Глава 1


Слухи о нашей драке в Катринбурге была новостью номер один еще несколько дней. Об этом разговаривали в школе, писали на новостных сайтах, а самые любопытные пытались узнать подробности лично от меня и Нарышкина. Само собой без особого успеха.

Как обычно бывает в таких случаях, мнения о произошедшем были разные, в зависимости от личных симпатий и сложившихся родовых отношений. Одни осуждали нас с Лешкой, другие одобряли и даже восхищались, а третьи и вовсе делали ставки, каким будет продолжение у этой истории.

Кстати говоря, версии о том, как именно все произошло, тоже были абсолютно различными, да к тому же еще множились буквально ежечасно. По одной из версий мы с княжичем вдвоем разнесли весь ресторан, разбушевавшись поколотили охранников, а заодно и Шуйского с друзьями, которые по трагической случайности попали под наши горячие кулаки.

Однако, новости — это такая нестабильная субстанция, которая имеет свойство исчезать со временем. Не стала исключением и наша драка в «Северном ветре». К концу недели интерес к ней стих, а скандальное видео с дракой каким-то чудесным образом исчезло из всех интернет-источников. Если где-то и появлялось, то практически мгновенно исчезало. Мы с княжичем думаем, что это ведомство Голицына расстаралось.

В общем, «Китеж» вернулся к своей обычной жизни. Волна интереса к нам пропала так же быстро, как и возникла. Появились другие темы и новые скандалы, которых в нашей школе всегда было предостаточно. Через несколько дней историю о носках вспоминали чаще, чем драку в Катринбурге.

Кстати о носках… Точнее об одном из них… Я ведь видел этого наглеца в четверг перед ужином. Кто-то из учеников вырастил небольшую колонию грибов в школьном парке и в четверг они вдруг все разом заговорили. С учетом того, что говорили они в основном всякую ерунду, школьная администрация грозилась их ликвидировать, поэтому мы с Лешкой хотели познакомиться с грибами до того, как это случится.

Таких же желающих завести знакомство с говорящими грибами был вагон и маленькая тележка, поэтому дорожки школьного парка были забиты учениками. Чтобы не толпиться, мы с Нарышкиным выбрали длинный путь из тропинок, которыми редко пользуются, и на одной из них увидели носок.

К этому времени он уже был с двумя дырками — одна на носке, вторая на пятке. Кроме того, выглядел немного потрепанным, как удравший на пару дней кот, который вернулся домой и выглядит так, как будто за это время успел совершить кругосветное путешествие.

Однако, несмотря на свой жалкий вид, носок никуда не спешил. Да и вообще топал с такой важностью, как будто у него были дела и ему некогда останавливаться, чтобы объяснять это каждому встречному. При этом носок нас заметил, потому что, когда мы с Нарышкиным остановились, этот дырявый гаденыш тоже остановился.

— Макс, по-моему, это твой носок, — сказал княжич и показал на мой предмет гардероба пальцем. — У тебя что, все носки с дырками?

— Это у него приобретенное, — соврал я, так как отчасти мой друг был прав. — Бродяжничал ведь несколько дней.

В этот момент носок решил дать деру и рванул в сторону ближайшей клумбы. Бегать за ним по кустам ни мне, ни Нарышкину особенно не хотелось. Так что мы проводили его взглядом и переглянулись.

— Пусть живет, — махнул я на него рукой. — Думаю за недельку он вконец истреплется и исчезнет.

— Или одичает и начнет устраивать засады на учеников, — хохотнул княжич. — Типа твоего Теретея, который любил перебегать дорожки прямо под носом у девчонок.

Было дело. Видимо юному живому дереву нравилось слушать как они визжат. Правда теперь он так уже редко шалил. Видимо строгое воспитание Бориса и Бродяги сказывалось. Да и вообще… Растет же потихоньку…

С говорящими грибами нам с Лешкой не повезло. Во всяком случае, познакомиться не получилось. К тому моменту, когда мы пришли на нужное место, кроме галдящей толпы учеников были еще и садовники. Последние занимались ликвидацией грибов, а те в ответ крыли их довольно заковыристыми ругательствами. Ладно, чего уж… Зато теперь мы знаем, что мой носок поселился в школьном парке и не будет никого пугать в коридорах общаги, что уже неплохо.

Как и обещал Громов, в пятницу нас ожидала очередная тренировка, на которой мы вновь учились работать с левиафанами. Правда теперь уже мы занимались на свежем воздухе, что было просто отлично. Честно говоря, даже с учетом того, что аудитория в подвале была предназначена для призыва, мне там не особо нравилось.

Слишком тесно. У меня все время было такое ощущение, что если случится какая-нибудь экстренная ситуация, то убежать там особо некуда. Остается надеяться только на помощь Романа Артемовича, а при всем уважении к нашему мастеру темных классов, гораздо спокойнее, когда знаешь, что есть еще варианты спасения, если что.

Кстати, наставник тоже сказал, что с левиафанами лучше работать на свежем воздухе. Им не нравятся закрытые пространства. По крайней мере, в том случае, когда они хотя бы раза в два больше левиафанов, которых мы призывали во вторник.

— Им вообще мало что нравится, — пробурчал в этот момент Нарышкин, стоявший рядом со мной. — Громко при них не говори, магической энергии много тоже нельзя… Практического смысла в них мало, а капризов хоть отбавляй…

Тренировка длилась почти до ужина. К тому времени, когда мы закончили, солнце уже спряталось за основным корпусом «Китежа», и со школьных болот, недалеко от которых мы занимались, потянуло прохладой и запахом тины.

— На сегодня хватит, — сказал наконец Роман Артемович, и мы все трое облегченно вздохнули, и причины тому были, даже несколько.

Во-первых, последнее время мы привыкли отдыхать по пятницам, а не заниматься призывом от рассвета и до заката.

Во-вторых, левиафаны сами по себе та еще проблема. С ними и правда было очень сложно работать.

В-третьих, отношение Громова к нам сильно изменилось. Теперь он уже практически не шутил с нами и всем своим видом давал понять, что игры кончились, и начиная с этой пятницы мы беремся за дело в полную силу.

Именно последнюю перемену мы и обсуждали с Нарышкиным во время наших вечерних посиделок в столовке. Несмотря на то, что завтра у Лешки был выходной, после тренировки с Романом Артемовичем он так устал, что решил остаться на ночь в школе и ехать в Белозерск уже утром.

Поговорив о предстоящем турнире, мы с княжичем вышли на свежий воздух и решили немного прогуляться перед сном. Несмотря на усталость, настроение у нас было хорошее, спать особо не хотелось, а плюс ко всему еще и вечер выдался теплым. Так почему бы не пройтись перед сном? Тем более, что у меня появилась кое-какая идея насчет предстоящего турнира…

Прогуливаться по школьному парку в поздний пятничный вечер — это самое идеальное время. Редкая возможность пройтись, не приковывая к себе любопытных взглядов. Большая часть учеников уже укатила в Белозерск или отсыпалась в своих комнатах после учебной недели.

— Что молчишь? О чем думаешь? — спросил у меня Нарышкин как раз в тот момент, когда я думал с его бы лучше начать наш разговор насчет моей идеи.

— Да так, ни о чем… — пожал я плечами. — Слушай, Леха, а ты можешь дать мне формулы заклинаний, которыми ты пользуешься в основном? Я имею в виду по целительству и передаче магической энергии. Ну всякие такие…

— Зачем? — спросил Нарышкин, бросив на меня удивленный взгляд. — Ты что, заболел? У тебя демоническая чесотка?

— Нет у меня никакой чесотки, — коротко ответил я, не найдя вариантов получше. — Надо, раз прошу.

— Макс, если ты решил бросить темную магию и податься в целители, то я тебе точно не дам никаких самых лучших формул, — сказал Нарышкин. — Ты будешь пытаться лечить людей, а они будут выходить от тебя с четырьмя глазами или хвостом вместо ноги. Знаю я твои штуки.

— Ты издеваешься? — фыркнул я. — Мне еще только лечить кого-то не хватало. У меня и так забот выше крыши.

В этот момент княжич остановился и посмотрел на меня чуть дольше. Судя по всему, я его несколько озадачил.

— Макс, ты же понимаешь, что «надо», это так себе объяснение на самом деле, — сказал он. — Заклинаний немало, я целый день буду в книжках ковыряться.

— Понимаю, — кивнул я. — Но все равно объяснять пока не буду. Кстати, можешь в книжках не ковыряться, а скинуть мне все файлом, я сам распечатаю.

— Темников, ты меня иногда просто поражаешь, — усмехнулся он и покачал головой. — Нет, ну правда ты немного с приветом. Если бы я был специалистом по стихийным заклинаниям, а не лечебным, я бы точно подумал, что ты решил что-нибудь взорвать для разнообразия. Школу, например.

— Зачем это? — улыбнулся я.

— Понятия не имею, Макс, — вскинул руками княжич. — Если бы я всегда понимал, что ты делаешь… Но это не в моих силах. Уж не знаю, к счастью или к сожалению.

— Скорее к счастью, — уверенно сказал Дориан. — Твой друг даже не представляет насколько сейчас близок к истине, мой мальчик. У тебя и правда в голове временами такие мысли проскакивают, что даже мне становится страшно.

— Давай, выкладывай, что ты задумал? — не сдавался Лешка.

— Не волнуйся, ничего такого, — попытался успокоить я его. — Просто я работаю над одной интересной идеей… Когда закончу, то обязательно расскажу, я тебе обещаю.

— Что-то сомневаюсь, что ты стал бы тратить время на «ничего такого», — хмыкнул Нарышкин. — Думаю, это как раз что-то такое, причем определенно что-то особенное.

Мы вновь двинулись по дорожке. Видимо, княжич надеялся, что я все-таки решу ему что-нибудь рассказать, но пока это в мои планы не входило.

— Ладно, — сказал он и я услышал в его голосе смирение с ситуацией. — Так уж и быть, потрачу на тебя один из этих выходных. Думаю, я не зря пойду на такую жертву. Как бы там ни было, а пользы от твоих идей все же больше, чем вреда. Завтра вечером скину.

— Договорились, — сказал я и хлопнул своего друга по плечу. — Не переживай, все будет хорошо. Что может случиться из-за заклинаний лечения?

— Это единственное, что меня успокаивает, — пробурчал Лешка и больше мы об этом не разговаривали, а спустя еще несколько минут двинули в сторону общаги.

Хотя этот день и выдался довольно долгим, у меня еще были на него кое-какие планы. Поэтому, когда я оказался в своей комнате, то отложил горячий душ на потом, взял с собой книжку по целительству, которая валялась у меня еще с прошлого курса и отправился в Берлогу.

Пришло время поговорить с Люфиком насчет его шарлатанского учебника по бытовой магии, которым он меня снабдил. Ну а в качестве компенсации за доставленные мне неудобства, я собирался поручить ему новую ответственную работу.

— Ну, гений создания заклинаний, — строго начал я разговор с демоненком, как только его разбудил. — Может быть, расскажешь мне, какого черта у меня носки разбежались по всему «Китежу», вместо того, чтобы разложиться по кучкам?

— Понятия не имею, хозяин, — ответил Люфицер. — Не думаю, что ты настолько безнадежен и не смог управиться с носками, ешки-матрешки. Мне кажется, ты где-то ошибся, так иногда бывает. Сам же знаешь, магия такая штука… Думаю тебе главное поймать принцип, а дальше понемногу пойдет. Если ты хочешь, чтобы я снова переделал для тебя книжку, то я пас, ишак ветвистый. Это самый примитивный вариант, который я смог сделать. Специально для таких как…

В этот момент я напрягся, ожидая, чем собирается закончить свою мысль Люфик, и этот гад понял, что он ровно в одном шаге от провала и лишения сладостей.

— В общем, для таких некромантов, как ты, хозяин, — вовремя спохватился он.

— Не переживай, не собираюсь я тебя заставлять ничего переделывать, — успокоил я синекожего.

— Да? — пискнул он. — А что за книжку притащил?

— На, посмотри, — сказал я и сунул ему учебник. — Ты можешь работать с такими заклинаниями?

Тонкая синяя ручонка схватила книгу и утащила ее в Шкатулку. Затем я услышал шелест страниц, а затем тоскливый вой.

— Ну нет, сандалий мокрый, это уже перебор, — жалобно выл Люфицер. — Хозяин, ты темный маг, понимаешь? Чтобы я тебе не изобразил, с такими формулами у тебя все равно ничего не выйдет, уж я-то знаю, что говорю. Может быть, закончишь чудить, формула корявая? То в бытовую магию ударишься, то вот эту дрянь мне притащишь…

— Люфик, заткнись, — попросил я его. — С чего ты взял, что я собираюсь заниматься целительством? Я просто у тебя спросил — можешь ты такие формулы улучшать или нет. Не для себя интересуюсь, между прочим, а для своего друга.

— Угу, как же… — проворчал демоненок, листая страницы. — Все не для себя спрашивают, а для друга… Потом начинается…

— Серьезно, Люфик, я для Нарышкина. Он мне часто помогает, и я хочу его как-то отблагодарить, — попытался я объяснить. — Эликсир подарил ему неплохой, но это так, мелочи, хочется как-то посолиднее. Решил, что новые формулы — как раз то что надо. Ты же профессионал, должен уметь с любыми видами магии работать.

Люфицер недовольно посопел, однако решил сменить гнев на милость.

— Ладно, так уж и быть, — сказал он. — Вообще-то, целительство — это не самая сильная моя сторона, колодец стоптанный, но что-то придумаю. Вот эту книжку надо улучшить?

— Нет, не из этой, это я тебе просто для примера принес, — сказал я. — Завтра Нарышкин передаст мне заклинания, я тебе их распечатаю и принесу.

— Тогда что ты мне голову морочишь? — возмутился он. — Приноси и будем разговаривать.

Из Шкатулки вылетела моя книга по целительству и упала на траву.

— Что это ты еще приволок? — спросил он, намекая на оставшиеся бумаги в моих руках.

— Последние заклинания по призыву, которые мне нужны для турнира, — ответил я. — Мне нужно, чтобы ты их улучшил как можно скорее. Желательно за ближайшие пару дней. Вот, посмотри.

Люфицеру хватило нескольких секунд для изучения формул с призывом левиафанов, чтобы поставить вердикт.

— Вот это совсем другое дело, — сказал он. — Это можно улучшить. Правда тогда на них магической энергии будет уходить в несколько раз больше. Силенок-то хватит, хозяин? Нет, конечно, ты сильный темный маг и все-такое, просто я обязан предупредить.

— Давай не умничай, — сказал я. — Сделаешь, а там видно будет — хватит или не хватит. Завтра вечером заскочу. Принесу формулы Нарышкина и заберу левиафанов.

Лишь после этого разговора я наконец спокойно принял душ и улегся в постель. Хотя усталость уже начинала чувствоваться, голова была еще ясной, а потому лезли всякие мысли, которые следовало обдумать. Одна из них касалась левиафанов. Точнее слов Люфика о том, что если он усовершенствует формулы, то они потребуют много магической энергии. Много это сколько?

Больше всего в данном случае меня настораживало то, что демоненок примерно знал, какими силами я обладаю. Все-таки не первый день вместе работаем и кое-какой опыт у него имеется. Столько заклинаний для меня создал… Если Люфицер делал упор на большом количестве энергии, которое потребуется от меня, значит делал это не просто так.

— Макс, давай спать? — предложил Дориан. — Чего ты крутишься туда-сюда? Все равно ведь ничего не узнаешь до того момента, пока твой демон тебе формулы не отдаст. Попробуешь, потом и думать будешь.

— Это мне не мешает поразмыслить, где еще энергию взять, — ответил я, нервничая из-за того, что никак заснуть не получается, а завтра мне с Чертковым идти с хозяином своего кладбища знакомиться, и желательно отдохнуть.

Стоп… А почему бы мне не попробовать испытать дар Элебриса? Насколько я понимаю, он должен отложить мое беспокойство, а утром выдать мне лучшее решение на этот счет. Даже интересно, что он придумает…

— Отличная мысль, Макс, — одобрил Мор. — Даже если он ничего не придумает. По крайней мере, ты спокойно заснешь. Знаешь, насколько я успел изучить хозяев кладбищ, ребята они крайне неприятные. Мне будет спокойнее, если ты и правда немного поспишь перед встречей.

— Нет, Дориан, уж лучше пусть что-нибудь придумает, — возразил я и встал с кровати. — Все-таки хорошее дело сделали для этого Элебриса. Где там мои четки…

___________________________________________________

От автора:

Дорогие читатели!

Напоминаю, что начиная с сегодняшнего дня мы вновь переходим на ежедневный режим выкладки. Пока никаких выходных! :)

Не забудьте добавить книгу в библиотеку и подписаться на автора, чтобы не пропустить обновления. Ну и конечно же, прошу не забывать ставить лайки и оставлять комментарии!

💖 Еще раз благодарю вас за поддержку! 💖





Глава 2


Опыта работы с даром Элебриса у меня было немного. Честно говоря, его пока вовсе не было. Поэтому, как именно нужно давать инструкции и каким образом ставить задачи перед сном, я представлял себе довольно смутно. Поэтому решил пойти самым простым путем — выложил свою проблему и закрыл глаза, в надежде на то, что утром Элебрис найдет для меня ответ насчет дополнительного способа получения магической энергии.

Никакого ответа от темно-красного камня на моих четках я не получил. Однако, судя по тому, что он на мгновение стал ярче, думаю это означало, что мой вопрос принят. Самое интересное, что заснул я после своей просьбы практически сразу.

Так у меня бывает, когда я по-настоящему устаю. Никаких тебе волнений и беспокойных мыслей, просто закрыл глаза и провалился в темноту. Если дар Элебриса так и работал, то его следовало ценить лишь за этот эффект. Я даже не ожидал, что волшебной снотворное будет действовать настолько быстро и эффективно.

Суббота началось с того, что проснулся я раньше будильника. Причем на целый час. У меня было такое ощущение, как будто мне кто-то постучал по лбу изнутри черепа и сообщил, что пора вставать.

Я открыл глаза и уставился в потолок. За окном начинало сереть, в общаге еще стояла абсолютная тишина, но спать мне уже не хотелось. Да и не было в этом особого смысла. Несмотря на то, что заснул довольно поздно, чувствовал я себя полностью отдохнувшим.

— Ты уже проснулся, хозяин? — осторожно спросил Градовский, который до этого торчал в своем любимом углу и что-то тихо бормотал. — Я тебе давно говорил, что тем, кто рано встает, гораздо проще жить в этом мире. Они…

В этот момент оно пришло. Сначала это была просто мимолетная мысль, которая как пазл стремительно обрастала деталями и формировалась в нечто конкретное. Такое впечатление, что у меня в голове всегда была эта мысль, но почему-то я ее на замечал. Очень необычное ощущение.

— Петр Карлович, помолчи немного, — сказал я призраку и сел на кровати. — Ты меня отвлекаешь.

Мой помощник замолчал, а пазл в моей голове собрался и обрел единую целостность.

Кольцо Потерянных Душ…

Оно ведь хранит внутри себя множество душ, о количестве которых я даже догадываться не могу. Даже за то время, пока оно у меня, я скормил Фрее не один десяток душ разного уровня силы, а ведь это, по сути, темная энергия в чистом виде!

Кольцо все время намекало мне, что души можно использовать в обмен на ритуалы, но это ведь не единственный способ их применения. Просто Фрея была заинтересована именно в ритуалах, так как сама по себе была темным живым артефактом. Однако есть и другие варианты. Как я раньше об этом не подумал?

— Согласен, мой мальчик, мне такое решение тоже как-то не приходило в голову, — озадаченно сказал Дориан. — Если Кольцо Потерянных Душ будет снабжать тебя магической энергией, то это будет просто идеально. Энергия душ — очень мощный источник, ты уж мне поверь.

Ну этого мне Мор мог и не говорить, я хоть и не демонолог, но знаком с некоторыми ритуалами, которые требуют взамен душу. Все они очень мощные, даже если душа не человеческая.

В радостном возбуждении я вскочил с кровати, чтобы немедленно сгонять в Берлогу за Кольцом и побеседовать с Фреей, как вдруг меня озарило еще одной мыслью. Очередной кусочек пазла, которого явно не хватало в этой головоломке, чтобы она стала идеальной.

Гневокамень…

Второй элемент, который отлично ложится в решение проблемы с левиафанами. Из Кольца Потерянных Душ можно брать магическую энергию, чтобы не тратить свою, а гневокамень будет усиливать мои заклинания. Получается два в одном — я призываю левиафанов и не трачу при этом собственной энергии, да еще сразу же делаю их сильнее. По-моему, отличный план!

— Что скажешь, Дориан? — спросил я и подошел к окну, чтобы немного освежиться. От накативших на меня идей почему-то стало немного душно.

— Звучит очень даже неплохо, Макс, — ответил Мор. — Тем более, что для пополнения энергии гневокамня не нужно никого убивать. Может быть, даже Фрея может пополнять энергию гневокамня из собственных запасов.

— Точно! — воскликнул я. — Так было бы вообще идеально! Слушай, а этот Элебрис отличный парень. Если эти мысли пришли мне в голову благодаря его дару… В общем, я доволен, Дориан. Если у меня получится провернуть эту штуку, то Фрея превратится из вечно недовольной женщины в очень полезный артефакт.

Я посмотрел на потолок и сказал:

— Элебрис, спасибо!

— Да, идея хорошая, нечего сказать, — задумчиво произнес Дориан. — Можно даже сказать, в чем-то гениальная…

— Как-то ты неуверенно это говоришь, — подметил я Мору. — Такое ощущение, будто ты сомневаешься в том, что она и правда хороша. Ты расстроился из-за того, что сам не додумался до такой штуки?

— Неприятно, конечно, но не из-за этого, — ответил мой друг. — Я просто думаю… Насколько безопасно будет использовать магическую энергию из Кольца Потерянных Душ?

— Какая разница? — спросил я. — Темная энергия, она и есть темная энергия.

— Так-то оно так… Но было бы неплохо это проверить для начала… — с осторожностью в голосе сказал Мор. — Просто у меня не было подобной практики, а действовать наудачу — не мой метод, сам знаешь. Во всяком случае, в данной ситуации так делать точно не стоит.

— Мы можем провести проверку, — я посмотрел на часы. — Время у нас еще есть. Два часа как минимум. Так что предлагаю отправиться в Берлогу и для начала побеседовать с Фреей на этот счет. Вдруг она сама что-то полезное скажет?

— Хозяин, вы как себя чувствуете? — спросил у меня Петр Карлович в тот момент, когда я начал стремительно одеваться, чтобы не идти в Берлогу в одних трусах. — Глядя на вас со стороны, я бы подумал, что вы немного не в себе.

Вообще-то да. Призрак же не слышал моего разговора с Дорианом, поэтому понятия не имел, с чего это вдруг я вскочил и уставился в окно. Со стороны и правда выглядело странно.

— Все в порядке, Градовский, не переживай, — сказал я, спешно натягивая брюки. — Я тебе потом расскажу, когда вернусь из Берлоги.

— Хозяин, ты не забыл, что у тебя сегодня…

Мой помощник еще хотел мне что-то сказать, но я его уже не слышал. Спустя несколько секунд я был в сокровищнице и надевал Кольцо Потерянных Душ на палец.

— Фрея, подъем, — разбудил я артефакт, который почему-то не спешил сегодня со мной здороваться. — Мне нужно с тобой поговорить.

— Неужели? — с подозрением в голосе спросило Кольцо. — С чего это вдруг? Наконец-то понял, что кроме Красночерепа и наглого типа в голове в твоем окружении есть кто-то поумнее?

— Когда это я говорил, что ты глупая? — спросил я. — Просто иногда… Ну в общем… Просто ты слишком часто думаешь о себе. Иногда это утомляет.

— Ты тоже часто думаешь о себе, — недовольно сказала Фрея. — Ладно, выкладывай, что там у тебя. Надеюсь, твой мозг наконец-то озарила идея о пользе общения с демонами, и ты решил спросить у меня совета, правильно?

— Не совсем, — ответил я. — Идея у меня появилась, но несколько другого рода. Слушай…

— Нет, — сказала Фрея, как только я закончил. — Даже не подумаю.

— В каком смысле? — опешил я. — Что значит нет? Вообще-то, ты мой артефакт, если на то пошло.

— Во-первых, живой артефакт не может быть чьим-то, — с вызовом в голосе сказало Кольцо. — Он просто может временно находиться в чьем-то владении. Во-вторых, даже если бы я и была твоим, то энергия внутри меня принадлежит мне.

— Странная у тебя логика, — усмехнулся я и посмотрел на Кольцо на своем пальце, которое в этот момент почему-то ярко светилось. — Если артефакт мой, значит и энергия внутри артефакта тоже моя, даже ребенку это понятно.

— Серьезно? — усмехнулась Фрея. — Может быть, тогда попробуешь забрать ее у меня?

Я призадумался. Честно говоря, даже не предполагал, что может возникнуть подобная проблема. Так-то артефакт прав — я не могу вытащить из него энергию без его на это желания. Неожиданная проблема…

— Ты просто наглец, Максим Темников! — возмущенно сообщило мне Кольцо. — Все время держать меня на голодном пайке, а потом приходить с требованием отдать те жалкие крохи, которые мне удалось накопить. Это мои души, и я не собираюсь расходовать их как дрова в печи. Дай мне что-то достойное, вот тогда, может быть, и поговорим.

— Ты решила ставить мне условия? — начал злиться я.

— Имею право, — нагло ответила Фрея. — Я старше тебя, старше приятеля в твоей головое, и даже старше школы, в которой ты учишься. Только не говори, что если я не буду тебе подчиняться, то ты меня уничтожишь. Такое мы уже сто раз проходили, это будет сто первый.

Вот же наглая! Ладно, понятно, значит в теории это все-таки возможно. Что же, по крайней мере, значит чисто технически мою идею реализовать можно. Теперь остается проблема решить все практически. Правда, как это сделать, я пока не знаю.

— Красночереп… — позвал я второй мой живой артефакт, который все это время внимательно слушал наш разговор. — Ты же вроде бы как умеешь определять свойства артефактов… Тебе случайно нечего сказать мне насчет этой вредной барышни по имени Фрея?

— Кроме того, что она вместилище душ? — уточнил артефакт-вампир. — Нет, больше нечего. Она живой артефакт и умеет закрываться от меня. Моих сил недостаточно, чтобы изучить ее поглубже.

— Макс, может быть, усилить его гневокамнем? — предложил Дориан.

— Интересная мысль, — согласился я. — Что скажешь, Красночереп? Ты сможешь взять энергию у гневокамня и попытаться пробить защиту Кольца?

— Можно попробовать, хозяин, — ответил артефакт-вампир после небольшой паузы. — Хуже мне от этого точно не будет, а я уже давно хочу узнать, что скрывает от тебя эта вредная сучка!

— Заткнись, наглый кровосос! — злобно прошипела Фрея. — Если ты только попытаешься сунуть свой длинный нос в мои секреты, то пожалеешь об этом! Я сведу тебя с ума и ты станешь просто бесполезной пустышкой!

— Пфф… — фыркнул Красночереп. — Как ты там говорила? Уже сто раз слышала угрозы в свой адрес? Поверь, со мной это случалось даже чаще. Давай пробовать, хозяин.

— Мелкий засранец! — не сдавалась Фрея. — Давай, сделай свою самую большую ошибку!

Я не спеша надевал на руку браслет с гневокамнем и думал о том, что происходило в данный момент. Насколько я мог понимать ситуацию, то Кольцо Потерянных Душ явно что-то скрывало от меня, и теперь мне было очень интересно узнать, что именно и самое главное — зачем?

Однако, меня беспокоили ее угрозы в адрес артефакта-вампира. Что, если Фрея и правда сведет его с ума? Как-то совсем не хотелось лишаться артефакта, который я заполучил с таким трудом. Мало того, что он в принципе был очень полезен, так еще и защищал меня от заклинаний магии крови…

— Красночереп, ты уверен, что с тобой будет все в порядке? — на всякий случай спросил я. — Как-то я к тебе уже привык.

— Если я почувствую опасность, я смогу ее заблокировать, хозяин, — уверенно ответил он. — Я хорош в своем деле, не волнуйся.

— Хорошо, — решился я. — Значит будем пробовать. Тогда ты уж попытайся узнать максимум информации. Помнится мне, ты можешь слышать мысли людей? К живым артефактам это, случайно, не относится?

Красночереп не ответил и в тот же момент я почувствовал нечто странное. Как будто по моему телу протянулась невидимая нить от артефакта-вампира к Кольцу и еще одна к гневокамню. Ничего подобного в моей жизни еще не происходило, я даже замер от напряжения.

Спустя несколько секунд Фрея завопила:

— Уберись от меня, жалкая железяка! — теперь это был уже не просто крик недовольства, в ее голосе явно читался сильный страх. — Не смей!

— Хозяин, помоги мне, — услышал я спокойный голос Красночерепа. — Мне не хватает собственных сил. Направь на меня энергию из гневокамня. Всю, которую сможешь из него вытащить.

Я так и сделал. Амулет начал нагреваться. Фрея вновь закричала, да так громко, что очень захотелось ее заглушить. Вот только сделать этого я не мог. В данный момент мне нужно было слышать каждое ее слово, иначе я мог пропустить нечто очень важное.

На самой высокой ноте крик Фреи вдруг оборвался. Затем она зарычала, всхлипнула и затихла, а амулет между тем огнем жег мою грудь. Казалось, еще немного, и он прожжет там дырку.

— Кажется нашел, — самодовольно сказал Красночереп. — Подожди немного, хозяин.

Такое впечатление, что у меня были еще какие-то варианты… Блин, как же долго тянется время, просто пытка какая-то. Чтобы как-то отвлечься от нестерпимого жжения, я решил просто считать. К тому моменту, когда температура амулета начала спадать, я насчитал почти до двухсот, а по ощущениям это было как до двух тысяч.

— Она не хранилище душ, хозяин, — наконец сказал Красночереп, а Кольцо Потерянных Душ в ответ на его слова отозвалось тоскливым вздохом.

— В каком смысле? — не понял я. — Ты хочешь сказать, что их внутри Кольца нет?

— Есть, — ответил артефакт-вампир. — Она хранит души, но это… Скорее побочная функция. Это была не основная цель создателя артефакта.

— А какая тогда основная? — с нетерпением спросил я. — Ты это можешь видеть?

— Трудно сказать определенно, — задумчиво сказал Красночереп. — Но я вижу тысячи нитей внутри нее. Они идут от души каждого живого существа, которое хранится в Кольце, и эта вещь… Мне кажется, она может работать с ними. Как именно, я не могу сказать.

— Нити… — задумчиво сказал Дориан. — Связующие нити судеб… Это похоже на Перстень Жнеца…

— Что ты сказал? — спросил я, отвлекшись от своих мыслей.

— Помнишь встречу с Чернопятовым? — напомнил мне Мор. — Он говорил о легендарном артефакте, который называл Перстень Жнеца? Этот тип что-то плел такое про нити судеб и возможность управлять ими… Ну же, вспоминай, Макс!

Да, Дориан прав, что-то такое было. Деталей о свойствах артефакта я не помнил, так как особо не вслушивался в слова Макара, но про нити судеб он точно говорил.

— Фрея… — позвал я ее.

— Что тебе? — ответило Кольцо после довольно долгой паузы.

Теперь ее голос был другим. Как будто она сильно постарела.

— Это правда? — спросил я. — То, что сейчас сказал Дориан? Ты Перстень Жнеца?

— Ты мне сделал больно… — сказал она. — После такого принято извиняться даже темным магам…

— Извини, — пожал я плечами. — Ты не оставила мне другого выхода.

— Хозяин, если нужно, я могу повторить, — сообщил мне Красночереп. — Теперь ее защита слабее. Вдруг мне удастся копнуть еще глубже?

— Я думаю, пока этого не требуется, — сказал я, не желая, чтобы второй попыткой артефакт-вампир случайно не сделал обратного и не свел с ума само Кольцо Потерянных Душ. — Фрея и так ответит.

В Берлоге снова ненадолго повисла тишина. Судя по всему, Кольцо размышляло, как ему лучше поступить. Я его не поторапливал.

— У меня много имен, — наконец сказала Фрея. — Кольцо Потерянных Душ, Демоническое Кольцо… Перстень Жнеца среди моих имен тоже есть. Одно из самых ранних. Называй как хочешь.

Вот это новость так новость…

— Что ты такое? — спросил я, пытаясь развить успех и получить ответы на все вопросы, которые накопились у меня к этому моменту. — Тебя создал Макар Чернопятов?

— Кровосос уже сказал тебе кто я, — ответила Фрея. — Я инструмент. Очень старый инструмент, который может работать с душами.

Она сделала небольшую паузу, а затем продолжила:

— Чернопятов никогда не владел мной, но знал обо мне, — сказало Кольцо Потерянных Душ. — Несколько раз он был близок, чтобы заполучить меня, но ему это не удавалось. Но я знаю, что он искал меня.

— Сколько же тебе лет? — решил спросить я, если к тому моменту, когда жил Чернопятов, этот живой артефакт уже существовал.

— Понятия не имею, — мне показалось, в этот момент Фрея усмехнулась. — Много. Очень много. Тысячи, это точно. В моем возрасте уже не принято считать года. К тому же… Тебе не говорили, что задавать такие вопросы дамам невежливо, Максим Темников?

— Ну да, разумеется… — усмехнулся я и задал следующий вопрос. — А кто твой создатель?

Фрея замолчала. Теперь это была уже не пауза. Я почувствовал, что в этот момент она просто закрылась от меня.

— Ты слышишь меня? — спросил я ее еще раз, однако стена между нами стала только толще.

Здорово блин… Только добрались до самого интересного… Неужели ее все-таки придется еще раз взламывать?

— Ее создал Барнаби-Барнаби, — сказал вдруг Красночереп. — Она все время только о нем и думает.

— Сукин ты сын! — вновь взорвалось Кольцо Потерянных Душ. — Долбаный ты кровосос! Я уничтожу тебя!

Барнаби-Барнаби… Хм… Где-то я это слышал…





Глава 3


Барнаби-Барнаби… Барнаби-Барнаби… Блин! Где я мог слышать это странное словосочетание? Не читал, а именно слышал…

— Книга, Макс, — напомнил мне Дориан и тут в моей голове появилась картинка с воспоминанием.

Ну конечно же, как я сразу не вспомнил о нем? Сбежавший гримуар, с которым я дрался в школьном туалете. Когда он пытался колдовать, то время от времени произносил именно эти странные и нелепые слова — Барнаби-Барнаби.

Красночереп потом мне говорил, что так звали какого-то древнего некроманта, но я не придал этому значения и выбросил информацию из своей головы. По правде говоря, я вообще сомневался, что так могли кого-то звать на самом деле.

Не то чтобы я не верил словам моего артефакта-вампира, тем более, что он ни разу не был уличен во вранье, но все равно мне это казалось странным. Надо же… Кто бы знал, что информация об этом некроманте мне когда-нибудь понадобится…

— Фрея, ты знаешь, я как-то дрался с книгой в школьном туалете… — заговорил я с Кольцом, когда оно перестало ругаться на Красночереп. — Эта была очень необычная книга. Я бы назвал ее старым темным гримуаром…

— Драться с книгами, это в твоем стиле, Максим Темников, — злобно прошипела Фрея. — Если окружить себя одними идиотами, немудрено и самому спятить рано или поздно. Я давно подозревала, что ты умалишенный. Угораздило же меня вообще связаться с тобой! Лучше бы я дождалась какого-нибудь настоящего некроманта!

— Она так рассуждает, как будто у нее был выбор, — усмехнулся Дориан.

— Так вот, эта книга время от времени упоминала твоего создателя, — сообщил я Кольцу Потерянных Душ, пропустив слова артефакта мимо своих ушей. — Это ведь Барнаби-Барнаби написал ее? Твой создатель?

В ответ тишина. Я уже думал, что Фрея ничего не ответит, когда вдруг она сказала:

— Не буду с тобой говорить об этом.

Я посмотрел на Кольцо на своем пальце и у меня в этот момент было такое ощущение, что оно смотрит на меня в ответ. Только если недавно мне казалось, что артефакт будто светился, сейчас все было ровно наоборот. Кольцо потемнело и стало почти черным, как будто закрылось от меня.

— Ладно, — сказал я, решив временно оставить Фрею в покое. — Не хочешь, не говори.

Я снял Кольцо Потерянных Душ с пальца и вернул его на законное место в сокровищнице.

— Очень верное решение, хозяин, — одобрительно сказал Красночереп. — Она бы все равно тебе ничего не сказала, а как знать, смог бы я что-то еще вытащить или нет. Хотя попытаться, на мой взгляд, можно было.

— Красночереп, ты сегодня отлично поработал, — решил поблагодарить я артефакт-вампир. — Спасибо.

— Всегда пожалуйста, хозяин, — ответил он. — Люблю работать с капризными артефактами. Особенно, когда они такие древние и скрытные.

После этих слов мою грудь обожгло знакомой болью, к которой я уже давно привык. Видимо Красночереп решил взять немного моей крови в качестве оплаты за свои услуги.

Жаль, что не удалось договориться с Фреей. Во всяком случае, на данный момент. Будем считать, что первое сражение с ней я проиграл, но вот войну я собирался выиграть. Кроме того, мои планы в отношении Кольца теперь немного изменились.

Если вначале я хотел добиться от Фреи простого сотрудничества, то теперь появились загадки, на которые я очень хотел получить ответы. Если Кольцо Потерянных Душ, на самом деле Перстень Жнеца, то значит Чернопятов не врал и такой артефакт действительно существует. Правда пока я не знал, как он работает. Фрея со мной не хочет говорить об этом, а Красночереп был не в силах вытащить из нее эту информацию.

Однако эту проблему я надеялся решить другим способом — нужно достать книгу. Если она и правда была написана Барнаби-Барнаби, а он является создателем Кольца, возможно книга даст ответ как можно заставить Фрею сотрудничать?

Вот только есть маленькая проблемка. Чтобы проверить эту теорию, для начала нужно найти книгу, а где ее искать? В школьном архиве, или, может быть, гримуар вовсе вывезли из «Китежа» после того инцидента? Хороший вопрос, но найти ее нужно обязательно. Думаю гримуар ответит на все мои вопросы, на которые не захотела отвечать Фрея.

Вообще интересно… Откуда в нашей школе в принципе взялась эта книга? Ответа я, конечно, не узнаю, но все равно любопытно. Наверное, было бы неплохо перешерстить весь школьный архив в поисках подобных сюрпризов. Уверен, что их там найдется немало.

В целом я был доволен сегодняшним утром. Даже с учетом того, что пока еще не добился никаких конкретных результатов, однако это было неважно. Я узнал секрет Кольца Потерянных Душ, а это уже немало.

Еще сильнее меня радовал тот факт, что всему этому я обязан дару Элебриса. Вчера я попросил его придумать для меня вариант с поиском дополнительной магической энергии и сегодня он мне выдал решение. Правда, не совсем в том виде, в котором я рассчитывал его получить, но это было не столь важно. Так даже лучше получилось.

У меня было еще достаточно времени перед завтраком и уроком с Чертковым, поэтому я решил немного обдумать произошедшее и вытянулся на кровати, попросив Градовского мне не мешать. Чтобы лучше думалось я закрыл глаза и в этот момент в моей голове появилась новая мысль, которая временно отбросила на задний план все остальное.

Голицын…

Когда мы разговаривали с ним о Чернопятове, Василий Юрьевич сказал, что никакого Перстня Жнеца не существует. Оказывается, такой артефакт есть и более того, насколько я понимаю, он прямо сейчас лежит в моей сокровищнице. В связи с этим у меня возникает к Дракону вопрос — почему он мне не сказал, что на самом деле такой артефакт существует?

Не самая приятная мыслишка, если честно… За время знакомства с Драконом я уже привык, что глава тайной канцелярии не большой любитель распространять лишнюю информацию, но что было в данном случае? Просто не стал говорить мне ничего лишнего до поры до времени или умышленно скрыл это от меня?

Самым простым вариантом был первый — допустим Василий Юрьевич на самом деле ничего не знает о Перстне Жнеца. Почему бы и нет? С учетом того, что Фрея сама сказала о множестве имен, которым ее называли, вполне возможно, что Голицын мог знать этот артефакт под каким-то другим названием или вовсе о не знать.

Второй вариант мне нравился меньше, но тоже был весьма вероятен. Что если глава тайной канцелярии и правда счел для меня информацию об этом преждевременной или попросту ненужной, чтобы у меня не возникло каких-нибудь ненужных мыслей на этот счет.

Если предположить, что Дракон знал об этом артефакте, то ему пришлось бы мне объяснять, что именно он дает и если верить словам Чернопятова, то возможности у Перстня Жнеца довольно большие. Возможно, что Голицын счел для меня эту информацию пока лишней.

Мало ли что, мне в голову взбредет? Вдруг я решу пойти на сотрудничество с Чернопятовым, когда узнаю, что делает артефакт. Макар ведь не зря плел что-то про нити судьбы и все такое…

— Не знаю… — с сомнением в голосе сказал Дориан. — Твой Дракон хоть и думает, что ты своими возможностями не всегда правильно распоряжаешься, но вряд ли считает тебя идиотом. Доверять Чернопятову — это полный бред.

Это я прекрасно понимал и без Мора, однако такой вариант все равно отбрасывать не стоило. Причины, по которым Василий Юрьевич мне ничего не сказал, зная об артефакте, могут быть разными. Однако, это все равно было возможно, так как такой вариант тоже был логичным.

Конечно, можно было бы еще предположить, что Голицын не просто знал об этом артефакте, но намеренно скрыл это от меня из собственных интересов. Неприятная мысль, что и говорить, однако тоже возможная. Почему нет? Легендарный артефакт колоссальной силы…

Хотя нет, настолько плохо думать о Драконе я не хотел. Пусть Дориан говорит, что я еще не очень хорошо разбираюсь в людях, но насколько я успел изучить Василия Юрьевича, он бы на это не пошел. Так что этот вариант казался мне не просто маловероятным, а фантастическим и каким-то неправильным.

Последнее предположение, которое у меня появилось нравилось мне гораздо больше. Что если глава тайной канцелярии знал об этом артефакте, однако решил мне ничего не сказать просто в целях моей безопасности? То есть просто защитил меня от самого себя, чтобы я не попытался раздобыть этот долбаный Перстень Жнеца.

Если этот артефакт на самом деле опасен, то Голицын мог просто уберечь меня от лишней головной боли. Чтобы я не стал искать Перстень и не нарывался на неприятности, а заодно и от возможных врагов, которые у меня могли появится окажись у меня этот артефакт.

— Согласен с тобой, мой мальчик, такое тоже возможно, — поддержал меня Дориан. — Все-таки именно он заботится о твоей безопасности.

Я понятия не имел, какой из всех этих вариантов правильный. Как знать, может быть, среди них и не было по-настоящему верного. Пока же я решил не ломать себе над этим голову и остановиться на том, что меня самого устраивало больше всего. Буду думать, что Дракон ничего не знал об этом колечке. Либо он знаком главе тайной канцелярии под другим названием.

Во всей этой истории был еще один любопытный момент… Сколько душ скопилось у Фреи за все это время? Красночереп видел много, значит для чего-то она их хранит? Любопытно, конечно, что и говорить…

Но ответ на этот вопрос тоже придется пока отложить. Для начала нужно попробовать найти гримуар, которому я хорошенько врезал в школьном туалете. Надеюсь, у него плохая помять на человеческие лица, и он не вспомнит, что дуэлировал именно со мной.

— Градовский, — окликнул я своего помощника, который со скучающим видом медленно летал по комнате.

— Я весь внимания, хозяин, — отозвался он. — Ты вспомнил, что тебе пора в столовую и хотел, чтобы я по пути рассказал тебе какую-нибудь забавную историю?

— Нет, у меня, для тебя задание поинтереснее, — сказал я и сел на кровати. — Помнишь гримуар с которым я дрался в школьном туалете?

— Еще бы не помнить! — мгновенно сменил цвет пламени на недовольный ярко-синий Петр Карлович. — Эта жалкая книжонка назвала меня зеленой вонючкой! Я же позвал тебя, чтобы ты его проучил. Здорово ты тогда ему врезал, хозяин!

— Мне нужно, чтобы ты его нашел, — сказал я. — Думаю он где-то в школе. Скорее всего в архиве.

— Хочешь устроить ему повторную трепку? — спросил призрак. — Очень правильное решение. Таких наглецов следует лупить время от времени для профилактики.

— Вообще-то я хотел с ним поговорить… — начал было я, однако понял, что если сейчас начну объяснять Градовскому что к чему, то это затянется надолго. — Впрочем, не важно. Найди его для начала, хорошо?

— Само собой, хозяин, — с радостью согласился Петр Карлович. — Поговорить с гримуаром перед тем, как снова его отлупить, очень хорошая идея. Правда я не уверен, что чтение морали поможет такой глупой книжке-раскраске, но попробовать стоит.

Задание явно пришлось моему помощнику по вкусу. Призрак пулей вылетел из комнаты, а я в этот момент подумал о том, что это хороший знак. Если гримуар находится на территории, то Градовский его точно найдет. Во всяком случае, очень постарается.

Тем временем время шло и призрак был прав, когда сказал мне о том, что пора выдвигаться, если я не хочу остаться без еды перед уроком с Александром Григорьевичем. Как раз сегодня пропустить завтрак мне не хотелось. Насколько я понимаю, мне предстоит знакомство с хозяином выбранного мной кладбища, а кто его знает, насколько оно затянется?

Завтракал я один. Нарышкин отказался так рано вставать и сонным голосом сообщил мне по телефону, что он устал после вчерашнего и намерен дрыхнуть как минимум до обеда. Так что я особо не засиживался и наскоро слопал яичницу из трех яиц, компанию которой составила пара жареных сосисок.

Затем вернулся в общагу за своими вещами, без которых поход в некрослой был просто немыслим и собрался было выходить, как меня набрал Александр Григорьевич и попросил, чтобы я проводил его от преподавательского общежития до главного корпуса.

Я уже было подумал, что старые болячки вновь дали о себе знать и начал вспоминать сколько времени прошло с того раза, когда я снабдил Черткова Эликсиром Жизни. Однако, к счастью, дело оказалось в другом. Нужно было дотащить пиво, которое наставник заказал для хозяина кладбища.

— Восемь бутылок? — спросил я, ухватив не самую легкую сумку.

— Маловато, согласен, но баловать тоже не стоит, — ответил на это наставник. — Оглянуться не успеешь как обнаглеет и сядет на голову. Будешь ему пиво каждый месяц таскать.

Вообще-то я думал, что восемь это много… Вот же… Похоже мне попался хозяин кладбища алкоголик. Везет мне таких ребят. То дракон в домене хаоса, теперь этот еще…

Когда мы с Чертковым вошли в наш небольшой уютный рабочий кабинет, он дал мне несколько минут отдышаться, а сам тем временем занялся порталом. Я следил внимательно за его работой и думал о том, что меня это сегодня тоже ждет. Александр Григорьевич сказал, что, когда вернемся мне нужно будет самому создать портал на кладбище, а заодно и нанести портальную метку.

— Готов? — спросил он, как только я переоделся в свою броню. — Тогда давай мою саблю, бери пиво и пойдем.

Насколько я помнил наставления Черткова на этот счет, хозяева кладбищ обычно предпочитают селиться ближе к его центру. Там самые старые могила, а значит самая сильная энергетика. Вот только на моем кладбище сложно было найти центр — могилы были разбросаны повсюду, а Некрометр показывал сразу на несколько мест, где мог обитать хозяин.

— Александр Григорьевич, вы же знаете где он сидит, — сказал я, глядя на Некрометр. — Все равно ведь найду, а так время сэкономим

— В таком месте некуда спешить, Темников, — ответил мне на это наставник. — У нас с тобой целый день впереди так, что работай спокойно.

Старясь держать подальше от некротварей, которых здесь было достаточно много, я подошел к первому месту, откуда решил начать свои поиски, активировал Слово-Русло и принялся за дело. Как там Чертков учил…

— Я пришел к тебе с миром и дарами! — послал я мысленный сигнал и звякнул сумкой с бутылками. — Ответь на мой призыв и выйди ко мне!

Не вышел. Только несколько некротварей заинтересовались нами сильнее и подползли поближе. Здесь не было оград, так что сложно было сказать, как далеко распространяются зоны влияния каждой из тварей, поэтому я на всякий случай держал в поле зрения.

— Может быть он просто не хочет отзываться на мой призыв? — спросил я у наставника, после того как мы обошли уже несколько мест с высоким показателем некроэнергии.

— Темников, хозяева кладбищ могут устанавливать свои правила в собственных владениях, но вот условия нашего с ними взаимодействия менять не могут, — объяснил мне Чертков. — Он не может отказать, понимаешь?

— Понимаю, — соврал я, так на самом деле пока мне это было не очень понятно.

После этого было еще две безуспешных попытки, когда старик вдруг без предупреждения активировал запасные врата в наш мир. Ну наконец-то! Это был явный признак того, что мы на месте, иначе с чего бы ему тратить так много энергии просто так.

Я осторожно поставил сумку с пивом на землю и в который уже раз за сегодня повторил слова призыва. На этот раз ответ последовал.

— Чертков… — услышал я в своей голове грубый голос. — Чертков и его ученик Максим Темников…

Что и говорить, услышать свое имя и фамилию было для меня очень неожиданно. Неужели наставник разговаривал с ним раньше обо мне, и хозяин кладбища ждал нас?

В поисках ответа на этот вопрос я с удивлением уставился на Александра Григорьевича, но тот приложил палец к губам и покачал головой. Видимо намекал, что сейчас об этом говорить некогда. Собственно говоря, так оно и было. Из-за деревьев показалась очень высокая тощая фигура похожая на человека, которая двинулась в нашу сторону.

Я бросил быстрый взгляд в сторону запасных врат, чтобы убедиться, что они недалеко. Конечно я надеюсь, они нам не понадобятся, но чем ближе врата, тем мне будет спокойнее. Затем я взял сумку с пивом и поднял ее повыше.

— Темное пиво, — сказал я, глядя на медленно приближающуюся к нам высокую фигуру и добавил чуть смелее и громче. — Я, Максим Темников, принес тебе дар. Будем знакомиться?





Глава 4


Как и в прошлый раз, когда я знакомился с хозяином кладбища, прочие некротвари тоже очень активно реагировали на его появление. Лезли к нам со всех сторон, как будто им здесь кровью намазано.

По правде говоря, это заставляло меня сильно нервничать. Терпеть не могу, когда их вокруг так много, и самое плохое в этом то, что стоит хозяину кладбища дать команду, как они бросятся на нас всем скопом. Сражаться с ними в такой ситуации попросту глупо и вся надежда на запасные врата.

Тем временем хозяин кладбища был уже в паре десятков шагов от нас и я мог его рассмотреть получше. Он был очень высоким, под два с половиной метра ростом. Спутанные волосы висели почти до земли, как и непропорционально длинные руки, которые касались высокой травы.

Он был покрыт подобием кожи, которая была больше похожа на кору дерева. Голова одна, два горящих тусклым светом глаза и пара ног. В общем и целом, по сравнению с прошлым хозяином кладбища, этот был просто красавец. Единственное, что его сильно портило, это длинные острые зубы, которые в несколько рядов торчали из его рта.

Кстати говоря, на нем даже было что-то вроде одежды. Сшитый из кусков разной ткани бесформенный балахон свисал до колен и даже имелся пояс, на котором я увидел странные предметы. Совсем маленькие белесые кости, кинжал с черной рукояткой, несколько деревянных колокольчиков и пара пушистых кроличьих хвостиков.

Хотя нет… Откуда здесь возьмутся кролики? Наверное, хвосты принадлежали каким-то некротварям. Правда я что-то не припомню, чтобы не в некрослое попадались твари с такими хвостиками. Странно, конечно…

Хозяин кладбища остановился от меня в нескольких шагах и молча уставился на нас. В этот момент я услышал, как за моей спиной тихо кашлянул Чертков, видимо наставник таким образом намекал мне на то, что пора бы уже что-то сказать.

— Приветствую тебя, хозяин этого места! — неуверенно начал я, пытаясь вспомнить, учил меня Александр Григорьевич каким-то особым правилам обращения к таким существам или нет. — Я Максим Темников, ученик Александра Григорьевича Черткова, пришел с уважением и вот еще…

Я потряс бутылками перед собой, которые отозвались веселым перезвоном.

— Принес тебе дары, — сказал я на тот случай, если существо не поймет, что именно в сумке. — Темное пиво, как ты любишь.

Хозяин кладбища внимательно смотрел на меня, а затем протянул ко мне руку. В этот момент я заметил, что у него семь пальцев на правой руке. На всякий случай я сжал саблю покрепче, чтобы в случае чего отрубить ему руку, однако он не стал меня касаться.

— Темников… — услышал я в голове его хриплый голос. — Ты уже был здесь… Ученик Черткова… Уйдет Чертков, придет Темников… Да, я слышал о тебе…

Любопытно. Вряд ли мой наставник ему рассказывал обо мне. Выходит, что хозяева кладбищ могут каким-то образом общаться между собой? Правда я представить себе не мог, каким образом они могут это делать, находясь на таком большом расстоянии друг от друга. Да уж, некрослой — странное место. Похоже слухи внутри этого измерения распространяются еще быстрее чем в «Китеже».

— Я не грабитель могил и твоя земля не для моих изысканий, — припомнил я фразу, которую старик говорил в прошлый раз. — Разреши мне стать твоим другом?

— Положи дары перед ним, — услышал я за спиной шепот наставника.

Я так и сделал. Положил сумку на землю, краем глаза заметил, что окружающие нас некротвари в эту секунду оживились. Вот он тот самый решающий момент, и мне нужно постараться ничем не выдать свой страх. Надеюсь, у меня получалось.

Тем временем хозяин кладбища протянул руку к сумке и быстро раскрыл ее своими длинными скрюченными пальцами. Спустя еще пару секунд одна из бутылок перекочевала в его руку, затем он ногтем сковырнул крышку и одним махом опустошил половину. Надо ли говорить, что я раскрыл рот от удивления?

Хозяин кладбища икнул и пиво начало выливаться из него на землю. Правда я не очень понимал откуда именно, так как на нем был длинный балахон, который не давал мне возможности увидеть, что там у этого парня вместо желудка. Если, конечно, там вообще что-то было.

— Ты хочешь работать здесь, Темников? — прохрипел хозяин кладбища и сделал еще глоток пива, которое вскоре оказалось на земле.

— Да, — ответил я, решив, что с ним стоит говорить честно и ничего не скрывать. — Мне нужно место для практики, и я выбрал твое кладбище. Если ты не будешь против, конечно.

— Мое кладбище… — сказал он и допил бутылку, полив землю новой порцией темного пива. — Правильно… Оно мое…

Хозяин кладбища сделал небольшую паузу, во время которой вторая бутылка пива перекочевала из сумки в его скрюченную руку.

— Ты давно не приходил, Чертков… — обратился он к моему наставнику. — Не приносил дары… Я люблю дары…

— Времени не было, — коротко ответил Александр Григорьевич. — Разные дела. Я ведь живой, сам видишь, а у живых всегда хватает разных дел.

— Пока живой… Но это временно… — прохрипела некротварь и хлебнула еще пива. — Твой ученик способный?

— Всякое бывает, — ответил Александр Григорьевич, заставив меня немного смутиться от такого ответа. Вообще-то, я считал себя очень способным, если что.

— Угу… — прохрипел в ответ хозяин кладбища, а затем уселся на ближайший надгробный камень и занялся второй бутылкой пива.

Честно говоря, этот тип начинал мне нравиться. В том смысле, насколько вообще может быть симпатична некротварь. В отличие от прошлого хозяина кладбища, этот не был особо уродлив, к тому же любил поговорить, как я понял, и я решил, что это очень неплохо. Значит, в случае чего, можно будет попытаться с ним договориться о чем-нибудь.

— Почему мое кладбище? — спросил он, прикончив вторую бутылку. — Расскажи мне.

— Ну… Оно очень старое… — начал я и посмотрел по сторонам. — Никаких посетителей и родственников. Смотрителя нет и вообще… Тихо вокруг, озеро, опять же… Энергетика особая.

— Как ты сказал? — заинтересовался последней фразой хозяин кладбища.

— Мощное место, — ответил я, решив, что так ему будет понятнее.

— Понятно… прохрипел он, затем открыл третью бутылку, отпил немного и ткнул пальцем в мою сторону. — Для тебя у меня будут условия, ученик Черткова. Каждый раз, когда приходишь сюда — с тебя дары.

Исходя из того, что я видел, это было как-то интуитивно понятно. Видимо этот тип тот еще любитель выпить.

— Это вполне выполнимо, — кивнул я.

— Не трогаешь могилы без моего разрешения, не тревожишь тех, кто в них лежит и никаких громких звуков после заката, — продолжал перечислять он. — Иногда можешь обращаться ко мне с просьбами. Я разрешаю.

— Спасибо, — поблагодарил я его, правда пока мне было не очень понятно с какими именно просьбами можно обращаться к хозяевам кладбищ, но думаю, что Чертков мне об этом еще расскажет.

— Отныне это кладбище открыто для тебя, Максим Темников. Мои слуги не станут трогать тебя, — добавил он и поднес к глазам бутылку с пивом. — Если будут дары.

— Само собой, — кивнул я.

После этого хозяин кладбища еще немного посидел, глядя на нас с Чертковым, допил пиво, вытащил из сумки остальные бутылки и вместе с ними побрел туда, откуда пришел.

— Что скажешь? — спросил у меня старик, когда фигура хозяина кладбища растворилась среди деревьев. — По-моему, ты ему понравился.

— Мне он тоже, — признался я и посмотрел на некротварей, которые начали неторопливо расползаться по своим могилам. — Я так понял, он большой любитель поговорить?

— Есть такое дело, — ответил наставник. — Так что привыкай. Среди них много таких любителей.

— Александр Григорьевич, а откуда он меня знает? — решил спросить я. — Ему первый хозяин кладбища сказал?

— Да, — кивнул он и посмотрел на меня. — Не знаю каким образом, но информация между ними быстро расходится. Поэтому всегда помни об этом и будь внимателен к каждому из них. Конечно, это не означает, что если ты не понравишься кому-то из хозяев кладбищ, то автоматически настроишь всех против себя — у каждого из них свои тараканы. Однако помнить об этом ты должен.

— Спасибо, — ответил я. — Буду иметь в виду. А откуда у него кинжал и колокольчики?

— Можешь догнать и спросить, — усмехнулся Чертков. — Что смотришь? Почему ты решил, что я должен об этом знать? Я ему никаких колокольчиков не приносил. Когда мы познакомились, они у него уже были.

Больше вопросов я задавать не стал. С учетом того, что Александр Григорьевич единственный человек в Российской Империи с таким даром, будем считать, что колокольчиками хозяина кладбища снабдил, кто-то из предков наставника. Других вариантов, как это можно было объяснить, у меня не было.

Обратно в наш уютный кабинет я вернулся в отличном настроении. Это был первый раз, когда я пообщался с хозяином кладбища практически без помощи своего учителя и я считаю, что у меня очень хорошо получилось. Все не так страшно на самом деле. По крайней мере, в данном случае получилось просто замечательно, а учитывая то, что на этом кладбище возможно мне предстоит бывать не один раз, то лучшего и желать нельзя.

Оставшуюся часть дня мы с Чертковым посвятили портальной магии. Так что к вечеру я хоть и порядком устал, но зато обзавелся новой меткой на моей портальной карте.

— Поздравляю, Темников, можешь считать, что сегодня ты обзавелся своим первым собственным кладбищем, — сказал мне Чертков, когда мы шли по школьному парку после урока. — Я больше не буду там появляться, так что пользуйся и храни там свои секреты.

— Спасибо, Александр Григорьевич, — поблагодарил я его, размышляя над последними словами.

Мои собственные секреты в некрослое… Звучало довольно странно. Каждый раз в такой момент старик давал мне явный намек на то, что рано или поздно он отойдет от дел. Честно говоря, меня это расстраивало. Я уже привык к его компании в некрослое и ходить в учениках меня пока вполне устраивало.

— Кстати, ты когда собираешься принести мне кисель возможного будущего? — неожиданно спросил у меня наставник в тот момент, когда мы подошли к его общежитию.

— Что принести? — не понял я вопроса.

— Кисель возможного будущего, — повторил он и стукнул меня по плечу Модестом. — Чтобы я мог посмотреть, сколько лет мне еще придется учить такого олуха, как ты. Что-то ты перестал радовать меня блюдами из моей книги рецептов, вот я тебе и намекаю — хочу кисель.

— В вашей книге нет такого рецепта, — улыбнулся я, потирая плечо.

— Неужели? — удивленно вскинул бровь наставник. — Ну хорошо, что ты ее вообще открывал, а не используешь как подставку под кружку. Там очень много полезных вещей, Темников, не стоит о ней забывать.

— Александр Григорьевич, у меня просто времени на все не хватает… — попытался оправдаться я. — Турнир вот еще… Громов сказал, что теперь никаких выходных, по три дня в неделю будем заниматься. К тому же, вы сами сказали, что в некрослой мне нужно пореже ходить, чтобы не привыкать к нему.

— Вот этого я тебе не говорил, не ври, — сказал старик и треснул меня посохом еще раз. — Я сказал, что нечего шастать там без дела, а это разные вещи. Что за привычка все время выкручиваться? Остолоп… Ладно, иди отдыхай. Ты сегодня хорошо поработал.

На прощание я хотел было спросить у наставника насчет пространственной сумки, о которой просил его справиться у Хвостова, но передумал. Несмотря на возраст, с памятью у Черткова было все хорошо, а значит ему просто нечего мне было сказать на этот счет. Что же, подождем. Надеюсь, Василий Стахиевич все-таки что-то придумает.

Помня о том, что Нарышкин собирался сегодня как следует выспаться, у меня были кое-какие сомнения, что он подготовит для меня формулы заклинаний, о которых я его просил. Не удивлюсь, если его вообще уже нет в школе и мой друг укатил в Белозерск. В последнее время он зачастил с визитами к Горчаковым.

Однако оказалось, что я напрасно сомневался в княжиче. После ужина Лешка не только отдал заклинания, но даже сделал это не файлом, как хотел, а распечатал мне их на бумаге, избавив меня от необходимости самому тратить на это время.

— Вот, держи, — сказал он, протягивая мне увесистую папку. — Не знаю, что ты собираешься с этим делать, но я надеюсь, что не зря потратил на это целый день.

Я тоже на это надеялся и сказал Люфику, что верю в него, когда отдавал демоненку заклинания. Тот в ответ отдал мне усовершенствованные формулы заклинаний с левиафанами и заверил меня, что за несколько дней постарается справиться с новым заданием. Разумеется, потребовав с меня каких-нибудь вкусняшек за работу.

В общем день прошел неплохо, если не считать того, что Градовскому нечем было меня порадовать. Гримуар он пока не нашел. Правда Петр Карлович сказал, что он еще не все изучил, так что оставалась надежда на воскресенье. Мой помощник пообещал, что завтра возьмется за дело с двойным усердием и заглянет в каждый книжный шкаф, который есть в «Китеже», и прошерстит все пыльные полки в архиве.

Воскресенье я решил провести в гостях у деда. В последнее время я не так уж часто радовал его своими визитами, а если таковые и случались, то все больше наскоками и на бегу. Даже поговорить особо было некогда.

Эх… Знал бы я, что к этому времени Голицын уже сообщил ему подробности моего участия в деле тайных алхимиков и дед практически все воскресенье посвятит тому, что будет меня отчитывать за эту историю. Хотя Дракон заверил его в том, что наши с Нарышкиным фамилии никоим образом не будут упомянуты в этом деле, дед сильно сомневался, что это не аукнется нам в будущем.

Не знаю, я почему-то был склонен думать, что все обойдется. С каждым днем шумиха вокруг этого дела спадала на нет. Хотя, по словам Нарышкина, аресты все еще продолжались, правда уже не в таком количестве, как в самом начале. В общем, время покажет. У меня было чем еще занять голову, кроме переживаний о возможных последствиях, которые в данный момент казались мне чем-то несущественным.

Когда дед в понедельник утром высаживал меня из машины на школьной стоянке, я пообещал ему, что в ближайшее время не планирую участвовать во всяких историях, которые обеспечат ему сердечный приступ раньше времени. Да и когда участвовать? С таким графиком, который меня ждет, хоть бы на обед время находилось, и то будет хорошо.

— Есть новости? — спросил я у Градовского, который прилетел меня встречать и теперь сопровождал по школьному парку.

— К сожалению нет, хозяин, — грустно ответил Петр Карлович. — С момента твоего отъезда я ни минуты не провел без дела, но этот гримуар как сквозь землю провалился! Чтоб ему пусто было…

Жаль. По правде говоря, я был уверен, что призрак найдет книгу.

— Я думаю, ее вывезли с территории школы, — поделился мой помощник своими соображениями. — Возможно ее даже сожгли.

— Зачем бы это? — усмехнулся я.

— Как это? — удивленно воскликнул Градовский. — Ты бы слышал какими ругательствами она меня обзывала. Только за одно это ее следовало бы распотрошить на страницы и сжечь.

— Может быть, книга не любит призраков, — предположил я. — Тем более призраков-черепов.

— Вот-вот, — согласился со мной Дориан.

— На тебя она тоже бросалась, — напомнил мне Петр Карлович. — Мало того, что этот гримуар грубиян, так у него еще и бешенство. Нет, хозяин, думаю книгу точно сожгли.

— Или она просто находится в секретном отделе архива, — сказал я. — Ты же туда не можешь попасть, как я понимаю.

— Туда не могу, — не стал спорить призрак. — Но не думаю, что такая уродская книга заслуживает чести храниться в секретном отделе.

— Ну мало ли, что там может храниться… — ответил я.

Собственно говоря, эта версия на данный момент казалась мне самой вероятной. Если, конечно, книга на территории школы и Градовский не врал насчет того, что излазил все вдоль и поперек. Впрочем, это легко проверить. Можно попробовать применить дар Вагассо, чтобы он помог ее отыскать.

Вот только что, если книга и правда в секретном отделе? Я очень надеялся на то, что это не так. Второй раз устраивать переполох со взломом в архив, это уже было чересчур. Тем более, что мне еще нужно будет каким-то образом обратно вернуть туда книгу, которую я временно позаимствовал. Причем об этом уже нужно начинать думать. По словам Загорского, скоро должна вернуться Островская со своей австралийской конференции артефакторов.

Ладно, не будем забивать себе этим голову раньше времени. Пока на повестке дня гримуар. Может быть, его и нет в секретном архиве. Впрочем… В самом скором времени я об этом узнаю. Возможно даже сегодня.

— Градовский, — окликнул я помощника, который летел рядом молча, чувствуя себя виноватым.

— Да, хозяин?

— Что еще интересного расскажешь? — спросил я, так как путь до общаги был еще долгим, а у моего помощника всегда наготове пара занимательных историй, без которых «Китеж» не мог существовать и дня.

— Хочешь расскажу, как вчера вечером твой носок пробрался в фехтовальный зал и повалил стенд с учебными мечами? — с готовностью предложил Петр Карлович. — Я как раз в тот момент искал там гримуар.

— Валяй, — кивнул я. — Хоть что-то веселенькое с утра…





Глава 5


Не знаю, как оно работает, но неделя в нашей магической школе устроена таким образом, что не успеваешь заметить, как она заканчивается. Кажется, что совсем недавно был понедельник и я с неохотой тащился на первый урок, и вот уже скоро новые выходные.

Самое интересное, что происходило так не от того, что было скучно. В «Китеже» не бывает скучно. Хотя одно исключение из правил все-таки есть, можно было записаться на углубленный курс всемирной истории магии. Говорят, там так весело, что ученики спят на каждом уроке. Неудивительно, что там еще можно делать?

Вот и эта неделя не отличалась от прочих, даже наоборот. Чем ближе был конец учебного года, тем больше «Китеж» напоминал растревоженный улей. Оно и понятно, близился конец учебного года и вместе с этим и обычные тревоги учеников.

Старшекурсники готовились к сдаче выпускных экзаменов, от результатов которых зависело их будущее, и ходили по школе с таким видом, как будто через месяц их собирались отправить на войну. Первокурсники просто паниковали по случаю своих первых годовых испытаний.

Что касается нас с Нарышкиным, то наши тревоги по большей части были связаны с турниром, который неотвратимо приближался. Да и не только мы думали об этом, что говорить. В этом смысле конец учебного года интересовал всех не только предстоящими экзаменами, но и грядущим магическим турниром. Собственно говоря, поэтому куда не пойди, тем для разговоров было две — как сдавать алхимию Щекину и кто победит в Богемии?

По правде говоря, это заставляло нас с Лешкой довольно сильно нервничать. Особенно в те моменты, когда мы с княжичем слышали о том, что из двух наших школ победу пророчат «Тирличу». Сказать, что нас это выбешивало, значит ничего не сказать. Причем княжич злился гораздо сильнее меня, так что иногда мне приходилось его успокаивать.

— Леха, ну что ты как маленький? — говорил я ему в те моменты, когда он начинал грозить сплетникам всякими смертными карами. — Сам же понимаешь почему так происходит.

— Завидуют просто, — пыхтел Нарышкин. — Все понятно, Макс, я ведь не дурак. Мы с тобой в школе особой любовью учеников не пользуемся.

— Насчет тебя я бы так не сказал, а вот меня точно не любят. Так что не парься, — успокаивал я его. — Это из-за меня разговорчики.

— Просто не люблю, когда в глаза одно говорят, а за спиной дерьмо за шиворот льют, — рычал княжич. — Долбаные лицемеры…

Однако, как бы там ни было, а все эти неприятные разговоры подстегивали нашу команду и заставляли заниматься на уроках Громова с двойным усердием. Роман Артемович нам ничего не говорил, но по его виду и так было понятно, что он рад видеть нашу энергию и настроение, с которым мы тренировались.

Во вторник у нас получалось прямо очень хорошо. Мастер темных классов даже удостоил Нарышкина похвалы за то, что мой друг смог справиться с магмовым слизнем просто безукоризненно. Кстати, с передачей энергии у нас с княжичем тоже стало получаться гораздо лучше. Не могу сказать, что уже понимали друг друга с полуслова, но мы уже были близки к этому.

Радовала и Горчакова, у которой за все это время еще ни разу не случилось пугающих нас приступов. С одной стороны это немного успокаивало, но вот с другой… Наводило на мысль, что рано или поздно с ней это произойдет. Хорошо бы перед турниром, а не во время его проведения.

Хотя здесь не угадаешь. К этому времени мы уже довольно близко сошлись с Еленой, которая не стеснялась говорить с нами о своей неприятной магической болезни. Так вот, по ее словам, приступ мог случиться когда угодно. Вне зависимости от того, когда он был у нее перед этим. Оставалось надеяться лишь на Веригина, у которого Горчакова проводила все больше времени, и его мастерство целителя.

Между собой мы с Нарышкиным обсуждали ее частые визиты в медицинский блок. Нам обоим хотелось верить, что не в последнюю очередь именно это играло свою роль в отсутствии проявлений ее магической болезни. Ладно, время покажет, чего уж тут… Во всяком случае, идея насчет Эликсира Жизни нас не покидала, и мы собирались всерьез вернуться к этому вопросу сразу после окончания турнира. По крайней мере Лешка в этом смысле был настроен очень серьезно.

К вопросу загадочного гримуара-сквернослова я вернулся в среду. Сразу же после очередного заседания «Арканума», на котором Борис Алексеевич рассказывал нам о скрытых свойствах корня горчанки, мне представился очень удобный случай, который не хотелось терять.

В этот день именно мне выпало быть дежурным и убраться в лаборатории после того, как занятие было окончено, так что я оказался в пустом главном корпусе на законных основаниях. Даже не нужно будет ничего придумывать для охраны, если вдруг случится так, что нужно будет как-то объяснить мое здесь местонахождение.

По моим расчетам, если гримуар Барнаби-Барнаби находился на территории школы, то подходящих мест для этого было всего два — секретный отдел архива и главный корпус. В теории еще можно было рассмотреть общагу преподавателей, но этот вариант я считал менее вероятным. Все-таки, по большей части, наставники у нас были в своем уме и вряд ли стали бы хранить в своей комнате столь опасную вещь.

Начать я решил с более простого варианта — главного корпуса. Возможно, мне удастся обойтись малой кровью и прорываться в архив не придется. Поэтому, как только закончил с уборкой и привел в порядок лабораторию, я произнес нужные слова для активации дара Вагассо и затаил дыхание в надежде увидеть спасительную синюю тропинку.

Есть!

— Градовский, книга в «Китеже! — радостно воскликнул я и посмотрел на Петра Карловича, который внимательно наблюдал за моими действиями.

— Значит она в секретном отделе, — уверенно ответил мой помощник. — Других вариантов нет, хозяин.

Вот в этом я как раз был не уверен. Цвет путеводной тропинки был ярким, а это обнадеживало. Чем ближе искомый предмет, тем ярче светится тропинка.

— За мной, — велел я призраку и вышел из лаборатории.

Бродить по главному корпусу в такое позднее время было сплошным удовольствием. Никакой беготни по коридорам и никакой ненужной суеты, которая царит здесь днем.

Лишь тишина, покой и редкие преподаватели, которые иногда попадались мне навстречу и не задавали лишних вопросов. Ясное дело, что я здесь по учебным делам, а как иначе? Какому ученику взбредет в голову болтаться по главному корпусу в такое время?

Стараясь вести себя как можно более естественно, я уверенно шагал вслед за дорожкой и делал вид, что знаю куда иду. На самом деле я понятия не имел, куда ведет меня тропинка, которая становилась все ярче и ярче. Единственное, в чем я был точно уверен — я шел не в архив. Вскоре я убедился в этом окончательно, когда тропинка привела меня к кабинету нашего мастера темных классов, Романа Артемовича Громова.

Ну здорово блин…

— С другой стороны, вполне логично, — сказал Дориан в тот момент, когда я задумчиво стоял перед дверью. — Где еще могла бы быть книга, как не у него?

— Что-то случилось, хозяин? — самодовольно спросил Петр Карлович. — Почему ты остановился? Твое таинственное волшебство закончилось?

— Наоборот, — ответил я и посмотрел на призрака. — Все работает как нужно, книга находится в этом кабинете.

— Прошу прощения, хозяин, но твоя магия обманывает тебя самым бессовестным образом, — с вызовом в голосе сказал мой помощник. — В этой комнате нет книги, можешь мне поверить.

— Градовский, это особая магия, она никогда не обманывает, — ответил я ему. — Пойдем.

Пока призрак возмущался тем, что я ему не верю, я уже думал о другом — как так вышло, что Петр Карлович не нашел книгу в кабинете Громова? Дар Вагассо не мог меня обмануть, а значит гримуар был там. Оснований не верить своему помощнику у меня тоже не было. Прямо магия какая-то… Неужели этот гримуар может становиться невидимым ко всему прочему?

— Градовский, ты уверен, что все хорошо осмотрел? — спросил я у него.

— Хозяин, если ты… — с вызовом завел свою старую пластинку призрак.

— Только не начинай, я тебе верю и все такое, но магия, которая меня привела туда, не может обманывать, понимаешь, — объяснил я ему. — Это не твой приятель Херцег Данко, который может надуть ради собственной выгоды.

— Чтобы у него ноги отвалились! — автоматически отозвался Петр Карлович, как только услышал имя своего врага. — Хорошо, я все еще раз осмотрю и вернусь. Я скоро!

Призрак стрелой улетел на повторное исследование владений Романа Артемовича, а я направился в общагу. Разумеется, что взламывать комнату мастера темных классов я не собирался. Во всяком случае, прямо сейчас. Это тебе не кабинет Золотова, перед тем как лезть к Громову нужно все тщательно обдумать — стоит ли вообще туда лезть?

Об этом я решил подумать чуть позже, а пока же меня интересовало нечто другое. Я вышел из главного корпуса и сразу же ощутил приятный вечерний ветерок, который напомнил своей теплотой, что скоро лето.

Для начала меня интересовало, зачем Громову вообще понадобилась эта книга? Значит она действительно была очень ценной, так получается? Или он просто хранил ее у себя, чтобы она снова не удрала из архива? Он же забрал ее у меня после драки, а потом сказал, что гримуар поместили под надежную защиту.

Хм… Насколько надежен в этом смысле кабинет мастера темных классов? Хороший вопрос. Еще любопытно вот что — Роман Артемович знает, что эта книга как-то связана с Перстнем Жнеца, или нет? Или просто хранит его у себя как некий древний гримуар по некромантии?

Стоп! Они с Орловым говорили вроде бы, что гримуар удрал из архива, потому что какой-то болван не поместил его под магический барьер. Так вроде бы?

— Точно, — сказал Мор. — Еще была версия, что книгу кто-то вынес из архива…

— Было такое, — припомнил я. — Вот тебе и еще один вопрос нарисовался.

— Книги там нет, — услышал я голос Градовского, который неожиданно появился рядом со мной.

— Не может быть, — сказал я.

— Хозяин, я тебе точно говорю, в доступном пространстве ее нет. Там вообще не так много книг, — сказал призрак, немного помолчал и добавил. — Но в его кабинете есть сундук, вот он как раз недоступное для меня пространство.

— Как это? — не понял я. — Ты же говорил, что не смог попасть только в секретный отдел?

— Еще есть этот сундук, — как ни в чем не бывало сказал мой помощник. — Наверное, я его не заметил, когда осматривал эту комнату в первый раз. Знаешь, хозяин, твоя магическая школа все-таки не собачья будка. Немудрено, что я мог упустить какую-то мелочь. Тем более, что у меня нет такой чудесной магии, которой ты владеешь, и я могу полагаться только на себя. Двое суток я без продыху находился в поисках… Имею я право ошибиться?

— Ладно, не ной, не заметил, так не заметил, — сказал я. — Что за сундук?

— Черный, с серебряными узорами и магическим барьером, — ответил мой помощник, радуясь тому, что я не стал его отчитывать. — Совсем крохотный сундук, хозяин. Ты бы его тоже не заметил.

Мысли о гримуаре не давали мне покоя оставшийся вечер и весь следующий день. Точнее сказать, мыслей было много, но больше всего меня интересовала одна — что делать?

Вариантов было не так уж много, однако хватало. Первый самый простой — попытаться проникнуть в кабинет к Громову, вскрыть сундук и завладеть книгой. Правда, на мой взгляд, это было бы крайне неразумно. Если вдруг меня поймают, то сложно будет объяснить, зачем мне понадобилась книга. Разве только сказать правду. Нет, так не пойдет.

Второй вариант сложнее, но и интереснее. Сделать все то же самое, только не похищать книгу, а попросить Люфика сделать срочную копию, а затем вернуть книгу обратно. Этот вариант мне нравился больше, хотя тоже был не очень. Пугала сама мысль о том, что я пробираюсь в кабинет мастера темных классов. Не шуточки…

Конечно, был еще и третий вариант. Просто поговорить с Громовым и попросить у него книгу напрямую. Как по мне, так это был самый лучший вариант из трех. Во всяком случае, мне он нравился с той точки зрения, что не нужно ничего взламывать тайком.

— И как ты себе это представляешь? — спросил Дориан. — Что ты ему скажешь? Здравствуйте, Роман Артемович, дайте мне пожалуйста древний гримуар, который хранится в вашем зачарованном сундуке. Просто я хочу разобраться с одним колечком, которое может управлять судьбами, а без вашей книги никак. Так примерно?

— Почему именно так? Необязательно, — ответил я. — Не забывай, я всегда могу сказать, что книга мне нужна для научной работы.

— Ага, так он тебе и поверил, — хмыкнул Мор. — С твоей-то репутацией…

— Нормальная у меня репутация, — возразил я. — То, что я время от времени торчу у Орлова в кабинете, еще не говорит о том, что я бестолковый ученик. Между прочим, по рейтингам я на самом верху и, если ты не забыл, даже буду участвовать в магическом турнире от «Китежа».

— Не принимай так близко к сердцу, мой мальчик, я не хотел тебя обидеть, — успокоил меня Дориан. — Просто согласись, что… В общем, неважно. Если подумать глубже, то аргументы, которые ты привел, имеют смысл. Может быть, тебе действительно имеет смысл зайти к Громову с этой стороны. Несколько нестандартно, но шансы есть. Особенно, если ты ему скажешь, что твои научные изыскания будут как-то связаны с усилением вашего отряда на турнире.

— Между прочим, это так и есть, — сказал я. — Это имеет прямое отношение к турниру, так что в этом случае я ему скажу правду. Хотя, не всю, конечно…

Немного помолчали. О чем думал Мор, я не знал, а я вот размышлял над перспективами разговора с Громовым. Для себя я уже решил, что в любом случае начать стоит именно с третьего варианта, так как по факту я ничего не терял. Даже если ничего не получится, то в моем распоряжении останутся два первых. Да, очень опасных варианта, менее привлекательных, но тем не менее они останутся.

Эх, непростой разговорчик получится… Что, если он спросит меня, откуда я вообще узнал о том, что книга у него?

— Как раз здесь никаких сложностей нет, — нашелся Мор. — Просто скажешь, что он у тебя забирал книгу после той драки в туалете, вот поэтому ты и решил спросить о ней у него.

— Согласен, так можно, — не стал спорить я. — А если спросит зачем конкретно мне гримуар? Что я собираюсь с ним делать?

— Ну не знаю… — задумался Дориан. — Здесь остается только надеяться на твою репутацию, как ты говоришь. Ты же парень любознательный. Любишь всякую разную магию изучать и с древними гримуарами возиться. Еще хорошо сработает, что ты в принципе странный. Поверь, все уже привыкли к тому, что иногда с тобой происходят всякие штуки, объяснение которым ты сам найти не в состоянии. Ты и в школе-то оказался поэтому… Думаю, Громов не сильно удивится, если ты обратишься к нему с подобным вопросом.

— Хорошо, — сказал я Мору, обдумав все варианты как следует. — Видимо другого выхода нет.

— Не переживай, Макс, все будет хорошо, — решил меня поддержать Дориан. — Сам подумай, кто еще кроме тебя может подкатить к мастеру темных классов с таким вопросом? Только ты и твоя непосредственность.

— Вообще-то, непосредственность у нас с тобой одна на двоих, — ответил я и усмехнулся.

— Это не имеет никакого отношения к делу, просить-то его будешь только ты, — справедливо заметил Мор.

Это верно… Что же, будем считать, что решение принято. Теперь осталось только набраться смелости и поговорить с Громовым. Кстати говоря, неплохо бы подумать, когда именно мне нужно набраться этой самой смелости. Завтра после урока темной магии или в пятницу после тренировки?

С одной стороны, завтра было бы удобнее. Можно будет задержаться ненадолго после урока и наедине пообщаться с Романом Артемовичем. Все-таки в пятницу на тренировке будет еще Нарышкин, а мне не хотелось поступать так, чтобы Лешка подумал, будто у меня от него с Громовым секреты.

Выходит так, что лучше завтра… Чувствую напряженным будет разговорчик…

___________________________________________________

От автора:

Дорогие читатели!

В ожидании продолжения рекомендую свой собственный цикл «Истинный дворянин». Цикл полностью закончен! Надеюсь, вам понравятся приключения Владимира Соколова и Тосика :)

Прошу:





Глава 6


Мысли о предстоящем разговоре с Громовым упорно лезли в мою голову и не давали заснуть. Использовать дар Элебриса в качестве обычного снотворного я не решился — мало ли как он работает? Может быть, ему нужно давать время на отдых после каждого использования? Или вдруг эта магия сделает меня зависимым? Не хватало, чтобы я как наркоман не мог заснуть без того, чтобы не попросить об этом дар Элебриса.

Да и вообще… Применять такие мощные штуки ради обычного сна было, как минимум, нерационально. После решения, которое мне подкинул дар Элебриса с Кольцом Проклятых Душ и Перстнем Жнеца, я уже не сомневался, что он исключительно хорош. Если когда-то давно я и думал, что в крайнем случае смогу использовать дар в качестве снотворного, то сейчас я понимал, что лучше не проявлять к нему такое неуважение.

Это было примерно так же, как если бы я вдруг начал колоть орехи своей шпагой, которую мне подарили Нарышкины. Так и здесь… Получалось, что я использую очень мощную магию ради удовольствия поспать лишний час.

Я решил пойти другим путем и отправился в Берлогу, чтобы немного отвлечься и поговорить с Люфицером насчет Лешкиных заклинаний. Демоненок обещал, что отдаст их мне через несколько дней, вдруг такой момент уже настал?

Как скоро выяснилось, я не зря наведался в пещеру. По словам Люфика, он буквально несколько часов назад закончил возиться с заклинаниями Нарышкина и готов был вернуть мне бумаги с окончательными вариантами, а заодно и оригиналы. Это было очень здорово, хоть что-то в этом мире шло по плану.

Правда отдавать заклинания просто так эта наглая синекожая морда мне не хотела и требовала в качестве оплаты сладости, которые я ему обещал за оперативность. В шкафчике Берлоги бон-бонов доя Люфицера не оказалось, так что пришлось ему в очередной раз пообещать, что принесу завтра вечером. Кроме того компенсирую нанесенный моральный ущерб процентами, в виде двойной порции вкусностей.

Услышав о двойной порции сладостей, Люфицер мгновенно сменил гнев на милость и великодушно разрешил мне дать ему новое поручение, если у меня такое для него найдется. Кроме того, предупредил, что если я его надул и планирую сам пытаться колдовать по этим формулам, то он за результат не отвечает.

Поздний разговор с демоненком определенно пошел мне на пользу. Я вернулся обратно в свою комнату с кучей бумаг подмышкой и желанием поскорее заснуть, чтобы наступил завтрашний день. Меня прямо распирало от желания отдать Лешке наработки Люфика и послушать, что он скажет на этот счет.

Этого разговора пришлось ждать до обеда. Точнее до прогулки по школьному парку, на которую мы с Нарышкиным отправились, чтобы немного пройтись по свежему воздуху после очень плотного обеда. В столовке я специально держал папку на виду, время от времени поправлял ее и загадочно улыбался, намекая, что внутри нечто интересное.

— Ну? — с нетерпением спросил у меня княжич, когда мы отошли подальше от главного корпуса. — Ты сказал, что позже расскажешь мне, что ты приволок в этой папке. Надеюсь, время пришло, или нам для этого нужно забраться еще и в школьный лес?

— Это необязательно, — ответил я, предвкушая предстоящий разговор. — Но я думаю, нам лучше сесть. Еще грохнешься в обморок от новостей, возись потом с тобой.

— Здесь будет нормально? — Лешка уселся на ближайшую к нам лавочку, расположенную в тени старого дуба, и покрутил головой по сторонам. — По-моему, отличное место. Даже в тени.

— Годится, — согласился я, затем сел рядом с ним и торжественно протянул ему папку. — Держи, дружище. Теперь это твое.

Нарышкин с нетерпением начал развязывать ленту на папке. Ясное дело. За обедом он несколько раз пытался выведать у меня, что там внутри и зачем я притащил папку в столовку, но каждый раз я делал таинственный вид и говорил ему, что он все узнает в свое время, чем приводил его в легкое бешенство. Его палец внимательно скользил по узору, а брови все больше ползли вверх.

Княжич просмотрел один лист, затем второй, третий…

— Это мои формулы заклинаний, которые я тебе давал, — медленно сказал он, внимательно изучая их и, видимо, заметив кое-какие изменения.

— Не совсем, — подмигнул я ему. — Теперь это уже не совсем твои формулы. Точнее сказать, это их улучшенный вариант с некоторыми дополнениями.

— Погоди-ка… — бормотал он, перебирая страницы. — Заклинание регенерации тканей… Хм… Да, интересный вариант… Ключевые узлы магического узора сохранены, но сама формула стала меньше… В теории затраты магической энергии должны уменьшиться…

Лешка вытаскивал из папки все новые и новые листы, а его глаза становились все шире, а челюсть при этом отвисала все ниже. В этот момент мой друг выглядел так, как будто я только что подарил ему волшебный ключ от новой магической вселенной, полной неизведанных им чудес и открытий.

— Тут изменена точка активации… — продолжал исследовать собственные формулы княжич. — Канал распределения совсем в другом месте… Коэффициент иной… Охренеть просто!

В этот момент княжич отвлекся от бумаг и удивленно посмотрел на меня:

— Макс, это не просто дополнения, как ты говоришь, — воскликнул он и я услышал в его голосе какую-то смесь восхищения, любопытства и неверия. — Это полноценная переработка! Все формулы стали менее энергозатратны!

— Я в курсе, — улыбнулся я и пожал плечами. — Насколько я понимаю, работать они тоже должны лучше. Во всяком случае, я так думаю.

— Но как ты это сделал? — не скрывал своего удивления Нарышкин. — Ты же даже не целитель, Макс! Ты вообще не разбираешься в этих формулах, а изменил их так, как будто ты мастер-целитель получше Веригина. Это… Как минимум уровень личных целителей Романова, не меньше…

— Нет, я думаю, с личным целителем ты перегнул, — хохотнул я. — Но скажем так, иногда на меня находит вдохновение.

— Темников, не ври! — прищурился Лешка, пристально глядя мне в глаза. — Я видел лечебные заклинания в твоем исполнении, так что мне не заливай. Ты даже царапину на руке вылечить не можешь. Чтобы ты сделал такое… Никогда не поверю. Разве что продал душу какому-нибудь демону.

На этот раз я не выдержал и рассмеялся. Продать душу демону — в данный момент прозвучало довольно забавно и, самое главное, очень близко к правде. Интересно, что бы Лешка сказал, узнай он о том, что его заклинания и правда переделал демон? Думаю, знатно бы удивился и потребовал бы немедленного знакомства с этим талантливым специалистом.

— Леха, давай так… — сказал я, затем выдержал небольшую паузу и посмотрел на своего друга. — Ясен пень я не перерабатывал эти формулы сам, но и кто это сделал я тебе не скажу. Скажем так, над ними работал хороший специалист, можешь мне поверить. Возможно даже самый лучший в этом деле, но кто он — это останется моим секретом. Просто считай, что у одного моего знакомого был должок передо мной и он его отдал таким образом. Устраивает тебя такой ответ?

Судя по недовольному лицу княжича, как раз именно такой ответ его не очень устраивал. Я уверен, что попроси я у него сейчас черный магический кристалл взамен информации, то мне бы доставили его из Белозерска еще до того момента, когда закончилась большая перемена.

Однако, Нарышкин, будучи человеком воспитанным и выдержанным, решил на этом остановиться. Смотрел на меня несколько секунд, затем что-то прочитал на моем лице и сдался. Видимо сообразил, что дальнейший штурм бесполезен. Затем вновь вернулся к формулам в папке и их изучению, водя по ним пальцами и что-то пришептывая.

— Смотри-ка… — хмыкнул он и ткнул пальцем в одну из формул. — Здесь вообще структура изменена почти наполовину. Интересная схема… Обычно такая используется в темной магии, а не в целительстве… Возможно, это даже где-то гениально!

Лешка бережно сложил листы в папку и крепко завязал ленту.

— Поверить не могу, — покачал он головой и нахмурился. — Интересно, какую услугу ты мог оказать специалисту такого уровня, который смог создать вот такое? Если попробовать купить нечто подобное за деньги, то это уже будет стоить целое состояние. Даже если формулы просто будут менее энергозатратны, а если ты говоришь, что они и работают лучше…

— В твоем исполнении точно должны лучше работать, — сказал я. — Ты правильно сказал — я в таком деле не самый крутой специалист. Могу только предполагать. Единственное, у меня к тебе одна просьба…

Я посмотрел на него, а затем постучал пальцем по папке:

— Пусть это останется между нами, хорошо? Я бы тебя попросил даже с отцом и Иваном не разговаривать об этом. Пусть это будет нашим с тобой секретом.

— Макс… Ты понимаешь, что с такими знаниями я резко стану лучше… — с легкой растерянностью в голосе сказал княжич. — Могут возникнуть вопросы… Слишком резкий скачок всегда вызывает вопросы, а здесь… Даже не знаю…

— А ты не сразу становись лучше, — хохотнул я. — Не надо резко скакать. Делай это постепенно. А то еще решат, что у тебя тоже не все дома, как и у меня. Новые способности внезапно открываются и всякое такое…

— Договорились, — кивнул он и провел рукой по папке. — Надеюсь, когда-нибудь ты меня познакомишь с этим твоим должником. Было бы интересно с ним пообщаться. Обсудить, так сказать, тонкости построения магических узоров.

— Вот это вряд ли, — ответил я. — Хотя… Кто его знает? Может быть, как-нибудь потом. Сам же знаешь, загадывать наперед — это плохой знак.

— Вечно у тебя «как-нибудь потом»… — нахмурился Нарышкин. — Ты знаешь, сколько раз ты мне обещал потом рассказать о чем-то и еще ни разу не рассказал?

— Понятия не имею, — сказал я и посмотрел на часы. — Я по таким вещам статистику не веду. По-моему, нам пора идти. У меня сейчас урок по темной магии, не хочу к Громову опаздывать.

— Тогда я начну вести такую статистику, — пообещал мне княжич, поднимаясь с лавки. — Кстати, ты меня поставил в неудобное положение. Сначала Слеза Феникса, теперь еще вот это… Мне что, тебе второй вертолет нужно подарить в качестве благодарности?

— Мне и одного вертолета выше крыши, — сказал я. — Не переживай, как-нибудь сочтемся. Думаю, в будущем поводов для этого еще будет предостаточно.

На этом наш разговор был окончен. Тем более, что мы уже действительно задерживались, и если в наши планы не входило опоздать на урок, то следовало поторапливаться.

По пути к главному корпусу Лешка успел еще несколько раз поблагодарить меня за такой чудесный подарок, то и дело поглядывая на папку. Такое ощущение, что проверял, на месте она или нет. Думаю, Нарышкин только и ждал, когда ему представится возможность испробовать улучшенные заклинание на практике.

Зная энтузиазм Нарышкина, я почему-то был уверен, что теперь практически все свое свободное время мой друг будет проводить в медицинском блоке, чтобы проводить эксперименты с новыми заклинаниями. Наверное, уже мысленно представлял себе, как быстро лечит переломы и вывихи у первокурсников, которые чаще всего оказывались в медицинском блоке.

Самое главное, чтобы у него получалось при этом не потерять интереса к нашим тренировкам и не отодвинуть подготовку к магическому турниру на второй план. Хотя вряд ли. Думаю, мой друг найдет время и для одного, и для другого. Скорее просто оставит себе на сон всего лишь несколько часов.

Расставшись с радостным княжичем, который умчался, прижимая к себе бумажную папку, я отправился на урок к Громову. Разумеется, все время, пока шел урок, я только и думал о предстоящем разговоре с учителем, поэтому не очень внимательно слушал Романа Артемовича, за что схлопотал от него несколько язвительных замечаний.

В какой-то момент у меня даже закралась мысль, что, желая поговорить насчет гримуара с мастером темных классов, я делаю большую ошибку. Однако Дориан смог убедить меня в обратном, так что к концу урока я уже был настроен на разговор и должным образом подготовлен Мором, который пообещал, что он будет меня поддерживать в самые трудные минуты.

Сегодня урок почему-то казался мне особо изнурительным, при этом он как будто не собирался заканчиваться. Наконец-то прозвенел звонок и ученики потянулись к выходу, а я же специально задержался, делая вид, что перебираю учебники в рюкзаке, хотя на самом деле собирался с духом.

— Темников, что ты там копошишься? — спросил у меня Громов, как только мы с ним остались вдвоем. — Ищешь вчерашний день? Ты какой-то сегодня невнимательный. Я бы попросил тебя собраться к нашей вечерней тренировке. Не хотелось бы, чтобы из-за твоего настроения день пропал даром.

— Соберусь, все будет в порядке, — пообещал я учителю и наконец-то закрыл свой рюкзак, понимая, что уже отступать некуда.

Я подошел поближе к учительскому столу и сел на первую парту. В этот момент мастер темных классов перестал перебирать бумаги на столе и вопросительно посмотрел на меня. У меня было такое ощущение, что он чувствовал мое желание с ним пообщаться и тоже ждал этого разговора.

— Роман Артемович, — начал я, стараясь говорить ровно и уверенно. — Можно с вами поговорить?

— Темников, если вопрос по материалу, то по четвергам у меня дополнительные уроки, — сказал он. — Или у тебя что-то другое?

— Вопрос не по материалу…

— Тогда говори, — разрешил он и демонстративно бросил взгляд на стену, где висели часы. — Только недолго. Сегодня у нас с вами тренировка, а у меня еще куча отчетов, с которыми я планирую разобраться до этого момента. Терпеть не могу торчать на работе до позднего вечера.

— Нет, недолго, — сказал я и выдал: — Я хотел поговорить с вами о книге. О гримуаре Барнаби-Барнаби. Помните, тот самый, с которым я дрался в туалете?

Выдохнув свой главный вопрос, я смотрел на Громова, размышляя, какой будет его реакция? Я ожидал чего угодно и теперь просто строил предположения, как он себя поведет.

В это же время Роман Артемович внимательно смотрел на меня. Он ни на секунду не изменился в лице и ни один мускул на его лице не дернулся. Разве что только от бумаг своих отвлекся и как будто спокойно оценивал ситуацию.

— Откуда у тебя предположение, что книга у меня? — наконец спросил он, после довольно долгой паузы. — Обычно такие вещи принято хранить в школьном архиве.

К этому вопросу я был готов. Даже репетировал с Дорианом несколько раз ответ на него, поэтому мне на обдумывание даже секунды не понадобилось.

— Просто предположение, Роман Артемович, — сказал я. — На сто процентов я не уверен. Вы забрали книгу после драки в туалете, вот я и подумал, а вдруг она еще у вас?

— Звучит логично, — ответил он, сделав перед этим паузу и оценив мой ответ. — И зачем тебе книга, Темников?

Вот здесь я не выдержал и вздохнул. Как быстро наступил самый важный момент нашего с ним разговора.

— Изучить, — уверенно сказал я, причем мой ответ в данном случае был абсолютно честным. — Мне кажется, что в книге есть нечто ценное по оптимизации магической энергии в момент призыва. Помните, я рассказывал, что, когда мы сражались с гримуаром, он все время пытался что-то призывать. Причем он настойчиво это делал, со знанием дела.

Громов молчал и внимательно меня слушал. Я решил, что это хороший знак и продолжил:

— Кроме того, турнир скоро, — сказал я. — Если в книге действительно есть что-то о призыве или нечто такое, что может нам всем троим помочь, то я бы хотел это узнать. Может быть, смогу улучшить формулы призыва существ из обязательной программы и все такое… Сделать их эффективнее, например…

На этот раз Громов молчал очень долго. Он смотрел на меня своим единственным глазом так пристально, что у меня возникло ощущение, будто мастер темных классов решил просканировать мой мозг. Причем обстоятельно так, заглядывая во все уголки моего сознания.

— Почему ты называешь эту книгу Барнаби-Барнаби? — вдруг спросил он и улыбнулся. — Только сейчас не говори мне о том, что это тебе приснилось.

— Я и не говорю… — честно ответил я и пожал плечами. — Просто гримуар все время бормотал эти слова, вот я так его и называю. Ну а что, по-моему, звучит неплохо. Мне нравится. Почему вы спрашиваете?

— Потому что так называли одного некроманта в древности, — ответил учитель. — Считается, что именно он и написал эту книгу. Лично я считаю, что этот персонаж просто выдумка. Типа Кощея Бессмертного в наших сказках.

— Почему? — с интересом спросил я. — Книга ведь говорит эти слова?

— Знаешь, если верить всему, что говорят некоторые книги, то можно спятить, — улыбнулся Громов. — Кстати, этот гримуар в этом смысле особенный, Темников. Он написан какой-то тарабарщиной, которую до сих пор толком никто не разобрал. Ты действительно считаешь, что сможешь понять эту книгу?

— Попробую, — твердо сказал я. — Во всяком случае, готов потратить на это свое время и силы. Я планирую помочь нам стать лучшими на магическом турнире, а лучшие всегда используют все доступные ресурсы. Разве нет?





Глава 7


На этот раз Громов молчал еще дольше. Наш с ним разговор явно затянулся больше, чем я рассчитывал, так как в этот момент прозвенел звонок к началу следующего урока, а я все еще был здесь.

— Темников, по-моему, ты опаздываешь, — сказал мастер темных классов и посмотрел на часы. — Мне будет неприятно узнать, что ты схлопотал отработки и из-за них лишился заслуженного вечернего отдыха.

— Ничего страшного, Роман Артемович, — отмахнулся я. — У меня сейчас теория предсказаний, а Ева Денисовна никогда не наказывает меня отработками.

— Понятно, — кивнул Громов. — Я слышал ее мнение о тебе. Бирюкова думает, что ты зарываешь свой потенциал в землю, и очень жалеет, что не состоишь в ее «Оракуле».

— У меня и без ее кружка есть чем заняться, — ответил я и посмотрел на Градовского.

Своими успехами по теории предсказаний я был обязан исключительно Петру Карловичу, который подсказывал мне правильные ответы на контрольных и помогал на экзаменах. Что касается моего собственного мнения насчет предмета Бабы-Яги, то оно не изменилось — дурость несусветная. Таким отношением к делу я расстраивал не только Еву Денисовну, но и своего помощника, но тут уж ничего не поделать.

— Я в свое время тоже прохладно относился к теории предсказаний, — поделился со мной мастер темных классов. — Так что в этом смысле мы с тобой, можно сказать, похожи.

После этих слов Громов вздохнул, отодвинул в сторону лежавшие перед ним бумаги и усмехнулся:

— Знаешь, Темников, ты единственный ученик за все время моего преподавания в «Китеже», который за такой короткий срок умудрился так часто удивлять меня, — поделился со мной мастер темных классов. — Вот как сейчас, например. Нечасто встретишь ученика, который не ищет какое-то скрытое объяснение для своих истинных целей, а честно просит книгу, обосновывая свою просьбу логикой и личными амбициями. Мыслишь стратегически, так сказать, и это для меня очень ценно.

На какое-то время в классе повисла тишина. Он сверлил на моем лице дырку строгим взглядом своего единственного глаза, а я просто считал, что в данный момент лучше помолчать и подождать. Внутри меня все кипело от напряжения, но я изо всех сил пытался сохранять внешнее спокойствие.

— Кроме того, есть еще один момент, который мне в тебе нравится, — продолжил наставник. — Твои амбиции основаны не на пустом месте, и ты действительно один из лучших учеников, которых мне доводилось учить. В том числе это касается и призыва. Для своего возраста ты один из самых сильных призывателей, встреченных мной.

Тут уж совершенно точно нужно было что-то сказать, иначе было бы просто невежливо.

— Спасибо, Роман Артемович, — поблагодарил я его, а в моей груди затеплилась надежда. Неужели Громов сейчас согласится?

— Однако… — сказал он и поднял вверх палец. — Эту книгу я тебе дать не могу.

— Но почему? — не смог я сдержать своего разочарования. — Я же понимаю, что это ответственность. Если что, то я готов подписать какой-нибудь документ. Например, что беру ее под личную ответственность и обязуюсь вернуть. Я обещаю!

Громов задумчиво пожевал нижнюю губу, как будто раздумывал, как мне лучше всего ответить, затем наклонился чуть вперед, и я напрягся, ожидая услышать совсем не то, чего бы мне хотелось.

— Дело не в тебе, Темников, — сказал он. — Несмотря на твои шалости, я тебе доверяю гораздо больше, чем многим старшекурсникам. Ты не дурак, у тебя есть голова на плечах… Да и книга эта в теории уже неопасна…

Он постучал пальцами по столу.

— Но ключевое слово здесь — «в теории», — спокойно добавил он. — К любому гримуару, который имеет такую историю, нужно относиться с должным уважением. При этом совершенно неважно, что лично я думаю насчет этой книги и ее свойств. Поэтому я не могу допустить, чтобы книга каким-то образом исчезла. Заметь, я не думаю, что ты ее стащишь или намеренно потеряешь, просто случиться может всякое.

В этот момент он улыбнулся:

— Особенно с гримуаром по некромантии, который однажды уже удрал из архива.

— В школьный туалет… — пробормотал я. — Я тогда хорошенько ему навешал…

— Неважно, что произошло тогда, — сказал на это мастер темных классов. — Вдруг у нее произойдет новый магический всплеск и книга опять убежит? Такой опасный гримуар не должен иметь возможности перемещаться самостоятельно. В данный момент он находится в надежном месте, из которого просто так ему не удрать.

Я слушал, что говорит Громов, и одновременно с этим усиленно соображал. По факту, Роман Артемович был абсолютно прав, причем сразу по всему пунктам. Кроме того, я видел, что сейчас он говорит со мной честно. Даже с учетом того, что сам лично наставник не считает книгу опасной и не очень верит в существование Барнаби-Барнаби, он вполне допускает мысль о том, что может ошибаться. Это значит, что могут быть риски, которых он хочет избежать.

Стоп! Минуточку… Но ведь с любыми рисками можно работать, разве нет? Просто нужно подумать о том, как их избежать, вот и все.

— Роман Артемович, можно предложить вариант? — спросил я.

— Интересно было бы послушать, — кивнул он.

— Мне не обязательно забирать книгу в общагу, чтобы поработать с ней, — сказал я. — Если вас беспокоит, что она может удрать или пропасть, то можно просто убрать такую возможность.

— Каким образом? — уточнил наставник и вопросительно приподнял бровь своего единственного глаза. — Прикуем ее к тебе магической цепью?

— Нет, — усмехнулся я. — Просто посадим меня в комнату с магическим барьером. Я буду работать с книгой внутри. Разумеется, со всеми мерами предосторожности с моей стороны. Я надену магическую броню, активирую защитные ауры и все такое. Например, вы бы могли контролировать выход из комнаты, пока я с ней работаю, а я сижу внутри и читаю. Мне-то и нужно всего пару часов, не больше.

Я ненадолго замолчал, давая Громову время, чтобы он обдумал мои слова, и не услышав мгновенного возражения с его стороны, продолжил снова:

— Вы сами выберете комнату, сами поставите магический барьер… Если считаете, что двух часов много, то дайте мне побыть с ней наедине хотя бы час, — сказал я. — Думаю, этого времени мне хватит, чтобы понять — смогу я с ней дальше работать или в этом нет никакого смысла. Вы же сами понимаете, что в книге может быть информация по призыву, почему бы мне не попробовать ее вытащить из гримуара?

Мастер темных классов смотрел на меня долго. Очень долго. Пристальный взгляд, который я выдержал. Было видно, что он не просто выжидал время, чтобы ответить мне отказом, а размышлял, взвешивая все за и против положительного решения. Во всяком случае, я надеялся, что это именно так.

— Конечно взвешивает, а как же еще? — подбодрил меня Дориан. — Ему ведь тоже хочется, чтобы вы выиграли.

— Почему ты так думаешь? — спросил я, желая услышать аргументы Мора на этот счет.

— Как-никак именно он отвечает за вашу подготовку и победу на турнире, — ответил мой друг. — Представляешь, сколько бонусов он для себя заработает, окажись вы победителями? Ладно бы только перед Орловым, но еще и перед Романовым. Турнир-то международный. Все-таки честь Империи на кону.

Я не был уверен, что Роман Артемович в данный момент думает именно таким образом. Дориан всегда был склонен думать, что люди во всем руководствуются лишь собственными выгодами. Однако, все могло быть и так. Покопаться в голове у Громова я не мог, а привлекать к этому делу Красночереп необходимости нет. Скажет же наставник что-то в конце концов.

— Ты думаешь, что в этом есть какой-то смысл? — наконец спросил он.

— Думаю, — уверенно ответил я. — Во всяком случае, попробовать стоит.

— А если нет? — в его голосе появилась нотка заинтересованности. — Ты понимаешь, что работа с этим гримуаром — это не то же самое, что читать обычную книгу.

— Само собой, Роман Артемович, — кивнул я. — Так-то вообще я с разными книгами сталкивался в своей жизни. Даже с этой. Правда в туалете… Ну а если ничего не получится, то будем считать, что я потратил пару часов своей жизни впустую. Вы нас сами учили, что отрицательный результат — это тоже результат.

Громов встал из-за стола, подошел к окну и сложил руки за спиной. Точь в точь как иногда это делал Александр Николаевич Романов, когда о чем-то думал. Постоял немного и сказал:

— Хорошо, Темников, я подумаю. Гримуар — не игрушка, и я не могу принять решение за пять минут.

Что же, это уже что-то! То, что он не отказал сразу, дает надежду на положительный результат. Иначе стал бы он так долго над этим думать.

— Я дам тебе ответ в понедельник, — добавил он. — У меня будет время все обдумать. Если я решу, что ты готов и в этом есть смысл, я подумаю, как организовать все это дело. Если нет… Значит — нет. Понятно?

— Угу, — кивнул я и закинул рюкзак за плечо. — Спасибо, что выслушали меня, Роман Артемович. Я буду с нетерпением ждать вашего решения.

— Темников, — окликнул меня наставник, когда я уже взялся за ручку двери. — Ты действительно не боишься?

Я обернулся и увидел, что в его глазах кроме тревоги было еще и любопытство.

— Не боятся же только дураки, — честно ответил я и улыбнулся. — А вы сказали, что я не дурак… Но не боюсь, это точно. Скорее просто немного опасаюсь. Честно говоря, не хочется драться с гримуаром еще раз. Хотя думаю, что если потребуется, то я снова отлуплю его.

Громов усмехнулся и на этот раз улыбка была по-настоящему доброй, отчего я почувствовал себя увереннее.

— Иди, Максим, мы с тобой уже половину урока разговариваем. Думаю, на этот раз тебе от Бирюковой точно влетит. Надеюсь, этот наш разговор не скажется на твоей тренировке сегодня.

— Конечно нет, буду стараться на полную катушку, — ответил я и вышел в коридор.

Как только за моей спиной закрылась дверь, я прислонился к стене и немного перевел дух. Сердце в груди прыгало как мячик, а по спине текли капли пота от напряжения. Вот это разговорчик, черт его возьми!

Однако, я был очень доволен. Дело было даже не в том, что его итог можно считать положительным и предложенный мной вариант рассматривается. Нет, это какое-то новое чувство… Я открыто говорил с учителем по темной магии на очень сложную тему, и он не только слушал меня, но и видел в этом смысл. Разве это не успех?

— Согласен, неплохо, Макс, — уверенно сказал Дориан. — То, что он тебе сразу не дал от ворот поворот, в таких переговорах уже можно считать половиной успеха.

Я оттолкнулся от стены и потопал по коридору на урок предсказания, который сегодня был сдвоенный. Это означало, что еще почти два часа мне придется слушать Еву Денисовну, что само по себе было сложно. Хуже будет только если сегодня мне выпадет честь пронзать будущее… Снова придется фантазировать на ровном месте…

— С чем-чем, а с фантазией у тебя всегда было все хорошо, — сказал Дориан. — Придумаешь что-нибудь. Например, скажешь, что видишь мутную жижу, в волнах которой предвидишь, как демоны тьмы сходятся в смертельном поединке с демонами засухи. По-моему, очень сильно звучит.

— Еще бы, — усмехнулся я. — Тянет на досрочную сдачу экзамена, как минимум. Или даже на титул «Оракул года».

Выбрав самый длинный путь из всех возможных, я еще целых десять минут скитался по коридорам корпуса, прежде чем оказался в кабинете Бабы-Яги. Мне повезло. В тот момент, когда я открыл дверь, весь наш класс усиленно занимался медитацией, поэтому Бирюкова не стала меня отчитывать и жестом показала, чтобы я отправлялся на свое место.

На втором уроке тоже все вышло удачно и никаких предсказаний мне давать не пришлось, так что на тренировку с Громовым я попал просто в прекрасном расположении духа. Как это обычно бывало в последнее время, тренировка длилась до самого вечера. Такое ощущение, что Роман Артемович взял себе за правило каждое новое занятие выматывать нас все сильнее.

К тому моменту, когда он наконец решил нас отпустить, мы с Лешкой и Горчаковой вымотались так, что, когда шли на ужин, еле ноги переставляли от усталости. Я бы и от еды отказался, но этого делать было нельзя из соображений обычного здравого смысла.

Во время тренировок мы практически полностью опустошали свои запасы магической энергии, а после этого было просто необходимо подкрепиться. Иначе дело могло кончиться сильной головной болью и общим отвратительным состоянием. Пару раз у меня нечто подобное уже было. По правде говоря, очень неприятное ощущение.

За ужином практически не разговаривали. У всех было одно желание — поскорее закончить с едой и отправиться на отдых, который мы сегодня заслужили. После ужина мы с Лешкой договорились, что обойдемся сегодня без традиционных вечерних посиделок в столовке, а затем все разошлись по своим комнатам. Даже Горчакова устала настолько, что решила сегодня не возвращаться в Белозерск, а осталась на ночь в общаге. Такое с ней нечасто случается.

Оказавшись в своей комнате, я разделся, открыл дверь ванной комнаты, намереваясь сходить в душ перед сном, и в этот момент зажужжал мой телефон. Я даже не удивился. Со мной почему-то так регулярно происходило. Стоило мне отправиться в ванную комнату, как я сразу же становился кому-то нужен. Интересно, кому я понадобился на этот раз?

Я думал, что это Нарышкин звонит, чтобы обсудить планы на завтра или еще что-нибудь в этом роде, но это был не Лешка. Меня зачем-то хотел слышать Чертков и от этого я сразу как-то напрягся. Вот уж кто не был большим любителем звякнуть мне между делом, так это мой пожилой наставник.

— Слушаю вас, Александр Григорьевич, — сказал я, схватив телефон с кровати.

— Привет, Темников, чем занимаешься?

— Да в общем-то ничем, — сказал я, глядя на лежавшую на кресле одежду, которую я только что снял.

— Я так и думал, что ты, как всегда, валяешь дурака, — хмыкнул Чертков. — Давай, заканчивай с этим делом и топай ко мне. Разговор есть. Только поторапливайся, у меня, в отличие от тебя, всегда есть чем заниматься.

У меня было острое желание сказать в свою защиту, что я не всегда валяю дурака и вообще сегодня довольно плодотворно провел день, но старик уже отключился. Не удивительно. Александра Григорьевича редко интересовало то, что я говорил в качестве своей защиты. Я думаю, в эти минуты он вообще меня не слушал.

Ладно, это все ерунда, гораздо интереснее другой вопрос — зачем я ему понадобился прямо сейчас? Что такого срочного могло случиться? Только бы не какой-нибудь поход через портал за тридевять земель. Не то чтобы я был против экскурсии в какое-нибудь новое место… Тем более, что Чертков никогда не выбирал для нас скучных маршрутов. Но обычно он предупреждал о намечавшихся вылазках заранее, а тут такой звонок…

Просто я действительно сильно устал, а к тому же еще и растратил весь свой магический капитал на сегодня. Придется захватить с собой Вампир на всякий случай и походный набор эликсиров, мало ли что. Вздохнув, я надел свежую рубашку, смотался в Берлогу за артефактами, бросил прощальный взгляд на ванную комнату и вышел в коридор.

Я быстрыми шагами топал в направлении общаги преподавателей, чувствуя, как внутри закипает любопытство, смешанное с тревогой. Нет, все-таки интересно, что там у него случилось?

— Да ладно тебе, успокойся, — посоветовал мне Дориан. — Вы с Чертковым оба с приветом, так что думаю ничего серьезного. Просто обсудит с тобой планы на эту субботу и все на этом.

— Хотелось бы в это верить, — ответил я Мору и ускорил шаг.

___________________________________________________

От автора:

Дорогие читатели!

В ожидании продолжения рекомендую свой собственный цикл «Самоцветы». Цикл полностью закончен! Это мой первый цикл, можно сказать, проба пера. Однако, на мой взгляд, получилось довольно-таки неплохо.

Крепкая дружба и верность, приключения и непримиримые враги… В этой истории есть все это и еще немного больше. В первой книге большое количество бесплатных глав для ознакомления, так что прошу приступать к чтению. Надеюсь, вам понравятся приключения Макса Соболева :)

Прошу:





