиозной «семьи», а, если ты там одному не нравишься, значит, ты не нравишься всем. Я не хотела впутывать Деимоса в что-то подобное.

«Давай, я заберу тебя после смены и отвезу домой»

Я опять поерзала на стуле. Насколько же сильно мне хотелось ответить согласием, но пока что нам и правда лучше ограничить общение.

«Не стоит, но спасибо за предложение»

«И почему же ты отказываешься? Думаешь, что я заберусь тебе под одежду на заднем сиденье своей машины? Просто как раз это я и собирался сделать»

Я сильно прикусила кончик языка. Я бы не сказала, что не испытывала страха при мысли о близости. Все-таки, для меня это что-то новое, непонятное и, естественно, немного пугающее. Но, черт, я молодая девушка и у меня шикарный парень. Естественно желание возникало. Причем настолько острое, что я и правда была бы не против оказаться с Деимосом на заднем сиденье его машины, где-нибудь в безлюдном месте. Поцелуи, жаркие прикосновения. Уверена, мне бы понравилось.

Но, черт, из-за Дарио мне приходилось себя этого лишать.

Я шумно, даже печально выдохнула, после чего написала ответ:

«Звучит заманчиво, но, прости, я уже пообещала своей подруге, что мы встретимся сразу после моей работы. К сожалению, она уже едет сюда и я не могу отменить нашу встречу»

Ложь. Очередная, гребанная ложь. Как же неприятно применять ее по отношению к близкому человеку. Я словно сама от нее становилась грязной.

Мы еще немного попереписывались с Деимосом, после чего я пошла мыть полы. Смена практически окончена. Уже скоро нужно закрывать кофейню.

Но, прежде чем взять швабру, я опять посмотрела на зонт и пиджак. Тяжело выдохнула и очень осторожно сложила их, после чего положила в свою тряпичную сумку. Как бы я не относилась к Дарио и его вещам, но именно это был не негативный жест с его стороны. Поэтому мне следовало с бережностью вернуть ему его вещи. И попытаться опять поговорить, чтобы он наконец-то оставил меня в покое.

***

Когда я вышла из кофейни, ливень, к счастью, уже прекратился. Тротуары были мокрыми и в свете фонарей, светофоров и фар машин, они горели разными огнями. После дождя дул холодный ветер и я, пытаясь спастись от него, набросила на голову капюшон.

Мне уже следовало возвращаться домой. Подготовиться к завтрашним парам, но вместо этого я сделала то, что сейчас не имело значения. Я прошла четыре квартала и остановилась рядом с двухэтажным зданием. Свет в нем не горел, двери заперты. Этот дом казался настолько тихим и пустым, словно вообще мертвым.

Но я поднялась по ступенькам и ладонью нежно прикоснулась к двери.

Совсем скоро этот дом станет всем, о чем я мечтала.

Наверное, у каждого человека есть свои стремления. Они могут появляться не сразу. Отображать смысл жизни.

Наверное, я еще лет в четырнадцать поняла, чем именно хочу заниматься. Пусть это и весьма странное желание для подростка. Наверное, выглядящее, как что-то бунтарское – я хотела стать тату-мастером.

Я точно не помню, когда именно такие мысли начали появляться у меня в голове. Изначально они казались лишь просто интересом. Но, конечно, исходили от любви к рисованию. Не в состоянии ходить и, постоянно лежа на кровати в своей комнате, я занимала себя тем, что тянулась к альбому и фломастерам. Кажется, получалось не плохо, но почему-то меня больше всего интересовали рисунки на людях. А среди работников отца, было много тех, кто имел татуировки. Я часто на них засматривалась.

Наверное, изначально это и правда был просто интерес. Но, после того, как дон Моро отдал меня в семью Леоне и у меня все больше и больше начало возникать ощущение того, что я никому не нужна, так же начало приходить осознание, что о своем будущем я должна сама позаботиться. Закончить учебу, найти работу, добыть денег на свое существование. Ведь рано или поздно я могу вовсе оказаться на улице.

Тогда я и начала задаваться вопросами, кем в будущем хочу стать. Какие профессии принесут мне стабильный доход.

К тому моменту я уже смогла перейти с домашнего обучения в обычное. То есть, начала ходить в школу. После выпуска поступила на архитектора. Хорошая профессия, но все равно не то.

И что же повлияло на мой выбор, когда мне было четырнадцать? Я узнала, что в Неаполе живет Бертолдо Авогадро. Я и раньше слышала это имя. Более того, мужчину, носящего его, считала своим богом.

Авогадро бог татуировок. К нему, как к мастеру обращались со всех кланов. Он только для мафии и делал татуировки, но даже несмотря на то, что он сам сузил круг своих клиентов, попасть к нему все равно было не просто. Я бы даже сказала, что труднее, чем можно себе представить. Даже, если ты дон. Да и татуировки стоили, как целое состояние. Потому, что это не просто рисунки. Это то, от чего пробирает, восхищает и завораживает.

Авогадро являлся очень почитаемым человеком. Легендарным. И, несмотря на то, что он не принадлежал ни одному клану, любой из них был готов выполнить любую из его просьб.

И, понимая, что живу в одном городе со своим богом, являющимся живой легендой, я решила, что точно стану его ученицей.

Перед этим я уже слышала, что Авогадро не берет учеников, но чертово ощущение, что, может у меня получится выделиться, стать особенной, подтолкнуло к тому, что я нашла адрес его салона и приехала туда.

Впервые увидев Авогадро, я поняла две вещи. Во-первых, он старше, чем я думала. Казалось, что ему лет шестьдесят, но, как позже оказалось, на тот момент ему было восемьдесят четыре.

Во-вторых, я поняла, почему иногда его называли Мясником. Он выглядел, как… мясник. Несмотря на возраст, огромный, неплохо сложенный, весь в черном. Жуткий настолько, что кровь леденела.

В первую встречу с Авогадро я была восхищена им и напугана.

В течение нашего первого весьма не продолжительного разговора, я поняла еще и то, что у моего бога весьма дерьмовый характер.

Застыв на месте я что-то лепетала. Пыталась представиться. Говорила о том, что восхищена его работами. Думала еще сказать, что впервые увидела татуировку сделанную им еще когда была ребенком. У консильери моего отца она была на руке. Но стиснув зубы решила промолчать. Я для всех была ничем. В том числе и для своей семьи и я не хотела, чтобы мой бог видел, какое я ничтожество.

Жутко смущаясь, я объяснила, что хочу стать его ученицей. Авогадро все это время молчал. Смотрел на меня, словно на пыль, затем схватил за шиворот и вышвырнул за порог своего салона. Без как-либо усилий, но летела я далеко. И тогда он сказал лишь одну фразу – чтобы я проваливала и больше никогда не попадалась ему на глаза. Кажется, еще назвал пустоголовым ребенком, не знающим чего я прошу.

Но я знала. Я просила бога снизойти до меня - никому ненужному ничтожеству.

Впоследствии я в течение года стабильно несколько раз в неделю приходила к нему. Всегда неудачно. Порой мне приходилось убегать. Постепенно наши встречи накалялись. Мы даже начали ругаться и, в очередной раз, когда Авогадро вышвырнул меня за дверь, я стояла рядом с его салоном и кричала своему богу, что он старый ублюдок и морщинистая сука. А еще то, что он скоро сдохнет, а потом, со временем умрут и те, кто носит его работы. Наступит время и все про него забудут.

Наверное, я тогда перегнула. Наверное. И, через неделю, когда я опять решилась прийти к нему, захватила с собой пирожки. Называла это подношением ярости своего бога, но понимала, что как раз на пирожки ему будет плевать. Но сигареты или алкоголь мне бы не продали. Да и Авогадро навряд ли у меня что-нибудь примет.

Вот только, когда я постучала в дверь его салона и Авогадро вышел, я сжалась всем телом. Ожидала того, что опять сейчас полечу куда подальше, но мужчина неожиданно смерил меня уставшим взглядом. Затем сказал войти.

Такое происходило впервые. И я даже растерялась. То есть, я привыкла к тому, что меня вышвыривают из салона, но чтобы приглашали войти…

Когда я наконец-то вспомнила, как двигаются ноги и вошла в салон, Авогадро опять смерил меня взглядом и произнес то, что я никогда не забуду:

«Никогда не думал, что возьму себе ученика. Тем более, вот такого»

Я испытала тот шок, который невозможно описать никакими словами. Сто раз переспросила точно ли он возьмется за мое обучение, а затем прыгала по его салону. Визжала от радости.

Позже я узнала несколько вещей. Во-первых, характер у моего бога еще хуже, чем я предполагала. Он часто бил меня по рукам. Иногда доходило до подзатыльников, но, если учесть то, что я пришла к нему вообще без какого-либо опыта, Авогадро часто что-либо не нравилось. Он произносил в мою сторону много ругательств. Говорил, что я могу в любой момент уйти, если мне что-то не нравится.

Но черта с два я бы это сделала. Да и, конечно, не хотелось этого признавать, но Авогадро даже учителем был талантливым. Я быстро училась.

Во-вторых, он дал мне понять, что в будущем, даже если я смогу делать несколько татуировок в день, лучше ограничиться одной работой на неделю. Или около того. И очень тщательно выбирать клиента. Иногда работа ценится своей эксклюзивностью и редкостью. Мне следует стать той, чью работу будут желать так же, как самую ценную драгоценность.

Но мне оставалось лишь мечтать, что в будущем у меня будет столько клиентов, что я смогу выбирать.

В-третьих, Авогадро сказал, что мне придется следить за своей безопасностью.

«Я уже сейчас вижу, что в будущем ты станешь красивой девушкой. Думай о том, чтобы клиенты понимали – к тебе прикоснуться нельзя. Ты выше них, даже, если перед тобой будет дон»

Так же Авогадро дал понять, что я сама несу ответственность за свою учебу и он меня обеспечивать не собирается. Если я не могу вложиться в то, чего хочу, значит я зря пришла. Поэтому я и пошла на подработки. Чтобы покупать искусственную кожу, краску и все остальное. Да и вообще хотелось личных карманных денег. Я несу ответственность не только за учебу, но и за саму себя.

Я всегда приходила к нему тайно. Вечером, когда в салоне больше никого не было. В первую очередь потому, что было слишком много желающих стать учениками Авогадро. Получить кусочик статуса, который он имел. С годами он многим обрубил желание, но, если они узнают, что он все-таки взял меня к себе… Авогадро не желал нарушать свое спокойствие. И я тоже молчала про учебу. Даже семья Леоне не знала, куда я хожу. К счастью, они моей жизнью интересовались примерно так же, как и мусором в мусорном ведре.

С годами, несмотря на то, что мой бог иногда был еще тем старым ублюдком, он стал для меня практически семьей. Я даже рассказала ему про своих родителей и про то, как оказалась в Неаполе. За что я уважала Авогадро, он не выказал ни толики жалости или презрения. Просто выслушал мою историю, как часть моей жизни.

Его салон, я начала ощущать, как свой дом. Моего бога – как семью.

Но… На данный момент прошло уже семь месяцев, как Авогадро не стало.

Говорят, что он умер во сне. Тихо. Спокойно. Но я все равно ревела так, будто не стало части меня. Я даже не понимала, как вообще можно было вынести такую боль.

Похороны моего бога были масштабными. Попрощаться с ним приехали все главы кланов. А меня туда даже не пустили, ведь по сути я являлась никем. Никто так и не узнал, что у Авогадро была ученица, поэтому его я оплакивала в своей комнате.

Лишь спустя неделю ко мне приехал внук Авогадро – Ариго Авогадро. Единственный оставшийся у моего бога кровный родственник. Я про него знала, но видела впервые.

Ариго сказал, что и ему было известно про меня. А еще то, что незадолго до смерти мой бог начал делать татуировку на спине своего внука, но ее так и не закончил. Зная, что я у него училась Ариго попросил завершить работу своего дедушки.

До этого я ни разу не делала татуировки на людях. Только на искусственной коже, но мой бог научил меня всему, чему мог. Своему стилю, тому как делать работу. Так, что я уже была продолжением его самого, из-за чего я согласилась. Просто как дань Авогадро, но не думала, что это будет настолько сложно. Делать татуировку было просто. Я даже не представляла, что настолько.

Но… мы были в салоне Авогадро. Уже в пустом. В том, где моего бога больше никогда не будет. И я заканчивала его последнюю работу. Сколько же раз я прерывалась, ведь из-за слез толком ничего не видела.

Когда я закончила, Ариго долго рассматривал свою спину через зеркало. И на сделанных мной фотографиях. И лишь после этого сказал, что, конечно, сомневался, но уже теперь понял решение своего дедушки.

Оказалось, что Авогадро оставил мне свой салон. И, наверное, понимал, что скоро умрет, ведь приказал своему внуку присматривать за мной, как за продолжением моего бога. Из-за этого, уже на похоронах, Ариго без имен сказал всем о том, что у Авогадро был ученик и со временем он приступит к работе в том же салоне, где работал сам Авогадро. Все этого ждали, ведь среди мафии татуировки имели огромное значение.

Я долго не могла поверить в то, что услышала. А потом опять раз за разом ревела.

Вот уже почти семь месяцев я понемногу готовилась. Зарабатывала деньги для того, чтобы кое-что обновить в салоне. Нанять охрану. Ариго сказал, что никто не посмеет тронуть ученицу Авогадро. Другие кланы такое не потерпят. Но, если бы я поменьше вышла лицом, было бы попроще.

До сих пор было невыносимо больно от потери моего бога, но сейчас, находясь рядом с его салоном, мысленно обещала Авогадро, что придет время и я тоже стану богом.



От автора: Дорогие девчонки, с радостью знакомлю вас со следующим участником литмоба. Великолепная Маша Зайцева и ее до безумия горячая книга «Мой первый…»

Аннотация:

— Малышка, потише… — шепчу я в нежное ушко, с неожиданным удовольствием вдыхая аромат ее кожи и волос. Теплый такой, сладковатый. Волнующий, кстати…



Последнее — прямо открытие для меня. Давно меня женщины не волновали… Настолько явно.



Девочки, история Богдана и его добычи, которая оказалась совсем не такой послушной, как он думал…

Ссылка:





Глава 10 Причина


- Мне кажется, что тебе вот это платье подойдет, - Алесса принесла мне что-то алое и явно короткое. Еще и очень настойчиво попыталась впихнуть это в руки.

- Спасибо, но я присмотрю что-нибудь другое, - я так же настойчиво попыталась отказаться, возвращая платье обратно, после чего пошла дальше бродить по магазину.

Сегодня вечером у нашей группы вечеринка в честь дня рождения старосты – Гастона Руффо. Его семья достаточно богата, чтобы он мог позволить себе снять целый ресторан. То есть, празднование намечалось масштабное и выглядеть следовало соответствующе. Из-за этого мы с Алессой после пар сразу же выдвинулись гулять по магазинам. У меня как раз свободный от работы день. Могу себе позволить.

- А это? – Алесса показала мне другое платье. На этот раз черного цвета, но тоже слишком короткое.

Я, конечно, не против таких нарядов, но в подобном виде предпочла бы появляться лишь в компании своего парня. А то перед Деимосом я постоянно хожу в джинсах и толстовках, а на вечеринку пойду в чем-то таком? Меня даже совесть начала загрызать. Мне стоит быть более красивой рядом со своей второй половинкой.

В итоге, я выбрала платье темно-синего цвета. Практически черного. С частично открытой спиной, но длиной аж до пола.

- Не плохо, но скучно, - надув губы, Алесса прокомментировала мой выбор.

- Поверь, на мне оно не будет выглядеть скучно, - я расслабленно потянулась, смотря на бижутерию. Двадцать евро за браслет, который и двух недель не проживет. Изменит цвет. Поблекнет и станет неприглядным. Дороговато.

- Допустим, но те платья, которые я предлагала, были в разы лучше.

Я лишь фыркнула. Пусть и сделала это с улыбкой. Алессе нравился Гастон и сегодня она явно намеревалась попытаться привлечь его внимание. В очередной раз. Из-за этого и выбрала откровенное платье, совершенно не подходящее по погоде, а чтобы не сильно выделяться и не казаться белой вороной, пыталась мне подсунуть что-то такое же.

Мне нравилась Алесса. Сама по себе она скромная и тихая, но из-за своих чувств пытается выбраться из скорлупы. Я не совсем уверена, что она это делает правильно, но была готова чуть что поддержать. Только, не выбором платья, ведь это исключительно ее решение, которое Алесса не стала менять даже после того, как я с ней поговорила.

Когда мы вышли из магазина, я проверила телефон. Увидела сообщение от Ариго Авогадро – внука моего бога.

Останавливаясь на тротуаре, я тут же его прочитала:

«Мы можем сегодня встретиться?»

«Конечно. Я сейчас на Толедо. Где ты?»

Меня удивило то, что Ариго уже вернулся в Неаполь. В последнее время у него было слишком много дел в Римини, где внук моего бога и проводил практически все время. Кажется, у него там и девушка появилась.

«Прямо сейчас я в дороге. В Неаполе буду ближе к вечеру. Будешь свободна или опять на работе?»

«Я планировала пойти на вечеринку. У моего одногруппника день рождения, но если у тебя ко мне важный разговор, тогда я пропущу вечеринку и приеду к тебе»

«Не стоит. Веселись. Поговорим завтра»

«Хорошо. Тогда, я утром тебя наберу»

Ариго почти на десять лет меня старше, но у нас складывались вполне неплохие отношения. Пусть и знакомы мы не так давно. Но именно с ним мне было как-то просто, легко. Как со старшим братом, который защищал, помогал. Временами в мою сторону бросал издевки и их же получал в ответ. Мы с ним могли не подбирать слова. Просто говорить, как есть.

Старший брат…

В груди неприятно заныло. Едко и глубоко царапнуло. Я подумала про моего кровного брата – Северо Редже. Хотела я этого или нет, но часто вспоминала о том, насколько сильно мы в детстве были близки. Мы же практически все время проводили вместе. Наверное, знали друг друга куда лучше, чем наши родители. Постоянно бегали по дому. Валялись на подушках на полу террасы. Вдвоем получали от экономки за то, что испачкали их. Пробирались в библиотеку. Ночью сидели на балконе его комнаты. Смотрели на звезды и придумывали истории. А что в итоге? Ничего. Северо уже двадцать два. Мы не виделись с тех пор, как я покинула дом Редже и у него скоро свадьба, на которую я приглашение, естественно не получила.

И как все могло стать именно таким? До сих пор ощущение, что у меня из груди вырвали значительную часть. Слишком болезненно. Так, что до сих пор кровь лилась.

Пытаясь, убрать эти мысли, я вернула телефон в карман и посмотрела на тротуар, который все еще не успел высохнуть после дождя. Задумалась над тем, почему же Ариго хочет встретиться.

Логичнее всего предположить, что он хочет поговорить про салон. Совсем скоро мы уже начнем им полноценно заниматься. Готовиться к открытию.

Или же Ариго намеревался поговорить про татуировку. Он хотел чтобы я на нем набила еще один рисунок. На этот раз на шее.

То есть, причина для встречи, одна из этих двух. Или обе сразу.

Я задумалась – стоит ли рассказывать Ариго про Дарио? Про семью Леоне я молчала. Он считал, что мне у них отлично живется. Но Дарио совершенно другая тема. Наверное, стоит хотя бы просто спросить знает ли Ариго, кто он такой.

Только, как это сделать? Фамилию Дарио я не знаю. Просто его внешность описать? Вот только, у Дарио, конечно, запоминающаяся внешность, но навряд ли Ариго знает каких-то там телохранителей. Ему известны лишь верхние слои кланов.

Подходя к светофору, я задалась еще одним вопросом – может, это про Ариго Дарио говорил, как про человека, которому я дорога?

Но этот вариант я тут же отмела. Во-первых, мы с Ариго никак не афишировали наши встречи. И даже скрывали их. Он пока что оставлял в тайне то, что я ученица его дедушки. Во-вторых, несмотря на достаточно неплохие отношения, мы с Ариго знакомы не так давно и у него есть люди куда более близкие, чем я.





Глава 11 Платье


Вновь поправив низ платья, я прошла по коридору, пытаясь убедиться точно ли я устойчива на каблуках. Ходить в них хоть и непривычно, но все же не сложно. Единственный минус – Винса, сейчас стоящая рядом с кухней, казалась мне совсем коротышкой.

- Твои ноги теперь кажутся еще длиннее, - она оценивающе окинула меня взглядом. Затем свела брови на переносице. – Даже немного завидую.

- А я завидую твоим волосам, - я пожала плечами, думая о том, что я уже давно хотела себе такие же волнистые волосы, а не настолько прямые, какими они у меня были. Но, с другой стороны, я нравилась себе такой, какой я есть. Просто предполагала, что в будущем можно будет поэксперементировать с внешностью. – Мне уже пора идти. Ты же завтра вечером зайдешь ко мне в кофейню?

- Обязательно, но ты чуть что и сегодня скидывай мне фотографии. Хочу убедиться, что ты действительно развлекаешься, - Винса провела меня к двери.

Сейчас мы находились в ее квартире. И все по одной причине – я не рисковала переодеваться в платье у себя. Брат сегодня дома и, скорее всего, он не один. Гостиная опять заполнена его друзьями. Мне еще следовало понять, как ночью пробраться в свою комнату, если они никуда не разойдутся. Родителей же сегодня нет. Они в очередной поездке, а, значит, брат хоть до утра может делать все, что захочет.

- Ты это заслужила, - Винса мягко, одобряюще улыбнулась мне. – Веселись. Уверена, что сегодня каждый парень будет смотреть на тебя и мечтать о том, как твои длинные ноги обвивают их бедра.

- Звучит… не очень.

Винса лишь пожала плечами. После чего, открывая дверь, сказала:

- У тебя такая внешность, что… Тебе стоит пользоваться ею. У красивых людей и жизнь проще.

Пользоваться своей внешностью. И что бы это значило?

Я опустила на себя взгляд и подумала о том, о чем бы вслух никогда не призналась. Даже в своем сознании прикасалась к этому с осторожностью – на самом деле мне сейчас хотелось не на вечеринку, а к Деимосу. Подойти к нему в этом платье. Руками обвить шею. Своей грудью прижаться к его торсу и… сделать что-нибудь такое из-за чего Деимос потеряет самоконтроль. Его крепкие, напряженные руки окажутся на моем теле и…

Я на несколько секунд закрыла глаза, чувствуя, как по коже скользнули острые, горячие мурашки. Я по-прежнему опасалась близости. Все-таки она для меня являлась чем-то новым и неизвестным, но почему-то от Деимоса меня словно током пронзало и мне правда нравилось, когда он терял самоконтроль. Когда его прикосновения становились более жесткими, грубыми и горячими, а поцелуи такими, что от них губы ныли и воздуха не хватало.

Трудно признавать, но в случае с Деимосом я бы воспользовалась своей внешностью, чтобы добиться желаемого. Правда, пока что я не знала, как правильно это делать. Да и без чего-то подобного наши отношения и так были наполнены обжигающими искрами.

На прощание я обняла Винсу и покинула ее квартиру. Выйдя на улицу, пошла по практически пустому тротуару.

За мной должна была заехать Тара. Ей как раз по пути, но вместо того, чтобы дать ей точный адрес, я сказала, что буду ждать одногруппницу около небольшого общепита, находящегося в двух кварталах от жилья моей подруги. А все потому, что хотела немного пройтись.

Я наслаждалась этим платьем. После стольких лет проведенных в рванных джинсах и в футболках, думала о том, что наступит время, когда я буду выглядеть действительно роскошно. И дело не только во внешности. В устойчивости. В ощущении неприкосновенности.

В своей жизни я была выброшена на обочину. Прекрасно почувствовала, что такое ядовитый, едкий привкус безысходности. Я им годами захлебывалась. Но именно это дало внутренний рычаг. Давало понять, что мне нужно и то, чего я хочу.

Достав телефон, я хотела написать Деимосу. Но, скользнув взглядом по нашим предыдущим сообщениям, почувствовала, как щек коснулся обжигающий румянец. Они уже во многом напоминали секс по переписке.

Прикусывая нижнюю губу, я начала думать о том, что бы ему такого написать, как внезапно во что-то врезалась. Изначально подумала, что как-то непонятно свернула и это была стена, но, отшатываясь и поднимая взгляд, задержала дыхание и дрожащими пальцами чуть ли не до онемения сжала телефон.

Передо мной стоял Дарио.

Я сделала еще несколько шагов назад и быстро спрятала телефон в сумочку. Я не знала, почему именно это было моим первым рефлексом. Просто, почему-то инстинкт самосохранения как-то странно сработал отдавая сознанию именно такой приказ.

- Что ты тут делаешь? – спросила, застегивая сумочку и вновь смотря на Дарио.

В груди что-то сжалось от осознания, что, кажется, с ним что-то не так. То есть, я уже начала привыкать к тому, что Дарио еще тот мрачный верзила, но сейчас его взгляд казался еще тяжелее, темнее, ужаснее. Так, что от одного его присутствия мне становилось жутко и явно не по себе.

- У тебя сегодня что ли был паршивый день? – спросила, оглядываясь по сторонам. Пытаясь понять, почему Дарио тут стоял. Но справа был лишь забор. Слева – на противоположной стороне дороги, сейчас не работающие магазины. То есть, я не видела места, из-за которого он мог сюда приехать, как это было в нашу последнюю встречу.

- Почему же? День был отличным, пока я не увидел, во что ты вырядилась, - даже голос Дарио был совершенно не таким, как обычно. Спокойным, ленивым, но с той тяжестью, от которой мне захотелось сжаться.

- И что не так с тем, во что я оделась? – я опустила на себя взгляд. – Это обычное платье. У моего одногруппника сегодня день рождения и он будет праздновать в ресторане. То есть, я не за хлебом вышла в таком платье. И считаю, что оно вполне хорошее.

Я еще хотела добавить, что не нуждаюсь в его комментариях по поводу моего внешнего вида, но, к счастью, у меня ума хватило оставить в своих словах хоть какую-то осторожность.

Дарио пошел в мою сторону. Этого хватило, чтобы я тут же до предела напряглась, но с места не сдвинулась. Во-первых, он буквально вчера дал мне зонт и свой пиджак. Из-за этого мне хотелось верить в то, что Дарио не настолько ужасающий, как я себе изначально напридумывала. Во-вторых, мы на улице. Он мне тут ничего не сделает. Пусть и немного, но тут есть прохожие.

Я обернулась, чтобы понять, сколько людей сейчас находилось на этой улице и замерла. Тротуары полностью были пустыми. Куда делись все люди?

Ошарашенная этим, я упустила тот момент, когда расстояния между мной и Дарио практически не осталось, но я всем телом сильно вздрогнула, когда почувствовала, что он наклонился к моему уху.

- И для кого же ты там так оделась?

Это был не просто вопрос. Мне к шее словно бы приставили нож и я, рвано выдохнув, попыталась быстро отойти назад. Но словно приговор себе подписала. Немедленно была перехвачена. Прижата к забору.

- Отпусти! – я судорожно, испуганно попыталась вырваться, но Дарио перехватил мои запястья и одной ладонью прижал их к каменной поверхности над моей головой. Вторую руку сжал на моей талии. Настолько сильно, что с моих губ сорвался болезненный стон.

- Говори. В ком ты так заинтересована, что хочешь, чтобы он на тебя пялился? – лицо Дарио было в считанных сантиметрах от моего. Взгляд такой, что, наверное, мне впервые в жизни стало настолько страшно. А еще, в истошной ряби сознания, я кое-что поняла – он, черт раздери, ненормальный.

- Ни в ком! Я ни в ком не заинтересована. Это… Это всего лишь платье. Боже, отпусти меня. Прошу. Я… Я кричать буду.

- Кричи, - Дарио медленно повел голову вбок, так, что его губы скользнули по моей щеке. – Я могу задрать твое чертово платье и выебать прямо тут. И мне никто не помешает.

Я тяжело сглотнула. Он явно преувеличивал. Пусть сейчас улица пуста, но в любой момент тут мог кто-нибудь появиться. Он не посмеет. Не сможет. Мысленно я себе это миллиард раз повторила, но сердце все равно билось так, словно обезумело.

- Я твой парень и я освобождаю для тебя каждый блядский вечер, но что-то ни разу не видел, чтобы ты так одевалась для меня, - Дарио опустил руку ниже и ею сжал бедро. Сильно. Скорее всего, там появятся отметины. – Скажи мне имя того уебка, который тебе нравится и я сделаю так, что ты на него больше не посмотришь.

Холодный ночной воздух, касаясь кожи, был хуже острых игл, вонзающихся в тело и с ужасом смотря на Дарио я осознавала лишь одно – он действительно ненормальный.

- Мне… Мне никто не нравится. Я надела это платье лишь потому, что мне нужно идти в ресторан.

На губах Дарио возник еще более жуткий оскал.

Страшно. Очень страшно. Сердце остановилось. Я не дышала и кислорода не хватало. Мысли вспыхнули пламенем и, теряясь я, почему-то в собственных, лихорадочных осколках мышления, вспомнила чертовы слова Винсы – «Ты настолько красивая… Пользуйся этим».

Я совершенно не понимала, что делаю, но, даже будучи на каблуках, попыталась еще сильнее приподняться. Дарио был значительно выше меня, но мне удалось лицом уткнуться в его шею, после чего я прерывисто прошептала:

- Я неправильно сказала. Мне никто не нравится… Никто кроме тебя. То есть, мне трудно понять, что я чувствую, так как иногда ты меня очень пугаешь, но… в твоем присутствии мое сердце бьется быстрее.

Ага. Потому, что я жуть, как напугана.

- И… Как бы я для тебя надела платье? Ты же меня ни разу в ресторан не приглашал. Если бы пригласил… Я бы надела платье в сто раз лучше, чем это. Оно бы… Оно тебе очень понравилось бы.Я бы это сделала для тебя.

Господи, что я несла? Хотелось себе язык откусить. И я действительно на последних словах его до боли и, наверное, даже до крови прикусила.

Но… Неожиданно хватка Дарио ослабла. Я даже не сразу поняла, что произошло. Лишь чувствовала, что некоторое время он еще стоял неподвижно. Обжигая мою макушку горячим дыханием.

Лишь спустя какое-то время, до меня наконец-то дошло, что мои запястья больше не болят. А в следующее мгновение, произошло то, что окончательно ввергло меня в шок – пусть Дарио все еще и удерживал меня, но как-то… мягко? Большим пальцем практически нежно проводя по тыльной стороне ладони.



От автора: Дорогие девчонки, знакомлю вас с последним участником нашего литмоба) Валерия Ангелос и ее настолько будоражащая и горячая книга «Чеченец». Сюжет там огонь))

Аннотация:

— Задом тебе идет, — раздается хриплый мужской голос. — Так будешь отрабатывать?

Застываю. И буквально ошпаривает, когда понимаю, в какой позе меня застали.

— Что отрабатывать? — спрашиваю нервно.

— Тебе виднее, — следует ледяной ответ, а горящий взгляд вбивается в меня так выразительно и жестко, что забываю дышать. — Думала, можно так просто в мою комнату забраться?

Тамир Амаев. Главный отморозок в универе. Характер у него взрывной. Никто не рискует перейти ему дорогу. Даже самые отбитые мажоры из элиты стараются держаться подальше.

А я… случайно вломилась в его комнату и привлекла внимание.

Теперь Амаев нависает надо мной. Загоняет в угол.

— Я лучше пойду, — выдавливаю с трудом.

Он оскаливается.

— Не торопись. Ты уйдёшь, когда я с тобой закончу.

Ссылка:





Глава 12 Ублюдок


Я не двигалась. Наверное, даже не дышала, но все равно мое тело было, словно один до предела натянутый нерв. Так, что я спиной отчетливо чувствовала малейший выступ в каменной кладке стены, а грудью ощущала стальной торс Дарио. Его горячее дыхание все еще касалось моей макушки, а ладони держали запястья. Совершенно не так, как пару минут назад, но я все равно чувствовала себя зверьком, загнанным в капкан. Все это до дрожи пугало. Так, что сердце билось рвано. Обрывками.

- Можешь, пожалуйста, отпустить меня? – спросила, совсем тихо. Пытаясь быть максимально осторожной в каждом слове, но сомневаясь в том, что у меня это получалось.

Дарио ничего не ответил, но второй рукой поддел мой подбородок и заставил поднять голову. Я несколько раз моргнула, не понимая, что мне делать – отвести взгляд или посмотреть ему в глаза.

Подул сильный ветер, частично поднимая низ моего платья, но я на это даже среагировать не смогла. Застыла, чувствуя то, что Дарио наклонился к моему лицу и в следующее мгновение его губы прикоснулись к моим.

Я не знала, как у меня хватило самоконтроля сдержаться и не начать сию секунду изо всех сил вырываться, но внутренне у меня все перевернулось и начало оглушающе трещать. В наш прошлый и на тот момент единственный поцелуй, я немедленно отстранилась. Так, что толком ничего не успела почувствовать, а сейчас… Действительно, словно бы загнанная в тупик, я будто и не имела другого выбора, кроме, как ощущать – его грубые губы, несдержанный поцелуй, мощное тело, сильнее вжимающее меня в стену. То, как Дарио убирая пальцы от моего подбородка, вплел их в мои волосы, сжимая и заставляя меня немного наклонить голову набок, так, что после этого поцелуй стал глубже и его язык проник в мой рот.

Сердце загрохотало. По телу мощной волной разлился ток и я почувствовала, как мои ладони начали дрожать. То, что происходило сейчас, совершенно отличалось от того, что было между мной и Деимосом. Я до сих пор полностью не понимала, что за человек Дарио, но его поцелуй это что-то жестокое. Полностью подавляющее. Безумное. Словно он и правда был еще тем чудовищем, способным безжалостно сожрать.

Дарио опустил руку на мое бедро. Сжал его с такой силой, что я болезненно простонала ему в губы, вздрагивая от того, как он резко еще сильнее вжал меня в стену и начал задирать низ моего платья.

Уже это заставило резко очнуться.

- Подожди. Нет! Мы же на улице, - я быстро, отчаянно затрепыхалась, судорожно хватая воздух губами. Только сейчас понимая, что кислорода мне вообще никак не хватало.

- Тут никого нет, - Дарио произнес это хрипло. Тяжело. Пробираясь рукой под мое платье и уже теперь сжимая попу скрытую лишь кружевной тканью трусиков. Кажется, он выругался и, медленно выдохнул, наклоняясь к моей шее и начиная покрывать ее поцелуями. Жесткими, грубыми.

В таком положении я не могла оглянуться по сторонам и понять, есть ли на тротуарах кто-то или нет. Я осознавала лишь то, что сейчас по дороге не проезжало никаких машин, что само по себе было странно, но, какая черт раздери разница?

- Я… Я не хочу, чтобы ты мне под одежду лез прямо на улице. Это… Я же… Я же не дешевая, грязная шлюха, которую можно взять и вот так…

Я запнулась. Сделала несколько глубоких, рваных вдохов, не понимая, как донести до Дарио что чего-то такого я уж точно категорично не хотела. Тем более, он как раз возможно и считает меня дешевой, грязной шлюхой. Я же не знаю, что происходит у него в голове. Лишь вижу, что он не видит для себя запретов в том, чтобы прийти в мою комнату и связать меня ремнем. Или как сейчас прямо на тротуаре меня чуть ли не раздевать.

Но почему-то Дарио остановился. Несколько секунд не двигался, но его тело казалось до предела напряженным. Лишь спустя какое-то время, он тяжело, медленно выдохнул и убрал руку из-под моего платья.

- Поехали в отель, - положив ладонь на мою талию, он губами прикоснулся к моей щеке.

А для меня этот момент был очередным, в котором я в ужасе застыла.

- Ты хочешь?..

- Да, я хочу тебя. Я, ты, кровать. Прямо сейчас.

Он опустил руку ниже. Вновь ею сжал мою попу, а я вновь забыла, как нужно дышать. И мне понадобилось время, чтобы хоть немного схватиться за мысли, которые сейчас в клочья разрывались в сознании.

- Я же тебе нужна была для того, чтобы кому-то сделать больно. Этого же человека не будет в номере отеля и…

- Ты только что сказала, что я тебе нравлюсь.

- Да и…

Господи, зачем я это сказала? И почему Дарио на этом акцентировал внимание?

- У нас, девушек, «нравится» не равно «хочу твой член внутри себя», - очень тихо прошептала, сожалея о том, что ранее сказала и о том, что сегодня вообще вышла из дома. Но, черт, как же все это было тяжело.

- И чему же оно равно?

- Я… не знаю, - решила ответить честно. Или не совсем честно. Может, даже не ответить.

Мы все еще находились в дико странной, даже интимной позе и я сделала то, чего совершенно не хотела – лицом уткнулась в его грудь. Исключительно из чувства самосохранения. Мне стало казаться, что, когда мы находимся в некой подобии близости, Дарио ведет себя не так свирепо. А я… просто хотела спастись.

- Но спать с тобой я точно не готова, - я произнесла это еще более осторожно. Замирая на каждом слове. Он ведь после такого не возьмет меня прямо тут против моей воли?

Сейчас я чувствовала лишь то, что его тело действительно было слишком напряжено.

- Как же с тобой, девственницей, тяжело.

Дарио положил ладонь на мою щеку.

- Но только потому, что у тебя раньше не было парней и я стану первым, сейчас я тебя не трону.

Словно в подтверждение своих слов, он убрал руки и медленно сделал шаг назад. Сейчас, когда между нами появилось хоть какое-то расстояние, мне должно было стать легче, но этого не происходило. Тело все еще подрагивало. Горело. Хотелось мне это признавать или нет, но Дарио обладал каким-то странным магнетизмом. И при соприкосновении с ним, то, что происходило в теле, так просто не исчезало.

Я тоже отступила в сторону и понадобилось время, чтобы сквозь лихорадочный шум собственных мыслей я услышала то, что мой телефон звонил. Я и так понимала, кто это – Тара. Скорее всего, она уже приехала к общепиту и ждала меня.

- Мне уже нужно идти, - я достала телефон и, посмотрев на экран, убедилась в том, что мне действительно звонила одногруппница.

И мне очень хотелось ухватиться за это. Немедленно убежать.

- Меня ждет одногруппница и…

- Проведи этот вечер со мной.

Я, уже собираясь сделать еще несколько шагов в сторону, остановилась на краю тротуара.

- Я сегодня не могу, - я еле заметно качнула головой. – У моего одногруппника день рождения и…

Дарио смотрел на меня так, что по спине пробежал холодок.

***

- Мам, смотли какая класивая пара! Это принц и принцесса! Я их видела в книге, - совсем маленькая девчонка, остановившись посередине тротуара начала настойчиво дергать маму за рукав и указывать пальцем на меня и на Дарио.

Это далеко не первый признак внимания, которое я почувствовала во время своей непродолжительной прогулки с Дарио. Нас рассматривали. Даже оборачивались в нашу сторону. А совсем недавно к нам подошла бабушка и так приятно, тепло улыбаясь, сказала, что мы так хорошо выглядим вместе и на нас очень приятно смотреть.

Я, конечно, поблагодарила эту милую пожилую женщину, но знала бы она, что этот красивый парень, стоящий рядом со мной еще то чудовище и я вместе с ним далеко не по своей воле.

- Почему ты хотела прийти именно сюда? – Дарио безразличным взглядом окинул набережную.

«Потому, что тут много людей и ты мне ничего не сделаешь. Наверное» - пронеслось у меня в голове.

- Потому, что тут хорошо, - пожимая плечами, произнесла я вслух. При этом я смотрела на ряд зданий расположенных с правой стороны. Делала вид, что заинтересована ими. Все, что угодно, лишь бы не смотреть на Дарио.

Изначально он предлагал мне ужин в ресторане. Я отказалась. И я могла бы взять Дарио с собой на день рождения, но появляться с ним среди своих одногруппников, я остро не хотела. Не желала, чтобы он узнавал еще что-либо о моей жизни. Или вообще как-то ее касался.

Предложение пойти на набережную было спонтанным, но уже теперь я о нем не сожалела. Из-за того, что тут настолько много людей, я даже немного расслабилась. Не настолько, чтобы чувствовать себя так, же как и обычно, но хотя бы у меня сейчас не было ощущения, что в любой момент меня могут изнасиловать или убить. А это уже хоть что-то.

- Хочешь это? – Дарио поймал мой взгляд, когда я им скользнула по уличному холодильнику небольшого ресторанчика, мимо которого мы проходили. Там были сладости и нарезанные фрукты.

- Нет, - ответила, но на самом деле это ложь. Я голодная, а такие сладости и так меня всегда манили, когда я проходила по этой улице. Просто чаще всего я считала, что они своих денег не стоят. Можно пройти немного выше и в маркете купить практически тоже самое, но намного дешевле. Ладно, не почти тоже самое, но ценна для меня имела большее значение.

Сказала я это неубедительно или еще что-то, но Дарио купил мне сфольятеллу, на которую я перед этим смотрела.

- Спасибо, - огромным желанием было отказаться, но все же я этого делать не стала. Но, поймав мрачный взгляд Дарио, я вопросительно приподняла бровь. – Что?

- До сих пор не понимаю, почему ты выбрала эту помойку, а не что-то поприличнее.

Он набережную назвал помойкой?

Мы пошли дальше. Некоторое время молчали. Я ела пирожное и иногда посматривала на Дарио. Порой бросала взгляд на Везувий. Потом опять на Дарио. Немного нервничала, но все же решила сказать:

- Я о тебе практически ничего не знаю.

Дарио лениво достал зажигалку. Щелкая ею. Подкуривая сигарету.

- Может, ты что-нибудь расскажешь о себе? – нервно спросила. Я не хотела задавать этот вопрос. Не желала что-либо знать о Дарио, но, если я хочу спросить у Ариго что-либо о нем, мне следует хоть как-то описать Дарио. Хотя, может, я и так сейчас о нем достаточно смогу узнать.

- Например?

- Чем ты обычно занимаешься?

- Работаю.

Какой же содержательный ответ.

- Не расскажешь больше?

- Нет.

Я доела пирожное и выбросила салфетку в урну. Как же с ним тяжело. Но, в тот же момент, что-то во мне расплылось облегчением. Я идиотка. Мне не следовало задавать вопросы о работе. Дарио принадлежит какому-то клану и мне точно не стоит как-либо касаться их дел.

- Сколько тебе лет? – я вновь уловила на нас множество взглядов. Наверное, мы одеты слишком выделяющееся для набережной. Он в брюках и в рубашке. Я в вечернем платье.

- Девятнадцать.

- Сколько? – я не смогла сдержать этого вопроса. Да и широко раскрыла глаза.

Дарио выглядел на двадцать пять. Когда он был в толстовке и в джинсах, я могла предположить, что ему около двадцати или двадцати одного. Но девятнадцать…

- И что тебя удивляет?

- Ты младше, чем я предполагала.

Господи, этот верзила всего лишь на один год старше меня.

Дарио лишь пожал плечами, а я еле сдержала вопрос о том, чем его родители кормили, раз их сын вырос размером со скалу. Протеин добавляли ему в молоко? И, если Дарио девятнадцать, означает ли это, что он может стать еще выше и больше?

Я посмотрела себе под ноги. Затем подняла голову и взглядом окинула сейчас безоблачное, звездное небо. Какой бы еще вопрос задать? Я прекрасно знала, что хотела спросить, но понимала, что это будет слишком рискованно. Не сейчас. Такие вопросы нужно задавать осторожно. Пряча их.

Поэтому я задала вопрос попроще:

- У тебя есть братья или сестры?

- Только кузены и кузины.

Вновь сухой ответ. Я нахмурилась. Решила немного повременить с остальными вопросами и немного разбавить наш разговор. Сказала о том, что как-то думала устроиться работать в один из местных ресторанов. Мы как раз мимо него проходили. Он был самым роскошным в этой местности.

- Не хватало, чтобы ты еще официанткой работала, - взгляд Дарио стал мрачнее. – Их ебут все, кому не лень.

- А вот и не правда. Я работаю в кофейне и до сих пор меня никто… - я запнулась, решив вслух не произносить плохие слова. – Я, конечно, там работаю не официанткой, но, пожалуйста, не нужно принижать персонал таких заведений. А то такое впечатление, что для тебя официантка, равно –шлюха.

- Меня бесит твоя работа, но это не одно и тоже.

Я пожала плечами и, решив, закрыть эту тему, просто добавила:

- Я все равно решила, отказаться от работы в том ресторане. Оказалось, что он принадлежит Каморре, а я не совсем двинутая, чтобы хоть как-то с ними соприкасаться.

От одного звучания слова «Каморра» люди в страхе содрогались даже в других странах. Что уж говорить про Неаполь, где Каморра являлась королями? Это, наверное, чуть ли не самый кровавый и жестокий клан в Италии. Я даже старательно обходила те районы, в которых они обитали. Хоть и на самом деле вся Кампания им принадлежала. Просто кое-какие районы Каморра почти не трогала и они считались сравнительно безопасными.

- Кстати, наследника Каморры зовут так же, как и тебя. Дарио, - я завела руки за спину, пытаясь размяться. – Дарио де Лука. Соболезную.

- Чему? – Дарио лениво выдохнул дым.

- С тем, что у тебя такое же имя, как у этого морального урода.

Дарио де Лука являлся самым знаменитым ублюдком в Неаполе. Уверена, что про него слышали во всей Италии. Думаю, само имя «Дарио» уже плотно ассоциировалось именно с ним. С мрачностью, болью, безжалостностью и смертью.

Дарио медленно перевел на меня взгляд, затем, не отрывая его от моих глаз, поднял сигарету к губам.

- Спасибо за соболезнования.

Я вновь лишь пожала плечами.

- Не боишься, что он узнает, что ты его моральным уродом называешь?

- Будто мы с ним хоть когда-то увидимся, - я саркастично фыркнула. - Да и я называю его ровно тем, кем он является.

Я резко остановилась, прищурилась, повернулась и посмотрела на Дарио:

- Или ты с ним лично знаком и передашь де Лука, как я его называю?

Внутри все напряглось. Я очень сомневалась, что даже в таком случае де Лука поднимет свою ублюдочную задницу лишь для того, чтобы наказать какую-то девчонку, которую ни разу не видел за оскорбительные слова, но все равно по спине пробежал холодок. Про его зверства ходили легенды.

- Обещаю, что ничего ему говорить не буду, - Дарио немного опустил веки, медленно выдыхая дым.

- То есть, ты с ним знаком? – внутри расплылось то напряжение, которое грозило порвать нервы. Черт.

- Немного.

- Ну, у тебя и знакомые, - я отвернулась. Хотела произнести это более иронично, но на самом деле, в груди расплылась тревога. Черт, все-таки, мне стоило следить за языком.

- Не переживай, - Дарио лениво обнял меня за шею и притянул к себе. – Я же пообещал, что ничего ему не расскажу.

- Я и не переживаю, - буркнула. – Ему есть кого истязать. Чуть что впереди меня будет такая очередь, что я успею дожить до старости.





Глава 13 Мелочь


- И я не отказываюсь от своих слов. Он напрочь отбитый на голову ублюдок, - я произнесла это тише. Поджимая губы и смотря на скалы, виднеющиеся в море. – И я так считаю не только из-за слухов.

Хотя, их хватало. Когда ты живешь в Неаполе, трудно быть не наслышанной про клан де Лука и про их единственного наследника. Мурашки бегут по коже от его безжалостности, жестокости и свирепости. Он тот, из-за кого Каморру боятся еще сильнее. До такой степени, что все предпочитают стороной обходить определенные улицы. Делать все, чтобы с ним ни в коем случае не соприкоснуться.

- Он тебе что-то сделал? – Дарио пальцами зарылся в мои волосы и мурашки пробежали по коже от того, насколько нежным казалось это прикосновение.

Я судорожно выдохнула и немедленно убрала его руку, после чего отстранилась. Пошла ближе к краю тротуара. Все это время я не переставая думала про Деимоса. Насколько же сильно на душе было паршиво от того, что я сейчас рядом с другим парнем. Пусть и против своей воли. Как я после всего этого буду смотреть в глаза своему любимому человеку? Какого черта что-то подобное вообще происходит в моей жизни?

- Не мне, - произнесла пальцами, поправляя волосы. Пытаясь убрать ощущения прикосновений Дарио.

Я помялась. Де Лука и во мне вызывал всплески мощного страха. Я же не совсем идиотка, чтобы не бояться не просто смерти, а раздирающих пыток и удушающей боли. Говорят, что он и ради развлечений может убить.

То есть, он вообще не тот человек, которому я хотела переходить дорогу. Или вообще даже на секунду задержать на себе его внимание. Но первый приступ тревоги, возникший после того, как Дарио сказал, что знаком с де Лука, уже сейчас поутих.

Дарио всего лишь телохранитель. Или что-то вроде того. Он мог максимум пару раз видеть де Луку. И, даже, если бы он как-нибудь вновь с ним встретился бы из-за своего работодателя, смехотворным казался бы момент, в котором он бы сказал де Луке, что есть какая-то там девчонка, которая его ублюдком считает. Это был бы действительно идиотский разговор. Поэтому, естественно, Дарио ему ничего не скажет.

- Он что-то сделал кому-то из твоих близких? – Дарио позволил мне держать дистанцию, но все равно шел рядом со мной.

- Давай, закроем эту тему.

- Почему? Я хочу знать, - он положил ладони в карманы штанов.

Несколько девушек, проходящих мимо нас, задержали на нем взгляды. Затем вовсе остановились и обернулись. Начали перешептываться, уже теперь пожирая его взглядами. Кажется, они даже хотели пойти за Дарио, но заметили меня. Нахмурились. В их глазах появилась ощутимая враждебность и недовольство. Черт, мы всего лишь идем рядом друг с другом, а я уже ощущаю то, что девушки, которые хотели познакомиться с Дарио, явно были недовольны, из-за моего существования.

Он настолько красив?

Я посмотрела на Дарио. В принципе, да. Он очень красив. Высокий, смуглая кожа, черные волосы, привлекательные черты лица. Но Деимос все равно в миллиард раз лучше. Тем более, он блондин. Его волосы являлись моей отдельной любовью. Как же я обожала пальцами зарываться в них. Перебирать отросшие пряди. Брюнеты мне почему-то вообще не нравились. Но Деимос, естественно, мне нравился не только из-за волос. Просто ко всему прочему он и внешне являлся моим идеалом.

- Я не хочу об этом разговаривать, - я медленным взглядом скользнула по зданиям, пытаясь понять, как лучше перевести тему.

- Ты не общаешься со своей родной семьей. Предполагаю, что ту семью, в которой ты сейчас живешь, де Лука не трогал. В таком случае, кому из твоих близких он мог причинить вред?

- Причинить вред? – я иронично изогнула уголок губ. – Этот человек умер.

Я не стала уточнять, что это не я не общаюсь со своей родной семьей. Это они разорвали со мной все связи. А насчет тех людей, у которых я жила сейчас… Про них я вообще говорить не хотела.

Шумно выдохнув, я закрыла веки и потерла их кончиками пальцев.

- Этот человек не был мне особо близок. Просто являлся владельцем кофейни, в которой я когда-то работала. Но он был хорошим. Часто помогал. У него и семья была. Жена, дети, а в итоге…

Я замолчала. Я уже давно старалась не вспоминать про Савельо, но каждый раз, когда это все же происходило, по коже бежал ледянящий ужас. Савельо являлся отображением жизни в Неаполе, которая больше была похожа на хождение по тонкому льду. Он или одолжил денег у Каморры для открытия кофейни, или работал без их разрешения, но факт в том, что малейшее соприкосновение с Каморрой и любая ошибка, как ты сам захочешь умереть. И за Савельо пришли люди именно Дарио де Лука.

Я скосила взгляд на Дарио. От того, что я сказала, на его лице не появилось ни одной эмоции. Так, словно ему было глубоко плевать, но в принципе, это ожидаемо. Чего я хотела? Его сострадания к человеку, которого он никогда не знал?

- И все? Речь о такой мелочи?

Эти вопросы Дарио ввергли меня в шок. Я даже сбилась с шага.

- Мелочь? Жизнь человека для тебя мелочь?

Дарио лишь безразлично пожал плечами, давая осознать, что мои метания для него непонятны.





Глава 14 Идеальная


- Уже поздно. Мне пора домой, - достав из сумочки телефон, я посмотрела на время. Сейчас практически полночь, но меня пугало не это. Мы давно миновали набережную и зашли на территорию практически пустующих улиц. Это явно не то место, где я хотела бы оказаться с Дарио.

Оглядываясь по сторонам, я попыталась найти табличку с названием улицы, но вместо этого мое сознание тревожно отмечало, что тут не проезжали машины, на тротуарах кроме нас больше никого нет и даже в невысоких зданиях не горел свет.

Что это за место? Почему… оно такое пустое?

- Ночь только начинается, а ты уже собираешься уезжать? – Дарио стоял лишь в нескольких шагах от меня. Держал ладони в карманах брюк. Выглядел ленивым, расслабленным, но у меня от него все равно бежал холодок по коже. Он слишком высокий, телосложение чрезмерно мощное. Так или иначе, но рядом с ним я ощущала себя слишком хрупкой и беззащитной.

На набережной, в окружении толпы людей, я немного расслабилась, а сейчас мои нервы вновь натянулись до предела.

- Я обычно не ношу туфли. У меня уже ноги болят, - я даже практически не лгала. У меня и правда болели ноги. Правда, не настолько сильно, чтобы я больше ходить не могла. Просто чувствовала достаточно весомый дискомфорт.

- Хочешь, понесу тебя на руках?

Я вздрогнула от того, что этот вопрос прозвучал слишком близко. Резко обернувшись, поняла, что между мной и Дарио сейчас и правда практически не было расстояния, но в первом порыве попыталась заставить себя остаться на месте. Я и так слишком часто отшатывалась от него, всячески дергалась от любого приближения парня. И я не видела в этом ничего ужасного. Я его, черт раздери, боюсь и смысла скрывать это не вижу.

Но… опыт адского проживания с моим сводным братом, дал понять, что страх это слабость. Проявляешь его и тебе же хуже.

- Спасибо, но я обойдусь, - постаралась произнести как можно более спокойно. – Мои ноги болят не настолько сильно.

- Отказываешься от моей заботы? – Дарио ладонью убрал волосы с моего плеча. Обнажая его. Взглядом скользя по ключицам, затем по шее.

- Я просто хочу домой, - я все-таки сделала шаг назад. Находясь в такой близости с Дарио, почувствовала исходящий от него запах сигаретного дыма и одеколона. И я бы могла сказать, что это был приятный запах, но от него по коже бежали настолько мощные мурашки, словно я вдыхала опасность в чистом виде. – Я устала. И мне завтра утром на лекции.

Краем глаза заметив движение, я обернулась в ту сторону. С облегчением подумала, что, может, на этой улице появился еще кто-то, но увидела лишь бездомную кошку. Или не совсем бездомную, ведь она была весьма красивая и даже с ошейником.

Я засмотрелась на то, как она побежала к проулку и упустила действительно опасный для себя момент. Дарио вновь оказался рядом со мной. Я это поняла лишь, когда моя грудь соприкоснулась с его стальным торсом и, несмотря на то, что движения Дарио были более чем ленивыми, я не успела среагировать прежде чем, он подхватил меня под бедра, затем вовсе поднял на руки.

- Отпусти! – я не понимала, чего в моем голосе больше – страха или возмущения. Но я тут же руками уперлась в плечи Дарио. Лихорадочно, изо всех сил попыталась вырваться. Даже, если из-за этого я упаду.

- Выбирай, или тут, или мы едем в отель, - произнося эти слова, Дарио лицом уткнулся в мою шею. Делая глубокий вдох. С силой сжимая попу. Своим мощным весом вдавливая меня в стену.

- Что?.. О чем ты? – сорвалось с моих губ испуганное.

- Ты обязана удовлетворить своего парня, - Дарио вплел пальцы в мои волосы. Заставляя еще сильнее запрокинуть голову. Его губы все еще находились рядом с моей шеей и я чувствовала их соприкосновение с моей кожей. – Свидание было на твоих условиях. Ночь – на моих.

- Ты не мой парень! Я не собираюсь тебя удовлетворять! – сорвалось с моих губ куда громче, чем следовало.

Если я что-то и поняла, так лишь то, что до этого тело Дарио было сравнительно расслабленно. Если вообще так можно сказать, но сейчас… оно будто в сталь превратилось. Он сжал мои бедра так, что я вскрикнула от боли. Еще более отчаянно попыталась вырваться, но, вообще не обращая на это внимания, Дарио отнес меня в проулок между двумя домами. Там посадил на каменный выступ. Раздвинул мне ноги. Встал между ними и руками оперся по обе стороны от моих бедер, после чего наклонился к моему уху и произнес:

- Расстегни мне ремень.

***

Ранее.

- Куда теперь? Заедем к Элефаро? – Дионис лениво сидел на переднем пассажирском сиденье. – Слышал, что он уже забился в угол и в ужасе трясется, ожидая твоего визита. Видно, понимает, что сильно облажался. Хоть это хорошо. Не нужно вбивать ему в голову осознание, что он сделал не так.

- Нет. На сегодня я свободен, - Дарио остановил машину, около пятиэтажного здания. Неприметного. Точно такого же, коих в этом районе было множество. Разве что у этого здания часть правой стены обвивала лоза. – Выходи. Позвонишь Кьеза и он тебя подберет.

- Опять? – Дионис резко свел брови на переносице. – Охренеть, только не говори, что опять приехал к той девчонке.

Дионис перевел взгляд и посмотрел в окно. Возможно, он ошибался. Романа Леоне живет не в этом районе.

Хотя… Кажется, где-то тут находится квартира ее подруги.

- Ты в курсе, что это уже ненормально? У тебя дохена дел. Ты не можешь таскаться к ней каждый вечер.

- Кажется, я сказал тебе проваливать из моей машины, - немного опуская окно, Дарио подкурил сигарету.

Дионис закрыл глаза и потер веки, после чего произнес:

- Если я не ошибаюсь, твой отец хотел, чтобы ты с ней появился на нескольких ужинах. Чтобы она к тебе там прижималась и вовсю изображала любовь. Первый ужин будет через неделю. Вам нет нужды постоянно видеться.

Дарио медленно перевел на него взгляд. В мрачных глазах виднелось предупреждение. А еще то, что разговор окончен.

Но Дионис не открыл дверцу и, тем более, не покинул машину. Некоторое время он сидел молча. Затем немного опустил веки и посмотрел вперед. Черты его лица напряглись. В машине повисла тяжелая атмосфера.

- Романа Леоне очень горячая. Даже более чем. Я в этом вчера своими глазами убедился.

- Заткнись, - прозвучало очень резко. Жестоко. Дарио явно не понравилось то, что сказал Дионис.

- Черт, да я же не говорю, что заинтересовался ею. Наоборот, я хочу сказать, что и тебе этого делать не стоит. Хочешь разнообразия? Так выбери себе девушку попроще. С такой, как Леоне будет дохрена проблем. Она… прямо слишком.

- Ты дохрена лишнего надумал, - Дарио медленно выдохнул дым. – Возможно, она мне сейчас немного интересна. Мы повстречаемся на тот период, который нужен моему отцу. На этом все.

- Конечно, - иронично ответил Дионис. Он хотел сказать еще что-то, но заметил, как открылась дверь здания, рядом с которым Дарио припарковал машину. На улицу вышла Романа Леоне.

Дионис сразу же ее узнал, но девушка выглядела совершенно не так, как вчера. Сейчас на ней было вечернее платье. И она… Если бы Дионис не знал, что Романой заинтересован Дарио, то он бы сам сдался перед ней. Слишком горячая. Влекущая настолько, что этому невозможно сопротивляться. Идеальная фигура. Длинные, стройные ноги, пышная грудь, тонкая талия. И задница такая, что от нее невозможно отвести взгляд.

Но Дионису пришлось это сделать. Иначе, если бы Дарио заметил его бы взгляд, Дионис остался бы без нескольких зубов.

Вот только, Дарио тоже увидел Роману и сейчас ничего кроме нее не замечал. Черты его лица исказились. Глаза изменились и с губ жутким голосом сорвалось:

- Какого хрена она так вырядилась?





Глава 15 Ремень


За выступом, на который меня усадил Дарио, находилась стена и я тут же вжалась в нее спиной, чувствуя, как неровные камни, впились в кожу, сквозь тонкую ткань платья. Причиняя боль, царапая. Вот только, даже это было совершенно несоизмеримо с тем ужасом, который я испытала, услышав слова Дарио. От них сердце сначала загрохотало, затем вовсе оборвало биение.

- Пожалуйста, не нужно, - в моем голосе была не просто мольба. Страх. Мгновенно проснувшаяся паника.

Я ринулась вбок. Понадеялась, что Дарио, понимая, что я его не хочу, все-таки уберет руку и даст мне отстраниться. Вот только, он не просто не сделал этого - он второй рукой перехватил меня за талию и жестоко вернул на место, усаживая ровно. Тут же ладонью поднимаясь выше. Зарываясь ею в волосы и сжимая пряди.

Он наклонился. Наши взгляды встретились и я каждой частичкой тела почувствовала то, как прохладный, ночной воздух стал тяжелым, горячим. Окутывая, он давил так, словно меня обвивало массивными цепями.

- Чем же я тебя настолько сильно не устраиваю? – Дарио положил ладонь на мою щеку и подушечкой большого пальца ощутимо провел по нижней губе. А я даже шевелиться боялась от того, насколько мрачным и ужасающим сейчас был его голос. – Что ты даже трястись начинаешь.

- Ты меня пугаешь, - произнесла, еле шевеля губами.

- И что же я такого сделал, чтобы ты меня настолько сильно боялась? – он своим лбом прикоснулся к моему. Настолько, казалось бы нежное прикосновение сейчас таковым не являлась. Скорее им Дарио лишь сильнее загонял меня в тупик. Показывал, что сейчас может все и даже что-то такое, ведь даже попытавшись резко отвернуться, я этого сделать не могла. Он все еще меня удерживал.

- Ты появился из ниоткуда. Поставил меня перед фактом, что мы теперь встречаемся, а позже вообще дал понять, что собираешься использовать меня. Хотя… повторяю, ты ошибаешься. Нет человека, которому я была бы дорога. Ты связывал меня, преследовал, прямо на улице полез мне под платье, а сейчас… - я не понимала, как мне удалось все это произнести на одном выдохе. А еще я не понимала, зачем вообще это делаю. Разве Дарио без озвучивания очевидных фактов не осознает, что у меня есть причины его бояться?

- Но, тем не менее, я все еще не сделал с тобой ничего ужасного, - его дыхание и так касалось моих губ, но в этот момент Дарио вовсе преодолел оставшиеся сантиметры расстояния и поцеловал меня. Коротко. Без языка, но даже этого хватило, чтобы не только мысли, но и душа покрылась пламенем. – Как видишь, я все еще держу себя в руках. Помоги мне делать это и дальше.

- Я не знаю, что ты…

- Я уже говорил, что хочу отношений. Не уверен, что они у нас будут долгими, но мы можем друг другу сделать приятно, - его губы касались уголка моих. – Или мы можем пойти другим путем, но он тебе не понравится.

Я застыла, словно каменное изваяние. Путаясь в собственных мыслях. Спотыкаясь о них.

- Ты… не привлекаешь меня, как парень. Я не хочу с тобой… - я попыталась произнести это как можно более осторожно. Мягко и опасливо. Вообще не уверенная, что правильно подбираю слова, но так отчаянно пытаясь выбраться из этой ситуации. Ведь в груди все еще горела надежда, что мы можем все это решить разговором, после чего разойтись. – Если ты хочешь, мы можем просто общаться…

- Просто общаться? – Дарио, пальцем надавливая на мои губы, оборвал тот поток слов, который уже начал литься из моих губ. Он даже не представлял, сколько всего я была готова сказать, лишь бы хоть немного сгладить то, что сейчас происходило. – Не ты ли сегодня говорила, что я тебе нравлюсь?

Мой вдох оборвался и я мысленно выругалась. Об этом я, к сожалению, забыла.

- Ты обещала исключительно для меня надеть платье, намного красивее, чем это, - Дарио повел голову вправо и его губы коснулись моего уха. Почему-то показалось, что на них сейчас возник оскал. – А сейчас говоришь, что я тебя не привлекаю, как парень?

Что?.. Что мне ответить?

Сознание затрещало. Смешалось. Почему-то вспыхнули воспоминания про моего сводного брата и его друзей. Я их боялась. До ужаса и ночных кошмаров, но даже с ними было как-то проще. С годами я научилась их избегать. А, если в редкие мгновения не получалось этого сделать, я просто умоляла меня не трогать и всячески пыталась убежать. К счастью, пока что получалось.

Но с Дарио ничерта из этого не работало. С ним все совершенно не так.

- Я не знаю, - в итоге сорвалось с моих губ надломленное. Такое, как и все мои мысли. – Ты привлекательный и… может, я бы могла в тебя…

Я резко оборвала слова. Черт, нет. Это не то.

- Что ты могла бы? – Дарио наклонился к моей шее, оставляя на ней два поцелуя. Первый – короткий, но настолько горячий, что кожа начала жечь. Второй – жестокий, грубый и нещадный настолько, что я встрепенулась всем телом, переставая нормально соображать. – Говори, Романа.

- Пожалуйста, если ты хочешь… чего-то такого, найди себе другую девушку, - это единственное, что я смогла произнести. Вновь с мольбой.

Эти слова были, как крик души. Все. Хватит! Я вновь ринулась вбок и уже теперь Дарио не останавливал меня. Если не считать его руки, все еще упирающейся в выступ рядом со мной. Она была весомой преградой между мной и свободой, но сейчас Дарио не возвращал меня обратно, заставляя сесть ровно. Даже не делал лишних касаний. Некоторое время он вовсе стоял неподвижно. Пока, сквозь тот шорох, который я создавала пытаясь вырваться, не услышала его тяжелый, медленный выдох. И вместе с ним внутри меня что-то оборвалось. Чувство самосохранения завопило о том, что сейчас произойдет что-то ужасное.

Я не понимала, почему мои инстинкты сработали именно таким образом, но чуть не закричала, стоило Дарио обеими руками сжать мои бедра и рывком притянуть к себе, так, что я низом живота, сквозь ткань платья, почувствовала его каменный член.



- Я буду тебе нравиться. Ты даже влюбишься, - произнес он так, словно безжалостно вталкивал эту мысль мне в голову. – И при каждой нашей встрече ты будешь течь для меня, - он сильнее сжал мои бедра и посмотрел мне в глаза. – Только для меня. Ты это поняла, Романа?

- Нет, пожалуйста…

- Мне все равно, о чем ты просишь, пока ты сопротивляешься мне. Хочешь чего-то получить? Стань моей.

Я почувствовала себя хуже, чем зверек, загнанный в угол. Дарио сейчас ясно дал понять, что я не получу чего хочу. Более того, я должна отдать ему то, что никак не могу.

- Выбирай, Романа, каким путем мы сейчас пойдем. Хорошим или плохим, - Дарио положил ладонь на мою талию, сжимая ее. – Заметь, я все еще держу себя в руках и даю тебе выбор.

Это он называет «держать себя в руках»? И о каком, черт раздери, выборе он говорит, если его нет?

Эта улица и так казалась мне зловещей, пустой, слишком мрачной, а сейчас, находясь один на один с чудовищем, я вовсе чувствовала себя так, словно падала в пропасть.

Я опять посмотрела по сторонам. Лихорадочно, быстро. Осознавая, что убежать не смогу и вообще я сейчас в том положении, когда мне может быть конец.

Страх стал мощнее, ударил по нервам и я, ломаясь на части, от едкого, удушающего опасения того самого «плохого варианта», тихо произнесла:

- Давай… пойдем хорошим путем, - я опустила глаза. Сильно зажмурилась. Слово «хорошим», жгло язык, ведь рядом с Дарио вообще ничего хорошего быть не может.

Он пальцами зарылся в мои волосы. Губами касаясь щеки и сердце пропустило несколько ударов от того, насколько нежным показался этот поцелуй. Совершенно не свойственным Дарио.

Но все равно это касание его губ ощущалось, как удавка на шее.

- Хорошая девочка, - Дарио еще раз медленно поцеловал меня. На этот раз в губы. Затем взял мою ладонь и положил на свой ремень. – Расстегни.

- Нет, пожалуйста, мы же на улице и…

- Я не буду брать тебя тут, - он положил ладонь на мою щеку. И это касание казалось почти успокаивающим. Почти. – Наш первый раз будет в более подходящем месте, но все-таки сейчас я хочу кое-что получить от тебя. Расстегивай.

Должно ли меня успокоить то, что он не собирался меня сейчас брать? Наверное. Вот только, этого не произошло.

Мои пальцы онемели, практически не слушались, пока я пыталась справиться с ремнем Дарио. Я вообще впервые в жизни делала что-то такое. Конечно, понимала, что такое ремень, но сама их никогда не носила и, тем более, не расстегивала их на парнях. А учитывая ситуацию, что-то настолько простое сейчас казалось мне распутыванием крайне сложной головоломки.

Но Дарио меня не торопил. Он стоял неподвижно. Молчал. Кажется, смотрел на мое лицо, иногда переводя взгляд на пальцы.

Когда мне наконец-то удалось расстегнуть ремень, я отдернула от него руки так, словно обожглась.

- Дальше.

- Ты имеешь ввиду?..

- Расстегни ширинку.

Я сильно прикусила нижнюю губу. Он сегодня приготовил для меня особенно жестокие пытки?

Кажется, мои ладони дрожали, когда я прикоснулась к пуговице. Кое-как расстегнула ее, но уже это пыталась делать максимально осторожно. Я прекрасно видела то, насколько сильно ширинка Дарио выпирала и прекрасно понимала почему. Пыталась не допускать даже малейших прикосновений к тому, чему не следовало. Вот только, черт, как это сделать, когда мне нужно расстегнуть ширинку?

Нервы натянулись и по телу скользнуло что-то странное. Острое. То, из-за чего я не смела дышать, опуская бегунок вниз.

Я отвела взгляд и лишь после этого полностью опустила бегунок. Отодвинулась к стене. Вновь вжалась в нее спиной. Слыша шорох одежды. Понимая, что Дарио вынул член и я, конечно, была рада, что он не заставил меня это делать, но сильно легче не становилось.

Он взял мою ладонь. Рефлекторно я попыталась немедленно ее отдернуть, но Дарио, или ожидая этого, или имея инстинкты куда более мощные, чем мои, удержал руку, в следующее мгновение вовсе заставляя сжать ладонь на его члене.

Я не просто вспыхнула. Меня словно раскаленным маслом облило, а рука вообще начала гореть. Несколько раз размыкая губы, я в итоге не смогла сделать ни вдоха. Не была в состоянии понять своих мыслей и ощущений. Лишь то, что половой орган у парней… очень странный. Я пока что не смотрела на член Дарио. Боялась. Но уже этого прикосновения было достаточно, чтобы весь мой мир к чертям пошатнулся.

- Может, выйдешь из оцепенения? – голос Дарио показался совершенно не таким, как обычно. Более тяжелым, хриплым. Он лицом уткнулся в мою шею и оставил там несколько поцелуев. – Впервые вижу, чтобы девушка, прикасаясь к моему члену, впадала в ступор. Ты даже не моргаешь.

- Я впервые прикасаюсь к… вот этому, - была бы возможность, я бы тут же отдернула руку, но Дарио все еще держал мою ладонь своей.

Я далеко не так представляла свое первое подобное прикосновение. Считала, что это у меня произойдет с Деимосом и я бы этого сама хотела. А в итоге что?

Эти мысли что-то всколыхнули в груди. Прошли по венам. Дарио настолько сильно разрушал мою жизнь. Безжалостно был там, где ему не место. Забирал настолько важные для меня моменты, которые я хотела бы провести с другим. С тем, кого любила.

- Лучше бы ты к нему прикоснулась ртом, - положив ладонь на мой затылок, Дарио своей щекой прикоснулся к моей, произнося это на ухо. – Но у нас это еще впереди. Верно, Романа?

Я слишком сильно и явно вздрогнула. Положила ладонь на торс Дарио. В порыве попыталась отстранить его от себя, но словно в стену упиралась.

Все еще своей ладонью держа мою, он начала ею водить по своему члену. Медленно. Неторопливо. Сначала вверх, до головки, затем вниз до основания. Я все еще настойчиво пыталась туда не смотреть, но ощущений с головой хватало. Размеры ужасали так, что я дышать не могла. Член у Дарио действительно огромный, до безумия твердый, горячий.

Время остановилось в этом мгновении. Движениях. Жаре. В том, как дыхание Дарио обжигало щеку, а затем его губы набросились на мои. Целуя совершенно не так, как обычно. Буквально истязая и сквозь панику в своем сознании я начала понимать, что слишком многое в Дарио изменилось. Его тело стало напряженно до предела.

Изначально это довело до паники. Меня и так пугала ужасающая мощь скрытая в его огромном теле. Я словно бы все еще была застывшей. Не в силах совладать с собственными эмоциями, но так отчетливо понимая, что они начали жечь. С моим телом начало происходить что-то странное. В первую очередь из-за соприкосновения с возбужденной плотью Дарио и из-за того, как его грудь медленно вздымалась от тяжелых, глубоких вдохов. Почему-то это завораживало. Я даже сама не осознала этого. Лишь то, что чудовище, оказывается, может реагировать на касания. Подаваться им. Становиться другим.

Углубляя поцелуй, Дарио забрал остатки моего разума. Сковал сопротивление. Заставил наполниться непонятным жаром и, в тот момент, когда я уже начинала терять нить реальности, он задрал низ моего платья. Обнажая ноги и трусики.

- Что ты?..

- Я же обязан в ответ сделать приятно своей девушке, - он пальцами пробрался под мои трусики. Это было настолько внезапно, что я среагировать не успела, когда Дарио прикоснулся к моему лону и уже в следующее мгновение меня выгнуло. С губ сорвалось что-то странное. Неконтролируемое. Громкое. Стон?

Я задрожала. Пальцами до онемения сжала его рубашку, но все равно ощущения от прикосновения его пальцев к моему лону были слишком мощными, острыми, сладкими.

Это тоже было мое первое подобное прикосновение и даже его забрал Дарио. Что-то внутри меня всколыхнулось. Попыталось сопротивляться, но тело отреагировало странно. Я даже толком ноги не смогла свести. Сильно жмурясь. Утопая. Чувствуя то, что Дарио продолжая ласкать меня, вновь положил мою ладонь на свой член, заставляя ею двигать. Целуя. Истязая губы, затем опускаясь поцелуями к шее. Дарио и правда еще то чудовище. То, которое не терпит сопротивление. Подчиняет, но явно все, что он делает является мощным, безумным.

В какой-то момент, против своей воли я сдалась. В голове возникла предательская мысль, что я все равно не изменю того, что происходит, так, почему бы просто не наполниться этим безумием и удовольствием? А оно захлестнуло через край. Стало нестерпимым, так, что, кажется, я сама немного подалась Дарио. Выгибаясь от его ласки и уже вскоре переходя через грань. Получая свой первый оргазм, который был настолько мощным, что я выпала из реальности. Утонула в сильной дрожи. Кажется, опять стонала и пальцами сжимала рубашку Дарио.

Несколько движений моей руки и он излился мне в ладонь. Я не сразу это поняла. Я вообще плохо что-либо осознавала. Тем более, Дарио вновь поцеловал и это впервые, я настолько отчаянно воспринимала его губы. Словно хотела больше и он мне это давал. Голова кружилась, кислорода не хватало, но, черт, как же мне было хорошо.

Лишь, когда Дарио разорвал поцелуй я смогла сделать вдох. Все еще не пришла в себя, по частицам горела в только что испытуемом оргазме, но почувствовала то, что Дарио вновь своим лбом прикоснулся к моему и уже теперь это прикосновение действительно казалось нежным. Как и его пальцы, скользнувшие по моей спине.

***

Если мне чего-то сейчас и хотелось, так лишь немедленно спрятаться. Побыть в одиночестве. Возможно, закричать и в ужасе попытаться осознать, что только что произошло.

Мы все еще находились в проулке. Я пыталась достать из сумочки влажные салфетки. Дарио находился рядом со мной и краем глаза я заметила, что он присел, после чего что-то поднял с асфальта. Я не сразу поняла, что это была моя туфелька. Оказывается, она упала с моей ноги, а я этого даже не почувствовала.

- Отдай, - я хотела протянуть руку, но, черт, была слишком занята тем, чтобы отыскать салфетки. У меня небольшая сумочка, но сейчас казалось, что минимум мешок, в котором лежало все, что только можно.

Дарио присел на корточки и поддел мою ногу за щиколотку, после чего посмотрел на нее. Я зашипела, попыталась убрать ногу. К счастью, Дарио ее отпустил, но в следующее мгновение сделал то, чего я вообще не ожидала - он снял с моей ноги вторую туфельку. Я уже собиралась просить отдать мне обувь, как он поставил туфли на выступ рядом со мной. Разве что перед этим осмотрел их.

Это было странно, но я решила не реагировать. Мне наконец-то удалось найти влажные салфетки.

Дарио достал телефон. Что-то написал в нем, после чего лениво вернул телефон в карман и подкурил сигарету.

Я старалась не смотреть на него. Отчаянно вытирала ладонь салфетками, но сердце все равно гулко грохотало. В голове шумело. Воздуха не хватало. Как мне вообще реагировать на то, что сейчас произошло?

Я подняла короткий взгляд на Дарио. В отличие от меня он выглядел расслабленным и я быстро отвернулась, чувствуя, как щеки начали гореть.

Некоторое время мы молчали. Я уже вытерла ладонь, но продолжала тереть ее другими салфетками. В проулке царила тишина. Слышался лишь шорох листьев и дуновение ветра. Воздух казался свежим, он словно бы вовсе пронзал, но совершенно охлаждал.

- Мне нужно домой, - наконец-то я заставила себя хоть что-то произнести. Хотела еще сказать, что вызову себе такси, после чего намеревалась попросить хотя бы на сегодня уж точно наконец-то оставить меня в покое. Мне казалось, что я хотя бы этого заслуживала.

Как заметила, что недалеко от проулка остановилась машина и свет ее фар частично осветил рядом стоящие здания.

Изначально я на это не обратила внимания. Просто отметила, что наконец-то хоть кто-то кроме нас появился на этой улице, но, когда Дарио пошел к той машине, я сильно напряглась.

- Сиди, - сказал он мне, заметив, что я уже собиралась спрыгнуть с выступа.

И я почему-то послушалась. Правда, лишь первые пару минут. Затем я обулась и все-таки поднялась на ноги.

К этому моменту Дарио вернулся и явно с недовольством отнесся к тому, что я встала. Он шумно выдохнул. Обвил одной ручищей мою талию, после чего усадил обратно на выступ.

- Я же сказал, чтобы ты сидела, - он пресек мои попытки вырваться, после чего опять присел на корточки, снимая мои туфли.

- Что ты делаешь? – я так пыталась отстраниться, что чуть не упала. Еле успела ладонями удержаться за выступ.

Когда Дарио вернулся от той машины, он держал какой-то бумажный пакет. Достаточно большой и, к моему удивлению, сейчас из него достал лейкопластыри.

- Зачем они? – очень настороженно спросила. Затем почувствовала, как Дарио пальцами еле весомо прикоснулся к месту на моей ноге, которое тут же начало жечь. Я так сильно натерла себе ноги?

Практически не дыша, я смотрела на то, как Дарио наклеил лейкопластыри на натертые места, затем вынул из пакета обувную коробку. В ней оказались кроссовки, но перед этим, он надел на меня носки. Я настолько сильно была ошарашена, что даже не нашла что сказать. Остатки мыслей вовсе вспыхнули, когда он наклонился и губами прикоснулся к моей коленке.





Глава 16 Звонок


- Романа, проснись. Черт, ты в универ опоздаешь, - Винса трясла меня так, что я чуть не рухнула с дивана.

Рефлекторно кое-как сумев ухватиться за мягкий подлокотник, я растерянно открыла глаза и сонно заморгала.

- Сколько времени? – мой голос был хриплым, слова еле разборчивыми, но я попыталась приподняться на локте, второй рукой потирая лицо. Чувствовала я себя примерно, как человек, которого переехал поезд.

- Уже семь, - убедившись, что я не собираюсь опять засыпать, Винса шумно выдохнула и, на несколько шагов отступив назад, села на край журнального столика. – Я впервые вижу, чтобы ты так крепко спала. Что, вчера прямо настолько хорошо погуляла? А фотографии мне так и не скинула, хотя я ждала.

Убирая ладонь от лица, я не моргая, посмотрела на стену. Все, что вчера произошло, вихрем пронеслось по сознанию. Примерно, как апокалипсис выжигая все на своем пути. Точно так же, как и эмоции мощно всколыхнулись. Будто взрыв.

- Я паршиво погуляла. Даже до ресторана не дошла, - сдергивая с себя одеяло, я села и уже двумя ладонями потерла лицо. Мне следовало срочно прийти в себя. И я только сейчас поняла, что волосы у меня торчали в разные стороны. Наверное, не следовало ложиться спать с мокрой головой.

Вчера Дарио меня так и не отпустил. Сказал, что отвезет домой, но в итоге я решила отправиться не к семье Леоне, а к Винсе. Дом моей приемной семьи для меня всегда был пустым, враждебным, словно там само пространство отторгало меня. А, будучи в настолько неустойчивом эмоциональном состоянии, я хотела оказаться рядом с близким человеком, коей для меня и являлась Винса.

Несмотря на позднее время, подруга открыла мне, но разговора у нас так и не получилось. Оказалось, что я не в состоянии нормально связать фразы. Винса посчитала, что я просто выпила лишнего алкоголя, а я не стала ее переубеждать.

- В каком это смысле ты не дошла до ресторана? – Винса, уже собираясь встать с журнального столика, так и замерла в непонятной позе.

Пытаясь убрать волосы с лица, я так и не поняла, что ей ответить. В итоге решила в общих чертах обрисовать правду. Частичную.

Ранее я уже сказала Винсе, что Дарио не мой парень. Хотела втолкнуть ей в голову мысль, что ей не стоило впускать его в свою дом. Это ради ее же безопасности.

И сейчас я коротко обрисовала то, что прошлый вечер провела с ним. Умолчала лишь о том, что произошло в проулке.

Винса не знала, как на это реагировать. Но она явно растерялась и, кажется, испугалась за меня. Но, сколькими бы вопросами подруга не забрасывала бы меня, времени отвечать у меня уже не было. Я и так опаздывала в университет, а мне еще следовало заехать в дом Леоне. Переодеться и взять учебники.

Но поговорить с подругой мне все-таки хотелось. На душе что-то сильно, болезненно треснуло и мне требовалось хотя бы выговориться.

Может, мы вечером сможем встретиться.

***

Ближе к обеду опять пошел ливень и, добираясь до работы, я вновь промокла. К счастью, у меня там имелись запасные джинсы и толстовка. В небольшой коморке я переоделась. Выйдя из нее, приняла смену, после чего помыла полы, начистила всю посуду и, предполагая, что посетителей сегодня толком не будет, решила немного посидеть за учебниками. Умостившись за самым угловым столиком, находящимся рядом с прилавком, я разложила книги, но все-таки сосредоточиться на них не могла. Я постоянно смотрела на телефон.

Сегодня мне пришло около пяти сообщений от Деимоса. Было и несколько пропущенных звонков, но я все никак не могла найти в себе сил ответить ему. Всякий раз, когда я порывалась это сделать, душу разрывало в клочья. Становилось настолько больно, словно кто-то ножами мне сердце разрезал.

Уже теперь я понимала, что нам придется расстаться. То, что произошло вчера, является изменой и уже не имеет никакого значения, хотела я этого или нет.

Желала ли я разрывать наши отношения? Нет. От одной такой мысли у меня кровь холодела и в груди скапливались кубики льда. Но Дарио сделал то, из-за чего у меня уже не было выбора. И за это я ненавидела его еще сильнее. До такой степени, что в груди все бурлило будто от раскаленного масла.

Взяв телефон в ладонь, я наклонилась и лбом уткнулась в стол. Сделала несколько глубоких, тяжелых вдохов, но кислорода все равно не хватало. Эмоции стали похожи на иглы, но я все равно пыталась заставить себя поговорить с Деимосом.

Завтра так или иначе, но мы увидимся на подработке в книжном, а я не была уверена, что смогу все это сказать ему в глаза. Лучше поставить точки сейчас. Или вообще хотя бы попытаться это сделать.

Подняв голову, я посмотрела на телефон. Все еще бесконечно долго пыталась решиться, боролась сама с собой, но в итоге кое-как онемевшими пальцами набрала номер Деимоса.

Когда послышались гудки, я трусливо понадеялась, что он мне не ответит. Любой вариант хоть немного отодвинуть этот разговор, казался лучшим исходом, но прошло лишь несколько гудков, как Деимос ответил и я услышала его голос:

- Наконец-то ты перезвонила. Почему с тобой не было связи? У тебя что-то случилось?

Я не понимала, где он сейчас находится, но на заднем фоне было прямо слишком шумно. Так, что голос Деимоса тонул в гуле. Но все же я его отлично расслышала и в груди вновь новым потоком расплылась боль.

Когда мы впервые начали проявлять друг к другу симпатию? Наверное, ответить на этот вопрос невозможно. У нас все происходило постепенно и, в тот же момент, как взрывы из испепеляющих искр. При каждом случайном касании, взгляде, слове. Иногда с полным непониманием того, что именно мы чувствовали. Мы ведь сразу иногда ругались. Слишком остро воспринимали каждую сказанную друг другу фразу. Но, в тот же момент, даже когда мы были в ссоре и не разговаривали, Деимос ждал, когда я закончу работать, даже если на это требовались часы и по темным улицам провожал к остановке. Приносил кофе. Запрещал носить тяжелое. Иногда молча брал мою ладонь в свою. А однажды переплел наши пальцы и, приподнимая мою ладонь, прикоснулся к ней губами. Тогда между нами и речи не было про отношения. Мы являлись просто работниками книжного магазина, но то, что я тогда испытала лишь от этого одного поцелуя, невозможно описать ни одними словами. Возможно, именно тогда я поняла, что он мне нравится. Вскоре мы вовсе начали встречаться.

Это была наконец-то наступившая белая полоса в моей жизни, а сейчас она к чертям рушилась и происходило это слишком болезненно.

Черт, как же хотелось, чтобы в моей жизни не было этого проклятого Дарио. Имелись бы только мы с Деимосом.

- Нет, у меня все хорошо, - солгала. – Прости, но…

Я запнулась. Весь день думала о том, что следует сказать Деимосу, а сейчас все слова к чертям исчезли. Может, сначала следует поговорить о чем-то другом? А не будет ли это выглядеть по-идиотски? «Привет, как дела? Как прошла тренировка? Колено больше не болит? Кстати, мы расстаемся».

Черт… Черт. Черт. Черт.

Нет, лучше сказать все прямо. Иначе наговорю лишнего.

- Прости, но нам придется расстаться, - я буквально вытолкала из себя эти слова. Или вернее, вырвала их с кровью и мясом. Тут же до боли прикусывая кончик языка и сильно жмурясь. – Я…

- Подожди. Как это расстаться? О чем ты? – я не видела Деимоса, но казалось, что в этот момент он резко остановился. Голос стал другим. Слишком напряженным. Таким, каким я его раньше не слышала.

- Просто я в последнее время слишком сильно не успеваю с учебой. Мне нужно сосредоточиться на ней иначе на второй курс не смогу перейти и…

- Я мешаю тебе? – он вновь перебил меня и уже сейчас в его словах я услышала какую-то боль, растерянность. То, что ему совершенно было не свойственно. – Я могу тебе помогать с учебой. Романа, это не проблема. Ты должна была раньше сказать мне об этом. Мы точно что-то придумаем. Только, черт, не говори про расставание.

Я опять опустила голову, до боли в ладони сжимая телефон. Больно. Черт, как же больно.

Я попыталась хоть немного успокоить себя мыслью, что Деимос очень привлекательный. Даже более чем. По нему сохнут многие девушки. В том числе и среди работниц нашего книжного магазина. Но, черт, а если я не хочу, чтобы рядом с ним была другая? Что, если я сама изо всех сил жажду быть с ним?

- Нет, ты мне не мешаешь, но и с учебой ты мне точно помочь не сможешь. Просто…

- Романа, пожалуйста, не нужно, - он тяжело, рвано выдохнул. – Только вчера мне казалось, что у нас в отношениях все охренеть, как отлично, а сейчас ты пытаешься бросить меня. Не нужно. Я сделаю все, чтобы мы остались вместе и обязательно помогу тебе. Только… Давай нормально поговорим. Я вернусь примерно через неделю. Надеюсь, что у меня получится. Тогда увидимся и поговорим.

- Ты куда-то уезжаешь? – мысли горели и я подумала, что неправильно расслышала. Сейчас не каникулы, чтобы Деимос мог куда-то уехать. Плюс, у него важные игры, а он все-таки капитан команды. Да и он ничего не говорил мне ни про какие поездки.

- Да, мне нужно домой.

Внутри все похолодело. Домой – это, значит, в Грецию.

У Деимоса мама итальянка. Отец – грек. Он сам родился и вырос в Греции, но учиться решил в Италии.

Но, если он вот так внезапно решил поехать домой, значит…

- Что-то случилось? – встревожено спросила.

- Да. Отец попал в аварию.

Я сдавленно выдохнула, чувствуя, как в груди все перевернулось. Черт, возможно Деимос мне писал об этом сообщениях или как минимум пытался сказать, про то, что на время уезжает, а я, идиотка, боялась их открыть.

- Как он? – быстро спросила.

- Не очень.

Слишком короткий ответ, но, раз Деимос настолько резко уезжает, значит, все более чем хуже, чем «не очень».

- Мне жаль. Может… я могу чем-то помочь?

- Нет, но… Мне уже нужно садиться в самолет. Я позвоню тебе, как только смогу.

- Да, конечно. Я буду на связи, - быстро пообещала.

- Хорошо. И, Романа, я тебя охренеть, как люблю. И сейчас, когда ты сказала про расставание… Наверное, люблю куда сильнее, чем думал раньше.

Я не нашла, что на это ответить. Да и на этом наш разговор уже был окончен.

Я отложила телефон в сторону и накрыла лицо ладонями. Сделала несколько тяжелых вдохов, затем все-таки решилась на то, чтобы прочитать сообщения Деимоса. Он там не писал про отца, но говорил, что кое-что произошло и ему нужно срочно в Грецию.

Боже, какая я идиотка. Почему я раньше это не прочитала?

Еще совсем недавно я не думала, что возможно чувствовать себя еще более паршиво. Я ошибалась.





Глава 17 Ученик


Неподвижно сидя за столом, я уже не могла смотреть на учебники. В сознании взрывался, жег хаос. В голове гудело и я, практически не дыша, раз за разом на телефоне просматривала наши с Деимосом фотографии. А ведь мне правда казалось, что больнее быть не может. Очередная ошибка. Уже сейчас я заживо себя загрызала. Словно бы ножами разрезала, чувствуя, что мне уже реветь хотелось. А еще я настолько нестерпимо желала обнять его. Крепко. Изо всех сил. Лицом утыкаясь в его грудь и вдохнуть настолько знакомый запах.

Дверь с тихим щелчком открылась и в небольшое помещение порывами ворвался холодный ветер, растрепывая тонкие занавески. Аромат выпечки был заглушен запахом ливня и с улицы донесся шум машин.

Пытаясь выйти из оцепенения, я заблокировала телефон и, судорожно вдыхая, попыталась заставить себя встать со стула. Пришел посетитель и мне, черт раздери, нужно выполнить свою работу. Приготовить кофе.

- Мне кажется, или ты выглядишь так, словно сейчас реветь начнешь?

Услышав настолько знакомый голос, я резко подняла голову.

Ариго Авогадро. Я и забыла, что сегодня утром мы во время телефонного разговора договорились, что он вечером зайдет ко мне на работу. Но сейчас, вновь рвано выдыхая, я почувствовала, как уголки моих губ слегка приподнялись. Улыбка была не веселой. На такую я сейчас явно не способна, но я правда была очень рада видеть Ариго. Мир хотя бы на одну крошечную частичку перестал казаться настолько пустым, холодным и безжалостным.

- У меня сегодня крайне паршивый день, - я поднялась на ноги и, закрывая учебники, поплелась к прилавку. Но даже выпрямиться не могла. Горбилась.

- Что у тебя случилось, Мелочь? – Ариго пальцами зарылся в мокрые, черные волосы. Он был без зонта. Возможно, припарковал машину где-то рядом с кофейней, но все равно промок.

- Кое-что, чего я до сих пор понять не могу, - я взяла чашку и пошла к кофемашинке. Уже прекрасно знала, какой кофе предпочитает Ариго и направилась его готовить. – Я хотела с тобой поговорить насчет этого.

- Внимательно тебя слушаю, - он лениво поддел узел галстука и ослабил его.

Я отрицательно качнула головой, после чего нажала несколько кнопок и перевела на Ариго взгляд. Я не знала, как выглядела, но чувствовала себя так, словно по мне поезд проехал.

- Сначала ты скажи, о чем хотел поговорить. Это что-то срочное?

- Я уже говорил – нет. Но, учитывая твою ситуацию, это важно, - он опустил взгляд на стол, за которым я до этого сидела. Медленным взглядом скользнул по учебникам, затем взял одну из моих тетрадей. Открыв ее, начал листать, читая кое-какие строки. – Я хотел предложить тебе взять ученика.

Я потянулась за блюдцем и замерла в таком положении. Затем медленно повела голову вправо и посмотрела на Ариго.

В моем взгляде было полно недоумения и я считала, что имею на него полное право – какой мне ученик, если я сама им до сих пор являюсь? Моего учителя уже нет, но мне еще предстоит много работы. В том числе и над собой.

- Ты это серьезно? – я взяла блюдце и с тихим цокотом поставила его на стол. – Просто, больше похоже на шутку и я надеюсь, что ты понимаешь почему.

- Возможно, следующие мои слова тебе не понравятся, но я все-таки вынужден это сказать, - Ариго закрыл тетрадь и вернул ее на стол. – Не считай, что я думаю, будто ты не справишься. Я в тебе не сомневаюсь. Но все-таки ты явно не создана для работы в салоне. И это не только мои мысли. Так же считал и мой дед.

Я уже взяла чашку и ладонь дрогнула. Я чуть не пролила на пальцы горячий напиток, но не уверена, что вообще это почувствовала бы.

- Это не правда. Если бы сеньор Авогадро считал, что я не смогу работать в такой сфере, он бы не учил меня. И, тем более, не оставил бы мне свой салон, - тело сковало напряжение. Ариго сказал лишь несколько фраз, а мне казалось, что он ударил. Неужели он хотел меня кем-то заменить?

- Ты стала особенной для моего деда. Это факт. Мы с тобой только недавно познакомились, но поверь, я о тебе уже был наслышан. Дед очень переживал о тебе и теперь, когда его нет, заботиться о твоей безопасности, это моя забота.

- Тебе не стоит переживать. Я со всем справлюсь. Найму охрану и…

- Пожалуйста, выслушай меня.

С моих губ было готово сорваться множество слов. Потоком. Состоящих из убеждений, я ведь так долго готовилась и была уверена, что справлюсь, но все же я замолчала. Пусть и с трудом. Несмотря на тяжесть повисшую в кофейне, Ариго являлся для меня авторитетом. И, как минимум, я обязана его выслушать.

- Мой дед переживал, что, когда ты подрастешь, слишком многие мужчины будут нацелены на тебя. Я тогда это воспринимал скептически, но когда впервые увидел тебя, пожалуй, понял, о чем речь.

Я сильно нахмурилась. Возможно, мои черты лица исказились, ведь, черт раздери, как же меня достало слышать про свою внешность. Словно она являлась предлогом недооценивать меня.

- Я уже говорил, что было бы проще, если бы ты была… хоть немного не вот такой, - он окинул меня тяжелым взглядом. Ариго внешне очень похож на моего Бога и смотреть тяжело он умел. – Было бы идеально, если бы ты вообще лицом не удалась, но мы имеем то, что имеем и смотря на тебя могу сказать, что не факт, что даже охрана сможет тебя защитить, если кое-какие мужчины из кланов всерьез тобой заинтересуются. А я практически уверен, что это произойдет.

Я хотела сказать, что умею быть осторожной. То, что подготовлюсь. В конце концов, я до сих пор не принялась за работу в салоне как раз по той причине, что пытаюсь просчитать все риски. Мы с Ариго вдвоем это делаем.

Но я пока что молчала. Слушала.

- В первую очередь проблема в тесном контакте, в котором ты будешь состоять с теми, кто придет к тебе на татуировки.

- О каком тесном контакте ты говоришь? – на этих словах я все-таки не выдержала. – Они просто будут сидеть, а я…

- Ты будешь прикасаться к их коже. Находиться рядом с ними, а это может кое-что спровоцировать. Понимаешь, Мелочь? Именно, поэтому я предлагаю тебе взять ученика. Пусть он выполняет основную работу. Это не означает, что ты не сможешь делать татуировки, но это придется заслужить. И в первую очередь понимать, кто ты.

Я сильно нахмурилась. Одной ладонью оперлась о столешницу. Второй потерла лицо.

- Наличие ученика не поменяет того факта, что ты продолжение Бертолдо Авогадро и то, что его бизнес теперь принадлежит тебе, - Ариго кивнул на папку, которую ранее, зайдя в кофейню, он положил на прилавок. – Ты уже совершеннолетняя и это документы, по которым здание, в котором находится салон, теперь принадлежит тебе. И я бы предпочел, чтобы ты считала себя не тату-мастером, а владельцем бизнеса. Руководи им. Стань там главной. Именно этого хотел мой дед.

Я не моргая смотрела на папку. Изначально не обратила на нее внимания, а сейчас от ее вида по коже бежали мурашки.

Когда Ариго впервые сказал, что мой Бог оставил мне салон, я долго не могла поверить в это. Мне и до сих пор это в голове не укладывалось. Даже несмотря на всю подготовку. А теперь передо мной лежали бумаги о собственности.

Лишь одно мгновение, а дыхание сорвалось. На меня нахлынуло. Глаза начало покалывать. Жизнь выбросила меня на обочину. Сделала никому не нужной и лишь мой Бог позаботился о том, что я теперь не являлась никчемной девчонкой, не имеющей вообще ничего. Он дал мне слишком многое.

- Мой дед не желал тебе той судьбы, на которую ты сама нацелилась. Он хотел для тебя куда большего, - голос Ариго разорвал тишину. – Поэтому он оставил тебе не только салон, но и свое влияние, имя, статус. Связи, которые я позже передам тебе. Это тоже будет не просто, но уверен, что ты справишься.

В комнате повисла тишина говорящая о том, что Ариго сказал то, что хотел. С опозданием, но я кивнула. Только пока что ничего сказать не могла.

Лишь спустя какое-то время задала вопрос:

- Если я и захочу взять себе ученика, то… Где я его возьму?

Я слабо вообще представляла, как кого-нибудь смогу учить.

- Насчет этого, - Ариго взял свой кофе. – Ты слышала про клан Мола?

Я свела брови на переносице. Нахмурилась. Но, кажется, про такой клан ранее вообще не слышала.

- Когда-то они являлись достаточно устойчивым, пусть и нейтральным кланом. Примерно десять лет назад их вырезала другая группировка. В живых остался только наследник, которого просто не успели убить. Вообще это достаточно кровавая история. Сейчас я не буду углубляться в подробности, но скажу, что про ту резню уже многие забыли. Я в том числе, но на прошлой неделе я был проездом в Бари и случайно встретил там Аугусто Мола. Того самого наследника уже не существующего клана Мола. Он на пять лет старше тебя и, возможно, он мог бы стать твоим учеником.

- Почему именно он? – я приподняла бровь.

- Потому, что судьба у него примерно такая же дерьмовая, как и у тебя. Думаю, вы бы нашли общий язык.

С этим я могла бы поспорить. Мои родители хотя бы живы. Просто я им больше не нужна. А семью этого парня вырезали.

У меня мурашки прошли по коже.

- Ты только по этому критерию рассматриваешь его, как ученика?

- Нет. Его отец был знаком с моим дедом. Иногда он приходил в салон вместе с Аугусто. Тот что-то рисовал и я помню, что вполне не плохо. Не уверен, что он подойдет. Я даже пока что не разговаривал с ним об этом, но как варинт он возможен. Во всяком случае, он когда-то был из этого мира и многое знает. Сможет тебе помогать.

- Пока что звучит не убедительно, - у меня что-то такое и правда не укладывалось в голове.

- Возможно. Аугусто не был рад встрече со мной. Он не особо стремится общаться с криминальным миром, который когда-то бездейственно смотрел, пока его семью вырезали. Но все-таки мой дед был тем, кто хоть что-то пытался сделать. Поэтому хотя бы Аугусто выжил, - Ариго поставил чашку на стол. – Он сейчас работает на стройке. Убивает себя там. Сказал, что ему такая работа подходит, но я считаю, что он способен на куда большее. Даже, если он не подойдет, как ученик, ты все равно можешь взять его на работу. Как минимум, как телохранителя.

Ариго сказал, что пока что не разговаривал с Аугусто насчет работы по той причине, что не может делать выбор за меня. И тут речь о том, чтобы я сама приняла решение, хочу я себе ученика или нет. Только после этого можно будет принимать решение.

Но так же мне следовало понимать, что изначально я сама буду работать в салоне. Мне нужно доказать, что я ученица Бертолдо Авогадро. Поэтому, когда наступит время, Ариго из желающих выберет нескольких человек, на которых я сделаю татуировки. Скорее всего это будут люди из высших слоев кланов мафии. И исключительно те, кто хочет получить на себе именно сложные, объемные работы. Если мне нужно что-то доказать, нет смысла браться за кого-то из низших слоев и делать крошечные татуировки.

Я кивнула и сказала, что подумаю. Это мне сейчас требовалось.

И, судя по всему, именно этого от меня хотел Ариго. Чтобы я подумала.

- А теперь рассказывай, что у тебя случилось, - он перевел тему, но, стоило мне услышать эти слова, как у меня душу закололо.

Мысли и так путались, а я и ранее не знала, как рассказать ему про Дарио.

- Ко мне пришел один парень и… я до сих пор не знаю, чего он от меня хочет, но он меня сильно пугает.

Ариго являлся тем человеком, от которого я могла ничего не скрывать и сейчас, пытаясь утихомирить мысли, рассказала ему все с самого начала. С того, как в день своего совершеннолетия вернулась в дом Леоне, а Дарио там меня ждал.

Я попыталась пересказать все его слова. Обрисовать ситуации. Это было не просто, но я старалась.

Во время моего рассказала Ариго молчал, но выражение его лица менялось и, когда я закончила, он тяжелым, жутким голосом, спросил:

- Ты это серьезно?

- Думаешь, я стала бы с таким шутить?

Мы сидели за столом. Я успела убрать свои учебники на край и смотрела на практически пустую чашку Ариго.

- То есть, я ненадолго оставил тебя одну, а ты уже успела влезть в какую-то хрень?

- Я не специально. Я вообще не понимаю, какого черта он появился в моей жизни.

Ариго еле заметно наклонил голову набок, не отрывая от меня своего взгляда. Его волосы уже практически высохли и сейчас были растрепанными.

- Какому же человеку ты так дорога, что через тебя этот Дарио хочет навредить ему? – спросил он.

- Не знаю, - я пожала плечами. – Может, тебе? Ты единственный из криминального мира, с кем я сейчас общаюсь. И ты заботишься обо мне.

- Нет, это точно не я. Во-первых, никто не знает о том, что мы с тобой вообще знакомы. Я за этим тщательно слежу, чтобы не подвергать тебя опасности раньше времени. Во-вторых, я в тебя не влюблен.

- А это тут причем?

- Если бы была задача просто причинить боль тому, кому ты дорога, тебя бы изуродовали и убили бы. Может, подвергли бы пыткам и насиловали. Сняли бы это на видео и отправили бы тому человеку, - Ариго произнес это просто. Без каких-либо эмоций. Как факт, а у меня по коже скользнуло ледяное покалывание. – Но тут речь о том, что ты должна изображать любовь к этому Дарио.

Ариго откинулся на спинку стула. Мрачно, тяжело он перевел взгляд на окно, по которому хлестал ливень.

- Женщина в нашем мире значит мало. Она не имеет права касаться каких-либо дел или в чем-то участвовать. Мой дед рисковал уже тем, что решил сделать тебя преемницей, но все-таки это та сфера, где важнее не наличие члена или даже возраст. Главное, талант, а он у тебя безусловно есть. Но в остальном женщины практически бесправны. За исключением того, что они могут иметь влияние на мужчин. Если кто-то по тебе сохнет, это повод ударить по нему именно таким образом. Когда к твоей любимой женщине прикасается кто-то другой это весомый удар. Ты не представляешь насколько.

- Но такого человека нет. Понимаешь? Я много думала об этом, но я никому не нужна.

- Вспоминай, с кем ты общалась. Если этот Дарио выполняет приказ своего отца, значит, это его враг. Возможно, мужчина постарше.

Отлично, черт раздери. Закрыв глаза, я шумно выдохнула и поджала губы. Я и так бесконечно думала об этом. Иногда приходила к такому же выводу, как и Ариго. Но основной круг моего общения, это одногруппники и те с кем я работала. Да и они не являлись для меня прямо друзьями. С некоторыми отношения вовсе натянутые. Единственная моя подруга – Винса.

Иногда я разговаривала с теми, кто заходил в книжный или в кофейню. Были и какие-то мужчины, но тут же речь о том, что я кому-то должна быть очень дорога.

- Такого человека нет, - в итоге произнесла. После чего повторила: - Из криминального мира я общаюсь только с тобой. Может, это все-таки ты?

- Мелочь, я не влюблен в тебя. Если у меня когда-либо встанет на такую придурошную, как ты, я просто оторву себе член.

Прозвучало… убедительно.

Но вообще я и раньше понимала, что Ариго чего-то такого ко мне не испытывает. Это чувствовалось.

- Поэтому я и считаю, что отец этого Дарио ошибся. Что-то перепутал, - я положила ладони в карманы толстовки. После чего тише, неуверенно произнесла: - Есть ли шанс как-нибудь это решить? Я понимаю, что еще полноценно не вступила в наследие сеньора Авогадро и пока что являюсь никем, но…

Я замялась. Меньше всего я хотела доставлять проблемы до того, как вообще хоть что-то сделала и доказала свою ценность, но черт…

- Опиши мне этого Дарио. Я попытаюсь его найти, после этого разберемся в этой ситуации.

Я медленно выдохнула, после чего несколько раз поблагодарила Ариго. У меня словно гора с плеч упала.

Я понимала, что мои отношения с Деимосом уже не спасти, но, если из моей жизни исчезнет Дарио, это будет высшей степени счастьем.

- Он работает на парня, которого зовут Дионис, - начала я. Предполагала, что Ариго будет легче найти Диониса, чем его телохранителя, поэтому в первую очередь описала его. Затем начала описывать Дарио. – Он высокий. Очень. Выше меня примерно на полторы головы. Волосы черные, кожа смуглая.

Описывая Дарио, я пыталась не забыть ни одной мелочи, но, чем больше я говорила, тем больше Ариго мрачнел. Когда я замолчала, его взгляд был таким, что мне невольно хотелось поежиться.

- Скажи, Мелочь, а у этого Дарио случайно нет шрама около правого глаза?

- Есть, - быстро ответила. Не понимала, как могла его не упомянуть, но на самом деле шрам крошечный. Еле заметный.

Но сам факт, что Ариго спросил у меня об этом, заставил сильно встрепенуться.

- Ты знаешь, о ком я говорю?

Ариго достал телефон, затем что-то нажал на нем. Прошло около полминуты прежде, чем он показал мне экран.

- Ты про этого Дарио говоришь? – его рука была напряжена. Голос изменился.

Я посмотрела на экран и тут же приподняла брови. Там была фотография Дарио. Он на ней в рубашке и в брюках, но волосы более короткие.

- Да, это он, - я быстро кивнула. Почувствовала радость от того, что, оказывается, удалось настолько быстро его найти.

Но в следующее мгновение произошло то, из-за чего вся радость улетучилась. Ариго выругался, закрыл глаза и потер веки кончиками пальцев. Я раньше не видела его таким, как сейчас и это настораживало настолько, что возникло ощущение чего-то крайне паршивого.

- Что? – спросила, не моргая смотря на Ариго.

- Ты попала, Мелочь, - произнес он, открывая глаза. – Не понимаю, что происходит, но ты, черт раздери, попала. Это Дарио Де Лука. Единственный наследник дона Каморры.

Я так и замерла. Не дыша, не шевелясь, не моргая. Чувствуя, как по коже прошло леденящее покалывание.

Но уголки губ приподнялись в улыбке. В какой-то ненормальной, но все же улыбке. Это ведь… шутка?





Глава 18 Решение


Ливень хлестал о стекла кофейни, стекая по ним потоками воды. Собой заглушая шум улицы и словно бы искажая реальность жуткой мрачностью. Пропитывая атмосферу тяжестью и сыростью. Ощущением холода на коже.

Но я этого практически не замечала. Все еще не моргая, смотрела на Ариго, со все той же идиотской улыбкой на губах. Что-то внутри сильно, тревожно натянулось, сжалось, начало рваться. Под кожей задребезжало то напряжение, которое казалось инородным и настолько мощным, что, создавалось ощущение, тело его просто не выдержит.

Но мне даже захотелось издать несколько смешков. Посмеяться над собой из-за того, что такая короткая и явно нелепая шутка Ариго сумела вогнать меня в настолько сильный ужас. Все-таки имя Дарио Де Лука до дрожи пугало. Даже меня. Ту, которая с ним никогда и не виделась. Чудовище есть чудовище. Одно упоминание о нем, как нож проходящий по горлу.

Вот только, сколько бы я не смотрела на Ариго в ожидании, что он сейчас тоже посмеется, с издевкой скажет, что я еще та трусиха, внук моего Бога оставался не просто серьезным – у него на ладонях проступили вены. В глазах появилось то, от чего мне самой стало жутко не по себе.

- Ты ведь это не серьезно? – мои губы еще сильнее растянулись. Черт, зачем я об этом спрашиваю? Конечно, он не серье…

- Ты думаешь, я с таким стал бы шутить?

Я выдохнула так, словно кто-то ударил меня в спину, а впереди была пропасть. И я в нее полетела.

- Это не правда, - сказала, стиснув зубы. Сильно качнув головой, так, что распущенные волосы растрепались и упали на лицо. – Это не может быть он. Ты что-то путаешь.

- Его невозможно ни с кем перепутать. Это Дарио Де Лука, - Ариго опять показал мне экран телефона. – Только, если ты сама ошибаешься и человек, который к тебе приходит, выглядит не так.

Судорожно соображая, или, вернее, пытаясь это делать, я вновь посмотрела на фотографию. Кажется, несколько раз размыкала губы, но, не в состоянии что-либо сказать, больше была похожа на рыбу выброшенную на берег. Тем более, я точно так же задыхалась.

Это точно он. Волосы короче. Возможно, снимок не совсем свежий, но это точно тот Дарио, который приходил ко мне.

Я закрыла глаза. Сильно зажмурилась и дрожащие ладони сжала в кулаки. Меня не просто накрыло паникой. Я начала ею захлебываться.

- То есть, ты хочешь сказать?.. – начала я, открывая глаза. Чувствуя, как эмоции на лице сменялись так, словно я вообще перестала его контролировать.

- Я хочу сказать, что ты попала, - повторил Ариго уже ранее сказанную фразу. Он откинулся на спинку стула и ладонью потер лицо. Напряжение в комнате стало таким, словно весь воздух в одно мгновение исчез. Даже взгляд Ариго стал таковым, будто нам двоим к головам приставили пистолет.

Я опять закрыла глаза. Пальцами зарылась в волосы. Сильно сжала пряди и мысленно так закричала, что все сознание сотряслось.

Этот Дарио и есть Дарио Де Лука… Этот Дарио… Дарио Де Лука… Дарио… Де… Лука…

Чудовище Неаполя. Сын своего отца. Кровавый монстр, прекрасно знающий, что такое пытки и кровь на руках.

У меня сознание начало ломаться. Понимание вторгалось в него примерно, как апокалипсис. Я уже даже себя не ощущала.

- О, боже, - я это практически простонала, дрожащими ладонями закрывая лицо. – Боже… Боже… Боже…

- Что? Ты еще что-то натворила? – Ариго спросил это настолько напряженным голосом, словно он принадлежал другому человеку.

- Нет. То есть, да, - я убрала ладони от лица и подняла на парня лихорадочный взгляд, полный паники. – Когда мы вчера с ним были на набережной, я сказала ему… - я шумно сглотнула. – Я сказала ему, что у него такое же имя, как и у наследника Каморры. И что… я соболезную ему, ведь Дарио Де Лука еще тот моральный урод и даже просто такое же имя, как и у него это…

Я не договорила. Не смогла. Саму захлестнуло ужасом и я сейчас вспоминая наш вчерашний разговор, чувствовала себя так, словно себе же смертельный приговор написала. При чем настолько глупо, словно у меня в голове было совсем пусто. Да чего же я рот не закрываю, когда это нужно?!

Ариго некоторое время молча смотрел на меня. Словно даже не знал, что сказать, но черты его лица сильно перекосило.

В кофейне повисла тишина, но я все равно чувствовала себя так, словно рядом кто-то оглушающее кричал. Это голос в моей голове? Возможно, он даже принадлежал мне.

- И… Что он с тобой после этого сделал?

- Ничего, - я кое-как качнула головой. Попыталась убрать пряди с лица, но они лишь спутались в пальцах. – Он… пообещал, что не расскажет Дарио Де Лука про мои слова.

Мне захотелось головой удариться о стол.

О чем сейчас думал Ариго, я не понимала. Возможно, сомневался в моих умственных способностях. Или предполагал в насколько огромной заднице я оказалась, а она, несомненно была размером со вселенную. Если не больше.

- Расскажи мне еще раз, что между вами произошло и то, что он тебе говорил. Абсолютно все, Мелочь.

Сделав несколько глубоких вдохов, я наклонилась и лбом прикоснулась к холодному столу. Уже теперь, осознавая то рядом с кем я находилась, мне стало намного тяжелее рассказывать о том, что происходило. Или же страшнее. Но я все-таки попыталась это сделать. Пусть и судорожно. Сумбурно. Пытаясь до мелочей вспоминать фразы Дарио. Концентрируясь на том, что могло меня насторожить.

Но все равно, когда я закончила, ни у меня, ни у Ариго не было никаких мыслей о том, что вообще происходило.

- Зачем я могла понадобиться наследнику Каморры? – спросила, сильно закрывая глаза. До бликов. Дарио не просто наследник Каморры. Он там главное чудовище. А ведь речь о самом кровавом клане Италии. Про тех, перед кем человеческая жизнь перестает иметь какую-либо ценность.

- Понятия не имею, - кажется, Ариго смотрел на меня. Он тот, кто скрывал свои эмоции, но даже они у него сейчас проявлялись страшной тяжестью. Чем-то рвущим на части. – Тебе сейчас лучше уехать на пару дней, а я пока попытаюсь разобраться в том, что вообще происходит.

Первым порывом было тут же отрицательно качнуть головой. Сейчас будние дни. Я не могу пропускать учебу, иначе это очень плохо закончится. Тем более, мои приемные родители категорично относятся к любым моим поездкам. Даже на экскурсии с одногруппниками не отпускают. По какой-то причине они паршиво относились к самой моей возможности выехать в другой город. И за все годы никуда за пределы Неаполя не выпускали. Да и даже в нем не везде я могла ходить.

Но… Когда речь касается Дарио Де Лука все остальное начинает меркнуть. Тут уже речь про выживание.

- Думаешь, мне нужно уехать? – спросила, напряженно поерзав на стуле.

- Хотя бы на пару дней. Я найду тебе квартиру в Равелло. Побудешь там пару дней, а я очень осторожно попытаюсь хоть что-нибудь узнать. Каморра это далеко не те, с кем даже мне стоит соприкасаться, но я попробую.

От этих слов по спине скользнул еще больший холодок. Вот чего я не хотела, так это того, чтобы Ариго рисковал. Я начала убеждать его, что можно поступить как-нибудь иначе, но он заверил, что это самый безопасный вариант. Мы немного поговорили и лишь после того, как я добилась от Ариго обещания, что он ничем не будет рисковать, я согласилась уехать.





Глава 19 Разрешение


С трудом, но все-таки мне удалось упросить владелицу кофейни отпустить меня на пару часов раньше. Когда я вызывала такси, Ариго уже уехал. Изначально он говорил, что сам отвезет меня в Равелло, но имелся шанс того, что люди Дарио следят за мной. В этом я не была уверена, но не просто же так он нашел меня у Винсы.

Поэтому, ради безопасности и во избежание проблем, нам с Ариго было лучше пока что открыто не контактировать.

Ливень лишь усугубился и, пока я добежала до такси, практически полностью промокла. Когда же я подъехала к особняку Леоне и, наконец-то оказалась в холле, дождевая вода с меня буквально стекала. Пришлось снять толстовку и уже с ней в руках, бежать на второй этаж, стараясь оставлять после себя как можно меньше мокрых следов.

Приемных родителей не было дома, зато я увидела старшую сестру и брата. Они были на втором этаже в гостиной вместе с еще какими-то парнями и девушками. Возможно, у них намечалась очередная вечеринка и, пока меня никто не заметил, я быстро скользнула в коридор, а затем и в свою комнату.

Быстро собрав кое-какие вещи, я переоделась в рванные джинсы и в свитер, после чего выбежала из дома, садясь в уже ждущее меня такси.

Сердце грохотало. Я чувствовала себя так, словно совершаю какой-то особо опасный побег и, почему-то инстинкты вопили о том, что я о нем пожалею.

Но уже это, возможно, от того, что я всегда пыталась быть тихой. Послушной. Не нарушать никаких правил, иначе бы жизнь в семье Леоне стала для меня куда хуже, чем адской.

Думая об этом, я наклонилась и, тыльной стороной ладони прикасаясь ко лбу, тихо выругалась.

Черт. Мне еще нужно предупредить приемных родителей о том, что я уеду на пару дней.

Вернее, не предупредить, а выпрашивать, или даже вымаливать у них разрешение.

Достав из сумки телефон, я нервно покрутила его в ладонях. Может, не звонить им? Возможно Жермано и Консетта вернутся не скоро и не заметят того, что меня нет? В отличие от их родных детей, мне они никогда не говорили куда и на сколько уезжают. Я лишь знала о том, что иногда они это делают для того, чтобы встретиться с какими-то людьми. Завести выгодные знакомства. Порой вовсе создавалось ощущение, что мои приемные родители пытаются попасть чуть ли не на все званные ужины в Италии. Во всяком случае, в те семьи, куда позволял попасть их статус.

Мысль о том, чтобы не звонить Жермано и Консетте, казалась слишком заманчивой. И я даже практически поддалась ей, но сразу же, через силу, отдернула себя. Даже если мои приемные родители и не заметят, что меня нет дома, моя старшая сводная сестра, Мичела, сразу же доложит им об этом.

Мне было позволено время от времени оставаться на ночевку у Винсы, если я заранее предупреждала об этом. Но, если приемные родители решали, что я это делаю слишком часто – они мне отказывали.

А если я вовсе переступала через правила – Мичела тут же доносила на меня. Даже про самую мельчайшую провинность. В том числе и в тех делах, которые касались университета. За этим всегда следовало строгое наказание.

Возможно, по этой причине Жерманно и Консетта редко интересовались моим существованием. Иногда, наверное, вовсе забывали про него. Они прекрасно знали, что я загнанна в рамки. Любой неверный шаг за пределы позволенной грани и они об этом узнают от Мичелы.

За это я особенно сильно ненавидела старшую сводную сестру. За прошедшие годы уже перестала даже сомневаться в том, что ей нравится, когда меня наказывают. До такой степени, что порой Мичела готова жертвовать своим временем лишь бы выявить у меня что-нибудь неправильное.

Откинувшись на спинку сиденья, я немного сползла вниз и наконец-то собрала свои моральные силы для того, чтобы набрать номер Консетты.

Моя приемная мать ответила не сразу. Лишь когда гудки уже подходили к концу.

- Что ты хочешь, Романа? – в казалось бы приятном, мелодичном голосе послышалось раздражение.

Я тут же выпрямилась. Понимала, что если скажу что-то не так, тут же получу запрет на поездку, из-за чего нервозность стала лишь сильнее.

Я в любом случае уеду. Ариго дал понять, что другого варианта у меня сейчас нет, но не хотелось, чтобы после этого у меня возникли проблемы с семьей Леоне.

- Добрый вечер, - Консетта меня не видела, но я попыталась улыбнуться. Получилось натянуто.

Мне требовалось обращаться к ним исключительно на «вы». Жермано и Консетта уже давно расчертили для меня эти правила. К счастью, хотя бы разрешили обращаться к ним по именам. Хотя, наверное, это уже было вынужденно, ведь иначе подобное казалось бы странным. А мои приемные родители перед другими не хотели выглядеть странно.

- Я хотела спросить могу ли я провести пару дней у своей подруги?..

- Нет, - тут же послышался резкий ответ. Консетта меня даже не дослушала, словно мои слова итак вызвали у нее острое негодование. – Ты и так в последние несколько недель слишком много ночевала у этой своей Винсензы. Куда еще?

«Много» - это четыре раза за три недели. Но, правда, последние две ночевки выпали буквально на прошедшие дни. Может, поэтому Консетта так негодовала.

- Речь не про Винсензу, а про мою одногруппницу. Нам дали одно задание на двоих и мы не успеем сделать его, если…

- Романа, ты знаешь правила, - голос Консетты стал жестче и я тут же представила ее, из-за чего по телу разлилось что-то неприятное. Словно меня в грязь окунали. Вот прямо брали за макушку и в луже топили.

Моя приемная мать невысокая, казалось бы даже хрупкая. Будучи одержимой своим весом, она практически не ест. Это кое-как, но работает. У Консетты достаточно не плохая фигура, но вот характер у нее до жути властный. Это ощущается, даже когда ты просто стоишь перед ней.

- У тебя есть дом и спать ты должна в своей кровати. Иначе, как мы будем присматривать за тобой?

«У тебя есть дом» - ага. Конечно. Даже я чувствовала, что Консетте до сих пор принять не могла, что в ее доме чужачка.

А насчет «Присматривать» - почему-то у моих приемных родителей была мысль, что если дать мне хоть немного свободы я тут же превращусь в подзаборную шваль. Или же они просто не желали усложнять себе жизнь.

- Ты сама виновата, что у тебя не хватает времени на учебу. Тебе не следовало устраиваться на подработку. Так, что ты вообще говоришь, если сама обязана платить за свои ошибки?

Боже, какой же грандиозный цирк лицемерия. Они постоянно попрекают меня подработкой, но до того, как у меня появились собственные деньги, каждый цент выдавали мне с таким трудом, словно я у них руки отгрызала. Хотя это были даже не их деньги, а то, что моим приемным родителям выплачивает дон Моро.

- Я запрещаю, Романа. Хватит ночевок. Ты себе в последнее время и так слишком много позволяешь.

Я убрала телефон от уха. Сделала глубокий вдох и попыталась пробудить в себе богиню лжи. Она у меня была неказистой, но все-таки, когда знаешь слабости человека, можно попробовать на них надавить. Хоть и я не любила это делать.

Но сейчас я уже была практически в отчаянии. Консетта мне голову оторвет, если узнает, что я все равно без ее разрешения уехала.

Поэтому я солгала о том, что этот университетский проект очень важен. А еще о том, что у моей одногруппницы отец очень близок к меру. То, что они чуть ли не лучшие друзья и, если я ее подведу, отец этой одногруппницы будет очень недоволен.

Пытаясь формировать очень убедительные фразы, я почувствовала то, что голос Консетты меняется. Она любит уважаемых людей, а то, что фамилия Леоне у таких влиятельных личностей может вызвать негатив, ей уж точно не нравилось.

В итоге, задав несколько вопросов касательно отца моей одногруппницы, моя приемная мать хоть и с неохотой, но все-таки согласилась.

Но желчь в последних ее словах я все же почувствовала. Это то с чем Консетта все никак не могла смириться. То, что я ношу их фамилию и могу опозорить семью.

После того, как разговор с моей приемной матерью был окончен, я сползла по сиденью и закрыла глаза. Хотела облегченно выдохнуть, но пока что не получалось.

Вскоре такси остановилось на площади Пьяца около автовокзала и я, расплатившись, вышла на улицу, пытаясь сразу же открыть зонт. Несмотря на ливень, тут ярко горели огни и часть крытых кофеен были более-менее заполнены.

Я быстро нашла автобус, села в него и уже вскоре мы покинули Неаполь. Ехать до Равелло немного больше часа. Может, полтора. И все это время я гипнотизировала телефон. Волновалась за Деимоса и все думала, может мне стоит ему позвонить? Его самолет уже должен был приземлиться.

Черт, я волновалась. Хотела узнать все ли с ним в порядке и, что с его отцом, но понимала, что Деимосу сейчас явно не до меня. Может, он еще даже не прилетел.

В итоге, борясь с внутренней дрожью и тревогой, я решила просто написать ему сообщение. В нем спросила у Деимоса, как он и попыталась приободрить. После этого решила смиренно ждать ответа. Настолько, насколько у меня получится делать это смиренно, а не утопая от тревоги.

После этого я позвонила Ариго. Наш разговор не был длинным. Я лишь убедилась в том, что с ним все хорошо, попросила быть осторожной и заверила в том, что сама сниму себе гостиницу. Вернее настояла на этом.

После разговора с Ариго я вошла в сеть и достаточно быстро нашла отель. Приемлемый по деньгам и, кажется, не плохой. Хотя, для меня сейчас было важно лишь чтобы имелась крыша над головой, чтобы под ней спрятаться от ливня.





Глава 20 Номер


Поставив сумку на пол, я села на край кровати и взглядом окинула номер. Он небольшой, но для одного человека места более чем достаточно. Одноместная кровать, небольшой шкаф, кресло, стол. Дверь ведущая в ванную комнату. Шторы персикового цвета и красный ковер на полу. В сочетании с тем, что кресло тут зеленое, а покрывало на кровати оранжевое, цветовая гамма номера выглядела странно, но все равно мне нравилось. Безумно. Возможно, это по той причине, что мои приемные родители были кардинально против того, чтобы я выезжала в другие города. Даже в ближайшие. Абсолютно все время я должна была находиться исключительно в Неаполе и, если бы Консетта узнала, что я сейчас в Равелло, она бы точно мне оторвала голову.

Это первая моя поездка с тех пор, как я оказалась в семье Леоне и, если бы не обстоятельства, я была бы счастлива. А так, я с трудом боролась с нервозностью. Внутри все натягивалась и я сейчас даже на одном месте сидела с трудом.

В итоге, не выдержав, я начала расхаживать по номеру. Постоянно смотрела на телефон. Ждала ответа от Деимоса и звонка от Ариго.

Вот только, телефон молчал и нервозность нарастала. В голову лезли очень плохие мысли и, чтобы хоть как-нибудь упорядочить их, я стала осматривать номер. В шкафу нашла дополнительные подушки и одеяла. В остальном, совершенно ничего интересного.

Шумно выдохнув, я пошла к окну. Вид из него был не совсем примечательный. Напротив отеля находилось заброшенное здание. Частично разрушенное, но все-таки, кое-что примечательное в нем имелось – старая постройка. Гаргульи закрыты сетками. Возможно, будет реконструкция.

Садясь на подоконник, я посмотрела вниз – на дорогу, по которой редко, но проезжали машины. Все еще шел ливень и тротуары были совсем пустыми. Ни одного прохожего.

Снимая с запястья резинку, я собрала волосы в хвост, думая о том, что даже в подобной промозглой погоде есть что-то чарующее. Как и в том, чтобы находиться в другом городе. Оказывается, это даже волнительно. Новые места, другая атмосфера.

Наверное, если бы не обстоятельства, я бы действительно радовалась бы этой поездке.

Я опять посмотрела на телефон. Но он молчал. Ни новых сообщений, ни звонков. Я с трудом удержалась, чтобы не позвонить Ариго и вновь не написать Деимосу.

Ариго сказал, что сам свяжется со мной, когда у него будет хоть какая-нибудь информация и так просто отвлекать его я не имела права. Как минимум, мне сейчас не стоит становиться для него еще большей обузой.

И у Деимоса сейчас очень тяжелая ситуация. Ему нужно ехать к отцу в больницу и встретиться с матерью. Единственное, что мне оставалось, это ждать его ответа.

Взяв телефон, я решила посмотреть в сети, есть ли поблизости маркеты. Я даже не помнила, когда в последний раз ела, а голод уже значительно давал о себе знать. Страх и нервозность значительно их притупливали , но, может, мне даже эмоционально полегчает, если я возьму зонт и прогуляюсь к ближайшему магазину.

Вот только, стоило мне войти в сеть, как мой телефон ожил входящим звонком. Я встрепенулась и быстро взглядом окинула экран, ожидая там увидеть имя Ариго или Деимоса.

Но номер был неизвестен.

Некоторое время смотря на него, я поняла лишь то, что, кажется, раньше его не видела. Да и я привыкла подписывать номера. Может, конечно это кто-то из книжного магазина. Или одногруппники, с которыми я практически не общаюсь. Когда приближается время сессии это привычное дело. За конспектами начинают охотиться.

То есть, я не впервые получаю звонок с неизвестного номера, но именно сейчас он почему-то вызвал у меня острый холодок пробежавший по коже. Даже нервозность сначала сжалась, а затем начала разрастаться.

Затаив дыхание, я решила не отвечать.

Но, когда звонок закончился, он сразу же повторился.

После второго звонка пошел третий и я нервно пальцем постукивая по подоконнику, уже не знала, что думать. Отвечать не хотелось, но вдруг это что-то срочное? Может, это вообще Ариго, вынужденный позвонить мне с другого номера?

Сильно пальцами сжимая ткань своей толстовки, я нажала на зеленый значок, после чего приложила телефон к уху.

- Да? – спросила, начиная вновь пальцем нервно постукивать по подоконнику.

- Ты пораньше ушла с работы и сейчас тебя нет дома. Где ты?

Моя ладонь замерла и тело окаменело. Сердце же сначала пропустило несколько ударов, затем вовсе рухнуло вниз.

Я прекрасно узнала голос. Дарио.

Паника захлестнула с такой силой, что у меня горло сдавило. Я дышать не могла, ведь уже теперь прекрасно понимала, с кем разговариваю.

Телефон в ладони начал жечь, словно уже теперь состоял из раскаленной стали.

- Почему молчишь, Романа? – голос у Дарио был спокойным. Даже ленивым, но все таким же тяжелым и пробирающим.

- Я… у подруги, - каких же усилий мне стоило произнести даже эту короткую фразу. Я буквально вырывала ее из своего испуганного сознания. – Откуда… Откуда у тебя мой номер?

- У какой подруги? Твоя Винсенза сейчас с парнем. Тебя у нее нет.

- Ты… опять приходил к ней? – я сильно зажмурилась и до боли стиснула зубы. Боже, как заставить себя говорить без этих запинок? Как создать хотя бы видимость отсутствия страха?

Но меня и так мощной дрожью побивать начало, а от мысли, что Дарио опять приходил к Винсе, паника сковала из-за переживаний о подруге. Она ведь даже не знает, что Дарио за человек. А вдруг Винса сказала ему что-то не то?

- Мне не нужно приходить к ней, чтобы знать, что тебя сейчас нет в ее квартире.

Мне хотелось выдохнуть. Значит, Винса сегодня не соприкоснулась с этим чудовищем?

Вот только выдохнуть не получилось. Что, черт раздери, значат его слова?

- Ты так и не ответила. У какой ты подруги?

Спрыгнув с подоконника, я начала нервно расхаживать по номеру. Что мне ему ответить?

Еще вчера я бы сказала Дарио, что это не его дело. Опять попросила бы оставить меня в покое, после чего, возможно, вообще заблокировала бы его номер.

А теперь я понимала, что он наследник кровавой Каморры и за такое может в подвале меня пыткам подвергнуть. Господи, как я вообще до сих пор осталась жива?

- Я у своей одногруппницы, - попыталась произнести как можно более осторожно, но чертов голос все равно дрожал. – Прости, я сейчас не могу разговаривать. Нам нужно готовиться к совместному проекту.

- Даже десять минут мне не уделишь? Скажи, где находится дом твоей подруги, я приеду. Ты выйдешь ко мне. Поцелуешь, после чего, так и быть, я оставлю тебя с твоей одногруппницей. Но, Романа, я должен остаться доволен твоим поцелуем.

Я застыла рядом со столом и сжала телефон с такой силой, что пальцы занемели. Но при этом мои руки подрагивали.

- Я… Не могу, - произнесла, на прерывистом выдохе. – Давай… завтра поговорим. Мне правда уже нужно заниматься проектом.

- Что на тебе сейчас надето?

Этот вопрос вообще вогнал меня в ступор. Я даже не сразу поняла, правильно ли его расслышала.

- Джинсы и толстовка, - произнесла, опуская на себя растерянный взгляд.

- Как скучно.

- Ты же не думал, что я буду одета во что-то более откровенное в доме своей одногруппницы? – я ладонью накрыла лицо и потерла его. – Я вообще никогда и ничего откровенного не ношу. А делать что-то подобное в чужом доме… вообще было бы неприлично.

- Но ты ведь сейчас не у одногруппницы, а в номере отеля.

Я собиралась сесть на край кровати, но так и замерла. Ладони дрогнули. Сердце загрохотало так, что его безумное биение целыми взрывами отозвалось в ушах. Что он только что сказал?

- Что ты?..

- Открой дверь, Романа. Я хочу лично посмотреть во что ты одета.

- Ты… Ты ошибся, я не… - дернувшись, я отошла к стене. Мысли путались. Паника прошла по сознанию, хуже апокалипсиса и этот номер мне внезапно показался слишком маленьким. Так, словно стены начали надвигаться.

- Открывай, - вместе с этими словами, раздался короткий, ленивый стук в дверь. – Меня уже достало стоять в коридоре.



От автора: Дорогие девчонки, я вас обожаю)) Вы самые лучшие))





Глава 21 Ближе


До боли вжимаясь в стену, я смотрела на дверь взглядом полным страха и паники. Тело окаменело, сердце остановилось и ощущения были такими, словно я оказалась в самом ужасном кошмаре. Это ведь просто страшный сон? Верно? Не может быть такого, чтобы Дарио сейчас был тут.

- Мне еще долго ждать? – тяжелый голос, раздавшийся в динамике телефона, прошел по моему сознанию еще большим отблеском острой паники. Так, что даже дыхание не поддавалось контролю. Я начала задыхаться.

- Как?.. Как ты узнал, что я сейчас тут? Ты за мной следил?

Я бросила лихорадочный взгляд в сторону окна. Покидая кофейню и до самого момента моего приезда в этот отель, я постоянно осматривалась по сторонам. Следила за машинами и ни разу не увидела ничего подозрительного. Черт, как?..

- Если ты сейчас не откроешь дверь, я сделаю это сам и тогда тебе не понравится то, что между нами будет.

Душа заледенела и я сжала телефон с такой силой, что вся рука занемела. Взгляд тут же вновь бросился в сторону окна. Черт, я была в таком состоянии, что невольно в голове возникла мысль вылезти на карниз. Вот только, глупее идеи, чем эта, не придумать. При таком ливне я точно сорвусь вниз, а если не умру от падения, навряд ли это спасет меня от Дарио.

Отключив звонок, я очень медленно пошла к двери и прокрутила ключ в замке. Делала это от безысходности. Понимания того, что дверь меня не спасет. Ничего не спасет. А те варианты избегания ужасной участи, которые лезли в голову, явно сделают лишь хуже.

Я открыла дверь и тут же отшатнулась в сторону.

В коридоре и правда стоял Дарио. Как всегда, огромный. Занимающий собой все пространство. Одетый в брюки и в рубашку. В его внешней строгости я видела ту бездушную мрачность, от которой становилось не по себе. Душа разрывалась и разлеталась в осколки.

Дарио вошел в номер и закрыл дверь. Провернул ключ в замке и тихие щелчки, прозвучавшие в полной тишине, были, как ножи, врезающиеся в грудь. Я почувствовала себя зверьком, запертым в клетке с чудовищем. Уже теперь этот номер казался слишком крошечным. Он начал душить.

- Как проходит подготовка к проекту? – спросил Дарио, положив ключ в карман штанов. – И где твоя одногруппница? Может, под кроватью прячется?

Я боком прошла мимо стола и остановилась около шкафа. Но, черт, номер и правда крошечный. Тут не просто некуда бежать. Дарио буквально за мгновение может меня достать.

- Может, - произнесла, нервно поправляя рукав на левой руке.

- Тогда достань ее оттуда. Хочу познакомиться.

- Она вылезет… когда сама захочет, - тихо буркнула. Было ли мне стыдно за ложь, из-за которой Дарио теперь издевался надо мной? Нет. Мне было страшно.

- Какая стеснительная одногруппница.

- Зачем, ты приехал сюда? Как узнал, что я тут нахожусь? – я рукой сильно царапнулась о ручку на шкафе, когда пыталась отойти еще дальше.

Я смотрела на Дарио, но, казалось, видела впервые. Ведь смотрела не просто на парня, внезапно появившегося в моей жизни и заявившего про отношения, а на единственного наследника самого кровавого клана – Каморры.

Я много слышала про него. Даже слишком. Если ты живешь в Неаполе, иначе быть не может.

И сейчас у меня мороз бежал по коже от мысли, что передо мной тот самый Дарио Де Лука.

- Зачем я приехал? Разве твои вечера не должны принадлежать мне? Заметь, я пока что не забирал твои ночи, но теперь считаю, что имею на это полное право. Я терпеть не могу ложь, Романа. За нее нужно платить.

Последние слова Дарио произнес так, что у меня по коже пробежал озноб. Я почувствовала, что он далеко не так спокоен, как могло показаться на первый взгляд. И уже это пугало по-настоящему.

Дарио пошел в мою сторону. Номер действительно слишком маленький и расстояние ощущалось лишь, как пара секунд, после которых его огромная ручища легла на мою талию. Но Дарио даже сжать пальцы не успел, прежде чем я, словно ошпаренная, отскочила в сторону, перед этим от ужаса чуть ли не закричав.

Я не знала насколько глобальную панику он увидел на моем лице, но, судя по всему, она действительно впечатляла.

- Настолько сильно боишься секса? – спросил он, смотря мне в глаза. Но, спустя несколько секунд, Дарио немного опустил веки. Его глаза стали немого темнее: - Ты узнала, кто я?

Я сначала замерла, затем оторопело кивнула. Так, словно у меня шея толком не сгибалась.

В комнате повисла тишина. На лице Дарио ничего не изменилось. Разве что глаза, казалось, стали темнее. Мрачнее. Там появилась жестокость. Что-то кровавое. И… Оно настолько подходило его внешности, словно это и был настоящий взгляд Дарио.

Он положил ладони в карманы штанов. Выглядел расслабленным, но от этого лишь более страшным.

- Отлично. Можно считать, что мы стали друг другу ближе, - произнес он. - Но не достаточно. Раздевайся.





Глава 22 Моя


Делая еще несколько шагов назад, я всерьез пожалела о том, что не полезла на карниз, когда была возможность.

- Я не хочу раздеваться перед тобой, - сказала, качнув головой. Наверное, мой голос дрожал. Как и ладони.

Я все время мысленно раз за разом повторяла себе, что Дарио тоже человек, но тогда почему он производил впечатление самой смерти?

- Что вообще тебе от меня нужно? Зачем я понадобилась наследнику Каморры?

- Просто я моральный урод и мне нравится без причины причинять людям боль, - Дарио произнес это без каких-либо эмоций, но это явно были те слова, которые я совсем недавно сказала ему, именно таким образом обозначая «Дарио Де Луку».

По телу скользнуло то, что я могла описать лишь, как обжигающий яд, разрушающий каждую клетку. Почему-то, когда я узнала, что Дарио является тем самым Дарио Де Лукой, я сильнее всего испугалась именно из-за этих фраз. Даже ощутила желание оторвать себе язык, который, возможно, меня до смерти доведет.

- Что ты со мной сделаешь за то, что я назвала тебя моральным уродом? – спросила, опять поправляя левый рукав толстовки. В этом не было нужды, но я от нервов ладони не контролировала.

- Ничего, - Дарио посмотрел на сумку, которую я оставила около кровати. Затем перевел взгляд на меня. – На правду ведь не обижаются. Верно, Романа?

У меня в горле пересохло и я, судорожно пытаясь сообразить, что на это ответить, чувствовала лишь то, как мысли трещали.

- Но поскольку я моральный урод, мало ли что я вообще с тобой сделаю.

- Я извинюсь за те слова, - быстро произнесла. – Мне очень, очень жаль!

- Мне не нужны никакие извинения кроме тех, когда ты встанешь на колени и возьмешь в рот.

Я отшатнулась назад так, словно услышала самые страшные слова в своей жизни. Судорожно соображая, что ответить и какими словами умолять меня не трогать, я уловила тот момент, когда Дарио пошел в мою сторону, но среагировать не успела. Вернее, у меня на это не было шанса. В этом крошечном номере никуда не убежать, из-за чего я окаменев, с ужасом улавливала сокращающееся между нами расстояние.

- Так, вот почему ты сбежала сюда, - Дарио пальцами сжал мой подбородок. – Узнала, кто я и испугалась?

- Я не… - я попыталась быстро скользнуть в сторону.

- Стой на месте, Романа. Иначе сделаю тебе больно, - тяжелый голос Дарио полоснул по нервам и я замерла, боясь даже пошевелиться. Он наклонился к моему уху и я почувствовала, как горячее дыхание Дарио обожгло кожу. – Ты достаточно умна, чтобы понимать, когда стоит бояться. Но так же в тебе явно хватает глупости, чтобы делать то, чего не следовало.

Он положил ладонь на мое бедро. Пальцами поднимаясь выше. Пробираясь ими под толстовку и касаясь обнаженной кожи на талии.

- Еще раз попробуешь убежать от меня и я запру тебя в своей спальне, - убирая ладонь от моего лица, он положил ее на затылок. – Ты там будешь привязана к моей кровати и я буду в праве делать с тобой все, что захочу. Потому, что ты моя. Поняла?

- По… Пожалуйста… - произнесла, дрожащими губами. – Оставь меня в покое…

- Как же я могу оставить тебя в покое, если ты такая… - Дарио опустил взгляд ниже, им скользнув по лицу, затем по груди. Мне показалось, что его голос стал тяжелее. Уже теперь был пропитан хрипотцой. – Ты моя девушка, - Дарио медленно, тяжело выдыхая, лбом прикоснулся к моему плечу. – Не сопротивляйся, будь моей и я сделаю тебе очень хорошо. Я дам тебе очень многое.

Мне хотелось сказать, что как раз без него мне хорошо, но не посмела. Испугавшись, так и стояла, в то время, как Дарио сдернул резинку с моих волос. Они рассыпались по плечам и Де Лука сжал пряди пальцами, наклоняясь к моей шее. Начиная целовать ее. Жестко. Вторую руку положив на мою поясницу и рывком вжимая в свое тело. Так, что я сквозь ткань одежды ощутила каждую стальную мышцу и каменную эрекцию упирающуюся мне в живот. Это жгущей паникой прошло по сознанию и я, кажется, дернулась, но тело от страха все равно толком не двигалось.





Глава 23 Правила


Я сильно зажмурилась. До такой степени, что перед глазами вспыхнули блики. Ладони дрогнули и я ими невольно сжала рубашку Дарио. Пальцы отозвались болью, начали неметь, но все равно это даже на толику не унимало эмоций, ощущений. Моей паники, с которой я пыталась оттолкнуть Дарио, но словно бы в скалу упиралась. С ужасом вновь осознавая насколько крепкое, мощное у него тело.

- Пожалуйста… Пожалуйста, не трогай меня, - прошептала еле шевеля губами. – Я не хочу с тобой… Ничего не хочу.

До этого рука Де Луки была у меня на пояснице, но он опустил ее ниже и сжал попу. Сильно. Так, что я зашипела и дернулась назад, но сумела добиться лишь считанных сантиметров, из-за которых спиной ударилась о стену.

- В прошлый раз тебе понравилось, - произнес он хриплым, тяжелым голосом мне на ухо. Немного разжимая пальцы и ими поднимаясь выше. Вновь пробираясь под толстовку, но уже теперь не останавливаясь на пояснице. Проводя ладонью до застежки лифчика и касаясь ее пальцами. Немного оттягивая, так, что я в испуге застыла, понимая, что Дарио сейчас расстегнет лифчик. – Может, ты просто расслабишься и будешь получать удовольствие?

- Я не хочу, - я резко качнула головой, из-за чего губы Дарио мазнули по моей щеке. – Пожалуйста… Пойми, я… ты… ты не привлекаешь меня, как парень. Я не хочу, с тобой ничего такого. Совершенно.

Я хотела отвернуться, но Де Лука пальцами сжал мой подбородок и заставил опять посмотреть на него. По телу скользнула острая, пронзающая дрожь от того, насколько темными сейчас казались его глаза.

- Точно. Тебе нравятся блондины, - Дарио наклонился ниже, так, что между нашими губами остались считанные миллиметры. Мы практически соприкасались в каком-то странном, ужасающем поцелуе, который сжигал нервы внезапно потяжелевшей атмосферой. Такой, которая давила на сознание. Уничтожала его. – В чем я еще тебя не устраиваю?

- Я тебя боюсь.

Я могла бы многое сказать. Если бы я так не тряслась от страха, обязательно произнесла бы – «Ты мне не нравишься». Раньше мне казалось, что этого должно быть достаточно для отказа парню. Обычно я так и делала, если требовалось. Друзей брата я в счет не брала. Они никакие мои слова не воспринимали. Над многими вовсе смеялись.

Но с Дарио все было в разы хуже. Я серьезно боялась сказать что-то не так. То, что наследник Каморры сочтет достойным для того, чтобы оборвать мою жизнь. Для него ведь что-то подобное проще простого.

- Зря, Романа. Я пока что тебе ничего плохого не сделал, - Дарио убрал руку из-под моей толстовки и я уже хотела выдохнуть хоть с какой-то толикой облегчения, из-за того, что мой лифчик так и остался застегнутым, как Де Лука внезапно подхватил меня на руки и поднял над полом.

Я вскрикнула и от неожиданности, растерянности, страха, пальцами вцепилась в его рубашку. Правда, ненадолго. Дарио опустил меня на кровать и я, почувствовав под собой мягкую поверхность, тут же разжала ладони, после чего немедленно отползла в сторону. К подушкам, сильно сминая их под собой.

- Я как ненормальный таскаюсь к тебе каждый гребанный вечер, веду себя достаточно тактично, до сих пор не выебал тебя. Разве я за это не заслужил хотя бы твои поцелуи при каждой нашей встрече? – Дарио сел на край кровати. Сейчас между нами было хоть какое-то расстояние, но ощущения безопасности оно не давало. Особенно, если учесть то, что я до сих пор видела значительную выпуклость в его штанах. – Я хочу намного больше, но, допустим, немного подожду. Исключительно потому, что знаю – у тебя раньше не было парней и ты, судя по всему, еще не готова. Как видишь, я пытаюсь делать наши отношения нормальными. Но мой контроль не вечный. Не расшатывай его, Романа. Ничем хорошим это для тебя не закончится.

Я сильнее плечом прижалась к изголовью кровати, из всех слов Дарио особенно сильно цепляясь за фразу, в которой он давал понять, что, возможно, готов подождать. Вот только, почему-то спокойствия это не дарило. Создавалось ощущение, что, за это «подождать» я в итоге заплачу непомерную цену. Намного большую, чем вообще можно себе представить.

Но все же, не отрывая от Дарио встревоженного взгляда, я спросила:

- Ты меня сейчас не тронешь?

- Нет, трону, но только от тебя зависит, как именно. Могу немного. Могу сильно.

Я судорожно выдохнула, подтягивая ноги к груди и обнимая колени руками.

- Пожалуйста, не нужно. Я не хочу с тобой…

Дарио рукой обхватил мою щиколотку и дернул на себя так, что я рухнула на кровать и скользнула вперед, буквально распластавшись на матрасе.

- Понятно. Значит, трону тебя сильно.

- Нет! Не нужно!..

- Нужно. Раз ты не хочешь меня, я буду это менять, - он навис надо мной, раздвигая мои ноги. Одним коленом упираясь в матрас между ними. Дергая мою толстовку вверх так, что тут же обнажилась грудь теперь скрытая лишь тканью лифчика.

Я закричала. Начала вырываться. Пытаться ударить Дарио, но чувствуя лишь то, как словно от кислоты таяла абсолютно любая надежда спастись. На мой крик никто не пришел. Дарио будто позволял мне это – почувствовать то, что мне никто не поможет. То, что я против него ничего не сделаю и все будет исключительно так, как желает Де Лука.

Это насквозь прожгло отчаянием. Разорвало мысли. Паникой уничтожило любую надежду и я, чувствуя себя так, словно летела в ад, быстро произнесла:

- Хорошо… Хорошо! Я согласна, только не трогай меня сильно. Пожалуйста. Умоляю!

Я сама не понимала на что согласна. И точно так же полностью не осознавала, что вообще произнесла.

Но Дарио остановился и, приподнимаясь на одной руке, посмотрел в мои глаза.

- Согласна, значит, - медленно произнес он. – Тогда, давай уговор и правила.

Он положил ладонь на мою щеку и большим пальцем провел по нижней губе. Это прикосновение показалось почти нежным. Почти.

- Какие… правила? – я с трудом выговаривала слова, но пыталась это делать. Все, что угодно, лишь бы он опять не лез мне под одежду.

- Первое – мы встречаемся, - Дарио наклонился к моим губам. – Ты больше не убегаешь от меня, не дергаешься и не отказываешь. В ответ я постараюсь по отношению к тебе все делать постепенно и осторожно.

Он вновь пальцем провел по моей губе. Еще более медленно, но настолько ощутимо.

- Второе – для тебя существую только я.

Ливень оглушающим грохотом бил о стекла. Возможно, поднялся ветер, ведь уже теперь я слышала и его порывы. Погода была по-настоящему ужасной, но в комнате царила настолько мрачная, давящая, жуткая атмосфера, что то, что творилось за окном казалось солнечным, теплым днем.

- Ты согласна с такими правилами? – Дарио наклонился немного ниже и уже теперь наши губы практически соприкасались.

Была бы возможность, я бы сильнее вжалась в матрас или вовсе растворилась. Сделала бы все, что угодно лишь бы не попадать в тот ад, который исходил от Дарио Де Луки, но у меня была лишь возможность неподвижно лежать под ним, чувствуя, как мое сердце грохотало и трещало.

Я не только сейчас проигрывала ему все, что только можно. Я лишалась всего.

- Да, согласна, - произнесла еле слышно, с трудом, даже болью выталкивая из себя эти слова.

В комнате повисла тишина. Даже ливень и порывы ветра перестали быть слышны. Где-то, за пределами этого номера, они все еще бушевали, но тут словно бы перестали иметь какое-либо значение.

Дарио очень медленно наклонился. Так, словно пытался уловить мою самую мельчайшую реакцию и я, понимая это, постаралась не дергаться. Он ведь именно этого от меня хотел? Чтобы я была послушной девочкой?

Наши губы соприкоснулись и я окончательно перестала дышать. Несколько секунд вообще ничего не происходило, но даже этого поцелуя хватило, чтобы все внутри обожгло и сердце забилось словно обезумевшее. Почему? От паники или осознания, что теперь я по своей воле обязана отдавать Дарио все, что он захочет? Возможно, и то и другое. Эмоции сплетались. Превращались в целые пожары и начали вовсе испепелять, когда Де Лука углубил поцелуй. Делая это медленно. Языком проводя по моей нижней губе, а затем им проникая в мой рот.

Я пальцами сжала покрывало, чувствуя, как кольцо на указательном пальце зацепилось за торчащие нитки. Пытаясь сдержаться и вновь не предпринять паническую попытку отстраниться. Каких же усилий мне это стоило.

Моя толстовка все еще была задрана до груди и Де Лука положил ладонь на мой обнаженный живот. Тут же ею поднимаясь выше, касаясь каждого миллиметра тела. Затем сжимая грудь и сквозь тонкую ткань лифчика, большим пальцем проводя по соску.

Я почувствовала то, насколько сильно его тело напряглось и уловила тяжелый выдох мне в губы, после которого Дарио вновь набросился на мои губы поцелуем. Уже теперь жестоким, грубым. Таким, от которого у меня перехватило дыхание и губы начало жечь.

Без возможности сопротивляться, вынужденная проявлять лишь подчинение, я ненавидела себя за то, что испытывала какую-то непонятную реакцию от близости с Дарио. Я сама не понимала, что это было. Раньше никогда подобного не испытывала. Радовалась тому, что пока что здравый смысл побеждал и страх, ненависть к Дарио были куда сильнее. Они уничтожали эту реакцию.

Этой ночью все закончилось лишь на поцелуях и на том, что Дарио исследовал каждый миллиметр моего тела. Пусть и делал это через одежду. Бесконечно долго. Жестоко. Давая прекрасно почувствовать, что это такое – его грубые руки на мне. Заставляя испытать то, что я раньше никогда не ощущала и чувствовать этого не желала. Не с ним.

***

Сидя на скамейке, я опять поднесла к губам стаканчик и сделала несколько глотков кофе. Учитывая то, что ночью я так и не смогла заснуть, казалось, что без него точно отключусь. Хотя, нет. Эмоции меня все еще пробирали куда мощнее кофеина.

Скосив взгляд вправо, я посмотрела на Дарио.

Мы все еще находились в Равелло. Ночь провели вместе в номере. Изначально Дарио предлагал поменять отель, но я, почувствовав от этого настороженность, отказалась. И, в итоге, очень сильно пожалела, ведь, как оказалось, Де Лука не собирался куда-либо уходить и нам пришлось вдвоем спать на той крошечной кровати.

И так, это была первая ночь в моей жизни, когда я спала на одной кровати с парнем.

Вот только я не спала. Скорее неподвижно лежала на боку, боясь пошевелиться. Из-за этого все тело затекло. Я жутко устала. Была измотанной.

Но зато я провела целые часы в полумраке смотря на Де Луку. Спящий он… лучше, чем не спящий. Во всяком случае, не вызывает хотя бы настолько сильных приступов страха. И выглядит непривычно расслабленным. Спокойным. Вот бы он почаще спал. И желательно подальше от меня.

Я опять отпила кофе.

Сейчас Дарио разговаривал с каким-то мужчиной лет сорока пяти. Этот верзила был одет в строгий костюм и совсем недавно вышел из недалеко припаркованного джипа. Учитывая то, что по отношению к Дарио он проявлял смиренную учтивость, я предположила, что это человек Каморры.

Интересно, сколько их сейчас в Равелло?

Еще двух я утром увидела рядом с гостиницей, когда мы с Дарио покидали ее. Они там стояли, как сторожевые псы, пока Де Лука не сказал тем громилам подготовить машину.

Закрыв глаза, я запрокинула голову. Боже, насколько же беспомощной я сейчас себя чувствовала. Словно сухой лист, который забросили в блендер. Еще немного и меня раскромсает на части. Может, это уже сейчас происходит.

Ведь почувствовать на себе внимание Каморры это все равно, что под поезд прыгнуть.

Телефон в кармане моей толстовки завибрировал и я, напрягшись, посмотрела на Дарио. Убедившись, что он стоит ко мне спиной, достала телефон.

Ближе к часу ночи мне звонил Деимос. К счастью, тогда я телефон держала в руке. Как раз взяла его, чтобы посмотреть на время и быстро успела отключить звонок, пока Дарио не заметил мужское имя высветившееся на экране и, что хуже – фотографию на которой я целовала Деимоса. В прошлом месяце я поставила ее на номер своего парня.

Звонок повторился и я, вновь отключив его, постаралась как можно более незаметно ускользнуть в ванную. Там убрала эту фотографию и начала писать Деимосу сообщения. Солгала, что в моей комнате покрасили стены, из-за чего я вынуждена ночевать в комнате сестры. По этой причине, общаться могу лишь через сообщения, чтобы не разбудить ее.

Насколько же ужасно я чувствовала себя, пока отправляла Деимосу эту ложь. Так, словно уже начинала гореть в аду, где мне самое место.

Я бы не сказала, что смирилась с тем, что нашим с Деимосом отношениям пришел конец. Скорее, я просто понимала, что это неисправимо. И мы расстанемся. Вернее, уже это сделали. Но этот период веял чем-то действительно ужасным.

Попытки причинить дорогому человеку как можно меньше боли в тяжелый для него период, казалось, делали лишь хуже.

И я раз за разом задавалась вопросом – может, стоит прямо сейчас рассказать Деимосу правду? О том, что я только что была в постели с другим. Он ко мне прикасался. Целовал.

И я даже начала печатать сообщение. Пусть Деимос меня ненавидит. Я этого заслужила.

Но, до того, как я успела отправить его, Демос написал, что его отец в коме.

У меня опустились руки. Душу болезненно сжало и я, опустившись на плитку, подтянула ноги к груди. Лицом уткнулась в коленки.

Чувствовала ли я то, насколько Деймосу паршиво? Еще как. Он пытался этого особо не показывать. Я и это улавливала. Но от некоторых его слов душу разрывало в клочья.

В итоге я так и не написала ему правду. Об этом тоже сожалела. Я сейчас вообще обо всем сожалела. Мне только это и оставалось, как настолько бестолковому, беззащитному существу.

Но я обещала себе, что все исправлю. Как только отцу Деимоса станет лучше, я напишу о расставании. Поставлю точку.

Сейчас, доставая телефон из кармана, я думала, что мне опять написал Деимос, но увидела сообщение от Ариго.

«До тебя невозможно дозвониться. У тебя все в порядке?»

Я проверила пропущенные звонки, но таковых не оказалось. Опять сеть плохо ловит. Но, может это и к лучшему. Пока Дарио рядом со мной, может мне вообще лучше выключить телефон.

«Тут сеть плохо ловит. У меня все сравнительно нормально, но Дарио нашел меня прошлой ночью. Мы с ним теперь встречаемся»

Учитывая то, что Де Лука находился неподалеку, мне пришлось писать очень быстро. Не было времени даже подумать о том, что именно я написала и как это может выглядеть.





Глава 24 Вопросы


Ответ от Ариго пришел практически сразу. Не прошло даже половины минуты, но прочитать его я не успела. Краем глаза заметила, что Дарио перевел на меня взгляд и я, с трудом сдержавшись, чтобы не вздрогнуть, попыталась изобразить скучающий вид, вертя в ладони телефон так, словно он мне сейчас вообще не нужен.

Я хотела подождать, пока Де Лука отвернется, после чего опять открыть переписку с Ариго. Слишком многое мне требовалось ему написать. Но, Дарио еще что-то сказав тому мужчине, пошел в мою сторону.

Пришлось собрать все свои эмоции, засунуть их куда подальше и вернуть телефон в карман толстовки.

- Ты голодная?

- Нет, - ответила, качнув головой. Ложь.

Я даже не помнила, когда ела в последний раз. Наверное, еще вчера в обед. В столовой университета. Из-за этого живот с ночи сводило голодом, но я предпочитала дождаться, когда мы вернемся в Неаполь и уже там уйдя от Дарио, спокойно поесть. Он же меня отпустит домой?

Дарио лениво поднял ладонь. Я успела уловить это движение, но все равно сильно вздрогнула, когда он пальцами поддел мой подбородок. Огромных усилий мне стоило удержаться на месте. Не отстраниться назад. Но внутри все равно все натянулось.

- Утром ты особенно прекрасна, - Де Лука подушечкой большого пальца ощутимо провел по моей щеке. И, почему-то от этого касания мне стало не по себе.

- Не знала, что наследник Каморры способен на такие комплименты, - я заставила себя выдавить эти слова. Зачем? Чтобы показать, что страх меня сжирает не настолько сильно и я в состоянии разговаривать? Так это ложь. Страх меня полностью уничтожал. Я все утро только и делала, что представляла себя в кандалах, в каком-нибудь подвале.

- Тоже этого не знал, - Де Лука посмотрел на мои губы. Тем взглядом, из-за которого все внутри похолодело и я вообще не могла сделать ни вдоха, когда Дарио наклонился. Одной рукой опершись о спинку скамейки. Вторую ладонь положив мне на затылок. Сокращая расстояние и своими губами накрывая мои. Изначально в медленном, но ощутимом соприкосновении. Затем сминая мои губы. Заставляя меня немного набок наклонить голову и языком проникая в мой рот. Целуя грубо. Жестоко. Не давая сделать ни вдоха.

Прошлой ночью, я пыталась научиться смирению. Тому, чтобы не дергаться, не пытаться отстраниться, не сопротивляться. Казалось, у меня, с огромным усилием, но кое-как начало получаться, вот только уже сейчас я осознавала, что это не так. Поцелуй с Дарио был словно мощный яд, обжигающий губы. Превращающий их в пепел. И желание прервать все это было хуже пытки. Я еле сдерживалась.

Почувствовав, что Де Лука наконец-то разорвал поцелуй, я, словно каменная, отклонила голову назад. Пытаясь отодвинуться вбок, в жуткой надежде, что не последует следующего поцелуя и еле сдерживаясь, чтобы не вытереть губы тыльной стороной ладони.

Дарио посмотрел мне в глаза. Изначально, я в его собственных увидела что-то странное, непонятное. Похожее на жажду граничащую с той, которая вообще может быть у человека, жар, восхищение. Или же мне просто показалось, ведь уже в следующее мгновение эмоции в глазах Де Луки изменились. Я не знала, что он увидел на моем лице, но Дарио очень сильно помрачнел. Настолько, что я, испугавшись, еще сильнее сжалась.

Кажется, он собирался что-то сказать, но в итоге промолчал. Отстранился от меня и из кармана достал пачку с сигаретами.

Некоторое время я настороженно наблюдала за тем, как Дарио взяв зажигалку, щелкнул ею и подкурил сигарету. В воздухе повисло что-то тяжелое, ужасное. Сам Де Лука казался очень напряженным, но, поскольку он пока что молчал и на меня не смотрел, я в попытке успокоиться, постаралась отвести от него взгляд.

В основном, я рассматривала здания и пила кофе, который чуть не пролила во время поцелуя. Затем обернулась к тротуару и наблюдала за еще сонными людьми идущими в такую рань на работу.

Из-за этого вовремя не заметила, что неподалеку остановилась еще одна машина. Поняла это лишь, когда Дарио пошел в ту сторону. Возможно, там были его люди и они передали Де Луке огромный букет роз и небольшой бумажный пакет.

- Держи, - Дарио отдал мне букет и этот пакет. – Надеюсь, тебе нравятся розы и шоколад.

Я все это приняла по двум причинам. Первая – я растерялась. Вторая – побоялась отказаться.

- Так они тебе нравятся? – спросил он, так и не получив моего ответа на свои последние слова.

Де Лука присел на корточки передо мной и, смотря мне в глаза, убрал сигарету от губ, медленно выдыхая дым.

- Нравятся, - сказала, пытаясь удержать цветы, но на самом деле, думала о том, нормально ли будет просто взять и отложить их в сторону? Но, под настолько пристальным, пробирающим взглядом Дарио, делать этого не решилась.

Он немного опустил веки. Почему-то показался еще более мрачным.

***

Наклонившись к окну, я посмотрела на улицы, которыми заканчивался Равелло. Жаль, конечно, что я так и не познакомилась с этим городом, но сейчас у меня имелись проблемы куда похуже.

Я скосила взгляд на Дарио.

Он вел машину. Безразлично смотрел на дорогу. А я лишь сейчас на костяшках той руки, которую Де Лука держал на руле, увидела несколько шрамов.

- Не думала, что я настолько значимая личность, что могу быть впутана в дела Каморры, - произнесла, пальцами сжимая стебли роз. Возможно, это было из-за нервозности. Страха того, что я решила затронуть эту тему. Хоть и пыталась делать это очень осторожно. Издалека. – Получается, я дорога тому, с кем враждует дон Каморры? Это кто-то настолько серьезный?

Я очень пристально смотрела на Дарио, но он даже бровью не повел. И ничего не ответил.

- Ты, можешь, пожалуйста, сказать, что это за человек? – я еще сильнее сжала букет. Не понимала, почему вообще до сих пор его держала. Хотя, мне же просто некуда было его девать.

На этот раз Дарио перевел на меня взгляд и в его глазах я ничего хорошего не увидела.

- Опять ты задаешь такие вопросы? – тяжелый голос Де Лука, словно бы намекал, что мне не стоит касаться этой темы. Я зря это сделала.

Инстинкты завопили о том, что мне стоит замолчать, но неведение мне сейчас казалось куда страшнее.

- Я перестала спрашивать об этом по той причине, что была уверена – твой отец ошибся. Во всем, - поворачивая голову, я скулой случайно прикоснулась к лепесткам роз. – Но учитывая то, что ты сын дона Каморры… сомневаюсь, что такие люди ошибаются.

Я вновь пристально посмотрела на Дарио. Пыталась уловить мельчайшие эмоции на его лице. Но их не было. Лишь ощущение, что ему очень сильно не нравится то, чем я интересуюсь.

Я опустила взгляд. До боли прикусила кончик языка, но, так и не услышав никакого ответа, с содроганием переступила через внутренние инстинкты и решила спросить:

- Ты можешь, пожалуйста, ответить всего лишь на два вопроса? Обещаю, что после этого больше не буду затрагивать эту тему, - я нервно поерзала на сиденье. От Дарио вновь была лишь тишина. Но, поскольку он не отказал, я решилась: - Я правильно понимаю, что раз этот человек враг твоего отца, значит он значительно старше меня? И… он ко мне испытывает чувства именно, как к женщине?

Я заметила, что Дарио сжал ладонь на руле. Сильно. Так, что костяшки побелели и под кожей проступили вены.

Некоторое время в машине царила тишина. Слишком долго. Так, что я уже перестала надеяться на ответ, но все же я его получила.

- Да и да, - произнес Де Лука тем голосом от которого у меня по коже скользнули мурашки.

С губ сорвался рванный выдох и я спиной вжалась в сиденье. То есть, где-то есть сорокалетний старик, которому я приглянулась, как женщина? Ему же должно быть примерно сорок? Или сколько?

Мысли вспыхнули в голове. Начали разбегаться. Через них ворвался разумный довод, что Дарио, возможно, солгал мне, но…

Я сильно вздрогнула от того, что Де Лука вплел пальцы в мои волосы. Сжал пряди и заставил посмотреть на него.

В судорожных вспышках мыслей, я лишь сейчас поняла, что он припарковал машину рядом с обочиной.

- Ты для него на первом месте, но, если я узнаю, что ты решила побежать к нему за помощью… - Дарио наклонился к моему уху. – Я такое не прощу и глаза не закрою.

Было в голосе Де Луки то, что заставило испугаться так, как никогда раньше. До онемения. Так, что я даже не сразу смогла сказать, что я не знаю, кто это и вообще ни в чьей помощи не нуждаюсь.





Глава 25 Клубничка


Дарио отвез меня к дому Леоне, но перед тем, как отпустить, опять поцеловал. Наверное, для парочек это нормально – целоваться перед прощанием, но лично для меня это было словно смертельно опасная близость с чудовищем. То, от чего сердце замирало и все внутри натягивалось так, словно вовсе собиралось порваться.

- Во сколько ты вечером освобождаешься? – оставив еще один поцелуй на моей скуле, Де Лука отстранился. Медленно, но при этом пальцами пробираясь под мою толстовку и ими касаясь обнаженной кожи над поясом джинсов.

- В восемь, - я попыталась немного иначе взять букет. Во-первых, он слишком огромный и держать его было не так просто. Во-вторых, надеялась, что из-за цветов Дарио будет неудобно прикасаться ко мне и он в итоге перестанет это делать.

- Хорошо. Я за тобой заеду, - Де Лука оставил на моих губах еще один поцелуй и лишь после этого убрал руку.

Я восприняла это, как свободу и, попятившись назад, одну руку завела за спину, пытаясь открыть ворота.

- Я пойду, - на всякий случай предупредила.

Дарио меня не остановил и я тут же скользнула на территорию сада. У семьи Леоне он не большой. Буквально пять метров и я оказалась около входной двери. Она оказалась запертой и я выдохнула с толикой облегчения – значит никого нет дома.

Из-за букета я пару раз чуть не упала на лестнице и, зайдя в свою спальню, в итоге бросила его на стол. Даже мне что-то такое казалось кощунством. Розы не просто красивые – они великолепные. Но я все равно не могла заставить себя отнестись к цветам так, как следует.

Тем более, предыдущий букет от Дарио я выбросила. Еще не хватало, чтобы его увидела старшая сестра. И с этим букетом, по той же причине мне придется поступить точно так же. Иначе у меня будут проблемы.

Я упала на кровать, но практически сразу села на ней. Черт, я забыла забрать у Дарио в машине свою сумку.

Сдавленно выдыхая я вновь рухнула на подушки. Как же я устала. От всего.

Некоторое время неподвижно лежа, я пыталась переварить все, что произошло прошлой ночью и сегодня утром. Пока что не получалось. У меня в голове вообще никак не вмещалось то, что мы с Де Лукой теперь действительно встречаемся. За что мне все это?

Перекатившись на край кровати и, чуть не упав с него, я в итоге кое-как села и посмотрела на стену. Внешне Дарио не так уж и плох. Возможно, он даже весьма привлекателен. Правда, совершенно не в моем вкусе.

Вот только, даже это сейчас играло самую последнюю роль. На первом месте – удушающий страх перед этим монстром.

Я и так боялась Дарио, когда он пришел ко мне и сказал, что мы теперь встречаемся, а после того, как я узнала, что он сын дона Де Луки и единственный наследник Каморры, у меня вовсе паникой сожрало сознание.

Каморру не просто так называют кровавой. В Кампании их настолько сильно боятся как раз по той причине, что этот клан не прощает даже мелочь. Соприкосновение с ними это, как шаг за грань смерти.

И меня трясло от мысли, что я теперь нахожусь рядом с таким человеком.

Поднявшись на ноги, я начала расхаживать по комнате. Быстро, рвано перебирая мысли, старалась успокоиться.

Ничего страшного. Наверное. Я буду вести себя послушно и спокойно. Рано или поздно Дарио устанет от меня и я буду свободна. Хотя, конечно, очень сильно хочется, чтобы это произошло как можно скорее.

Проходя мимо зеркала, я остановилась и с острым недовольством посмотрела на себя. Если я правильно поняла, Дарио понравилась моя внешность. Наверное, мне стоило одеваться еще более уродливо. Проблем было бы меньше.

Достав телефон из кармана толстовки, я открыла переписку с Ариго. Прочитала несколько последних его сообщений:

«В каком это смысле вы начали встречаться?»

«У тебя все хорошо или нет?»

«Мелочь, я волнуюсь»

«Черт раздери, ответь. Ты там еще жива?»

Я вышла из переписки и набрала номер Ариго. Он ответил сразу же:

- Да. Ты в порядке? – голос внука моего Бога был насквозь пропитан тем тяжелым напряжением, от которого даже у меня по коже скользнули царапающие мурашки. – Где ты сейчас? Де Лука рядом?

- Нет, я сейчас дома. Одна. У меня все сравнительно хорошо.

Это «хорошо» было крайне спорным. Даже лживым, но меньше всего мне сейчас хотелось, чтобы Ариго волновался. Это ничего не изменит.

Я коротко рассказала Ариго о том, как Дарио вчера вечером пришел ко мне и то, что в итоге мы с ним начали встречаться. Насчет последнего я очень тщательно подбирала слова. Не могла сказать ему, что прямо хотела этих отношений. Это было бы той ложью, из-за которой мне следовало себе язык откусить, но и критичность ситуации я тоже предпочла не описывать.

Мы с Ариго опоздали.

Если бы меня уже успели представить, как ученицу Авогадро и я сумела бы доказать, что чего-то стою и, если бы сейчас шла речь о ком угодно, но не о наследнике Каморры, возможно, у нас могло бы что-то получиться. А так… Мы опоздали.

Пока что я не видела другого варианта кроме, как перетерпеть. Иначе я чувствовала – за любые другие действия я могу поплатиться Ариго. Я не должна его во все это впутывать. Он и так слишком много для меня делал.

- Поэтому не переживай, - сказала, пальцами сильно сминая бутоны роз. – Мы с ним сходим на несколько свиданий, после чего разойдемся в разные стороны.

- Ты хоть понимаешь, о ком речь? Какие еще несколько свиданий? Мелочь, это наследник Каморры. На одном из таких свиданий он может тебя ради развлечения в реке утопить.

Моя ладонь онемела от того насколько сильно я сжала розу. Я много всякого слышала про Дарио Де Луку, но, успокаивая себя, могла попытаться принять мысль, что, может, все это не такая уж и правда.

Вот только, Ариго про Де Луку знал куда больше и уж точно не просто слухи, из-за чего его слова про утопление в реке мощно полоснули по сознанию.

- Он… - я рвано выдохнула. – Не такой уж и плохой.

Мне захотелось все-таки взять и откусить себе язык. Но, кое-как переборов это желание, я продолжила:

- Цветы мне подарил, домой отвез и пока что не тронул. С ним даже можно… договориться.

Господи, какая же все это ложь. Договориться с Дарио Де Лукой. Ага. Конечно.

- Мелочь, ты случайно головой не ударилась? – судя по всему, Ариго тоже понимал, что Дарио не тот, кто может принять чужое мнение.

- Нет. Тебе правда нечего переживать.

- Может, ты еще скажешь, что влюбилась в него?

- Ну…

В Де Луку может влюбиться разве что самая отчаянная и больная на голову мазохистка. Но это мое «Ну…» даже без продолжения заставило Ариго считать, что я и есть та самая мазохистка. Он очень многое высказал мне по этому поводу. В том числе и то, что он считал меня умнее, а, оказывается, я та, у которой напрочь отключилось чувство самосохранения при виде симпатичного парня.

Я не стала переубеждать Ариго. Пусть лучше считает так, чем будет пытаться вытащить меня из этого ада, из-за чего в итоге сам пострадает.

Пытаясь перевести тему, я сказала, что тот человек которому я так дорога и правда старше меня. А еще он действительно заинтересован во мне, как в девушке.

Но, к сожалению, я до сих пор не могла понять, кто же это может быть.

***

Я не знала было это верным решением или нет, но я решила пойти в университет. Пусть и с опозданием на две пары.

Когда я вошла в учебное заведение, как раз была перемена и, прекрасно зная, что в это время большая часть моей группы в столовой, я тоже поплелась туда. Или же по той причине, что я до сих пор не поела, а голод уже теперь буквально уничтожал.

Войдя в столовую, я сразу бросила взгляд на столы, которые занимала моя группа. После этого взяла себе булочку, холодный чай в банке и пошла к ним.

- Ты где была? – Кьяра убрала свою сумку, давая мне возможность сесть. Больше пустых мест тут не имелось. Вся столовая забита студентами. Кое-кто даже на подоконниках сидел. – Профессор Бертолуччи был недоволен твоим отсутствием.

Я поморщилась. Почему-то этот старый маразматик меня ненавидел. Каждая пара у него для меня была как сплошная пытка. Как бы я не готовилась и как бы хорошо не знала материал, он все равно найдет к чему придраться. На прошлой паре, после того, как я правильно ответила на все его вопросы, он прицепился к моим рванным джинсам. Устроил мне круг из унижения, так что с меня знатно посмеялись некоторые одногруппники. Вернее, особенно сильно отличился один из них.

Я скосила взгляд и посмотрела на Амато. Он словно бы вышел из американского фильма про капитана школьной команды по регби. Голубоглазый блондин с мускулами, которые явно были в разы больше, чем его мозги.

Изначально мы с Амато неплохо общались. Даже подходили к тому, что стало похоже на дружбу. Все-таки, на некоторых парах мы сидим недалеко друг от друга и я, если требовалось, делилась с ним конспектами. Амато иногда приносил мне шоколадки или кофе. Общих тем для разговоров у нас было не так уж и много, но, поскольку теперь нам на протяжении пяти лет придется практически каждый день видеться, хорошие взаимоотношения с одногруппниками казались вполне хорошим вариантом.

Но насчет Амато все посыпалось, когда он начал оказывать мне неоднозначные знаки внимания. Приглашать на свидания. Я мягко отказывалась. Говорила, что у меня уже есть парень и в итоге все это превратилось в ад. Особенно, после того, как Амато зажал меня в одном из коридоров и я, в попытке вырваться, плеснула в него кофе. Но облапать меня он тогда все-таки успел.

С тех пор взаимоотношения между нами все накалялись и накалялись. Если имелась возможность как-либо задеть меня, Амато ею пользовался.

Возможно, почувствовав мой взгляд Амато обернулся. К сожалению, я не успела посмотреть в другую сторону.

- Чего пялишься, Клубничка? Отсосать хочешь? – спросил он, хищно приподняв уголок губ. Несколько его друзей засмеялись, напоминая мне шакалов. Обычные шестерки, бегающие за Амато в надежде хоть немного приподнять свой статус.

«Клубничка». Как же я это ненавидела. Амато всем рассказывал, что мне было бы не плохо в порно сниматься.

Я подняла ладонь и показала ему средний палец, после чего отвернулась и принялась распаковывать свою булочку.



От автора: Дорогие девчонки, сегодня действует скидка на мою книгу "Кричи, моя Шион". Я ее вам очень советую) Там жарко, огненно, остро и незабываемо))

Ссылка на книгу:





Глава 26 Жду


- Эй, Клубничка, подожди. Да стой же ты, - Амато догнал меня в коридоре и, прежде чем я успела скользнуть к лестнице, преградил мне путь. – Куда идешь? Аудитория в другой стороне.

- С каких пор я обязана отчитываться перед тобой? – держа ладони в карманах толстовки, я отступила назад, поясницей случайно задевая огромный вазон, в котором росла… пальма? Я до сих пор не понимала, что это за растение, хоть и видела его каждый день, когда ходила на университетский стадион.

- Я твой одногруппник и переживаю о тебе, - Амато рукой оперся о стену. Сейчас на нем футболка, из-за чего были прекрасно видны каменные мышцы – результат множества тренировок. – Ты сегодня и так две лекции пропустила. Вдруг опять куда-нибудь свалишь?

- Ты бы лучше за собой смотрел. И, раз ты такой добренький, сходи домой к Томмазо. Он уже несколько дней в университете не появляется, - я попыталась обойти его, но Амато ловко вновь преградил мне путь.

- А чего это ты на меня в столовой пялилась? Неужели начала сохнуть по мне? – его губы расплылись в хищной и явно самовлюбленной улыбке.

Я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. Господи, да я же просто на него посмотрела. Судя по всему, мне и этого не следовало делать.

Амато являлся спонсором моего адского существования в университете.

Это место вообще не могло быть простым. Слишком огромное значение имеет иерархия, вражда между разными группками студентов. Один неверный шаг и тебя заклеймят. Сделаешь что-то неоднозначное и за тобой потянутся мерзкие слухи, а как раз они уже являлись поводом для издевательств. Тут ведь такой принцип – начнешь кого-нибудь травить, тогда больше шансов, что тебя не тронут.

Я ничему плохому не подвергалась. В принципе, нормально общалась с большинством одногруппников, но Амато все-таки любил усложнять мне жизнь. Цепляться ко мне. Пускать кое-какие слухи. Как-то рассказывал, что мы с ним целовались на остановке. Еще из-за него ко мне прицепилась это дурацкое прозвище «Клубничка». Мне даже было интересно – меня теперь так до конца учебы будут называть? В самой «Клубничке» не было чего-то сверх ужасного. Вон Марко вообще называют «Бачком». Но в прозвище для меня Амато вложил чертово порнушное значение.

- Кажется, я уже говорила, что ты, как парень интересуешь меня меньше, чем никак. Если бы ты не был таким придурком, может, мы бы до сих пор дружили, а так, катись к черту и гори в аду, - я быстро обогнула Амато. Он попытался схватить меня за руку, но я, увидев на лестнице сеньора Ванцетти, быстро окликнула его.

К счастью, из-за появления преподавателя Амато больше не мог цепляться ко мне и я смогла убежать от него.

Мне пришлось притвориться, что я не поняла кое-какие моменты со вчерашней лекции сеньора Ванцетти и, как только он мне их объяснил, я поблагодарила преподавателя, после чего побежала дальше.

Выбежав во двор, я пронеслась по нему, свернула налево и уже вскоре оказалась на стадионе. Быстро спустившись по трибуне, я, под навесом уже вскоре увидела парня в черной толстовке. Плюхнулась на сиденье недалеко от него, достала из кармана булочку в целлофановой упаковке и бросила ее ему на колени.

- Держи. Сегодня были только с вишней, - сказала, пытаясь отдышаться.

Возможно, он не заметил моего приближения, но сейчас опустил взгляд на булочку, затем медленно перевел его на меня. Его серые глаза, как всегда казались снежной, ледяной бурей.

Я тоже посмотрела на него. На джинсы, толстовку и немного растрепанные от ветра черные волосы.

Он – третьекурсник. А еще – университетский изгой. То есть, в каждой группе имелся тот, против кого объединялись все остальные. Но именно этот парень являлся черным пятном абсолютно для всех. Всегда один. Нелюдимый. Тот, от кого отворачивались так, словно он собой олицетворял чуть ли не чуму. Что-то невообразимо грязное. И, если хоть кто-то увидит, что я с ним общаюсь – мне будет конец. Моя же группа от меня отвернется.

Но честно, иногда было настолько плевать – вот это чертово ощущение, что ты прямо обязана выбирать с кем разговаривать и с кем проводить время.

Хоть и меня с этим парнем толком ничего не связывало. Лишь короткие встречи на стадионе. В месте, где из-за навеса нас никто не видел.

- Ешь, - я указала на булочку. – А то мне сегодня нужно выговориться. Прости, но сейчас ты будешь страдать.

Когда я увидела его впервые? Этого я толком не помнила. Наверное, в коридоре университета. Лишь мельком, но все же. Позже я узнала про его статус изгоя, который был виден и без лишних слов, но девчонки из старших курсов ко всему прочему еще многое рассказали.

Немного позже я этого парня увидела тут на трибуне. Когда было теплее, мы с клубом легкой атлетики после занятий бегали на стадионе и я, временами смотря на трибуны, видела черное пятно. Однажды, после клубной деятельности зашла сюда и поняла, что это было за «черное пятно». Тогда я ему впервые отдала булочку. Во-первых, у меня была лишняя. Во-вторых, я этого парня раньше никогда не видела в столовой. И мне… было его жаль? Лично я не смогла бы провести весь день без еды, поэтому начала ему ее носить. Или возможно дело во мне. Я понимала, что схожего в нас ровно ноль, но, почему-то смотря на него, я вспоминала свое одиночество, которым захлебывалась до того, как смогла нормально ходить. Возможно, я сейчас выглядела нормально и вела более-менее хорошую жизнь, но за всем этим все так же скрывалась все та же изуродованная девчонка.

Изначально я просто отдавала ему булочку и уходила. Он от нее не отказывался и я продолжила этим заниматься. Со временем иногда тоже стала сидеть на трибунах. Затем наступил момент, когда я попыталась с ним поговорить. И поняла, что он, к сожалению, немой. Изначально я от этого растерялась, но со временем я поняла, что это не мешает мне выговариваться ему. Естественно, я никогда не говорила ничего лишнего. Просто поверхностные возмущения или, наоборот радость. Он ел, я – что-то рассказывала. На этом все. Возможно, уже скоро наши встречи прекратятся. Пройдет еще немного времени и мы не вспомним друг друга, но, пока что, я не знала, как ему, но мне было более чем комфортно.

- И так… - я скрестила руки под грудью и смотря на стадион, спросила: - Почему парни такие придурки?

Краем глаза я заметила, что он повернул голову в мою сторону и, кажется, приподнял бровь.

- У девушек такого нет. Мы более адекватные. Никого не преследуем. Ни к чему не принуждаем. Наверное. То есть, я, конечно, за всех говорить не могу, но все-таки, парни определенно еще те недоумки.

Я долго возмущалась утверждая, что парни агрессивные придурки, думающие мускулами или тем, что в штанах. Да я вообще много чего говорила, но на самом деле оно толком не отображало того, что творилось у меня в голове.

Сегодня Амато навел меня на не совсем приятные мысли. На понимание того, что я и ему, пусть и сопротивляюсь, но он все равно с легкостью отравляет мне жизнь. Пока что не критично, но вдруг наступит момент, когда я проиграю Амато и наступит действительно паршивая ситуация? Нам ведь учиться вместе больше четырех лет.

И при этом Амато является сравнительно безобидным. Он хотя бы не переходит грань. А что сказать про брата и его друзей? И, тем более, что сказать про чудовище Дарио?

На душе становилось паршиво от мысли, что я пыталась доказать Ариго, что никому не позволю тронуть себя, а в итоге практика показывала ровно противоположное.

Как? Черт раздери, как мне это изменить?

***

В восемь вечера, готовясь к окончанию смены, я через окно кофейни увидела машину Дарио. Как и его самого. Де Лука стоял около внедорожника. Курил.

В этот момент я протирала стакан и сжала его с такой силой, что чуть не раздавила.

Я, конечно, помнила, что Дарио сказал, что заедет за мной после окончания смены. Как такое вообще можно забыть?

Но все-таки, каждое мгновение надеялась, что этого не произойдет.

Пришла владелица кофейни, чтобы меня сменить и я поплелась в кладовую переодеваться, так, словно направлялась на казнь.

Прошло минут двадцать и я вышла на улицу. Намеренно всячески тянула время, надеясь, что Дарио уедет, но этого так и не произошло.

Чувствуя на себе взгляд Де Луки, я остановилась. Замялась на тротуаре.

- Как девушка должна встречать своего парня? – спросил Дарио, выдыхая дым и, отщелкивая окурок в большую, стальную урну-пепельницу.

- Не знаю. У меня раньше не было парня, - солгала.

- Я жду твой поцелуй.

Мне физически показалось, что ноги приросли к тротуару. Холодный ветер взъерошил волосы, пробрался под толстовку и я с невыносимым трудом заставила себя сделать несколько шагов в сторону Де Луки.

Весь день я пыталась смириться с мыслью, что мы теперь встречаемся. Пока что не получалось, но я хотя бы пыталась представить перед собой Деимоса. Если бы я сейчас увидела его, точно хотела бы поцеловать.

Подойдя к Дарио, я закрыла глаза. Пытаясь держать в сознании образ Деимоса, поднялась на носочки. Вздрогнула, стоило Де Луке положить ладонь на мой затылок и, в итоге он сам накрыл мои губы своими. Не просто в соприкосновении, а в жестком, грубом поцелуе.





Глава 27 Хочу


- Блядь, - заходя в комнату, Дарио сорвал галстук. Сжал его в ладони до побелевших костяшек и отбросил на стол, после чего начал подкатывать рукава на рубашке. Стали видны вены, проступившие под кожей на руках.

- Что случилось? – Дионис, до этого сидящий на диване, резко поднялся на ноги. Раньше он Де Луку таким не видел. В любых ситуациях Дарио всегда держал себя под полным контролем и такой его вид сразу приводил к крайне паршивым мыслям. Явно произошло что-то критично хреновое. То, чего раньше не бывало. – Кого-то убили? Какие-то умалишенные уебки решили влезть на территорию твоего отца?

Нет. Раньше такое временами происходили. Дарио подобные вопросы решал просто. Жестоко. Кроваво. Так, чтобы в дальнейшем никто не смел заходить на запрещенную территорию и, тем более, нападать на членов Каморры.

Дионис бросил быстрый взгляд в сторону дивана, взглядом пытаясь найти свой телефон. Он еще не знал, что случилось, но, учитывая то, как Де Лука выглядел, нужно срочно звонить Анчелотти. Или сразу Гальярдини.

Дарио остановился рядом с подоконником, на котором стояла пепельница и лежала его пачка с сигаретами. Подкатывая рукав уже на второй руке, он бросил мрачный, ужасающий взгляд на Диониса.

- Скажи, что со мной, блять, не так? – спросил он, приподнимая уголок губ в жутком оскале. – Я какой-то урод или что? Какого хрена я ей не нравлюсь?

Дионис наконец-то нашел свой телефон, но так и замер, не успев взять его в ладонь.

- А? – он перевел взгляд на Де Луку не понимая, что вообще только что услышал. – Ты о чем?

- Романа Редже, - Дарио взял зажигалку. Несколько раз ею щелкнул так, что огонек зажегся только после нескольких искр. – Я ей не нравлюсь. Какого хрена?

Дионис некоторое время, не моргая смотрел на Дарио, все еще не понимая, что вообще происходит.

- Ну… Это нормально. Иногда девушкам могут не нравиться определенные парни. Дело вкуса, - произнес он, пытаясь выйти из ступора. При этом чувствуя себя полнейшим идиотом и не осознавая, почему вообще говорил такую ересь. Да и что, черт раздери, нашло на Де Луку?

- Это меня не касается. Я во вкусе всех женщин, - Дарио подкурил сигарету.

- Раз ты не нравишься Редже, получается, что нет? – Дионис медленно выдохнул. Он не понимал, что все это значило, но, черт, лучше бы просто кого-нибудь убили.

Де Лука сжал сигарету с такой силой, что она рассыпалась. На его губах вновь возник оскал и, в итоге он швырнул стол с такой силой, что тот отлетел в сторону. Раздался грохот. В стороны разлетелись бумаги.

Грязно выругавшись, Дарио взял новую сигарету.

- У тебя с ней все настолько паршиво? – Дионис остался стоять на месте, но у него по коже скользнул холодок. Ему остро не нравилось то, что сейчас происходило.

- Да, - это единственное, что сказал Дарио умолчав о том, что, когда он прошлой ночью в отеле несколько часов целовал Роману, единственное, что она делала - это зажималась. Словно просто терпела. Де Лука к такому не привык. Обычно женщины под ним текли, извивались, просили еще. Ему было глубоко плевать на их удовольствие, но именно с Романой у него происходило что-то ненормальное. Дарио не желал думать о том, что прошлой ночью он отдал бы слишком многое, лишь бы она хоть раз сама прижалась к нему. А если бы она простонала его имя…

Выдыхая дым, Де Лука запрокинул голову и закрыл глаза. Однажды ему удалось довести Редже до оргазма и это было самое охрененное, что он испытывал в своей жизни. Но, дьявол, как это повторить? Как получить еще? Как добиться того, чтобы она в его руках дрожала от желания и просила еще?

- Ты в нее влюбился? – Дионис спросил это очень осторожно.

Дарио открыл глаза и опять поднес сигарету к губам.

- Конечно, нет. Что за хрень ты несешь? – он сделал медленную, глубокую затяжку. – У нее задница отличная. Лицо неплохое. На этом все.

- И тебя просто бесит, что девушка, которую ты намерен выебать, тебя не желает? Слушай, я уже говорил, чтобы ты был поосторожнее с Редже. Она охренеть какая горячая. Думаю, мужского внимания у нее достаточно и ты для нее лишь один из множества.

- Заткнись.

- Я бы заткнулся, если бы ты не начал выходить из себя и столы швырять. Найди себе другую. Я серьезно. Может эта другая будет не настолько горячая, как Редже, но это не означает, что она будет хуже.

- Найду, - Дарио сбил пепел. – Я с Редже не навсегда, но пока она рядом я хочу ее выебать.

- Черт, она с такой внешностью до сих пор остается девственницей. У нее даже парня еще не было. Думаю, она достаточно упряма и так просто тебе не даст.

- Даст.

Дионис медленно выдохнул.

- Да просто найди себе другую. Тебе уже и невеста нужна. Она, кстати, у тебя есть. Если не подходит, рассмотри другие варианты. У тебя есть чем заняться.

- Я уже сказал – я найду себе другую. Но сейчас я хочу только одного – выебать Роману.





Глава 28 Брелок


Разрывая поцелуй, Дарио губами опустился ниже. Ими жестоко прикасаясь к скуле, затем к шее. Одной ладонью сжимая попу. Второй пробираясь под толстовку и пальцами ощутимо проводя по обнажившейся пояснице. Рывком вжимая в свое тело, которое мне сейчас казалось слишком напряженным.

- Мы… на улице. Тут много людей, - пытаясь отдышаться, я ладонями сильно уперлась в плечи Де Луки, чувствуя, как мышцы под пальцами стали вообще каменными. – Пожалуйста, прекрати.

- Мы можем пойти в более уединенное место, - Дарио убрал руку из-под моей толстовки, но, прежде чем отстраниться, оставил еще несколько поцелуев на шее и сильнее прижал к себе. – Хочешь?

- Нет, - ответила быстро, не нуждаясь даже во мгновении на раздумья.

Я первая отошла назад, увеличивая расстояние между нами. Поправляя толстовку и волосы. Еле сдерживаясь, чтобы не начать тереть губы и шею в тех местах, куда Де Лука меня целовал. Ради собственной безопасности я пока что не рисковала этого делать.

Распрямляя завязки на капюшоне, я оглянулась по сторонам. Сейчас улица и правда была людной. Неподалеку, около кондитерской даже собралась очередь и кое-какие девушки бросали на нас взгляды.

- Значит, проведем время иначе. Я бы не сказал, что лучше, - Дарио открыл дверцу своей машины. Почему-то сейчас он казался мне намного мрачнее, чем когда я только вышла на улицу. – Садись.

- Как мы будем проводить время? – настороженно спросила.

- Поедем в клуб. Надеюсь, ты там напьешься и ночью станцуешь мне стриптиз.

- Я не пью алкоголь, - сразу же сказала. Новость про клуб мне очень сильно не понравилась. Я раньше в таких заведениях не бывала и не горела желанием их посещать. Особенно в компании Де Луки.

- Садись, - повторил он. На этот раз более жестоко. Голос Дарио стал тяжелее, что явно намекало на то, что повторять он не любит.

Я поправила лямку рюкзачка, бросила взгляд назад, но все-таки поплелась к машине. Взобралась на переднее пассажирское сиденье и положила рюкзачок на колени, чувствуя себя так, словно отправлялась на казнь.

Де Лука сел за руль. Завел машину и уже вскоре мы выехали на дорогу.

- Я в толстовке и в джинсах, - сказала, опуская на себя взгляд. – Меня не пустят в клуб.

- Пустят.

Я хотела сказать, что от своих одногруппниц слышала, что в таких заведениях чаще всего строгий контроль за тем в какой одежде туда пытаются попасть, но не стала этого делать. Просто понадеялась, что меня действительно развернут рядом с клубом и я в итоге поеду домой.

Был еще один вариант – что из-за Дарио меня пропустят куда угодно даже, если я буду в бумажном пакете, но я все-таки надеялась, что этого не произойдет.

Молча смотря в окно, я внутренне сильно сжалась, когда мы заехали на восточную часть Неаполя. Это запрещенная территория. Зайти сюда все равно, что побывать во дворце Каморры. Они тут безоговорочно правят и властвуют.

То, что сюда без крайней надобности лучше не заходить, знает каждый и я, увидев куда мы направляемся, из чувства самосохранения уже собиралась обернуться к Дарио. Немедленно сказать, что сюда лучше не ехать.

Но вовремя вспомнила, что вообще-то сейчас сижу рядом с наследником Каморры.

Господи, в какой ад я попала?

Нервно ногтем водя по змейке на рюкзачке, я смотрела на улицы, на которых раньше не бывала. В принципе, они привычны для Неаполя. Пятиэтажные здания, огромные трехметровые деревянные двери, высокие окна. Узкие улицы. Несколько статуй.

Дарио остановил машину и я оглянулась, но пока что выходить на улицу не стала. Лишь когда Де Лука обошел внедорожник и открыл дверцу с моей стороны, я, не имея другого выбора, ступила на тротуар.

- Это клуб? – спросила, взглядом найдя четырехэтажное, отдельное здание окруженное высокими пальмами.

Оно не похоже на клуб. То есть, я вообще не разбиралась в подобных заведениях, но кое-как себе их представляла. Так вот это здание вообще не было похоже на то, что я видела у себя в голове. Но на нем была вывеска. Рядом стояло множество дорогущих машин.

Я оглянулась по сторонам. Увидела несколько ресторанов и все еще работающих кофеен.

- Да, - Де Лука взял меня за руку и повел за собой.

Около входа стояла охрана. Громоздкие мужчины учтиво поприветствовали Дарио и окинули меня взглядами, но ничего не сказали. Вопреки всем моим ожиданиям и надеждам, они пропустили меня внутрь. Черт.

Стоило массивным входным дверям открыться, как я услышала грохот музыки, но, когда мы вошли в здание и прошли еще через несколько дверей, этот грохот стал оглушающим.

Примерно понимая с какой стороны доносилась музыка, я осознала где находился главный зал клуба. Ну, или что-то подобное, но Дарио повел меня вправо.

По пути нам попадались парни и девушки. Одетые так, как наверное и следует одеваться для клуба. Особенно это касалось девушек – короткие платья или такие же короткие юбки. Высокие каблуки. Украшения. Декольте.

Мы поднялись на второй этаж. Прошли по коридору и Де Лука открыл одну из дальних дверей. Я увидела помещение, в котором находилось около пятнадцати человек. В основном парни. Девушек было только трое. Во всяком случае, больше я пока что не увидела.

Само помещение достаточно большое. С огромными кожаными диванами, бильярдным столом и баром. Музыка тут тоже звучала, но намного тише.

Стоило нам войти, как буквально на мгновение вспыхнула тишина. Это было трудно не уловить, как и взгляды направленные на Дарио. В большинстве читался страх. Кто-то даже отступил назад. Атмосфера изменилась так, будто при появлении чудовища и то, что повисло в воздухе стало неописуемо, но оно безжалостно давило, точно так же, как и пропускало по коже лед.

- Охренеть. Рад тебя видеть, - этот возглас, если не считать негромкой музыки, раздался в полной тишине. Высокий, русоволосый парень подошел к Дарио и они пожали друг другу руки. – Давно ты сюда не приходил.

- Времени не было.

К Де Луке подошло еще несколько парней. Частично прислушиваясь к их разговору, который я мало понимала, я так же вновь настороженно оглянулась по сторонам. Тут пахло сигаретным дымом и дорогим алкоголем. На стенах висели огромные телевизоры. В углах в огромных вазонах росли небольшие оливковые деревья.

- А это кто? Твоя новая девушка? – спросил все тот же русоволосый парень. Даже понимая, что этот вопрос судя по всему касался меня, я не стала оборачиваться. Сделала вид, что все так же заинтересована деревьями. Вернее, оливками на них. Иначе я не понимала, какие эмоции из себя выдавливать. Было легче сделать вид, что я не слышала их разговора.

- Да, - Дарио положил ладонь на мою талию и притянул к себе. Я изначально сильно вздрогнула, но сопротивляться не стала. Кое-как сдержала этот порыв. – Романа Леоне.

- Охренеть. У тебя, конечно, всегда самые лучшие девушки, но эта… - я обернулась, мы с этим парнем встретились взглядами и он продолжил говоря уже мне: - Меня зовут Энцо. Мы с Дарио вместе учились в школе и сейчас в одном университете. Рад познакомиться, Романа.

- Взаимно.

Энцо протянул мне руку, но как-либо ответить на это я не смогла. Дарио не дал. Уже вскоре вообще утянул меня к диванам.

- Сиди тут. Тебе что-нибудь принести?

- Ничего, - я бы не отказалась от стакана воды, но решила об этом умолчать.

Дарио отстранился. Краем глаза я заметила, что, кажется, он направился к бару, но по пути к нему подошли еще какие-то парни.

Получается, те, кто тут находится это его знакомые или даже друзья?

Я попыталась невзначай окинуть их взглядом. По этим парням было видно, что они не так просты. Но так же я поняла, что большинство из них боялись Де Луку. Даже кое-кто из тех, кто подходил к нему слишком явно пытались подбирать слова, словно боялись сказать что-то не так.

Я перевела взгляд вправо. На диванчике около окна сидели три девушки. В отличие от меня они были в платьях. Две брюнетки и одна блондинка. Все трое смотрели на меня, поэтому мне пришлось отвести взгляд, иначе бы они поняли, что я тоже пытаюсь их рассматривать. Да и зачем мне это нужно?

Пытаясь поудобнее усесться на диване, я уже хотела достать из кармана толстовки телефон, как случайно заметила около стола небольшую голубую черепашку. Это же мой брелок.

Посмотрев на рюкзачок и, убедившись, что это я уронила черепашку, я поднялась и пошла за ней.

- Если Дарио сюда пришел с новой девушкой, получается с Элизой он порвал?

Услышав эти слова, я повернула голову вправо. Около бильярдного стола стояло двое парней.

- А она тут при чем? – спросил второй.

- В смысле при чем? Элиза же его невеста.

- Да они вроде как и не собирались жениться. И уж тем более они сейчас не в отношениях.

- Тогда почему Элиза посмотрела на эту девушку так, словно хотела ее порвать, когда они с Дарио вошли сюда?

- Не знаю. И не советую тебе в это лезть.

Взяв свой брелок, я пошла обратно, пытаясь переварить то, что только что услышала. Невесту Дарио зовут Элиза и, получается, она сейчас тут?

Я еле сдержалась чтобы опять не посмотреть в сторону тех девушек. Какая из них невеста Дарио?

- Как ты?

Услышав знакомый голос, я обернулась. На диван рядом со мной сел тот парень, которого я ранее видела с Дарио. Кажется, его звали Дионис. Я еще подумала, что Де Лука его телохранитель.

- Отлично, - я взяла рюкзачок и прицепила брелок на место.

- Как ваши с Дарио отношения?

- Отлично, - повторила, приподнимая уголки губ.

- Ты так вымученно улыбаешься.

Я сделала глубокий вдох и опять попыталась улыбнуться. Дионис взглядом окинул мое лицо, еле заметно кивнул, после чего сказал:

- Уже лучше, но передо мной можешь не притворяться. Я знаю, что у тебя и Дарио не все отлично.

Я пальцами впилась в рюкзачок. Получается, Дионис настолько близок Дарио, что ему известно более правильное положение вещей? Это подтолкнуло меня к желанию очень о многом спросить у этого парня, но я понимала, что в итоге позже могу за это поплатиться.

- Какая из тех девушек является невестой Дарио? – спросила, откладывая рюкзачок в сторону. Я понимала, что мне и этого не следовало спрашивать. Возможно, это меня вообще не касается, но, помнится, Дионис при нашей единственной встрече раньше что-то говорил про невесту Де Луки.

- Откуда ты знаешь, что она тут? – парень еле заметно приподнял бровь. – Тебе Дарио рассказал? Что-то не верится.

- Я случайно услышала разговор вон тех парней. Я теперь даже знаю ее имя. Элиза. Так, кто из них невеста Дарио?

- Зачем тебе это?

- Не знаю, - ответила честно. – А еще я не знаю, зачем вообще нахожусь тут.

Единственное, что я понимала – сегодня я в определенном кругу была представлена, как девушка Де Луки. Это значительно отличалось от того, когда мы просто виделись наедине и подобное мне очень сильно не нравилось.

- Хоть Элизу и называют невестой Дарио, она таковой практически не является. Поэтому тебе не стоит вообще думать об этом.





Глава 29 Цена


- В прошлую нашу встречу ты говорил иначе, - я пальцем поддела резинку для волос, которую всегда держала на запястье.

Я не очень хорошо помнила, что Дионис тогда говорил, но, во-первых, он вообще ни с того, ни с сего упомянул невесту Де Луки. Во-вторых, сказал, что Дарио следует с ней разобраться, прежде, чем заводить новые отношения.

То есть, там есть с чем разбираться.

- Я не говорил ничего, из-за чего тебе следовало бы переживать.

- Как по мне, когда ты встречаешься с парнем и у него есть невеста, это уже огромный повод переживать.

- Только, если ты влюблена в Дарио и ревнуешь.

Я сильно поджала губы. Так, что они сложились в тонкую линию. И как я должна на это ответить? Насколько я могу быть откровенной с Дионисом? Не поплачусь ли я в будущем, если сейчас скажу правду – что на самом деле мне глубоко плевать на Де Луку и про его невесту я спрашиваю лишь по той причине, что, оказывается, она на меня посмотрела так, будто порвать хотела? Я не очень хотела бы оказаться в эпицентре разборок их отношений.

- Но ты в него не влюблена и сомневаюсь, что ваши отношения продлятся долго, - Дионис ответил вместо меня. - Советую просто потерпеть и быть послушной. Я серьезно. Не пытайся как-либо злить Дарио. Ничем хорошим это не закончится.

- Что же он со мной сделает?

- Я не буду отвечать на этот вопрос.

Я сняла резинку с запястья и покрутила ее в ладони, затем сильно сжала пальцами. Больше всего мне хотелось не выдавать тут эмоций, но разговор с Деимосом, разжигал их. Пропускал по телу леденящую дрожь.

- Ты сказал, что, скорее всего, наши с ним отношения не продлятся долго. Как думаешь, когда они закончатся? Есть ли способ это ускорить? - для меня не являлось тайной то, что мы с Де Лукой встречаемся временно. Судя по всему, ему понравилась моя внешность, но он сам говорил о том, что это не вечно.

Но, судя по выражению лица Диониса, он пожалел о том, что сказал об этом.

Некоторое время он молча, напряженно смотрел на меня. Затем, перевел взгляд и сказал:

- Если хочешь ускорить ваше расставания, дай ему.

Мои пальцы настолько сильно сжали резинку, что костяшки побелели.

- Я не хочу этого делать.

Я не относилась к своей девственности, как к какому-то сокровищу и не грезила о том, что лишусь ее только с тем парнем, с которым в итоге проведу всю жизнь. И обязательно сделаю это исключительно на шелковых простынях усыпанными лепестками роз.

Нет, ничего подобного во мне не было, но все-таки я хотела, чтобы мой первый раз был с парнем, которого я люблю. С Деимосом. Я понимала, что рано или поздно мы к этому придем. Даже хотела этого, пусть и боялась. Но с Де Лукой я вообще не хотела спать. Даже, если бы не являлась девственницей. Почему я должна ложиться в постель парня, которого не то, что не хочу – я его до панической дрожи боюсь?

- Ты задала вопрос – я ответил, - опершись рукой о подлокотник, Дионис поднялся.

Понимая, что он собирался уйти, я наклонилась вперед и тихо, но быстро спросила:

- Кто тот человек, которому я так дорога и Дарио с помощью меня хочет сделать ему больно?

Дионис остановился. Перевел на меня взгляд, но в итоге качнул головой:

- Я не могу ответить на этот вопрос.

Я вновь поджала губы. Возможно, я могла бы узнать у Диониса хоть немного больше. Это лишь мое предположение, но почему-то мне казалось, что ему не нравилось то, что сейчас делал Дарио. Иначе бы он не подошел ко мне. Но все-таки Дионис явно был безгранично предан ему и следил за своими словами. Поэтому, когда он ушел, я не стала идти за ним, но, откинувшись на спинку дивана, мысленно отметила, что, если мы в будущем еще увидимся, мне следует попытаться сформировать какие-нибудь осторожные вопросы.

Но больше я надеялась на то, что уже вскоре все это прекратится и мне не придется что-либо выведывать.

Я опять как можно более незаметно посмотрела на тех девушек. Они все еще пялились на меня и в итоге я решила достать телефон и сделать вид, что что-то читаю.

Но все-таки я успела их немного рассмотреть.

Все они очень красивые, стройные, фигуристые и ухоженные, но внешне абсолютно разные.

У первой волосы черные, как смола. Но длинные и блестящие словно шелк. Кожа бледная, похожая на фарфор. Одета она в алое платье. Достаточно короткое, но прикрывающее бедра.

Вторая – блондинка. Волосы у нее практически белые, но видно, что цвет натуральный. Очень красивый. Черты лица нежные. Она похожа на цветок. Даже одежда более скромная – джинсовая юбка и блузка кремового цвета.

Третья – у нее каштановые волосы. Вьющиеся. Пухлые губы, но тоже, судя по всему, свои. Осанка, как у королевы. Взгляд такой же. Одетая в облегающее черное платье, которое лишь предает ей величественности.

И кто же из них невеста Дарио?

Сколько бы я не думала об этом, понять не могла, но почему-то казалось, что больше ему бы подошла третья девушка. Та, у которой каштановые волосы. Она действительно выглядела, как королева. А он тут король. Рядом друг с другом они бы казались очень величественной парой.

- Держи.

Услышав голос Дарио, я вздрогнула и подняла взгляд, отрывая его от телефона. Увидела, что Де Лука протянул мне какой-то напиток. Судя по его цвету и бокалу – это вино.

- Я не пью алкоголь, - мне захотелось нервно спиной прижаться к спинке дивана. Я высокая, но у Дарио отлично получалось давить на меня своим ростом. Особенно, сейчас, когда я сидела, а он возвышался надо мной, как огромная скала из мышц.

- И мне это нравится, но немного можно. Бери, Романа.

- Можно я откажусь?

- Нет.

Я вздохнула и взяла бокал. Пить все равно не буду и танцевать стриптиз – тоже.

Дарио сел рядом со мной и закинул руку на спинку дивана, позади меня, так, что можно было считать, что уже теперь он приобнимал меня за плечи. Из-за этого я плечом соприкоснулась с его торсом и сильнее напряглась.

- Расслабься, - Дарио пальцами поддевая мой подбородок, заставил поднять голову. – Выглядишь, так будто я тебя пытаю.

Примерно так и есть, но я не стала этого говорить. Просто тихо произнесла:

- Мне не нравятся такие места. Я хочу домой.

- Постоянно сидеть дома – какая трата твоей внешности, - Де Лука большим пальцем провел по моей щеке, затем медленно наклонился и своими губами накрыл мои. Это было лишь соприкосновение губ, но я замерла и сердце забилось в бешенном ритме, от осознания, что он поцеловал меня при всех.

Я сильно пальцами сдавила бокал, надеясь, что не раздавлю его и выдыхая лишь в тот момент, когда Де Лука немного отстранился. Наши лица все еще были слишком близко друг к другу и дыхание переплеталось, но губы хотя бы не соприкасались.

- Тебе так нравится моя внешность? – спросила. Зачем? Наверное, надеясь отвлечь его разговором. Все, что угодно лишь бы Де Лука опять не начал меня целовать.

- Очень, - он вновь большим пальцем провел по моей скуле.

- Твоя предыдущая фраза звучала так, будто я собаченка, которой можно хвастаться, - я все-таки отпила немного вина. Черт. Терпеть не могу алкоголь , но это выглядело, как логический повод хоть немного отстраниться от Де Луки.

И, нет, я не считала, что мной можно хвастаться. Даже самой себе эта фраза казалась смешной. Хоть и понимала, что от родителей мне досталась неплохая внешность.

- Ты женщина, завоеванием которой можно гордиться, но, нет, Романа. Я предпочел бы как раз держать тебя в доме. В своем, - Де Лука наклонился к моему уху: - Я бы хотел связать тебе руки. Почему-то меня заводит эта мысль. Затем я бы выебал тебя в рот. Твои губы отлично смотрелись бы на моем члене. Особенно, когда ты начала бы глотать мою сперму. Я охренеть, как хочу посмотреть на это.

Я чуть не поперхнулась воздухом, но мне определенно пришлось задержать дыхание, чтобы не закашляться. А еще мне стоило огромных усилий сдержаться, чтобы немедленно не отпрянуть от него.

- Ты меня пугаешь, когда говоришь что-то такое.

- В сексе нет ничего страшного, - Дарио наклонился и поцеловал меня в уголок губ. Даже такое, казалось бы нежное касание, вышло у него грязным и развратным. – Тебе понравится.

Звучало так, словно Де Лука уже точно решил – мы переспим. И мое мнение тут не учитывается.

Это пробежало по коже паническим ознобом. Тем более, я вспомнила слова Диониса о том, что секс с Дарио это плата за расставание с ним. Но, черт, что если я не готова? Что, если я не хочу этого настолько, что предпочту все, что угодно, но не это?

Я ненавидела отца Дарио. Всей душой. Если бы не это чудовище, давшее своему сыну какое-то чертовое задание, моя жизнь не соприкоснулась с Дарио.

- Тут есть отдельные комнаты, - Дарио губами прикоснулся к моей шее, затем наклонился к уху. – Хочешь, пойдем туда и я тебе отлижу, после чего ты отсосешь мне?

Я широко раскрыла глаза и посмотрела на Дарио так, словно он предложил мне самую ужасную вещь в моей жизни. По моим ощущениям примерно так и было.

- Не хочу, - выдавила из себя.

- И как с таким телом и губами ты можешь быть настолько нудной? – он большим пальцем ощутимо провел по моей нижней губе.

- Если не нравлюсь – брось меня.

- Когда-нибудь позже, но не сейчас, - Дарио опять накрыл мои губы своими. На этот раз в более жестоком, глубоком поцелуе. Языком проникая в мой рот. Доминируя в каждом мгновении. Делая это настолько безжалостно.

Когда Де Лука наконец-то разорвал поцелуй, я сделала несколько глубоких вдохов, но кислорода все равно не хватало.

- Я не понимаю одного – почему у тебя до сих пор не было парня? – он пальцами поддел мой подбородок. Слишком пристальным, потемневшим взглядом посмотрел мне в лицо.

- Просто не хотелось, - лгу. Парень у меня как раз есть и его я хочу. Люблю. – А в отличие от тебя другие понимали, что такое отказ.

- Как хорошо, что я не такой, - Дарио опять попытался меня поцеловать, но, к счастью, в этот момент на диванчик напротив нас сел Энцо.

- Ты, кстати, так и не ответил, ты мне поможешь достать ту машину? – Энцо подкурил сигарету.

- Свали нахрен, - Дарио бросил в его сторону по-настоящему свирепый взгляд, но, судя по всему, Энцо и правда давно с ним знаком, так как в отличие от остальных на него это не действовало.

- Ты же знаешь, что мне охренеть, как нужна эта тачка.

Пока они разговаривали, у меня появилась небольшая возможность хоть немного отстраниться от Дарио. Правда, пришлось опять пить вино. Делая это, я могла сесть ровно, а, значит, увеличить расстояние между нами.

На диваны село еще несколько парней. Пока они разговаривали с Дарио, я выпила все вино. Де Лука, заметив пустой бокал, принес еще.

Позже он утянул меня в одно из помещений, которые находились дальше по коридору. Судя по всему это и были те самые «пустые комнаты». Испугавшись, что там Дарио меня зажмет на одном из диванов, я опять попросила вина и попыталась отвлечь его разговором. Еще никогда в жизни я не делала это настолько отчаянно.

При этом постоянно думая про Деимоса. Как же я хотела к нему.

***

Причина по которой я терпеть не могла алкоголь – я слишком быстро пьянела.

И сейчас, открывая глаза, я понимала, что пьяная, но вообще не осознавала, что происходит и где я нахожусь.

Кажется, я на кровати. Вокруг темно так, что практически ничего не видно. Опираясь руками о матрас, я попыталась приподняться, но опять рухнула на подушки. Голова кружилась настолько сильно, что, казалось, весь мир вращался.

- Проснулась? – рядом с кроватью медленно, лениво появился какой-то пусть и еле различимый силуэт, но огромный. – Поспи еще, пьянь. Тебе нужно протрезветь.

Кто это?

Это же… Деимос?

О боже, это точно Деимос. Как же я по нему скучала.

В груди закололо. Гореть начало и эмоции всколыхнулись так, что буквально начали жечь. Насколько же сильно мне хотелось броситься к нему и крепко обнять.

- Где я? – спросила, понимая, что мои губы еле шевелятся.

- У меня дома.

Я дома у Деимоса? Ого. Я оглянулась по сторонам, но, к сожалению, все еще ничего не видела. На улице глубокая ночь. Да и из-за быстрого движения голова еще сильнее закружилась. Но, как я тут оказалась? Черт, какая разница? Главное, что Деимос рядом.

- Спи, - повторил Деимос, надавливая на мое плечо и заставляя лечь, после чего накрывая одеялом.

Но, прежде чем он отошел, я пальцами схватилась за его футболку. Вернее, я думала, что за футболку, ведь Деимос всегда их носил, но сейчас он почему-то был в рубашке. Черт, мне хотелось его увидеть. Уверена, что Деимос великолепен в рубашке.

- Подожди, - попросила. – Никуда не уходи.

- Чего-нибудь хочешь? Воды?

- Нет, хочу, чтобы ты побыл рядом, - я потянула его на себя. – Полежи со мной.

На несколько секунд повисла тишина, после чего Деимос переспросил:

- Полежать рядом с тобой? – почему-то мне показалось, что в его голосе послышалось удивление. У него вообще был какой-то странный голос, но плевать. Главное, что он рядом. Как же мне его не хватало. До жжения в груди.

- Да. Пожалуйста. Ты же не откажешь своей девушке?

Вновь повисла тишина, после чего послышались уже более хриплые, тяжелые слова:

- Нет, своей девушке ни в коем случае не откажу.

Деимос подался вперед и я пододвинулась освобождая для него место. Как только он лег рядом со мной, я прильнула к парню. Обняла и положила голову на его плечо. Деимос замер. Его тело напряглось. Я это прекрасно почувствовала, так как положила ладонь на его торс и провела по нему пальцами.

- А ты, оказывается, совершенно другая, когда пьяная, - его голос зазвучал еще тяжелее.

Я хотела спросить, почему он так считает, но даже будучи пьяной смутилась. Черт. Я же попросила его лечь со мной в кровать. Но я же ничего пошлого не имела ввиду. Я хотела просто полежать.

Деимос обнял меня за талию и притянул к себе.

- Что, неужели даже вырываться не будешь?

- Зачем? Я же твоя девушка, - ответила смущенно. – Лежать в одной кровати со своим парнем это нормально. Или ты меня прогонишь?

- Нет, не прогоню, - мышцы Деимоса напряглись еще сильнее. Голос стал еще тяжелее. Уже теперь будоражил. – Наоборот, Романа. Я этого очень жаждал. Тебя в своей кровати.

Алкоголь делал со мной странные вещи. Разжигая то, чего я так хотела. Делая это практически невыносимым. А сейчас мне хотелось лишь одного – прижаться к Деимосу и поцеловать его.

И я это сделала. Приподнялась на локте и своими губами прикоснулась к его. Боже, как же мне этого не хватало.

Деимос зарычал и буквально до боли сжал мое бедро. Я от неожиданности вскрикнула и прогнулась в спине, сильнее прижимаясь к парню. Раньше он так не делал, но Деимосу даже шла такая грубость и властность.

Рвано выдыхая, я оставила еще несколько поцелуев на его лице. Ладонью практически жадно проводя по крепкому торсу. Еще сильнее прогибаясь, словно кошка, когда парень рукой пробрался под мою футболку и пальцами провел по обнажившейся пояснице. Это вызвало настолько острые ощущения, что я не смогла сдержать крупную дрожь и громкого стона.

- Охренеть, ты можешь быть и такой, - это прозвучало, как мысли вслух. Как изумление, восхищение, что-то грязное и то, от чего по коже скользнули угли.

Я вновь своими губами накрыла его. Затем сделала то, что в трезвом состоянии никогда бы себе не позволила. Но почему-то сейчас мне это показалось хорошей идеей. Я взобралась на Деимоса, садясь ему на бедра и коленями упираясь в матрас по обе стороны от него. Сердце забилось слишком быстро, когда я попой почувствовала каменный член. Я такого не ожидала и, смутившись, уже хотела сползти обратно на кровать, но, черт, я что ли слабачка? Нет, я не боюсь члена Деимоса. Тем более, мы же просто целуемся.

Я попыталась сделать глубокий вдох, пытаясь не думать о том, насколько непривычно вот так сидеть на парне. Правда, мой мозг и так плохо воспринимал любую информацию.

Деимос подо мной замер и словно бы превратился в камень. Лишь спустя несколько секунд произнес:

- Слезь Романа. Я хочу взять тебя, когда ты будешь трезвой, - его голос показался нечеловеческим. Слишком тяжелым.

- А если не слезу, что ты со мной сделаешь? – я руками провела по его торсу, пальцами очерчивая каждый мускул. Наслаждаясь тем, как под моими ладонями твердели его мышцы. И тем насколько быстро билось его сердце. Деимос явно реагирует на меня и сейчас я наслаждалась этой властью, ведь она обоюдна. Он тоже властвует надо мной.

- Черт, Романа. Ты… очень сильно испытываешь мой самоконтроль.

Почему-то эти слова прошли дрожью по моему телу и я, наклонившись, прошептала в его губы:

- Может, я сейчас хочу быть плохой девочкой. А еще я хочу, чтобы ты меня поцеловал. Сделай это так, чтобы я больше никогда не могла думать ни о чем, кроме как о твоих губах.





Глава 30 Люблю


Стоило мне произнести эти слова, как Деимос зарычал. Положил ладонь на мой затылок и резко притянул к себе, своими губами впиваясь в мои так, что они с первых мгновений начали жечь. Это был не просто поцелуй. Настоящее безумие. Неконтролируемое. Животное. Одна его рука легла на мою спину, буквально вдавливая грудью в его торс. Вторая – сжала попу с такой силой, что это даже было больно, но почему-то именно эта грубость и несдержанность сорвали с моих губ стон. Громкий. Прозвучавший в губы Деимоса. Повлекший за собой еще более яростный поцелуй, на который я пыталась отвечать. Делала это с особым рвением, сильно пальцами сжимая его рубашку. Дрожа от того, как он провел ладонью по моей спине. Настолько сладко реагируя на каждое его движение.

- Охренеть, - хриплым голосом прошептал он, проводя ладонью по моей пояснице, из-за чего я сильно прогнулась в спине и вновь простонала. Как же мне было хорошо. – Романа, ты…

Деимос не договорил. Вновь впился своими губами в мои. Уже теперь истязая поцелуем. Своими огромными руками обвивая меня. Сжимая. Кажется, собираясь опрокинуть на кровать, но я засопротивлялась.

- Нет, - прошептала ему в губы, пальцами зарываясь в жесткие волосы. Сожалея о том, что сейчас их не видела. – Сейчас я хочу быть сверху.

Поцелуи Деимоса окончательно затуманили сознание и я перестала понимать, что делаю. Осознавала лишь то, что мне этого хочется. Сильно. Так, что я не могла себя сдерживать.

Несмотря на все смущение, я наклонилась и губами прикоснулась к его шее.

- Сейчас ты в моей власти, - насколько же было сладкой была его реакция. Каменные мышцы. Медленные, тяжелые вдохи. Его ладони, которые сжимали мою попу так, что по телу прошло жжение. – Ты же это чувствуешь?

Он вновь медленно выдохнул. Слишком. Но именно от этого веяло потерей самоконтроля, которое я улавливала, словно чистое наслаждение.

- Да, Романа, я в твоей власти, - он положил ладонь на мой затылок. Притянул к себе и на ухо произнес: - И именно поэтому я хочу одержать власть над тобой. Связать и беспрерывно трахать, пока ты будешь кричать и умолять не прекращать пользоваться тобой.

Я положила ладони на его грудь. Сжимая пальцы. Короткими ногтями через ткань рубашки царапая его кожу.

- Оказывается, ты любишь грубые, грязные слова, - почему-то я усмехнулась, словно улавливая это как игру, в которой… можно было бы одержать победу. Деимос очень во многом был у меня первым. Далеко мы не заходили - в основном поцелуи и прикосновения, но я его любила. Мне нравилось узнавать что-то новое именно с ним.

- Я люблю грубый, грязный секс. Дашь мне его? – Деимос пальцами пробрался под футболку и ими провел по обнажившейся пояснице. Господи, как же это было приятно. До полной потери сознания. Моего стона. Дрожи.

- Ты же знаешь, что я тебя люблю и дам тебе все, что ты хочешь, - я даже не ожидала того, что могу произнести это настолько игриво.

Деимос подо мной замер. И, если я думала, что его тело было каменным, то я ошибалась – оно таким стало сейчас.

- Ты меня любишь и дашь все? – спросил он, приподнимаясь на одном локте. Своим лицом приближаясь к моему, так, что я почувствовала его горячее дыхание на своих губах.

- Да, - я ладонями провела по его груди. – Очень люблю.

Деимос грязно выругался и опрокинул меня на кровать. Набрасываясь на мои губы. Осыпая лицо поцелуями.

- Повтори, Романа. Я хочу это еще раз услышать.

- Я люблю тебя, Деимос, - простонала, обнимая его за плечи.

Деимос замер. И это было настолько странно и резко, словно кто-то на пульте нажал на паузу.

- Повтори. Как ты меня назвала? – он медленно поднял голову. В темноте я ничего не видела, но кое-что чувствовала. Хоть и плохо. Когда Деимос опрокинул меня на кровать, из-за резкого движения у меня голова закружилась так, что казалось, что весь мир вращался.

- Твоим именем, - я тихо засмеялась. Господи, это я пьяная или он? Хотя, может Деимос тоже пьяный.

- Ты назвала меня Деимосом, - он рукой оперся о кровать и пальцами сильно сжал мои щеки. Что-то с его рукой было не так. И с голом тоже. А еще со вспыхнувшей атмосферой. Но плевать. Деимос сегодня и так какой-то не такой.

- Да. Это твое имя, - я улыбнулась так, что скулы заболели. Голова кружилась настолько сильно, что я закрыла глаза и тут же показалось, что я где-то лечу. – Ты мой обожаемый Деимос. Я тебя… Я тебя так люююблююю. И… Я хочу, чтобы ты меня сейчас взял. Правда. А то… В моей жизни появился один ублюдок. Его зовут Дарио. Боже, как я его ненавижу. И он хочет… Хотя, какая разница чего он хочет? Пусть он идет к черту. А я… А я навсегда останусь тут с тобой.

Я всем телом прижалась к Деимосу. Поцеловала его в щеку. Почему-то он на это не отреагировал, а затем почему-то схватил за плечи и резко приподнял. Кажется, он что-то сказал нечеловеческим голосом. Или спросил. Наверное. Я ничего не поняла. Деимосу не следовало так резко приподнимать меня. Я и так, еле удержалась в сознании, когда он опрокинул меня на кровать. Сейчас же мое сознание мощно качнулось и я провалилась в темноту, сожалея о том, что отключилась вместо того, чтобы еще провести время со своим парнем.





Глава 31 Лучшая


Насколько же сильно у меня болела голова. Гудела. Разрывалась на части. Во рту пересохло и тело болело так, словно по мне протопталось стадо лошадей. Как же паршиво.

Пытаясь перевернуться на бок, а затем на спину, я в чем-то запуталась. Кажется в одеяле. Пытаясь убрать его в сторону, я открыла глаза, но тут же их закрыла и поморщилась. От яркого света стало настолько больно, что, казалось, в голове что-то взорвалось.

Да что же со мной такое?

Мысли были такими вялыми, будто к ним гири примотали, из-за чего они теперь валялись где-нибудь на дне сознания еле извиваясь, но все же я попыталась вспомнить какого черта вообще со мной происходит. Я заболела?

Хотелось простонать, от осознания, что в таком случае я не смогу пойти в университет и преподаватели позже меня сожрут. А еще, значит, я минимум на целый день застряну в доме Леоне без возможности выйти. Когда я болела в прошлый раз, брат практически не выходил из моей спальни и это был такой ад.

Внезапно в сознании что-то болезненно вспыхнуло, буквально выворачивая мысли наизнанку и я поняла, что нет – это не болезнь, а алкоголь. Я вчера пила вино и, судя по всему, слишком много.

За этим осознанием в голове вспыхнули кое-какие воспоминания. Черт, Дарио ведь вчера отвез меня в клуб. Там дал это проклятое вино. А потом… Потом он отвел меня в одну из пустых комнат.

Я резко открыла глаза и, несмотря на адскую боль, запретила себе их закрывать. Но все-таки несколько раз моргнула и, морщась, быстро, испуганно оглянулась по сторонам. Ужасом по мыслям разлилось осознание, что я не понимаю, где нахожусь.

Огромная комната, большие окна и… разбитая мебель?

Я вновь несколько раз моргнула, пытаясь сфокусировать зрение и запретить миру кружиться, но, судя по всему, мне не казалось – посередине комнаты лежал вдребезги разбитый журнальный столик. Осколки стеклянной поверхности, блестя на солнце, были разбросаны по всему полу.

Около правого окна разбитый стул. Наверное, это стул. По разлетевшимся щепкам трудно что-либо понять. Слева находился шкаф и нескольких дверец на нем не хватало. Они валялись недалеко от двери. Что за черт?

Поворачивая голову дальше, я замерла. Окаменела и перестала дышать. Единственное на что я была способна это тяжело, судорожно сглотнуть.

На диване сидел Дарио и от того, как он на меня смотрел у меня чувство самосохранения вопило так, словно готовило меня к смерти. Особенно кровавой. Хуже, чем во времена средневековых пыток.

Почему он выглядит… настолько злым? Если вообще то, что виднеется в глазах Де Луки можно назвать просто «злостью».

Я что-то сделала не так?

Я попыталась напрячь мозги, но они болезненно затрещали не давая мне никаких воспоминаний. Все они заканчивались на том, когда Де Лука отвел меня в пустующую комнату.

- Проспалась? – убирая сигарету от губ, Дарио сбил пепел на пол. Я сглотнула, смотря на окурки потушенные о дорогущий паркет рядом с диваном.

- Где я? – спросила сиплым голосом, еле шевеля пересохшими губами. Как же мне было паршиво. Даже голос толком не поддавался контролю.

- В моей спальне.

О, господи. Я дернулась и быстро приподняла одеяло, в котором все еще была частично запутана. Я в одежде. Полностью. Джинсы застегнуты. Лифчик не тронут. Разве что на мне сейчас не было толстовки - лишь футболка. Но, кажется, я не была голой. Наверное. Как же мне хотелось в это верить.

- А ты?.. – поднимая взгляд на Дарио, я запнулась. Почему он так на меня смотрит?

- Что? – Де Лука опять поднес сигарету к губам. Медленно.

Дарио был каким-то… не таким? Волосы слишком растрепаны. Рубашка, кажется, частично мятая. Несколько верхних пуговиц расстегнуты и рукава подкатаны.

- Ты… - пытаясь собраться со всеми внутренними силами, я выдавила из себя: - Ты ведь меня не трогал, пока я была пьяной?

- Почему же? Трогал. И не только, - Дарио еле заметно наклонил голову набок, из-за чего черные растрепанные волосы упали на глаза. – У нас теперь есть девять месяцев, чтобы придумать имя нашему ребенку.

Все мнимое облегчение, которое я испытала от того, что я была одетой, тут же испарилось. Словно по щелчку. Вместо этого, я испытала то, что невозможно описать ни одними словами. Шок, ужас, паника, гнев. Все и сразу. Нахлынувшее на меня цунами. Разорвавшее на клочки. Так, что не только руки начали трястись, я вся превратилась в непонятно что.

- Ты… Ты не мог. Ты лжешь! – последние слова сорвались на крик, от которого у меня голова еще сильнее загудела.

- Ты сомневаешься во мне, Романа?

- Ты… Ты ублюдок. Моральный урод! Ты… Ты…

- Успокойся. Беременным нельзя нервничать, - он вновь сбил пепел на пол, а для меня эта фраза была хуже удара.

Дрожащими руками я сбросила с себя одеяло. Хотела ступить на пол, но до него было слишком далеко и, поскольку в таком состоянии не могло быть и речи о грациозности, я вообще не понимала, как доползла до края кровати. Но сделала это быстро. Чуть не упав на пол.

Оказавшись на ногах, я еле устояла. Голова гудела так, что перед глазами темнело. Тело не слушалось, но я кое-как сделала несколько шагов, останавливаясь. Я понятия не имела, как девушка должна чувствовать себя после секса, но, если не считать, что я вообще ощущала себя так, словно меня стульями побили, ничего особенного не было. Внизу живота не ощущалось ни боли, ни дискомфорта.

- Ты лжешь, - произнесла, пытаясь дышать. Смотря на то, как именно у меня были застегнуты джинсы. Они старые. Змейка когда-то поломалась и теперь застегивалась лишь определенным образом. То есть, джинсы абсолютно точно застегнуты мной. Только я знала, как это сделать.

- Считай, как хочешь, - Де Лука подпер голову кулаком. – Ты хочешь есть? Тебе теперь нужно есть много. За двоих.

Я пальцами схватилась за волосы. Сильно сжимая их. Еле сдерживаясь, чтобы не закричать, не взвыть. Дарио лжет! Лжет!!!

- Я… Я не знаю, зачем ты это делаешь… Тебе это кажется смешным? Да? Иди ты к черту! Я не верю, что мы переспали. Я полностью одетая. И… эта твоя издевка про беременность. Я бы все равно… Я бы не… Если бы я забеременела от тебя, я бы выпила таблетку и… и все. Я бы никогда не носила твоего ребенка.

Я сейчас была слишком сильно не в себе, чтобы отдавать отчетность тому, что и кому я говорю. Мне и так было паршиво. Слишком. А Дарио еще и со своими издевками мне душу вывернул наизнанку. Хотелось болезненно ударить в ответ. Дать понять, чтобы он не смел так делать.

Де Лука сжал пальцы, так, что сигарета рассыпалась на части, падая на паркет.

- Хочешь убить нашего ребенка? Как жестоко, Романа, - Дарио поднялся с дивана и пошел в мою сторону. Медленно. Лениво. Словно хищник, которому не составляло труда убить добычу и он это прекрасно понимал.

- Нет никакого ребенка, - я процедила сквозь плотно стиснутые зубы. – Прекрати. Даже если бы… Даже если бы… О господи, мы переспали, кто вообще говорит про ребенка после первого секса? А мы не переспали!

- Ты настолько хорошего мнения обо мне, что считаешь, что я бы тебя не взял, когда ты была пьяная и такая податливая? Знаешь, ты даже не сопротивлялась. Сначала немного плакала, но со временем начала кричать от удовольствия.

Нет, как раз о Дарио я была самого ужасного мнения. Он мог все. Но… я же одета. Одета, черт раздери!

- Никаких таблеток, Романа. Раз ты намерена убить моего ребенка, у меня нет другого выбора, кроме, как присмотреть за тобой. Ты останешься в моем доме.

- Что? О чем ты говоришь? – между мной и Дарио осталось слишком мало расстояния и я попыталась отступить, но чуть не спотыкнулась об обломок стула. Почему вообще тут разбросана поломанная мебель?

- То, что ты услышала. Ты останешься тут.

- Ты не можешь…

- Я могу все. Особенно теперь, когда внутри тебя есть частица меня.

Что-то внутри закипело. Сильно. Так, что я сорвалась и, к сожалению, не сдержалась. Рука поднялась и я влепила Дарио пощечину. Сильную. Так, что у меня ладонь заныла будто я себе пальцы переломала.

Мне хотелось, чтобы Дарио замолчал. Немедленно. Прекратил все это, но с опозданием я поняла, что за такое можно поплатиться – я только что ударила наследника Каморры. Боже, меня, наверное, убьют и закопают в лесу.

От пощечины голова Де Луки немного качнулась и на щеке появилось покраснение. Он медленно перевел на меня взгляд и, от той мрачности, которую я увидела в его глазах, моя душа заледенела.

Я поняла, что мне конец.

Дарио взял меня за ту руку, которой я ударила его. Испугавшись, я попыталась отдернуть ее, но Де Лука не позволил ее. После чего поднял мою ладонь и поцеловал тыльную сторону.

- Ничего. Я понимаю, что у беременных эмоции иногда слишком бушуют, - сказал он, отпуская мою руку.

Я не могла ни пошевелиться, ни дышать, ни моргать. Лишь чувствовать то, что у меня начал дергаться глаз и… и мне захотелось опять ударить Дарио. Насколько бы больно мне после этого самой бы не было.

- И, Романа, - Дарио наклонился к моему уху, обжигая его горячим дыханием: - Спасибо за охрененную ночь. Она была лучшей в моей жизни, - Де Лука положил ладонь на мой затылок, вплетая пальцы в волосы: - Позволь мне за нее сделать для тебя подарок.





Глава 32 Гостеприимство


- Откройте! – я настолько сильно била ладонями по двери, что руки уже горели. Жгли болью. – Вы не имеете права меня тут держать!

Я понятия не имела, где сейчас находился Дарио, но прекрасно знала, что за дверью было несколько мужчин. Тех, которые забрали меня из спальни Де Луки и отвели в другую комнату. Они не прикасались ко мне и не применяли физическую силу, но ясно дали понять, что любая моя попытка сбежать ничем хорошим не закончится. Но все-таки я надеялась на что-нибудь более лучшее, чем на то, что меня в итоге просто возьмут и запрут.

- Зачем меня вообще тут закрыли? – я еще несколько раз ударила ладонями по двери, после чего отошла, растирая ладони о джинсы. Пытаясь хоть как-нибудь унять боль и жжение.

Все, что я сейчас делала было похоже на истерику. Мне явно стоило успокоиться и, черт раздери, осознать, что мне следует вести себя совершенно иначе, но страх настолько плавил сознание, что я даже за мысли ухватиться не могла.

Я отошла еще на несколько шагов. Морщась от сильной боли, которая до сих пор разрывала голову, я оглянулась по сторонам. Это… тоже спальня. По размерам примерно в два раза меньше, чем комната Дарио, но тут огромная кровать, светлые стены, шикарная люстра. Возможно, хрустальная. Около огромного окна кожаный диван.

Сорвавшись с места, я побежала к окну. Яркие солнечные лучи полоснули по глазам причиняя мне новую порцию невыносимой боли, но я, щурясь, посмотрела на улицу. Увидела… Это сад? Господи, он настолько огромный, что я конца не видела. Ухоженные деревья, подрезанные кусты, ровный газон. Я такого раньше не видела. Разве что в журналах. Даже в особняке моей родной семьи Редже сад был значительно меньше и победнее.

Я выдохнула так, словно делала это в последний раз в жизни. Когда Дарио ранее сказал, что мы в его спальне, логично предположить что мы находились в особняке семьи Де Лука, но… о господи, это же сердце Каморры и, получается, где-нибудь тут находится Дон Де Лука – отец Дарио.

Я была столько наслышана про этого человека, что сейчас у меня возникло лишь одно желание – сорваться с места, закричать и побежать куда-нибудь. Неважно куда. Главное – подальше отсюда.

Вот только, такой возможности у меня не было – я заперта в чертовой комнате.

Вариант того, чтобы сбежать через окно не подходил. Я на третьем этаже.

Да и я вообще не осознавала насколько хорошей идеей было желание сбежать. Даже если у меня получится, в чем я очень сильно сомневалась, Каморра найдет меня по щелчку пальца. И вот тогда со мной могут сделать все что угодно.

Может, мне с самого начала нужно было попросить помощи у дона Моро? Все-таки я являлась частью его клана. Пусть и слишком незначительной.

Я отрицательно качнула головой. Дону Моро уже давным давно плевать на меня и, если возникнет такая ситуация, скорее всего, он просто швырнет меня Каморре, ведь, даже если бы дон Моро хотел бы меня защитить, противостоять им не смог бы. А ему на меня, опять-таки, плевать.

Думать о том, что за меня могла бы заступиться моя родная семья Редже, я вообще не хотела. Во-первых, они тоже значительно слабее Каморры. Во-вторых… я желала бы скрыть от самой себя то, что жаждала хоть какой-нибудь их поддержки сильнее, чем дышать. Даже, если бы они не спасли бы меня, но… хоть что-нибудь. Они ведь мои мама, папа, брат, вот только реальность такова, что я уже давно оказалась за пределами семьи. У них теперь новая дочь. Умница. Красавица. Помнят ли они вообще о том, что я существую?

На негнущихся ногах отойдя вправо, я упала на диван. Закрыла лицо ладонями и начала пальцами тереть кожу. Учитывая мое состояние, это причиняло практически невыносимую боль, но я надеялась, что через нее смогу сжечь некоторые панические мысли.

Мне стоит увидеться с Дарио и поговорить с ним. Попытаться убедить его отпустить меня.

Пока что я другого варианта для себя не видела.

Опуская руки, я посмотрела на потолок, но практически сразу закрыла глаза и до боли прикусила язык, вспоминая слова Де Луки.

Я не верила в то, что мы переспали. Или, вернее, отказывалась это делать.

Резко открыв глаза, я повернула голову вправо. Ранее я заметила там дверь и, сейчас найдя ее взглядом, быстро поднялась. Вернее, попыталась это сделать, но запуталась в собственных ногах и чуть не упала. Пусть будет проклят алкоголь!

Выровнявшись, я прошла через комнату и распахнула дверь. За ней оказалась ванная. Как раз то, что нужно.

В первую очередь я умылась холодной водой, затем расстегнула джинсы и осмотрела себя, при этом ощущая себя самой последней идиоткой. Опять-таки, я понятия не имела как должна себя чувствовать девушка после первого секса, но никакого дискомфорта я не уловила. Даже малейшего. Никаких других признаков тоже не было.

Захотелось взять, поднять руку и показать средний палец. Не важно куда. Главное, что это было бы адресовано Де Луке. К сожалению, показать этот непристойный жест ему в лицо, я бы не посмела. Я же не суицидница.

Но, черт, вот прямое доказательство, что он лгал! Я и так это понимала, но все-таки с подтверждением куда лучше.

Мне даже стало легче.

Я уже хотела покинуть ванную, как случайно в зеркале увидела то, что заставило меня замереть.

На моей шее было два свежих засоса.

- О боже… - с трудом выдавила из себя, пальцами прикасаясь к отметкам на коже. Начиная сильно тереть, будто это могло помочь убрать засосы.

То облегчение, которое я испытывала буквально мгновение назад, тут же испарилось. Паника подкатила к горлу и меня начало трясти.

Значит, ночью между нами все-таки что-то произошло.

Плечом прислонившись к холодной плитке, я тяжело задышала. Черт, нет. Нет!

***

Мне понадобилось много времени для того, чтобы хоть немного успокоиться и осознать, что засосы не являются подтверждением слов Де Луки. Главное – мои ощущения. И они твердят о том, что прошлой ночью Дарио не перешел через грань.

Немного или даже сильно, меня угнетало то, что я не верила в его порядочность. Более того, я считала, что Дарио ничего не мешает воспользоваться пьяной девушкой. Тем более, касательно меня он был заинтересован исключительно в сексе.

Но все-таки, нет, прошлой ночью Де Лука меня не брал. Тогда какого черта говорил про то, что лишил девственности и, тем более, зачем издевался беременностью? Дарио ведь даже не пытался делать это тонко. Это действительно были просто грубые насмешки.

Я лежала на диване, пытаясь перебороть головную боль, когда дверь наконец-то открылась. Я резко села и тут же пожалела об этом. Стало настолько паршиво, что я еле сдержалась, чтобы не рухнуть обратно.

Но, вопреки моим ожиданиям, в комнату вошел не Дарио. На пороге появились две девушки. Судя по одежде – горничные.

- Как вы себя чувствуете, госпожа? Вы выглядите бледной, - рыжеволосая девушка, поставила на стол поднос с едой. Я знала, что в каждой семье одежда прислуги отличается. В особняке Де Лука горничные носили брюки и блузки. Явно из очень хорошей ткани. Над их формой кто-то постарался. – Повар приготовил для вас суп и пирог, но, если вы захотите что-нибудь другое, пожалуйста, скажите об этом.

Девушка казалась очень обходительной. Даже осторожной и никакой наигранности в ней я не чувствовала. И это странно. Абсолютно все, что касалось дона Каморры вызывало у меня сильную настороженность и увидеть в его доме что-либо хорошее я не ожидала. С его сыном я уже познакомилась. Спасибо, больше не хочу.

Наклонившись, я посмотрела в сторону двери и очень сильно нахмурилась увидев там трех верзил. Черт.

- Вы не знаете, где сейчас сеньор Де Лука? Я имею ввиду Дарио Де Луку, - быстро поправила себя, поднимаясь с дивана.

- Сеньор Де Лука два часа назад покинул дом, но, если вы хотите, когда он вернется, старшая горничная передаст сеньору, что вы спрашивали про него.

- Пожалуйста, пусть она передаст сеньору Де Луке, что я хочу с ним поговорить.

Оказалось, что вторая горничная принесла мне одежду. Платье. Я его приняла и, когда девушки ушли, рассмотрела.

Оно не особо длинное. Возможно, будет мне до колен или чуть выше. С обнаженной спиной и короткими рукавами. Алого цвета.

Переодеваться в это платье я не стала, но все-таки решила сходить в душ. Сейчас мне это требовалось.

После душа я и правда стала чувствовать себя немного лучше. Голова не так сильно болела, но, когда я принялась за еду, по коже скользнул сильный холодок. На подносе рядом с супом и пирогом я увидела витамины для беременных. Что это такое я поняла лишь когда прочитала то, что увидела на упаковке и еле сдержалась, чтобы не бросить эти таблетки куда-нибудь подальше.

Значит, вот почему горничные были настолько бережными. Из-за этих таблеток они решили, что я беременная.

Сминая упаковку я очень сильно понадеялась, что Дарио в этой чертовой игре не зайдет слишком далеко.

***

Лишь вечером мне сказали, что Дарио вернулся и то, что меня отведут на террасу. Там будет проходить ужин.

К этому моменту физически я уже ощущала себя вполне хорошо, но от нервозности начала сходить с ума. Во-первых, семья Леоне порвет меня на части, когда я вернусь. Если мне все-таки удастся это сделать. Я ночевала не дома. Целый день не выходила на связь. Они на такое не закроют глаза.

Во-вторых, что означает «ужин»? На нем же не будет присутствовать дон Каморры? Господи, все, что угодно, но только не это.

Когда я вышла на террасу и увидела там стол накрытый лишь на двух человек, мне стало немного легче, но не сильно.

Дарио уже был тут. Он стоял около перегородки и курил. Выглядел примерно так же, как и утром, из-за чего у меня по сознанию расплылась паника, но все-таки я пошла к нему. Пусть и делала это очень осторожно.

- Зачем ты закрыл меня в своем доме? Пожалуйста, прошу, отпусти меня, - я произнесла это умоляюще. – Мне нужно домой. Моя приемная семья, уверена, очень сильно переживает. И…

- Ты не переоделась, - тяжелый, мрачный голос Де Луки заставил меня вздрогнуть.

Я остановилась не дойдя до него примерно три метра.

- Пренебрегаешь моим гостеприимством, Романа?

- То платье… оно просто мне не подошло, - солгала. – И о каком гостеприимстве речь, если ты запер меня тут?

- Разве тебя связали и заперли в подвале без еды и воды?

- Нет, но…

- Значит, я проявил гостеприимство. А теперь иди и переоденься. Немедленно.

Учитывая то, как Дарио это произнес, я не то, что решила не спорить – я этого не смогла сделать.

Стало еще страшнее, но мысленно уверяя себя в том, что если я буду себя хорошо вести, получу больше шансов поскорее выйти отсюда.

Те верзилы отвели меня обратно в спальню и я переоделась. Первое, что я поняла – платье идеально подошло мне по размеру. Второе – я бы такое сама никогда бы не надела. Оно облегало тело, подчеркивая каждый изгиб. Делая это как-то слишком. Еще и спина обнаженная. Мне не нравился даже цвет ткани – алый. Обычно я предпочитала что-нибудь потемнее.

Я с первого же мгновения возненавидела это платье, но под присмотром верзил в нем вернулась на террасу.

Дарио все еще курил, но, стоило мне оказаться на террасе, как он окинул меня медленным взглядом. Тем, под которым мне стало слишком неуютно.

- Мне было лучше в джинсах и толстовке, - я не смогла сдержаться и потянула платье вниз, пытаясь посильнее прикрыть ноги. Оно оказалось короче, чем я предполагала. – В этом платье неудобно.

- Как жаль, что мне плевать на твое удобство.





Глава 33 Фамилия


- Ты можешь, пожалуйста, отпустить меня? – я ладонью нервно провела по скатерти, пальцами случайно зацепив вилку. – Мне нужно домой. И… Это ведь вообще ненормально – удерживать человека взаперти против его воли.

Я положила ладони на колени, которые из-за достаточно короткого платья были обнажены и немного опустилась на стуле. Мне было неуютно. Слишком. Вечер сегодня теплый. Безветренный, но под взглядом голубых глаз Дарио, меня пронзало льдом. Нервы сдавливали и каждый вдох я делала с такой осторожностью, словно от этого зависело абсолютно все.

- Кажется, мы уже разъяснили, что я держу тебя не в подвале и, более того, проявляю гостеприимство, - Де Лука расслабленно, вальяжно сидел на стуле напротив меня, но к еде не прикоснулся. Его ладони были в карманах брюк.

Я опустилась еще немного ниже. Отвела взгляд. Посмотрела на сад, сейчас подсвечиваемый фонарями. Тут красиво. Безусловно. Особняк семьи Де Лука – самое роскошное место, которое я видела в своей жизни, но сейчас его красота проходила сквозь меня и казалась уродливой. Опасной. Как ножи рядом с шеей.

Я понимала, что все могло быть намного хуже – физически мне ничего не сделали. И весь день я находилась в хорошей комнате. Мне приносили еду и воду.

Но критичным являлось именно ощущение отсутствия свободы. Оно холодило душу воспоминаниями о том, что произошло со мной в детстве.

Я ведь прекрасно помнила то ощущение, когда от тебя ничего не зависит. Когда тебя убивают и ты ничего не можешь сделать. Кричишь, плачешь, воешь, а тебе ломают кости и снимают это на видео.

Я опустила взгляд на свои дрожащие ладони. Господи, неужели я доказывала Ариго, что смогу справиться с теми мужчинами, которые будут приходить ко мне в салон? Что сумею остаться неприкосновенной?

А ведь я в это верила. Честно. Считала, что у меня нет никаких травм и я бояться не буду. Ага. Конечно. Но дело и не в травме вовсе, а в том, что некоторых людей стоит бояться и я это уже более чем отчетливо ощутила на собственном опыте.

Соприкосновение с Дарио слишком многое мне показало. Я не знала, по какой причине, но он почему-то напоминал мне тех мужчин, которые похитили меня и ломали на заброшенном заводе. Почему? Может, по той причине, что я понимала – они из одной среды. Те для кого человеческая жизнь имеет определенную ценность или же ее отсутствие. Криминальный мир. Кровь. Жестокость.

И я до дрожи боялась того, что сейчас я сижу тут за столом, а уже через пару минут могу быть заперта в каком-нибудь холодном, темном месте, где меня опять будут ломать. То, что судьба закончит то, что когда-то начала, но уже теперь сделает это по воле Дарио.

- Зачем ты держишь меня тут? – тихо спросила. – Мы же… Мы же с тобой встречаемся. Я это приняла. Больше не сопротивляюсь. Делаю все, что ты желаешь.

- Потому, что ты беременна от меня и я хочу проследить, чтобы с моим ребенком все было хорошо, - Дарио безразлично взял стакан с водой.

Я резко подняла голову, поджимая губы.

- Пожалуйста, прекрати. Я знаю, что мы не переспали.

- С чего такая уверенность?

- Я… Я видела твой член…

- И не только видела.

- … и если бы у нас был секс, ощущения точно остались бы. А их нет.

- Я был очень осторожен, - Дарио колыхнул воду в стакане. – Хочешь расскажу, как все происходило? Еще в клубе я разложил тебя на диване. Ты извивалась подо мной. Стонала. Оказывается, пьяная ты еще та грязная шлюшка, но мне понравилось. Знаешь, что ты для меня сделала? Что было перед тем, как я вошел в тебя и трахал пока ты стонала мое имя?

- Хватит, - я нервно сжала край скатерти.

Мы не переспали. Не переспали!

Но засосы на шее заставляли меня нервничать. Понимать, что кое-что все-таки произошло и я боялась услышать, что именно. Клянусь, я больше никогда и ни за что не буду пить алкоголь.

- Чтобы ты не говорил, я знаю, что мы не переспали. Пожалуйста, прошу, хватит. Умоляю, скажи честно зачем ты все это делаешь и говоришь. Я же… Не сделала тебе ничего плохого. Я была послушной. Поступала так, как ты хотел. Так почему… Зачем все это?

- Хочешь честности? – Дарио поставил стакан на стол и лениво вернул ладонь в карман.

- Да, - ответила, не раздумывая ни мгновения.

- Хорошо, но перед этим давай поиграем в одну игру. Ты покажешь мне, что ты честна со мной и я отвечу тебе тем же.

- Что за игра? – внутренне я сильно напряглась. Почему-то мне это не понравилось. Инстинкты окаменели.

- Ничего сложного. Я назову тебе две фамилии, а ты скажешь мне какая из них тебе нравится больше.

- Зачем это? – я села ровнее, не отрывая взгляда от Де Луки.

- Ты согласна на игру или нет?

Я помедлила. Ничего не понимала. Что за странная игра и при чем тут честность?

Но все же я кивнула.

- Да, согласна.

Дарио еле заметно наклонил голову набок, из-за чего черные, жесткие пряди волос упали на бездушные глаза.

- Карузо или Венес?

Я хотела взять свой стакан с водой, но рука замерла. Меня словно кипятком облило и сердце начало биться настолько гулко и быстро, словно собиралось разорваться.

Венес – это фамилия Деимоса.

Мое горло сдавило. Дышать стало трудно и тревога затопила сознание. Что… Что происходит? Почему Дарио назвал его фамилию?

- Так, что? Какая из фамилий тебе больше нравится?

- Не… знаю, - я буквально выдавила из себя эти слова. Пытаясь срочно успокоиться. Мысленно вопя о том, что это просто совпадение. Дикое, странное, ненормальное, но все-таки просто совпадение. – Обе фамилии неплохие, но не сказала бы, что одна из них мне как-то особенно понравилась.

- Ты побледнела, Романа. Тебе стало плохо? – в глазах Де Лука не было ни намека на волнение. Наоборот, они сейчас казались особенно бездушными. Или же я себя уже накручивала.

- Тебе кажется, - я все-таки взяла стакан и сделала несколько глотков.

- Это хорошо. Я бы не хотел, чтобы ты чувствовала себя, как-нибудь не так и, тем более, переживала. Так, что, Романа, какая фамилия?

- Не знаю, - нервно произнесла. Мой ошпаренный мозг только сейчас начал кое-что осознавать. Дарио ведь сказал, что это игра на честность и назвал фамилию Деимоса. О, боже… нет… Нет! Де Лука не мог узнать про него. Никак. Мы же тайно встречались. В последнее время лично вообще не виделись.

- Хорошенько подумай. Ты ведь даже можешь спроецировать эти фамилии на знакомых тебе людей. В твоей жизни есть и Карузо и Венес. Знаешь, что самое интересное? У них одинаковые имена. Обоих зовут Деимосом.

Мое сердце упало вниз и разбилось на миллиард чертовых осколков, которые изнутри впились в тело. Разорвали все к чертям.

О, господи.

Нет!

Я только сейчас вспомнила, кто такой Деимос Карузо – брат одной из девушек, с которой я посещаю клуб легкой атлетики. Мы иногда общались, когда он приходил за сестрой, но…

Я физически почувствовала, как вся кровь отхлынула от лица и осколки внутри уже начали разрезать на части.

- Откуда ты знаешь? – произнесла, еле шевеля губами.

- Что я знаю? – насколько же безжалостным казался этот вопрос.

И я замерла. Что именно ему известно? То, что у меня были отношения с Деимосом? То, что они формально еще не закончены? Знает ли Дарио с каким именно Деимосом и сейчас просто играет со мной? Или ему известно имя, но не в точности, что это за человек?

- Ты можешь не отвечать на вопрос. В этой игре ты уже давно проиграла.





Глава 34 Хороший


- Нет, подожди, - я резко наклонилась вперед, пальцами впившись в край стола. – Я… Я раньше встречалась с одним парнем, которого… звали Деимосом. Но это не имеет значения. Правда. Я рассталась с ним, как только… Как только ты сказал, что у нас с тобой отношения.

Дарио еле заметно наклонил голову набок и в свете ламп на террасе его глаза показались практически черными.

- Я поэтому и не рассказывала про него. Какой в этом смысл? Ты ведь не рассказываешь про девушек, которые у тебя были раньше. Господи, да у тебя же невеста сейчас есть и про нее ты тоже ничего не говоришь, помимо того, что это неважно, - все эти фразы я произнесла быстро. Чуть ли не на одном выдохе, еле разделяя слова, словно выплескивая те едкие эмоции, которые сейчас сжигали изнутри. – Вот только, это, черт раздери, важно, но я же молчу. Не задаю лишних вопросов и не делаю ничего плохого. Так почему ты?..

Мне пришлось сильно прикусить кончик языка, иначе, уверена, я бы сказала лишнего. Например, то, что Дарио вообще не имеет права меня ничем попрекать. У нас с ним не те отношения.

Я не желала конфликтов с ним. Я хотела просто, чтобы все это прекратилось.

Дарио медленно, лениво поднялся на ноги и я сильно вжалась в спинку стула, когда расстояния между нами стало значительно меньше.

- Есть одна огромная разница, Романа, - он поднял руку и я, прожженная инстинктами, к сожалению, не сумела среагировать, когда Де Лука вплел пальцы в мои волосы, сильно их сжимая. Заставляя поднять голову и посмотреть на него. – Сейчас я хочу только тебя. Я не собирался тебе изменять и смотреть на других женщин.

- Я тоже не… собиралась изменять.

- Неужели? – он сжал волосы сильнее и меня в дрожь бросало то, как Де Лука возвышался надо мной. Обычно он сокращал дистанцию между нами. Наклонялся ко мне, но сейчас почему-то держал расстояние. Вот только, почему-то именно это пугало сильнее всего. – Я не являюсь хорошим человеком и ты это прекрасно знаешь. Но я во многом себя сдерживал и ограничивал. Считал, что, раз ты такая невинная, значит, мне следует быть с тобой поосторожнее. Теперь я в этом смысла не вижу. Я развлекусь с тобой по-настоящему.

- Нет, пожалуйста. Ничего ведь не изменилось и…

- Твоим парнем является Деимос Венес. Трудно не догадаться, когда он полностью в твоем вкусе.

- Он был моим парнем. Сейчас мы не вместе.

- Как нехорошо лгать, Романа.

Я тяжело сглотнула, чувствуя, как порыв ветра растрепал мои волосы.

- Я встречаюсь с тобой. Других парней для меня не существует. Я… Я вообще не понимаю, почему ты злишься.

- Значит, тебе плевать на твоего Деимоса?

- Он уже не мой и… да. Мы же с ним расстались. Теперь он просто бывший.

- Просто бывший, - повторил Дарио, бездушным, холодным тоном. – Значит, ты не будешь против, если мои люди кое-что с ним сделают.

- Что?.. Нет, Дарио. Пожалуйста, не нужно. Зачем ты вообще такое говоришь?

- Потому-то, как я уже сказал, я не хороший и больше не собираюсь рядом с тобой таковым притворяться.

Он отпустил мои волосы. Я тут же отстранилась. Хотела многое сказать, но Дарио приказал своим людям отвести меня обратно в комнату. Я кричала. Вырывалась, но в итоге меня опять заперли.

***

Наверное, время уже близилось к полночи, а я все так же беспрерывно расхаживала по комнате. Ладони невыносимо болели от того, как я ими постоянно била по двери. Еще кричала, но абсолютно никакой реакции не получала.

Паника захлестнула сознание. Я находилась на грани, хоть и пыталась себя успокоить. Дарио ничего не сделает Деимосу. В этом нет смысла. Он же просто мой бывший парень. Еще и сейчас находится в Греции. Де Луке разве некому больше причинить вред?

Логически я понимала, что Дарио нет смысла напрягаться. Я даже не понимала, почему он злился.

Но все-таки, на душе было настолько неспокойно, что, казалось, я уже начинала сходить с ума.

Внезапно дверь открылась. Я резко обернулась, считая, что пришел Дарио. Собираясь броситься к нему с множеством слов.

Но на пороге я увидела не Де Луку. Там стояла незнакомая мне женщина.

На вид ей около тридцати пяти. Высокая. Утонченная. С безупречной фигурой и черными, как ночь волосами. Она была одета в юбку и блузку. Элегантно и в меру строго. Привлекательная. Я бы даже сказала, что очень.

Не зная, кто это, я замерла, а она окинула меня внимательным взглядом. Нахмурилась.

- Простите, вы можете, пожалуйста, передать Дарио Де Луке, что я хочу поговорить с ним? – быстро спросила, понимая, что мой голос дрожал.

- Дарио сейчас не дома. Он уехал, - сказала она, заходя в комнату. – А ты… Романа Леоне?

- Да, - я быстро кивнула. – А вы не знаете, когда он вернется? Мне очень нужно поговорить с ним.

Женщина тяжело выдохнула и, закрывая глаза, кончиками пальцев потерла переносицу. После этого обернулась к мужчинам, стоящим в коридоре и сказала им.

- Отпустите ее и отвезите домой.

- Госпожа, ваш сын приказал удерживать девушку тут. Мы не можем…

- Отпустите ее под мою ответственность, - перебивая громилу, женщина сказала это строгим, жестким тоном.

А я застыла на месте.

Госпожа? Ваш сын?

Это мать Дарио?

По моей коже скользнул холодок. Немного не так я себе ее представляла. Она выглядела слишком изящной и утонченной, как на ту, которая могла родить такого мрачного, кровожадного верзилу.

Мужчины напряглись, переглянулись, но в итоге кивнули.

- Пойдем, - она кивнула мне, после чего направилась к выходу. Я поспешила за женщиной, но, когда мы уже были в коридоре, быстро, нервно произнесла:

- Я… Спасибо за то, что отпустили меня, но я не могу так просто уйти. Мне нужно поговорить с вашим сыном. Он…

- Что он опять сделал? – она остановилась и обернулась ко мне. Я не знала, как выглядела и до какого состояния меня довели нервы, но женщина, смотря на меня, опять нахмурилась. – Дарио, непослушный мальчишка. Как так можно относиться к девушке?

Она ладонью прикоснулась к моему лицу, пальцами поддевая подбородок. И я не знала, чему удивляться больше – тому, насколько нежными и мягкими оказались прикосновения этой женщины или тому, что я только что услышала, как кто-то назвал Дарио Де Луку «непослушным мальчишкой».





Глава 35 Забавно


Я нервно замялась на месте, не зная, что сказать матери Дарио. А вдруг я произнесу что-то лишнее и потом мне за это влетит? Если не от нее, то от самого Дарио. И ладно, если влетит только мне – я сейчас за Деимоса боялась.

- Так, что сделал мой сын? – женщина убрала ладонь от моего лица, но на коже все еще оставалось тепло от прикосновения ее пальцев.

- Он… Практически ничего, но я боюсь, что, если я сейчас уйду, это его разозлит. Поэтому… Наверное, мне лучше дождаться Дарио.

Женщина, смотря на меня, вновь тяжело выдохнула и покачала головой.

- Если ты хочешь его дождаться, я препятствовать не буду, но не уверена, что тебе стоит это делать.

- Почему?

- Потому что, как я вижу – он тебя запугал, - она поджала губы. Казалось бы обычное проявление мимики, но в нем было столько недовольства и строгости, что даже мне стало не по себе.

Я пальцами поддела резинку на запястье и начала нервно ее дергать.

- Возможно, - произнесла, кусая нижнюю губу. – Но я же не просто так боюсь. И я… совершенно не понимаю вашего сына. Но… Мне кажется, что если я уеду, произойдет что-то плохое. Нам с ним… нужно поговорить.

Женщина еле заметно наклонила голову набок, а я лишь сейчас заметила у нее на скуле две родинки. Точно такие же были и у Дарио.

- Езжай домой, попытайся успокоиться и нормально поспи. Если тебе с моим сыном нужно поговорить, он сам приедет к тебе. Мужчина обязан приезжать к женщине, а не женщина должна в страхе ждать мужчину, в месте, где он ее запер.

- Но вдруг…

- Все будет хорошо. Пойдем.

Она взяла меня за руку и потянула за собой. Я внутренне очень сильно сжалась, но сопротивляться не стала. Последовала за матерью Дарио.

- Женщина должна себя ценить. Пожалуйста, помни об этом.

Мы спустились вниз, где она одному из верзил приказала приготовить машину, а, затем, окинув меня взглядом и спросила:

- У тебя были с собой какие-нибудь вещи?

- Да, - быстро ответила. – Рюкзак и одежда. Джинсы, футболка, толстовка.

Внезапно мне стало стыдно от того, что я перед этой женщиной стояла в таком откровенном платье. Хотя на меня его «надел» ее сын.

Она сказала другому верзиле принести все, что принадлежало мне и буквально через пять минут я это получила.

- Можно, пожалуйста, я где-нибудь у вас переоденусь? – неуверенно спросила. Вот чего мне не хотелось, так это в таком виде возвращаться домой.

Женщина кивнула и провела меня к одной из ближайших комнат. Переодевшись, я отдала платье ей, сказав, что оно не мое.

Уже когда я садилась в машину, поблагодарила мать Дарио. Все еще жутко нервничала, но благодарности говорила искренне.

***

Еще будучи в машине, я никак не могла усидеть на месте. До сих пор возникало ощущение, что я просто сбежала от нерешенного конфликта, который в итоге может очень сильно по мне ударить. И, опять-таки, ладно, если он ударит только по мне, но Деимос… Дарио ведь его не тронет?

Доставая свой телефон из рюкзака, я хотела проверить время, но так и застыла, увидев на экране множество пропущенных от моей приемной матери и сводного брата. Даже было около пяти пропущенных от Винсы. И сообщения от нее, в которых подруга писала, что мой брат наведывался к ней и спрашивал, где я.

Мне конец.

Это впервые, когда я вот так бесследно исчезла и без какого-либо предупреждения отсутствовала. Еще и сегодня в университет не пришла. По сути, я нарушила самое главное правило моей приемной семьи. Но все-таки я не ожидала того, что брат поедет к Винсензе.

Когда машина остановилась на улице рядом с домом Леоне, я вышла из нее и, забросив рюкзак на плечо, поплелась к воротам, пытаясь судорожно придумать, как объяснить мое отсутствие. Пока что в голову ничего не приходило. Может, сказать правду?

Ага. И потом Дарио снимет с меня кожу за то, что я кому-то призналась, что мы не встречаемся. Или после сегодняшнего у нас уже нет «отношений»?

Когда я проходила по небольшому саду, заметила, что в доме практически не горел свет. Только на первом этаже в гостиной и, стоило мне войти туда, как я увидела старшую сводную сестру. Мичелу. Она лежала на диване и, с кем-то переписываясь, смеялась. Фоном на телевизоре шел какой-то сериал.

По коже скользнул холодок. Столкнуться с ней все равно, что полезть в петлю и сразу вздернуться.

И, к сожалению, проскользнуть незамеченной у меня не получилось. Мичела, уловив движение, повернула голову в мою сторону.

- Да неужели. Кого я вижу? - она заблокировала телефон и села на диване. На пухлых губах сестры растянулась ухмылка. – Вернулась наша пропажа. Хорошо нагулялась?

- Я не гуляла. Завтра утром я позвоню госпоже Леоне и объясню, где была, - придерживая лямку рюкзака, я пошла к лестнице. Пока что я понятия не имела, как объясню свое отсутствие, но благодаря позднему времени у меня имелось хоть какое-то время.

- И это все, что ты мне скажешь? А как же извинения? – Мичела отбросила телефон на диван и последовала за мной. – Вижу, у тебя ожидаемо нет ни совести, ни сожаления.

Та гадкая ухмылка, с которой она это говорила, едко прошла по сознанию.

- Мне жаль, что я не смогла заранее предупредить о своем отсутствии, но что-то я не помню, чтобы ты хотя бы раз предупреждала меня, когда тебя сутками не было дома. Я тебе ничего не должна, а с госпожой Леоне я поговорю завтра.

- Ты вообще-то живешь в моем доме. Ты ешь еду нашей семьи. Носишь одежду, которую мы тебе покупаем, а в итоге, что? Надеюсь, мама тебя завтра хорошенько так на место поставит. Ну, или, может, доверит это мне, пока родители не вернутся. Хочешь, чтобы с тобой разобралась я? Уверена, что нет, но, уж поверь, твое мнение глубоко плевать.

- Я никогда не ела еду вашей семьи. Дон Моро за все платил. А сейчас я вообще сама себе все покупаю.

Я хотела ступить на лестницу, но Мичела перекрыла мне дорогу.

- О, так ты ни во что не ставишь то, что мои родители для тебя сделали? Это я тоже передам маме.

В этом я не сомневалась. Может, она даже скажет, что я вернулась пьяной. Мичела часто это делала – что-то добавляла от себя, чтобы мне сильнее влетело. И, естественно, мне никто не верил. Кто я по сравнению с ней?

- Я не говорила, что не ценю. Я сказала, что ты преувеличиваешь и опять пытаешься попрекать меня. Я понимаю, что это твое любимое дело, как и издевки любого рода, но, может, дашь мне пройти и свои развлечения отложишь до завтра? Я устала.

- Какие грубые слова. Как ты вообще можешь говорить обо мне что-то такое? – она оперлась локтем о перила и подперла голову кулаком. – Пожалуй, я расскажу маме и то, что ты наговорила мне всяких грязных слов.

- Да пожалуйста.

Я двинулась к лестнице, но Мичела, делая шаг вбок, опять встала передо мной.

- Так, где ты была?

- Я не обязана тебе докладывать, точно так же, как и ты мне ничего не рассказываешь.

- Не сравнивай меня и себя, - она пальцем ткнула меня в грудь. Даже через толстовку это было больно, так как ногти у нее острые. – Я член этой семьи. Дочь своих родителей, а ты прицепившаяся к нам пиявка, за которой нам еще и присматривать нужно.

- Боишься, что я семью могу опозорить? – я изогнула губы. – Или ищешь варианты, как сильнее меня подставить? Например, как ты в прошлом году сделала вид, что я у тебя браслет украла?

Мичела фыркнула. Эту тему мы раньше не затрагивали. Во-первых, в этом не было смысла. Во-вторых, эта ситуация была далеко не первой. И, если в прошлом, при первых подобных случаях, я еще пыталась судорожно достучаться до сводной сестры, чтобы понять, зачем она это делает и как упросить ее прекратить, то позже поняла, что мои попытки лишь больше ее забавляли. А я уж точно не клоун.

Меня за ее проделки хорошо так наказывали. За браслет сеньор Леоне впервые поднял на меня руку – под плачь Мичелы при всех влепил мне подзатыльник. Было не только больно, но и унизительно. Тем более, я тогда не только это получила. До сих пор, когда вспоминаю, в груди начинает неприятно жечь.

- Не понимаю, о чем ты говоришь, - Мичела острым ногтем провела по браслету. По тому самому за который мне влетело. – Ты украла мою вещь, а потом еще и пыталась на меня это спихнуть. У тебя вообще совесть есть?

Ожидаемо, даже, когда мы наедине, она ни в чем не признается. Именно это в прошлом разрушило мой план записать наш разговор на телефон.

- Отойди.

- Пока не скажешь, где была, никуда не уйду.

Я сильно поджала губы, затем вплела пальцы в волосы и растрепала их. Ей ведь и не требовался ответ. Я слишком хорошо знала Мичелу, чтобы понимать – она тянет разговор, так как ищет за что бы еще зацепиться. И соответственно спровоцировать конфликт.

- Я была в доме дона Де Луки, - ответила, снимая рюкзак и беря лямку ладонью.

Мне не стоило уточнять, что за дон Де Лука. Возможно, не каждый в Неаполе знал фамилию человека, стоящего за Каморрой. Все-таки он не публичная личность, но Мичеле она была прекрасно известна.

Сестра, изначально собираясь что-то сказать, замерла. Несколько раз моргнула, а затем растянула губы в такой ухмылке, что мне даже противно стало.

- Ага. Конечно. И там ты пила слезы девственных монахинь смотря на то, как танцуют слоны.

- Я говорю серьезно. Ты спросила – я ответила.

- Хватит нести ересь. Нормально отвечай. Или хотя бы лги более правдоподобно - что тебя туда взяли полы мыть. И то все равно такое себе. Черта с два ты бы прошла строгий отбор.

- Я там была, как девушка Дарио Де Луки. Мы начали встречаться.

Мичела засмеялась. Громко. На весь дом. При этом чуть ли не согнувшись.

- Господи, какой бред, - сказала она сквозь смех.

И меня это даже кольнуло. Неужели настолько трудно поверить, что мы с Де Лукой встречаемся?

Но был один плюс – видно, мои слова настолько позабавили Мичелу, что она все-таки отошла в сторону, при этом сказав, что я больная. Я смогла быстро скользнуть к лестнице, после чего, все еще слыша ее смех, подняться на второй этаж и наконец-то оказаться в своей спальне.

Бросив рюкзак на пол, я взяла телефон и опять попыталась дозвониться к Деимосу. Ответа не последовало и внутри все уничтожило тревогой.





Глава 36 Поступок


Лежа на кровати, я постоянно ворочалась без возможности заснуть. Раз за разом тянулась к тумбочке и проверяла телефон – не пропустила ли я звонок или сообщение от Деимоса? Я понимала, что это невозможно. В полной тишине я уловила бы малейшее жужжание телефона, но тревожность настолько разъедала изнутри, что я просто не могла успокоиться.

В очередной раз отложив телефон на край тумбочки и, укутавшись в одеяло, я нервно закрыла глаза, но замерла услышав в коридоре шаги. Тяжелые. Они явно принадлежали не Мичеле.

Звучание этих шагов я прекрасно узнала – мой старший сводный брат. Марко.

Наши спальни находились прямо напротив друг друга и я уже давно привыкла к его близкому присутствию, но это не означало, что оно перестало для меня быть сродни ножам проходящим по коже.

Затаившись, я ждала, пока Марко зайдет в свою спальню и его шаги стихнут, но нервозность сдавила, стоило мне понять, что он остановился около моей двери. Какого черта? Наверное, Мичела все еще была в гостиной и, возможно, рассказала своему брату, что я вернулась, но все равно…

Дверная ручка опустилась и я, вздрогнув, замерла. Даже дышать перестала.

Марко вошел в мою спальню и мне не оставалось ничего, кроме как делать вид, что я сплю.

Я чувствовала, что на меня упал свет из коридора и огромных усилий стоило удержать на лице спокойное, безмятежное выражение, а еще сделать дыхание ровным и глубоким.

Кажется, Марко подошел к моей кровати. Я услышала, как его шаги стихли рядом со мной и сразу же воздух в комнате стал тяжелым и давящим.

Он слишком долго стоял неподвижно. Так, что я даже начала сомневаться, действительно ли брат еще находится в моей комнате. Может, Марко уже ушел, а я этого не услышала?

Но открывать глаза не рискнула и, спустя еще какое-то время, почувствовала, как к моей щеке что-то прикоснулось. Его пальцы?

Я понятия не имела, как мне удалось не вздрогнуть и тут же подскочив на кровати не отползти на другую ее сторону, но, к счастью, вскоре Марко убрал ладонь и сам отстранился.

Послышались отдаляющиеся шаги брата, после чего дверь закрылась и на мою комнату опять легла полная темнота.

Лишь выждав еще какое-то время, я наконец-то открыла глаза. Убедилась, что точно нахожусь тут одна и, садясь на матрасе, начала тереть щеку. Какого черта Марко сделал?

Опять упав на кровать, я выдохнула. Радовало то, что он просто ушел.

Кутаясь в одеяло, я начала опять ворочаться. Не знала, сколько так прошло времени, но, услышав, что мой телефон зажужжал, чуть не упала с кровати, настолько быстро потянулась к нему.

Я думала, что мне написал Деимос, но на экране увидела сообщение от Дарио:

«Выходи. Я рядом с твоим домом»

Я сжала телефон с такой силой, что чуть пальцы себе не сломала.

По коже скользнул царапающий, ужасающий холодок. Черт.

Вскочив с кровати, я подошла к окну и в свете фонарей увидела машину Де Луки, припаркованную, недалеко от ворот. Она была частично закрыта ветвями деревьев, но все-таки я ее узнала.

Сделав несколько неуверенных шагов по комнате, я пыталась понять, что мне делать. Опять видеться с Дарио не хотелось. Даже более чем. А что если он меня вновь запрет?

Да и сейчас выходить из дома опасно. А вдруг меня увидят Марко или Мичела? Мне же конец наступит. После того, как я отсутствовала полтора дня, мое положение и так хуже некуда. Если станет известно, что я опять посреди ночи куда-то уходила, то это уже станет, как выстрел в голову.

Но… Я переживала из-за Деимоса. А еще понимала, что спрятаться от Дарио не смогу.

Поэтому, взяла свой кардиган. Накинула его сверху пижамы и очень осторожно открыла дверь.

Выглянув в коридор, поняла, что Марко, кажется, спал. Свет в его комнате не горел и, не уловив никаких звуков, я быстро выскользнула из комнаты.

Главная опасность состояла в гостиной. Там находилась Мичела, но, когда я уже спускалась вниз, поняла, что свет там больше не горел. Сестра ушла к себе. Причем, судя по всему, совсем недавно, так как в гостиной еще витал аромат ее обожаемого чая с клубникой. Отлично. Мне повезло.

Быстро нацепив на ноги кроссовки, я выскользнула на улицу. Миновала сад и, оказавшись на улице, открыла дверцу со стороны переднего пассажирского сиденья, после чего взобралась на него.

Я обернулась к Дарио и мы встретились взглядами. Уже того, как он на меня посмотрел, было достаточно, чтобы по коже скользнули мощные мурашки.

Он опустил взгляд ниже. Им окинул мою пижаму.

- Как мило, - Де Лука немного опустил веки, затем отвернулся и завел машину, а я быстро попыталась укутаться в кардиган, пытаясь прикрыть пижаму с кроликами и морковкой.

- Куда ты меня везешь? – нервно, настороженно спросила, когда Дарио выехал на дорогу.

- Никуда.

- Но мы же куда-то едем, - я оглянулась по сторонам. Пока что мы просто проезжали по улице, на которой находился дом Леоне. Это тихое, спокойное место с частными домами и высокими заборами. Достаточным количеством зелени, которой в городе практически не увидишь.

К счастью, Дарио уже скоро остановил машину. Он припарковал ее рядом со старым сквером. Сейчас полностью безлюдным.

Де Лука опустил окно со своей стороны и достал пачку с сигаретами.

- И так, Романа, ты нажаловалась на меня моей матери, – сказал он, подкуривая одну из них.

- Я не жаловалась, - тут же возразила. – Она пришла ко мне. Увидела до какого состояния ты меня довел и отпустила.

- И до какого же состояния я тебя довел?

- У меня от нервов чуть не случилась истерика, - я носком кроссовка нервозно постучала по коврику.

Этот сквер давно не использовали. В нем не гуляли и городские службы им не занимались. Трава слишком сильно выросла, скамейки поломанные и из всех фонарей работали только два. И те дальние. Из-за этого сквер ночью выглядел по-настоящему жутко.

- Так сильно переживаешь за своего блядского Деимоса?

- Да, переживаю, но не потому, что он что-то значит для меня, как парень. Я уже сказала – мы с ним расстались. Но… он не плохой человек и я бы не хотела, чтобы с ним что-то случилось. Ты же его не тронешь?

- Значит, он для тебя больше ничего не значит? – Дарио пальцами поддел мой подбородок и сжал его. Выдохнул дым мне в лицо, из-за чего я закашлялась. – Неужели?

- Да, - сказала, все еще откашливаясь. Боже, как же я ненавидела сигаретный дым. – Мы с ним даже особо и не встречались. Это было черти что, а не отношения. Мы просто иногда за руки держались. Пару раз целовались и все.

- Когда ты была пьяной, - Дарио наклонился к моему лицу, так, что кончики его жестких, непослушных волос, коснулись моего виска: - Ты залезла на меня. Называла меня Деимосом и просила тебя трахнуть.

Мои глаза округлились так, что это даже стало больно и тело одеревенело. Я даже не сразу поняла, что только что услышала.

- Ты лжешь. Я бы так никогда не сделала, - я тут же качнула головой. Вернее попыталась это сделать, но пальцы Де Луки подобного не позволили. – То есть, под алкоголем люди иногда творят всякое, но все равно чтобы я такое… Это не правда. Не правда! Ты опять издеваешься надо мной, как и с беременностью.

- А еще ты кое-что говорила про меня. Знаешь, что? Думаю, догадываешься. Хоть ты и не запомнила прошлую ночь, но все это есть в твоей голове, - Дарио указательным пальцем прикоснулся к моему лбу. – Алкоголь сделал тебя дохрена честной.

Я тяжело сглотнула. Судорожно. Все еще верила в то, что слова Дарио ложь, ведь иначе…

- Давай, Романа. Попробуй быть честной и без алкоголя, - Де Лука наклонился ниже и наши губы практически соприкасались. – Этот Деимос тебе действительно безразличен?

Я ногтями сильно вцепилась в сиденье по обе стороны от своих бедер. Из-за того, что я сидела неудобно, тело начало ныть. Особенно поясница, но то, что происходило в моем сознании, было в разы хуже.

- Не совсем, - произнесла на выдохе. Сильно прикусывая кончик языка. – Он мне нравился. Иначе бы я с ним не встречалась, но… я бы уж точно не стала лезть на него и просить меня… просить…

- Как бы ты не стала этого делать, я уже прекрасно прочувствовал на себе. Давай дальше, - убирая руку от моего лица, Де Лука положил ладонь на мой затылок, пальцами зарываясь в волосы.

Мне понадобилось время, чтобы хотя бы частично утихомирить мысли. Я не лезла на Дарио считая, что он Деимос. Не лезла! Во-первых, я бы их в жизни не перепутала. Даже будучи пьяной. Во-вторых, несмотря на то, что рядом с Деимосом я была более раскрепощенной, я на него ни разу не лезла и вот так бы просто этого делать не стала.

- Он мне нравился, - повторила, опуская взгляд и смотря на небольшое пространство между мой и Де Лукой. – Но, когда ты сказал, что между мной и тобой теперь отношения, я с ним порвала.

- Но сделала это не ради меня, - Дарио не спрашивал. Утверждал, большим пальцем проводя по моей скуле, но ощущалось это, как лезвие рядом с венами.

- Я не знаю, что тебе на это ответить, - я закрыла глаза. - Ты появился в моей жизни в тот период, когда у меня был любимый парень. Ты угрожал мне, запугивал, связывал. Не оставил никакого выбора абсолютно ни в чем. Это не та ситуация, в которой я могла бы пропитаться к тебе нежными чувствами. Тем более, у тебя ко мне тоже исключительно потребительские желания – выполнить поручение отца и взять меня, так как, судя по всему, я внешне тебе понравилась. Поэтому, да, Деимоса я бросила не ради тебя, а из-за тебя. Я побоялась, что наличие у меня парня помешает тебе выполнить поручение отца и мало ли чем это закончится. Но… и без этого происходит что-то не очень хорошее.

Я сжимала сиденье с такой силой, что пальцы уже невыносимо болели. Но, наверное, мне сейчас именно это и требовалось.

- Ты ведь не тронешь Деимоса? Я рассказала тебе все. Была честной. Пожалуйста, не вреди ему. Он не… помешает тебе сделать то, что ты хочешь.

- Ты собираешься сойтись с ним опять после того, как мы с тобой разойдемся? – Дарио своим лбом прикоснулся к моему и я почувствовала его горячее дыхание на своих губах. Де Лука положил ладонь на мою спину и сжал кардиган.

Я не понимала к чему этот вопрос. Неужели ко мне будут еще какие-то условия после того, как наши дороги наконец-то разойдутся? Но, в принципе, и на этот вопрос я могла ответить честно.

- Нет, - я отрицательно качнула головой. – На самом деле мы с ним на данный момент еще не окончательно разошлись, - произнести это было трудно. Даже слишком. До сих пор возникало ощущение, что должен быть предел в честности перед Де Лукой и, когда он сжал мой кардиган так, что ткань затрещала, мое сердце рухнуло вниз. – Я сказала Деимосу про расставание, но нормального разговора у нас не получилось, так как его отец в тот день попал в реанимацию. Но это уже решено. Как только его отцу станет лучше, мы закончим этот разговор. Окончательно расстанемся и… больше не сойдемся.

- Почему? Он же тебе так нравится, - почему-то от голоса Дарио сознание заледенело.

- Окончательно не разорвав отношения с Деимосом, я была с тобой. Не думаю, что после этого смогу строить отношения с тем, с кем так поступила.

- Но тебе было нормально так поступать со мной.

- Ты со мной поступаешь не лучше, - я открыла глаза. – Ты ясно дал понять, что лишь пользуешься мной. Разве это отношения?

- Да. Временные, но отношения.

Я отрицательно качнула головой, после чего спросила:

- Так ты не тронешь Деимоса?

Дарио опустил ладонь на мою шею.

- Только, если ты выполнишь три условия. Первое – ты завтра же с ним окончательно расстанешься.

- Но его отец…

- Мне глубоко плевать на чувства этого уебка и, если ты пытаешься склонить меня к жалости, которой страдаешь, поверь мне похер. Ты, конечно, можешь его пожалеть, но, если завтра не будет разрыва ваших отношений, уже я жалеть не стану.

Я буквально на мгновение застыла. Боялась такого разговора с Деимосом. Вернее, боялась причинить ему боль, когда он и так не в самом лучшем состоянии из-за отца, но в итоге кивнула. Пусть лучше я сделаю ему больно, чем до Деимоса доберется Дарио.

- Второе – вы больше никогда не сойдетесь. Даже, когда мы с тобой расстанемся.

- Я не понимаю, зачем ты…

- Ты согласна или нет?

- Согласна, - тут я даже не раздумывала. Мне нравится Деимос. Очень. Но ранее я сказала правду – так поступив с ним, я больше не смогу быть с Деимосом в отношениях.

- Третье – пока ты со мной, ты будешь сосредоточена исключительно на мне. Не будешь зажиматься, бояться, дергаться. Я хочу, чтобы ты текла для меня, а не в ужасе тряслась. Уж постарайся, Романа, дать мне это.

Я кивнула, но очень медленно и неуверенно. То, что Дарио поставил, как последнее условие зависело не совсем от меня. Подобное являлось моими защитными рефлексами, которые я не особо контролировала, но, после того, как я пережила ад, в тревоге погибая от волнений из-за Деимоса, была готова на все. Просто… пусть все это поскорее закончится. Я все перетерплю. Выдержу. И даже попытаюсь притвориться.

- Хорошо, Романа. Теперь иди ко мне. Я хочу посмотреть на то, как ты дашь мне то, что я хочу, - Де Лука протянул ко мне руку и я невольно напряглась, сжалась. Его слова были словно удар. Того, что я испугалась, но тут же попыталась расслабиться.

Я понимала – он меня проверял. Смотрел насколько я готова выполнять условия. И я готова. Правда. Наверное.

Я вложила свою ладонь в его и Дарио притянул меня к себе. Усадил к себе на колени.

- Я… могу у тебя кое-что попросить? – спросила, пытаясь нервно сесть поудобнее. Выдыхая. Вновь пытаясь расслабиться. У меня обязательно все получится.

Дарио распахнул мой кардиган.

- Я почему-то думал, что ты спишь в чем-то более сексуальном, - он опять взглядом окинул мою пижаму. – Мои фантазии значительно отличаются от реальности.

- Прости, что разочаровала, - буркнула.

- Что ты хотела попросить?

- В семье, в которой я живу, есть некоторые правила. Одно из них - я не могу никуда уехать, перед этим не предупредив, но из-за того, что ты забрал у меня телефон и я этого сделать не смогла… Я сказала сводной сестре, что мы с тобой встречаемся и последние сутки я провела в твоем доме, но она почему-то не поверила. Ты можешь, пожалуйста, послезавтра, вернее, уже завтра, когда приедут мои приемные родители зайти ко мне и сказать им, что мы действительно встречаемся и я была у тебя?

- Без проблем. А теперь, Романа, расстегни мне ремень.





Глава 37 Нужно


Я сделала глубокий вдох и опустила ладони на ремень Дарио. Медленно расстегивая его. Мысленно отмечая, что делаю это уже не настолько неуклюже, как в первый раз, но воспринимая это с сожалением. Как же паршиво, что свой первый опыт в подобных вещах, я получаю именно с таким человеком.

- По твоему лицу видно, насколько ты этого не хочешь, - Дарио положил ладонь на мою щеку и большим пальцем медленно провел по скуле.

Я качнула головой. Попыталась сосредоточиться и изменить свои эмоции. Представить, что вроде как не против. Может, даже хочу. Или хотя бы убрать из себя внешнее отторжение. Дарио ведь именно его увидел?

- Не стоит, - он вплел пальцы в мои волосы и наклонился, так что я почувствовала горячее дыхание на своих губах. – Я не прошу тебя притворяться. Просто попытайся расслабиться и дать мне шанс сделать тебе хорошо.

- Я даю тебе все, что ты хочешь. Я же не сопротивляюсь, - я намеренно, даже отчаянно смотрела исключительно вниз, пытаясь делать так, чтобы наши взгляды не сталкивались. Но на самом деле, хотела вообще отвести взгляд в сторону, ведь, смотря вниз, видела огромную выпуклость в штанах Де Луки. Понимала, насколько он возбужден.

- Неужели? – Дарио убрал мои руки от своего ремня, который я так и не успела полностью расстегнуть, после чего поддел вязанную ткань моего кардигана и начал его снимать. Медленно. Никуда не торопясь. Словно снимая обертку с подарка. Лишь напряжение в его руках веяло чем-то животным и жутким. Тем, что делало воздух в машине тяжелым и напряженным.

Я не сопротивлялась. Даже немного приподнялась, чтобы помочь ему.

- Когда мы были в проулке, ты дрожала и текла от моих пальцев, - отбросив кардиган на переднее пассажирское сиденье, Де Лука руками пробрался под мою теплую пижамную кофту, оставляя ладони на талии. Они казались настолько горячими, что это даже обжигало. – После этого ты только и делала, что в страхе зажималась. Почему? Потому, что узнала, кто я?

Он губами прикоснулся к моей щеке, затем опустился к шее. Оставляя медленные, но ощутимые, как клеймо поцелуи.

- Возможно, - я неуверенно поерзала. Наверное, попыталась поудобнее сесть. Как вообще нужно сидеть на коленях у парня?

- Значит, если бы ты до сих пор оставалась в неведении, у меня было бы больше шансов получить тебя мокрую?

- Мне… ответить честно? – я положила ладони на его плечи. Во-первых, просто не знала куда их деть. Во-вторых, раз у нас интимный момент, наверное, так будет правильно. Несмотря ни на что я правда старалась идти ему навстречу. Или, вернее, выполнять те условия, которые Дарио мне поставил. Буду хорошей девочкой и, может, все это быстрее закончится.

- Конечно. Я хочу исключительно твою честность.

- И ты мне ничего не сделаешь, даже, если мои слова тебе не понравятся?

- Обещаю.

Я немного помедлила. Верила ли я в его обещания? Нет. Но эти чертовы мгновения откровенности заставили меня произнести:

- Я не считаю, что та реакция, которая была у меня в проулке, является правильной. Ты только и делал, что угрожал мне и… у меня на тот момент еще были отношения с моим любимым человеком, а я…

Я запнулась. Черт. Я понимала, что мне об этом следовало с кем-нибудь поговорить. Возможно, в разговоре я смогла бы хоть как-нибудь разобраться в себе, но разговаривать я должна была с Винсой, а не с Дарио. Да вообще с кем угодно, но не с ним.

- То есть, - Дарио сильнее сжал мою талию и повел голову вбок, делая так, что наши взгляды встретились. – Ты хочешь быть правильной, но тогда быть такой не получилось и тебе это не нравится?

- Речь не о правильности, а о том, такая реакция на тебя вообще ненормальна. Я не хочу быть сумасшедшей.

- Если тебе было хорошо, какая разница насколько это ненормально? – Де Лука притянул меня к себе. Резко. Своей ручищей проводя по моей спине и опять пробираясь под кофту. – Просто получай удовольствие. И, Романа, я не заставляю тебя делать ничего ужасного.

Я хотела возразить. Абсолютно все, что происходило между нами как раз таковыми и являлось, но произнести этого я не смогла. Де Лука своими губами накрыл мои.

Я застыла. Тело одеревенело, но мозг завопил о том, что я обещала не сопротивляться и лишь по этой причине я кое-как задушила в себе желание немедленно отстраниться.

Почему-то поцелуи с Де Лукой меня особенно пугали. Словно именно они были первым рубежом той интимной связи, за которую я боялась его пускать и сейчас мне казалось, что все внутри меня трещало от напряжения.

Я сильнее пальцами сжала рубашку Де Луки на плечах, чувствуя то, как Дарио ладонями под моей кофтой провел по пояснице, затем одной рукой скользнул к животу. Своими губами сминая мои. Целуя медленно, тягуче. Даже мягко, что никак не было похоже на него, но и в этой практически нежности было что-то острое, жестокое. То, что проходило по нервным окончаниям и пробиралось вглубь тела.

У меня не было много опыта в поцелуях, но все-таки кое-какой имелся и меня поражало то, как вообще поцелуи Дарио могли быть такими. Я не могла их описать, лишь чувствовала, что они такие же, как и он сам. Не сдержанные, жестокие. Каждое соприкосновение губ, как хождение по канату над пропастью. И это отбрасывало на меня определенные эмоции. Мощные. Те, которые обычно прятались за страхом и я вообще старалась их как-либо не расценивать, но уже сейчас у меня не было выбора и, не имея возможности сопротивляться, перебирала их.

Все, что касалось Дарио, действительно было острым. Опасным. Любая близость с ним, как максимальное, даже невозможное заострение всех чувств и эмоций. И сейчас я тонула в этом. Хотела или нет, но пропускала через себя. Пальцами сильнее сжала его плечи.

- Вот так, моя Романа, - Дарио разрывая поцелуй, губами прикоснулся к моей щеке, затем к уху. – Расслабься. Дай мне возможность сделать тебя мокрой. Обещаю, что не причиню тебе вред. Ни сейчас, ни позже.

Я сжала его рубашку так, что пальцы онемели, а Де Лука вновь своими губами набросился на мои. Целуя в прежнем темпе. Жарко хозяйничая руками под моей кофтой. Проводя ладонью по моему животу и поднимаясь к груди. Я была без лифчика и, стоило его пальцами прикоснуться к обнаженной коже, как по телу скользнуло что-то странное, но мощное. Заставляющее меня замереть, чувствуя то, как Де Лука языком провел по моей нижней губе. Затем надавил им на мои зубы и, стоило мне их разомкнуть, как Дарио углубил поцелуй. Своим языком поглаживая мой. Словно мягко поощряя. Ладонью немного сильнее сжимая грудь и подушечкой большого пальца обводя сосок.

Мне стало жарко. Слишком. Эмоции и ощущения, переливаясь, будто стали другими. Особенно, когда Де Лука второй рукой немного приспустил мои штаны и кончиками пальцев провел по низу живота. Там, где была резинка трусиков.

Я понимала, что страх перед ним толком никуда не исчез, но пыталась сосредоточиться на чем-то другом. Впервые я задалась вопросом – а что мне в нем нравится? Есть ли такое? Мне казалось, что, если я сосредоточусь на чем-то хорошем, мне станет легче.

Так, есть ли то, что мне в нем нравится?

Дарио… Привлекателен. Наверное. Совершенно не в моем вкусе, но все же у него безупречные черты лица. Такие парни, как он обычно находятся на обложках журналов.

Я подняла руку. Сама не поняла, зачем это делаю, но пальцами прикоснулась к его щеке. Ладонь Де Луки на моей груди замерла, напряглась, а я, очень осторожно пальцами провела по его скуле, выбритой щеке и ладонью поднялась к волосам.

Они тоже хорошие. Цвет мне не нравится. Я предпочитаю исключительно блондинов. Но на ощупь… Трогать их приятно. Наверное. Во всяком случае, я не ощутила не толики отторжения, когда пальцами зарылась в его жесткие, непослушные пряди. Даже начала их перебирать, чувствуя себя какой-то завороженной.

- Блядь… - Де Лука выругался. А я только сейчас поняла, что он больше не целовал меня и его руки под моей кофтой были неподвижны.

Это, словно по щелчку, немного отрезвило. Не понимая, что происходит, я уже хотела отдернуть руку, но почему-то этого не сделала. Наоборот, сильнее пальцами зарылась в жесткие пряди. Немного наклоняясь вперед. Чувствуя, как наши тела немного соприкоснулись.

Дарио очень медленно выдохнул. Затем, наклонившись, лбом прикоснулся к моему плечу. Под кофтой сжал мою талию, а мне впервые показалось, что я почувствовала его проигрыш. Крошечный. Еще более опасный, чем что-либо другое. Будоражащий, как сама смерть.

Но толком прочувствовать это и понять я не успела. Де Лука завел руку вбок и открыл дверцу. Это было настолько внезапно, что я дернулась. А еще задрожала от порыва прохладного ветра.

- Зачем?.. – я не успела закончить вопрос. Дарио подхватил меня на руки и вместе со мной вышел из машины, после чего открыл дверцу со стороны задних пассажирских сидений.

Усадил меня на них, затем, надавливая на плечо, заставил лечь.

Тут же склоняясь надо мной. Целуя губы и шею. Поддевая мою кофту и отстраняясь лишь для того, чтобы ее снять. Буквально сорвать. Немедленно губами вновь набрасываясь на мою шею. Опускаясь ими к ключицам, а затем к груди. Вбирая сосок в рот, немного прикусывая его и обводя языком, вместе с этим сжимая мои бедра. С моих губ сорвался стон. Стоило мне его услышать, как я в ужасе распахнула глаза. Хотела сию секунду закрыть рот ладонью. Обругать себя за реакцию, которая уж точно не являлась правильной, но, черт, попытки казаться нормальной мне сейчас ничерта не помогали. И, вместо того, чтобы, как мне казалось, поступать правильно, я вновь пальцами зарылась в волосы Де Луки.

- Блядь, от твоего стона у меня теперь стоит так, что это даже охренеть, как больно, - Дарио языком провел по соску.

Мне, наверное, следовало что-то ответить. Мы же разговаривали. Верно? Вели диалог, но, стоило мне вновь разомкнуть губы, как с них сорвался новый стон, от того, что Дарио раздвинул мои ноги и своими бедрами жестко прижался к моим делая крайне неоднозначное движение. Так, что я лоном, даже сквозь ткань одежды почувствовала его эрекцию, так, словно мы вообще были обнажены.

Дарио оскалился и вновь набросился на меня губами. Целуя грудь, затем живот. Опускаясь еще ниже. Снимая мои кроссовки, которые я нацепила на босые ступни, затем поддевая мои штаны вместе с трусиками и срывая их. Куда-то отбрасывая. Я в ужасе поерзала, осознавая, что теперь оставалась полностью голой, но целиком осознать это не успела. Дарио вновь раздвинул мои ноги. Одну из них забросил себе на плечо и, наклоняясь, языком провел по моему лону.

Я не просто простонала. Я закричала. Прогибаясь в спине и затылком упираясь о сидение. Я не понимала, что это были за ощущения, но они являлись настолько мощными, что я потеряла себя. Тяжело дыша, Дарио что-то сказал. Я не поняла, что именно, тем более он уже в следующее мгновение губами вновь набросился на мое лоно. Кажется, я просила его прекратить. Эта ласка смущала настолько же безумно, насколько же разрывала тело током, но Де Лука лишь с большей жестокостью набросился на меня, словно собираясь сожрать. Языком проводя по мокрым складкам, делая там то, что окончательно сводило с ума.

Я, не понимая, что делать, хотела убрать руку от его волос. Ею вцепиться в сиденье, пытаясь хоть как-то удержаться. Но, стоило мне убрать пальцы, как Дарио взял мое запястье и вновь положил ладонь на свою голову и мои пальцы сами по себе опять вплелись в его жесткие пряди. Перебирая. Сжимая.

- Вот так, малышка. Держи меня и я сделаю тебе очень хорошо, - Де Лука вновь языком провел по моему лону и языком проник внутрь меня. Я задрожала. С губ сорвался стон и я еще сильнее прогнулась в спине, чувствуя, как тело онемело. – Я сожру тебя. Полностью. Блядь, какая же ты охрененная.

Дыхание Дарио обжигало кожу. Губы и язык истязали, так, что при каждом движении и его безумной ласке, я все ближе и ближе подходила к грани, пока не перешла через нее, задрожав в настолько мощном оргазме, что в нем окончательно потеряла рассудок.

Мне казалось, что в нем весь мир стал совершенно другим. Голова кружилась и, когда Дарио вновь склонился ко мне, своими губами накрывая мои, мне казалось, что этот поцелуй был самым безумными из тех, что у нас были ранее. С обжигающим переплетением языков и моего вкуса на наших губах.

Отстраняясь на считанные миллиметры, Де Лука тяжело дыша, положил ладонь на мою щеку и большим пальцем провел по нижней губе. Неотрывно смотря на нее тем взглядом, который прожигал насквозь.

- Мне нужно почувствовать твои губы на моем члене.



От автора: Дорогие девчонки, с наступающим! Пусть все ваши мечты сбудутся в новом году:) Я вас обожаю))





Глава 38 Губы


Дарио сел и потянул меня на себя. Я все еще плохо контролировала свое тело. Оно казалось горячим, прошибаемым вспышками, словно бы вовсе не моим. Дыхания не хватало и создавалось ощущение, что разум заволокло плотным туманом, через который мысли совершенно не проходили.

С опозданием, словно через пелену я осознала, что Дарио полностью утянул меня на сиденье и, заставляя встать на колени, положи ладонь на мой затылок, второй рукой окончательно расстегивая свой ремень. Тихий звук, с которым Де Лука это делал, сейчас казался оглушающее громким. От этого нервные окончания ожили и начали жечь.

- Боишься? – хриплый, настолько тяжелый голос Де Луки взбудоражил не хуже, чем его безжалостные прикосновения.

Поднимая взгляд, я только сейчас осознала – все это время он смотрел на меня. И я понятия не имею, что именно отображалось у меня на лице, пока я наблюдала за тем, как Де Лука расстегивал ремень, но после его вопроса я отрицательно качнула головой.

- Нет, - солгала. – Я это сделаю.

В голове раз за разом звучал голос Диониса и его слова о том, что я буду свободна после того, как дам Дарио. Так пусть Де Лука уже поскорее наиграется и отпустит меня. Мы все равно уже зашли слишком далеко. Попытки сбегать ни к чему хорошему не привели и уже разъедали душу.

Может, позже я пожалею о том, что опустила руки и решила сдаться, но сейчас… я поддавалась Дарио надеясь, что это и есть моя свобода.

- Даже так? Не будешь сопротивляться? – Де Лука смотрел на меня настолько пристально, что мне даже захотелось отвести взгляд. Но все же я этого не сделала.

Я разомкнула губы. Собиралась что-то ответить, но в итоге так и не произнесла ни слова. Пошло все к черту.

Я опустила голову и убрала руку Дарио от его брюк. Краем глаза заметила, что Де Лука приподнял бровь, но, все так же пристально смотря на меня потемневшими глазами, поддался и, убирая руку, положил ее на сиденье.

Я очень медленно расстегнула сначала пуговицу, затем ширинку. Сильно прикусывая кончик языка, приспустила его боксеры, освобождая каменный член.

Дыхание застряло в горле. Его перехватило. Почему-то по телу скользнула дрожь и я ладонью сжала возбужденную плоть Дарио около основания, после чего провела ею до головки и обратно. Чувствуя напряжение его тела. Жар, повисший в воздухе.

Я вновь несколько раз провела ладонью по его члену, пока Де Лука сильнее не сжал мои волосы, заставляя поднять голову и посмотреть на него:

- Твоя ладонь хороша, но ею я сыт не буду, - Дарио наклонился ко мне и в его потемневших глазах я увидела то, что казалось совершенно нечеловеческим. – Возьми его в рот и обхвати губами.

- Я раньше этого никогда не делала и не совсем понимаю, как нужно…

Де Лука ладонью сжал мой подбородок и, подушечкой большого пальца провел по нижней губе. Надавливая. Затем заставляя открыть рот. Проникая в него пальцем и им поглаживая язык.

Он не позволял мне разрывать зрительный контакт, но все равно краем глаза я уловила то, что Дарио сжал свой член у основания и провел по нему ладонью. Опуская мою голову. Вынимая палец и головкой члена, проводя по губам. Медленно. Так, что меня насквозь сожгло в этом мгновении. Словно по щелчку окатило волной из безжалостного жара. Я сама не понимала свою реакцию, но отчетливо чувствовала, как весь мир за считанные мгновения плавился.

- Открой рот, - голос Дарио уже теперь был не просто хриплым. Казалось, что я его вообще не узнавала, но подчинилась, размыкая губы. Сильно дрожа, стоило ему головкой проникнуть в мой рот. Я не могла понять своих эмоций и ощущений, но все это было похоже на чертово безумие. Де Лука членом скользнул немного глубже, сделал несколько движений, после чего вынул член, вновь им прикасаясь к моим губам. – Оближи.

Я несколько раз рвано вдохнула, после чего сделала так, как он сказал. Языком провела от основания до головки. Внутренне боролась сама с собой, но все-таки подчинялась. Языком медленно опустилась вниз. Вновь облизывая. Чувствуя, что под его взглядом мне стало невыносимо жарко и внизу живота странно заныло. А еще ощущая то, насколько Дарио напрягся и видя, как на тыльной стороне его ладони проступили вены. Я делала что-то не так? Наверное, да. Я не опытная, а у него, уверена, были разные девушки. Те, которые были способны на многое. По сравнению с ними то, что делаю я, просто смешно.

- Возьми его в рот, - Дарио вплел пальцы в мои волосы, вновь членом надавливая на губы, затем проникая им в рот. – Обхвати губами и возьми настолько глубоко, насколько можешь. Хочу посмотреть твои пределы, которыми буду пользоваться.

Я хотела сказать, что глубоко уж точно взять не смогу, но, поскольку разговаривать, когда в твоем рту находится член, не особо удобно, решила промолчать и просто опустила голову. Очень медленно. Буквально по миллиметрам впуская его член в свой рот. Внимательно следя за своими ощущениями, которые сейчас бушевали словно ураган и останавливаясь, когда поняла, что глубже уж точно не смогу. И так всего этого для меня было слишком.

Я сильно вздрогнула и прогнулась, стоило Дарио рукой провести по моей спине. Он опустил ее к моим бедрам, затем пальцами скользнул к лону. Провел пальцами по складкам. Надавливая. Лаская. Делая это грубо и, в тот же момент так, что у меня сознание поплыло и я, сама этого не понимая, простонала. Мгновенно встрепенулась от этого и собиралась отстраниться, но Де Лука удержал.

- Продолжай, - произнес он, сильнее пальцами зарываясь в мои волосы, а второй рукой вновь проводя по складкам. Делая со мной то, из-за чего вспыхнула каждая частичка тела и я, зажмурившись, немного приподняла голову, затем опустила ее. Не понимая, делаю ли я все это правильно. Вообще ничего не осознавая, но обхватывая член Де Луки ладонью. Пытаясь помочь себе ею, ведь, как и ожидалось, я даже на половину не могла взять в рот его возбужденную плоть.

То, что происходило, было похоже на безумие, которое разрушало до основания. Впитывалось в кровь и проходило по ней остротой. В клочья разрушало сознание и делало воздух настолько жарким, что, казалось, я горела. Уже теперь не отдавала отчета своим действиям. Могла думать лишь о том, что Дарио творил со мной своими пальцами. От этого часто сбиваясь, но улавливая то, как Де Лука, сжимая мои волосы, начал направлять меня. Выстраивая темп. Часто заставляя взять его член куда глубже, чем я могла.

Скулы начали болеть и колени ныть, но все это казалось настолько второстепенным, что даже вообще неважным. Особенно, когда Де Лука пальцами довел меня до оргазма и я, содрогаясь, почувствовала, как он начал делать движения еще более резкими. Опуская мою голову. Делая так, чтобы я взяла еще глубже. И, если до этого Дарио следил за моим дыханием, то уже теперь воздуха стало критично не хватать.

Еще несколько движений и я почувствовала, как в горло брызнула соленая, горячая жидкость. Дарио вынул член и я попыталась немедленно отстраниться, но он пальцами сжал мои щеки и, заставил поднять голову.

- Глотай, Романа. Все до последней капли.

Де Лука смотрел мне в глаза и, под его жестоким взглядом, казалось, что тела касались языки пламени.

Вторая его ладонь легла на мои волосы, зарываясь в впряди. Перебирая их, сжимая и в тех вспышках, которые пронзали воздух, я сделала так, как он сказал. Проглотила.





Глава 39 Покинуть


- Почему ты такая зажатая? Сожалеешь? – остановив машину на светофоре, Дарио опять перевел взгляд на меня. Я настойчиво делала вид, что сосредоточена видами ночного Неаполя, но все равно вздрогнула, когда Де Лука пальцами зарылся в мои волосы. За последний час, который мы провели в его машине, Дарио это делал постоянно.

- Не сожалею, но не сказала бы, что мне так просто дается близость с тобой, - я скрестила руки под грудью, не понимая, как относиться к той дрожи, которая пробегала по телу, когда Де Лука перебирал мои волосы. Почему-то это казалось слишком интимным и то, что Дарио настолько просто позволял себе что-то такое, будто бы безжалостно разрушало что-то внутри меня. Но хуже становилось именно от того, что я на это реагировала.

- Почему? – он убрал несколько прядей мне за ухо. – Потому, что со мной у тебя не получается быть хорошей, правильной девочкой? Дай угадаю, ты считаешь, что хотеть меня это ненормально?

- Что-то вроде того, - я пальцами провела по запястью. Хотела ими поддеть резинку для волос, но с опозданием вспомнила, что оставила ее на тумбочке рядом с кроватью.

Интересно, можно ли считать, что наша минута откровений все еще продолжалась? Не слишком ли долго она длится?

Но больше всего мне не нравилось то, что эти откровения у меня были именно с Де Лукой. Лучше с кем угодно, но не с ним.

И мне не нравилось то, что после нашей близости, он постоянно прикасался ко мне. Личными вопросами лез в душу, словно намеренно трогал то, что я сильнее всего хотела бы скрыть. И из-за этого, желала я этого или нет, но Дарио становился для меня особенным. Тем, с кем у меня происходило то, чего не было ни с кем другим.

- Безрассудство не так уж и плохо. Тем более, как я уже говорил – нет ничего лучше, чем делать то, что хочется, - Дарио наклонился и своими губами прикоснулся к моей шее. – Насколько бы неправильным это не казалось, - Де Лука оставил еще один поцелуй, но на этот раз ниже. Около ключицы. - Знаешь, Романа, ты охрененно горяча, когда течешь. Буду думать об этом и, вспоминать твои губы на моем члене, когда вернувшись пойду в душ.

- Зачем?.. А… - я хотела спросить причем душ к этим пошлым мыслям, но, к счастью, вовремя поняла и не стала задавать глупый вопрос.

- Тоже думай обо мне, когда будешь наедине. Вспоминай, как я тебе отлизывал, - Де Лука своими губами прикоснулся к моим. Сильнее зарываясь пальцами в волосы. – Позже я еще больше покажу тебе, насколько приятным может быть «неправильно».

- Звучит, как угроза, - когда Дарио отстранился от меня, я поправила волосы и кардиган.

На светофоре загорелся зеленый и мы поехали дальше.

А я вновь рухнула в свои мысли. К сожалению, во время близости с Де Лукой мне было слишком хорошо. Настолько, что я сейчас была готова себя заживо загрызть.

Но… черт, как все это надоело. Бег по кругу. Вся жизнь в сомнениях и самобичевании. Каждое мгновение с мыслью, что я что-то делаю не так.

И сейчас, предпринимая попытку хоть как-нибудь облегчить свои мысли, я пыталась свыкнуться с осознанием, что Дарио мой парень. Не просто притворно, а то, что у нас самые настоящие отношения. В таком случае вся та близость, которая происходила между нами, становится не такой уж и ненормальной.

Выдыхая, я сначала сжала ладони в кулаки, затем одной рукой уперлась о сиденье и, приподнимаясь, потянулась к Дарио. Поцеловала его в щеку. Очень мягко. Еле весомо, но машина настолько резко дернулась на дороге, что я, испугавшись, что сейчас куда-то врежемся, закричала и пальцами впилась в рубашку Де Луки.

- О, боже, что случилось? – испуганно спросила, когда машина выровнялась. Резко обернулась и посмотрела в заднее окно, думая, что, может, нас кто-то подрезал, но дорога была пустой.

- Ты меня только что поцеловала? – Дарио остановил машину и, повернув голову, бросил на меня взгляд.

- Нет, я пыталась ударить тебя своими губами. Может, даже убить, - сердце все еще бешено колотилось. Я действительно думала, что мы сейчас куда-нибудь врежемся. – Да, я тебя поцеловала. Ты же мой парень. Разве это не нормально?

Некоторое время Де Лука молчал. Смотрел на меня и, кажется, у него бровь еле заметно приподнялась, а я почувствовала себя настолько неловко, что уже сто раз пожалела об этом поцелуе.

- Делай так чаще, - Дарио наклонился ко мне, после чего своими губами набросился на мои в жадном, грубом поцелуе. Сразу безжалостном и, когда он отстранился, я не была уверена, что не забыла, как нужно дышать.

Де Лука вновь завел машину, а я сползла на сиденье и некоторое время сидела молча, лишь спустя еще несколько минут, спросила:

- Так, куда мы едем? Мне следует уже домой возвращаться, иначе не успею поспать перед парами.

- Скоро отвезу тебя. Мы уже приехали.

Де Лука и правда буквально через минуту остановил машину и я, выглянув в окно, к своему удивлению, увидела круглосуточный цветочный магазин.

- Подожди тут, - Дарио вышел из машины. Его не было минут пятнадцать. За это время я успела немного попереписываться с Винсой, которая в это время тоже не спала.

Когда же Де Лука вернулся и сел в машину, он отдал мне огромный букет.

- Держи, это тебе.

Я предполагала, что он подарит мне цветы, раз мы приехали сюда, но такого масштаба букета не ожидала. Как и того, что сердце ускорит биение.

- Благодаришь за то, чем мы занимались в твоей машине? – буркнула, сжимая букет. Он был настолько большим, что я теперь окно не видела.

- Нет. Твои губы на моем члене стоят куда больше, чем букет цветов, но, прости я за это платить не буду. Для меня ты не девка, чьими услугами я пользуюсь. Я расцениваю тебя, как свою девушку.

- Звучит, практически, как признание в чувствах, - я сказала это неловко. Скорее просто от того, что не понимала, как расценивать эту ситуацию и, когда мы выехали на дорогу, попыталась быстро сменить тему: - Меня кое-что беспокоит.

- Что именно?

- Ты не боишься, что клан дона Моро может воспользоваться тем, что у меня с тобой связь? Если до дона Моро дойдет новость, что мы с тобой встречаемся, он может воспринять это, как защита Каморры для его клана. Я же все-таки его собственность.

На губах Дарио возникла легкая улыбка.

- Что я слышу? Неужели моя Романа беспокоиться, чтобы Каморрой не пользовались?

- Нет, не беспокоюсь, - я попыталась поудобнее взять цветы. – Но я сама попросила тебя завтра прийти к нам. А моя приемная семья может донести до дона Моро про наши с тобой «отношения». Я не хочу, чтобы из-за моей прихоти происходило черти что.

Особенно, если учесть, что «отношения» могут оборваться в любой момент и с последствиями мне придется разбираться самой.

- Они не донесут об этом Ардуидо Моро. Во всяком случае, попытаются этого не делать.

- Почему ты так думаешь? – я спросила об этом скорее скептически. Дарио является будущим невообразимо могущественной Каморры. Даже будучи просто наследником, он имеет куда больше власти, чем большинство донов. Они для него, как песок под ногами и, естественно, любой связью с ним попробуют воспользоваться.

- Я еще сильно не копал, но когда я впервые приходил к тебе, мне было интересно, насколько сильно ты связана с Моро. Оказалось, что никак. Он толком и не помнит про твое существование. Деньги, которые он высылает на твое содержание, поставлены на поток. Этим занимается секретарь.

- Он все еще высылает деньги на мое содержание? – я зашелестела бумажной упаковкой на цветах.

- И не только. На лечение и медицинские расходы, он тоже деньги отправляет. Этим так же занимается секретарь.

- Серьезно? – я напряглась. Черт. Я ведь об этом догадывалась. Видела поддельные счета с больницы, но толком не успела их рассмотреть и решила, что семья Леоне навряд ли посмеют настолько явно обманывать дона Моро.

А они, оказывается, все-таки это делали?

Господи, какая же жесть.

Или все же Дарио ошибся?

- Да. Как я понимаю, тебе лечение уже давно не нужно и твоя приемная семья просто пользуется старыми привилегиями. Навряд ли они захотят напоминать дону Моро о тебе. Иначе слишком многое раскроется.

Я сжала букет с такой силой, что руки заболели. Я ведь и правда о многом сама догадывалась, но слышать об этом, было все равно, что с разбегу удариться о стену. С одной стороны – моя родная семья, которая уже давно вычеркнула меня из своей жизни и так ласково воспитывала другую, приемную дочь. С другой стороны – Моро, который уже забыл о том, что я существую, хотя по правилам должен был стать моим отцом и дать мне свою фамилию. С третьей – моя приемная семья, которая мной пользуется. Я вообще в этой жизни хоть кому-то нужна?

Ах, да, наверное только тому сорокалетнему извращенцу, которому отец Дарио хочет сделать больно, из-за чего и отправил своего сына склонить меня к отношениям. Черт.

- Почему ты не хочешь покинуть клан Моро?

Услышав этот вопрос, я напряглась и перевела взгляд на Дарио.

- Я не могу. Ты же должен это понимать. С момента заключения договора, я собственность Ардуидо Моро. За нарушение правил мало ли что со мной сделают.

Я много думала об этом. Слишком часто хотела покинуть свою приемную семью. Но, поскольку я и так слишком давно никакой ценности не представляла, из-за чего моя приемная семья по отношению ко мне и чувствовала, что у них полностью развязанные руки, боюсь, что от меня, из-за неправильного поведения, вовсе могли бы избавиться.

- Моро первым нарушил по отношению к тебе все возможные правила.

- То, что меня удочерил не он, а семья Леоне, было обговорено с моим родным отцом. Поэтому в этом плане дон Моро ничего не нарушал. Ему что-то такое позволили. А так, он деньги высылал.

- Деньгами все не решается. Учитывая обстоятельства, как твой дон, он был обязан заботиться о тебе. Но, главная проблема – твоя приемная семья. Они нарушили все, что только можно. Ты вправе с этим пойти к Ардуидо Моро и отказаться быть частью его клана.

- Серьезно? – я тут же выпрямилась. – То есть, такое правда может сработать?

- Да. Главное, доказательства. И это не делается просто так. Нужно собрание, на котором будет обе стороны. Семья Редже и Моро. Каморра может оказать тебе поддержку. После этого я заберу тебя в свой клан.

- Не нужно, - я поджала губы, но, вновь сползая на сиденье, посмотрела на цветы.

Мне следовало хорошенько обдумать слова Дарио. Собрать больше информации о том, что вообще возможно. Если у меня есть шанс покинуть семью Леоне и клан Моро, я бы хотела этим воспользоваться, ведь уже настолько осточертело жить, как чертова вещь, в то время, как те, кто мной воспользовались, жили счастливо и обо мне не вспоминая.





Глава 40 Где


Кое в чем мне сегодня повезло. Во-первых, после возвращения, я сумела незамеченной пробраться обратно в свою спальню. Учитывая огромный букет и то, что из-за него я толком не видела, куда шла, подобное можно было считать невиданным везением.

Оказавшись в своей комнате, я положила цветы на журнальный столик и посмотрела на них, как на что-то крайне проблемное.

Все предыдущие букеты, которые Дарио мне дарил, я сразу же выбрасывала. К сожалению, моя комната не являлась уединенным местом. Сюда часто заходила Мичела. Она даже могла рыться в моих вещах. И так же тут иногда бывал мой старший брат. Поэтому, я старалась не держать тут ничего слишком личного. А цветы от Де Луки вообще могли стать для меня полневшей проблемой.

По правилам я не могла заводить отношения. Дон Моро должен был найти для меня жениха и перед ним я была обязана предстать девственницей. Правда, на жениха я уже давно не рассчитывала. Просто осознавала, что, если у меня появляться открытые отношения, у семьи Леоне может возникнуть шанс сильнее давить на меня. Может, наказать. Что-нибудь навязать. Они бы обязательно этим воспользовались бы.

- И что мне с вами делать? – садясь на пол рядом с журнальным столиком, я тихо обратилась к цветам. Этот вопрос не требовал ответа. Если Дарио завтра возьмет на себя отвественность за мое отсутствие, наши отношения станут открытыми. Во всяком случае, перед семьей Леоне. Значит и выбрасывать цветы нет смысла.

Некоторое время я кончиками пальцев гладила лепестки, затем поднялась и, выйдя в коридор, в полной темноте поплелась на первый этаж. Там взяла вазу. Самую ненавистную моей приемной матерью. Ту, которую она вовсе хотела выбросить. Я надеялась, что хотя бы в таком случае мне не влетит за то, что я взяла что-то без разрешения.

Когда я уже была в душе, постоянно мысленно возвращалась к словам Дарио.

Я правда могу покинуть семью Леоне и клан Моро?

Следует завтра об этом спросить у Ариго.

Пытаясь сконцентрироваться исключительно на этих мыслях, я старалась не вспоминать слова Де Луки о том, про что он будет думать во время душа. Ведь именно эти мысли толкали мое сознание в ту сторону, в которую мне совершенно не хотелось.

***

Утром мне еще кое в чем повезло. Мои приемные родители уже возвращались в Неаполь и в дороге у них была ужасная связь. Несколько раз Консетта, моя приемная мать, пыталась до меня дозвониться. Каждый раз я слышала в ее голосе раздражение и злость. Все это усугублялось тем, что она, из-за постоянно обрыва связи, не могла высказать мне все, что хотела, из-за чего Консетта уже была в ярости и во время своих последних попыток дозвониться до меня, кричала.

В конце концов, она, наверное, решила, что выскажет мне все при личной встрече, из-за чего звонки от приемной матери прекратились. Это давало еще один день спокойствия, но, если учитывать то, в какой злости и раздражении Консетта находилась, после ее возвращения меня не будет ждать ничего хорошего.

Но все-таки я немного радовалась появившемуся у меня времени.

Правда, на этом хорошее заканчивалось.

Когда я утром спустилась вниз, там уже находилась Мичела. Учитывая то, что она, скорее всего, тоже не могла связаться с матерью, предполагаю, не получила от нее разрешения, о каких-либо действиях в мою сторону. Но это она восприняла не как запрет, а как полностью развязанные руки.

- Когда вернешься с учебы, уберись в гостиной на втором этаже. Как только закончишь, я скажу, что еще нужно сделать, - находясь около лестницы, Мичела расчесывала волосы. Наверное, тоже собиралась в университет.

- С чего я должна там убирать? – на ходу застегивая кофту, я так же забросила на плечо рюкзак.

- Потому, что ты провинилась и обязана получить наказание, - она сказала это так, словно объясняла глупому ребенку очевидную вещь. – Не усугубляй свое положение. Советую быть послушной.

- А не по той ли ты причине хочешь, чтобы я там убралась, что вчера вечером ты в гостиной сидела со своими подружками и запачкала все, что только можно?

Утром я проходила мимо гостиной. Там повсюду банки от энергетиков. Стаканы. Запах алкоголя и даже сигарет. Пепел от них на столе и полу. Что-то липкое разлито около диванов и на ковер. Там вообще все очень и очень плохо.

Обычно горничная убирала беспорядки, которые устраивала Мичела со своими подружками. Но она приходила лишь три раза в неделю и сегодня у нее выходной.

Сильно Мичеле за это не влетит, но навряд ли Консетта будет рада тому, что ее обожаемый ковер в какой-то жиже. Возможно, мою сводную сестру будет ждать выговор. Может, даже Консетта на пару недель запретит своей дочери приводить сюда подруг.

Конечно, если Мичела сама все не уберет.

- Какая разница, по какой причине там грязно? – наклоняя голову, чтобы было удобнее расчесываться, сестра раздраженно поджала губы. – Просто убери и, обещаю, что кое-что не расскажу матери. Может, она будет не так сильно злиться на тебя.

- И что же ты ей не расскажешь?

- То, что ты вчера пришла пьяной.

- Я не была пьяной, - я остановилась, с силой ладонью сжимая лямку рюкзака. Честно, чего-то такого я ожидала от Мичелы. Это было в ее характере.

- Ага. Конечно. Я прекрасно уловила от тебя запах алкоголя. А еще ты мне наговорила всяких грязных, мерзких слов и даже чуть не ударила. Мама про все это узнает.

- Ты… - вспыхнувший гнев сжал горло.

- Что я? Хочешь наговорить мне еще оскорблений? Ну, давай. Мама и про это узнает. Надеюсь, что после этого она наконец-то позволит отцу нормально тебя наказать. А то ты уже не маленькая и в угол тебя не поставишь. Или же ты можешь молча пойти и убрать в гостиной. А потом еще кое-что сделать. В таком случае я ничего не скажу родителям.

Самое паршивое, что Мичеле безоговорочно поверят. Чтобы она не говорила.

А еще я по опыту прошедших лет понимала, что Мичела в любом случае многое наговорит Консетте. Но, если бы я была тряпкой и действительно согласилась бы убрать, она это сделала бы примерно такими словами: «Мам, пожалуйста, не говори об этом Романе. Она долго умоляла не рассказывать тебе, но вчера она домой вернулась пьяной. И еще такого мне наговорила, что я до сих пор не могу прийти в себя. Она меня оскорбила и чуть не ударила! Она потом извинялась, но…».

Мичела являлась одной из самых мерзких людей в моей жизни. Иногда я вообще поражалась тому, как можно быть такой.

Но и Консетта не лучше. Разве она хоть раз пыталась разобраться в том, правда ли слова ее дочери? Нет, ей просто нужен был повод чтобы что-нибудь сделать со мной.

- Что хочешь, то и говори. Я не буду убирать в гостиной. Сама иди и вычищай там полы.

Я развернулась и пошла к выходу. Мичела вслед многое кричала. В первую очередь то, что я пожалею, но, я не оборачиваясь, выскочила на улицу и захлопнула дверь.

Чертова семья Леоне. Как же я их ненавидела.

Уже будучи в автобусе я написала сообщение Ариго:

«Доброе утро. Я хотела у тебя кое-что спросить. Ты случайно не знаешь, могу ли я покинуть семью Леоне, если они нарушили правила моего содержания?»

Из-за того, что еще рано, я решила не звонить Ариго, а просто подождать, когда он проснется и ответит. Но сообщение от внука моего Бога пришло практически сразу:

«Они нарушили какие-то правила?»

Буквально через пару секунд пришло еще сообщение:

«Как ты? Де Лука тебе ничего не сделал?»

«С Дарио у меня все сравнительно нормально. Да, Леоне нарушили кое-какие правила. Как думаешь, это может повлиять на возможность уйти из клана Моро?»

«Как с ним может быть хоть что-то нормально? Сначала скажи какие именно правила они нарушили»

Ранее я в присутствии Ариго ни разу не жаловалась на семью Леоне. Сейчас же, судя по всему, нам предстоял тяжелый разговор.

Выйдя из автобуса, я позвонила Ариго и в общих чертах обрисовала ситуацию. Идти от остановки до университета минут семь, поэтому я пока что не могла углубляться в подробности.

Ариго, выслушав меня, выругался. Естественно упрекнул в том, что я про это молчала, но все же сказал, что, возможно, есть возможность что-то сделать. Правила священны. Они гордость клана. А в моем случае слишком многое было нарушено.

Внук моего Бога сказал, что перезвонит мне, как только узнает больше точной информации, но при этом дал задание по пунктам расписать в сообщении все, что семья Леоне делала не так, как нужно. И так же следовало разобраться с доказательствами.

А еще следовало начинать работу над салоном.

***

День в университете прошел более-менее спокойно. Смена в книжном магазине – тоже. Единственное, пока я раскладывала книги, постоянно думала про Деимоса. Он так и не перезвонил мне. На мои сообщения тоже не ответил.

Дарио ведь точно ничего ему не сделал?

Стоило мне подумать об этом, как я изо всех сил сжала одну из книг и резко качнула головой. Нет. С Деимосом точно все в порядке. Мы ведь с Дарио нашли компромисс.

Просто у Деимоса сейчас тяжелая ситуация и у него нет времени перезвонить мне.

***

Вечер, как и ожидалось, был настоящим адом. Хоть и вернулась я поздно, поскольку после подработки за мной заехал Дарио и какое-то время мы ходили по набережной.

В дом Леоне я вернулась в то время, когда уже следовало ложиться спать, но Мичела, явно потеряв надежду на то, что я отмою гостиную, как раза сама этим занималась.

Когда я проходила мимо комнаты, Мичела осыпала меня проклятиями и посоветовала приготовится к тому, что она меня к чертям уничтожит.

Старший брат тоже был дома, но он, кажется, с кем-то из друзей находился на кухне.

Я воспользовалась этим и быстро скользнула в свою комнату. Но, намного позже, когда я вышла из спальни, чтобы бросить в стирку несколько толстовок, внезапно кто-то сжал ладонь на моем запястье. В следующее мгновение я вовсе была прижата к стене.

- Где ты была две прошлые ночи? – от голоса брата по коже скользнули царапающие мурашки.

Я резко подняла голову. Марко возвышался надо мной. Одной рукой все еще сжимал мое запястье, а второй упирался о стену рядом с моей головой.



От автора: Дорогие, обожаемые девчонки, у меня безумно классная новость – у меня вышла книга, которая, уверена, вам очень понравится) Вы будете в восторге! Сомневаетесь? Тогда приглашаю вас заглянуть в эту историю))

Ссылка:





Глава 41 Ночь


- Как и Мичела, собираешься устроить мне допрос? – я еле сумела свободной рукой удержать свои толстовки.

Впиваясь в них ногтями, я бросила взгляд вниз и посмотрела на свое запястье, которое Марко сжимал ладонью. Достаточно сильно, чтобы я почувствовала невозможность вырваться и легкую боль.

Стиснув зубы, я еле сдержалась, чтобы не посмотреть в сторону лестницы. С первого этажа доносились голоса. Судя по всему, там сейчас Элио и Джулиано. Парни, с которыми мой брат знаком с детства. Мягко говоря – они еще те подонки. И мне явно срочно следовало уходить отсюда, пока они не поднялись на второй этаж.

- Я не Мичела и не буду тратить время на бесполезные вопросы. Ты мне и так все расскажешь, - Марко окинул меня медленным взглядом. Особенно лицо. Словно по чертам его разбирая. – Иначе заставлю. Хочешь этого?

Второй рукой опираясь о стену, брат немного наклонился. Ощущалось это, как капкан. Я не низкая, но Марко все же давил на меня своим ростом. Не так, как Дарио, но я не могла игнорировать то, что брат значительно шире меня в плечах. Физически сильнее. За прошедшие годы я это прекрасно прочувствовала.

- Я не понимаю, с чего такое внимание. Завтра приедут твои родители и будут разговаривать со мной. Мое воспитание это их забота, а не твоя, - я еле сдержалась, чтобы не скривить губы. В моем случае «воспитание» означало запрет на все, что только возможно.

- Где ты, блядь, была? – Марко сильнее сжал мое запястье. Уже теперь до ощутимой боли. – Ты не ночевала у своей подруги. Она пыталась тебя прикрыть, но ты точно была в каком-то другом гребанном месте.

- Черт, мне больно. Отпусти, - я изо всех сил попыталась отдернуть руку. От того, как Марко сжимал ее, даже пальцы начали неметь.

Брат вел себя слишком странно. Непонятно. Он всегда был еще тем ублюдком. Помнится, в детстве Марко с Мичелой объединились против меня. С годами многое изменилось. Мичела шла примерно по прежнему плану. Так, что я уже давно выучила ее характер. Даже могла кое-что предвидеть. Марко же с годами менялся. Стал более жестоким. Творил непонятно что. Мичела все так же была для него на первом месте. Все-таки, она его родная младшая сестра, которую Марко защищал, но, касательно меня они все же начали действовать иначе.

Но я до сих пор не могла понять какого черта Марко в ночь моего отсутствия пришел к Винсе. Подруга говорила, что, почуяв неладное, солгала, что я у нее, но крепко сплю из-за чего не могу выйти к брату. Вот только, он в эту ложь явно не поверил.

И какого черта он сейчас ко мне пристал?

- Значит, ты все-таки, хочешь, чтобы я тебя заставил? – Марко наклонился еще ниже и уже это мне жутко не понравилось. Словно личные границы в этот момент затрещали. – Есть то, чем мы с тобой уже давно должны были заняться. Вот и начнем с этого дня. Пошли.

Он резко дернул меня на себя. Мое запястье и так прожигало болью, но, от настолько резкого движения в руке что-то щелкнуло. У меня ни разу не было вывиха и я не думала, что сейчас его получила, но боль стала такой резкой, что буквально на мгновение она заволокла сознание. Там соединилась с годами накапливаемой ненавистью к тому, что ко мне постоянно черти как относились, словно я была зверьком, вечно убегающим от хищником.

И это все вылилось в то, что я резко подняла руку и изо всех сил влепила Марко пощечину.

Он остановился. Словно вообще не ожидал этого, а я, вновь пытаясь выдернуть свое запястье из хватки брата, на его щеке заметила сильное покраснение. Судя по всему, сил во мне достаточно. Я могу нормально ударить, но, черт, почему не получается вырвать руку?

- Отвали от меня, - я попыталась оттолкнуть его, в это мгновение слыша такой грохот, от которого, казалось, весь дом содрогнулся.

Резко поворачивая голову, я увидела Мичелу, валяющуюся на полу в луже грязной воды и из того, что сейчас творилось в коридоре, я могла лишь предположить, что она, отмывая пол в гостиной, собиралась вынести грязную воду, но зацепилась за ковер, который теперь складками лежал около ее ног, и упала, а ведро, вместе со шваброй врезалось в зеркало, висящее на стене в коридоре. Оно рухнуло. Разбилось.

Но еще рама задела рядом стоящий столик, а на нем ваза. Та самая, рядом с которой нельзя было даже дышать.

Консетта купила ее лет пять назад на одном из аукционов и поставила рядом с гостиной, чтобы ваза была прекрасно видна, когда она там сидит с гостями. Сказать, что она безумно дорогая и обожаемая моей приемной матерью, значит, ничего не сказать.

- Нет… Нет! – Мичела, видя, как покачнулся столик, завопила и попыталась немедленно подняться, но ногами еще сильнее запуталась в ковре, а руками, поскользнувшись на мокром полу, вообще рухнула обратно.

Марко выругался. Рванул в ту сторону и даже успел подхватить столик, но не вазу. Она упала на пол, разбившись на множество осколков.

Это последнее, что я увидела прежде чем развернуться и побежать в свою спальню. Миновав два поворота, я влетела к себе и захлопнула дверь, немедленно закрывая ее на ключ.

Умом я понимала, что в коридоре, сопротивляясь Марко, выронила свои толстовки, которые хотела отнести в стирку, но сейчас они волновали меня меньше всего. Пусть и среди них была моя самая любимая.

Быстро расхаживая по комнате, я пальцами зарылась в волосы, постоянно оборачиваясь и смотря на дверь.

Оставит ли теперь Марко меня в покое?

Нет.

Попробует ли Мичела скинуть на меня разбитую вазу?

Да.

Я с силой ногой пнула пуфик, а потом, прежде чем поняла, что вообще делаю, быстро собрала учебники на завтрашний день и переоделась.

Возможно, правильнее было бы остаться в своей комнате, но опыт показывал, что замок на двери слишком хлипкая защита. Приемных родителей нет дома, зато сейчас тут Элио и Джулиано, которые могут помочь Марко снести мою дверь. И мало ли что еще сделать.

Я не чувствовала себя в безопасности.

Подойдя к столу, я открыла ноутбук. Включила на нем аудиозапись, после чего закрыла ноутбук стопкой книг. Спрятала его. Может это и бестолково, но новость о том, что я, возможно, могу покинуть семью Леоне, что-то перевернула во мне. Я хотела этого сильнее, чем дышать. Жаждала свободы, как ничто другое.

Но душу царапало то, что мне требовались доказательства нарушения правил. Кое-что и так имелось, но теперь я предпочитала быть предусмотрительней.

Одевшись потеплее, я взяла свой рюкзак и покинула комнату, закрывая дверь на ключ.

Чтобы уйти из дома незамеченной, мне пришлось постараться. К лестнице пойти другим путем. Потом какое-то время прятаться в одной из комнат, чтобы убедиться, что Элио и Джулиано сейчас нет в холле. Судя по всему, они поднялись на второй этаж.

На улицу я вышла через ту дверь, которая находилась недалеко от кухни, затем пробежала по саду и на ходу заказала себе такси к ближайшему магазину.

Через двадцать минут я была около тату-салона, оставленного мне моим Богом. Оказавшись внутри, я, не включая свет, прошла в одну из боковых комнат и рухнула на диван.

Как же тут хорошо. Я словно бы оказалась в своем, нерушимом замке.

Опустив рюкзак на пол, я достала телефон из кармана. Он уже давно жужжал, но я лишь сейчас решила посмотреть на пропущенные звонки. Абсолютно все от Марко.

В первую очередь я написала Винсе, о том, что я сегодня буду ночевать не дома и, если мой брат опять придет к ней, Винсе не стоит меня прикрывать.

Затем я открыла те сообщения, которые мне отправил брат:

«Где ты, черт раздери?»

«Романа, ответь немедленно»

«Я, блядь, все равно тебя найду»

Немного подумав, я написала ему:

«Я ушла из дома не потому, что хотела, а потому, что боялась, что ты со мной что-то сделаешь. У меня до сих пор сильно болит рука и, я так понимаю, ты этим бы не ограничился»

Сообщения тоже могли быть доказательством того, что семья Леоне не просто нарушала правила, а и того, что мне вообще в их доме небезопасно. Может, это тоже поможет.

От Марко пришел ответ:

«Вернись. Ты и так уже сделала себе же хуже. Я раньше говорил тебе не злить меня. Ты не послушалась. Теперь получишь последствия»

«Нет. Я еле спаслась от тебя. Рядом с тобой я не чувствую себя в безопасности»

«Тебе все равно придется вернуться домой. Сделай это сейчас. Не усугубляй еще сильнее»

«Я же тебе ничего не сделала. Почему ты постоянно пытаешься навредить мне? Тебе весело надо мной издеваться?»

«Что в твоей комнате делают цветы? От кого они?»

Я села на диване, сильно сжимая телефон в ладони. По коже скользнул холодок, настолько сильный, что я поежилась, спиной вжимаясь в диван.

Значит, Марко действительно вошел в мою спальню. Я именно этого боялась, но…

«Я закрыла дверь на ключ. Как ты попал в мою комнату? Опять выбил дверь?»

«Тебе конец, Романа»

Сколько бы я не смотрела на экран, больше не было сообщений от брата. Я тоже ему ничего не писала.

***

Выбрасывая пустой стакан от кофе в мусорник, я подумала о том, что не отказалась бы еще от кофеина.

Всю ночь я не спала. По пунктам расписала все нарушения семьи Леоне, после чего отправила это Ариго. Потом, занималась тату-салоном. Убиралась там и заодно приводила мысли в порядок.

Как же мне хотелось поскорее открыть салон. А еще невыносимо жгло жаждой кому-нибудь набить татуировку. Почему-то я не хотела наносить их на себя. Странно, если учесть то, насколько я ими одержима. Просто почему-то я уже давно решила, что на мне не будет ни одной из них, но вот на ком-нибудь я бы с удовольствием набила бы что-нибудь сложное. Может, стоит поискать себе модель. Хоть немного утолить свою жажду.

Все перемены в университете я рисовала в тетради. Делала эскизы. Этим же занималась и в кофейне во время рабочей смены, когда не было посетителей.

- Не знал, что ты умеешь рисовать, - услышав голос Дарио за своей спиной, я дернулась и настолько резко закрыла тетрадь, что чуть острым карандашом не пронзила себе ладонь.

- Господи, не подходи так со спины, - я серьезно испугалась. Особенно, если учесть то, что последний час в кофейне посетителей не было и я привыкла к тому, что я тут одна. А еще я опасалась того, что сюда может прийти Марко. Он не знал, где я работаю, но все равно толком это не успокаивало.

- Покажешь? – Дарио посмотрел на тетрадь. Я отрицательно качнула головой и, свернув ее, положила в карман фартука.

- Я очень скромный творец, поэтому, нет, - касательно татуировок и эскизов скромности во мне было ровно ноль, но все же я не хотела чтобы Дарио понял, что это не просто рисунки. – Почему ты приехал? Кажется, ты говорил, что освободишься в восемь.

Я посмотрела на часы. Сейчас четыре. До окончания моей смены еще час. Но и Дарио я не ожидала так рано увидеть.

- Просто проезжал мимо и решил, что хочу попробовать кофе, который ты готовишь.

- Не боишься отравиться? – я пошла за стойку к кофемашинке. В небольшом помещение стало пахнуть одеколоном Де Луки и холодом улицы, исходящим от него. Почему-то эти запахи уже теперь показались мне приятными.

- Есть такая вероятность?

- Ну, мало ли. Вдруг я из тех роковых женщин, которые травят своих мужчин. Правда, наверное, мне перед этим следует заставить тебя жениться на мне, чтобы позже забрать все твои деньги. Как видишь, я разбираюсь в бизнес идеях.

- Поэтому ты до сих пор работаешь в кофейне?

- Я усыпляю твою бдительность.

- Хорошо, - Дарио сел на высокий стул рядом со стойкой. – Тогда давай, попробуй заставить меня жениться на тебе.

- Как-нибудь позже, - я махнула рукой. – И учти, кофе у нас дорогой. Три двадцать.

- Какой ужас, - Дарио лениво подпер голову кулаком. – Если оставлю нормальные чаевые ты посидишь у меня на коленях?

- Нет. Мы такие услуги не предоставляем, - я поставила перед ним чашку с горячим кофе.

Как-то Дарио при мне пил кофе. Крепкий, без сахара. Когда я начала работать в кофейне, у меня появилась привычка запоминать кто и какой кофе пьет и я надеялась, что сейчас все сделала правильно.

Я подтянула стул и села напротив Дарио. Так, что нас теперь разделяла стойка.

- Почему не пьешь? – спросила, заметив, что Де Лука так и не прикоснулся к чашке.

- Жду, пока остынет.

Ого. Де Лука из тех людей, которые не любят горячее?

Обычно Дарио производил впечатление человека, который по утрам умывается кровью врагов, вытирается наждачкой, а потом кому-нибудь ломает пару костей. Просто так. Как обычный распорядок дня.

А он, оказывается, горячий кофе не пьет. Вот сейчас сидит и смиренно ждет, пока он остынет.

Почему-то это показалось… милым?

- Я могу у тебя кое о чем попросить?

- Да, но если при этом ты будешь сидеть у меня на коленях, больше шансов, что я сделаю то, что ты хочешь.

- Я вообще-то на работе.

- Да, я вижу, - Дарио опустил взгляд немного ниже. – Тебе идет эта форма. Я бы тебя выебал.

- Мне стоит воспринимать это, как комплимент? – я пальцами постучала по стойке. И почему по коже пронеслось покалывание?

- О чем ты хотела попросить? – Дарио взял свою чашку, но пока что не пил кофе. Просто поставил ближе.

- Можешь, через час отвезти меня домой? Или ты до восьми все-таки будешь занят?





Глава 42 Ужин


- Я быстро переоденусь и мы можем ехать, - взяв свой рюкзак, я обошла стойку и направилась к кладовой, где обычно меняла одежду.

Положив рюкзак на коробки, я уже собиралась включить фонарик на телефоне и закрыть дверь, как заметила, что, Дарио тоже подошел к кладовой и сейчас стоял около дверного проема, опираясь о него плечом.

Он взглядом окинул полки, на которых стояли запечатанные банки с кофе. Затем, посмотрел на швабры, стоящие в углу.

- Ты можешь, пожалуйста, отойти? Мне нужно закрыть дверь, - я включила фонарик на телефоне и положила его рядом с рюкзаком. Лампочка тут перегорела еще на прошлой неделе и приходилось выкручиваться подобным образом.

- Нет, я хочу посмотреть.

- На что?

- Думаю, ты и так понимаешь, - Дарио держал ладони в карманах штанов. Выглядел расслабленным и ленивым, а я не могла не подумать о том, что он настолько огромный, что собой закрывал весь дверной проем. – Давай, переодевайся.

Я бы не сказала, что была в восторге от этой идеи, но немного помявшись, все-таки отвернулась к нему спиной и принялась развязывать пояс на фартуке. Обычно я работала в своей одежде. В джинсах и кофтах, но периодически я надевала и рабочую форму. Чаще всего это делала, когда знала, что в кофейню может зайти муж хозяйки. Он очень строгий. В отличие от своей жены, требовал выполнения всех правил.

Поэтому сегодня, на мне было платье, которое мне выдали, когда я только пришла сюда работать. Оно из плотной ткани коричневого цвета. Длиной до колен и с белым воротником.

Сняв фартук, я аккуратно его сложила, после чего завела руки за спину и потянула за змейку, расстегивая платье. Медленно. По сантиметрам. Зная, что змейка заедала и с ней следовало быть осторожной. Учитывая то, что я прекрасно чувствовала пристальный, буквально прожигающий взгляд Де Луки, хотелось справиться с этим намного быстрее, но, если змейку заест мне в этом платье придется ехать домой. А этого мне уж точно не хотелось.

Пальцы Дарио коснулись моей шеи сзади и опустились ниже. К только что обнажившимся участкам спины.

От неожиданности, я сильнее стиснула бегунок и остановилась. Грубая ладонь Де Луки казалась не просто горячей. Скорее раскаленной.

- Продолжай, - второй рукой он пробрался под подол платья и сжал бедро. Сегодня на мне были колготки, но прикосновение ощущалось настолько сильно, что я даже засомневалась точно ли они есть на мне.

- Скажи честно, ты просто решил меня облапать? – я сделала глубокий вдох и лишь после этого опустила бегунок до самого низа.

- Изначально я хотел просто посмотреть, - Дарио поддел ткань платья и потянул его вниз. Я немного помогла ему вынимая руки из рукавов и уже вскоре платье упало к моим ногам. Я осталась лишь в нижнем белье и колготках.

В кофейне было тепло. Пахло кофе, выпечкой и лавандой. Но до кладовой все это не доходило. Обычно в ней всегда холодно и ощущался запах разве что картона или даже сырости. Но не сейчас. С каждым вдохом я отчетливо чувствовала одеколон Дарио. Даже дико становилось от того, как он у меня ассоциировался с Де Лукой. Пропускал по коже нити, состоящие из опасного жара.

- Сейчас ты не просто смотришь.

- Мой член все еще в штанах, - он сжал ладони на обнаженной талии и дернул на себя. Так, что я поясницей почувствовала его каменную эрекцию. – Поэтому, давай считать, что я просто смотрю.

Он наклонился и губами прикоснулся к шее. Сжимая волосы. Наматывая их на кулак. Пальцами второй ладони поддевая колготки. Приспуская их.

У меня ноги подкосились и я ладонью уперлась в стену. Сильно зажмурилась, но уже в следующее мгновение поняла, что что-то не так. Дарио остановился. Сейчас не двигался и казался каменным. Словно кто-то нажал на кнопку «стоп».

Чувствуя настолько резкую и непонятную смену его поведения, я высоко подняла голову и посмотрела Де Луке в лицо, понимая, что он смотрел куда-то вперед. Пристально. Жутко. Даже не моргая.

- Что это? – спросил он, а я, не понимая, о чем Дарио вообще спрашивал, перевела взгляд в ту же сторону, куда смотрел он.

Там была лишь моя ладонь, которой я упиралась о стену и…

- Черт, - я тихо выругалась, поднося руку ближе к своему лицу и в блеклом свете фонарика, смотря на синие отметки расплывшиеся у меня по запястью. – Утром было не так плохо.

Я опять выругалась. Теперь мне еще придется в университете следить за тем, чтобы рукав толстовки не обнажал запястье. Иначе поползут всякие слухи.

- Откуда у тебя это? – Дарио одним движением развернул меня к себе лицом и взял мою ладонь в свою, большим пальцем медленно проводя по потемнению на коже.

- От брата, - я попыталась забрать руку, но Де Лука не отпустил.

- От Томасо Редже?

- Конечно, нет. Я его давно не видела, - я промолчала о том, что родного брата лично в последний раз видела, перед тем, как меня забрал дон Моро. У него теперь другая младшая сестра. – Я имела ввиду сводного брата. Он мне вчера устроил допрос на тему, где я пропадала полтора суток.

- Что он с тобой сделал?

- Ничего. Просто прижал к стене и вот запястье сильно сжал. Хотел куда-то потащить, но я смогла убежать.

Дарио немного опустил веки, вновь подушечкой пальца проводя по моему запястью. Де Лука наклонился ниже. Я перестала видеть его лицо, но почувствовала медленное, горячее дыхание на своей щеке.

- Раньше он с тобой что-то еще делал?

- Физически – не особо. Если бы на мне оставались синяки, я могла об этом рассказать приемным родителям, - я и на этот раз кое о чем умолчала. О том, что Марко подобное не остановило бы. Разве что создало бы немного временных неудобств. Например, как с тем случаем, когда его друзья выбили мне двери и я, еле успев спастись, на следующий день рассказала об этом приемным родителям, но в итоге ничего не добилась. Только того, что супруги Леоне сделали сыну выговор, на который ему было плевать. И они это понимали.

Дарио поднял мою ладонь. Еще раз посмотрел на нее, затем отпустил.

- Переодевайся, - сказав это, Де Лука покинул кладовую.

Некоторое время я стояла неподвижно. Затем, прижала к груди толстовку и через приоткрытую дверь выглянула в главный зал кофейни. Дарио там не было. Через витрину я увидела, что Де Лука стоял на улице. Курил, медленно выдыхая дым.

Ступив назад и полностью закрыв дверь, я посмотрела на свое запястье. Выглядело оно жутко. Настолько, что его и правда хотелось спрятать.

***

Странно, но я не нервничала.

Семья Леоне годами расшатывала мое сознание. Все наше прошлое давало понять, что мне никогда не следует расслабляться и особенно тяжелыми периодами всегда проходило возвращение супругов Леоне из их поездок.

Отдельным видом «прекрасного» были дни их отсутствия. Мне приходилось прятаться от сестры и, в особенности от брата и его друзей. Выживать.

Но с возвращением приемных родителей легче не становилось. Абсолютно всегда меня ждало какое-то наказание, ведь Мичела в любом случае находила, в чем меня обвинить. Исключениями были редкие случаи, когда ее увлекало что-то другое. Новый парень, какие-нибудь тусовки.

Но, тем не менее, это уже становилось чем-то сродни чертовой традиции, выработанной годами, а моя нервозность перед возвращением приемных родителей – рефлексом.

И насколько же было странно, что сейчас я не улавливала в себе того, как нервы сжимаются и все внутри замирает в ожидании чего-то плохого.

Это было бы привычно, но, тем не менее, в сознании сейчас было лишь спокойствие.

Я перевела взгляд влево и посмотрела на Дарио. Сейчас он молчал, но совсем недавно задал мне еще несколько вопросов насчет Марко. Что-либо рассказывать про него мне не хотелось. То, как сводный брат и его друзья измывались надо мной, для меня было сплошной грязью и унижением. Это совершенно не то, что хотелось бы раскрывать, но все-таки на вопросы Де Луки я ответила. Может, не полностью, но все же рассказала про натянутые отношения, про вечеринки во время которых мне приходилось прятаться, но не всегда это помогало.

Достав телефон из кармана, я посмотрела на время. Скорее всего семья Леоне как раз закончила с ужином и сейчас каждый из них будет заниматься своими делами.

Против воли я вспомнила о том, что сегодня утром в университете видела Мичелу. Она стояла рядом со своей аудиторией и гадко мне улыбнулась.

Позже я поняла, почему – мне позвонила Консетта. Мичеле все-таки удалось спихнуть на меня разбитую вазу и как же приемная мать кричала. Мои слова о том, что я этого не делала, полетели к чертям. Ну, конечно, легче поверить в то, что это я, нежели ее обожаемая дочурка. В конце концов Консетта сказала, что я буду возмещать стоимость вазы из своей зарплаты.

То, что я отсутствовала дома и, как сказала Мичела, в итоге вернулась пьяной, было отдельной темой разговора. В этом случае мои возражения тоже не принимались. По всем пунктам становилось ясно, что мне конец.

Смотря в окно, я заметила, что мы уже заехали на улицу, где находился дом Леоне. Проехали еще немного и Дарио остановил машину рядом с нужным зданием.

- Сегодня я заберу тебя в свой дом, - Де Лука открыл дверцу и вышел на улицу.

- Зачем? – я быстро обернулась в его сторону, но Дарио уже захлопнул дверцу. Я взяла рюкзак. Повернулась вправо и уже почти положила руку на ручку, как Де Лука сам открыл машину с моей стороны. – Зачем это делать? Мне нужно к завтрашним лекциям подготовиться. Я хотела вечером сесть за учебники.

- Сделаешь это у меня.

- Я не могу так часто отсутствовать в доме Леоне, - я вышла из машины. Мне пришлось рассказать Дарио о том, что прошлой ночью я сбежала из дома, но так же мне пришлось солгать, что я была у подруги. – Ты сказал мне, что, возможно, я могу покинуть семью Леоне и даже клан Моро. Я хочу этого. Если честно, я и раньше об этом думала. Все хотела поехать к дону Моро и попросить отпустить меня. Позволить жить отдельно от семьи Леоне.

Даже если бы Моро дал мне согласие на подобный вид «свободы», я бы все равно не перестала бы быть частью его клана. Но все же это было бы в разы лучше, чем то, что происходило сейчас.

Но, несмотря на то, что эти мысли посещали меня достаточно давно, я медлила не только по той причине, что ждала совершеннолетия. Я боялась, что дон Моро, вспомнив про мое существование, решит все-таки найти для меня жениха. Вновь как-нибудь меня использовать. И я не была уверена, что у жениха мне будет лучше, чем в семье Леоне.

- Но, раз есть шанс оборвать связь с Леоне и Моро, я не хочу просить. Я желаю этого потребовать, так как они сами в том, что нарушили правила, - я хотела закинуть рюкзак на плечо, но Де Лука забрал его у меня. – Но что, если они против меня противопоставят то, что я от рук отбилась и начала часто отсутствовать дома?

Семья Леоне хитрая и изворотливая. Есть то, с чем на судье они поспорить не смогут. Например то, что до сих пор делали вид, что я оставалась калекой. Но все-таки я больше не желала давать им ни шанса хоть в чем-то загрязнить меня.

- Сегодня ты ночуешь у меня. Позже, об этом поговорим.

- Но…

- Тут тебе не безопасно. Считай, что Каморра выступает, как заинтересованное лицо и твоя защита.

Я хотела спросить в чем именно Каморра является заинтересованным лицом, но Дарио взял меня за руку и повел за собой. Ступая на тротуар, я заметила то, что царапнуло сознание.

Недалеко стояло несколько мусорных баков и из одного торчали розы. Изломанные. Жестоко порванные.

Это же те цветы, которые вчера мне подарил Дарио.

Это Марко их так истязал и выбросил?

По коже скользнул холодок. Слишком неприятный. Пробирающийся вглубь тела.

Я вспомнила о том, что брат вчера, несмотря на закрытую дверь, был в моей спальне. И, если бы я не убежала, мало ли чем все закончилось.

Может, и правда будет лучше, если эту ночь я проведу в особняке Дарио?

Вот только, дом Де Луки у меня тоже ни с чем хорошим не ассоциировался. Я там была лишь один раз и то против своей воли. Запертая.

Дарио сам открыл ворота и мы вошли на территорию крошечного сада. Солнце еще полностью не зашло, но тут уже горели низкие фонари. Судя по окнам в доме, там тоже везде горел свет.

Мы подошли к крыльцу. Я достала ключи, на которых висел брелок пингвина и открыла дверь.

Стоило мне войти в дом, как меня обдало теплым воздухом и запахом горящей древесины. Супруги Леоне сегодня решили приказать горничной разжечь камин?

Со стороны обеденного зала, коим на самом деле являлась небольшая комната, расположенная за кухней, доносились голоса и звон посуды.

Значит, они все еще ужинали.

Я всегда не могла терпеть это время суток. Насколько бы не являлась гнилой семья Леоне, но все же друг другу они дороги и ужин являлся временем их соединения.

В детстве я не сидела с ними за одним столом. Я не могла ходить и всегда ела в спальне.

Когда же я научилась кое-как ходить, решила пойти к ним на ужин. Меня в то время кое-что слишком сильно грызло. Я не чувствовала себя частью семьи и считала, что это моя вина. Хотела попробовать сделать первый шаг к ним и до сих пор я прекрасно помнила, как приковыляла в обеденный зал. Нервничала. Все думала о том, как буду пытаться заговорить с Леоне. Как мне следует поддерживать темы разговора. Ни в коем случае не стесняться и не бояться.

Но тогда единственное, что я поняла – за столом меня не ждали.

Никто меня прямыми словами оттуда не прогнал, но по взглядам и по некоторым словам Мичелы, которая меньше всего себя сдерживала я все же поняла, что это так.

Но я сдалась не сразу. Изначально посчитала, что из-за моего лица им просто неприятно ужинать в моем присутствии. Наступил период, когда я вновь стала есть в спальне. Грызла себя тем, что вновь закрываюсь и ничего не делаю для того, чтобы быть частью семьи, но уверяла себя в том, что, когда стану выглядеть хоть немного лучше, обязательно все это исправлю.

Ага. Конечно. К сожалению, мне понадобилось время, чтобы понять, что там за столом я просто лишняя и явно не нужная. Посторонняя. Наверное, вот уже три года я туда ни разу не заходила. Даже, когда в обеденном зале никого нет, мне там жутко неуютно. С той комнатой связанно слишком много неприятных воспоминаний.

- Они ужинают. Давай, пока пойдем ко мне, - я уже собралась пойти к лестнице, но Дарио взял меня за руку и потянул туда, откуда слышались голоса.

- Нет. Давай поужинаем с ними. Я как раз очень голоден.



От автора: Дорогие девчонки, к сожалению, в эту главу не вместилось все, что я хотела, но постараюсь как можно скорее выставить следующее продолжение)





Глава 43 Честь


- Нет, подожди, - я попыталась остановить Дарио. Даже быстро за руку потянула его на себя, но было слишком поздно. Мы уже находились в коридоре рядом с обеденном залом и, более того, я видела край стола, за которым сидела Мичела.

Оттуда доносился запах еды и звон посуды. Громко звучал голос Консетты. Приемная мать рассказывала про какую-то женщину, которая настолько выгодно пригласила их на свое ранчо. Там в декабре будет проходить званный ужин и, судя по интонации и некоторым словам приемной матери, получение этого приглашения являлось главной целью поездки супругов Леоне. Там будут нужные им люди и хорошие условия для того, чтобы с ними познакомиться. Я до сих пор не понимала, по какой причине, но супруги Леоне все последние годы были одержимы хорошими связями и желанием войти в какой-то круг общества. Поэтому они и ездили по всяким мероприятиям или в гости к своим приобретенным статусным друзьям.

Чуть ступней не зацепившись за длинный бардовый ковер, лежащий вдоль всего коридора, я почувствовала то, что меня начало мутить. Так было всегда, когда я оказывалась рядом с обеденным залом. Сердце забилось чертовыми обрывками. На коже возникло ощущение грязи и кипящей жижи в груди. Именно поэтому я всегда предпочитала стороной обходить эту комнату. Она мне не нравилась.

Я бы и сейчас любыми способами предпочла сюда не ступать. Особенно, когда там в сборе вся семья Леоне.

Но Дарио, держа меня за руку шел вперед, а у меня уже не оставалось времени его остановить. Иначе семья Леоне заметит то, как они действовали на меня. То, какой тревожный хаос поселили в моем сознании.

Единственное, что мне оставалось – немедленно попытаться взять себя в руки. И я немедленно предприняла попытку это сделать.

Первой нас заметила Мичела.

Она сидела на том месте, из которого был виден коридор. Слушая свою мать, она улыбалась. Кажется, собиралась что-то сказать, но, наверное, заметив движение, повернула голову и посмотрела на нас.

Все это происходило за считанные секунды, но я словно в замедленной съемке успела уловить то, как менялось ее лицо. Изначально сестра посмотрела на меня. В ее глазах вспыхнуло что-то сродни восторга и предвкушения. Словно у ребенка перед восхитительным представлением. Ну, конечно, я наконец-то явилась к ним, а, значит, прямо сейчас произойдет главное действие под названием «Линчевание Романы». Кажется, Мичела даже поерзала на стуле от нетерпения.

Но в следующее мгновение ее взгляд метнулся к Дарио. Без особого интереса. Возможно, она изначально его полностью не видела и, уловив лишь движение, подумала, что в коридоре еще находилась горничная. Во всяком случае, Мичела именно так всегда на нее смотрела. Как на пустое место.

Но, когда мы оказались ближе к обеденному залу и на нас упал свет, взгляд сестры застыл. Я так и не поняла, что в нем было. Наверное, слишком много всего. Она вся словно превратилась в камень. Даже ее ладонь сжала вилку мертвой хваткой.

- Милая, что с тобой? – спросила Консетта. Она обожала свою дочь. Когда обращалась к ней, голос сразу же становился мягким. Даже нежным.

- А… - это единственное, что Мичела выдавила из себя, все еще не шевелясь. Смотря на Де Луку так, словно не могла отвести взгляд.

Когда я ступила на порог, как раз успела заметить то, что Консетта приподнялась и тоже посмотрела в сторону коридора. По мне она скользнула лишь мгновенным, мимолетным взглядом и тут же перевела его на Де Луку. Это не являлось чем-то странным. Дарио еще тот верзила и явно привлекал слишком много внимания.

Ладони приемной матери дрогнули и ее лицо сильно вытянулось. В скованном, странном движении она случайно задела свой бокал. Он упал и вино пролилось на белоснежную скатерть.

Жермано, мой приемный отец, тут же схватил тряпичную салфетку. Судя по движению руки, собираясь бросить ее край стола, чтобы вино не пролилось на платье его супруги, но так и не сделав это, он застыл. Тоже заметил Де Луку.

В обеденном зале воцарилась настолько глобальная тишина, что, казалось, такой тут не было, даже когда комната была полностью пустой.

Но дело не только в тишине. Де Лука своим присутствием определенно менял атмосферу. Или даже, кажется, людей. Скорее, заставлял их обнажить то, что они обычно скрывали – страх.

Находясь на пороге и смотря на то, как Жермано, Консетта, Мичела и Марко уставились на Де Луку, я только одного не понимала – неужели я единственная во всем Неаполе не знала, как выглядит наследник Каморры? Ведь, судя по взглядам, семья Леоне точно поняли, кто перед ними.

Первая в себя пришла Консетта. Она несколько раз быстро моргнула и поднимаясь, принялась быстро отряхивать платье, на которое все-таки попало вино. Оно алыми пятнами виднелось на бежевой ткани.

- Простите, но… вы ведь Дарио Де Лука? – ее глаза забегали. Растерянность виднелась в каждом движении.

- Да. Я так понимаю, вы сеньора Леоне? – Дарио говорил… вежливо? Я впервые слышала у него такой тон. Даже и не знала, что он у Де Луки может быть таким. Приятным. Словно и правда во время обращения младшего к старшим. – Надеюсь, я не нарушил ваш семейный вечер своим появлением?

- Нет. Конечно, нет, - Консетта быстро качнула головой. – Для нас это честь. Но… как так получилось, что вы?.. В нашем доме…

Моя приемная мать сделала быстрый вдох и, судя по ее взгляду, она немедленно пыталась сообразить, как правильно задать вопрос.

Против воли я вспомнила о том, как сама реагировала на Дарио, когда узнала, кто он такой. Про семью Де Лука ходит слишком много ужасных слухов, но все прекрасно понимают, что, если не большинство, то вообще все из них правда. Просто перечисление того, на что способны те, кто руководит Каморрой. Близкое соприкосновение с семьей Де Лука все равно, что смерть.

Я не знала, о чем именно сейчас думали семья Леоне, но присутствие Дарио определенно их переполошило. Словно к ним в обеденный зал вошел жнец.

- Я решил подвезти Роману домой и заодно познакомиться с ее семьей.

- А… Я не знала, что наша Романа знакома с вами, - приемная мать бросила взгляд на меня, затем вновь так же быстро перевела его обратно на Дарио. Словно боялась в его присутствии смотреть на что-то другое. – Не думала, что у нее есть такие знакомые.

- Мы встречаемся, - Дарио поднял мою ладонь, которую все еще держал в своей и губами прикоснулся к тыльной стороне.

- Вст… речаетесь? – переспросила Консетта с сильной заминкой.

- Да, я без ума влюблен в нее.

В обеденном зале повисла тишина. Еще более глобальная, чем в первый раз. Приемная мать судорожно бросала взгляды то на меня, то на Дарио. Словно считала, что ослышалась. Ждала других объяснений.

Ее муж, Жермано, не шевелился. Лишь его взгляд быстро метнулся к Консетте и он сейчас казался немного бледнее, чем обычно. Мичела же казалась красной. Полностью. Она нервно кусала губы. Настолько сильно, словно могла прокусить их до крови.

Я старалась не смотреть на Марко, но все же заметила, что он выглядел настолько мрачным, как никогда раньше. Брат посмотрел на Де Луку, но практически сразу перевел его на меня. Смотрел так, что буквально прожигал.

- Вы не против, если я присоединюсь к ужину?

Лишь вопрос Дарио заставил всех отмереть, а я, в какой-то степени порадовалась тому, что сегодня пришла сюда с ним. Больше бы аффекта было бы лишь, если бы я призвала дьявола и явилась с ним.

- Да, конечно, - Консетта быстро кивнула и растерянно вышла из-за стола. – Присаживайтесь. К сожалению, ужин скромный. Если бы мы знали, что вы придете, мы бы лучше приготовились.

- Не стоит. Я пришел сюда не ради еды, а чтобы познакомиться с семьей моей обожаемой женщины.

Консетта вздрогнула, но вновь кивнула.

- Да. Да, конечно, но мы бы все равно хотели оказать вам более радужный прием. Присаживайтесь, пожалуйста. Я сейчас принесу тарелки и столовые приборы.

Приемная мать делая несколько шагов в сторону, так, чтобы Дарио не заметил, бросила на меня взгляд. Им посмотрела прямо мне в глаза. Казалось, хотела этим что-то сказать, но я, сделав вид, что ничего не поняла, просто отвернулась.

После этого Консетта рвано выдохнула и быстро пошла, вернее, даже побежала на кухню, с которой обеденный зал был объединен раздвижной дверью.

Дарио отодвинул для меня один из стульев. Тот, который находился рядом с Мичелой, после чего помог мне сесть. Сам же Де Лука сел рядом со мной. Через один пустой стул от него – Марко. Затем Жермано и место Консетты. Стол был круглым. Стоял посреди комнаты и мои приемные родители им даже гордились. Говорили, что когда-то его привезли из Испании.

Сколько я не была в этой комнате? Наверное, несколько лет точно и сейчас, окидывая ее взглядом полным неприязни, замечала, что тут новые занавески. Кажется, другой комод около двери. В углу появилась огромная ваза. И, если я правильно помню, в прошлом году тут красили стены. Да, точно. Они теперь были немного светлее.

Консетта вернулась из кухни и быстро поставила тарелку перед Дарио. Очень осторожно. Словно боялась каким-то неправильным движением руки его случайно задеть. Лишь после того, как она рядом с ним идеально разложила приборы, она поставила тарелку и передо мной.

- У нас сегодня на ужин стейки, - кажется, ее голос немного дрожал, а я, взглядом окинув стол, заметила, что и правда на тарелках у семьи Леоне были уже надрезанные, частично съеденные стейки. - Прошу прощения, если бы мы знали, что вы придете, горничная приготовила бы и для вас стейк, но у нас еще есть вкусное картофельное пюре, салат и…

- Как я уже говорил, я пришел сюда не ради еды, - Дарио положил ладонь мне на колено, пальцами касаясь разреза в джинсах. - Главное, подайте Романе ее порцию. Она голодная.

После этих слов мне стало немного стыдно перед Де Лукой. Когда мы сюда ехали, я в его машине грызла булочку, которую купила еще днем в университете. Предложила ему кусочек, а то как-то не красиво. Я ем, а он – нет. Дарио оказался и я сказала, что отлично – мне больше достанется. Я правда была голодной и понимала, что дома еще не скоро поем. Кто же знал, что я в итоге окажусь на ужине.

Консетта собираясь положить рядом со мной вилку, буквально на мгновение нервно замерла.

- Наша горничная что-то перепутала и, к сожалению, приготовила только четыре стейка, - в итоге сказала она. – Романа, милая, если ты голодная, давай я положу тебе пюре.

Меня чуть не передернуло. Консетта только что назвала меня «милой»? Еще и таким нежным голосом, которым обычно обращалась к Мичеле?

- Спасибо, я сама возьму, - ответила ей, краем глаза замечая, что Дарио взглядом окинул стол и задержал его на печенных булочках со специями и оливковым маслом. Их тоже было всего лишь четыре.

В принципе, тут вообще еды только на четверых. Консетта не просто так извинялась перед Дарио за скудный ужин. Он, конечно, таковым не являлся, но, учитывая то, что они уже какое-то время сидели за столом, практически всю еду разобрали. Кто-то еще за их ужином не предполагался.

Но я, взглядом окинув стол, взяла большую стеклянную тарелку с салатом. Его хотя бы на одну порцию хватит.

Я этот салат положила в тарелку Дарио, а то и правда было не очень то, что он пришел на ужин, а угостить его нечем.

- Насколько я помню, ты всегда в это время возвращаешься домой, - Дарио очень медленно ладонью провел по моей коленке.

- А? Да, - я вернула пустую тарелку на стол. Подумала о том, что еще можно положить ему в тарелку. Чего осталось столько, что хватит хотя бы на одну порцию?

Краем глаза я заметила сильную нервозность вспыхнувшую за столом. Консетта постоянно ерзала, словно не могла нормально усесться. Мичела за все это время ни разу не пошевелилась. Она все так же сжимала вилку и, опустив голову, смотрела в свою тарелку.

- Вы давно встречаетесь? – Консетта взяла салфетку и принялась вытирать разлитое вино. Ее ладонь дрожала и действие явно было бесполезным, так как вино впиталось в скатерть.

- Пару месяцев, - солгал Дарио. Он левую руку закинул на спинку моего стула, словно приобнимая меня. Де Лука выглядел расслабленным. Голос спокойный. На губах даже легкая улыбка. Оказывается, она у него красивая.

- А как вы познакомились? – Консетта села на свое место и принялась складывать грязную салфетку.

- Я как-то зашел к Романе на работу. Увидел ее и сразу влюбился.

- А… На работу, - неловко, нервно произнесла приемная мать. Она не знала, где я работала и я физически почувствовала, как она сейчас в разговоре вошла в тупик.

- У вас красивый дом, - Дарио взглядом окинул обеденный зал.

Я не считала дом семьи Леоне плохим, но по сравнению с особняком Де Луки, он словно собачья конура.

Но Консетта ухватилась за комплимент. Рассыпалась в благодарностях и принялась рассказывать о том, как они тут создавали уют. Как привозили мебель из других стран и то с каким трудом выискивали то, что могло им понравиться.

Дарио иногда что-то говорил. Выглядел заинтересованным и все еще не убирал с губ улыбку. А я все никак не могла понять – неужели я его практически не знаю? Де Лука может быть и таким? Настолько располагающим к себе?

На семью Леоне это подействовали. Страх и нервозность все еще ощущались, но, кажется, они немного расслабились и начали заискиваться.

- Жермано Леоне, - представился мой приемный отец, протягивая руку через стол.

- Приятно познакомиться, сеньор Леоне, - Де Лука пожал руку.

Изначально Жермано делал это очень осторожно. Словно протягивал ладонь к динамиту, который мог разорвать его на части, но, когда Дарио пожал ему руку, кажется, приемный отец медленно выдохнул. Словно до этого не дышал и тут же начал рассказывать о том, что он наслышан о Каморре и о том, что восхищен их новым проектом на набережной.

Между Жермано и Дарио завязался разговор. Консетта, насколько это возможно, пыталась в нем участвовать и временами на ее лице вспыхивало очень довольное выражение.

Мичела молчала, но порой я улавливала, что она время от времени наклонялась и бросала взгляды на Дарио.

Про Марко я старалась не думать и не смотреть в его сторону, но, когда это все-таки происходило, я замечала, что, или брат с мрачным видом молча ел, или прожигал меня взглядом, от которого по коже скользил царапающий холодок.

- Если вы не против, мы сейчас можем пойти в мой кабинет. У меня есть великолепный виски и сигары, - Жермано пальцами провел по своей бородке. Он был тучным мужчиной, но очень следил за собой. Имел в гардеробе множество брюк и рубашек. Даже его борода была безупречно подстрижена.

- Спасибо за предложение, но нам с Романой уже нужно уезжать.

- Вам с Романой? Куда? – спросила Консетта. Ранее, пока Жермано разговаривал с Дарио, она сбегала наверх и переоделась. Сменила платье испачканное вином на ее любимый брючный костюм. Кажется, даже накрасила губы и причесалась.

В отличие от своего супруга, Консетта была худой. Очень. Иногда казалось, что она вообще одержима своим весом из-за чего предпочитала крайне мало есть. У нее тонкие, длинные пальцы, узкие губы и заостренные скулы.

- Ко мне домой, - Дарио пальцами той руки, которую он держал на спинке моего стула, провел по моему предплечью. Он время от времени так делал. Гладил и, кажется, Мичела постоянно на это посматривала.

Я оторвала взгляд от стакана с водой. Она была единственной, что я взяла со стола за все полчаса, которые мы провели в обеденном зале. Да и даже воды выпила лишь пару глотков.

- Насчет этого, - я перевела взгляд на своих приемных родителей. – Когда я пару дней назад ночью отсутствовала дома – я была в особняке семьи Де Лука. Я понимаю, что мне следовало попросить у вас разрешения, но это получилось непредвиденно. Мы с сеньорой Де Лука разговорились и я не уследила за временем. Было уже поздно и Дарио предложил остаться у них дома.

- На что тебе следовало попросить разрешения? – спросил Де Лука. Я подняла голову, посмотрела на него и собиралась ответить, но первой это сделала Консетта.

- Ни на что, - быстро произнесла она, еще и ладонями помахала, словно от этого ее слова должны быть убедительнее. Или это просто было нервное движение. – Просто мы беспокоимся о Романе и, если она по ночам отсутствует дома нам бы хотелось, чтобы она хотя бы просто предупреждала об этом. Но, если она была у вас, тогда нам точно не стоит переживать.

- Точно? – спросила я. – Просто мне казалось, что вы разозлились. Еще и Мичела сказала, что я пришла пьяной, хотя это совершенно не так.

- Нет, я такого не говорила, - сестра настолько резко и сильно дернула рукой, что чуть не разбила стакан о тарелку. Это первое, что она произнесла с тех пор, как мы с Дарио вошли в обеденный зал и сейчас голос Мичелы дрожал. Глаза нервно бегали. – То есть, я не это имела ввиду. Конечно ты не была пьяной. Просто… Просто я…

- Романа, милая, ты просто что-то не так поняла, - Консетта попыталась улыбнуться. – Мы за тебя переживали, но поскольку мы теперь знаем, что ты была в месте, которое не представляет для тебя опасности, значит, вопрос исчерпан. Конечно, ты можешь ездить в особняк семьи Де Лука, столько, сколько захочешь.

Я немного опустила веки. Насколько же это было лицемерно.

Я могла бы указать Мичеле на то, что я прекрасно поняла ее слова. И я могла бы напомнить Консетте о том, что она сегодня по телефону кричала, что мне теперь запрещено вообще на какие-либо ночевки отправляться. Она вообще много чего кричала.

Но все же я промолчала. Главная цель была достигнута. Вопрос с моим недавним отсутствием закрыт. Бонусом я увидела прекрасный спектакль.

- Раз вы сейчас уезжаете, могу ли я перед этим поговорить со своей дочерью? – спросила Консетта, пальцами сильно сминая салфетку. – Романа, мне нужно с тобой кое-что обсудить. Это важно, но много времени не займет. Милая, пройдешь со мной на кухню?

Я не сразу поняла, почему Консетта спрашивала у нас может ли она поговорить с Мичелой. Когда же до меня дошло, что она меня назвала своей дочерью, у меня уголки губ поползли вниз. Консетта ведь за все годы меня так ни разу не назвала. Лишь сейчас.

- К сожалению, нам уже нужно ехать, - Дарио наклонился и поцеловал меня в висок.

- А… - Консетта уже начала подниматься, собираясь пойти на кухню и от этих слов растерялась. – Но это много времени не займет.

- Если вам нужно было о чем-то поговорить, у вас для этого было время. Теперь же время Романы – мое, - Де Лука вновь поцеловал меня. На этот раз в макушку. – Прошу прощения, но я очень ревнив к времени Романы. Не хочу упустить не секунды, которая может принадлежать мне.

Я буквально на несколько секунд закрыла глаза. У Дарио отлично выходило играть роль влюбленного, но именно в это мгновение я была благодарна ему. Я правда очень сильно не хотела сейчас разговаривать с Консеттой.

Приемная мать потопталась на месте. Вновь кинула на меня взгляд и закусила нижнюю губу. Смотря мне в глаза, Консетта будто хотела что-то сказать. Почему-то казалось, что что-то давящее. Она желала, чтобы я все-таки пошла на кухню? Но все это длилось лишь секунды. Будто почувствовав то, что и Дарио на нее смотрел, приемная мать вновь набросила на губы улыбку.

- Хорошо, милая. Тогда поговорим завтра, - произнесла она мягким тоном. После чего, с еще более широкой улыбкой обратилась к Дарио. – Вы же еще придете к нам на ужин?

- Да, мы будем очень рады видеть вас за нашим столом, - подхватил Жермано, вновь протягивая руку Дарио для пожатия. – И, надеюсь, в следующий раз мы сможем посидеть в моем кабинете. Виски у меня и правда отменный.

- Как насчет завтра? – спросила Консетта. – Или вы заняты? Может, тогда послезавтра? Мне бы хотелось знать, чтобы заранее достойно подготовиться. Обещаю, следующий ужин вам точно понравится.

- Мне и этот понравился, - Дарио пожал руку Жермано и одарил Консетту той улыбкой, от которой на щеках моей приемной матери появился румянец. – Спасибо за теплый прием. Очень рад познакомиться с семьей моей второй половинки.

Дарио взял мою ладонь в свою. Поднял ее и губами прикоснулся к тыльной стороне.

- Единственное, пока мы не уехали, я хотел бы прояснить один момент, - с губ Дарио исчезла улыбка. В черных глазах потухли эмоции, словно кто-то их выключил. Вместо прежней доброжелательности, там появился ледяной холод и что-то мрачно кровожадное. Это произошло настолько внезапно, что даже я растерялась. Словно на лице Дарио затрещала маска и упала. А от того, что было под ней, кровь стыла в жилах.

Де Лука пальцем поддел рукав моей толстовки и немного опустил его. Так, что стали видны синяки на запястье.

- Сегодня я на Романе увидел это, - Дарио повернул голову в сторону Марко. – Это ты сделал?

Брат, до этого мрачно сверлящий тарелку взглядом, поднял голову. Посмотрел на мою руку и застыл. Кажется, сильно напрягся.

Атмосфера в комнате тут же изменилась. Стала тревожной. Жуткой. А я, растерявшись, не сразу поняла, как отреагировать. В отличие от Консетты, которая быстро сказала:

- Нет, конечно, это сделал не Марко. Он не мог…

- Романа сказала, что это он, а я склонен верить ее словам. То, что говорит моя женщина не нуждается в том, чтобы это оспаривали, - Де Лука протянул руку и лениво взял нож, которым Марко до этого нарезал свой стейк. – Тебе следует заплатить Романе за то, что ты сделал.

Я хотела быстро сказать, что не нуждаюсь в извинениях, как Дарио поднял руку и в следующий момент вонзил нож в ладонь Марко, которую он держал на столе рядом с тарелкой.

Лишь одно движение. Короткое. Безжалостное. Без чего-либо лишнего. Так, словно Де Лука точно знал, что и как нужно делать.

От этого удара ножом стол сотрясся. Марко закричал настолько громко, что в ушах загудело и второй, уже теперь дрожащей рукой брат попытался судорожно убрать ладонь Дарио, которой он все еще сжимал нож.

Мичела и Консетта завизжали. Жермано дернулся и рывком поднялся на ноги так, что пузом задел стол. Кажется, собирался ринуться к Дарио. Хоть что-нибудь сделать.

- Сядь, - Де Лука не просто приказал ему. Он произнес это так, что Жермано панически застыл, но все-таки рухнул на стул, словно тряпичная кукла, которую сейчас трясло. – А ты, уебок, - Дарио посмотрел на Марко. – Убери руку, пока этот нож не оказался у тебя в горле.

Я не могла даже предположить насколько брату сейчас было больно. Его лицо исказилось и на его глаза наворачивались слезы, но изначально Марко лишь сильнее сжал запястье Де Луки. Попытался его отдернуть. Кажется, что-то говорил, но это длилось лишь считанные секунды, после которых он все-таки послушно отдернул свою целую руку и пальцами изо всех сил сжал край стола.

- Я не специально… - слова Марко оборвались в крике от того, что Дарио медленно провернул нож.

- Мне плевать сделал ты это специально или нет. Еще раз узнаю, что ты причинил вред Романе, а я об этом узнаю, отрежу тебе обе руки, - Дарио вновь прокрутил нож. – И, поверь, мне понравится. Может, я даже не смогу остановиться.

Де Лука медленно, разжал пальцы и под плачь Консетты и Мичелы, взял салфетку, вытирая кровь со своей ладони. После чего со все такой же доброжелательной улыбкой, словно рука моего брата сейчас не была пригвождена к столу, а скатерть не была пропитана его кровью произнес:

- Спасибо за ужин. Он мне очень понравился, надеюсь, как-нибудь повторим, - он отбросил салфетку на стол, так, что она упала на тарелку с салатом, после чего взял меня за руку. – Доброй ночи.

Я не сразу смогла подняться со стула, даже несмотря на то, что Де Лука отодвинул его и помог мне встать.

Я, конечно, в отличие от Консетты и Мичелы не начала визжать… То есть, черт, я понимала с кем имею дело, но все равно то, что я только что увидела ударило по сознанию. Но я попыталась кое-как взять себя в руки и, когда Дарио повел меня к коридору, я последовала за ним.





Глава 44 Любить


Я сидела в машине и, не моргая, смотрела на вечерний Вомеро, но на самом деле видела лишь скатерть, насквозь пропитанную кровью, так, что алая жидкость каплями стекала на пол. И в ушах до сих пор гудело от полного боли крика Марко. Визга, плача приемной матери и Мичелы.

Плечом прижавшись к дверце, я посмотрела на Дарио. Он был точно таким же, как и обычно. Расслабленным. Без каких-либо эмоций на лице, словно не было этого вечера и ужина. Не произошло ничего особенного.

А я до сих пор не могла разобраться со своими мыслями и эмоциями.

С одной стороны – я понимала, кто такой Дарио. Он из тех, кто без проблем изувечивает людей. Если нужно – пытает. Наверное, вовсе убивает. Насчет последнего я не была уверена. Все-таки Де Лука молод и, может, ему еще не доводилось отнимать чужую жизнь. Или же дон Каморры уже предоставил своему сыну шанс потерять душу, чтобы стать достойным преемником клана.

Подобных нюансов я не знала, но мне было известно, что Де Лука ужасный человек. Способный на то, от чего моя психика может сломать.

Но знать об этом, не означало – быть готовой собственными глазами увидеть чужую кровь и боль. Особенно, если это касалось человека, которого я знала с детства.

Было ли мне жалко Марко? Брат являлся спонсором моего страха и попыток спрятаться от опасности в доме, где мне приходилось жить. Так, что? Испытывала ли я жалость? Или, наоборот, должна радоваться? Не знаю. Пока что мои эмоции разрывали меня изнутри. Я просто была в ужасе.

Я молчала. Дарио тоже ничего не говорил и к особняку Де Луки мы приехали в полной тишине.

Выглядывая в окно, я посмотрела на огромный дом. Он был все таким же роскошным, каким я запомнила его с прошлого раза. Даже более чем, ведь уже сейчас я могла неспешно отметить некоторые детали.

Мне хотелось вновь перевести взгляд на Дарио и задаться вопросом – каков он на самом деле, раз вырос в таком богатстве? До того, как меня забрали в клан Моро, можно сказать, что я тоже росла в состоятельной семье. Все-таки мой родной отец дон Турина.

Но Де Лука – это совершенно другой уровень.

С виду Дарио кажется обычным парнем. Вернее, к нему это слово вообще не применимо, но он не создает вид того, кто испорчен достатком. Совершенно.

Вот только, что у него в голове? Садясь в безбожно дорогую машину не думает ли он, что это всего лишь мелочь? Смотря на какое-нибудь здание, которое для остальных является лишь мечтой, не считает ли, что может просто взять и купить его? А ведь у его семьи точно есть частный самолет и крупная недвижимость в Италии и заграницей.

И, учитывая то, что он вырос в самом кровожадном клане Италии, насколько сильно отличается его понимание человеческой жизни?

Задаваясь всеми этими вопросами, я вновь приходила к выводу, что совершенно не знаю Дарио. Ни его желаний, ни намерений, ни мыслей. Абсолютно ни в чем.

С самого начала нас жизнь поставила на разные ступени и на самом деле мы настолько разные, насколько вообще возможно.

Единственное, в чем мы можем соприкоснуться – это то, что он парень, а я девушка. У него есть то, что Де Лука может вставить в меня и, в принципе, это и является его намерением.

От этих мыслей я опустила голову и ногтем начала сильно царапать змейку на рюкзачке.

Де Лука остановил машину и уже вскоре мы вышли на улицу. Во мраке сада я заметила огромных верзил – охранников. Наверное, только умалишенный или суицидник решится напасть на особняк Де Луки, но все равно охрана тут была на высшем уровне.

«Поэтому отсюда так же невозможно сбежать» - пронеслось у меня в голове.

Следуя за Дарио я вошла в особняк и сразу же напряженно оглянулась по сторонам. Мне очень сильно не хотелось лично встретиться с доном Каморры, но, к счастью, по пути в спальню Де Луки я увидела лишь нескольких горничных. В том числе и ту, которая в прошлый раз приносила мне платье.

- Твои родители сейчас дома? – решила спросить, когда мы вошли в спальню Дарио. Наверное, я просто хотела разрушить тишину. Ее было слишком много.

- Отец – точно нет.

Я еле сдержалась, чтобы не выдохнуть с облегчением. Серьезно, я еще не была морально готова, чтобы встретиться с доном Каморры. Мне пока что с головой хватало и его сына.

- Я тоже сейчас уеду. Вернусь ночью или утром.

- Ты уедешь? – я остановилась рядом с креслом и перевела взгляд на Дарио, смотря на то, как он на край кровати поставил мою сумку. Там была одежда и учебники. Все, что я собрала для завтрашнего похода в университет.

- Работа, - сказал он, расстегивая рубашку.

Я хотела спросить, что за работа ночью, но вовремя вспомнила о том, что то, чем занимается Каморра не имеет рабочего графика, как, например, в магазине.

- Зачем, тогда ты привез меня сюда, раз тебя тут не будет?

Мне пришлось отвернуться. Де Лука практически полностью расстегнул рубашку и я почему-то решила, что так будет лучше. Почему? Будто я не видела его безупречного, стального тела.

Но все-таки я решила сделать вид, что меня жутко заинтересовала дверца шкафа.

- Отдыхай. Если хочешь, можешь пройтись по особняку. Прислугу предупредят о том, что ты тут и ты по любому вопросу сможешь к ним обратиться, - по шороху одежды я поняла, что Дарио снял рубашку. – Чувствуй себя, как дома.

Я могла сказать, о том, что у меня что-то такое навряд ли получится, но я решила промолчать.

Дарио пошел в душ, а я поплелась разбирать свою сумку.

Когда Де Лука вышел, полностью голым, если не считать полотенца обернутого вокруг бедер, я сидела на краю его кровати и листала учебник. Решила, что, раз он уезжает, значит, займусь учебой. Все равно мне это как раз требовалось.

- Тебе не следовало этого делать. Я имею ввиду того, что было за ужином, - я пролистнула несколько страниц, пытаясь найти нужный мне параграф.

- Еще скажи, что тебе жаль этого уебка, - Дарио подошел к шкафу и открыл дверцу.

- Нет, не жаль, - я отрицательно качнула головой. – Сколько бы я не думала об этом, решила, что предпочту радоваться. Даже через силу. Иначе… - я пальцами сильно сжала учебник. – Если я уже сейчас начну жалеть, значит, тем более, в дальнейшем не смогу сделать того, что мне нужно.

Дарио снял полотенце и оно упало на пол. Я тут же опустила взгляд и им уткнулась в книгу. Это было рефлекторное действие, но, почему-то оно сразу же повеяло слабостью - отводить взгляд. Прятать его.

Поэтому я опять подняла голову и посмотрела на Дарио. Все-таки он великолепен. Насколько бы Де Лука не был бы в моем вкусе, но тело у него, словно у бога. С этим я поспорить не могла.

Но на то, что ниже пояса я предпочла не смотреть.

- И что же тебе нужно сделать? – Дарио достал из шкафа одежду. Лениво бросил ее на спинку кресла.

- Покинуть клан Моро и разорвать любую связь с моей родной семьей, - решив, что хватит смотреть на Дарио, я опять взглядом уткнулась в учебник. Но слышала шорох одежды. Понимала, что он одевается. – Вот тебе очередное мое откровение – все прошедшие годы я ждала, что кто-нибудь из моей родной семьи приедет ко мне. Я надеялась на это каждый гребанный день.

Для меня самой было дико то, что вот такие минуты откровения у меня были именно с Дарио. Но я об этом не могла поговорить ни с кем другим. Даже с Винсой. А тем временем в сознании все накапливалось. Начинало разрывать. И даже сейчас эти слова с моих губ сорвались с едкой горечью, пусть я и старалась держать голос ровным. Выглядеть безразличной.

- Знаешь, возможно, я уже давно могла бы хоть как-нибудь подправить свое положение. Поехать к дону Моро и сказать, что не согласна с кое-какими его решениями. Например, с тем, что он отправил меня в семью Леоне. Я могла бы отстаивать свою жизнь, но, в тот же момент, я понимала, что являюсь лишь инструментом в договоре между моей родной семьей и доном Моро. Гарантией перемирия. То, что раз они все это делают, значит их все устраиваем и так нужно. И мне казалось, что, если я буду послушной девочкой, идеально выполняющей свою роль и не доставляющей никаких проблем своей родной семье, они будут мной… гордиться? Любить? – я подняла руку и сильно потерла лицо.

Все это звучало настолько жалко, насколько вообще возможно, но как описать то, что годами творилось внутри моей головы? Как передать тот вкус отчаяния, которым я захлебывалась каждый день?

- Думаю, ты знаешь о том, что в детстве меня украли. Изувечили и сделали калекой, - я пролистнула еще несколько страниц. – Приятного тогда было мало, но хуже всего – я начала ощущать себя никому не нужной обузой. И лишь когда меня вплели в этот чертов договор о перемирии, я начала ощущать свою важность. То, что я могу сделать что-то полезное для своей семьи. И, думаю, так и есть. Приближенные Моро приняли такую плату в виде меня и отец получил поддержку. Впоследствии это помогло ему уничтожить врагов и очень хорошо подняться. Сейчас моя семья на том уровне достатка, которой у нее никогда не было. Получается, я для них смогла многое сделать. Будучи послушной. Не создавая проблем.

- Типичные мысли жертвы.

Я подняла голову и посмотрела на Дарио. Он уже полностью оделся. Сейчас застегивал рубашку.

- Не осуждай меня и не попрекай. Я не знаю твоего отца, но мать у тебя замечательная. Уверена, что ты вырос в любви.

«Правда, все равно стал чудовищем. Специфика жизни в Каморре» - пронеслось у меня в голове.

- Мать у меня самая лучшая, но ты ошибаешься – я тебя не осуждаю.

- Но и понять ты меня не можешь. Ты не находился в том состоянии, когда, будучи прикованным к кровати, кажется, что жизнь окончена. Ты не знаешь, каково это быть ненужным и вообще ни на что не способным, но при этом надеяться, что ты сможешь хоть что-нибудь сделать, чтобы почувствовать себя наравне с другими. Поверь, я за свою жизнь прошла через много состояний, которые ты никогда не поймешь. Знаю ли я, что они сделали меня слабой? Еще как. Знаешь, я иногда жутко злилась на свою родную семью и даже бывали периоды, когда я мысленно от них отрекалась.

Я перевернула учебник и короткими ногтями провела по обложке. На душе было паршиво. Я уже сожалела, что начала этот разговор. Он сжигал изнутри. Я попыталась себя мысленно отдернуть, но что-то в сознании треснуло. За все годы я впервые получила возможность произнести вслух то, что грызло и то, с чем была несогласна. Мне просто хотелось выговориться.

- Семья Леоне не сразу начала ко мне паршиво относиться. Я чувствовала, что они не рады постороннему человеку в своем доме, но все-таки все ограничивалось лишь неприязнью во взглядах. Помимо этого они не делали ничего плохого. Мое положение позже испортила моя же родная семья, - я закрыла учебник и положила его себе на колени. Взгляд пока что не поднимала. Смотрела на пол. - Все началось с отца. Он приехал ко мне не сразу. Лишь спустя несколько месяцев и пробыл у меня настолько мало, что это даже толком нормальной встречей не назвать. И все. Больше он ко мне не приезжал и так же я больше не видела никого из своей родной семьи. Хотя им никто не запрещал видеться со мной. Леоне поняли, что я не нужна не только дону Моро, раз уж он меня отдал, но и моим родным родителям. После этого моя жизнь постепенно начала превращаться в ад. Годы шли, семья Леоне все более крепко убеждалась в моей ненужности перед остальными и мое положение все усугублялось и усугублялось. Как выстрел в голову стало то, что мои родные родители удочерили какую-то девчонку.

Я очень грустно улыбнулась. Если это вообще можно назвать улыбкой. Даже она сейчас сжирала мою душу.

- Конечно, они молодцы. Я слышала, что у той девчонки родители были наркоманами и они хотели расплатиться своей дочерью, а мои мама и папа решили забрать ее к себе. Удочерили. Дали свою фамилию. Благородный поступок? Правда? Вот только, семья Леоне мне и это припомнили. Они следили за тем, как мои родители эту девчонку выводили в свет. Принаряжали ее, окружали роскошью. Вводили в высшее общество. Когда она подросла, покупали ей машины и все остальное. Отправили учиться в лучший университет Турина и оплатили учебу за все годы наперед. Она у них теперь, как принцесса. В то время, как ко мне моя семья не то, что не приезжала. Они мне за все время ни разу даже не позвонили. У моей семьи теперь другая дочь. Это не я и семья Леоне это прекрасно понимает.

Я не стала говорить о том, что почувствовала, когда узнала, что мои родители удочерили другую девчонку. Мою одногодку. И то с каким обожанием они к ней относились. Произносить все это вслух – я бы никогда не решилась. Это слишком личное.

- Поэтому периодами я действительно злилась на свою родную семью. Сильно. За то, что бросили меня. За то, что продолжали жить так, будто меня никогда не существовало. Но, знаешь, что самое паршивое? Я все равно каждый гребанный день ждала, что они приедут ко мне, - я закрыла глаза и кончиками пальцев сильно потерла веки. Так, что перед глазами вспыхнули блики. – Теперь понимаешь, насколько я жалкая? Я ведь не идиотка и видела, что происходит, но день за днем оправдывала родителей. Уверяла себя, что они точно любят меня и обязательно есть причины тому, что они не приезжают. Но, рано или поздно это произойдет, а мне… просто нужно еще немного подождать и обязательно оставаться хорошей девочкой, чтобы не создавать им проблем. Иначе… это их огорчит? Верно? А как я могу создать проблемы дорогим для себя людям?

Очень медленно выдыхая, я мысленно выругалась. Наверное, мне следовало все это произнести, хотя бы для того, что бы в очередной раз понять, насколько я жалкая. И желать, чтобы это было в последний раз.

И сейчас я вспоминала о том, как возвращаясь в дом Леоне и, слыша там голоса, мое сердце срывалось на безумный ритм. Сознание срывалось надеждой, что это наконец-то приехали мои родители, но, заходя в гостиную, я видела просто кого-то из друзей супругов Леоне. Такое происходило множество раз, а я все равно раз за разом надеялась.

И я воспоминала о том, как мой отец приезжал в Неаполь. Мичела, слыша об этом, каждый раз доносила эту новость до меня. Зачем? Чтобы сделать больнее. Указать на то, что он совсем рядом, но ко мне не приедет. И я перед сводной сестрой пыталась сделать вид, что мне плевать, но сама шла в свою комнату, причесывалась и надевала самое лучшее, что было из моей одежды. А вдруг отец на этот раз все-таки приедет ко мне?

Я надеялась, ждала, но, нет. Ничего не происходило.

А ведь в последний свой визит в Неаполь он приехал вместе со своей приемной дочерью. Отец хотел представить ее какой-то знатной семье. Все же та девушка, как и я, в этом году стала совершеннолетней. Ей теперь нужно больше поддержки в высшем обществе. И, заодно, требуется искать достойного жениха.

И тогда во мне что-то особенно сильно, болезненно перещелкнуло.

В моей жизни происходило столько жести, а я, оказывается, была готова простить свою родную семью, если бы они просто приехали ко мне. Если бы мама и папа обняли. Сказали бы, что скучали.

Но… пусть они идут к черту. Я больше не хотела прощать. Я им и зла не желала. Просто хотела собственными руками разорвать все то, что нас все еще связывало. Хватит. Нет у меня семьи. Нет родителей и брата.

- Думаю, с меня уже хватит, - произнесла, откладывая учебник в сторону. – Я больше не хочу никого жалеть. Особенно, тех, кто это не заслуживает.

Отложив учебник в сторону, я хотела пойти к сумке и достать из нее свой телефон. Сделать хоть что-нибудь чтобы сию секунду себя занять, ведь эмоции жгли так, что я просто не могла усидеть на месте, но даже шага сделать не успела, как почувствовала, что Дарио оказался рядом со мной.

Я вскрикнула от того, что он внезапно поднял меня на руки.

- Что ты делаешь? – испугавшись, что могу упасть, тут же пальцами схватила его за рубашку.

Он впился своими губами в мои. Жестоко. Безжалостно. Углубляя поцелуй и делая его таким, что дыхание перехватывало.





Глава 45 Ночь


Лежа на кровати, я не моргая смотрела на потолок. Дарио ушел около получаса назад, а губы до сих пор жгло. И тело горело в тех местах, к которым он прикасался. В основном талию и грудь. Мне все еще казалось, что я на них чувствовала горячие, грубые ладони Де Луки.

Перевернувшись на живот, я лицом уткнулась в подушку. Черт, о чем я думаю?

Или же лучше так, чем вспоминать тот разговор, который я сама начала? Уже сейчас я сожалела о нем. Это ведь был не разговор, а просто поток нытья с моей стороны. Дарио и так увидел в семье Леоне то, что для меня являлось стыдным.

В дверь постучали и я, приподнявшись на одном локте, быстро повернула голову вправо.

Кто это?

- Госпожа, мы принесли ужин, – из-за двери приглушенно донесся мягкий женский голос.

Ужин? С чего это мне принесли ужин?

Может, они что-то перепутали?

Я слезла с кровати и пошла к двери. Когда открыла ее, в комнату вошли две горничные. Одну из них, кажется, я раньше видела.

- Вы, наверное, что-то перепутали, - сказала, смотря на два подноса с едой, которые девушки поставили на столик.

- Нет. Это приказ сеньора Де Луки, - одна из девушек осторожно сняла тарелки с подноса. Вторая занималась горячим чайником и заварником.

После того, как горничные ушли, я села на край кресла и посмотрела на стол. На нем было столько еды, что, наверное, на пять человек хватило бы. Запеченное мясо, салат, ризотто, картошка в сырном соусе. Из сладкого – яблочный пирог и тарт. Горячий чай.

И это все для меня?

Некоторое время я сидела неподвижно. Смотря на тарелки. Думая о том, что все-таки произошла ошибка или горничные перестарались.

Но, в итоге, голод дал о себе знать. Сильно, из-за чего я притянула к себе запеченное мясо. Затем и ризотто.

Зажмуриваясь от удовольствия. Это точно был мой самый вкусный ужин в жизни.

***

Я не смогла съесть все, но все же я справилась с куда большим количеством еды, чем ожидала. Возможно, я даже переела, но, черт, как же мне было хорошо.

Вновь валясь на кровати, я все думала о том, насколько много значит вкусная еда. Поела досыта и жизнь стала лучше.

Лениво потянувшись, я взяла подушку и обняла ее.

Оказывается, от нее пахло одеколоном Де Луки.

Я сделала глубокий вдох, а затем резко отбросила подушку от себя. Господи, что я делаю? Еще немного и начну нюхать рубашки Дарио?

Но все же запах у одеколона Де Луки приятный. Нахмурившись, я приподнялась на локтях и взглядом окинула спальню Дарио, пытаясь найти пузырек из-под одеколона. Хотела понять, что это за марка.

Одеколон я не увидела, но в голове возникла крайне паршивая мысль – может, осмотреть комнату Дарио?

Я тут же безжалостно уничтожила ее. Хоть и понимала, что, в таком случае, возможно, смогла бы лучше понять Де Луку. К сожалению, на более видных местах не имелось каких-нибудь его личных вещей. Или вообще хоть чего-нибудь, что могло рассказать о нем.

Лишь позже, когда я вновь принялась за учебу, поняла, что забыла пенал. А это паршиво. Мне нужна ручка.

Некоторое время сомневаясь. Причем, очень сильно сомневаясь, я решила заглянуть в прикроватную тумбочку. Лишь одним глазком. Быстро. А вдруг я там найду ручку?

Умом я понимала – это всего лишь предлог. Мне просто было интересно, что Де Лука там держит, но все-таки, чтобы совесть и понимание плохих последствий меня не так сильно сжирало, я решила прикрыться благой целью. Или прикинуться дурочкой. Возможно, и то и другое.

Садясь на корточки, я осторожно, отодвинула верхний ящик.

Там лежали презервативы. Много. Даже слишком.

- Потаскун, - тихо буркнула, закрывая ящик. Возможно, сильнее и громче, чем следовало.

Почему-то стало неприятно.

Сколько девушек было в его спальне? Скольких Дарио так же, как и меня, оставлял тут, на своей кровати?

Я поднялась на ноги и начала отдергивать одежду, помня, что совсем недавно он помял ее на мне.

Я оглянулась. Наверное, следовало прекратить свои «поиски ручки», но я решила заглянуть еще и в письменный стол. Там ведь должно быть то, чем можно писать. Или же там какие-нибудь документы. Жутко секретные. Увижу их и позже за это меня утопят в реке.

Я подошла к столу и так же осторожно отодвинула единственный имеющийся там ящик.

Первое, что увидела – пистолет. Он там не просто лежал. Скорее небрежно валялся как что-то несущественное.

Вид пистолета испугал, но почему-то эмоционально отпечатался во мне не настолько сильно, как вид горы презервативов.

Я нахмурилась и уже хотела закрыть ящик, как увидела браслет. Явно женский. Недорогой, но утонченный и изящный. И хранился он очень бережно.

Кому он принадлежит? Кто настолько дорог Де Луке, что он хранит у себя напоминание об этой девушке?

Почему-то я сильно стиснула зубы. Шумно выдохнула и хотела захлопнуть шкафчик, но все же что-то внутри боролось со мной. Хотело взять и рассмотреть этот браслет поближе. Но он лежал слишком близко к пистолету. Можно даже сказать, что под ним, а я, зная свою удачу, не была уверена, что не прострелю себе зад, если хотя бы просто прикоснусь к нему.

В итоге, я осторожно закрыла шкафчик. Но почему-то этот браслет мне жутко не нравился. Интуитивно он вызывал во мне то, что скручивало нервны. Словно веяло чем-то плохим.

Немного позже я еще обошла комнату. Заглянула в шкаф. Там было много рубашек и брюк, но так же на полках я заметила джинсы, кофты, толстовки. Дарио в них ходит в университет? Пальцами прикасаясь к одной из кофт, я мысленно задалась вопросом – интересно, какой Де Лука на учебе?

Я могла бы еще более тщательно осмотреть комнату Дарио. Может, нашла бы что-нибудь интересное, но решила этого не делать.

Лишь, проходя по комнате, отметила то, что кое-какой мебели тут не хватало. Помнится, в прошлый раз она была поломана. По щепкам разбросана по комнате. Возможно, ее вынесли, но еще не заменили.

Я осторожно выглянула в коридор. Увидев горничную, попросила у нее ручку. Когда же мне ее принесли, села за учебу. За тетрадями и учебниками просидела почти до двух ночи, после чего решила, что пора спать.

Порывшись в своей сумке, поняла, что забыла пижаму. Черт. Спать одетой? В джинсах?

Слишком долго сомневаясь, я в итоге подошла к шкафу и достала одну из футболок Дарио. Надеюсь, он не будет против.

Взяв свою зубную щетку, я пошла в ванную. Приняла душ, переоделась, приготовилась ко сну и умостилась на кровати Де Луки, накрывая себя одеялом.

Сказать, что мне было непривычно, значит, ничего не сказать. Еще и от подушки все так же исходил запах Дарио.

Я думала, что не засну, но в итоге, наверное, прошедший день был слишком тяжелым. Я быстро провалилась в темноту.

***

Я проснулась от того, что кожи коснулся прохладный воздух. Кто-то стянул с меня одеяло.

Обычно, когда меня что-то будит - это вызывает панику. В доме Леоне я никогда не могла расслабиться. Однажды, вовсе была ситуация, при которой друзья Марко пробрались в мою комнату, когда я уже спала.

Из-за этого я сейчас сильно дернулась. Широко раскрыла глаза и, напрягаясь каждой частичкой тела, приготовилась изо всех сил защищаться, но в полумраке над собой увидела Де Луку.

- И чего ты так дергаешься? – Дарио отбросил одеяло на край кровати.

Все еще было темно и комнату освещал только тусклый свет фонарей расположенных в саду. Слишком мало, чтобы что-либо отчетливо рассмотреть, но я поняла, что волосы у Де Луки мокрые. Возможно, он только что вышел из душа. Торс обнаженный. Кажется, сейчас на Дарио лишь домашние штаны.

- Ты меня испугал, - мой голос все еще был сонным. Я ладонью потерла лицо и, поняв, что мне не угрожает опасность, опять упала на подушку.

Хотя… С каких это пор я перестала Де Луку расценивать, как опасность?

- Значит, сейчас хорошо «извинюсь» за это, - Дарио поддел мои ноги под коленками и рывком подтянул к себе. Нависая сверху. Одной рукой опираясь о матрас рядом с моей головой, а второй сжимая бедро. Наклоняясь. Губами набрасываясь на шею короткими, жестокими поцелуями.

Я не знаю, что со мной происходило. Может, это потому, что я еще до конца не проснулась и тело было слишком расслабленным после сна, но ощущения огнем вспыхнули на коже. Заставляя меня прогнуться. Ногтями впиться в плечи Дарио. Ощутить напряжение и сталь его тела, которые почему-то будоражили настолько, насколько казалось невозможно. Как нити из тока.

- Черт, я охренеть, как спешил, зная, что ты сейчас в моей постели, - Де Лука грубыми поцелуями опустился ниже. К ключицам. Сильнее сжимая бедро. – Блядь… Но все это куда круче, чем я ожидал, - он приподнялся и в полумраке окинул меня медленным взглядом потемневших глаз. – Спасибо за такой подарок.

- Какой подарок? – я не хотела думать о своих ощущениях. О том, что моему телу не понравилось то, что Дарио отстранился. Даже стало как-то холодно. Неуютно.

Я поерзала. Хотела все это унять, но Де Лука вновь набросился на мою шею поцелуями. Сильнее раздвигая мои ноги. Ложась между ними, так, что я сквозь ткань одежды почувствовала его каменную эрекцию. Наверное, со мной действительно что-то не так, ведь вместо логического испуга, я почувствовала, как внизу живота начало ныть. Гореть.

Дарио закинул одну мою ногу себе на бедро и сделал жесткое, грубое движение. Так, словно им брал меня и, от того, как его член скользнул по моему лону, даже сквозь ткань одежды это ощущалось, как чертов жар, обжегший каждую частичку тела.

Я не смогла сдержать громкого стона. Де Лука грязно выругался и на этот раз своими губами набросился на мои. Целуя еще более жестоко, чем когда-либо до этого. Своим языком проникая в мой рот. Делая еще одно резкое, грубое движение бедрами. Им буквально вколачивая меня в матрас и перехватывая мои запястья. Прижимая их к подушке над моей головой. Поцелуями вновь опускаясь к шее и дергая на мне футболку вверх так, что она оказалась в районе ключиц.

Сквозь плотную дымку в сознании вспыхнула мысль о том, что я ведь в его футболке. Когда я надевала ее, приготовила длинную речь, включающую в себя извинения и объяснения, почему я ее взяла и сейчас, встрепенувшись, хотела все это сказать, но все слова исчезли, когда Де Лука задрал лифчик, обнажая грудь и, наклоняясь, языком обвел сосок. Прикусывая его, затем вбирая в рот. Этим заставляя меня выгнуться. Задрожать и вновь простонать. Забыть обо всем на свете, когда он свободной рукой сжал мою грудь и губами опустился к пупку.

Де Лука отстранился от меня. Буквально на мгновение, уже вскоре опять своими губами набрасываясь на мои. Пальцами поддевая ткань трусиков и срывая их. Затем приспуская свои штаны. Освобождая каменный член и горячей головкой проводя по лону. Я выгнулась. Грудью прижалась к торсу Дарио. Перед глазами все вспыхнуло и я забыла, как вообще нужно дышать. Насколько же все это было мощно.

- Блядь, - Де Лука выругался, тяжело, медленно выдыхая. – Мне нужно быть в тебе.

Он вновь провел головкой по мокрым складкам. Второй рукой сжимая мое бедро. Удерживая меня на одном месте.

- Нет, подожди, - я попыталась свести ноги, но добилась лишь того, что коленками уперлась в его бока. – Давай… Давай не сейчас.

- Когда? – он наклонился и зубами прикусил мою нижнюю губу. – Ты же знаешь, что откладываешь неизбежное. Рано или поздно, но я тебя выебу.

Я не знала, что на это ответить. Не понимала, черт раздери. В голове смешалось слишком много мыслей, эмоций. Наверное, вновь страх перед чем-то настолько непонятным, как близость с парнем. Но помимо этого я улавливала еще кое-что – секс с Де Лукой, ассоциировался у меня с тем, что между нами все будет кончено. Ему ведь только это от меня нужно. Раньше я этого желала – чтобы мы разошлись в разные стороны. А сейчас…

Что мне сказать? Что сделать? Как быть? В голове смешалось столько всего, что, казалось, еще немного и сознание взорвется. Я сделала то, чего сама от себя не ожидала.

Хватка Дарио немного ослабла и я смогла освободить одну руку. Кончиками пальцев прикоснулась к шее Де Луки. Опустила ладонь ниже. Провела ею по каменному торсу, чувствуя, как под моей рукой его мышцы еще сильнее напрягаются. Дарио ничего не говорил. Молчал. Но неотрывно наблюдал за движениями моей руки. А я, опустив ее еще ниже, прикоснулась к его возбужденной плоти. Собрала всю свою решительность и ладонью сжала каменный член.

Я ведь могу сделать что-нибудь что отвлечет Де Луку от полноценного секса. Дать ему то, что требуется, но при этом не всю себя.

Я ладонью медленно провела от основания до головки. Дарио тяжело выдохнул и посмотрел мне в глаза. Понимал ли он, что я делаю? Наверное, да. Но не остановил меня. Наоборот, наклонился и, вновь обжигая мои губы горячим дыханием, набросился на них с жестоким, глубоким поцелуем. Пальцами проводя по моему лону. Лаская практически безжалостно и я, в возникшем безумии пыталась ответить ему тем же.

Воздух стал жарким. Комната наполнилась моими стонами и я первая перешла через грань, из-за пальцев Де Луки получая тот оргазм, от которого в голове стало пусто и все тело забилось от наслаждения и дрожи. Я даже перестала контролировать себя и Дарио сам сжал мою ладонь на своем члене. Продолжая двигать ею. Кажется, смотря на мое лицо. Делая еще несколько движений, после которых на мой обнаженный живот брызнула горячая, белая жидкость.

- Допустим, мне сейчас этого хватит, - опираясь рукой о кровать рядом с моей головой, Дарио наклонился к моему лицу. – Но «Допустим» это не «Точно». Я сделаю вид, что не заметил то, что ты пытаешься отвлечь мое внимание, но на будущее знай – чтобы делать это и дальше, тебе придется стараться куда больше.

***

- Уже пять утра, - садясь на кровати, я посмотрела на свой телефон. – Ты вообще успеешь поспать? Или тебе утром никуда не нужно?

- Беспокоишься обо мне? – Дарио лениво лежал на кровати, но в это мгновение взял меня за руку и вновь потянул к себе. Я рухнула рядом с ним, а он притянул ближе и обнял за талию.

- А что? Это запрещено? – спросила, надув губы. Сейчас Де Лука выглядел немного более расслабленным, несмотря на то, что совсем недавно он явно был недоволен из-за того, что я ему не дала.

- Нет, - он наклонился и поцеловал меня в висок. – Мне сегодня ко второй паре. Успею поспать.

Значит, он ходит в университет. Мне вновь стало интересно, какой он там.

- Мне нужно в душ, - произнесла тише. Но насколько бы я не хотела думать об этом, лежать рядом с Дарио достаточно приятно. Он теплый.

- Пойдем вместе.

- Нет, - я качнула головой, после чего немного тише добавила: - Прости, но для меня это пока что странно. Я бы хотела сама пойти. Можно?

Дарио медленно убрал руку от моей талии и я, в знак благодарности за то, что он пошел мне на встречу, приподнялась на одном локте и поцеловала его в щеку. Хотела, чтобы он знал – я не убегаю и не отстраняюсь. Правда, пока что сама не понимала – обманчиво это или нет. Мы действительно сближались или каждый из нас просто играл свою роль, а, как только спектакль окончится и на сцену упадет мрак, маски будут сорваны и я столкнусь с хладнокровным чудовищем…

- Можно я возьму еще одну твою футболку? – спросила, пытаясь отогнать эти мысли.

- Конечно.

Я открыла шкаф, взяла футболку и пошла в душ. После того, как искупалась и вернулась в спальню, плюхнулась на кровать и заползла под одеяло. Дарио притянул к себе. Обнял и я, лицом уткнувшись в его плечо, вскоре заснула.





Глава 46 Обещали


Скосив взгляд вправо, я посмотрела на огромного мужчину, сидящего за рулем.

Когда я утром сказала Дарио о том, что перед учебой хочу заехать в дом Леоне, поскольку забыла не только пенал, но и тетрадь с набросками проекта, который мне сегодня следовало показать преподавателю, Де Лука сказал, что поедет со мной.

Возможно, мне сейчас было немного не по себе ехать в дом моей приемной семьи. И так же, может быть, мне действительно было бы намного проще, если бы Дарио поехал со мной.

Но я отказалась. Категорично. В первую очередь потому, что я не хотела привыкать к помощи Де Луки. Особенно, если в ней не было острой нужды.

Я прекрасно помнила о том, что мы вместе лишь временно и опасалась, что за это время могу слишком сильно привыкнуть полагаться на Дарио, а, когда наши пути разойдутся, в таком случае, возможно, я останусь еще более никчемной, чем была раньше. Ни на что самостоятельно не способной.

Нет. Если я уже решила пойти по выбранному пути, значит, должна учиться со всем справляться самостоятельно. Даже, если будет тяжело. Или же, тем более, в таком случае.

Только, Де Лука запретил мне ехать одной. Сказал, что со мной поедет или он, или Джовани.

Что за «Джовани» я не имела ни малейшего понятия. Догадывалась лишь, что это кто-то из людей Каморры и решила выбрать его. Нужно же выбирать меньшее из зол? Верно?

И вот, когда я впервые увидела этого мужчину, замерла на месте, широко раскрыла глаза, так, что они даже начали болеть и у меня в голове вспыхнула мысль - «Как им, черт раздери, удалось на медведя надеть деловой костюм?»

Когда же до меня дошло, что это не медведь, а человек, я… ого… вау…

Я мягко говоря была впечатлена.

И даже сейчас, сидя с Джовани в одной машине и иногда поглядывая на него, я не могла понять, где Каморра нашла такого, как он? В стране великанов?

Я отвела от него взгляд лишь, когда мы проезжали по хорошо знакомой мне улице.

Когда же мужчина остановил машину рядом с домом семьи Леоне, я перевела взгляд на здание из красного кирпича и почувствовала нервную дрожь. Перед глазами вспыхнуло все, что было прошлым вечером. Крики, вид крови, паника.

Пытаясь отбросить все эти мысли, я открыла дверцу машины.

- Пожалуйста, подождите меня немного. Я постараюсь поскорее вернуться, - я вышла на улицу, вздрагивая от промозглого ветра. Сегодня действительно было прохладно. Судя по тяжелым, серым тучам, возможно, пойдет дождь. – Возможно, я вернусь минут через десять.

- Сеньор Де Лука приказал сопровождать вас, - Джовани тоже вышел на улицу. Голос у него примерно такой же, как и внешность. Грубый, страшный, тяжелый.

Но мне Джовани нравился. Честно. Я им была восхищена. Он даже немного напоминал мне моего Бога – Авогадро.

- Это не обязательно. Я всего лишь хочу взять кое-какие свои вещи и быстро вернуться.

- Тем не менее, я пойду с вами.

Я спорить не стала. Все утро этим занималась с Дарио. Тем более, Джовани всего лишь человек Каморры. Он не принимает решения. Он выполняет приказы.

Мы вместе зашли на территорию сада, поднялись на крыльцо и я открыла входную дверь. Она не была заперта на замок. Значит, дома точно кто-то есть.

Я не успела пройти даже часть холла, как из бокового коридора быстрым шагом вышла Консетта. Я привыкла к тому, что она всегда за собой следила. Даже с утра выглядела безупречно. Но не сейчас.

На приемной матери была юбка и блузка. Все немного мятое. На голове вместо привычных идеальных кудрей что-то растрепанное, хоть и видно, что Консетта пыталась расчесаться. Даже зацепила несколько прядей утонченными жемчужными заколками. Наверное, для того, чтобы волосы не лезли в лицо.

- Романа… - начала она, вцепившись в меня нервным взглядом, но стоило Консетте заметить Джовани, как она замерла и ее глаза округлились так, как казалось, невозможно: - О боже…

Мне все больше и больше нравился Джовани. Серьезно. Его мать родила божество, ведь люди явно к нему именно так и обращаются – «О боже». Интересно, сколько раз в день Джовани это слышит?

- Кто это? – спросила Консетта, смотря на Джовани так, словно боялась отвести от него взгляд. Словно от чудовища, которое могло ее порвать и приемная мать желала знать, в какой момент ей следует начать истерично убегать.

- Человек Каморры. Дарио попросил его подвезти меня до университета, но я кое-что забыла в своей спальне и сейчас приехала за этим, - я пошла дальше к лестнице.

- Пожалуйста, подожди, - Консетта быстро пошла за мной, но все-таки пыталась держать расстояние. Ее явно пугал Джовани. – Мы можем поговорить? Наедине. Пожалуйста.

Я впервые слышала в голосе приемной матери умоляющие нотки. Слова немного дрожали и, казалось, от нервов ее худощавое тело, перестало выглядеть стройным. Скорее сейчас напоминало палки.

- Я могу опоздать на учебу, - я говорила правду. Еще немного и я действительно не успею на первую лекцию.

- Это не займет много времени. Пожалуйста, Романа, - Консетта положила ладонь на перила. Мне казалось, что она собиралась преградить мне путь, но все-таки не посмела этого сделать.

Я остановилась и сильно прикусила щеку с внутренней стороны. Хотела ли я разговаривать с Консеттой? Однозначно нет. Требовалось ли мне это сделать? К сожалению, да.

Немного помедлив я все-таки кивнула.

Кажется, Консетта с облегчением выдохнула, после чего кивнула мне в сторону гостиной, находящейся на первом этаже.

- Давай, пройдем туда.

Изначально Джовани не собирался оставлять меня одну, но все же я попросила его недолго побыть в коридоре. Дверь приоткрыта. Если мне понадобится помощь, он об этом узнает.

Но, если посмотреть логически, чуть что с Консеттой я могла бы справиться и сама. С прошлого года я стала выше нее. Плюс, я занимаюсь бегом. Это, конечно, не единоборства, но физическую силу дает больше, чем походы Консетты по косметологам.

Но все же я надеялась, что до применения физической силы не дойдет. Мне бы хотелось научиться побеждать врагов поступками и словами, а не устраивать какие-то нелепые бои. Это будет еще тем позорищем.

- Романа, милая, зачем этот человек тут? – Консетта бросила нервный взгляд в сторону двери. Она говорила очень тихо. Шепотом. – Неужели сеньор Де Лука считает, что мы можем причинить тебе вред?

Учитывая то, что Джовани изначально не желал оставлять меня наедине с Консеттой, приказ Дарио был более чем очевиден.

- Ваш сын постоянно это делает, - я сложила губы в тонкую линию и достала из кармана телефон. Сделала вид, что смотрю на время, но на самом деле включила заранее приготовленную аудиозапись. – И я говорила вам об этом. Просила что-нибудь сделать.

Консетта побледнела. Начала встревожено пальцами оглаживать помятую ткань своей блузки.

Я ведь и правда впервые видела ее такой. Консетта даже будучи ниже меня, такой тонкой и худой, всегда всячески возвышалась надо мной. Чаще всего с помощью крика. А еще с помощью своего мужа, который был все же немного выше меня и весил минимум на пятьдесят килограмм больше.

И мне было жаль, что не я заставила ее вести себя иначе. Это сделало присутствие Дарио прошлым вечером за ужином. Что же, я и правда слишком долго преклонялась своему чертовому положению.

- Милая, ты что-то не так поняла. Марко ведь твой брат. Уверена, что он не хотел навредить тебе.

- Он вместе со своими друзьями выламывал дверь в мою спальню. Они таскали меня по дому. И вот это, поверьте, долго не сойдет, - я приспустила рукав толстовки и показала запястье.

Консетта бросила взгляд на багровый синяк и тут же его отвела.

- Возможно, произошло какое-то недопонимание. Ты же знаешь, парни порой бывают неуправляемыми. Возраст, гормоны. Но мы вчера поговорили с Марко. Этого больше не повторится. Марко ведь правда ценит тебя, как свою сестру.

Я еле сдержалась, чтобы не скривить губы. Сестрой он меня уж точно не считает. Скорее каким-то мусором, загрязняющим его дом.

- Поэтому… Ты можешь, пожалуйста, сказать сеньору Де Луке, что этот вопрос решен? – очень осторожно спросила Консетта. – Милая, мы ведь все эти годы заботились о тебе. Твои родители от тебя отказались. Прости, что говорю об этом, но ты ведь сама все понимаешь. И я не имею ввиду то, что ты своими родителями была передана сеньору Моро. Пусть и редко, но, к сожалению, действительно имеется такая болезненная практика, когда при дружеском слиянии двух кланов, один дон отдает своего ребенка, другому дону. Я имею ввиду то, что твои мама и папа за все эти годы ни разу тебя не навестили. Хотя наоборот приветствуется совершенно другое. Это и называется «дружеским слиянием», когда твой отец чаще приезжал бы к дону Моро, чтобы повидаться с тобой. Более отчетливо чувствовалась бы связь между двумя кланами.

Мне казалось, что Консетта взяла нож и вонзила его мне в голову. Начала резать по самому больному. По ране, которая кровоточила.

- Ты должна была стать мостом между двумя кланами, но в итоге тебя просто швырнули нам. Ничего толком не объяснив. Не сказав, какую еду ты любишь, что ненавидишь. Такое впечатление, что просто привели какую-то девчонку с улицы. Единственное – дали кое-какие наставления по поводу ухода за тобой, но, честно, казалось, что ты не человек, а просто тело, которое порой требовалось пичкать лекарствами. А как же твои дни рождения? Они ни разу на них не приехали. В первые пару лет передавали какие-то игрушки. А ты помнишь третий год твоего пребывания в нашем доме? Твой день рождения на который ты не получила подарок от своих родителей? А ведь я помню, что ты его ждала. Спрашивала. И я помню, что, пусть ты и пыталась этого не показывать, но все же твои глаза были красными. Ты плакала, - Консетта подошла ближе. Попыталась взять меня за руку, но я резко отдернула ее. – Пожалуйста, не веди себя так. Может, порой отношения между нами и были натянутыми, но в итоге мы стали твоей семьей. В отличие от твоей родной семьи, мы о тебе заботились. Ты жила в тепле. Мы тебя кормили. Одевали.

- Пытаетесь быть хорошими за счет других? – на моих губах появилась циничная улыбка. Но, к сожалению, она так же была грустной.

- Нет, - Консетта качнула головой. – Просто указываю на то, что мы тебя не бросили. В отличие от остальных.

- Но и своей семьей вы меня не считали. Ваш муж уже поднимал на меня руку и Мичела говорила, что он сделает это опять. Как только вы вернетесь с этой поездки. Ведь видите ли я уже взрослая и больше нет вариантов, как меня еще наказывать. Ну, конечно, всего остального вы меня и так уже лишили. И от вас я ничего помимо крика, или приказного тона не слышала. Вы угрожали мне. Никогда не слушали в те моменты, когда я пыталась оправдать себя. Например, недавний случай с вазой. Ее разбила Мичела, но вы полностью поверили ей в том, что это сделала я. И даже дали понять, что я буду за нее платить со своей зарплаты.

Консетта и так была бледной, но в это мгновение у нее побелели даже губы.

- Милая… у нас было много недопонимания, но мы делали все, что в наших силах. И… Наверное, нам нужно было больше разговаривать. Да, я понимаю, что мы с Жермано совершали кое-какие ошибки, когда заботились о тебе. Но ведь воспитание детей это действительно тяжело. Пожалуйста, давай все это оставим позади. Обещаю, что теперь ничего плохого не будет. Мы ведь семья. И мы с Жермано твои мама и папа.

Я еле сдержалась, чтобы не проявить свои эмоции на лице. Я годами искала хоть немного тепла в моих отношениях с супругами Леоне. Оказавшись на чертовой обочине жизни, будучи еще ребенком, многое отдала бы, чтобы почувствовать хорошее, человеческое отношение к себе, а сейчас…

- Мне уже пора идти, иначе опоздаю на занятия, - я развернулась, но Консетте все-таки удалось ухватить меня за руку.

- Пожалуйста, подожди, - быстро, нервно произнесла она. – Ты… Ты ведь не рассказывала сеньору Де Луке про те небольшие ошибки, которые мы с Жермано совершали?

- Вы имеете ввиду то, что сеньор Леоне поднимал на меня руку, а вы постоянно кричали и угрожали мне?

- Милая… - голос Консетты сильно дрогнул. Глаза стали испуганными. И черты ее острого лица будто поплыли.

- Нет, не рассказывала, - солгала. Или нет. Дарио знает далеко не все. Лишь про натянутые отношения между мной и семьей Леоне.

Консетта попыталась выдохнуть, будто до этого не дышала.

- И не нужно, милая. Пожалуйста. Это ведь всего лишь ошибки прошлого, - она попыталась улыбнуться. – Нет идеальных семей, но мы изо всех сил стараемся. И мы очень рады, что у тебя появилась пара. Правда, Милая. Тем более, сеньор Де Лука очень презентабельный молодой человек.

- Я уже опаздываю, - я убрала свою ладонь от руки Консетты. Наверное, это чуть ли не впервые она прикоснулась ко мне. Раньше мне казалось, что у нее изящные, утонченные ладони, но при соприкосновении пальцы ощущались, как что-то костлявое.

- Да, конечно, - Консетта пошла за мной. – Ты ведь сегодня будешь ночевать дома? Если… Если ты вечером придешь с сеньором Де Лукой, пожалуйста, напиши мне об этом. Вчерашний ужин был… не самым лучшим, но я уверена…

Она замерла в дверях, когда увидела Джовани.

Я прошла мимо мужчины и уже вместе с ним направилась к лестнице, слыша, как Консетта сказала мне в спину еще несколько фальшивых, нежных фраз.

Путаясь в своих мыслях, я поднялась на второй этаж. Вошла в свою спальню и принялась искать нужную тетрадь.

Лишь спустя несколько минут до меня кое-что дошло и я медленно повернула голову в сторону двери.

Замок… целый.

Чтобы убедиться в этом, я подошла к двери и наклонилась к замку. Он действительно целый. И его не меняли. Это тот же, что и стоял раньше.

У меня по коже скользнул холодок.

Как Марко проник в мою спальню, если он не выбивал дверь? Я ведь точно закрывала ее на ключ. Вчера, когда я вечером поднялась собрать свои вещи, я не обратила на это внимания, а сейчас тот холодок, который бежал по коже, стал в разы мощнее. Начал царапать.

- Что-то не так? – прогрохотал Джовани.

- Нет. Все нормально, - солгала, ладонью отталкиваясь от стены и возвращаясь к столу.

Когда я наконец-то нашла тетрадь, мы спустились вниз. В холле все еще была Консетта. Она пожелала мне хорошего дня и даже улыбнулась. Как же это лицемерно.

Мы с Джовани вышли на улицу. Сели в машину, как я вспомнила, что пенал так и не взяла. Черт. Да что со мной такое?

Я хотела сама сбегать за пеналом, но Джовани и на этот раз пошел за мной.

Консетты в холле уже не было. Мы поднялись на второй этаж, но, прежде, чем я вошла в свою комнату, услышала приглушенное:

- О, Господи, что нам теперь делать? Какого дьявола все дошло до такого? Я же говорила, что за ней следовало лучше следить, - это говорила Консетта и уже теперь ее голос был совершенно не таким, как во время нашего разговора. Более громким. Нервным. Даже раздраженным. Но все-таки что-то срывающееся в нем слышалось.

- Тише, - Жермано шикнул на нее.

Значит, мой приемный отец тоже дома. Где они? Судя по звучанию голосов, в кабинете Жермано.

- Не шикай на меня, - раздраженно ответила Консетта. – Эта девчонка уже уехала. Боже, ты бы видел верзилу, пришедшего с ней.

Они говорили обо мне? Подслушивать не красиво, но к семье Леоне это не относилось. Я достала телефон и включила аудиозапись, после чего осторожно пошла к кабинету. Джовани последовал за мной. К счастью, он ничего не говорил и, как для настолько огромного мужчины, шаги у него были практически бесшумными.

Когда я подошла к кабинету, заметила, что дверь слегка приоткрыта и через маленькую щель, я заглянула внутрь. Поняла, что сейчас там находилась вся семья Леоне.

Марко я толком не видела. Он сидел в кресле, но я заметила его перебинтованную ладонь, лежащую на подлокотнике.

А вот Мичелу я видела полностью. Ее волосы были собраны в низкий хвост. Сестра стояла около стола и грызла ноготь на большом пальце.

- Почему вы, черт раздери, лучше за ней не следили? - Консетта с ядовитым упреком обратилась к своим детям. – От вас только это и требовалось.

- Это не их вина. Ты сама разрешила ей пойти на работу, а именно там Де Лука познакомился с этой девчонкой, - Жермано поджал свои пухлые губы, частично спрятанные за усами. Его лицо было серым. Под глазами залегли тени. – Я тебе говорил – чем меньше она появляется на людях, тем лучше. Но, нет, ты хотела себе чертов золотой браслет и еще черт знает что. Это твоя жадность нас погубила. Если бы ты не решила, что, она начав себя обеспечивать станет меньше тратить денег…

- Замолчи, - Консетта чуть ли не закричала это. Я впервые видела, чтобы семья Леоне чуть ли не ругалась.

- Вам обоим нужно прекратить, - это сказала Мичела. Из-за того, что она продолжала грызть ноготь, слова получились не четкими. – Что с того, что Де Лука решил затащить ее в постель? Это ненадолго. Он ею попользуется и бросит. Ему эта дрянь не нужна. Эта никчемная никому не нужна.

- Милая, - Консетта выдохнула. По отношению ко мне и к Мичеле она по-разному произносила «Милая». К своей дочери она обращалась с настоящим теплом. Не заставляя себя это делать. – Временно или нет, но вчера Де Лука ножом изувечил руку твоему брату. И, конечно, я надеюсь, что он скоро бросит эту девчонку. В конце концов, у нее есть только симпатичная мордашка, а он не идиот, чтобы тратить свое время на всякую шваль. Но мы не можем закрыть глаза на то, что было вчера. А вдруг, он опять…

Консетта потерла лицо ладонью и прошла по кабинету, садясь на диван.

- Но ты ведь сказала, что она ему больше ничего не рассказывала про нас, – нервно сказала Мичела, начиная еще сильнее грызть ноготь. – Это точно?

- Не знаю. Я у нее об этом только что спрашивала. Она ответила, что – нет, не рассказывала, - Консетта сняла одну из заколок, сильно потянув себя за волосы. – И я попросила в дальнейшем этого не делать. Сказала, что мы семья и напомнила о том, что ее родные родители ее бросили… Господи. Как я могла забыть об этом? – приемная мать, пожала губы и ладонью накрыла лицо.

- О чем? – Жермано и так выглядел неважно, но после этих слов жены, сильно напрягся.

- Я напомнила ей о том, что уже на третий год ее пребывания в нашем доме, ее родители не выслали на ее день рождения подарок, но я забыла сказать, что и на второй год она получила чертову куклу лишь потому, что мы напомнили семье Редже про праздник.

- Нужно было сказать об этом. И еще больше налгать, - Мичела стиснула зубы. – Де Лука скоро ее бросит, но пока он этого не сделал, эта дрянь должна молчать.

- Там нечего лгать, - Консетта закинула ногу на ногу и ладонью начала тереть шею. – У нее с семьей Редже и так отношения настолько паршивые, что добавить нечего. И эта ситуация с куклой тоже правда.

- Вы напоминали ее родителям про день рождения? – переспросила Мичела.

- Да, - Консетта кивнула. – Мы не сразу поняли, что сеньор Моро просто швырнул нам мусор. Мы думали, что это что-то наподобие желания помочь нашей семье. Хоть немного, но приподнять нас в статусе, - приемная мать потянулась за стаканом с водой. – Мы думали, что у сеньора Моро просто нет времени заниматься этой девчонкой, а мы, в обмен на ее содержание и воспитание получим хорошие отношения с семьей Редже. У них достаточно не плохие связи. Это нам бы очень помогло. Кто же знал, что они просто забьют на свою дочь?

Приемная мать сделала несколько глотков воды и с цокотом поставила стакан на низкий, стеклянный столик.

- Мы первое время пытались держать с ними связь. Рассказывали о том, что врач назначил другие лекарства и о том, что она старается сама есть, но ложку часто роняет. А потом… Мы перестали им звонить, а они сами этого не делали. Как идиоты напомнили, что у их дочери скоро день рождения, а подарок они до сих пор не прислали и они, быстро что-то отправили. На третий год не напомнили и подарка не было.

Я сама не поняла того, как сжала телефон с такой силой, что, казалось, хотела переломать собственные пальцы. Дышать перестала. Мне ведь казалось, что жизнь меня уже ко всему подготовила. Что не смотря ни на что, ни один мой нерв больше не дрогнет. Как же я ошибалась.

- Да, родители у нее еще те ублюдки. Хотя, чего еще ожидать от этой семейки? – Мичела фыркнула.

- Ублюдки, не ублюдки, это не наше дело, - Консетта скрестила руки под грудью. – Мне кажется, что они… просто похоронили свою дочь. Вы еще детьми были. Возможно, не понимали всего, что происходило, но эта девчонка была в действительно плохом состоянии. Ужасном. Я когда созванивалась с ее родителями, чтобы рассказать, как у нее дела, они постоянно спрашивали не стало ли ей лучше. А что мне было ответить? Лучше ей не становилось. Мне кажется… - Консетта нахмурилась. – Что ее родителям было легче считать, что она мертва, чем то, что находится в таком состоянии. Но лично нас это не касается. Я хочу, чтобы вы двое понимали кое-что другое, - Консетта перевела взгляд с Мичелы на Марко. – Сеньор Моро плюнул нам в лицо, когда отправил нам эту девчонку. Да, мы с вашим отцом изначально считали, что это своеобразная помощь для нашей семьи, но только со временем поняли, что ему просто следовало куда-нибудь спрятать искалеченную дочь Редже, так как толка от нее не было. И мы стали той глушью, в которой он ее отправил. Понимаете? Мы по их мнению глушь. Черное пятно. И каждый день ее пребывания в нашем доме, как напоминание о том, кем нас считают. Но мы с вашим отцом стараемся. Для вас. Мы приобретаем хорошие связи, чтобы дать вам путь в лучшую жизнь. Но, поскольку сейчас возникла такая ситуация, вы должны вести себя как можно более правильно. Пока Де Лука не бросит эту девчонку, следите за тем, что говорите и делаете. Я не так уж и много от вас прошу.

- Он ее скоро бросит, - Мичела опять начала грызть ноготь. – Есть девушки намного лучше, чем она.

- Конечно есть. Например, ты намного лучше нее, - Консетта начала опять поправлять блузку.

- Может, я как-нибудь попытаюсь…

- Даже не думай об этом, - Жермано стиснул зубы. – Не видела, что вчера произошло с твоим братом?

- Но Де Лука… Вы ведь сами говорили, что мне нужно найти хорошего парня из состоятельной семьи. И…

- Мичела, это опасно, - еще более жестко сказал ее отец.

Мичела стиснула зубы, но, в итоге цыкнув, пошла прочь из кабинета.

Я думала, что на этом мое подслушивание их разговора окончено. Я и так услышала достаточно, но сестра, открывая дверь, ею прикрыла меня и Джовани, после чего, не оборачиваясь, пошла прочь. Нас она не заметила.

- Зря ты так, - Консетта обратилась к своему мужу. – Мичела ведь и правда лучше нее. Если бы Де Лука обратил на нее внимание, это бы нас спасло.

- Думаешь, я этого не знаю? – в голосе мужчины послышалась злость. – Но я не хочу рисковать нашей дочерью.

- Значит, найдите другую, которая сможет переключить на себя его внимание. Ту, которую не будет жалко, - это впервые Марко что-то сказал и в его голосе слышалась ярость. – Вы обещали Роману мне. А в итоге что?

Я плечом прижалась к стене. В каком это смысле «обещали»?

- Милый, я до сих пор не считаю, что она нужна тебе, - Консетта повернулась к своему сыну. – Намного лучше дочь семьи Галеотти. Тем более, она тянется к тебе. Постоянно спрашивает, когда ты придешь. И ее родители владеют сетью аптек.

- Мне плевать к кому она тянется и чем владеют ее родители. Вы обещали мне Роману. Тем более, черт раздери, вы сами знаете, что выбора у вас нет. Вы своими руками сотворили все это дерьмо…

- Следи за словами, - Жермано свел на переносице свои густые брови.

- Что мы сотворили? – переспросила Консетта. Явно тоже недовольная высказыванием сына.

- В отличие от Мичелы я знаю, что вы до сих пор подделываете документы, чтобы получать деньги за лечение Романы. Вы вообще много чего делаете. И вы не просто так скрываете ее от остальных. Запрещаете бывать в тех районах, где она может столкнуться с теми, кто знает Моро или Редже. Запрещаете ездить в другие города. Через Мичелу следите с кем она общается и даже университет для нее выбирали по принципу, чтобы там не учился тот, кто может ее узнать. Если Моро станет известно, что вы его обманывали… Он не обычный человек. На такое глаза не закроет чисто из принципа, так как по сути вы его за дурака держали. Все мы прекрасно понимаем, чем это закончится. Кроме Мичелы, которой вы все еще ничего не рассказали. И да, это еще то дерьмо.

- Ты прекрасно понимаешь, что мы это делали для нашей семьи. На какие еще деньги мы бы оплатили вам с Мичелой учебу?

- И на какие еще деньги ты бы себе покупала дорогие платья и украшения? – Марко скривил губы. – Скажи, это стоило того, чем в итоге мы можем поплатиться?

- Мы… Мы что-нибудь придумаем.

- Поздно что-либо придумывать. Вы слишком долго пользовались деньгами, чтобы позже сказать, что это было всего лишь ошибкой. Но мы же с вами нашли вариант. Я забираю Роману. Мы с ней едем в какой-нибудь отдаленный город и вас перестает касаться, что я с ней делаю. В обмен на это вы идете к Моро. Извиняетесь перед ним и говорите, что я в нее влюбился и, даже несмотря на ее состояние, решил взять в жены. Объясняете, что я с ней уехал и решил самостоятельно о ней заботиться. Вы отказываетесь от дальнейших денег от него и сухими выходите из всего этого дерьма. Учитывая то, как Моро плевать на нее, это бы сработало. Черт раздери, мне нужно было раньше ее забрать, но вы запрещали, а в итоге что? Она сейчас с гребанным Де Лукой и в любой момент может попасться на глаза Моро.

Консетта тяжело, протяжно выдохнула.

- Милый, я все еще не считаю, что она тебя достойна. И зачем тебе гробить свою жизнь куда-то уезжая? Мы с отцом стараемся, чтобы дать вам с Мичелой лучшую жизнь. Тем более, она легко может отказаться уезжать с тобой.

- Это не та ситуация, когда требуется ее согласие.

- Если она испугается, может попытаться связаться с Моро.

- Я прослежу и за тем, чтобы она этого не сделала.

- Милый, что ты?..

- Вас это не должно касаться.

- Я согласен с твоей матерью. Да, эта девчонка внешне достаточно не плоха собой, но, сын, очнись. Найди себе нормальную девушку. Из хорошей семьи. Все-таки, мы говорим о твоем будущем. А насчет, ситуации с Моро… - Жермано замолчал, после чего скривил губы. – Мы что-нибудь придумаем. В конце концов, проблема всего лишь в ее физическом состоянии, а документы, как известно, можно подделать.

Телефон моего приемного отца зажужжал и он, прерывая разговор, ответил на звонок. Учитывая то, что Консетта спросила у Марко стоит ли ей принести ему обезболивающее, я предположила, что лучше мне уйти, пока приемная мать не покинула кабинет.

Уже теперь мне не хотелось, чтобы они знали, что я все это услышала.

Я быстро пошла прочь. От услышанного настолько была не в себе, что даже забыла о том, что рядом со мной Джовани, а обернувшись и увидев его, сильно вздрогнула.

Я быстро покинула дом. Чуть ли не бегом, а садясь в машину, некоторое время неподвижно сидела, пытаясь отдышаться.

Черт. Черт. Черт.

Мой мозг не был в состоянии все это настолько просто переварить. То, что, оказывается, собирался сделать Марко. И последние слова Жермано. Означало ли это, что они свое спасение видели в том, чтобы вернуть меня в состояние, в котором я была во время попадания в их дом? Или я или они? Так считает семья Леоне?

Джовани завел машину и уже вскоре мы покинули эту улицу. Я опустилась на сиденье и не моргая смотрела впереди себя. По коже бежали мурашки. Царапали. Душили.

- Некоторые люди достойны пули. К сожалению, вы с такими живете под одной крышей, - тяжелый грубый голос Джовани разорвал тишину, царящую в машине.

Я несколько раз моргнула и перевела на него непонимающий взгляд.

Неужели Джовани пытался меня поддержать?

О, боже Джовани… Моя сладкая Печенька.

Как же он мне нравился.

Тяжело выдыхая, я достала тетрадь из рюкзака. Черт, а ведь пенал я так и не взяла.

Покопавшись в карманах рюкзака, я достала карандаш, который мне дала горничная в особняке Де Луки и, на наушнике включив сделанные сегодня аудиозаписи, стала рисовать эскиз. Татуировку, которую бы сделала на Джовани. Это успокаивало. Хотя бы немного. Хоть я и не сказала бы, что это возможно.

***

Ветер трепал волосы настолько сильно, что пряди, как хлысты били по лицу. Но я все равно неподвижно сидела рядом с краем крыши и смотрела вниз. Лишь иногда переводила взгляд на Дарио.

Сейчас обед. Одной пары нет и, когда я об этом написала Де Луке, он предложил вместе куда-нибудь поехать и пообедать.

Но я нашла вариант получше – провести время на крыше моего университета. Это не запрещено. Тут даже имелись скамейки для студентов. Своеобразное место для отдыха.

Мне казалось, что это достаточно не плохо. Я даже собиралась провести Дарио экскурсию по зданиям, в которых учусь, но, честно, настроение было настолько паршивым, что моя энергия закончилась тут. На крыше.

А учитывая то, насколько сейчас паршивая погода, было бы лучше все же уйти отсюда. Сегодня действительно ужасный день.

Я опять посмотрела на Дарио. У него лицо, как маска из стали. Глаза закрыты и я не могла понять, дослушал он аудиозаписи или еще нет.

Зачем я вообще рассказала Де Луке про них? Потому, что понимала, что Моя Сладкая Печенька и так мог рассказать Дарио про услышанное в доме Леоне? Или потому, что мне просто требовалось с кем-то поделиться этим адом?

- Ты уже дослушал? – спросила, поворачиваясь на скамейке так, чтобы быть лицом к Дарио. – Если да, отдавай наушник и телефон.

- Переслушиваю, - Де Лука все так же был неподвижен. На лице – совершенно никаких эмоций.

- Зачем?

- Думаю.

Я хотела спросить, о чем именно он думает, но не стала. Вместо этого задалась вопросом - а о чем думаю я?

Наверное, задаюсь вопросом – «Что со мной не так?»

Я за свою жизнь проходила через разные этапы и виды ощущения ненужности и никчемности, но лишь сегодня оно было настолько раздирающе острым. Разговор семьи Леоне меня будто в асфальт втоптал. Не оставлял ничего кроме пыли.

И я думала, что со мной не так, раз родители предпочли считать, что меня больше нет? Им было больно видеть меня в таком ужасном состоянии? А мне не было больно в тот период оказаться ни на что не способной и никому не нужной?

Семья Редже еще те суки. Я официально от них отказываюсь. Я мертва для них? Отлично. Они мертвы для меня.

- Ты больше к ним не вернешься, - Дарио вынул наушник из уха и открыл глаза. – И завтра их уже не будет. Сегодня переночуешь у своей подруги. Позже, я расскажу, что тебе следует говорить, когда полиция будет задавать тебе вопросы.

- Подожди. О чем ты? – я округлила глаза. Порывом ветра волосы опять отбросило мне на лицо. Я попыталась их убрать, но пряди чуть ли не в рот попали. – Ты хочешь сказать, что?..

- Ты прекрасно понимаешь, что я сказал.

Иногда в присутствии Де Луки меня бросало в ужас. Это произошло и сейчас.

Он ведь это несерьезно?

- Ты же не собираешься их убивать? – решила уточнить, надеясь, что все-таки неправильно поняла.

- Конечно, нет.

Я с облегчением выдохнула.

- Они просто исчезнут, - Де Лука достал сигарету. Щелкнул зажигалкой и подкурил ее.

- Куда исчезнут?

- Под землю.

- Но ты же сказал, что не будешь их убивать.

- Их закопают живыми. Если смогут дышать под землей, значит будут жить. Если нет – это не мои проблемы.

Иногда я забывала о том, что мы с Дарио из разных миров и то, что для него обыденно для меня настолько дико, что подсознательно я предпочитаю считать, что он просто шутит.

Это ведь шутка. Не правда. Де Лука не сделает ничего подобного.

Но все же я решила сказать:

- Я с тобой поделилась всем этим не ради возмездия, - я сняла резинку с запястья и собрала волосы в хвост.

Я все еще считала, что Де Лука в своих словах всего лишь преувеличивал. Но все-таки он отреагировал на то, что услышал в аудио. Становилось чуточку приятно. Ощущение собственной ненужности немного уменьшалось.

- Я сама разберусь с семьей Леоне. Соберу еще немного доказательств и покину их.

- Тебе не безопасно возвращаться в их дом.

- Пока ты меня не бросишь, они мне ничего не сделают.

- То есть, ты серьезно все еще хочешь проводить ночи в их доме?

Я пожала плечами. Я не радовалась этой перспективе, но оценивая риски предполагала, что пока что это допустимо. Опять-таки, пока мы с Дарио вместе, я в безопасности.

- Ближайшие дни ты поживешь в моем особняке, - Дарио выдохнул дым. – Мне нужно на четыре дня уехать и, пока меня не будет в городе, ты даже близко не подойдешь к их дому.

- Ты уезжаешь? В другой город? Или… В другую страну? – я не сразу поняла, что для меня недопустимо что-то такое спрашивать у Дарио. Эти вопросы сами по себе сорвались с моих губ.

- В другой город, - Де Лука поднес сигарету к губам. – В Турин.

У меня по коже разлился кипяток. Мысленно я закричала, что не должна как-либо реагировать, но не смогла.

- Ты едешь к моему отц… То есть, к дону Редже? У вас с ним какие-то дела?

- Нет. Моя поездка не касается дона Турина и вообще твоей семьи. Мне нужен другой человек.

Я еле заметно кивнула, после чего опустила взгляд.

И почему мне стало легче, после слов о том, что у Дарио нет дел с Редже?

Я немного поерзала. Мысленно заставляла себя заткнуться. Даже вопила об этом, но не сдержалась. Поднимая взгляд, спросила:

- А можно я с тобой?





Глава 47 Интерес


- Сколько ему лет? – отрывая остро заточенный карандаш от тетради, я посмотрела на Дарио. Сидя за рулем и смотря на дорогу, он мрачно свел брови на переносице, но ответил:

- Тридцать семь.

Я коротким ногтем постучала по бумаге. Задумалась, но недолго, после чего задала следующие вопросы:

- У него есть жена? Дети?

Убирая руку от руля, Де Лука положил ее на мое бедро и сжал с такой силой, что я вскрикнула, чуть не уронив тетрадь.

- Тебе не кажется, что ты слишком сильно интересуешься Джовани?

- О, господи, это же просто вопросы, - я попыталась убрать руку Де Луки.

Возможно, вопросов и правда было не мало. За последние пятнадцать минут я узнала, что Сладкая Печенька являлся кем-то наподобие правой руки Дарио, но в Камерре работал с пятнадцати лет. Еще в те времена, когда во главе клана стоял дедушка Дарио. Именно он нашел Джовани и привел его в их криминальную «семью».

Я, понимала, что, спрашивая про все это, возможно, лезла туда, куда не следовало, но сейчас слишком сильно нервничала и пыталась хоть на что-нибудь отвлечься. Например, на эскиз татуировки, которую я бы хотела набить на Джовани. Я уже сделала несколько набросков, но они мне не нравились. Я, как и мой Бог, считала, что татуировка должна подходить человеку. Быть его частью. Поэтому и пыталась больше разузнать про Сладкую Печеньку.

- То есть, ты просто так спрашиваешь про другого мужчину? – Де Лука убрал руку от моего бедра, но ею пробрался под кофту и сжал грудь. – Меня это бесит.

- Верни руку на руль. На руль! О, боже, мы сейчас разобьемся.

- Я могу нормально вести машину и при этом оттрахать тебя пальцами. Угомонись, Редже.

- Я не Редже, - делая глубокий вдох, я попыталась притихнуть. Мы сейчас на бешенной скорости неслись по трассе и, если честно, я предпочла бы, чтобы Де Лука сконцентрировался исключительно на дороге.

- Леоне?

- Просто Романа, - я скривила губы. Обе эти фамилии вызывали в моей груди жжение. Может, когда покину клан Моро, сменю себе фамилию. И она будет признаком того, что я новый, свободный человек. Без всех этих чертовых семей. Никому не принадлежащая. Только себе.

- Ты так и не ответила. Почему ты интересуешься Джовани?

- Потому, что влюбилась в него и хочу от него детей, - я вскрикнула от того, как Дарио сжал мою грудь и перевел на меня практически убийственный взгляд. – На дорогу… Пожалуйста, смотри на дорогу. Я же… пошутила. Да, черт же возьми, он почти на двадцать лет меня старше. Я… Он просто внешне напоминает одного дорогого для меня человека.

- И что это за человек?

- Его уже нет в живых. Он был пожилым и… когда-то был для меня практически наставником.

Дарио немного опустил веки, а у меня сердце уже билось так, словно было готово выпрыгнуть из груди, но, к счастью, Де Лука все же убрал руку из-под моей кофты и перевел взгляд обратно на дорогу.

- В чем?

- Что? – непонимающе переспросила, быстро поправляя кофту.

- В чем он был для тебя наставником?

- По работе, - солгала. Или нет. Тату салон это ведь работа, пусть и я там не получила ни копейки. Только училась. И то исключительно по вечерам. Будучи с моим Богом один на один.

Пытаясь выровнять сердцебиение, я немного сползла на сиденье и вновь открыла тетрадь, собираясь продолжить рисовать. Но перед этим я повернулась и посмотрела назад.

Сейчас мы ехали в Турин и, вопреки моим ожиданиям, Дарио туда направлялся не один. За нами ехали еще три машины. Восемь человек, из которых я знала только Диониса и Джовани. Абсолютно все люди Каморры. Я до сих пор не имела ни малейшего понятия к кому ехал Дарио, но возникало ощущение, что это не дружеский визит. Или я чего-то не понимала.

Сожалела ли я о том, что напросилась на эту поездку? Совершенно нет. Но я сама от себя была в шоке, когда впервые спросила у Дарио могу ли я поехать с ним. В голове тут же вспыхнуло множество вопросов. Зачем мне это? Почему я хочу поехать туда? Какого черта вообще нужно делать что-то такое? И все эти вопросы подкреплялись мощными сомнениями. До такой степени, что я была на грани того, чтобы сказать Де Луке о том, что я передумала. Или то, что это вовсе была шутка.

Но все же я этого не сделала.

Почему? Потому, что я имею право поехать в Турин. Посетить город, в котором родилась и провела раннее детство. Кое о чем подумать. Опустошить голову.

Изначально Де Лука спросил о том, каковы мои намерения. Ничего определенного я не имела. Может, просто погуляю по городу. Посещу кое-какие места. Главное, я пообещала, что не буду мешать делам Дарио. Может, если Де Лука будет слишком загружен, в Турине мы даже толком не будем видеться.

- Что ты рисуешь?

Вопрос Дарио заставил меня вынырнуть из размышлений и перевести на него взгляд.

- Да так. Пейзажи, - ложь. Я рисовала Джовани, хотя обычно никогда не изображала на бумаге людей. Лишь в прошлом часто это делала. Рисовала абсолютно все, пытаясь набить руку.

Но сейчас я рисовала Джовани по той причине, что не могла придумать эскиз для него и это меня выводило. Я не могла понять, что именно на его коже могло бы стать шедевром. Все эти мысли - работа впустую, ведь навряд ли я когда-нибудь что-то набью на Сладкой Печеньке. Но мне просто нравилось думать, что я могла бы набить на понравившихся мне людях.

Вот о татуировке на Дарио я никогда не думала. Не возникло такого желания. Полнейший штиль и пустота в таких мыслях.

Нахмурившись, я вспомнила про гору презервативов в его спальне и про то, что он мне только что сказал. Значит, он прямо в машине может пальцами довести девушку до оргазма? Так много опыта?

Если бы я и нанесла на Дарио татуировку, то это была бы надпись на его члене «Осторожно! Потаскун!». Черт. Дарио иногда настолько сильно злил.

- Покажешь? – спросил Де Лука.

- Нет, - я закрыла тетрадь и положила ее на колени. – Тебе нужно смотреть на дорогу. И в моей тетради не на что смотреть. Я паршиво рисую.

- Настолько самокритичная?

- Просто озвучиваю факт.

- Тем не менее, я не знал, что ты увлекаешься рисованием.

- Это распространенное хобби. Помогает успокоиться, - я убрала тетрадь в рюкзак. Решила при Дарио больше не рисовать.

- Ты сейчас нервничаешь?

- Немного, - я не стала лгать.

Но причинной моей нервозности было не только то, что мы едем в Турин, а вообще сам факт поездки. Теперь я знала, почему супруги Леоне запрещали мне куда-либо выезжать. Из-за них я толком никогда не покидала пределов Неаполя.

Но волнение от осознания того, что я сейчас нахожусь в поездке было приятным.

Против воли я вспомнила лица супругов Леоне, когда я сказала им, что меня не будет четыре дня. Естественно, я не стала говорить о том, что еду в Турин. Солгала, что проведу это время в загородном доме семьи Де Лука. Консетта и Жермано даже этому не были рады, но всячески попытались это скрыть.

- Ты устала? – спросил Де Лука, положив ладонь мне на коленку. – Мы уже почти приехали.





Глава 48 Пункты


«Когда кого-нибудь найдешь, пожалуйста, напиши мне. Я через четыре дня вернусь в Неаполь и сразу же буду готова» - написав это сообщение Ариго, я отправила телефон в карман куртки и обеими ладонями сжала горячий стаканчик с кофе.

Пару дней назад я попросила у Ариго найти для меня модель для татуировки. И еще я согласилась на ученика. Несмотря на то, что изначально эта идея показалась мне далеко не самой лучшей и, тем более, я крайне паршиво представляла себя в роли учителя, но, все-таки, чем больше я думала о бизнесе, который мой Бог передал мне, тем больше понимала, что так просто ничего не будет. Следует собрать рядом с собой правильных людей. Из салона сделать самую настоящую нерушимую крепость. Ту, которую не пошатнет ни один клан. Авогадро уважали и мне следует стремиться к такой же неприкосновенности. А поскольку я не являюсь огромным, двухметровым, бородатым верзилой, мне следует учесть множество нюансов.

Мне было жаль, что в последнее время застопорилась работа над открытием салона, но то, что происходило сейчас наоборот подталкивало к жажде немедленно заняться своим обожаемым делом. Покидая клан Моро, я не уйду в никуда. У меня будет своя империя.

Отпивая кофе, я скосила взгляд вправо и посмотрела на Джовани.

Сейчас мы находились на оживленной улице и мужчина стоял примерно в пяти метрах от меня. Предполагалось, что он будет незаметно сопровождать меня, но Сладкая Печенька и «незаметно» вообще несоединимы. Чуть ли не все, кто проходил по тротуару пялились на него. И заодно старались обходить стороной, ведь на Джовани чуть ли не написано «Осторожно! Мафиози!». Честно, один его вид прекрасно дает понять род деятельности. А если учесть его устрашающую внешность, можно вовсе решить, что Сладкая Печенька самый жуткий человек в мире.

Как же он мне нравился. Хочу быть такой же устрашающей, как и он.

Еще раз отпив кофе, я поставила стаканчик на скамейку рядом с собой и из рюкзака достала блокнот. Открыла его и начала записывать, что мне следует сделать перед открытием салона. Всегда лучше действовать по пунктам.

Первое – ремонт.

Второе – закупка мебели.

Я задумалась, колпачком ручки постучав по бумаге.

Здание, в котором находился салон, выглядело очень даже неплохо. Авогадро следил за своей «Империей». То есть, это далеко не какое-нибудь обшарпанное строение. Наоборот, оно выглядело очень даже неплохо.

Но все-таки со смерти моего Бога уже прошло кое-какое время и там требовался косметический ремонт. Презентабельный вид здания, это вид благополучия. Все, кто увидят вновь открывшийся салон, поймут в насколько превосходном, безупречном он виде. Как место, в котором обитает бог.

К счастью, привести салон в безупречный вид не будет стоить слишком дорого. И много времени не займет.

Я достала телефон и опять написала Ариго:

«Я думаю о том, чтобы сейчас сделать ремонт в салоне. Если я смогу договориться насчет этого со строительной фирмой, ты сможешь, пожалуйста, проконтролировать их работу? Или, может, кого-нибудь пошлешь к салону?»

Ариго ранее сам говорил, что, если начнутся масштабные работы по салону, мне лично там лучше не появляться. Это может привлечь ненужное внимание. Может, даже станет ясно, что я и есть ученица Авогадро и мои конкуренты из двух других самых крупных салонов в Италии, попытаются меня скопроментировать. Все-таки, у них есть то, чего не имею я. Они взрослые. Имеют опыт, а я восемнадцатилетняя девчонка. Этого факта достаточно, чтобы они пустили слухи о моей бестолковости и некомпетентности еще до того, как я успею что-либо сделать. Нет. Изначально мне стоит превосходно показать себя.

Думая о ремонте, я зашла в сеть и еще раз все проверила. Мы с Ариго уже приглашали представителей выбранной нами строительной компании. Знали цену, масштабы работы. Следовало лишь позвонить им, договориться о времени и начнется ремонт.

Я зашла на свой банковский счет. Моих денег не хватило бы, чтобы полностью привести салон в порядок. Пусть я и экономила на всем. Собирала каждую копейку.

Ариго сказал, что добавит мне и вложит свои деньги. Он не собирался становиться моим деловым партнером. У него свой бизнес и дела, но, поскольку Ариго безгранично уважал все, что делал его дедушка, всячески пытался мне помочь, чтобы дело Авогадро так просто не пропало.

И я понимала, что позже обязательно отблагодарю его. Верну все деньги и сделаю какой-нибудь особенно хороший подарок.

Прошерстив интернет, я еще заглянула на сайты с мебелью. Мне требовалось два новых дивана, кресло, стол. Остальная мебель в безупречном виде и ее менять не стоит. И я уже давно выбрала то, что именно хочу купить. Скинула ссылки Ариго и написала:

«Если начнется ремонт, сразу после его завершения я куплю вот эти диваны и кресло. Стол я тоже выбрала. Вот он»

Отправив это сообщение, я вновь отпила кофе, думая о том, что, возможно, после ухода из клана Моро, первое время я буду жить в здании салона. Это сэкономит деньги на съемное жилье и поможет полностью сконцентрироваться на работе.

В салоне два этажа. Почти триста квадратных метров. На первом этаже три комнаты – это рабочая зона.

На втором – четыре комнаты. Одна из них, самая большая, раньше служила чем-то сродни переговорной. Там могли собраться представители нескольких кланов. Все-таки, Авогадро ко всему прочему был посредником. Звеном среди кланов. Именно в эту комнату мне требуется мебель.

Из оставшихся трех комнат, я могу выбрать одну, из которой сделаю свою спальню. Наверное, самую дальнюю. Но, в таком случае, мне нужно купить и кровать.

Я написала об этом в блокноте, после чего обозначила третий пункт своих действий.

Третье – купить материалы для работы. И, наверное, еще холдер. На все это уйдет прилично денег, но я уже составила списки. Расписала стоимость. Осталось лишь заказать. Как только ремонт закончится, я этим займусь.

Четвертое – охрана.

Ариго сказал, что на первое время мне будет требоваться минимум семь человек. Позже, их, возможно, можно будет сократить до трех. То есть, трех телохранителей мне точно следует нанять на постоянной основе и еще четверых на временной. А позже, уже по обстоятельствам смотреть.

Этим займется Ариго. Я понятия не имела, где искать таких людей.

Пятое – убедиться, что система охраны нормально работает.

В здании стояли видеокамеры и на всех окнах и дверях стояла сигнализация, но она уже почти полгода отключена и стоит вызвать специалистов, чтобы проверить, как она работает. Это тоже после ремонта.

Я взглядом окинула лист, на котором расчертила пункты. Если всех их сделать, салон будет готов к работе.

Останется дело во мне.

А в этом плане тоже много работы.

Я не боялась делать татуировки. Наоборот, я этого жаждала, как ничто другое. И я была уверена, что смогу создать шедевры. Пусть это и звучит самоуверенно, но в этом я не сомневалась. Мой Бог отлично меня подготовил.

Только, к сожалению, оказывается этого мало. Нужно уметь себя преподнести.

Последние события в моей жизни, очень многое мне показали. Многие мои ошибки, которые я раньше не замечала. И мне следовало понять, какой я должна быть, как наследие Авогадро.

Чем больше я думала об этом, тем чаще вспоминала мать Дарио. Она хрупкая, утонченная женщина, но в ней чувствовалась сталь. Конечно, многое значило и то, что за ней стоял мужчина, являющийся доном Каморры, но я не могла отрицать того, что эта женщина сама по себе вызывала восхищение.

Вертя в ладони ручку, я в итоге перевернула страницу и написала первый пункт, касающийся меня:

Первое – купить новую одежду.

Возможно, это могло показаться глупым. Первый пункт и сразу про шмотки, но я была убеждена, что одежда для женщины может стать ее броней. Внешний вид очень много значит. Да и я не могу быть наследием моего Бога, одетая в рванные джинсы и толстовки.

Мой телефон зажужжал и я достала его из кармана. Увидела, что мне звонил Ариго.

- Да, - отвечая на звонок, я приложила телефон к уху.

- Можешь разговаривать? – голос Ариго был сонным и хриплым. Возможно, он только проснулся.

- Да, могу, - я повернула голову и посмотрела на Джовани. Между нами все так же достаточно расстояния. Улица шумная, но все же было лучше разговаривать тише. – Я разбудила тебя своими сообщениями?

- Нет, мне следовало уже просыпаться. Но, вижу, ты с утра пораньше намного более активная, чем я.

- Просто в последнее время происходило столько всего, что не было времени заняться салоном, а это неправильно. Вот я и решила, что пора возобновлять плотную работу.

Поднося кофе к губам, я ожидала, что Ариго что-то скажет, но он молчал. Лишь спустя несколько секунд спросил:

- Как ты?

Я немного сильнее сжала стаканчик. Прекрасно понимала, что именно спрашивал Ариго. Еще вчера я написала ему о том, что еду в Турин и он не воспринял это с каким-то особым восторгом. Наоборот, спросил точно ли я этого хочу.

Из того, что он мне написал, я предполагала, что Ариго считал, что для меня эта поездка может оказаться слишком тяжелой.

К сожалению, он был прав. Может, именно поэтому я сейчас настолько яростно занималась вопросом салона. Мне следовало сконцентрироваться на том, что было действительно важно.

- Нормально, - солгала. – Только тут жутко холодно.

Последние мои слова были правдой. Минус того, что ты никогда и никуда не ездишь – ты толком не знаешь на что обращать внимание перед поездкой. И я серьезно даже как-то не задумывалась о том, что в Турине может быть намного более холодно, чем в Неаполе.

Мы приехали сюда вчера поздним вечером и, когда я вышла из машины, серьезно, не могла понять, какого черта холодно настолько, что я даже начала дрожать и переминаться с ноги на ногу, желая поскорее войти в теплое здание.

Я тогда подумала, что, наверное, просто привыкла к теплу машины, а поскольку солнце уже зашло, мне и показалось, что на улице настолько холодно.

Но сегодня утром я поняла, что это не так. В Турине просто, черт раздери, другой климат. Мне пришлось пойти купить себе колготки, куртку, шапку. Терпеть не могу холода. В Неаполе тоже похолодало, но, блин, не настолько же.

- Точно все нормально? – спросил Ариго.

- Да, - повторила, но, поставив стакан на скамейку, потерла лицо ладонью, после чего опять натянула шапку чуть ли не на глаза и поправила капюшон.

Странности я начала замечать еще вчера вечером. Я была ребенком, когда покинула Турин и толком не помнила город, но, когда мы на машине ехали к отелю, у меня в голове, словно осколки битого стекла, возникали кое-какие воспоминания. То, как я так же вечером вместе со своей семьей ехала в машине домой после какого-то мероприятия. Я в красивом, пышном платье. Рядом брат и мама. Папа, как всегда задержался там. Мужчины всегда, после мероприятий шли в кабинет, курили сигары и разговаривали.

Такие воспоминания имели вкус и запах. Когда-то давно веяли чем-то приятным, трепещущим, но сейчас злили. Слишком сильно.

Сегодня лишь первый день моего пребывания в Турине. Утро, а я, к сожалению, поймала еще пару воспоминаний. Они вспыхивали, стоило мне оказаться рядом с местами, которые связывали меня с прошлым. Например, трехэтажное здание в центре. Я точно помнила, что там нам с Северо шили одежду. Мама редко покупала что-то готовое. Она считала, что это недостойно нашей семьи. И я прекрасно помнила, как мы приезжали к тому зданию пару раз в месяц. Иногда чаще. Иногда реже. Нам с Северо было скучно, но мы изо всех сил старались вести себя примерно. Хоть и пытались придумать какие-нибудь игры, чтобы развлечь друг друга.

Я не хотела этих воспоминаний, но они все равно возникали в голове. Жестоко напоминали о том времени, когда я была частью семьи Редже.

Но, все-таки, я радовалась хотя бы тому, как на них реагировала. Боль, возможно, тоже присутствовала, но скорее я злилась. И это намного лучше, чем пытаться вновь тянуться к тем, кто от меня отказался.

- А с Де Лукой у тебя, как? – Ариго задал новый вопрос. Вчера он уже спрашивал у меня про Дарио и я рассказала ему про ситуацию с ужином в семье Леоне.

- Все еще нормально, - я откинулась на спинку скамейки.

- Ты же знаешь, что тебе с ним встречаться нельзя? Мой дед не имел подобной связи ни с одним из кланов. Моя бабушка не принадлежала ни одному из них. Дед держал нейтралитет, но, если кто-то узнает, что тебя трахает наследник Каморры, понятное дело, что это свесит приоритет в их сторону. Тебе нельзя давать приоритет ни одному из кланов.

Я опустила голову. Это я знала. Черт.

- Мы временно встречаемся. То есть, понятное дело, что мы не подходим друг другу и долго все это не продлится. Я думаю, что к моменту открытия салона мы уже расстанемся, а, если после этого кто-нибудь узнает, что у меня были отношения с Де Лукой, это уже не будет иметь никакого значения.

- Ошибаешься. Дать приоритет Каморре, это уже паршиво. Ты способна на куда большее, чем просто быть под их крылом. Но то, что Де Лука просто так тобой пользуется, это намного хуже. Остальные могут посчитать, что для них это тоже доступно.

- Дарио мной не пользуется, - я поджала губы, а затем шумно выдохнула. Черт. Вообще-то именно это он и делает.

- В этом мире… Романа, ты должна понимать, что там, где женятся исключительно на девственницах, вот такие ваши временные отношения мужчинами будет воспринято исключительно, как «попользоваться». Все будут говорить о том, что Де Лука попользовался ученицей Авагадро. Ты готова дать ему возможность тебя так унизить?

Я еще сильнее опустилась на скамейке. Ариго прав. Во всем. Но имелись нюансы, которые я не могла игнорировать.

- Понимаешь, Дарио мне сейчас очень помогает. Во многом. И это не малого стоит, поэтому я не могу сожалеть о наших отношениях, хоть и осознаю последствия. То, что мы не будем встречаться вечно и, скорее всего, уже скоро расстанемся, это факт. Опять-таки, мы друг другу не подходим. Но я обещаю тебе, что в будущем никто не посчитает, что мной можно попользоваться. Я поняла, что ты раньше мне говорил. Про неприкосновенность и про все остальное. Я этого добьюсь. И то, что сейчас происходит между мной и Де Лукой, позже не будет иметь никакого значения и ни на что не повлияет.

Некоторое время Ариго молчал, а я нервно пальцами сжимала стакан. Изначально он переживал за меня. Сейчас же, думая, что я встречаюсь с Дарио по собственной воле, он считал, что я совершаю слишком много ошибок. И я не могла отрицать того, что Ариго прав, но все же в моей жизни слишком многое шло не так, как нужно и то, что сейчас происходило между мной и Де Лукой, сглаживало слишком многие моменты.

- Ладно. Давай об этом поговорим позже, - Ариго разорвал тишину. – Я согласен с тобой. Давай сейчас начнем делать ремонт. Нужно наконец-то готовиться к открытию салона.





Глава 49 Шапка


Я как раз закончила разговор с Ариго, когда заметила, что неподалеку, рядом с тротуаром, припарковалась машина Дарио.

Не отдавая отчет собственным действиям, я поднялась со скамейки и быстро пошла к Де Луке. Лишь уже будучи на середине тротуара, я замедлила шаг, а затем вовсе остановилась.

Почему это я сорвалась с места и чуть ли не побежала к Дарио?

Что со мной вообще происходит?

Мне… настолько сильно хотелось его увидеть?

Бывают мысли, которые внушают ужас и эта абсолютно точно была одной из них. Меня словно током ударило и я никак не могла внять собственному поведению. Действиям, которые я только что делала, даже не задумываясь об этом.

Дарио вышел из машины. Взглядом окинул улицу и пошел к тротуару.

А я, все еще застыв на месте, смотрела на то, как ветер растрепывал его жесткие, черные волосы. Скользила взглядом по его рубашке и брюкам. По стальному телу, очертания которого совершенно не скрывала одежда.

Де Лука действительно выглядел неплохо. Очень даже. И мне жутко не понравилось то, как на него засмотрелись девчонки, сидящие на одной из скамеек.

Но мысленно я злорадствовала от того, что он сюда приехал, чтобы увидеться со мной, а не с кем-то из них. Да, Дарио сейчас встречается со мной. Я его девушка.

Я растянула губы в какой-то странной, победной улыбке. Той, которую сама не понимала.

Собиралась сказать Дарио «Привет», но…

Он прошел мимо меня.

Даже не посмотрел в мою сторону так, словно я была пустым местом.

Я застыла словно вкопанная, затем резко обернулась и бросила взгляд на его спину. Де Лука подошел к Джовани, который теперь находился немного ближе, поскольку я покинула скамейку и теперь стояла недалеко от дороги.

- Где Романа? – спросил Дарио, взглядом окидывая улицу.

- Позади вас. Вы прошли мимо госпожи Леоне, - ровным, тяжелым голосом прогрохотал Джовани.

Приподнимая бровь, Де Лука обернулся. Посмотрел на всех, кто был позади него. На меня в том числе, но, словно не замечая мою скромную персону, начал всматриваться в остальных. Лишь спустя секунд тридцать, его взгляд все-таки остановился на мне. Наконец-то.

- Я для тебя что ли пустое место? – негодования в моем голосе было куда больше, чем мне бы хотелось показывать. Я чувствовала себя оскорбленной. Даже немного раздавленной.

- Что это на тебе? – Де Лука еле заметно наклонил голову, привычным мрачным взглядом окидывая мою шапку, наброшенный на голову капюшон лиловой куртки и воротник, который я полностью застегнула, пытаясь максимально укрыться от ветра.

- Тут вообще-то холодно, - я положила ладони в карманы куртки.

Дарио подошел ко мне. Пальцем поддел шапку, приподнимая ее так, чтобы стали видны глаза и, затем опуская воротник, чтобы стало видно лицо.

- Ты точно родилась и выросла в Турине?

- Хочешь сказать, что это должно было дать мне устойчивость к холоду? Я, черт раздери, даже не помнила, что тут могут быть такие морозы.

- Тут нет мороза.

- Есть. Просто тебя твои мышцы обогревают, а мне холодно.

- Мне кажется, или ты злишься?

- Нет, что ты, - я сделала медленный, глубокий вдох. Я не злюсь. Не злюсь!

Но все-таки со мной что-то происходит. Черт.

- Забавная шапка. Где купила? – Дарио приподнял мой капюшон и посмотрел на два небольших понпона.

Господи, на что хватило денег, то и купила.

Я подняла руку и ею сжала галстук Де Луки. Потянула на себя и, когда Дарио наклонился, прошептала ему в губы:

- Забавная, значит? Еще скажи, что я тебя не возбуждаю, - я медленно поднялась на носочки и своими губами прикоснулась к его, вторую ладонь положив на торс Де Луки. Чувствуя, как под ней напряглись его мышцы. Дарио замер. Буквально на мгновение. Затем положил ладонь на мой затылок. Жестоко забирая инициативу в поцелуе. Своим языком проникая в мой рот. Делая так, что происходящее между нами тут же стало грязным, животным. Безумным.

- Блядь, из-за тебя у меня теперь стояк, - он рукой пробрался под мою куртку, затем, под толстовку, пальцами сжимая обнаженную талию. – Как будешь это исправлять?

- Я…

Что я?

Сознание заволокло туманом. Я только сейчас вспомнила о том, что мы сейчас вообще-то на улице. Многие смотрят на нас, но, от того, как Де Лука второй рукой обвил мою талию, буквально вдавливая в свое тело, я почувствовала острый трепет. Возможно, я сама себя загнала в тупик. Я этого не исключаю. Не проявляй инициативу, если не готова к последствиям. Но, чувствуя вот такой взгляд Дарио на себе, я почему-то не могла сожалеть. Теперь он точно не пройдет мимо меня.

Я руками обвила его шею и поцеловала в щеку.

- Может, вечером, кое-чем займемся, - тихо произнесла ему на ухо. Звучало многообещающе, но на самом деле я сейчас лихорадочно размышляла над тем, как вечером не дать Де Луке перейти через черту.

- У меня идея лучше. Уверен, в том ресторане найдется место, где я смогу залезть тебе под одежду.

- Прости, но моя забавная шапка твердит мне, что я не какая-нибудь девка, которую ты можешь поиметь в уборной, - я убрала руки. Хотела отойти от Де Луки, но он не отпустил.

- Может, тогда скажешь своей шапке, что вечером я выебу тебя в нашем номере?

- Я попытаюсь с ней поговорить, но не уверена, что получится. Ты же знаешь, разговоры с шапками никогда и ни к чему хорошему не приводят.

Де Лука все еще держал меня за талию. Прижимал к себе и я, медленно выдыхая, вновь обняла его и щекой прижалась к груди Дарио. Я начинала привыкать к нему. К сожалению. Но лучше бы этого не происходило. Я правда не хотела чувствовать того, что сейчас царило в моем сознании. В наших реалиях, это ни к чему хорошему не приведет.





Глава 50 Дочь


Проклятое место. Я могла думать об этой улице лишь так.

Проходя по тротуару, я смотрела на идеально подстриженные, пусть и частично осыпавшиеся деревья. На сквер, размером чуть ли не с городской парк, но при этом в несколько раз красивее его. Там пруд, дорожки выложенные камнями, деревянные скамейки.

Остановившись, я бросила взгляд на беседку. Всего их там пять или семь. В той, которая ближе всего к пруду, мы с Северо в детстве часто играли. Естественно, под присмотром нашей няни. В промежутках между посещениями частных секций и занятий с репетиторами, она отводила нас сюда. Иногда там собирались другие ребята. Друзья брата. Мои подруги.

Сейчас же… даже в этом парке очень многое изменилось. В беседках поменяли крыши. Скамейки другие. Деревья и кусты разрослись. По сути, теперь там проглядывались лишь намеки на мое прошлое. Во всем остальном сквер теперь казался чужим.

Лишь на мгновение я поймала себя на желании подойти к пруду. Может, побросать в него камни. Но, в итоге отдернула себя.

Я не желала надолго тут задерживаться.

Пройдя дальше, я посмотрела на особняки, расположенные вдоль улицы. Каждый из них был окружен просторными территориями садов, огражденными высокими заборами.

Когда-то давно, люди живущие в этих домах, были моими соседями. Даже сейчас я встретила нескольких из них. Госпожу Краузе, живущую вначале улицы. Она со своей крошечной собачкой гуляла по скверу. В прошлом, я дружила с ее сыном, хоть и изначально не очень хорошо понимала его из-за сильного немецкого акцента.

Еще я увидела сеньора Морети. Он значительно изменился. Располнел. Отрастил бороду, но, как я могла не узнать мужчину, который в прошлом являлся отцом моей лучшей подруги? Иногда я вспоминала про Мартину. Все-таки она являлась неотъемлемой частью моего детства. Как и еще несколько девчонок.

Ни госпожа Краузе, ни сеньор Морети, меня не узнали. Они даже не посмотрели в мою сторону, а я тихо, как чертово привидение прошла дальше.

Я тут не ради каких-либо разговоров.

Я тут ради себя.

Чем дальше я шла по улице, тем отчетливее видела то, как это место изменилось. В основном это проявлялась в выросших деревьях. В том, что некоторые из особняков подверглись глобальному ремонту.

Но, как оказалось, сильнее всего изменился мой дом.

Он находился практически в самом конце улицы. Я точно знала, где именно. Не могла не знать, но, когда дошла до нужного места, подумала что ошиблась.

В первую очередь, по той причине, что изменились забор и ворота. Раньше они, однозначно, были проще. Теперь же, кованные ворота казались произведением искусства. Без излишеств, но, однозначно, одного взгляда на них, было достаточно, чтобы понять, что стоили они приличных денег.

В голове промелькнула мысль, что дом моей семьи все равно значительно не дотягивал до того места, где жила семья Де Лука. Между ними огромнейшая пропасть. Несоизмеримая.

Но все же было видно, что Редже попытались облагородить свое жилье. Особняк моей семьи старинный. В прошлом его наружные стены были красного цвета. Сейчас же они белые. Крыша и балконы теперь другие. Сад подвергся значительным изменениям. Я слишком многого не видела. Лишь то, что открывалось через прутья ворот, но все же было заметно, что дела у моей семьи идут замечательно.

Прислонившись плечом к дереву и положив ладони в карманы лиловой куртки, я опять посмотрела на особняк семьи Редже.

И так… я дома.

Стоило подумать об этом, как я чуть не рассмеялась.

Какой к чертям дом?

Нет, это, конечно, дом, но точно не мой.

И Редже не моя семья.

В кармане пальцами переворачивая телефон и коротким ногтем царапая чехол, я думала о том, что совершенно не таких эмоций ожидала от себя.

Я думала, что придя сюда, буду захвачена болезненной ностальгией. Настолько едкой, как яд, разрушающий каждую клетку тела. То, что меня до жжения проберет от воспоминаний о каждой комнате, которые я до сих пор помнила настолько хорошо, насколько это вообще возможно. То, что я буду гадать, как изменились помещения. Возможно, даже представлять, что вновь иду по настолько знакомым коридорам, спускаюсь по лестнице и захожу в обеденный зал, где за столом сидит вся моя семья.

Но больше всего я боялась того, что могу захотеть нажать на звонок и через охрану попросить пустить меня в дом, чтобы я могла увидеться с родителями и братом.

Я опасалась того, что наконец-то имея возможность увидеться с семьей, не сдержусь и воспользуюсь ею. Задам им множество вопросов. Спрошу, почему они не приезжали? Почему даже будучи в одном городе со мной, не уделили хотя бы немного времени, чтобы заехать ко мне. Почему не звонили? Почему не интересовались моей жизнью?

Почему… Почему… Почему… Бесконечное чертово количество «Почему?» и каждый из них для меня был бы еще тем унижением, а я этого хотела меньше всего на свете.

Но, к моему удивлению, я ничто из этого не испытывала.

Ни ностальгии, ни порывов задать хотя бы один «Почему?», ни, тем более, желания войти в дом.

Ни-че-го.

Ноль эмоций.

Разве что холод и отторжение.

Я мысленно улыбнулась самой себе. Ну, что же, Романа, ты переросла всю эту чушь. Наконец-то.

Сейчас, находясь на пороге новой жизни, я очень тщательно следила за своим душевным состоянием. Я не желала, чтобы эмоции подвели меня в самый неподходящий момент. Теперь я точно была уверена, что этого не произойдет.

Отталкиваясь плечом от дерева, я перевела взгляд на Джовани. Он сопровождал меня даже сюда, но, чтобы мужчина не думал о этой ситуации, он молчал. Ничего не говорил.

Я уже собиралась сказать, что мы уходим, как боковым зрением заметила движение.

Из особняка семьи Редже кто-то вышел. Высокий мужчина, в строгом деловом костюме.

Я замерла, всматриваясь в него. Чувствуя, как сердце пропустило несколько ударов и пустые обрывы ударили по телу.

Я узнала его. Сразу же.

Мой отец. Дерэнт Редже.

С такого расстояния я не могла хорошо рассмотреть его, но… выглядел он замечательно. Даже более чем. Намного лучше, чем на фотографиях, которые я иногда вылавливала в сети. Высокий, мощный. Со все такими же черными волосами.

Ну, что же, папа, вот мы и «встретились». Но не потому, что ты пришел ко мне.

Это я несмотря ни на что приехала сюда.

Как видишь, это не так уж и сложно. Верно?

Вслед за отцом из дома вышел еще какой-то мужчина. Его я тоже узнала – Леонардо Моранди. Правая рука отца.

Они сели в машину. Охрана открыла ворота и уже вскоре они уехали, проезжая совсем недалеко от того места, где я стояла.

Я еще несколько секунд смотрела на дорогу, затем отвернулась и сказала Джовани, что мы можем идти отсюда.

***

Вечером в Турине стало не просто холодно. Скорее, невыносимо.

Расхаживая по тротуару, я всерьез пожалела о том, что не купила себе еще и шарф.

Когда я наконец-то увидела машину Дарио, припарковавшуюся на стоянке рядом с рестораном, быстро пошла к нему. Любым движением пыталась согреться.

- Я хочу горячего чая, - сказала, переминаясь с ноги на ногу.

Дарио захлопнул дверцу своей машины и окинул меня медленным взглядом. Шапку, которую я опять натянула чуть ли не на глаза и воротник куртки, который я подняла настолько высоко, насколько вообще могла, чтобы защитить от ветка покрасневшие щеки.

- Сейчас тут примерно такая же температура, как в холода в Неаполе. Как ты их там переживаешь? – Дарио пальцами поддел воротник куртки им притянул меня к себе, затем наклонился и губами прикоснулся к щеке.

- Нормально. В Неаполе у меня есть хорошая куртка и не настолько странная шапка, - отстраняясь от Де Луки я поплелась в сторону ресторана, но на всякий случай остановилась, обернулась и проверила идет ли Дарио за мной. – Пойдем быстрее. Мне правда очень нужен горячий чай.

Мы подошли ко входу в ресторан. Я хотела спросить у Дарио, можно ли считать, что на сегодня он свободен, раз Де Лука пригласил меня на ужин, но не успела. Откуда-то сбоку послышалось:

- Сеньор Де Лука, подождите, пожалуйста.

Я как раз собиралась подняться на первую мраморную ступеньку, как застыла. Сознание сжало и скомкало, как лист бумаги. По мыслям прошла жестокая рябь.

Столько лет прошло, а я все равно узнала этот голос. Он иглами прошел сквозь сознание, но, надеясь, что ошибаюсь, обернулась и посмотрела вправо.

Черт. Я не ошиблась. Там и правда была она – моя мама.

Асанта Редже.

Она была в элегантном платье. Сверху расстегнутое пальто бардового цвета. Все такие же черные волосы и серые глаза. Гладкая кожа без каких-либо морщин. Мама все так же выглядела великолепно, пусть и ощущалось, что с последней нашей встречи она стала значительно старше.

- Добрый вечер, сеньор Де Лука, - подойдя к нам, мама приподняла уголки губ в мягкой улыбке, но я физически не могла на нее смотреть. В первую очередь по той причине, что поняла – мама была не одна. Рядом с ней шла светловолосая девушка.

Та самая приемная дочь. Бетина Редже.

Раньше я видела ее на фотографиях, но это совершенно не одно и тоже, что увидеть ее вживую.

У Бетины светлые, волнистые волосы. Словно золото разливающееся по ее плечам. Смуглая кожа, карие глаза, пухлые губы. Очень нежные и миловидные черты лица.

Она невысокая. Я бы даже сказала, что низкая. Несмотря на то, что я была просто в кроссовках, а она в сапожках на каблуках, кажется, я все равно была немного выше нее. Ну, конечно, у меня и мама и папа высокие. Наверное, у меня другого выбора не имелось кроме как тоже быть такой.

- Я Асанта Редже. Супруга Дериэнта Редже, - представилась мама. – Может, вы помните меня? Мы с вами ранее уже несколько раз встречались. Например, в прошлом году в Риме. В особняке семьи Филорини.

- Добрый вечер, сеньора Редже. Вы что-то хотели? – Дарио медленно перевел взгляд на мою маму. Спрашивал без какого-либо интереса. Эмоций.

Я только сейчас поняла, что перестала дышать и на данный момент кислорода критически не хватало. Я понимала, что встреча с мамой повлияла на меня не настолько пагубно, как если бы это случилось всего лишь месяц назад. Но все же по мне словно катком проехало. Но ничего. Подобное даже к лучшему. Я все это должна пережить.

- Всего лишь поприветствовать вас. Моему мужу уже сообщили о том, что вы в Турине и он…

- Я знаю. Сеньор Редже уже звонил мне сегодня днем. Очень великодушно с его стороны предложить нам помощь любого рода, но Каморра в этом не нуждается.

- Да… Да, я это понимаю, но это впервые, когда вы приехали к нам и наша семья хотела бы оказать вам радушный прием. И раз так совпало, что мы с вами тут случайно встретились, это практически судьба. Мой супруг тоже скоро приедет сюда.

- Я не думаю, что мне удастся увидеться с сеньором Редже. Я слишком занят и этот вечер хочу провести со своей девушкой, - Дарио, положил ладонь на мою талию и притянул к себе, приобнимая.

Брови моей мамы взметнулись вверх и она впервые посмотрела на меня.

Внутри все застыло. Я не хотела с ней разговаривать, но, наверное, следовало что-нибудь сказать.

Вот только, как оказалось, в этом не было нужды. Мама уже вскоре перевела взгляд обратно на Дарио. Меня она не узнала.

Я предполагала, что в первую очередь это из-за шапки и воротника, закрывающего большую часть моего лица. Иначе бы, наверное, она меня узнала. Мы не виделись десять лет, но я слишком сильно похожа на своих родителей, чтобы это оставалось незамеченным.

Хотя кто знает. Мои родители ведь считают, что я прикована к кровати и даже самостоятельно есть не могу.

- Я не знала, что у вас есть девушка, - мама вновь улыбнулась, но на этот раз улыбка была немного другой. – В таком случае, конечно, мы не смеем вас отвлекать, но, все-таки мы надеемся, что во время этого визита в Турин у вас появится время, чтобы посетить наш дом.

- Хорошего вечера, сеньора Редже, - Дарио повернулся и, все так же придерживая меня за талию повел к входу в ресторан, но мама вновь быстро обратилась к нему:

- Сеньор Де Лука, раз уж так вышло и мы случайно тут встретились, вы не будете против, если я представлю вам свою дочь?

У меня в груди все обледенело. Какого черта она делает?

Что-то такое могло показаться чем-то обычным и практически ничего не значащим, но, когда в клане дочери достигают совершеннолетия, представить ее парню, означало сказать «Присмотритесь к ней. Если вы захотите, в будущем она может стать вашей супругой».

Конечно, что-то такое так же могло быть обычным поводом познакомить, но лишь для тех, кто не знал всех нюансов.

Но я их знала.

И, тем более, они были известны маме.

Она только что хорошенько так ненавязчиво плюнула мне в лицо.

- Ее зовут Бетина. Бетина Редже, - мама мягко положила ладонь на спину рядом стоящей девушки и подталкивая ее вперед, нежно улыбнулась.

- Приятно познакомиться, сеньор Де Лука. Я очень много слышала о вас, - даже голос у Бетины настолько же нежный, как и она сама. – Мы с отцом недавно приезжали в Неаполь. Хотели посетить ваш дом. Но, к сожалению, вы тогда были слишком заняты.

- Бетине совсем недавно исполнилось восемнадцать, - продолжила мама. - То есть, прошло всего лишь пару месяцев, как она вступила в высшее общество. Моя дочь очень застенчива и ей все еще тяжело на всех этих мероприятиях, а поскольку вы, скорее всего, в дальнейшем будете часто видеться на них, мы будем очень благодарны, если вы время от времени будете уделять внимание нашей дочери.

Они застыли в ожидании ответа Дарио, а у меня внутри все связалось узлом. Как же меня сейчас пробирало от гнева.

- Предпочту, чтобы кто-нибудь другой уделил внимание вашей дочери, - Дарио бросил лишь короткий взгляд на Бетину, после чего сказал мне «Пойдем».

Мне пришлось отвернуться. Подняться на первую ступеньку, затем на вторую. Но перед этим я успела мимолетно взглянуть на свою маму и так называемую «сводную» сестру.

Мама широко раскрыла глаза от неожиданности и растерянности. Кажется, она хотела что-то быстро сказать, но не понимала, что именно.

Бетина же сжалась. Напряглась. Выглядела так, будто по ней только что ударили и она этого совершенно не ожидала.

Вскоре мы вошли в здание ресторана и молодая девушка тут же подошла к нам. Приветствуя. Говоря, что проведет нас. Учитывая то, что она не спросила о зарезервированном столике, я предположила, что ее уже предупредили о визите сына дона Каморры.

Мы поднялись на второй этаж. Зашли в отдельную комнату, в которой был лишь один стол. За ним могло бы уместиться четверо, но сейчас стол был накрыт только на двоих.

- Как ты? – Дарио подтянул меня к себе и расстегнул мою куртку.

- Отлично, - я сняла шапку. Мне больше не было холодно. Гнев отлично согревал.

Мои собственные родители лишили меня всего, а теперь пытались отнять и парня? Черт. Черт! Я знала, что мама меня не узнала, но моего гнева это не утихомиривало.

- Зачем ты сегодня ездила к особняку Редже? – Де Лука отодвинул для меня стул.

Как и ожидалось, Джовани все ему рассказал.

- Я ни с кем там не разговаривала. Просто хотела посмотреть на дом.

- Я знаю. Зачем ты хотела на него посмотреть?

- Чтобы понять, что мне точно плевать. Я это поняла. Теперь довольна, - я села за стол. Мысли вихрями кружили в голове. Разъедали и я не выдержав, откинулась на спинку стула, после чего посмотрела на потолок. – Минута откровения, - я произнесла это на тяжелом выдохе, думая о том, что что-то такое следовало переименовать в «Минуту нытья». – Можешь смеяться с меня, но я долгие годы считала, что ничерта из себя не представляю, раз даже мои родители от меня отказались.

- Глупые мысли, если учесть, что твой отец благодаря тебе получил достаточно много выгоды.

- От этого возникает только ощущение того, что мной попользовались. Чувство нужности это не дарит, - я положила ладони в карманы толстовки. – Недавно я пришла к выводу, что веду себя, как сопливая малолетка, раз все еще пытаюсь тянуться к родителям, которым я вообще не сдалась. Ну и решила от этого избавиться, а раз я в Турине, посчитала, что будет неплохим вариантом посмотреть на особняк, в котором я выросла и перебрать свои эмоции. Я довольна тем, что их почти не было. И я бы не сказала, что встреча с мамой мне сейчас далась слишком легко, но какого-либо родства к ней я не почувствовала. Все. Я выросла. Гордись мной, сеньор Де Лука.

- Горжусь, - Дарио поцеловал меня в затылок, после чего пошел к своему стулу.

Я открыла меню и окинула его взглядом.

- Но, знаешь, видно, что в семье Редже дела идут замечательно, - я решила, что в дальнейшем буду называть их именно «семья Редже», а не «моя семья». – Особняк теперь выглядит намного лучше, чем в прошлом.

- Я бы не сказал, что у них хорошо идут дела, - Дарио без интереса взглядом скользнул по меню.

- О чем ты? – я приподняла бровь.

- Это началось года три назад. В Турине появился человек, который очень сильно хочет уничтожить клан дона Редже и пока что у него неплохо получается достигать своей цели. Он это делает постепенно и твой отец раз за разом проигрывает.

- То есть, у моего… у дона Редже сейчас проблемы?

- Они поправимы, если он найдет хороших союзников. В прошлом году он за помощью обращался к моему отцу. Он сказал, что подумает, но для Каморры в данном плане ноль выгоды. Мы не собираемся вступаться.

Я поерзала на стуле. Пальцами сжала меню и спросила:

- Ты сказал, что эти проблемы поправимы, но если все это длится три года… Насколько все плохо?

Дарио поднял на меня мрачный взгляд.

- Еще скажи, что переживаешь за Редже.

Этот вопрос застал меня врасплох. Я переживаю?

Прикусив кончик языка, я попыталась прислушаться к тому, что сейчас творилось внутри меня. Возможно, это неправильно. Все-таки они моя кровная семья, но переживания я не почувствовала.

- Не переживаю, - я отрицательно качнула головой. – Я уже сделала для них все, что могла. Все, что дальше будет происходить с семьей Редже это не мое дело.

Дарио кивнул.

- Молодец, Романа. И, надеюсь, в дальнейшем ты не решишь изменить свое решение, - он опять опустил взгляд на меню. – Они сами виноваты. Даже в том, что делают сейчас. Недавно они купили для своей дочери… приемной дочери квартиру в центре Турина, площадью, как приличный дом. Конечно, это их право и желание как можно более выгодно выдать ее замуж, но им сейчас нужно думать не об этом. И деньги направлять не в это русло.

Они… купили ей квартиру в центре?

Я медленно выдохнула. Мне плевать.

Пусть и за последние годы я не удосужилась даже подарков на свои дни рождения.

Думаю, точки уже отлично расставлены.

Когда мы с Дарио сделали заказ, я сказала, что отойду в уборную.

Я вошла в нужное помещение. Написала Ариго, спрашивая приходили ли сегодня к салону люди из строительной компании. После этого я включила теплую воду. Наклонилась к раковине, пытаясь отогреть все еще холодные ладони.

Дверь позади меня открылась. Изначально я на это не обратила никакого внимания, но, когда вошедший в уборную человек остановился позади меня, я почувствовала, что что-то не так.

Обернулась и увидела Бетину Редже. Она тоже впилась в меня взглядом, внимательно осматривая мое лицо.

Неужели поняла, кто я?

- Тебе что-то нужно? – спросила, опять поворачиваясь к раковине.

- Ты ведь девушка Дарио Де Луки? На улице я нормально не рассмотрела твое лицо, но ты ведь только что вышла из той комнаты, в которой находится заказанный им столик.

Значит, она не узнала меня. Хотя, чего я ожидала? Если Бетина и видела мои фотографии, то лишь те, на которых я совсем ребенок. А сходство с моими родителями… Мало ли кто и на кого похож. Узнали бы меня мама и папа… Вернее, супруги Редже, если бы просто так увидели на улице?

- А ты следишь откуда и кто выходит? – я опять подставила ладони под теплую воду.

- Как грубо, - она подошла ко мне и, скрещивая руки под грудью, талией оперлась о мраморный стол, на котором находилось три раковины. – Я вообще-то просто хотела поговорить с тобой. Познакомиться. Тем более и тебе знакомство со мной может быть очень выгодно. Я в Турине далеко не самый последний человек.

- Неужели?

- Я дочь дона Турина.



От автора: Дорогие, обожаемые девчонки, если вы еще не видели мою новинку, тогда приглашаю вас) Вам нравится одержимая любовь, которая приходит после ненависти героев друг к другу? Тогда вы точно будете в восторге от этой книги))

Ссылка:





Глава 51 Восхищены


- Получается, я была права, когда предположила, что ты не принадлежишь ни к одному из кланов? Иначе бы ты знала, кто я, - всматриваясь в мое лицо, Бетина немного наклонила голову, из-за чего ее круглые, золотые сережки блеснули в свете ламп, расположенных над зеркалами.

- Ты так знаменита? – я выключила воду и потянулась к бумажным полотенцам.

- Как я уже сказала, я далеко не самый последний человек в Турине. И, соответственно, в определенных кругах – тоже. Тем более, за прошедшие месяцы я посетила много мероприятий. Перезнакомилась со всеми. В том числе и на своем дебюте, но тебя раньше точно не видела.

В помещение рассыпался тихий звук шуршания бумаги, с которым я вытирала свои ладони.

Дебют. Точно. Он проходит в день восемнадцатилетия девушки. Торжество, во время которого ее представляют бесконечному количеству приглашенных гостей. Идет знакомство с другими уже совершеннолетними девушками и парнями, один из которых в будущем может стать ее мужем.

Этот день – дверь во взрослую жизнь. Возможность занять свое место в обществе.

У меня дебюта не было. Естественно. Хоть и в детстве я им грезила. Мечтала. Уже тогда представляла какое платье надела бы.

Хм… Помнится, в день своего восемнадцатилетия, я притащилась домой с кексами, собираясь ими отпраздновать, а на кухне Дарио и его слова - «Теперь я твой парень».

Можно ли это считать дебютом? С одним единственным гостем. И то я его не приглашала. Он сам пришел.

Если да, тогда дебют у меня был весьма эпичным.

- Да, я не принадлежу ни к одному из кланов, - сказала, выбрасывая в блестящую, начищенную урну смятые бумажные полотенца.

Я не считала свои слова ложью. Моя принадлежность к клану Моро уже теперь лишь формальность. Скоро и ее не будет.

Странно, но мне показалось, что лицо Бетины просияло. Словно она была в восторге от того, что услышала.

- Значит, я действительно была права. Изначально я еще сомневалась. Думала, что может ты из той семьи, которая идет внизу иерархии и…- девушка качнула головой, из-за чего ее золотистые волосы волнами рассыпались по плечам. - Как же ты познакомилась с Дарио, если не имеешь отношения к нашему миру? Вы учитесь в одном университете?

- Нет, - я сделала шаг к двери. – Мне уже нужно идти.

- Подожди. Просто все это выглядит настолько странно. Ты не из нашего мира и… - Бетина взглядом окинула мою одежду. – Навряд ли ты из состоятельной семьи. Вы вообще не выглядите, как те, кто может встречаться.

- Конечно, спасибо за твое ценное мнение, - саркастично произнесла. – Но у меня с Дарио все замечательно и то из какой я семьи не имеет никакого значения.

- Ошибаешься, - Бетина скривила губы в подобии улыбки. – Ты явно не понимаешь, как у нас все устроено. Но я могу тебе объяснить. И кое в чем помочь. А ты в ответ поможешь мне.

Я положила ладони в карманы толстовки, пытаясь делать так, чтобы эмоции не проявились на моем лице.

Бетина Котели… Вернее – Бетина Редже.

«Котели» - это фамилия ее родителей наркоманов. Бетина уже давно ее не носила.

Насколько же я была наслышана о ней. Приемная дочь супругов Редже, которую они обожали, как свою родную. Души в ней не чаяли. Великолепная, красивая девушка. Учащаяся в лучшем университете Турина. Часто путешествующая. С начала своего совершеннолетия, приглашенная на множество званных ужинов, как дочь Дериэнта и Асанты Редже.

И вот впервые я увидела ее лично. Не могла отрицать того, что Бетина красива. Невысокая, миловидная. С большими глазами и пухлыми губами. С ее внешности можно ангела рисовать.

В ее внешнем виде вообще все идеально. От подбора одежды, до украшений и даже ногтей.

Но почему-то смотря на Бетину, я чувствовала лишь отторжение. Не потому, что меня начали одолевать мысли насчет того, что этой девушкой родители заменили меня. Мне уже глубоко плевать на семью Редже. Но даже, если бы я и начала думать насчет чего-то подобного, разве я могла бы злиться на Бетину? Она мне ничего плохого не сделала. Была всего лишь девушкой из неблагополучной семьи, которую в итоге удочерили мои родители.

Но Бетина сама по себе мне не нравилась. Было в ней что-то такое, что заставляло мои инстинкты заостриться и завопить о том, что с ней следует быть поосторожнее. Внимательно следить за каждым сказанным словом.

- Мы только встретились, а ты уже почему-то считаешь, что мне нужна помощь? – спросила, убирая за ухо прядь черных волос. Кажется, Бетина сказала о том, что и я ей могу помочь. Это царапнуло по сознанию.

- Я же говорю – ты много не знаешь и не понимаешь. Как насчет того, чтобы сегодня немного позже где-нибудь встретиться и поговорить? Например, в десять часов? Я могу приехать в отель, в котором ты с Дарио остановилась. Там есть ресторан. Если я не ошибаюсь, он работает до часу ночи. Не смотри на меня так. Естественно, моему отцу сказали в каком отеле остановился сын дона Каморры. В наше мире это обычная практика для всех семейств, когда дело касается верхушки других кланов, приезжающих в город. Видишь, ты даже этого не знаешь.

- Я все равно не считаю, что…

- Подожди, не отказывайся. Это ведь просто небольшая, ничем не обязывающая дружеская встреча, - Бетина открыла свою сумочку и протянула мне небольшую карточку цвета слоновой кости. – Вот моя визитка. Там есть мой номер, но в любом случае я буду ждать тебя в ресторане. Выпьем немного вина, пообщаемся. Если хочешь, могу рассказать тебе про Турин. Ты ведь тут ненадолго? Могу подсказать места, которые лучше всего посетить.

Она пихнула визитку мне в руки. В этот момент в уборную вошли две женщины и, поскольку в помещении стало слишком тесно, я, отходя в сторону, в итоге вовсе подошла к двери.

- Увидимся, - с улыбкой бросила мне Бетина.

- Я не думаю, что у меня получится прийти, - сказала, уже выходя в коридор. Кажется, Бетина на это сказала что-то наподобие «Я буду тебя ждать», но я не была уверена. Закрыла дверь и поплелась обратно к той комнате, из которой ранее вышла.

Открыв дверь, увидела Дарио. Он стоял около открытого окна и курил. Что-то читал на телефоне.

Еду еще не принесли, но на столе уже стоял чайник с горячим чаем. Я села на стул, налила себе немного чая и, наверное, со слишком громким цокотом поставила чайник обратно на стол, так как Де Лука оторвал взгляд от телефона и посмотрел на меня.

- Что-то случилось? – он медленным взглядом окинул мое лицо. Уверена, эмоции на нем сейчас бурлили.

- Я только что в уборной столкнулась со своей «сводной» сестрой. С великолепной Бетиной Редже, - я поджала губы и показала Дарио визитку зажатую между указательным и средним пальцем. – Видишь, у меня теперь и ее визитка есть.

Я смяла визитку и отбросила ее на край стола. Звонить ей я не собиралась. Идти к Бетине на встречу в ресторан – тем более. Скорее планета разломится на две части, чем я это сделаю.

- Что она от тебя хотела? – Дарио заблокировал телефон и положил его в карман штанов. При этом, слишком пристально смотря в мои глаза.

- А вдруг это я с ней первая заговорила? – я взяла чашку. Она обожгла ладонь, но я лишь сильнее стиснула ее пальцами.

- Сомневаюсь, - Дарио выдохнул дым. – Она узнала тебя?

- Нет, - я отрицательно качнула головой. – А насчет того, что она хотела… Прямо она ничего не сказала. Задала несколько вопросов, а потом предложила встретиться и поговорить.

- Ты…

- Нет, я не собираюсь с ней встречаться и разговаривать, - предвидя вопрос Де Луки, я ответила сразу. – Но, знаешь, что бы она от меня не хотела, такое ощущение, что это касается тебя. Я, конечно, могу ошибаться, но такое впечатление, что Бетина заинтересована в тебе, как в парне.

Не отрывая взгляда от Дарио, я сделала глоток чая, обжигая язык. Ждала, что он что-нибудь скажет, но Де Лука молчал.

Опуская чашку и уже теперь практически сверля его взглядом, я спросила:

- Мой оте… Дериэнт Редже представлял ее тебе, как девушку, готовую к замужеству? Как ту, которая может стать твоей женой?

- Возможно, - Де Лука поднес сигарету к губам. Порыв ветра, пробираясь в комнату из открытого окна, растрепал его волосы.

- Возможно или точно? – внутри меня все начало сжиматься. Скручиваться. – Да или нет?

- Да.

Я медленно выдохнула. Примерно так, как, наверное, выдыхают люди, которым прострелили грудь.

Я понимала, что мне нужно успокоиться. Срочно. Мои эмоции, которые сейчас бежали по венам подобно кислоте, не являлись чем-то нормальным. Мне нужно оставлять холодные мысли и здравый разум, но именно сейчас, казалось, меня раздирало на части.

- И как? Ты задумывался о том, что у тебя с Бетиной могла бы получиться счастливая семья? – я произнесла это с тем сарказмом и едкой иронией, которых сама от себя не ожидала.

Дарио потушил сигарету и закрыл окно.

- Я уже в том возрасте, когда у меня должна быть невеста. И у меня она есть, - Де Лука пошел к столу. Лениво. Положив ладони в карманы брюк. - Но мы с Элизой не собираемся жениться. Я тебе об этом уже говорил. Это наше обоюдное решение, которое наши родители были вынуждены принять. Слухи об этом ходят давно и вот уже пару лет мне предлагают других девушек. Всего мне было представлено десять или одиннадцать дочерей глав кланов.

Я опять с силой сжала чашку. Десять или одиннадцать? Разве это не все имеющиеся и возможные? Я плохо знала, сколько в Италии кланов на данный момент и, естественно, не в каждом из них имелась девушка достигшая совершеннолетия и при этом свободная. Но это количество было внушительным. Слишком.

- Бетина Редже одна из них, но лично я с ней не встречался. Ее представили мне через посредника.

- Через посредника?

- Твой отец несколько раз приезжал в Неаполь пытаясь договориться о том, чтобы я встретился с его дочерью, – Дарио обошел стол и встал позади меня. Словно хищник, который загонял добычу в тупик. Почему-то я сильно напряглась. Сидела ровно. Не отрывала взгляда от своего чая. – В итоге я на встречу с ним и Бетиной Редже отправил своего посредника. Позже этот человек передал мне бумаги с информацией о ней. Я должен был просмотреть их и решить хочу ли я лично встретиться с Бетиной Редже. Я не собирался этого делать, но все же просмотрел информацию. Знаешь, почему? Я не знаком с твоей семьей и никаких дел с ними не имел, но я знал, что у супругов Редже очень красивая родная дочь. Трудно об этом не знать, когда я, еще будучи мелким, со всех сторон слышал о том, какой неземной красотой наделена Романа Редже.

Я повернула голову и непонимающе, удивленно посмотрела на Де Луку.

- Да, Романа, я знал о тебе еще будучи ребенком. Даже живя на другом конце Италии. Взрослые чуть ли не пищали от восторга, когда разговаривали о тебе. И дети, которые тебя знали говорили тоже самое. Из всех сторон звучало - «Романа. Романа. Романа». Мне даже было интересно, что же это за Романа Редже такая, которой, казалось, были одержимо восхищены все, кто ее хоть раз увидел.

Дарио наклонился, рукой опираясь о стол так, что наши ладони практически соприкасались и я, почувствовала его горячее дыхание на своей макушке.

- Иногда я спрашивал у своих родителей не собираются ли Редже приехать на какое-либо из торжеств устраиваемых нашей семьей. Но дела моей и твоей семьи не пересекались. Мне тогда так и не удалось посмотреть на тебя, - Де Лука наклонился еще ниже и своими губами прикоснулся к моей щеке. После этого он отстранился и рукой отталкиваясь от стола, пошел к своему стулу. - Прошли годы и я опять услышал фамилию Редже, которую я только и запомнил из-за «настолько прекрасной Романы». Дериэнт Редже горел желанием представить мне свою дочь. Но не родную, а приемную. Ту, которая на самом деле являлась ребенком наркоманов. Это даже было… оскорбительно. Какого хрена мне представляют ее, а не ту самую Роману?

Дарио сел за стол, лениво откинувшись на спинку стула.

- Тогда я и узнал, что с тобой случилось в детстве и то, что в итоге ты была передана клану Моро. Искалеченная, изуродованная. Не в состоянии даже самостоятельно ходить. Это единственная информация, которую мне удалось узнать о тебе. Остальное – слухи.

- Какие слухи? – я все еще сильно сжимала чашку. Это было больно. Ладонь обжигалась, но что-то такое не казалось мне существенным. Наоборот, я надеялась, что хотя бы так смогу утихомирить собственные мысли.

- То, что твое состояние с годами только ухудшилось и ты живешь в затворничестве. Иначе бы тебя хоть иногда видели.

- Какие милые слухи, - саркастично произнесла, но во мне они не вызвали ничего нового. Чего еще следовало ожидать учитывая мою ситуацию?

Дарио взял нож и покрутил его пальцами, а у меня по спине пробежал холодок. Я прекрасно помнила, что Де Лука может сделать ножом.

- Тогда я тебя не знал и мне было все равно. Единственное, что меня тянуло к тебе – это детский интерес. Узнать насколько же красива та самая Романа. Но я уже давно не ребенок и узнав про все это просто забил на тебя, - Де Лука поднял взгляд и посмотрел на меня. – До тех пор, пока мой отец случайно не вышел на тебя.

- А как?..

- Можешь сама догадаться. Я уже говорил, что ты дорога одному человеку. Наблюдая за ним, Каморра случайно вышла на тебя.

- Подожди. Получается тот человек находится или находился где-то рядом со мной? – почему-то по спине пробежал холодок. Сильный. Царапающий.

- Он наблюдал за кофейней, в которой ты работаешь. Нам и стало интересно, что он там высматривает.

- О, господи, - я рвано выдохнула. – Какая жуть…

- Я сомневаюсь, что именно тебе он бы причинил вред, - Де Лука произнес это изменившимся тоном. Мрачным. Еще и смотря на меня так, что невольно по спине пробежал холодок. – Ты же для него ценное сокровище.

- Может, ты наконец-то скажешь, кто он?

- Нет. И разговаривать о нем я тоже не буду.

Я сильно поджала губы. Вся эта ситуация с неизвестным человеком выводила меня и разрезала нервы. Какого черта Дарио просто не может назвать мне имя?

- Подожди. А, может, этот человек мой отец? – я спохватилась от внезапной догадки.

Может, моя семья все-таки не забыла про меня и все это время просто по какой-то причине открыто не могла ко мне приехать?

Дарио посмотрел на меня так, словно бы я вовсе молчала.

- Я уже говорил, что он заинтересован в тебе, как в женщине.

Черт. Точно. Это совсем вылетело из головы.

- Он не имеет отношения к твоей семье. Никакое.

Я закрыла глаза и кончиками пальцев потерла виски. Стало стыдно за этот идиотский проблеск надежды. Хотя тут скорее не стыд, а злость на себя за то, что, оказывается, я все еще была в состоянии пытаться оправдывать свою семью.

- Мы отошли от темы, - слова Де Луки заставили меня опять открыть глаза. – Ты спрашивала представлял ли я себе когда-нибудь счастливую семейную жизнь с Бетиной Редже. Нет, Романа. Не представлял и никогда этого делать не буду. Никогда и ни при каких обстоятельствах, я не буду рассматривать ее, как свою возможную будущую невесту.

- Почему? – я наклонилась к чашке.

- Разве есть хоть одна причина, по которой я должен желать это делать?

- Она достаточно привлекательная. И из хорошей семьи.

- Она из семьи наркоманов. По родителям детей не судят, но не думаю, что это относится к приемной дочери Редже. Она не представляет собой ничего хорошего.

- Я слышала, что от нее многие в восторге. Значит, в ней все-таки что-то есть.

- Или у некоторых людей нет мозгов.

***

Поднимаясь по лестнице, я постоянно рукой опиралась о мраморные перила.

Я переела. Причем настолько сильно, что теперь даже ходила с трудом.

Но о чем-либо сожалеть я не могла. Слишком долго я питалась сплошными булочками или уже готовой, покупной едой. Я уже стала забывать о том, что такое нормальный рацион.

Я бы не сказала, что ресторанная еда относится к обычной пище, но какие же тут вкусные блюда.

В отношениях с Дарио был один огромный плюс – он меня хорошо кормил.

Поднимаясь на последний, четвертый этаж ресторана, я пошла искать террасу.

Когда наш с Дарио ужин уже почти был окончен, ему позвонили. Судя по всему, какие-то неотложные, срочные дела. Этот телефонный разговор уже длился около двадцати минут и мне стало скучно. Я решила пройтись. Поискать террасу, о которой мне рассказала официантка.

Уже когда я проходила по коридору, поняла, что это паршивая идея. На улице жутко холодно. Какого черта мне вообще идти на террасу? Тем более, я без куртки.

Я уже собиралась развернуться, как услышала ее – Бетину.

Голос девушки звучал приглушенно. Еле слышно, но стоило мне его услышать, как я поняла, что мне тем более стоит отсюда уходить. Вновь разговаривать с ней – это последнее, что я хотела делать.

Но все же я остановилась. Странным показалось то, что говорила она совершенно не так, как при нашей встрече. Более эмоционально.

Сделав несколько шагов вперед, я поняла за какой именно дверью находилась Бетина и прислушалась.

- …знаешь, что самое паршивое? Мордашка у нее и правда ничего. Аж бесит. Но хотя бы ясно из-за чего Де Лука обратил на нее внимание.

Я сильно напряглась. Де Лука? Обратил внимание? Бетина сейчас говорила про меня?

- Нет, в ней кроме внешности больше ничего нет. Она даже одета была в какое-то тряпье. Явно нищая. И ни к одному из кланов не принадлежит. То есть, из себя ничего не представляет. Я же говорю, это просто какая-то шлюшка, которую Де Лука подобрал с улицы, из-за ее мордашки. И так невовремя. Но, ничего, если все пройдет так, как я хочу, она в итоге может быть даже полезна.

Послышались шаги, так словно Бетина расхаживала из стороны в сторону.

- У меня выбора нет. Понимаешь? Отец уже несколько раз ездил в Неаполь. И меня с собой брал, но встретиться с семьей Де Лука нереально. Они постоянно заняты. А сейчас Дарио в Турионе. Это же такой шанс. Вдруг другого не выпадет? Он же и на мероприятиях никогда не бывает. Во всяком случае, на тех, на которых бываю я. То есть, встретиться с ним вообще невозможно, а мне нужно действовать. Срочно. Насколько мне известно, Де Лука приехал только на четыре дня. Один уже прошел. Осталось три.

Шаги затихли. Бетина остановилась недалеко от двери и ее слова стали более отчетливыми.

- Нет, эта шлюшка может быть полезна. Де Лука все равно не будет с ней вечно. Она не принадлежит нашему миру, а у нас запрещено жениться на тех, кто является не «нашими». Да и, господи, там же прекрасно понятно, что Де Лука ею лишь пользуется. Нужно все это донести до нее. Дать понять, что рано или поздно она потеряет свое место рядом с ним, но сейчас может сделать это с выгодой. Я предложу ей деньги, чтобы она свалила. Де Лука останется один и тут крайне вовремя возникну я. Главное, успеть все это провернуть за оставшиеся три дня. Черт, насколько же мало времени. Но… Нет, я предложу этой нищенке деньги не только для того, чтобы она свалила. Мне сейчас крайне важна любая мелочь, которая поможет обратить внимание Де Луки на меня. Может, она мне что-нибудь такое расскажет… Да-да, от нее может быть толк. Если бы Де Лука приехал сюда с дочерью дона Сеньи или с дочерью дона Фанфани… Ну ты же помнишь этих сучек? Они на данный момент ближе всего к месту невесты Де Луки… Черт, не важно. Главное то, что они бы были опасны, а какая-то шлюшка с улицы – нет. Главное правильно до нее донести… Что я буду делать, если она не согласится взять деньги и свалить? Не знаю, но у меня слишком мало времени для того, чтобы с ней нежничать...

Это последнее, что я услышала, так как Бетина отошла от двери и постепенно ее слова стали совсем тихими. Уже теперь совершенно неразборчивыми.

Я еще немного постояла около двери, затем развернулась и быстрым шагом пошла обратно к лестнице.

Я услышала достаточно.

Значит, Бетина и правда очень заинтересована в Де Луке. Я об этом и так догадывалась, но…

Черт, нужно быть осторожнее.

Или же, если Бетина действительно перейдет через грань, пойду к супругам Редже и попрошу их получше присматривать за своей дочерью.

***

Всю дорогу до отеля, я смотрела в окно. Лишь изредка бросала взгляд на Дарио, но практически сразу отворачивалась.

Эмоционально мне было слишком неспокойно.

Примерно через полчаса Дарио остановил машину и я, выйдя на улицу, посмотрела на темное, вечернее небо, закрытое тучами. Сейчас девять. Через час у меня предположительная встреча с Бетиной, на которую я естественно не пойду.

Я собиралась закрыться в ванной комнате и несколько часов просидеть в горячей воде.

Но, стоило мне войти в номер, как Де Лука захлопнул дверь и прижал меня к стене. Расстегивая мою куртку. Срывая ее.

- Подожди, что ты… - я растерялась настолько, что сама чуть случайно затылком не ударилась о стену.

- Раздеваю тебя, - одной рукой расстегивая мои джинсы, второй ладонью Дарио пробрался под мою толстовку. Тут же поднимая ее выше. Сжимая грудь через тонкую ткань лифчика и своими губами набрасываясь на мои.





Глава 52 Запястье


Дарио подхватил меня под бедра. Поднял над полом, заставляя ногами обвить его талию, после чего вновь своим огромным телом вжимая меня в стену. Сжимая волосы в кулаке и губами набрасываясь на мою шею. Целуя, истязая, прикусывая. Проводя языком от начала шеи до подбородка и задирая мою толстовку так, что обнажился живот. С моих, обожженных жестоким поцелуем, губ сорвался надсадный стон и Де Лука, убирая ладонь от волос, положил ее на низ моего живота. Ощутимо, практически безжалостно опуская ее ниже, резким грубым движением подцепляя пояс уже расстегнутых джинсов и приспуская их.

- Молодец, Романа. Обожаю, когда ты стонешь, - прохрипел Дарио, тяжелым голосом. – Ты это делаешь так грязно и сладко. Чертовски возбуждает.

Я запрокинула голову и попыталась сделать глубокий вдох. Из головы, словно ядовитый дым, выветрились те эмоции, которые пожирали всего лишь несколько минут назад. Я забыла про существование Бетины, про Редже. Про абсолютно все. Словно весь мир схлопнулся и сейчас находился тут – в Дарио. В его жестоких, безжалостных прикосновениях, в мощи стального тела и в настолько горячих поцелуях.

Момент растерянности исчез. Он сменился потоком жажды и жара. Непонятных, но настолько критично нужных, словно именно ими я исцелялась. Собиралась по кусочкам, будто чертов разрушенный пазл.

Я руками обвила шею Дарио. Сама потянулась к нему и, когда Де Лука вновь набросился на мои губы с новым, особенно жестоким поцелуем, пальцами зарылась в его короткие волосы на затылке. Простонала в губы Дарио. Содрогнулась всем телом от того, с какой силой он сжал мои бедра. Приподнял меня немного выше, делая грубое мощное движение. Им буквально вколачивая в стену. Словно бы беря. Показывая, как между нами все может быть. Дико. Нещадно. Без каких либо правил и очень грязно. Но при этом настолько пугающе, что буквально на мгновение мое сознание затрещало пытаясь проясниться. Не получалось. Оно лишь сильнее покрывалось языками пламени. Ведь, насколько бы я не пыталась хвататься за логику, было что-то такое, что связывало меня с Де Лукой.

Дарио разорвал поцелуй и резко поставил меня на ноги, после чего сорвал с меня толстовку вместе с футболкой. Отбросил их в сторону и вновь оставив на моих губах короткий, но практически животный поцелуй, развернулся меня к себе спиной. Целуя плечо. Расстегивая лифчик и опуская лямки так, что он в итоге соскользнул с меня и упал на пол. Наверное, я могла бы успеть его подхватить. Эта мысль запоздало вспыхнула в голове и тут же была уничтожена, стоило Де Луке сжать мою талию и бедрами прижаться к моей попе. Так, что я более чем отчетливо почувствовала каменный член Дарио.

- Охренеть, как хочу быть в тебе, - Де Лука оставил еще один поцелуй на моем плече. Уже в другом месте. Затем поднимаясь к моему уху. Прикусывая мочку. Его собственное тело мне сейчас казалось напряженным настолько, что это даже пугало и в тот же момент как-то странно возбуждало.

Дарио вновь подхватил меня на руки, после чего куда-то понес. Мне понадобилось лишь мгновение, чтобы понять куда именно. Номер состоял из трех комнат и сейчас Де Лука нес меня в спальню.

И именно это осознание словно ледяной водой окатило.

К сожалению, я не могла отрицать того, что мне с Дарио может быть хорошо. Возможно… Возможно, он мне даже нравился.

Но все-таки имелось то, что до едкой дрожи и даже паники пугало меня, стоило подумать о полноценном сексе с Де Лукой.

В первую очередь – здравый разум. Если я пересплю с Дарио, в дальнейшем получу множество проблем. Таких, что даже словами не описать. Ариго был прав – я способна на куда большее, чем быть той, кого будут считать попользованной наследником Каморры.

Я не хотела быть подстилкой. Шлюхой. Касательно Де Луки у меня вообще имелось слишком много противоречий. Тех, которые действительно пугали.

- Подожди, - я пальцами сильно сжала его рубашку. – Я сейчас не хочу и…

- Как ожидаемо, - Дарио сильно сжал мою попу. – Не веди себя, как маленькая. Ты должна была понимать, чем все закончится, когда мы заселились в один номер.

Я еще сильнее сжала пальцы уже теперь кажется, ногтями царапая его кожу.

Де Лука прав. Я понимала к чему все шло. Он с самого начала ясно дал понять свои намерения касательно меня и нужно быть самой последней идиоткой, чтобы считать, что в этом номере мы просто будем лежать на одной кровати.

Я рвано выдохнула и лицом уткнулась в шею Дарио. Самое паршивое, что Де Лука, судя по всему, и правда мне нравился. Если бы он не принадлежал бы ни к одному из кланов, я могла бы лишиться с ним девственности, а так…

- Поставь меня, - произнесла тихо. – Мы можем заняться кое-чем другим.

- В «другом» я не заинтересован.

- Разве тебе не понравились мои губы на твоем члене? – я нервно выдохнула и, набравшись храбрости, губами прикоснулась к шее Дарио, пальцами проводя по его торсу. Чувствуя, как мышцы каменели, под моими ладонями. Обольстительница с меня такая себе, но я старалась. Впервые в жизни. – Я… Могу постараться, чтобы тебе еще больше понравилось.

Дарио остановился и его тело напряглось так, словно стало стальным.

Но то, что он вообще остановился – могла ли я это считать своей победой?

Де Лука опустил взгляд. Сначала скользнул им по моей обнаженной груди, затем посмотрел мне в глаза. И я поняла, что его собственные сейчас были мрачными. Опасными, но, в тот же момент скрытыми тем, от чего по коже бежал безумный жар.

- Насколько ты постараешься?

- Поставь меня на ноги и увидишь, - произнесла на выдохе.

Некоторое время Дарио молчал. Смотрел на меня и наш зрительный контакт буквально прожигал воздух между нами.

Но, в итоге, Де Лука опустил меня на пол.

- У тебя дохрена хорошо получается манипулировать мной, - почему-то Дарио казался немного раздраженным. Словно ему не нравился сам факт произнесенных им слов. Зато они нравились мне. Я, конечно, понимала, что это лишь преувеличение. Навряд ли меня можно назвать манипулятором, но сама эта ситуация мне нравилась.

Правда, меня практически сразу захлестнуло ощущением, что я сама себя загнала в тупик. Наобещала чего-то и как теперь это выполнить?

Неуверенно подняв взгляд на Дарио, я тут же его опустила. Наверное, нужно что-нибудь делать, пока все вновь не зашло к тому, что я остановить не смогу.

Пытаясь хоть как-то совладать с собой, я сделала шаг к Дарио и положила ладонь на его ремень, собираясь его расстегнуть.

- Нет, сначала разденься, - Де Лука убрал мои ладони от своего ремня. – Ты будешь полностью голая мне отсасывать.

По коже скользнули мурашки. Может, возразить ему? Хотя бы ради того, чтобы Де Луке так просто ничего не доставалось. Но, с другой стороны, мы тут разве, как на войне? Возможно.

Вот только, я же ему обещала, что постараюсь сделать так, чтобы Дарио точно понравилось.

Медленно выдыхая, я пальцами поддела уже расстегнутый и частично приспущенный пояс джинсов, после чего потянула его вниз. Медленно. Никуда не торопясь. Снимая джинсы и затем берясь за колготки. Их тоже снимая очень медленно.

Было в Дарио то, что я не могла описать ни одними словами – то, как он на меня смотрел. Хочешь, не хочешь, но почувствуешь себя самой желанной девушкой на свете. И… я не могла отрицать того, что мне это нравилось. То, как у него темнели глаза. То, как дыхание Де Луки становилось более глубоким и тяжелым, когда он взглядом скользил по груди, талии и трусикам, которые, я была уверена, уже к сожалению были мокрыми.

Хотелось большего. Сказать – «Да, Дарио, смотри на меня. Только на меня»

Смотри. На. Меня.

Возможно, я этим пользовалась – тем, что нравлюсь Дарио. Старалась для него, как-нибудь особенно раздеться. Проявить свою женственность.

И… получается, манипулировать?

Это будоражило и, в тот же момент, казалось очень опасным. Возможно, я пожалею, но Дарио и так во многом был для меня первым. Почему бы ему не стать первым, перед кем я попытаюсь раскрыться, как женщина?

Оставшись лишь в трусиках, я подцепила их большими пальцами и потянула вниз. Смущения не было. Не сейчас. Под взглядом Де Луки я понимала, что действительно красива, а это уничтожало все смущение.

Полностью раздевшись, я подняла голову и посмотрела на Дарио. Мы встретились взглядами и та жаркая дрожь, которая пробежала по коже была по-настоящему мощной. Неконтролируемой.

- Встань на колени, - Дарио расстегнул ремень.

Лишь немного помедлив, я сделала так, как он сказал. На деревянном настиле лежал ковер. Наверное, жутко дорогой, но мягким он мне не показался. Правда, что-то такое сейчас точно не имело значения.

- Проси, чтобы я выебал тебя в рот, - сокращая расстояние между нами, Дарио расстегнул ширинку.

- Что? – я растерянно подняла на него взгляд.

- Проси, Романа, - Де Лука пальцами поддел мой подбородок. Сжал его, не позволяя отвести взгляд.

- Я не буду этого делать.

- Нет, будешь, - он большим пальцем ощутимо провел по моим губам. – Для меня ты станешь хорошей, послушной девочкой. Давай, покажи, как ты хочешь мой член.

Дарио достал свою возбужденную плоть и я невольно опустила на нее взгляд. Почувствовала, как дыхание застряло в горле и внизу живота начало ныть. Я далеко не впервые видела член Де Луки, но все равно никак не могла к нему привыкнуть.

- Просто… Просто сделай это, - немного помедлив, просто чтобы закрыть эту тему, добавила: - Пожалуйста.

Шеки начали гореть. Де Луке все-таки удалось вогнать меня в смущение.

- Паршиво просишь. Позже поработаем над этим, - Дарио горячей головкой провел по моим губам, после чего надавил на них. – Открой рот.

Глубоко вдохнув, я открыла рот и Дарио толкнулся внутрь. Головка скользнула по языку и прошла дальше. Слишком глубоко и я рефлекторно попыталась отстраниться, но Де Лука вплел пальцы в мои волосы и сжал их, удерживая на одном месте.

- Сиди смирно, - практически полностью выходя из моего рта, Дарио вновь сделал движение, уже теперь потянув меня на себя. Проникая еще глубже. Из глаз брызнули слезы и, как только Дарио вынул член, я сильно закашлялась, пытаясь отдышаться. – Расслабь горло, - он вновь толкнулся внутрь рта. – Ты на коленях надолго.

Я понятия не имела, что означало «расслабить горло», но попыталась сделать хоть что-то. Последовало еще несколько сравнительно медленных толчков, после которых Дарио намотал мои волосы на кулак, вошел особенно глубоко. Затем еще раз. Кажется, проверяя грань и в дальнейшем двигаясь исключительно на ней. Грубо, глубоко. Так, что у меня дыхания не хватало. Губы горели. Скулы ныли.

Вынимая член, Де Лука дал мне отдышаться и я тут же сделала несколько глубоких, рванных вдохов.

- Вылижи, - Дарио поднес член к моим губам и я, сделав глубокий вдох, языком провела от основания до головки. Затем вобрала ее в рот. Ладонью сжала возбужденную плоть у основания и провела по ней ладонью. Делая так несколько раз. Помогая себе языком.

Дыхание Де Луки стало еще более тяжелым. Его глаза потемнели и уже вскоре он вновь забрал на себя инициативу. Трахая меня в рот. Сжимая волосы. Так, что воздуха стало еще больше не хватать и, если бы Дарио время от времени не давал мне перерывы, я вообще не знаю, что со мной было бы.

Он был груб. Очень. Но почему-то тело на это реагировало. Внизу живота жгло, ныло, тянуло.

И тело пылало от того, как Де Лука практически нежно положил ладонь на мою щеку. То как он время от времени гладил и перебирал мои волосы, когда я пыталась отдышаться. И мне казалось, что я ненормальная, ведь в какой-то момент поймала еще одну странную реакцию моего тела. Ему нравилось то, как дыхание Де Луки становилось еще более тяжелым.

Еще несколько движений и Дарио вошел особенно глубоко. Удерживая. Не позволяя отстраниться.

Я почувствовала, как в горло брызнула горячая жидкость и, когда Де Лука вынул член, он сжал мои щеки и присел рядом со мной на корточки.

- Глотай.

Была бы возможность, я бы отвела взгляд, но, может, даже лучше, что этой возможности у меня не было.

Я проглотила и только после этого Дарио разжал пальцы.

- Молодец, - поднимаясь, Де Лука спрятал член. Застегнул брюки.

Я села на ковер. Попыталась отдышаться, но не успела. Дарио взял меня за запястье и потянул на себя, после чего вовсе поднял на руки.

- Почему… Почему ты несешь меня в спальню? – я завозилась.

- Хочу тебя отблагодарить. Ты было очень хорошей девочкой, - Дарио ногой открыл дверь. Внес меня в комнату и положил на кровать. Нависая сверху, так, что под его весом матрас сильно прогнулся. Наклоняясь ко мне, Де Лука своими губами набросился на мои. Целуя жестко, жадно, но практически сразу губами опускаясь ниже. Целуя грудь. Языком обводя сосок и вбирая его в рот. Пропуская по моему телу потоки сладкого, острого тока. Я и так уже была на грани и, казалось, лишь этого будет достаточно, чтобы получить оргазм.

Дарио отстранился и я недовольно замычала, но несколько раз растерянно моргнула, когда Де Лука лег на кровать и потянул меня на себя. Затем вовсе подхватил за талию и усадил на себя. Затем поднял меня выше.

- Что ты делаешь? – я пальцами схватилась за покрывало.

- Даю тебе возможность получить немного контроля надо мной, - он усадил меня так, что теперь мои коленки были по обе стороны от его головы и горячее дыхание коснулось моего лона. Я задрожала. Сильно. Прикусывая губу, чтобы сдержать стон. Чувствуя, как щеки запылали, ведь уже эта поза для меня казалась особенно извращенной. Но, опять-таки, трудно что-либо говорить про смущение и стыд, когда тело горит настолько сильно.

Дарио провел языком по моему лону и это было достаточно, чтобы я сильно прогнулась в спине, простонала и пальцами вцепилась в изголовье кровати. До такой степени, что пальцы онемели. Я перестала их чувствовать.

От ласки Де Луки я сходила с ума. Горела. Немного ерзала. Кажется, вплела пальцы левой руки в его волосы и слишком быстро подошла к грани, получая настолько мощный оргазм, что перед глазами потемнело и мне даже показалось, что меня выбросило куда-то выше облаков.

***

Лежа на кровати, я подбрасывала подушку и смотрела в потолок.

Уже утро. Дарио уехал еще ночью. Опять какие-то срочные дела. Я же только недавно проснулась и физически почувствовала, как голову тут же нещадно наполнили мысли.

Я думала о том, что произошло вчера вечером.

Если бы я дала хотя бы малейшую слабину, мы с Дарио переспали бы. И я не была уверена, что в следующий раз смогу остановить его. Что вообще захочу, чтобы Де Лука прекратил.

Печально, но меня действительно к нему тянет. Уже сейчас я не могла этого отрицать. Более того, я понимала, что химии между нами намного больше, чем между мной и Деймосом.

Это, как небо и земля, хоть и в свое время я считала, что влюблена в Деймоса. Думала, что таю от его прикосновений. Теперь же в сравнениях слишком многое познавалось. Будоражило разум. Приводило к выводам, с которыми я совершенно не понимала, что делать.

Как мне быть с Дарио?

Честно, наверное, я могла бы потерять с ним девственность. Уверена, мне бы понравилось. Вот только, эти сплошные «но» буквально душили, разъедали. Меня швыряло из стороны в сторону.

Может, все-таки переспать с ним, а с проблемами разбираться позже?

Почему-то меня сдавило от этой мысли.

С Дарио не плохо. Правда. Но, черт, он хочет от меня только секса. Получит его и на этом все. А что делать мне? Будучи попользованной идти на все четыре стороны?

Может, сегодня вечером поговорить с Де Лукой и спросить у него насколько серьезно он ко мне относится?

Стоило этому вопросу раздаться у меня в голове, как мои руки дрогнули и я не успела поймать подушку. Она упала мне на лицо.

Господи.

Черт.

Я уже собираюсь донимать Дарио вопросами о серьезности наших отношений.

Садясь на кровати, я взяла подушку и швырнула ее в стену. Пошло все к черту. Вот возьму и действительно вечером устрою Де Луке допрос.

То, что мы скоро расстанемся – это факт. Но, если мы в близости действительно перейдем грань, хочется знать, что он относится ко мне хоть немного более уважительно, чем просто к подстилке.

Поднимаясь с кровати, я потерла виски. Голова разболелась от новых мыслей. Проблема ведь не только в сексе, а и в том, что Дарио хочет, чтобы я на следующей неделе присутствовала на каком-то ужине. Была там, как влюбленная в него девушка. Все это, чтобы сделать больно врагу его отца.

Допустим, уже сейчас я могла бы изобразить влюбленную в Де Луку девушку, но, стоит мне прийти на ужин, как наши с ним отношения станут известным фактом.

Черт. Черт. Черт.

Я пошла в душ, а выйдя из него, решила, что мне срочно нужен кофе.

Написав Джовани, что хочу поехать в центр города, я переоделась и вышла из номера.

Прошла по коридору, собираясь спуститься в холл, где меня уже ждал Печенька, как кто-то внезапно схватил меня за руку и сильно дернул вправо.

Быстро обернувшись, я увидела Бетину. Сильно сжимая свою ладонь на моем запястье, она затащился меня в угловую зону рядом с лестницей.

- Почему ты вчера не пришла в ресторан? – ядовитым голосом спросила она, бросая в мою сторону по-настоящему злой взгляд.





Глава 53 Телефон


- Я же вчера сказала, что у меня навряд ли получится прийти, - я отдернула свою руку и, делая шаг назад, пальцами потерла запястье.

Ладонь у Бетины мягкая, утонченная, но почему-то ее хватка вызвала у меня омерзение, словно ко мне только что прикоснулась когтистая, костлявая лапа. Тем более, она поцарапала меня своими ногтями, оставив несколько видных покраснений на коже.

- Глупая… девчонка, - Бетина практически выплюнула эти слова.

Мне показалось, что вместо «девчонка» она хотела произнести что-нибудь похуже, но в самый последний момент сдержалась.

- Я тебе говорила, что ты многого не знаешь и не понимаешь. Я же тебе помочь могу и…

- Я не нуждаюсь в помощи, - я поправила воротник куртки. Пока что не застегивала ее. Собиралась это сделать на первом этаже. Как и надеть шапку, которая сейчас лежала в кармане.

В отличие от меня Бетина выглядела превосходно. Кажется, сейчас лишь восемь утра, но ее золотистые волосы уже были безупречно уложены. На лице легкий маккияж, подчеркивающих длинные ресницы и пухлые губы. Из одежды – платье, колготки, сапожки. На шее золотая цепочка с кулоном в виде цветка. На запястье – драгоценный браслет с камнями. И в ушах вновь круглые сережки.

- Ты вообще в курсе, что ты ведешь себя дико странно? – я плечом случайно задела листья огромного цветка, растущего тут в вазоне. – Настолько добрая, что решила помочь незнакомой девушке, которая, как я уже говорила, в помощи не нуждается? Тем более, ты ведешь себя чертовски агрессивно. Оставь меня в покое.

- Агрессивно? – уголки губ Бетины раздраженно дернулись. – Ты, дьявол тебя побери, точно не знаешь, что такое «агрессивно».

- Ты вчера подловила меня в уборной. Сегодня – когда я вышла из номера. Я не знаю, что тебе от меня нужно, но теперь тем более не собираюсь с тобой разговаривать. А если ты еще хоть раз…

- Замолчи, - девушка произнесла это резко и наружу вместе с этим словом выплеснулась злость. Я бы даже сказала, что ярость. Что-то случилось. Бетина явно была не в себе.

В коридоре тихо. Вокруг ни души. Дверь ближайшего номера находилась примерно в пяти метрах отсюда, но, кажется, он пустой.

Я все равно не боялась Бетину. Пусть меня нельзя назвать борцом, но Бетина ниже и явно слабее меня. Чуть что я и без посторонней помощи смогу себя защитить.

- Ладно. Хорошо. Давай поговорим честно, - раздраженно оглянувшись по сторонам, Бетина шумно выдохнула.- Мне глубоко плевать на тебя. Если я кому-то и хочу помочь, так это себе, но сейчас обстоятельства таковы, что и ты можешь остаться с существенной выгодой. Естественно, если получится сделать то, что мне нужно.

Я достала телефон. Сделала вид, что мне пришло сообщение и я хотела его смахнуть, но на самом деле я включила аудиозапись, после чего вернула телефон в карман.

В последнее время у меня вошло в привычку делать аудио. Насколько мне это поможет – неизвестно. Но даже те записи, которые я делала в доме Леоне, для меня много значили. Периодически я их пересушивала. Ими напоминала себе, какое же болото моя жизнь и то, что я уже не могу оставлять все так, как оно есть на данный момент.

- Я не знаю, что ты себе надумала, но ты с Де Лукой долго быть не сможешь, - продолжила Бетина. – Он наследник очень крупного клана. Одного из трех самых влиятельных в Италии. По правилам он должен жениться на той девушке, которая принадлежит его миру. И это точно не ты.

- О какой женитьбе ты говоришь? Дарио только девятнадцать, - я вновь плечом задела цветок и в итоге решила от него отойти.

Я знала про все эти правила. Кое-какие кланы их уже не придерживались, но это являлось редким явлением. Каморра к ним не относилась.

- У Де Луки уже сейчас должна быть невеста и она у него, кстати, есть, - Бетина изогнула губы в ухмылке. Понимая, что она смотрела на меня в явном желании увидеть мою реакцию, я решила изобразить неверие.

Лучше так, чем показать, что я знаю – я временная подстилка.

- Ее зову Элиза Морети, - продолжила Бетина. – Если не веришь мне, можешь спросить у любого из знакомых Де Луки. И тогда ты поймешь, кем на самом деле для него являешься.

- Зачем ты мне все это рассказываешь? – я поджала губы и свела брови на переносице. Посчитала, что лучше задать такой вопрос, чем разыгрывать сценку с «Я не верю. Ты лжешь и так далее».

Тем более, Бетина тоже кое-что скрывала. Элиза толком и не являлась невестой Дарио. По сути, он свободен.

- Чтобы ты понимала свое место. Оно точно не рядом с Дарио, но… - Бетина пальцем поправила сережку. – Рядом с ним могу быть я. Я из правильной семьи и отлично ему подойду.

- Ты только что сама сказала, что у него есть невеста, - скептически произнесла, изгибая уголок губ. – Или ее все-таки нет?

- Есть, но невеста – еще не жена. Все это можно поправить и, поверь, не я одна пытаюсь это сделать. А то, что Дарио сейчас в Турине, для меня отличный шанс, - Бетина наклонила голову набок. – Вот только, есть одна проблема. Ты, - она указательным пальцем ткнула меня в ключицу. Меня от этого чуть не вывернуло. – Временная девка, с которой у него назначены ужины в ресторане, хотя это время он мог бы провести со мной.

- С чего ты решила, что Дарио захочет проводить с тобой время? Даже, если бы меня тут не было…

- Это уже моя забота, как привлечь его внимание. Не твоя, - Бетина достаточно жестко меня оборвала. – Я тут, чтобы предложить тебе сделку. Я дам тебе денег, а ты свалишь. Нормальную сумму. Если ты расскажешь мне о нем что-нибудь интересное – то, что поможет установить с Дарио связь, я дам больше денег. Будь мне полезна и, поверь, ты не пожалеешь.

Я сделала очень медленный вдох, пытаясь совладать с эмоциями.

- Мне не нужны деньги.

Лицо Бетины изменилось. Уже перестало казаться настолько ангельским. Черты сильно исказились раздражением.

- Я же объяснила, что с Дарио тебе в любом случае ничего не светит. А сейчас, если ты пойдешь мне навстречу, хотя бы получишь выгоду. Или ты пытаешься быть хорошей и думаешь, что предашь ваши отношения, если свалишь? – Бетина издала несколько смешков. – Брось, он тобой просто пользуется! Нет у вас никаких отношений. Ты для него ровным счетом ничего не значишь.

- Во-первых, это решать не тебе. Во-вторых…

- Послушай меня, - Бетина опять пальцем ткнула меня в ключицу, этим будто приказывая мне замолчать. – Как видишь, я и так потратила свое ценное время на разговор с тобой. Потому, что решила сначала по-хорошему попытаться с тобой договориться. Но можно и по-плохому. Понимаешь? Не выводи меня из себя.

- И что же ты мне сделаешь?

- Я сотру тебя в порошок. Мой отец влиятельный и опасный человек.

У меня по коже пробежал холодок и, в тот же момент в груди начало жечь. Она угрожает мне Дериэнтом Редже?

- Оставь меня в покое, - я положила ладони в карманы куртки и сильно сжала телефон. – Иначе я расскажу Дарио про твой идиотский план.

Бетина сделала то, чего я не ожидала – она рассмеялась. Так, словно я сказала что-то по-настоящему забавное.

- Ну, давай, расскажи, - все еще улыбаясь, она скрестила руки под грудью. – Я скажу, что с тобой вовсе не виделась и посмотрим чьим словам больше поверят. Мне или какой-то подстилке. Не думаю, что до этого дойдет, но если потребуется, несколько девушек из очень уважаемых семей подтвердят, что я в это время была вместе с ними. Для меня даже будет лучше, если ты побежишь жаловаться к Дарио.

- А ты не думала, что в твоих словах нет логики? Зачем мне без причины говорить Дарио, что ты мне угрожала?

- Может, из зависти. Ты же вчера видела, как моя мать представляла меня Дарио и просила его уделить мне внимание на будущих мероприятиях. Возможно, ты решила, что я угрожаю твоему месту рядом с ним. Или ты за счет меня решила притвориться жертвой, в надежде получше привязать Дарио к себе. Вариантов много.

Эмоции внутри меня начали пробирать. В прошлом, я временами думала о том, какой является девушка, которой меня заменили в семье Редже. Но сейчас от встречи с ней ощущала только омерзение.

- Я даю тебе время до обеда. Определись и позвони мне. Ты же не потеряла визитку, которую я тебе дала?

- Я не хочу во всем этом участвовать, - я резко качнула головой.

- У тебя выбора нет. Поняла? Дарио Де Лука должен стать моим.

- Пожалуйста, прошу, оставь меня в покое…

- Ты с ним расстанешься, - Бетина оборвала меня. – Немедленно. Поняла? Иначе я сделаю с тобой то, из-за чего ты жить не захочешь. Если нужно, найду тебя в другом городе, - она скривила уголок губ. – Тебе точно не стоит меня злить. Я не потерплю, если все мои планы разрушатся из-за какой-то никчемной подстилки.

***

Проходя по номеру, я пальцами покрутила зажигалку Дарио. Он забыл ее на журнальном столике и я все последние часы с ней не расставалась.

В итоге я так и не пошла гулять по Турину. Учитывая ненормальность приемной дочери моих ро… супругов Редже, вернее, ее крайне неоднозначные намерения, я решила, что стоит быть осторожнее.

Тем более, уже обед. Наступил крайний срок, до которого Бетина позволила мне подумать, а я так и не перезвонила ей. И дело даже не в том, что у меня нет ее номера, поскольку я выбросила визитку. Так или иначе, я не собиралась с ней связываться.

Вновь проходя по номеру, я мысленно задалась вопросом – насколько Бетина серьезна? Может, все это лишь пустой треп?

Во всяком случае, мне следовало поговорить с Дарио.

Подойдя к креслу, я проверила лежащий на нем телефон. Примерно час назад я написала Де Луке и спросила, когда он освободится. Пока что ответа не было.

Прошло еще около получаса и я наконец-то получила сообщение от Дарио. Он написал, что только что вернулся в отель, но сейчас находится в номере Диониса.

«Я могу прийти к вам?» - написала ему.

«Да».

Накинув на себя одну из кофт Дарио, я вышла из номера. Закрыла дверь и прошла практически в самый конец коридора. Именно там находился номер Диониса. Почему-то они из него сделали что-то наподобие переговорной. Или рабочей зоны.

Остановившись около нужной двери, я несколько раз постучала. Потом еще раз. Дверь открылась и я увидела Диониса.

- Заходи, - он отошел в сторону, пропуская меня внутрь.

Вчера утром я уже была тут. Номер Диониса тоже состоял из нескольких комнат, но именно в первой они работали. Тут на столе лежали какие-то бумаги. Я старалась вообще не смотреть в их сторону. Не хотела увидеть того, что не следует.

Когда Дионис закрыл дверь, я собиралась спросить, где Дарио, но в итоге сама его увидела. Де Лука был на балконе. С кем-то разговаривал по телефону. И почему-то создавалось ощущение, что это очень напряженный разговор.

- У вас много работы? – я прошла к диванам и села на один из них.

- Не то слово. Через час мы опять уезжаем и до этого времени нужно кое-что успеть, - Дионис начал перебирать бумаги, словно что-то искал в них. – У тебя случилось что-то срочное?

- Не особо, - я отрицательно качнула головой.

Дарио занят. Очень. Это было прекрасно понятно и тут я пришла, чтобы поговорить про угрозы Бетины Редже, которые в итоге могут быть просто пустым трепом.

Черт, я что ли сама не могу справиться со своими проблемами?

Я даже подумала о том, чтобы уйти. Если настолько нужно, то поговорить с Дарио уже вечером, когда он будет свободен.

Но все-таки, я почему-то осталась сидеть на диване. Тут спокойнее, чем в пустом номере.

Через несколько минут в номер вернулся Дарио. Что-то просматривая на телефоне, он подошел ко мне. Положил ладонь на мой затылок, наклонился и поцеловал.

От Де Луки пахло улицей, холодом и сигаретным дымом.

- Почему ты в отеле? – отрывая взгляд от телефона, Дарио перевел его на меня. – Джовани сказал, что ты утром собиралась куда-то поехать, но в итоге передумала и теперь весь день сидишь в номере.

В груди расплылось тепло. Несмотря на занятость, Де Лука интересовался у Джовани насчет меня.

- Кое-что случи…

- Дарио, пришло подтверждение. В салоне Авогадро действительно начался какой-то движ. Делают ремонт наружных стен здания, - Дионис находился в другом конце комнаты и сказал это, быстро что-то перечитывая на телефоне.

А у меня дыхание застряло в горле. Я не сразу поняла, что услышала. Потом подумала, что точно ослышалась.

Де Лука выругался.

- Напиши Карбоне, чтобы он отправил туда несколько человек. Незаметно. Пусть следят, - сказал Дарио. – Это, блядь, охренеть, как не вовремя. Если узнают, кто ученик Авогадро, пусть смотрят, чтобы другие к нему не приближались. Я сам поговорю с ним, когда вернусь.

Я все еще держала в ладони зажигалку Де Луки и сейчас сжала ее с такой силой, что пальцы заболели. Затем вовсе онемели и по руке скользнуло острое покалывание.

Дарио обернулся ко мне. Хотел что-то сказать, но его телефон опять зазвонил. Когда Де Лука опустил взгляд на экран его глаза очень сильно помрачнели.

- Я сейчас вернусь, - это он сказал мне, после чего, отвечая на звонок, опять пошел к балкону.

Когда дверь за Де Лукой закрылась, я перевела нервный взгляд на Диониса.

Какого черта они только что разговаривали про мой салон и про меня? Что… Что происходит?

- А… случилось что-то плохое? – спросила, пытаясь выдернуть из бушующих мыслей хоть какие-то более-менее нормальные слова.

Во время этой поездки, Дарио при мне временами обсуждал со своими людьми кое-какие дела. Чаще всего я слышала просто обрывки фраз. То, что мне толком ничего не могло сказать, но я старалась и в них не вслушиваться. Придерживалась принципа – чем меньше знаю, тем лучше.

Но сейчас я промолчать не могла. У меня холодок пробежал по коже.

- Наоборот. Хорошее, - сказал Дионис, не отрывая взгляда от телефона, на котором он что-то быстро печатал. – Просто не вовремя.

- Почему?

- Потому, что мы тут, а человек, который нам нужен, судя по всему, наконец-то объявится в Неаполе. И будет охренеть, как нехорошо, если во время нашего отсутствия его перехватит кто-то другой.

Отлично. Теперь мои нервы сжались еще сильнее.

- И зачем же вам нужен этот человек? Просто… Обычно, если Каморра кого-то ищет, ничем хорошим это для человека не заканчивается и… - я запнулась и сильно прикусила кончик языка. Как мне правильно сформировать этот разговор?

- Мы не такие звери, как ты думаешь, - Дионис качнул головой. – И этого человека мы ищем, чтобы присоединить к нам. Более того, если все пройдет хорошо, он женится на кузине Дарио.

Я не знаю, какую степень недоумения и непонимания Дионис увидел на моем лице, но он очень медленно выдохнул и произнес:

- Навряд ли ты это поймешь. Да и тебе оно не нужно.

Я постаралась как можно более спокойно пожать плечами.

- Просто интересно, что у вас такого происходит. Что это за человек такой, которого… вы хотите женить на кузине Дарио.

У меня мысли еще сильнее запутались. Все еще речь идет обо мне или нет? Черт, как же мало я знала и понимала.

- Не только мы. Многие кланы хотят предложить ему невесту из своих, - допечатав сообщение, Дионис положил телефон в карман, после чего пошел к столу, продолжая перебирать бумаги. – Ндрангета, Коза Ностра, Емпаро. Список долгий. Но, поскольку этот человек изначально из Неаполя, мы тем более не можем допустить, чтобы он покинул город и переехал в какое-нибудь другое место. Он должен остаться у нас. Как минимум в Кампании. Но лучше, если он женится на кузине Дарио. Она очень хороша собой и, уверен, у нас дохрена шансов.

- Это… Ты сейчас говоришь про какого-то ученика… Авогаридо? – я намеренно исковеркала фамилию моего Бога. Не понимала, как еще притвориться, что толком не в курсе и вообще не особо вникала в их разговор.

- Авогадро, - поправил меня Дионис. – Да, про его ученика. И тебе в дальнейшем лучше или не произносить его фамилию, или делать это правильно. Этот человек был легендой. Кое в чем многим помог. Его уже какое-то время нет в живых, но многие кланы остались ему должны. В том числе и Каморра. Неправильно произнесенную фамилию могут посчитать невежественным оскорблением.

Я опустилась на диване, очень медленно выдыхания.

Господи, это получается у меня есть претендентки на роль невесты?

В голове вспыхнул крайне глупый и неуместный вопрос – интересно, у кого больше «невест», у меня или у Дарио?

Хотя они мне, конечно, по понятным причинам не нужны.

Я еще попыталась задать Дионису несколько вопросов, но уже теперь он был слишком занят бумагами и то, что для меня являлось крайне важным разговором, для него выглядело лишь, как простой интерес, который он из-за занятости утолить не мог. Или не хотел. Все-таки это касалось дел Каморры и что-либо более глубокое он мне рассказать не мог.

Я хотела подойти к мини бару и взять бутылку с водой, как почувствовала, что мой телефон зажужжал. Достав его из кармана, увидела, что мне звонил Ариго.

- Я пойду к себе. Не хочу вас отвлекать. Тем более, вы уже скоро уезжаете, - сказав это Дионису, я вышла в коридор.

Когда я дошла до номера, который занимали мы с Дарио, телефон уже перестал жужжать, но, закрывшись в спальне, я перезвонила Ариго.

- Привет. Как ты? – спросил он, отвечая на мой звонок.

- Нормально. Наверное, - я потерла лицо ладонью, садясь на край кровати. – Я только что кое-что услышала.

Я попыталась как можно более подробно пересказать разговор Дарио и Диониса, а потом то, что услышала от Диониса.

- И что тебя удивляет? – на заднем фоне у Ариго было шумно. Возможно, он сейчас на улице.

- Ну, даже и не знаю. Может то, что оказывается, кланы для меня жен готовят? – саркастично поинтересовалась.

- Они считают, что ученик моего деда это парень лет двадцати пяти и готовятся к твоему появлению в меру своих возможностей и предположений. А насчет того, что Де Лука узнал про начало ремонта – я поэтому и говорил, что тебе в этот период рядом с салоном лучше не появляться. Это здание имеет определенную славу. В строительных компаниях тоже есть люди, которые кое-что знают, поэтому слухи и пошли. Думаю, новость донеслась не только до Каморры. Поэтому Де Лука и сказал, чтобы его люди присматривали за тем, чтобы к тебе больше никто не приближался.

- Он имел ввиду другие кланы?

- Да. Но это ничего не меняет. Все это ожидаемо.

Я легла на кровать и, прижимая телефон к уху, посмотрела на потолок.

- Все равно для меня все это странно. Ремонт начался только вчера и…

Я замолчала. Подняла ладонь и ею потерла лицо. Как бы объяснить то, что сейчас творилось в моей голове?

- Знаешь, мой дед… Возможно, он понимал, что ему недолго осталось и какое-то время перед смертью, он уже начал всем рассказывать про тебя.

- Я думала, что ты первым рассказал о том, что у сеньора Авогадро был ученик. Уже после смерти твоего дедушки.

- Нет. Конечно, нет. Если бы все было так, твое положение было бы не таким устойчивым. Мой дед еще при жизни начал выстраивать для тебя почву. Он очень тобой гордился. Ты даже не представляешь насколько. Он ведь был еще тем сухарем. Никогда толком не проявлял эмоций, но когда он рассказывал о тебе… Про твой талант, про то, что ты точно превзойдешь его, у него глаза горели.

- Ты серьезно? – у меня в груди сильно защемило. Я никогда не слышала похвалы от своего Бога. Максимум, он мог сказать мне «Это получилось не сильно ужасно». В основном он говорил мне, что я бестолочь.

И настолько дико было узнать, что, оказывается, он мной гордился. Я, конечно, понимала, что Авогадро счел меня достойной перенять его дело, раз он оставил мне свой салон, но…

- Да, серьезно. Я бы с таким не стал шутить. Мой дед так расхваливал тебя и твои золотые руки, говоря, что таких, как ты больше нет, что все остальные стали просто жесть, как заинтригованы. От тебя очень многого ожидают. Поэтому, да, кланы хотят тебя увидеть. Но есть еще кое-что. Многие и правда были должны моему деду. Постоянно спрашивали, чем могут отплатить. Ты же знаешь – отдать долг это дело чести. Дед отмахивался. Ему ничего не требовалось. Но он говорил, что чуть что они смогут отдать долг уже его ученику.

- Подожди. Это ведь неправильно. Ты его внук и…

- О, нет. Спасибо. Мне не нужна какая-либо связь с кланами. У меня другая дорога и планы в жизни.

- Но все равно, если кто-либо должен сеньору Авогадро, это должно быть обращено именно к тебе.

- Я уже сказал – мне это не нужно. И дед сам переадресовал это на тебя. Таким образом он дал понять, что именно ты его прямое продолжение. Во всем, - на заднем фоне стало тише. Кажется, Ариго вошел в здание. – Покажи, что ты достойна быть его ученицей и ты очень многое получишь. Только, черт раздери, осторожнее с твоей связью с Де Лука.

- Иначе он женит меня на своей кузине? – я фыркнула. Хотя, сейчас было не время для шуток.

- Ты понимаешь, что я имею ввиду. Кланы будут пытаться тебя переманить. Ты это понимаешь, а Каморре, тем более, не выгодно, чтобы ты покидала Неаполь.

- Ты раньше говорил, что сеньор Авогадро не имел никакой связи с Каморрой.

- Какой-то особенной – нет. Разве что дон Каморры иногда заходил к нему в салон. Они разговаривали. Пили виски. Но так периодически делали и другие доны. Мой дед для себя никого особенно не выделял, но все-таки он жил в Неаполе и Каморра к этому привыкла.

***

Отложив телефон, я перевернулась на живот и лицом уткнулась в подушку. Мы с Ариго о многом поговорили, но сознание до сих пор царапали слова о том, что сеньор Авогадро, оказывается, настолько сильно мной гордился. Так много сделал для меня.

Я сильно зажмурилась, но все равно чувствовала, что глаза начало покалывать.

Говорила ли я ему насколько сильно благодарна за то, что он взял меня в ученицы? Хоть когда-нибудь?

Сеньор Авогадро знал, что я восхищена его работами и, часто уходя из его салона, произносила «Спасибо за урок».

И это все?

Мы очень часто ругались. Спорили. Он называл меня бестолочью, а я его грубым стариком.

Но, если бы не он, я даже не знаю, что со мной было бы.

Приняв меня к себе, сеньор Авогадро спас меня. Уже тогда. Часто выслушивал. Дал мне ощущение семьи. Того, что я хоть кому-то небезразлична.

А я… Что я? Даже толком его не отблагодарила.

Глаза начало сильнее покалывать и я, перевернувшись на бок, скрутилась калачиком, лбом уткнувшись в коленки.

Почему, пока сеньор Авогадро был жив, я не сказал ему все, что нужно? Почему не обняла? Теперь я могу разве что сходить к нему на могилу. Там произнести все эти слова.

Но, черт раздери, он меня больше не услышит.

Мой телефон, отброшенный на подушки, зажужжал. Изначально я это проигнорировала, но, когда телефон замолчал, а потом вновь ожил новым входящим звонком, я подняла на него взгляд.

На дисплее высветилось имя Деимоса.

У меня внутри все сжалось. Последние дни я не пыталась с ним связаться. Уже не видела в этом смысла. Особенно, если учесть то, что он сам меня игнорировал. А ведь я просто хотела узнать все ли с ним в порядке.

Но все-таки, у Деимоса сейчас не самый легкий период в жизни. Его отец в больнице. Поэтому мне хотелось хотя бы этого последнего разговора между нами.

- Да, - произнесла, отвечая на звонок.

- Здравствуйте, - из динамика донесся глухой, женский голос.

Я приподняла бровь и, посмотрев на дисплей, попыталась понять не ошиблась ли я. Но, нет, это и правда был номер Деимоса.

- Простите, это ведь номер…

- Деимоса. Я его мать Панайота Николау, - уже теперь голос показался мне не просто глухим. Скорее стеклянным, пустым. – А вы… Романа. Деимос часто рассказывал мне о вас. Говорил, что… что хотел привезти вас. Познакомить нас. Вы ведь встречались? Но… Простите, я пока искала ваш номер в телефоне Деимоса, немного прочитала вашу переписку. Вы… расстались? Да? Но… я… я все равно решила позвонить вам… Пусть… Пусть и с опозданием.

Последние слова сорвались на судорожных всхлипах и мое сердце остановилось. Происходило что-то очень нехорошее.

- Что случилось? – я села на кровати, опуская босые ступни на пол.

- Мой сын… его избили и изуродовали. Бросили в канаве. Моего… Моего мальчика, - слова постоянно тонули во всхлипах. – Простите, я все еще не могу… Не могу прийти в себя.

У меня в груди все похолодело. Натянулось. Словно покрылось коркой льда и начало тянуть, будто кто-то пытался лапами разорвать мне все внутренности.

- Что… что с ним сейчас? – быстро спросила, сама этого не понимая, ладонью до онемения сжимая покрывало. – Деимос сильно пострадал?

- Его… Вчера были похороны.

Я сжала телефон с такой силой, что, казалось, об него поломаю пальцы и, в тот же момент, рука ослабла настолько, что, создавалось ощущение, я не смогу удержать телефон.

Мои губы исказились в каком-то непонятном подобии ненормальной улыбки. Это ведь шутка. Ненормальная, идиотская шутка.

- Он… Он… Мой мальчик умер не сразу. Он практически сутки пробыл в коме и… и…

Мне захотелось закричать. Дать понять, что это чертовски паршивая шутка. Попросить эту женщину замолчать. Не говорить мне всего этого.

Она ведь не его мать.

Мама с таким бы шутить не стала.

И вообще все это… мне кажется, слышится. Я сплю. Точно.

- Я понимаю, что вы разорвали… отноше… отношения с моим сыном, но он… правда вас очень любил. Только о вас и говорил и… мне… Я не знаю стоило ли мне вам звонить, но…

Я даже не понимала, что ответила ей. Кажется, поблагодарила за звонок, который она сделала несмотря на ее состояние. Сказала, что Деимос был мне очень дорог.

Что я еще говорила?

Не знаю.

Эта женщина плакала. Я была не в себе, а, когда разговор был окончен я тут же дрожащими пальцами вбила в сеть запрос. Оказалось, это не просто. Пришлось пользоваться переводчиком на греческий язык и уже тогда мне выбилось достаточное количество запросов. Статьи, в которых говорилось про смерть Деимоса.

Всех их я пропустила через переводчик. Читала и чувствовала, как меня начинает трясти. До такой степени, что я в итоге не смогла удержать телефон. Он упал на пол и отлетел к столу.

Дверь за моей спиной открылась. А я не могла даже обернуться. Или вообще сделать вдох.

- Так, почему ты сейчас в отеле? – позади раздался голос Дарио. – Ты собиралась сегодня поехать в центр.

Я не знаю каким образом, но все-таки я заставила себя обернуться к Де Луке.

- Это… ты его убил? – я не узнавала собственный голос.

Застегивая наручные часы, Дарио поднял на меня взгляд.

- Кого?

- Деимос. Это из-за тебя… Ты… О, господи, это точно ты. С ним это сделали как раз после того, как… - то, что срывалось с моих губ навряд ли можно было назвать словами. Скорее невнятным, ненормальным бормотанием.

Но Дарио все понял. Это было ясно по его лицу. Вот только, толком никаких эмоций оно не отобразило. Не те, которые должны были появиться у нормального человека.

- Значит, ты уже знаешь? – спросил он так, словно мы говорили о подгоревшей яичнице. Или о чем-то еще более несущественном. – Опять пыталась связаться с ним и кто-то тебе ответил?

Внутри все надломилось. Порвалось. И это было куда больнее, чем вообще можно себе представить.

- Зачем? Зачем ты это сделал?! – я не просто спрашивала. Я кричала.

- Потому, что мне захотелось. Ему не стоило касаться тебя.

Я попыталась сделать вдох. Не получилось. Я будто задыхалась. Тело начало трясти и, кажется, я закричала. Какие-то слова или просто вопль полный боли – я не понимала. Я даже не осознавала того, что схватила вазу и бросила ею в Дарио.

- Романа, успокойся, - Де Лука попытался меня перехватить, но я вырвалась.

- Успокоиться? Может ты скажешь это его матери? Ты… Ты чертов…

Я опять что-то схватила, бросила, кричала, плакала. Совершенно не могла себя успокоить, но и не пыталась этого сделать. Находилась далеко за гранью истерики.

Дверь вновь резко распахнулась. В спальню вбежал взъерошенный Дионис.

- Что случилось? – спросил он, смотря на то, как Де Лука попытался меня удержать.

- Она узнала про…

Я толком не слышала их слов. Не за своим плачем и криками. Кусала Дарио. До крови его царапала. Кажется, сквозь слезы вопила о том, насколько сильно его ненавижу. Даже несмотря на то, что уже сорвала горло и его теперь раздирало.

Дионис выругался. Кажется, что-то быстро сказал Де Луке.

- Романа, черт, ты сейчас на осколки наступишь, - Дарио попытался поднять меня на руки, но я его ударила. Ногтями впилась в кожу.

Я все еще кричала, ревела, вырывалась, разбивала все, что попадалось под руку. Долго. Так, что меня бросало из стороны в сторону и Де Лука не мог меня удержать. Всякий раз, когда он пытался это делать, я совсем безумила. И так было до тех пор, пока Дарио быстро не сказал Дионису кого-то немедленно привести.

Вскоре в номер вбежало несколько мужчин. Меня держало трое – Дарио, Дионис и еще какой-то громила, пока какой-то мужчина что-то мне вкалывал.

Вскоре я отключилась.

***

Мне снился Деимос.

Он улыбался. Как и обычно на его щеках виднелись настолько красивые ямочки. Я смотрела на них и чувствовала, как биение сердца постепенно успокаивается.

Он тут. Рядом. Жив.

Кажется, я шла за ним. Извинялась. Говорила, что во многом по отношению к нему поступала неправильно, а он все сильнее и сильнее отдалялся. Пока я не оказалась на кладбище. На том месте, где мои слова уже никто не услышат. Там уже ничего не исправить.

И перед глазами начали вспыхивать отрывки статей. «Зверски избит», «Изуродован», «Сломаны кости».

Читая все эти слова, я опять кричала. Царапала саму себя. Захлебывалась собственным плачем.

Пока картинка не сменилась. Я стояла в книжном магазине. В том самом, в котором мы с Деимосом подрабатывали.

Он вновь рядом со мной. Не на кладбище. Не в земле.

Кажется, он мне что-то говорит. Точно. Это ведь момент нашей встречи. То, как мы впервые заговорили. С этого все началось.

Но уже теперь я резко отпрянула от него. Кажется, закричала, что нам лучше не находиться рядом друг с другом. Не общаться. Не видеться.

Он с непониманием смотрит на меня и спрашивает «Почему?».

«Потому, что из-за меня тебя не станет» - срывается с моих губ.

Я переполнена надеждой, что сейчас все исправлю и он точно останется жив, но картинка плывет. Сменяется темнотой. Сознание рябит, после чего я пусть и с трудом, но открываю глаза.

Я не могла понять, где нахожусь. Лишь, попытавшись проморгаться, смогла рассмотреть очертания отельного номера.

Надо мной навис Дионис. Кажется, это был он.

- Ты очнулась? – спросил он. – Я сейчас позову Дарио. Он буквально на минуту вышел. Тебе вкололи успокоительное. Ты можешь чувствовать слабость, но…

- …док… - прошептала я, еле шевеля губами.

- Что?

- Ты ублюдок. Ты тоже знал… - произнесла на выдохе. – Говоришь, Каморра не такие звери, как я думала? Вы гребанные твари.

Дионис некоторое время смотрел на меня молча. Его лицо было напряженно.

Позже он что-то сказал, но я слышала лишь отрывки.

- Я говорил ему, что… Ты ему слишком… Дарио из-за тебя… Ненормален, сожалею…

Я опять провалилась в темноту. Но там лучше. Уже теперь реальность, как кошмар, а во сне все нормально. Там Деимос жив. Мы вновь в книжном магазине. Я почему-то верю, что точно смогу все исправить. Раз за разом обрываю нашу первую встречу, пока мы не возвращаемся на исходную позицию. Иногда я даю себе слабину. Просто разговариваю с ним. Даже обнимаю. Плачу и бесконечно извиняюсь.

***

Когда я вновь очнулась, на улице уже было темно. Рядом с кроватью в кресле сидел Дарио. Волосы растрепанные. Сигарета в руке. В остальном же он настолько безупречный, как и всегда.

- Очнулась? – поймав мой взгляд, Де Лука потушил сигарету. – Как ты себя чувствуешь?

Я ничего не ответила. Не смогла. Или не хотела. Не знаю. Я просто смотрела на Дарио, понимая, как сильно изменились мои чувства к нему. Их больше не было.

Лишь недавно, я тянулась к нему, ревновала, думала о том, что он по-настоящему привлекателен. Намного сильнее, чем вообще кто-либо другой в этом мире.

А сейчас смотрела на него, как на совершенно другого человека.

Того, кого я ненавидела настолько, что меня изнутри заживо сжигало.

- Романа, ты меня слышишь? – Де Лука наклонился ко мне.

Я медленно закрыла глаза, надеясь, что смогу опять провалиться в темноту. Там лучше. В моих снах Де Луки не было. А любое место, где его нет, уже можно считать раем.

- Посмотри на меня. Я знаю, что ты меня слышишь.

Я никак не отреагировала. Уже теперь понимала почему – не хотела.

***

- Что ты, черт раздери, ей вколол? – из соседней комнаты донесся голос Дарио.

- Обычное успокоительное. Сеньор Де Лука, я… я могу ошибаться, но тут скорее всего дело в психическом состоянии, - голос мужчины был встревоженным. Испуганным. Кажется, он врач. Наверное. Хотя, мне плевать. – Она… Она выглядит сломанной. Скорее всего, нужен другой врач. Не я.

Сломанная? Я?

Нет, сломанной я точно не являлось.

Или же я ошибалась?

Прошли уже сутки с тех пор, как мне позвонила мать Деимоса. Все это время я лежала на кровати. Уже теперь не отключалась из-за успокоительного, но не шевелилась, не ела, не пила. Практически не моргала.

Я даже в туалет не вставала. Казалось, что не чувствовала своего тела.

И, тем более, я ни с кем не разговаривала.

Дарио постоянно пытался вывести меня на диалог, но я просто смотрела сквозь него. Думала. Так, что мыслями можно было захлебнуться.

Я саму себя ненавидела за то, что помнила – в какой-то момент, я начала раздражаться из-за того, что Деимос мне не отвечал. Думала, что неужели ему настолько трудно просто взять и перезвонить мне? Потратить одну чертову минуту?

А в это время его избивали, уродовали, ломали кости.

Позже, я перестала ему звонить, считая, что это бестолково.

Оказывается, что в это время человека, от которого я решила не ждать звонка, больше нет. И звонка от него естественно не будет. Вот только, не из-за моих эгоистичных предположений.

Деимоса не стало из-за меня. И я никогда… Никогда и ни за что об этом не забуду.

Дарио вошел в комнату. Подошел к кровати. Опять склонился надо мной.

- Романа, черт, поговори со мной. Хочешь накричи, но скажи хоть что-нибудь, - он ладонью прикоснулся к моей щеке и это вызвало у меня столько отторжения, что я не выдержала.

Впервые пошевелилась. Взяла одеяло и с головой укрылась, переворачиваясь на бок.

Кажется, Де Лука медленно выдохнул.

- Хорошо. Ты хоть как-то реагируешь, - матрас прогнулся, когда Дарио сел на край кровати. – Знаешь, я уже немного начал забывать о том, как ты тряслась от страха, когда узнала, кто я. Мне следовало быть с тобой мягче. Но я слишком…

- Со мной быть помягче? Ты… Ты убил… его…

Дарио положил ладонь на мою талию. Даже сквозь одеяло это ощущалось как что-то нестерпимое.

- Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, но я не буду лгать - я не сожалею об этом. Теперь ты в любом случае никогда не посмотришь в его сторону. То, как ты была одержима им, это ненормально. Тебе следует успокоиться и забыть о нем.

Мне вновь перестало хватать воздуха. Ладони задрожали и сознание наполнилось трещинами. Они были глубокими. Практически, как пропасти.

Одержима? Мне просто нравился Деимос. Иначе бы я не стала с ним встречаться, но… черт… Я не хотела думать о том, что в итоге в какой-то момент Дарио начал нравиться мне больше. Уже теперь такие мысли отравляли.

- Я не… Ты… Только из-за этого?.. – я не могла закончить вопрос. Сорванное дыхание не позволяло этого сделать.

- Потому, что ты моя, Романа, - Дарио ладонью провел по моей спине. – Во всех смыслах. Я по отношению к тебе очень серьезен. Ты даже не представляешь насколько и…

- Я хочу уйти от тебя, - мой голос не дрожал, когда я произносила это. И я понимала, почему – то, что я только что произнесла, это самое желанное. Неоспоримое. То, что мне сейчас требовалось куда сильнее, чем дышать. – Я больше не хочу находиться рядом с тобой.

Ладонь Де Луки сжалась на моем бедре.

- Нет. Это исключено. Если тебе нужно время, хорошо, я тебе его дам. Пока что ты не будешь ложиться ко мне в постель, но, Романа…

- Ты думаешь, я еще хоть когда-нибудь позволю тебе прикоснуться ко мне? – тело вновь пробрала неконтролируемая дрожь. Я понимала – еще немного и меня начнет трясти.

Как он вообще мог считать, что после такого между нами еще может хоть что-нибудь остаться?

- Ты моя женщина…

Дальнейшие слова Де Луки я не слушала. Не была уверена, что и предыдущие уловила правильно, так как, тяжело дыша сразу же закопалась в свои мысли.

Разговаривать с Де Лукой нет смысла. Я больше не хочу этого делать. Ни за что. Никогда. Ситуация с Деимосом это доказала и я больше не собиралась произносить в его сторону хотя бы слово.

Дарио что-то говорил. Пытался вывести меня на диалог. Ладонью гладил по спине, но я не реагировала. Молчала.

Спустя какое-то время, когда Дарио вышел из спальни, я выглянула из-под одеяла и потянулась к своему телефону, лежащему на тумбочке.

Мне следовало позвонить Ариго, но я не могла. В соседней комнате постоянно кто-то находился. Меня услышат.

Поэтому пришлось написать ему сообщение. Чертовски длинное сообщение.

Начала я его своими извинениями за то, что солгала. Ничерта мои отношения с Дарио не были добровольными. Не изначально. Хоть и позже я, к сожалению, кое-что к нему почувствовала.

Я написала Ариго обо всем. Без утайки. И закончила сообщение словами про Деимоса.

Не изменились те обстоятельства из-за которых я против воли начала встречаться с Де Лукой, но уже теперь я понимала, что не смогу находиться рядом с ним. Никак.

Насколько бы тяжелее не был бы тот путь, который я сейчас выбирала, я была готова на все, что угодно лишь бы не иметь никакой связи с Дарио.

Я написала Ариго обо всем честно. Просила помощи, пусть и не открыто. Была готова действовать и без нее, но примерно через полчаса от него пришел ответ:

«Я тебя заберу. Тебе изначально следовало мне все рассказать»

Пока я переписывалась с Ариго, в спальню вошел Дарио. С ним был Дионис.

- Тебе нужно поесть, - Дарио попытался убрать с меня одеяло, но я сама его отбросила, пряча телефон под подушку.

Садясь на кровати, я закричала:

- Джовани!

Дарио и Дионис застыли. Дверь приоткрылась и в спальню заглянул Джовани, судя по всему не понимающий, что происходит. Я знала, что он в гостиной, так как видела мужчину, когда открывалась дверь.

Джовани сначала посмотрел на меня, затем на Дарио.

- Да, госпожа Леоне? – спросил он, вновь переводя на меня взгляд.

- Я хочу прогуляться и я бы предпочла это сделать одна, но, поскольку вы в последние дни меня сопровождали, ставлю вас об этом в известность. Вдруг вы захотите и сейчас пойти со мной, - надо же, окажывается я была способна на более-менее длинные и ровные фразы.

Я сползла к краю кровати и босыми ступнями встала на пол.

- Романа, я не думаю, что тебе сейчас следует куда-то идти. Ты почти сутки не вставала с кровати, - Дарио взял меня за руку, но я резко ее отдернула, после чего опять обратилась к Джовани:

- Я через двадцать минут буду готова.

- Но, госпожа Леоне, господин Де Лука… - начал Джвани, но я жестко его оборвала.

- Меня достало сидеть в этом отеле. Я иду на прогулку. Если меня не выпустят, выйду отсюда через окно.

Возможно, они и правда считали, что я сейчас не в себе, ведь после слов о выходе из окна, мое желание о прогулке, никто оспаривать не стал.

Я пошла переодеваться. Выбрала для этого ванную комнату, но еще до того, как я успела закрыть дверь, ко мне вошел Дарио. Он взял мое лицо в ладони, начал осыпать его поцелуями. Горячими, короткими, быстрыми.

- Черт, Романа, прекрати. Пожалуйста, - шептал он между поцелуями. – Давай, нормально поговорим.

- Джовани! – я громко, изо всех сил закричала. – Помоги! Ко не прицепился какой-то ублюдок!

Вообще-то Джовани работал на «этого ублюдка». Я об этом прекрасно помнила, но подобное не помешало мне продолжить кричать и вырываться.

И это помогло. Дарио все-таки оставил меня в покое.

Но, когда я выходила из номера, он пошел вместе со мной. Сказать, что меня это не радовало, значит, ничего не сказать, но, плевать. Его присутствие ничего не значит. И ничего не меняет. Разве что еще сильнее подталкивает к жажде немедленно все оборвать.

Я немного прошла по городу. Несколько кварталов, после чего зашла в ресторан, о котором в сообщении писала Ариго.

Джовани остался на улице. Мы с Дарио поднялись на второй этаж. Я шла немного впереди, пытаясь делать вид, что мы не вместе, пока Дарио не взял меня за руку и не переплел наши пальцы.

По телу скользнули царапающие мурашки. Лишь одно его прикосновение и меня начинало жечь от отторжения. А ведь еще недавно я думала о том, что смогу отдать ему свою девственность.

- Так сильно переживаешь из-за него? – мрачно спросил Дарио, сильнее сжимая мою ладонь.

Этого вопроса было достаточно, чтобы мое сознание вновь колыхнулось и начало трещать. Переживаю?

Переживаю?!

Мне стоило немалых усилий удержать себя в руках, чтобы не случилось новой истерики. Сейчас для нее не время.

Мы вошли в одну из отдельных комнат. Дарио отодвинул для меня стул и я на него села.

Возможно, из-за того, что я кое-как контактировала с Де Лукой, он решил, что возможно, я с ним поговорю, из-за чего раз за разом что-то мне говорил. Я не слушала. Молчала. Когда вошла официантка, сделала заказ, после чего поднялась.

- Куда ты? – напряженно спросил Де Лука, подавшись вперед.

- В уборную.

Я все-таки что-то сказала ему. Сожалела об этом, но Дарио немного расслабился. Хоть и пошел за мной.

Отлично. Он теперь меня и в уборную сопровождает?

Я зашла в нужную комнату. Закрыла дверь и включила воду.

С противоположной стороны находилась еще одна дверь. Тут в уборную два входа, выходящих в разные коридоры. Я это заметила вчера, когда пришла сюда позавтракать.

И сейчас, не сомневаясь ни мгновения, вышла из уборной, через вторую дверь. После чего побежала. Пользовалась тем, что в этом коридоре никого не была. Очень спешила. Пытаясь не запутаться, спустилась вниз и нашла запасной выход.

Покидать ресторан через главный вход было бы провалом. Там Джовани.

Выйдя в небольшой дворик, огражденный деревянным забором, я пошла к воротам. Возможно, персонал тут курил, отдыхал, так как тут были столики, но точно не предназначенные для посетителей.

Я уже практически была около ворот, как кто-то внезапно перехватил меня за шиворот куртки. Сильно дернул, скрутил и зажал рот рукой, так, что мой крик превратился в сдавленное мычание.

Сердце забилось словно обезумевшее. Тело пронзило острой болью и сознание зарябило паникой.

Какого черта? Это кто-то из людей Дарио?

- Молчи, иначе сверну тебе шею.

Голос прогрохотавший рядом с ухом, был мне не знаком, а, когда этот мужчина потянул меня вправо и я наконец-то хоть как-то смогла на него посмотреть, поняла, что его не знаю. И этот верзила не похож на людей Дарио. Они ходят в классических костюмах. Он же одет в джинсы и свитер. На лице щетина.

Он выволок меня в проулок. Все еще сжимая мою куртку. Рукой закрывая рот и сильно встряхивая, когда я судорожно попыталась вцепиться в столб или вообще хоть как-нибудь вырваться.

- Продолжишь вырываться и я тебе что-нибудь сломаю. Поняла?

Он закинул меня на заднее сиденье минивена. Сжимая мой рот рукой, буквально вбил мою голову в сиденье, из-за чего перед глазами поплыло. Сердце гулко застучало. Сознание работало так, будто было готово сгореть и я панически наблюдала за тем, как мужчина вытащил что-то из кармана. Оказалось – телефон.

Набрав номер, он приложил его к уху.

- Бегом к машине. Я поймал ее. Она какого-то черта вышла со стороны кухни.

Отключив звонок, он набрал другой номер. На этот раз ответа ждал немного дольше.

- Да, госпожа Редже. Мы поймали ее. Повезло. Я ждал вашу официантку, а тут она вышла со стороны кухни.

У меня в груди все заледенело. Госпожа… Редже?

Бетина?

Так слова этой суки не были пустым трепом?

Господи, она совсем ненормальная?

- Мы заберем ее. Да. Вам нужно, чтобы она под ногами не путалась? Мы это сделаем. Но уже сами решим, как с ней поступить, - он окинул меня взглядом, им останавливаясь на груди. – Девчонка реально не плохая. Парням она понравится. Они таких раньше не видели. Да и я тоже.

Мое сердце оборвало биение и рухнуло вниз. Руки задрожали и я, каким-то образом, взглядом зацепившись за стеклянную бутылку с водой, лежащую рядом на сиденье, прежде чем поняла, что делаю, схватила ее. Замахнулась и со всей силы ударила мужчину по голове.

В машине было невозможно нормально замахнуться, но первого удара было достаточно, чтобы верзила растерялся. Взвыл от боли и ослабил хватку. Кажется, он собирался схватить меня за шею, но я выскользнула и еще раз его ударила. Потом еще и еще. До тех пор, пока на мое лицо не брызнула кровь, а мужчина не рухнул на сиденье.

Мое дыхание нельзя было назвать нормальным. Как вообще состояние. Перед глазами начало плыть. Руки трясло.

- Бенуа? Какого черта происходит, Бенуа? – из динамика телефона приглушенно раздался голос Бетины.

Я не знаю, зачем это сделала, но нажала на красный значок, после чего схватила его телефон и выскочила на улицу.

Во время первого звонка верзила сказал кому-то идти к машине. Значит, скоро тут будет еще кто-то. Мне нужно срочно убегать.

Из проулка было два выхода – мне нужно было вправо, но я решила, что сейчас будет правильнее побежать влево. Навряд ли я могла нормально соображать. В основном действовала на инстинктах и, сорвавшись с места, уже вскоре, оказалась на людном тротуаре.

Вот только, в безопасности себя не почувствовала и, наоборот, попыталась лишь ускориться.

А если у меня не получится?

Если Ариго не успел сделать того, что обещал?

В голове крутилось множество «если» и каждое было хуже острого ножа, режущего мысли.

Пробежав несколько кварталов, я буквально влетела на крытую парковку заброшенного маркета.

Там и правда стояла машина. Черная. Марка и номерной знак точно такие же, как мне написал Ариго. Все-таки, он сумел договориться о том, чтобы меня забрали.

Подбежав к машине, я открыла дверцу и буквально рухнула на заднее сиденье.

За рулем сидел парень лет тридцати. Повернувшись и, посмотрев на меня, он широко раскрыл глаза.

- О, господи. Ты Романа? Что с тобой произошло?

- Пожалуйста, давай поскорее уедем отсюда.

- Это же кровь? – обеспокоенно спросил он. Кажется, этого парня звали Вильяго.

- Она не моя, но… Меня пытались схватить и, если мы немедленно не уедем…

Еще до того, как я договорила, Вильяго быстро завел машину и нажал на газ.

***

Возможно, после того, как доктор Дарио уколол мне успокоительное, я все еще какое-то время была заторможенной, ведь по-настоящему эмоционально меня накрыло уже после того, как мы значительно отъехали от Турина.

Я ревела так, что даже толком дышать не могла.

Черт. Одна бутылка…

Если бы не эта бутылка и если бы она не была стеклянной, мало ли, что со мной сейчас бы происходило.

Странно, но за себя какого-либо страха я не ощущала. Возможно, после того, как я узнала о смерти Деимоса, все это проходило мимо меня и ревела я скорее от того, что все происходящее мне требовалось как-либо выплеснуть.

Когда я хоть немного успокоилась, позвонила Ариго. Рассказала ему про все.

Про угрозы Бетины он уже знал. Теперь ему было известно, что они не являлись пустыми словами.

- Выключи тот телефон, который ты забрала. Я позже посмотрю на него, - сказал мне Ариго. – И, пожалуйста, не переживай. Скоро ты будешь у меня. Все хорошо. Поверь, эта ненормальная поплатится.

Я в этом не сомневалась. Такая сука просто не сможет долго спокойно жить.

Договорив с Ариго, я позвонила Консете Леоне. Я сейчас была не в лучшем состоянии и, уж тем более не хотела разговаривать с ней, но выбора не было.

Как только моя приемная мать ответила, я сказала ей, что какое-то время поживу отдельно. Она растерялась. Не ожидала этого. Начала спорить и говорить о том, что я обязана жить у них. Пусть и старалась это делать мягко. Видно все еще боялась Де Луки.

Но я оборвала все ее слова и сказала, что мне плевать. Если хотят, могут пожаловаться на меня дону Моро.

Вот только, они этого не сделают. Я об этом прекрасно знала.

Обрывая разговор, я нажала на красный значок и отбивала все последующие звонки Консеты. Подчистила телефон. Выключила его и выбросила в окно.

***

Вильяго привез меня в Анкону. Там у Ариго имелась квартира.

Сам Ариго еще не успел приехать и я, войдя в гостиную, рухнула на диван. Отключилась, хоть и до этого мне казалось, что я вообще больше никогда не смогу заснуть.

Проснулась я, когда уже была ночь. В гостиной темно. Ее освещал лишь тот свет, который падал в комнату из гостиной. И я, лежа неподвижно, сильно вздрогнула, уловив какой-то шорох. Чьи-то шаги.

- Не бойся. Это я, - в тишине прозвучал голос Ариго. Он сел в кресло. – Ты, конечно, умеешь попадать в передряги.

- И не говори, - пытаясь успокоить быстрое биение сердца, я села на диване и потерла лицо. Черт, а ведь на нем все еще оставалась засохшая кровь.

- Как ты? – Ариго наклонился и посмотрел на меня. – Выглядишь ужасно. У тебя стеклянные глаза.

- Тебе кажется. Просто тут темно, - на самом деле я себя чувствовала именно, как стекло. Разбитое.

- И все равно… как ты? – осторожно спросил он. – Может, тебе нужен психолог или успокоительное?

- Боишься, что я могла двинуться? – я грустно улыбнулась. – Пока что я не могу сказать, в каком я состоянии. Паршиво соображаю. Даже кажется, что мне все это снится, но не переживай, я как-нибудь справлюсь.

***

Всю ночь мы просидели с Ариго на балконе. Разговаривали.

В психологе и в успокоительном я не нуждалась, но все-таки мне требовалось выговориться. Пусть и многие слова давались с трудом. Кое-что я вовсе не могла произнести.

Например, я не могла говорить про Деимоса. Казалось, что его смерть мне нужно пережить самостоятельно. Внутри своего сознания. Хоть я и понимала – до конца сделать это будет невозможно.

Разговаривать о том, что собиралась сделать Бетина Редже – вовсе бессмысленно. По сути, это мой главный страх. После того, как меня в детстве похитили, мне до сих пор иногда в кошмарах снится, что это вновь происходит. Я жутко, буквально до паники, боялась повторения. Тем более, как я поняла, на этот раз меня еще и изнасиловать собирались.

Но почему-то этот случай эмоционально на мне толком не отобразился. Может, потому, что я успела вовремя сбежать. Или же потому, что по сравнению со смертью Деимоса все это выглядело мелочью.

Или же моя душа просто начала грубеть и то, что должно казаться страшным, уже теперь для меня таковым не являлось.

***

Прошла неделя. Первые дни я отсыпалась. С трудом ела. Многое переосмысливала. Раз за разом прокручивала в голове одни и те же размышления. Часто резалась об них. Казалось, что до крови. Внутренних ран, но все равно от своих мыслей не убегала.

На третий или четвертый день, я принялась за уборку в квартире Ариго. Она слишком долго стояла пустой и тут было чем заняться.

Сам Ариго говорил, что лучше вызовет уборщицу. То, что я не обязана убирать в его доме, но в последние дни я сама себе напоминала бесполезную тряпку и просто хотела чем-нибудь заняться. Мытье полов достаточно неплохое начало.

Именно это привело меня к мысли, что я больше не могу быть в состоянии тряпки. На меня до сих пор давила смерть Деимоса. Я не понимала, как дальше смогу нормально жить, зная, что из-за меня его не стало.

Это ощущение никогда не исчезнет.

Но так же я помнила и про Авогадро. Он оставил мне свое дело. Наследие. А я сейчас ходила, так, словно жизнь меня пережевала и выплюнула. Словно ни на что не способное существо.

Мне за это было стыдно перед Ариго. Он столько сделал для меня. Постоянно помогал и все ради того, чтобы дело его деда не погибло. И как я могла показать, что хоть что-то может меня сломать? А если в будущем будут происходить ситуации похуже? Нет. Мне следовало быть сильной. Устойчивой. Стальной.

***

- Появилась информация насчет телефона, который ты забрала у того ублюдка, собиравшегося тебя похитить, - Ариго вышел на балкон. Я там сидела на полу. Пила кофе и через стеклянную перегородку смотрела на город.

- Что-то стоящее? – я перевела на него взгляд.

- Да. Ты же знаешь, что его нельзя было просто так включить? Иначе бы его могли отследить. Может, этого и не стали бы делать, но осторожность не помешает, - Ариго оперся рукой о перегородку и посмотрел вниз. – Я отдал телефон одному человеку и он смог в нем покопаться. Оказывается, Бетина Редже, когда договаривалась о твоем похищении, кое-что с этим ублюдком обсуждала в сообщениях. Не все, но, поверь, там достаточно. И она это делала со своего телефона. Верх идиотизма с ее стороны, но теперь в случае чего, ты можешь ткнуть ее в это носом. Конечно, если захочешь.

Я еле заметно кивнула. Бетина на данный момент для меня являлась не первоочередной важностью. Я вообще про нее не думала.

Но неизвестно, как в будущем сложится жизнь, а учитывая то, что эта сука так любила лгать, было вполне неплохо иметь против нее что-нибудь такое.

Тем более, у меня сохранились все аудиозаписи. Свой телефон я выбросила, но перед этим все файлы переслала Ариго.

- Спасибо. Кстати, хочешь кофе? – спросила, поднимаясь на ноги.

- Хочу. Не зря ты столько времени проработала в кофейне. Твой кофе лучший в Италии.

- Я сейчас покраснею от смущения, - я отшутилась, но мне было приятно. Правда.

Не знаю почему, но кофе в турке у меня получался лучше, чем тот, который я делала просто через кофемашинку.

- Кстати, можно я сегодня опять займусь твоей рукой? – спросила, прежде, чем выйти из балкона.

Кому-то в стрессовой ситуации нужно выпить вина, кому съесть мороженного, а я хотела наносить татуировки. Мне сейчас это требовалось больше, чем дышать и, не выдержав, я поделилась об этом с Ариго.

В итоге, он разрешил мне набить татуировку на его руке. Даже купил для этого все, что требовалось. Теперь по вечерам мы сидели в гостиной. На фоне по телевизору шли какие-то старые фильмы, мы разговаривали и я наносила татуировку на его кожу.

- Да, хорошо, но учти, что в моем случае давай ограничимся только рукой. Я постараюсь в ближайшее время найти для тебя модель.

- Спасибо, - я буквально просияла. Черт, это прямо отличная новость.

Пройдя на кухню, я открыла шкафчик и достала турку.

Изначально, когда я только убежала от Де Луки, мне казалось, что позже я о многом пожалею. Этот побег был слишком внезапным. Совершенным на эмоциях и адреналине. Я просто взяла и ушла. Все.

И я думала, что все переосмыслив, посчитаю, что многое можно было сделать не так.

Но, чем больше времени проходило, тем более отчетливо я осознавала, что это было по-настоящему правильным решением.

Разорвав любую связь с Де Лукой, я оживала. Становилась такой, какой должна быть.

***

Спустя полгода.

Пробегая еще несколько метров, я наконец-то перешла на шаг. Потягиваясь. Разминаясь.

За последние шесть месяцев это стало традицией – пробежка утром и вечером. Она лучший способ привести мысли в порядок. Да и не только мысли – тело тоже. Я никогда в жизни не чувствовала себя настолько хорошо, как сейчас.

Заходя в нужный дом, я на лифте поднялась на седьмой этаж и, открыв дверь, вошла в квартиру. Увидев в коридоре обувь, поняла, что Ариго наконец-то вернулся.

- Ариго, - позвала его. – Ты тут?

- Да. На кухне.

Мне следовало пойти в душ, но в первую очередь я быстро направилась на кухню. Увидев Ариго около столешницы, просияла улыбкой.

- Если бы я сейчас не была настолько мокрой, набросилась бы на тебя с объятиями.

- Так скучала по мне? – Ариго оторвал взгляд от болгарского перца, который он нарезал, и посмотрел на меня.

- Ага. Чертовски.

За последнее время наши отношения стали еще ближе. Пожилая пара, живущая в квартире по соседству, вовсе считали, что мы встречаемся, но на самом деле между мной и Ариго, как и раньше не было ни намека на романтику. Более того, последние пару месяцев у него имелась девушка. Пусть и жила она в соседнем городе. Они виделись по выходным. Да и в основном я в этой квартире жила одна. Ариго почти постоянно был в разъездах, а если и приезжал в Анкону, заселялся в отель. Он считал это неправильным – иметь отношения и при этом ночевать со мной под одной крышей. Понятное дело, что между нами ничего нет, но мало ли, как это воспримет его девушка.

Наши отношения скорее были, как у брата и сестры.

- Ты опять была на пробежке? – Ариго вернулся к нарезанию перца.

- Да, у меня же все по графику. А ты решил себе что-нибудь приготовить? В холодильнике же есть жаркое.

- Захотелось салата.

- Тогда, подожди. Я приму душ и нарежу его, а то, прости, но готовишь ты ужасно.

- Я просто нарезаю овощи.

- В итоге ты порежешься и взорвешь кухню.

- Не утрируй. Я не настолько плох.

- Да, конечно, - я развернулась и пошла к двери, но, до того, как я успела выйти, Ариго произнес:

- Я на прошлой неделе был в Неаполе.

Я остановилась.

- И что? – спросила, положив ладонь на дверную ручку.

- Семья Леоне все так же панически ищут тебя. Судя по всему, они жесть, как нервничают, но к дону Моро до сих пор не пошли. Полгода о тебе ничего не слышно и не видно и, возможно, они хотят это воспринимать, как хороший знак.

Я изогнула губы в подобие саркастичной улыбки. Когда-то я опасалась того, что Леоне нажалуются на меня дону Моро. Скажут, что я создаю проблемы, а, значит, являюсь паршивой гарантией перемирия, но вот уже полгода я живу отдельно. Делаю то, что хочу, а они по понятным причинам не могут пойти к дону Моро.

- Я так понимаю, они до сих пор не отказались от денег за мое лечение? – спросила. У Ариго были знакомые в банке. Они могли такое отследить. Более того, я попросила это сделать, так как не бросила свое желание официально покинуть семью Леоне и клан Моро. Более того, уже теперь у меня для этого имелись все доказательства.

- Сейчас они этого не могут сделать. Ты исчезла и семья Леоне тем более боится вообще каким-либо образом напомнить дону Моро о тебе. Хоть ты и понимаешь – они в любом случае не хотели, чтобы он тебя увидел. Для них это паршиво закончится.

Я еле заметно кивнула. Все равно я уже скоро вернусь в Неаполь. Это неизбежно.

- Кое-кто тебя тоже до сих пор ищет, - сказал Ариго.

«Кое-кто». Де Лука. Как я и попросила, Ариго больше не называл его имя, но все равно любое упоминание о Дарио пронзало сознание ненавистью.

- Лучше скажи, что с салоном, - попросила. Де Лука уже не имел никакого значения.

- Он полностью готов. Через месяц мы тебя уже всем представим.

Мы с Ариго это уже обсуждали. Будет мероприятие в честь сеньора Авогадро. Его устраиваем мы с Ариго. Потребовались не малые деньги, но мы сняли целое здание. Прошла глобальная подготовка. Все, что угодно, в честь моего Бога. Он заслуживает самого лучшего.

Были разосланы приглашения. На них уже ответили. Ни одного отказа. Будут абсолютно все.

- Ты готовишься к мероприятию? – спросил Ариго.

- Я уже готова. Разве что платье осталось купить, но я еще не нашла то, что мне нужно.

Я долго думала о том, что надеть в тот день, когда я буду представлена, как ученица Авогадро. Даже думала о брючном костюме, но потом решила, что пошло все к черту. На мне будет платье. Но пока что я не увидела то, которое точно подойдет.

Мне от моих родных родителей досталось единственное хорошее – внешность.

Долго Ариго, да и я тоже, считал, что она может стать проблемой. Лично меня достало внимание мужчин, которые часто не понимают, что такое «нет». Но, уже теперь я собиралась сделать свою внешность своим оружием. Мне понадобилось полгода, чтобы полностью принять и переосмыслить себя. Сделать сильной стороной то, что раньше для меня являлось проблемным.

- Я вчера разговаривал с доном Емпаро. Он заинтересован в встрече с тобой. Ее можно назначить на этот четверг. Естественно, он обещал конфиденциальность.

- Это отличная новость, - собираясь выйти из кухни, я остановилась и обернулась к Ариго.

Уже абсолютно все было готово к началу моей работы. Проблема состояла лишь в отсутствии охраны.

И Ариго предложил временно установить сотрудничество с каким-нибудь кланом. С тем, который был должен сеньору Авогадро. И, в обмен на возвращение долга, затребовать защиту.

Выбор пал на Емпаро. Во-первых, Анкона, город, в котором мы сейчас находились, это как раз сфера влияния Емпаро. Во-вторых, это могущественный клан. Он может обеспечить отличную защиту.

Мы с Ариго хотели запросить в оплату долга десятерых человек сроком на полгода. Дальше мы разберемся сами.

Ариго говорил, что долг Емпаро перед Авогадро куда существеннее. Это все равно, что в обмен на машину запрашивать десять евро, но и этого было вполне достаточно.

Тем более, дон Емпаро обещал конфиденциальность. До нужного момента не раскрывать мою личность.

И мне правда хотелось с ним встретиться. Я раздумывала о том, чтобы в будущем вообще переехать в Анкону. В Неаполе меня больше ничего не держало. Тем более, уверена, с университета меня уже отчислили.

- Дон Емпаро не передумал делать у меня татуировку? – спросила.

Он сам сказал, что хочет этого, когда Ариго с ним связался. Я даже нарисовала несколько эскизов и отправила ему.

- Нет. Не передумал. Если хочешь, в четверг можешь начать.

Тут а Анконе Ариго сделал для меня небольшой салон. Я там проводила много времени. Работала с моделями. Набивала руку и, честно, в салоне я была счастлива.

- Тогда, назначь встречу в салоне.

***

- Нервничаешь? – Ариго, открыл дверцу машины и, взяв за руку, помог выйти на улицу. В этом не было нужды. Просто красивый жест поддержки.

- Нет, - сказала чистую правду.

Сегодня я встречусь с доном Емпаро. И сегодня начну наносить татуировку на его руку. Но никакой нервозности я не ощущала. Волнения тоже не было.

Меня наполняло предвкушение. Я правда хотела заниматься тем, что мне передал сеньор Авогадро.

- Дон Емпаро уже выбрал эскиз. Он ему очень понравился. Даже более чем. Он был восхищен. Это отличный знак.

- Потому, что мои работы великолепны, - касательно эскизов и татуировок я не знала, что такое скромность. Ну, конечно, я ведь ученица своего Бога. Иначе быть не может.

Несколько огромных верзил уже находилось рядом с моим салоном. Судя по всему, дон Емпаро уже внутри.

Наверное, следовало приехать раньше, так как вместо меня «посетителя» пришлось встречать Салане. Эту девушку я наняла, как управляющую салоном. Но, по сути, она там больше занималась бумагами, закупкой требуемого и уборкой. Этим же занималась и я. То есть, пока что работу мы делили на двоих.

Мы с Ариго поднялись по ступенькам и вошли в здание. Тут же в коридоре возникла Салана.

- Вы опаздываете, - тихо прошептала она. – Я уже предложила кофе, но… Господи, когда я устраивалась к тебе на работу, не знала, какие люди будут сюда приходить.

- Ты испугалась? – спросила, смотря на ее подрагивающие руки.

- Конечно. Черт, я лучше пока что побуду на втором этаже.

- Да, конечно.

Я отпустила Салану. Не хотела думать об этом, но вспомнила о том, что когда-то сама дрожала от страха перед Де Лукой.

Ну что же, он сделал для меня кое-что хорошее. Связь с Дарио значительно притупила мой страх. Я теперь понимала, как обращаться с такими людьми.

Мы с Ариго пошли дальше и вошли в главную комнату. Там, в кресле сидел он – дон Емпаро.

Аугусто Карузо.

Он молод. Всего тридцать семь лет. Высокий, смуглый. Черные глаза. Внешность грубая, но привлекательная. От него исходила аура хищника и та, опасная, кровожадная мрачность, которая могла быть доступна только дону влиятельного клана.

- Добрый вечер, сеньор Карузо, - Ариго поприветствовал его.

- Сеньор Авогадро, - дон Емпаро еле заметно кивнул ему, но практически сразу перевел ленивый взгляд на меня.

Взгляд Аугусто Карузо ощущался, как острие ножа, проходящего по коже. Он посмотрел на мою узкую, строгую юбку, ноги, блузку, грудь. Затем на лицо. То, как он меня рассматривал, ощущалось физически.

- Мы немного опоздали, но теперь можем начать, - Ариго сел в кресло. Я – на диван.

- Переговоры будете вести вы? Я обязан вернуть долг ученику сеньора Авогадро, - голос у Карузо тяжелый, глубокий. Мрачный и пробирающий.

- Да, она перед вами. Романа Леоне является продолжением дела моего деда. Его ученицей.

Дон Емпаро явно не ожидал этого. Даже слишком. Лицо, больше похожее на маску из стали, выказало удивление. Слишком явное, как для того, кто, казалось, эмоции не проявлял.

- Девушка? – взгляд Карузо опять коснулся меня. Но уже теперь он был другим.

- Приятно познакомиться с вами, сеньор Карузо, - я растянула губы в как можно более обворожительной улыбке. – Надеюсь, наше сотрудничество сложится удачно.

Его взгляд застыл на мне. Так, что в комнате повисла тишина, которую разорвал Ариго, несколько раз кашлянув.

- Я вижу вам еще не принесли кофе. Пожалуй, я этим займусь, а вы пока что можете обсудить условия сотрудничества.

Когда Ариго покинул комнату, тут все еще царила тишина.

- Вы так смотрите на меня. Что-то не так? – спросила, положив ладонь на подлокотник. Я сидела ровно и, в тот же момент расслабленно. Как королева, которая получила свой трон. Для себя я выбрала именно такой путь поведения.

- Просто не ожидал, что ученицей сеньора Авогадро окажется девушка. Тем более, такая, - его взгляд вновь медленно скользнул по моему лицу.

- Поверьте, наличие или отсутствие члена никак не влияет на мою работу, - ответила со все такой же улыбкой.

- Несомненно. Но теперь я понимаю, почему вы отказались рассматривать вариант женитьбы на моей племяннице.

- Уверенна, она прекрасная девушка, но, как вы видите, по слишком многим причинам свадьба между нами невозможна.

Я смотрела на Карузо и все думала о том, что а ведь у него есть брат близнец. В Емпаро он занимал должность консильери.

И если Аугусто Карузо считали хладнокровным, умным, расчетливым и жестоким, то его брат, Деметрио Карузо, был взрывом всего, чего только можно. Жутким, ужасным человеком. Тоже безбожно умным, но кровожадным.

Мне хотелось бы поработать с обоими братьями Карузо. Проблема лишь в том, что Деметрио не воспринимал татуировки. На себя их не наносил. Я об этом слышала еще от Авогадро.

- Вы выглядите очень молодо. Сколько вам лет?

- Достаточно, чтобы этими ладонями, - я подняла их перед собой. – Создать на вашей руке шедевр.

Неожиданно, но Аугусто улыбнулся. Еле заметно, но все же.

Оказывается, улыбка у него очень красивая.

- Вы похожи на своего учителя больше, чем я предполагал.



От автора: Дорогие, обожаемые девчонки, вот и подошла к концу первая часть. Вторая уже на сайте) Вы готовы к взрыву эмоций, острых событий и пожара встреч главных героев?)) Тогда приглашаю вас, вместе со мной отправиться в продолжение истории Романы и Дарио))

Название второй части - "Не. Отводи. Взгляд"

Ссылка на вторую часть:





