Глава 1. Оборона подземелья.


Минули первые сутки после публикации темы Буревестника. Я всё ждал наплыва игроков, всматривался в темноту прохода, вздрагивал от каждого шороха, ожидая сообщения об атаке.

Но всё было тихо. Игроков было даже меньше чем раньше... То ли форум никто не читал, то ли всем было плевать на странный данж где-то на отшибе Пограничных земель. Скорее всего, я просто перенервничал, считая, что кому-то до меня есть дело. Никаких признаков того, что за меня взялись всерьёз, пока не наблюдалось.

Тем не менее, я решил на первое время, без крайней необходимости своего миньона не светить. Да, шмотки с него я не снимал — не хотел повторения истории с Клинком Утренней Стражи, — но и вперёд не гнал. Если будет крайний случай — вмешается. Не буду привлекать лишнее внимание... пусть шум хоть чуть-чуть уляжется.

Часы шли. Нападений всё так же не было.

И это было хорошо, ведь время работало на меня — руда в сундуке копилась с каждым часом.

Уже хватало на призыв ещё одного скелета-ополченца, сразу шестого уровня. Он поднялся из каменного пола — ржавый шлем, широкоплечее тело, закованное в ржавые доспехи, и кривой клинок, покрытый бурыми пятнами, происхождение которых не вызывало вопросов. Не лучшее снаряжение, конечно, но для боя сгодится.

Я, оценивающе смотрел на своего на своего миньона, когда вдругВдруг хлопнул себя по лбу:

— В хранилище же щит лежит! Должен подойти.

Спустя несколько секунд я велел скелету взять щит. Тот подошёл к сундуку, открыл, вытащил снаряжение. Надел его и замер.

— Ничего, дружок, скоро подберём тебе что-нибудь получше, — подбодрил я скелета.

Тот не ответил. Только огонь в глазах едва заметно мигнул. Хотя, вероятно, мне просто показалось.

Прошло ещё несколько часов, и высветилось сообщение об атаке. Наконец-то в подземелье вошли игроки.

Группа игроков — трое четвёртых уровней, все дамагеры. Никакой особенной тактики, никакой разведки. Даже не пытались осмотреться, прежде чем рваться вперёд. Просто зашли толпой, переговариваясь вполголоса о каком-то квесте, и всей толпой наступили на триггер.

Подставились под ловушку. Плита рухнула с таким грохотом, что у меня на мгновение заложило уши. Все трое застыли в оглушении, а рудокопы с новым ополченецем уже спешили в атаку. Тридцать секунд — и всё кончилось.

Ополченец в редком сете, на всякий случай прятавшийся за каменным выступом, готовый вступить в бой, так и не понадобился.

Спустя пять часов ещё один штурм.

На этот раз игроков их было пятеро — впервые в моём подземелье собралось столько игроков. Все пятые уровни, но по тому, как они двигались, как переговаривались короткими, рублеными фразами, чувствовался опыт. Гайдов что ли начитались? Состав сбалансированный: танк в тяжёлой броне с башенным щитом, хилер в белой робе, два физических дамагера — лучник и эльф с двуручным мечом. Последним шёл маг, судя по всему, специализирующийся на поддерживающих заклинаниях, но вполне способный нанести при желании урон.

Действовали грамотно. Сперва забаффались. Потом немного подождали, пока истративший ману маг восстановит ресурсы. И только затем пошли вглубь подземелья.

Шли осторожно. Не спешили. Проверяли каждый угол. Танк под прикрытием остальной группы постоянно заглядывал в самые тёмные углы. Это первая группа, которая обнаружила сидящего в засаде мясника. Лучник заметил отблеск тесака в темноте и молча, без команды, послал туда стрелу. Мясник попытался атаковать, но не успел сделать и шага, как был уничтожен.

— Да уж... начало так себе, — хмуро посмотрел на останки мясника я.

Остальные миньоны готовились встретить игроков в зале с ловушкой.

К слову, ловушка уже была прокачана до второго уровня. Больше урона, больше радиус воздействия, чуть выше шанс оглушения.

Все мои планы пошли к чёрту. Игроки умели в позиционку... Из-за грамотного их построения — танк впереди, остальные рассредоточены друг от друга на безопасном расстоянии — под плиту попал только лучник. Пока он стоял оглушённый, группа мгновенно сомкнулась вокруг него, прикрыв со всех сторон. Десять секунд — и хилер спокойнои методично восстановил лучнику его здоровье.

Похоже, без козыря в рукаве не обойтись. Ох не хотел светить ополченца в редком сете, но выбора, кажется, не оставалось. Ладно, дам им шанс... вмешаться всегда успею.

Скелеты-рудокопы по моему приказу были разделены на две группы.

Первая — четверо третьего уровня во главе с рудокопом, получившим бонус за убийство игрока. Его кости, пропитанные кровью, тускло багровели в свете факелов. С ними же, держась за спинами рудокопов, стоял скелет-мясник. Вторая группа — ещё четверо под командованием пятого — ополченца без нормального шмота.

Задача первой группы была связать танка боем. Не дать ему прикрыть своих. Окружить, наносить урон, но при этом самим на рожон не лезть, под удары не подставляться. Они сработали почти идеально. Четверо против одного — окружили, отвлекали, били с разных сторон, не подставляясь под ответные выпады тяжёлого меча. Танк огрызался, прикрывался щитом, крутился на месте как лев среди стаи шакалов, но вырваться к своим не мог.

Вторая группа, ведомая ополченцем, обошла занятого боем танка и рванула к хилеру. Я понимал: пока он жив, убить кого-то ещё почти невозможно. Поэтому, его нужно слить первым.

Игроки раскусили манёвр мгновенно. Видя, что танк окружён, путь группе перекрыл эльф-мечник.

Двуручный меч в его руках двигался по экономной, выверенной траектории, показывая, что владелец не понаслышке знаком с фехтованием. Лёгкая кожаная броня не стесняла движений, и он использовал это на полную. Уклонялся от кирок с грацией танцора, контратаковал резко, без замаха, и каждый его удар находил цель. Кости летели в стороны, рудокопы получали урон, даже не сумев задеть врага. Да что рудокопы! Даже ополченец, даром что на один уровень выше эльфа, не мог с ним сражаться на равных. Мечник легко уходил из-под его атак, блокировал выпады плоской стороной клинка и тут же отвечал размашистыми рубящими ударами.

Стоящий за его спиной лучник посылал в скелетов стрелу за стрелой. Спасло только то, что стрелами много урона скелетам не нанести.

Сражение затягивалось. Трое рудокопов из числа тех, что должны были одолеть хилера, уже лежали грудой костей. Ополченец пока держался, но его здоровье опустилось ниже половины, а из трещины в черепе сочился тусклый зеленоватый свет — признак серьёзных повреждений.

Я уже готов был вселиться в ополченца в редком сете, чтобы переломить ход боя. Но тут игроки допустили ошибку.

Хилер, непрерывно кастовавший исцеление на мечника, не заметил, как просели ХП танка. Тот, в одиночку отбиваясь от четырёх скелетов, молчал до последнего. И только когда полоска здоровья упала ниже пяти процентов, заорал так, что эхо разнеслось по всему подземелью:

— На помощь! Алло, хилер, я сейчас умру!

Целитель вздрогнул всем телом. Заметался взглядом между эльфом-мечником и танком. Маг дёрнулся вперёд, к умирающему союзнику. Шаг, другой — и он вышел из-под защиты эльфа.

Одержимость до сих пор не была использована. Я выжидал момента, чтобы вселиться в самого сильного своего миньона... Но сейчас... Появился шанс закончить и без него.

Была не была!

«Одержимость»!

Мир на миг сжался в точку, и вот я уже в костяном теле. Тяжесть ржавого доспеха на плечах, холодная рукоять меча в пальцах, щит на левой руке. Крутанул кистью, пошевелил головой. Несколько мгновений прихожу в себя, привыкая к телу.

Эльф как раз замахивался для очередного удара. Широкий, размашистый, поставленный — но... предсказуемый. Я видел траекторию за мгновение до того, как клинок пошёл вниз. В последнюю секунду сместил корпус, и меч просвистел в паре сантиметров от щита.

В очередной раз подивился тому, насколько идеально я чувствую тело миньона.

Эльф, ожидавший сопротивления от удара по щиту, по инерции шагнул вперёд, открывая корпус. Я без замаха огрел его ржавым мечом по рёбрам. Не смертельно, но достаточно, чтобы сбить с ритма и заставить пошатнуться.

Пока крякнувший от боли эльф пытается прийти в себя, я, не останавливаясь ни на мгновение, обманным шагом обогнул мечника и бросился к хилеру.

Тот заметил меня в последний миг — его глаза расширились, рот приоткрылся для крика. Он попытался отшатнуться, вскинул посох, но было поздно. Ржавый клинок вошёл ему в живот с глухим, влажным звуком. Целитель вскрикнул, согнулся пополам, перестал кастовать исцеление на танка и начал лихорадочно лечить себя.

Я ударил снова, наотмашь, сбивая каст заклинания. Белая вспышка исцеления погасла, не успев разгореться.

«Мощный удар». Клинок вспыхнул багровым, по ржавому лезвию пробежала волна жара. Я крутанулся, вкладывая в движение всю силу, и ударил снизу вверх, целясь в грудь врага.

Хилер вскринул от боли. Затем всхлипнул — жалкий, сдавленный звук, попытался отойти. Развернулся спиной, инстинктивно прикрывая голову руками. Ошибка, которую нельзя совершать когда враг применяет активное атакующее умение.

Удвоенный урон от навыка пришёлся в незащищённую спину... Крит. Цифры урона вспыхнули алым. Полоска здоровья хилера замерцала, а после и вовсе погасла. Его тело постояло секунду, покачнулось и рухнуло на каменный пол.

Секунду спустя пришло сообщение о гибели танка — мои рудокопы дожали его, едва он остался без исцеления. Тут же, не медля ни секунды, получив мой приказ, они бросились к магу.

— Ну как вам? — мысленно усмехнулся я, разворачиваясь к недобитому эльфу.

Мечник отошёл в сторону и судорожно пытался отпиться хилками. Фляга в его руке дрожала. Рядом крутился последний уцелевший рудокоп из второй группы — он безуспешно пытался достать эльфа киркой, но тот даже на грани смерти умудрялся уклоняться.

Я оказался рядом за секунду. Удар — эльф успел среагировать, поставил блок. Клинки встретились с лязгом, высекая сноп искр. Неплохо, очень неплохо. Обманный выпад снизу — он купился, сместил блок, и я тут же сменил траекторию, бью сбоку. В последний миг мечник опять каким-то чудом ушёл от удара. Опытный, зараза.

Взмах клинком... Введённый в заблуждение моим движением эльф шагает вперёд, выставляя свой меч для блока. Вместо того чтобы ударить мечом, я ткнул костяной ногой эльфу под колено — грубо, без замаха, просто чтобы сбить с равновесия.

Мечник охнул от неожиданности. Такого от скелета-моба он явно не ждал. Пошатнулся, взмахнул руками, пытаясь удержать баланс, сделал неловкий шаг назад — и налетел спиной прямо на занесённую кирку рудокопа.

Удар киркой отправил эльфа прямо ко мне. Я встретил его стремительным выпадом.

ХП у мечника и так было немного. Урона хватило с избытком. Он упал, даже не вскрикнув.

Я выдохнул и огляделся. В живых оставались двое: маг, убежавший от толпы рудокопов куда-то вглубь подземелья, и лучник, преследовавший моих миньонов и стрелявший им в спины.

Одержимости оставалось девяносто восемь секунд. Должно хватить.

Я развернулся и бросился в погоню. Костяные ноги, обутые в подбитые железом башмаки, гремели по каменным плитам.

Где же они... Где же...

Вот! Нашёл! Маг, быстро сообразивший, что скоростью он почти не уступает скелетам, а в ловкости и увёртливости даже превосходит их, не стал паниковать. Он принялся нарезать круги вокруг торчащих из пола сталагмитов, ловко огибая каменные выступы и водя за собой целый «паровоз» из моих рудокопов. Те тупо бежали следом, не догадываясь разделиться или перекрыть проходы — обычные скриптовые болванчики без моего прямого управления.

Занявший удобную позицию на невысоком уступе лучник методично, как на тренировке, отправлял стрелу за стрелой. Урон маленький — резист скелетов к колющему делал своё дело, — но даже капля камень точит. Очередная стрела с мерзким хрустом вошла в череп рудокопа. Тот запнулся на бегу, сделал ещё шаг по инерции и рассыпался грудой костей прямо под ногами мага. Оставалось трое.

Лучник так увлёкся стрельбой, что забыл о главном правиле подземелий: всегда смотреть по сторонам. Он не заметил, как я поднялся на уступ с противоположной стороны и оказался у него за спиной. Ржавый клинок взлетел и опустился, рассекая воздух.

Удар. Ещё один.

Игрок закричал от неожиданности и боли. Резко развернулся, вскинул лук, пальцы дёрнули тетиву — но он отпустил её на мгновение раньше, чем следовало. Стрела ушла в стену, выбив сноп каменной крошки. Вблизи, лицом к лицу со скелетом, его самообладание дало трещину.

— Тут ещё скелеты! Я сейчас умру! — заорал он, пытаясь уйти в сторону.

Я предугадал его движение ещё до того, как он его закончил. Жалкая попытка сбежать — он просто шагнул туда, где его уже ждал мой клинок. Ещё удар, хлёсткий, без замаха. Полоска здоровья мигнула и погасла.

Оставалось чуть более тридцати секунд одержимости. В живых был один игрок. Маг.

Увидев, чем кончилось дело для его товарищей, тот осознал, что расклад сил окончательно перестал быть в его пользу. Он остановился на мгновение, встретился взглядом со мной и принял единственно правильное в этой ситуации решение — резко развернулся и бросился к выходу, исчезая в темноте прохода. Догонять его я не стал, да и не догнал бы.

«Поздравляем! Вы успешно отразили нападение на подземелье. Потери ресурсов: 0 единиц».

Я молодец. Отразил атаку и своего главного козыря не спалил. Ополченец в редком сете весь бой простоял за сталагмитом, так и не вмешавшись в схватку.

Едва истекло время, в подземелье вошла очередная группа.

Что такое? То вообще никого, то словно прорвало! Ладно, кто у нас там...

Если предыдущую группу ещё можно было списать на случайность — они действовали организованно, но не выглядели так, будто знают, куда идут, — то со следующей всё стало очевидно с первой секунды. Эти ребята явились целенаправленно фармить «багнутого» моба. Потому что ТАКОЙ группе в моём подземелье делать было решительно нечего. Они легко могли зачищать локации куда выше уровнем, с куда более ценным дропом и более высокой наградой по опыту. Но они пришли сюда. И по их разговорам, которые я услышал ещё до того, как они пересекли границу первого зала, всё сразу стало ясно. Впрочем, судите сами.

Начнём с числа: шесть человек. Все поголовно десятые уровни. Я знаю, что у каждого данжа есть свой лимит среднего уровня. Свой лимит я не знал, но подозреваю, что он был как раз десятого. Да, если брать по верхней планке лимита то и награда будет слегка поменьше, но... Не думаю что они сюда пришли за рудой.

Шмот относительно простой. Редких вещей нет вообще, в остальном — на первый взгляд у каждого игрока максимум три, но, как правило, всего одна или две вещи необычного класса... Но дело в другом. Он подобран практически идеально для каждого игрока. Сразу чувствовался опытный глаз того, кто собирал и готовил группу.

Танк — в самом что ни на есть танковом варианте. Максимально тяжёлая броня, вероятно с штрафом на скорость, но дающая максимальную физическую защиту. Клинок в руке простой, кажется, даже стандартный. Урон минимальный. Но это не важно. Ведь у танка другая задача. В левой руке щит. Необычный. С вмонтированными усиливающими кристаллами, массивный, обитый по краям сталью — такой легко прикроет от стрелы, выдержит удар топора и даже заклинание отведёт. Держал его танк сразу двумя руками.

Два целителя. Не один, при потере которого группа сразу же теряет способность сопротивляться, а двое. Оба в лёгких робах, с посохами, мерцающими ровным белым светом. По характерным признакам можно понять, что оба уже выбрали специализацию. Первый — девушка-эльфийка по имени «Лира». Специализация на мощном одиночном исцелении — такое восполнит критические повреждения за секунду или, на более высоких уровнях, воскресит павшего товарища, не тратя на это драгоценные свитки. Второй — «Харт». Заточен на массовые HoT-заклинания, которые вешают периодическое восстановление на всю группу сразу. Кроме того, способен снимать с союзников дебаффы и проклятия. Идеальная связка.

Следующим номером шёл гном-дамагер с двуручным молотом. Вот этот вызывал у меня особое беспокойство. Дробящее оружие против скелетов — бонус двести процентов к урону. Пара удачных критов — и даже ополченец в редком сете отправится на перерождение. Гном держал молот на плече легко, почти небрежно, и по его позе чувствовалось: он знает, как им пользоваться.

И наконец, двое воинов с алебардами. Вот это был уже совсем тревожный звоночек, указывающий на опыт группы. Алебарда — оружие специфическое. Урон в одиночную цель не впечатлял, освоение требовало времени и вложенных очков навыков, и большинство игроков предпочитали что-то более простое. Но у неё был один плюс, перекрывавший все недостатки: массовость. Почти все умения для алебарды — за редким исключением — наносили урон по площади. Широкие размашистые удары, круговые атаки, рассечение — всё это выкашивало целые толпы мобов.

Состав группы сразу указывал на характер и тактику их действий:

Танк под двумя хилерами агрит на себя толпу мобов — желательно социальных, то есть тех, что держатся вместе и вступаются друг за друга. Агрит и держит, принимая на себя весь урон. Хилеры по очереди восстанавливают его здоровье. Алебардисты тем временем заходят с флангов и перемалывают собравшуюся толпу мобов. Такая толпа, к слову, на сленге игроков называлась «паровоз» или «парик». Да, рисков у подобной тактики хватало: танк должен держать агр безупречно, не позволяя мобам срываться на хилов. Хилы должны лечить грамотно, чередуя заклинания, чтобы самим не переагрить мобов. Масса тонкостей, о которых я не буду сейчас рассказывать, ведь о них можно говорить часами, — но поверьте на слово, их много.

Однако скорость фарма у таких групп поражала воображение. При правильной работе они выносили целые локации быстрее, чем обычные группы справлялись с одной пачкой мобов.

Единственное — их состав выглядел неполным. Не хватало пары разнонаправленных баферов — или одного бафера и одного дебафера, ослабляющего мобов. И ещё, пожалуй, дамагера, способного нанести большой урон в одну цель: разбойника или лучника с прокачанными критическими ударами. Бывают мобы с огромным запасом здоровья, которых нужно фокусировано дамажить, — с этим алебардисты справляются плохо... Может быть, конечно, его функцию выполнял гном... Ну или, возможно, они планировали добрать недостающих позже, когда поднимут уровень.

Ну и нельзя отметать вариант, что они просто не считали, что для моего подземелья им понадобится полный состав. И, положа руку на призрачное сердце, у них были на то основания.

Группа вошла в подземелье без суеты, без той расхлябанности, которую я видел у прошлых групп. Первым, едва пересекли границу первого зала, вперёд вышел танк. Никнейм «Гром». Он двигался короткими, выверенными шагами, держа щит перед собой так, что тот перекрывал весь проход. Клинок висел на поясе — щит держит двумя руками. При необходимости перехватывает правой рукой, освобождая левую. Это кажется глупым, но на самом деле — совсем наоборот. Новичок или даже игрок среднего уровня на его месте держал бы оружие в руке, а то и вовсе размахивал бы им на ходу, думая, что это делает его сильнее. Оно и понятно — это инстинкт: заходишь в опасное место — хватаешься за меч. Кажется логичным. На деле — чаще всего ошибка. У танка в нормальной группе другая задача. Он не дамагер. Его урон смешной. Вся его работа — держать агр, принимать удары и направлять мобов так, чтобы их можно было удобно и безопасно убивать. Агр держится не оружием — провокациями, щитовыми ударами, грамотным позиционированием. Меч нужен только чтобы добить одиночную цель или сбить каст, и в эти моменты его выхватывают за секунду. Свободная же рука нужна была для других вещей. Всегда можно наткнуться на рычаг, цепь, которую необходимо оперативно включить или дёрнуть. Помочь раненому союзнику, оттащив его себе за спину. Меч в руке превращает любое действие в задержку: убери оружие, сделай дело, достань снова. В бою эта задержка смертельна. Кроме того, порой хилер по той или иной причине не может вовремя полечить танка, и тогда нужно доставать с пояса зелья лечения. Кроме того — различные свитки, алхимические бомбы и иные расходники. В бою каждая доля секунды на счету. И свободная рука позволяет сорвать флакон с пояса и выпить, не выполняя лишних действий. Ну а если он держит щит сразу двумя руками, то пробить его практически невозможно.

Поэтому когда я увидел, что танк идёт первым, держа только щит и не касаясь рукояти меча, я понял: это слаженный отряд с опытным лидером, который знает теорию и применяет её на практике. Судя по их низким уровням, вероятно, пришли сюда слаженной группой из какой-то другой игры.

— Ищем этого скелета. Сразу не убиваем. Держи его на себе. Сольём ему ХП процентов до десяти, чтобы, если что, могли оперативно добить, и будем смотреть, на что он способен. Пусть покажет, на что способен. Если видим, что что-то пошло не так — сразу добиваем. Подземелье будем фармить по кд, пока не дропнем с него весь шмот... — отдавал последние указания гном «Ковальски», по всей видимости являющийся лидером этого отряда. У каждого члена группы в углу имени горел значок клана «Серебряные клинки».

Вот оно. А я уже расслабился. Всё таки кто-то форум да читает. Похоже, за меня всерьёз взялся какой-то клан. Как он сказал? Сливать, пока не дропнем весь шмот? Суки...

Пока я возмущался их наглостью, группа двинулась вглубь подземелья.

Сразу за танком, на расстоянии трёх шагов, двигался целитель который специализировался на исцелении в течение времени. Харт.

Каждые одну-две минуты от его посоха отделялся маленький, с кулак размером, шар белого света и медленно плыл вперёд, освещая стены, пол, потолок. Заклинание обзора — слабое, не боевое, но при прохождении подземелий крайне полезное. Шар подсвечивал пространство вокруг себя. Там, где он плыл, на мгновение проявлялись скрытые объекты — ловушки, тайники, скрытые рычаги, плиты-активаторы и так далее. Конечно, низкоуровневое заклинание не могло подсветить хорошо замаскированные вещи... Но с моим триггером ловушки второго уровня оно должно справиться...

Вошли в комнату с ловушкой. Сейчас и проверим...

Целитель на входе во второй зал повторил процедуру — новый шар обзора медленно поплыл вдоль стен, выхватывая из темноты каждый угол. Игроки замерли на границе, ожидая результатов сканирования.

— Хоть бы подставились. Ну хоть бы кто-то ошибся. Хоть бы не заметили триггер, засмотрелись по сторонам, запустили сканирование мимо... — молил я про себя, вжимаясь в темноту.

Не повезло.

Метка плиты, которую я так старательно маскировал, вспыхнула тусклым алым контуром, едва радиус действия заклинания обзора коснулся её.

— Ловушка, — спокойно, даже буднично произнёс Харт. — Триггер на полу, видишь?

— Вижу, — так же ровно отозвался Гром.

Он замедлился, сделал ещё шаг, аккуратно переступил через метку и двинулся дальше. Харт последовал за ним, не сводя глаз с шара. Остальные потянулись гуськом, в том же порядке: Лира, гном с молотом, два алебардиста. Никто не нарушил строй, никто не наступил на триггер.

Я смотрел на это из темноты и чувствовал, как внутри закипает смесь злости и невольного уважения к профессионализму врага.

Мои скелеты, как и в прошлый раз, ждали врага сразу за залом с ловушкой. Они неподвижно замерли, не моргая глядя вперёд полыхающими огнём глазами. Сгруппированные в два ударных отряда — почти как в прошлый раз. Только теперь вторая группа состояла не только из рудокопов: к четырём костяным шахтёрам я добавил двух мясников. Второго я нанял после прокачки разделочного цеха до второго уровня и сразу поднял обоим уровни. Тел после недавних боёв скопилось столько, что один мясник уже не справлялся. К тому же теперь даже рудокопа нельзя было усилить без костной пыли — ресурс стал расходным, и его требовалось всё больше.

Ополченец в редком сете, мой главный козырь, по-прежнему прятался в дальней комнате. И я колебался: показывать его или нет?

Хотя какие, к чёрту, могут быть сомнения? Эти пришли не за рудой. Если бы целью был грабёж, он мог бы отсидеться в кладбище воинов, дождаться, пока они опустошат сундук и уйдут. Но они дали понять, зачем они тут. Будут обыскивать каждый угол и найдут в любом случае. Значит, больше шансов будет, если он вступит в бой не один, а при поддержки остальных миньонов.

Ладно... Искали багнутого моба? Сейчас я вам его покажу...





Глава 2. Серебряные клинки


Повинуясь мысленной команде, ополченец вышел из укрытия и занял место позади основных сил. Топор «Яростного Ветра» лёг на плечо, синяя аура доспеха тускло мерцала в темноте.

Группа игроков тем временем подошла к нашему залу. Танк снова вошёл первым, и снова Харт запустил шар обзора. Тот неторопливо поплыл вперёд, подсвечивая замерших в ожидании приказа об атаке скелетов.

Не дожидаясь реакции врага, по моей команде миньоны бросились вперёд. Костяной строй — восемь рудокопов, два мясника и ополченец без брони во главе — громко топая костяными ногами, устремился в бой. Скелет в редком сете держался позади, шагах в десяти. Я хотел, чтобы игроки сначала ввязались в схватку, потратили умения, отвлеклись на мелочь, а уж потом на них обрушилась бы моя главная ударная сила. Классическая тактика засады — дать врагу увязнуть и ударить в самый неудобный для него момент.

Но всё пошло не по плану с самого начала.

Едва рудокопы и мясники приблизились к танку на дистанцию удара, тот сделал короткий, почти незаметный жест щитом — удар краем о землю, — и от него во все стороны разошлась едва видимая золотистая волна. Массовый агр. Все мои миньоны в радиусе действия разом, как по команде, забыли о моих приказах и переключились на танка.

— Держу! — рявкнул он, упираясь ногами в камень и принимая на щит град ударов.

Кирки застучали по стали, эхо ударов глухо разнеслось по подземелью. Мясники рубили тесаками, ополченец без брони бил ржавым клинком. Всё без толку. Абсолютное большинство ударов попадало в щит. Танк стоял как скала. Его полоска здоровья едва заметно дёргалась, но тут же возвращалась к ста процентам — два хилера работали синхронно, мгновенно перекрывая любой урон.

Я мысленно выругался. Массовый агр — довольно редкое умение. Его можно изучить на десятом уровне, да, но для этого нужна книга, которая падает с мобов двадцать пятого-тридцатого уровней. Падает редко, на рынке стоит дорого. Новичку такое не по карману, да и не нужно, обычно на таком уровне вытягивают по одному мобу, а не сразу толпу. А вот клану, собирающему группу для фарма социальных мобов, — в самый раз. Очевидно, парням помогли с экипировкой и навыками.

Ладно. Раз мои миньоны теперь бесполезны, настало время действовать самому.

Одержимость.

Мир свернулся в точку, сжался до яркой вспышки и развернулся заново. Я был в теле ополченца. Тяжесть доспехов легла на плечи привычным грузом. Топор «Яростного Ветра» удобно устроился в руках. Я повёл плечами, разминая костяное тело, и шагнул вперёд, готовый обрушиться на врага.

Пока танк разбирается с моими скелетами, я могу зайти с фланга, ударить по хилерам или...

Стоп.

А где мои скелеты?

Перед танком, всего в нескольких шагах от него, на полу лежала груда костей. Даже не груда — целая баррикада из расколотых черепов, обломанных рёбер, отрубленных костяных конечностей. Рудокопы. Мясники. Все до единого. От отряда, который секунду назад сжимал танка в кольцо, не осталось ничего. Только куски костей.

Алебардисты.

Они стояли по бокам от танка, опустив своё оружие. Широкие лезвия алебард были усеяны костяной крошкой. Они провернули всё идеально: едва танк собрал на себя моих миньонов массовым агром, игроки сделали шаг вперёд и активировали свои массовые умения одновременно. Несколько круговых ударов — и от моего войска не осталось ничего.

В живых был только второй ополченец. Он смог пережить шквал ударов благодаря более высокому здоровью и защите. Но в каком состоянии! Одной руки не было — её отрубили по локоть, и из обрубка сочился тусклый зеленоватый свет. Он хромал, волоча повреждённую ногу, и всё ещё пытался обойти танка с фланга. Долго он не протянет — ещё пара секунд, и алебарды добьют его, как добили остальных.

Я щёлкнул челюстью от ярости — костяной звук получился резким, скрежещущим, — и бросился вперёд.

План провалился. Войска больше нет. Но есть я. И топор, который ещё не пробовал крови этих самоуверенных ублюдков.

Я летел как ветер предвкушении боя раскручивая в руках топор «Яростного Ветра». Синяя аура лезвия оставляла в воздухе тусклый светящийся след.

— Вон он! Готовность! — скомандовал гном, указав на меня топором. Он, до сих пор так и не вступил в бой, держась за спинами остальных.

Танк чуть развернул щит, прикрывая корпус. Алебардисты, только что добившие последнего ополченца, начали перестраиваться, заходя с флангов. Гном с молотом шагнул вперёд, перехватывая своё оружие обеими руками. Хилеры синхронно отступили на шаг, держа дистанцию. Харт взмахнул руками, накладывая на всю группу заклинание ускоренной регенерации.

Они ждали. И были готовы.

По команде гнома Гром медленно двинул вперёд, встречая меня.

Я поймал его взгляд. Спокойный, уверенный в себе — взгляд человека, который просто делает хорошо знакомую работу.

Тем временем алебардисты, пользуясь длинной своего оружия, атаковали с дистанции.

Первый сделал выпад — широкий, размашистый, целясь мне в корпус. Я ушёл в сторону, пропуская лезвие в сантиметре от наплечника.

Второй игрок атаковал сбоку, пытаясь подрубить ноги. Я подпрыгнул, пропуская удар под собой, и приземлился уже в развороте, вкладывая всю массу костяного тела в горизонтальный удар. Топор рассёк воздух и врезался прямо в щит Грома.

По подземелью раскатился глухой гул.

Я собирался было обойти медленного танка с боку, но тот не дал мне такой возможности.

— Стоять! — заорал он, активируя в меня агр.

Алая вспышка сверкнула мне прямо в глаза. Я почувствовал, как невидимая сила пытается развернуть меня, заставить атаковать танка, забыть о целителе.

«Агр всего лишь второго уровня, действует недолго, секунды три... Откат около пятнадцати... — пронеслось у меня в голове. Массовый ещё тоже не откатился. — А значит, за эти три секунды, что я вынужден атаковать танка, моя задача — пробиться через щит и наложить на него «Истощение». Тогда пятнадцать секунд отката превратятся в тридцать...»

Но эти три секунды тянулись словно целая вечность!

Я по-прежнему скованный агром был вынужден атаковать в лоб — бил по щиту, не нанося почти никакого урона, но в то же время ни на секунду не прекращая движения. Параллельно с атакой каким-то чудом уклонялся от алебард, которые свистели слева и справа, рассекая воздух в сантиметрах от моего тела. Каждый замах противника я фиксировал боковым зрением, просчитывал траекторию следующего удара и смещался ровно настолько, чтобы лезвие прошло мимо. Краем глаза примечал гнома — тот обходил поле боя по широкой дуге, явно намереваясь зайти в спину и обрушить свой молот на мой затылок.

Наконец агр истёк. Сила, заставлявшая меня тупо молотить танка, исчезла. Я снова владел каждым суставом своего костяного тела. Не раздумывая ни секунды, я сделал то, чего ни мог до этого сделать никогда в жизни — ни в реальной, ни в виртуальной. Финт, который я сотни раз пытался освоить на тренировках по историческому фехтованию, который я десятки раз пробовал в пвп, но который никогда мне не давался ни в жизни, ни в игре. Тренер говорил: «Не хватает чувства тела, Сергей. Ты думаешь, а надо чувствовать». Тогда я не понимал. А сейчас — понял.

Резкий шаг вперёд, прямо на танка. Он выставил щит, ожидая лобового удара. Я перенёс вес на левую ногу, развернул корпус вправо — ложный замах. Танк повёл щитом, прикрываясь. В этот момент я вместо удара опёрся рукой о край его щита, толкнулся и, используя его же защиту как точку опоры, перебросил себя через его плечо. Костяное тело сложилось в неестественном для живого существа пируэте, доспех лязгнул, и я приземлился у него за спиной — прямо среди строя алебардистов.

Получсинлось! Я сам удивился не меньше врагов.

— Бля, чё за нах, скелет-акробат? — ошарашенно выдал один из воинов с алебардой.

Танк стоял с отвисшей челюстью, всё ещё глядя туда, где я был мгновение назад. Его щит прикрывал пустоту. Я не дал ему опомниться — резко развернул корпус и всадил топор прямо в его бок, туда, где наплечник не прикрывал сочленение доспеха.

«Истощение» прокнуло. Слава богу. Эффект лёг чёрной пеленой на его полоску здоровья, блокируя регенерацию и исцеление. А самое главное — увеличивая откат умений.

Лицо танка почти не изменилось. Мой финт его удивил — это я видел по расширившимся зрачкам, — но проклятие истощения не вызвало никакой реакции. Он ждал его. Они смотрели ролик и знали, что я ношу проклятое оружие. Ещё одно подтверждение того что они знали куда идут.

Пока агр откатывался, я рванул к целителям. Оба хила, мгновенно оценив угрозу, сорвались с места и побежали прочь из зала, в тёмный проход. Я бросился следом.

Сосредоточился на цели — и пропустил удар алебардой в бок.

Лезвие вонзилось в сочленение доспеха, разрубая рёбра. Боль пронзила меня насквозь от пяток до макушки — острая, обжигающая, очень похожая на реальную. Сто процентов чувствительности имели свои минусы. Я охнул сквозь сжатые зубы. Полоска здоровья просела сразу процентов на десять. Пока я справлялся с болью, шаг замедлился, путь к хилерам перегородил второй алебардист.

Он стоял в проходе, расставив ноги и перехватив алебарду обеими руками. Глаза горели азартом. Похоже, схватку за моё выживание он воспринимал просто как развлечение. Хотя что удивительного — он думает, что я просто багнутый NPC.

Я не стал ждать. Бросился вперёд, сокращая дистанцию, превращая длинное древко его оружия из преимущества в недостаток. Первый удар топором он отбил — алебарда зазвенела, но выдержала.

Второй удар, обманный, я направил ему в ноги. Он опустил оружие, защищаясь, и я тут же сменил траекторию — топор ушёл вверх и врезался ему в плечо, прямо в стык наплечника и нагрудника. Игрок вскрикнул, полоска здоровья дрогнула.

Он попытался контратаковать — ткнул алебардой мне в грудь, целясь в центр нагрудника. Я сместился вправо, пропуская лезвие вдоль рёбер, и ударил снова. На этот раз по рукам.

Сзади уже гремели шаги — танк и первый алебардист спешили на помощь, атакуя в спину. Я чувствовал их приближение каждой костью, но не оборачивался. Если я сейчас отвлекусь — упущу раненого, и хилы вернут его в строй за секунду.

Ещё удар. Игрок попытался заблокировать древком, но топор рассёк дерево и достал до тела. Теперь ещё и отдаст бешеные деньги за ремонт в кузнице. Не повезло парню. Ещё и крит! Здоровье алебардиста сразу упало в красную зону. Моё — тоже, слетело уже до тридцати процентов. Пока я сосредоточился на схватке, танк и второй алебардист безнаказанно били в спину.

Ещё мгновение — и к ним присоединится гном с молотом. Вот тогда точно — конец.

Исход схватки уже был ясен. До хилов не добраться. Всю группу не одолеть, тем более. Откат агра ещё не закончился, но вот-вот уже навык будет готов. Или агр, или, стоит целителям понять, что я перестал их преследовать, они вернутся и восстановят раненого алебардиста, или же гном наконец доберётся до меня и закончит бой росчерком своего молота... в любом случае на этом схватка для меня кончится. Единственное, что я мог сделать, — забрать хоть одного врага с собой до того, как что-то из вышеперечисленного случится.

Задача-минимум. Слить одного.

Я наплевал на защиту. Перестал даже пытаться уклоняться от ударов врагов. Каждый взмах оружия танка и алебардщика вонзался в мой доспех, сбивая здоровье, но я больше не обращал внимания. Всё, что имело значение, — это враг передо мной.

С удвоенной яростью я бросился вперёд.

— Э-э! У него что, жажда крови прокнула, что ли? Чё он так лезе... Хильте меня, хиль!.. — голос алебардиста сорвался на панический визг.

Он попытался отступить, но отступать было некуда — за спиной стена. Я обрушил на него град ударов. Топор вспыхнул багровым — «Мощный удар» откатился как раз вовремя. Последний взмах, и лезвие вошло точно в стык шлема и нагрудника.

Критический удар. Полоска здоровья игрока дёрнулась и потускнела. Парень рухнул на колени, выронив обломок древка, и замер.

Мгновение спустя молот гнома обрушился на мой череп.

Меня вышвырнуло из костяного тела, как пробку из бутылки. Мир свернулся и развернулся — и вот я уже парю под потолком, бесплотный, бессильный, глядя, как моё тело рассыпается на куски. Доспех звякнул о камень. Топор откатился в сторону и исчез во вспышке — вернулся в инвентарь.

Боль. Просто невыносимая.

Ноющая, словно зубная, только во всём теле сразу и в десять раз сильнее. Ко всему этому ещё тошнота с головокружением.

«Хоть бы ничего не выпало. Хоть бы ничего не выпало. Хоть бы ничего не выпало», — сжав призрачные зубы от невыносимой боли, повторял я как мантру, глядя, как игроки склоняются над останками.

— Ничего не выпало. Бля, не повезло... — пробормотал гном, пнув мои костяшки носком сапога. Осколки черепа разлетелись по каменному полу. — Ладно, забираем сундук и валим. Через четыре часа попробуем ещё раз. Глефера ресьте кто-нить.

Он кивнул в сторону павшего алебардиста. Второй хилер, вернувшийся в зал, уже склонился над телом, готовя воскрешающий свиток.

Я выдохнул. Ничего не выпало. Топор, доспехи, бижутерия — всё осталось при мне.

А эти скоро вернутся. И в следующий раз я должен быть готов. Ведь бесконечно мне везти не может... А терять любую вещь из моей экипировки для меня сейчас смерти подобно.

Минута прошла — самочувствие стало значительно лучше. Призрачное тело перестало вибрировать от остаточной боли, мысли прояснились. Я снова мог рассуждать трезво.

Подземелье возвращалось к жизни. Рудокопы, воскрешённые после налёта, вновь застучали кирками. Мясник потянулся к очередному телу.

Я провёл ревизию. В этот раз игроки забрали очень много. За последнее время я хорошо накопил руды: копил на новый уровень подземелья, до которого оставалось меньше тысячи опыта. Рассчитывал, что там откроется что-то интересное — новое строение, новый тип миньонов, может, ещё что-то. Но теперь, глядя на полупустой сундук, я понимал: в моей ситуации копить нельзя. Лучше тратить всё, что есть. Иначе игроки заберут.

Что строить? Ещё один зал с рудокопами? Бессмысленно. Да, добыча важна, но не тогда, когда тебя убивают. Сейчас нужно вкладываться в защиту. Вариантов, прямо скажем, негусто.

Я уже почти кликнул на создание кладбища воинов, готовясь вложить в него остатки ресурсов, как вдруг в голове мелькнула интересная мысль. Надо проверить.

Ловушки.

Что можно сказать о ловушках? Они делятся на два типа по способу активации. Первый — как яма с кольями или, например, капкан: срабатывает, только если наступить непосредственно на неё.

Второй — как падающая плита или скрытый в стене арбалет: активируются от магической печати-триггера, завязанной на ловушку. И вот что важно: печать может находиться вообще в стороне от самой плиты. Даже не под ней. Даже в другой части комнаты.

Я уже экспериментировал с настройками триггера раньше. Делал так, чтобы срабатывал не на первого проходящего, а, скажем, на третьего. Или только на определённый класс игрока — мага, лучника, хиллера. Настройки оказались на удивление гибкими. Неудобными, правда, — сразу чувствовалось, что делали их не для игрока, а для ИскИна — но гибкими.

И эта гибкость могла сейчас сыграть решающую роль.

Вы спросите: как? Ведь триггер легко обнаруживается заклинанием обзора. Игроки увидят его, обойдут — и ловушка не сработает.

Ха. Есть один способ.

Первым делом я попытался перенести триггер из комнаты с ловушкой в соседний зал. Мысленно потянулся к настройкам, зацепил светящуюся метку и поволок её через стену. Получится или нет? От этого зависело очень многое.

Получилось. Метка послушно переползла в дальний зал рудокопов и замерла у одной из жил.

Я выдохнул и залез в настройки активации. Интерфейс встретил меня всё тем же нагромождением строк, цифр и логических операторов — ни намёка на дружелюбность к пользователю. Список параметров тянулся бесконечно: «Радиус обнаружения», «Задержка активации», «Приоритет цели», «Условия исключения». Каждый пункт имел вложенные подпункты, и все они были обозначены сокращениями, от которых рябило в глазах.

Я пролистывал их один за другим, пока не наткнулся на искомое. В самом низу, в разделе «Фильтры цели», притаилась строчка:

TargetFaction: [Hostile]

Рядом с ней — маленький значок переключения, выполненный в виде стилизованной шестерёнки.

Я мысленно нажал на него, и выпало короткое меню из двух пунктов:

Hostile (Враждебный) — текущее значение, активное.Friendly (Дружественный) — неактивно, подсвечено серым.

Я переключил на «Friendly». Значок шестерёнки сменил цвет с красного на зелёный, и рядом с ним загорелась маленькая иконка — схематичный человечек с поднятой рукой, символ союзного юнита. Система поняла меня правильно. Триггер отныне будет реагировать только на моих миньонов.

Зачем? Очень просто.

Теперь, когда игроки войдут в комнату с ловушкой, они не увидят триггер — он в соседнем зале. Просканируют пространство, убедятся, что путь чист, и пойдут смело, без опаски. А в нужный момент мой скелет — или я сам в его теле — наступит на метку, активируя плиту над их головами.

Ловушка, которую нельзя обнаружить в той комнате, где она находится. Ловушка с ручным управлением.

Ловушка, которой нет ни в одном гайде.

Всё указывало на то, что это возможно. Интерфейс подтверждал: настройки приняты, метка активна, связь с плитой стабильна. Никаких ошибок. Никаких предупреждений.

Я смотрел на тускло мерцающую метку триггера в углу зала рудокопов и прокручивал в голове один и тот же вопрос: насколько это вообще сработает?

С одной стороны, идея выглядела безупречно. Триггер в другом зале. Ловушка с ручным управлением. Игроки сканируют комнату — пусто. Проходят смело. В нужный момент скелет наступает на метку. Плита падает. В теории — идеально.

Но теория и практика в Этернуме часто расходились.

Во-первых, тайминг. Чтобы ловушка сработала эффективно, нужно активировать её ровно в тот момент, когда вся группа окажется под плитой. На секунду раньше — ударит по пустому месту. На секунду позже — танк уже выйдет из зоны поражения. Я, конечно, мог управлять скелетом через одержимость, но... Тогда я не смогу наблюдать за игроками. К тому же, тратить драгоценную одержимость для того, чтобы побегать рудокопам по меткам? Нет уж.

Во-вторых, магическая печать. Да, она в другом зале. Но что, если хилер с заклинанием обзора сможет заметить не только триггер активации, но и саму плиту? И они просто туда не полезут, обойдя комнату по краю?

Или засечёт аномальную магическую связь между ней и соседним залом? Я не знал всех возможностей их билдов. Как работает сканирование, тоже знал постольку поскольку — на хилах никогда не играл. Одна случайность, одно упущение — и моя хитрость будет раскрыта. А может, и вовсе ничего не сработает — система выдаст ошибку, триггер не активируется, и я останусь с голыми скелетами против подготовленной группы.

Поэтому, возможно, стоило не тратить сейчас все деньги на спам ловушек, а проверить её в деле. Одну. Понять, работает ли. И только потом вкладываться по полной.

Но с другой стороны — даже если ловушка сработает идеально, вполне вероятно, что это будет одноразовый трюк. Попав под плиту единожды, игроки за время между визитами спокойно разберутся, что произошло. Пересмотрят логи, видео, найдут закономерность, выработают контр-стратегию. На форум выложат. И во второй раз этот номер может не пройти. Значит, если уж бить — то бить сразу, массированно, пока враг не ожидает.

Решительно выдохнув, я произнёс про себя:

— Ладно. Решено. Ставлю на ловушки.

Открыл меню строительства и заметил то, что раньше как-то прошло мимо меня. На одном из недавно взятых уровней подземелья открылись две новые ловушки. Я пролистнул список и вчитался в описания.

Первая — «Ядовитое облако». При активации триггера комната заполнялась густым зеленоватым туманом, который наносил периодический урон всем живым целям и накладывал эффект «Отравление» с силой, зависящей от уровня ловушки. Урон ну ОЧЕНЬ неплохой. При некоторой удаче можно снести больше половины здоровья всей группе сразу, а каких-нибудь слабых персонажей даже убить... Но вот проблема — для постройки, помимо руды, требовался концентрированный яд. Яда у меня не было, где его брать — я понятия не имел. Возможно, со временем появится помещение, которое сможет его добывать... Но не сейчас. Очевидно, этот вариант я отмёл сразу.

Вторая — «Кровавая пентаграмма». При срабатывании триггера на полу зала вспыхивала огромная руна, начертанная кровью. Все игроки, стоявшие в её пределах, получали от одного до трёх случайных дебаффов. Сила эффекта — пятнадцать на первом уровне. На втором — уже от двух до трёх дебаффов с силой двадцать. Я прокрутил в голове список возможных эффектов: замедление, снижение брони, немота для магов, ослабление атаки, кровотечение. Случайный набор — в этом и сила, и слабость. Никогда не знаешь, что именно выпадет. Но сила эффекта двадцать — это серьёзно. Даже прокачанные хилеры попотеют, прежде чем смогут их снять. Для постройки необходима была эссенция крови, которую добывал мясник и которая без дела пылилась на складе. Теперь же ей нашлось применение.

— Весьма неплохо, — пробормотал я. — Поможет размять врагов перед схваткой.

Потратив остатки ресурсов подчистую, я построил ещё две комнаты-ловушки с плитами и поднял все три до максимально доступного уровня. Одну отдал под Кровавую пентаграмму, апнул до второго — выше пока нельзя. Руда кончилась совсем, как и значительная часть остальных ресурсов, но какая мне разница, если их всё равно заберут в случае поражения? Пусть лучше послужат правому делу.

Затем я принялся перекраивать всё подземелье. Расположение комнат — фактор немаловажный, и я хотел, чтобы враги вошли в совершенно незнакомое место, даже если они уже бывали здесь раньше.

В итоге получилось так. Первые несколько комнат — рудные залы. Но я сделал хитрее: они расходились на три ветки, и с порога было непонятно, какая ведёт к цели. Первая и вторая ветки заканчивались тупиками с разделочными цехами. Запах гниющей плоти, ряды крючьев, сосуды с мерзкими жидкостями. Уже не раз сбивали игроков с боевого настроя, вызывая рвотный рефлекс. Третья ветка, настоящая, вела через все ловушки к залу с сундуком.

Первой врага встречала Кровавая пентаграмма — чтобы ослабить группу до начала схватки. Затем три плиты подряд. На выходе из этой полосы препятствий их ждал сводный отряд скелетов.

Я сделал выводы с прошлого боя. Никаких схваток толпой — в прошлый раз именно это позволило алебардистам выкосить мою армию одним круговым ударом. Теперь скелеты стояли на значительных промежутках друг от друга. Их задачей было не держать строй, а разбежаться при появлении врага и броситься на каждого из игроков индивидуально, связав боем поодиночке. Как там сложится с ловушками — непонятно. Если что, тактику поменяю на ходу, но пока так.

В комнате с плитами, вдобавок ко всему, я разместил четыре триггера активации. Возле каждого замерло по рудокопу — живые кнопки, готовые наступить на метку по моей команде.

Я ещё раз облетел все залы, проверяя каждую комнату, каждого рудокопа, каждый триггер. Метки горели ровным зелёным. Скелеты стояли на позициях. Всё было на своих местах.

До визита игроков оставалось меньше десяти минут. Почему-то я не сомневался, что они придут ровно по таймингу. Эти ребята пунктуальные.

Я завис под потолком первого зала и уставился в темноту прохода. Теперь оставалось только ждать. И проверить в деле то, что я настроил.

Группа вошла ровно по таймингу, едва только истекла последняя секунда счётчика, они уже были тут. Те же шестеро: танк, два хилера, гном с молотом и алебардисты. Один из них, Глефер, тот самый, которого мне удалось зарубить в прошлый раз, выглядел мрачнее остальных и то и дело трогал рукой бок. В руках его вместо алебарды был простой одноручный меч.

Какого... А точно! Я же умудрился сломать ему оружие в прошлом бою! Наверное, так и не восстановил.

— Что за хрень? — первым нарушил тишину Ковальски, оглядывая изменившийся холл. Раньше здесь был прямой проход. Теперь — три арки, ведущие в разные стороны.

— Перестроилось, — констатировал Гром. — В прошлый раз одна дорога была.

— Значит, кто-то сделал выводы. Правда — багнутое подземелье. Впервые с таким сталкиваюсь. Бывает, что комнаты добавляются, я сам такое видел. Но настолько кардинальная перестройка... — задумчиво хмыкнул гном и, чуть подумав, кивнул в левый проход. — Давайте по порядку. Сначала этот.

Они двинулись знакомым порядком: танк впереди со щитом, за ним хилер Харт — тот, что работал с HoT-заклинаниями. Он запускал шар обзора перед входом в каждую комнату, сканировал стены и пол. Но ловушек не было. Рудные жилы, пустые тележки, отдельные куски руды... Врагов или ловушек не было.

— Пусто, — докладывал Харт раз за разом.

Так они добрались до конца коридора и упёрлись в разделочный цех.

Я наблюдал за ними, паря под потолком. Они вошли, ожидая засады, и замерли. В комнате, на крючьях, висели полуразделанные трупы — некоторые уже без кожи, некоторые без внутренностей, один и вовсе представлял собой грудную клетку с торчащими рёбрами.

— О! Глефер, гляди, а это не ты ли висишь? — обрадованно указал Гром на одно из свежих тел.

И правда Глефер. Удивительно, что он смог в расчленённом трупе узнать своего товарища. Да, его в прошлый раз воскресили, но механика подземелья работает так, что тело всё равно осталось, и мои мясники его оперативно оприходовали.

— Фу, б.я, — выдохнул Глефер, отворачиваясь. — Что за мерзость.

— Как будто кто-то мясную лавку открыл, — добавил Харт, прикрывая нос рукавом. — Только подгнило ещё чуть-чуть.

Игра передавала запахи довольно достоверно, даже на низкой чувствительности.

— Ладно. Тут тупик, — резюмировал Гром. — Возвращаемся.

Они двинули обратно, обсуждая увиденное.

— Ты видел того, что на крюке? С него же кожу сняли. На фига скелетам кожа?

— Может, на барабаны, — мрачно пошутил гном. — Ладно, меньше болтовни. Второй проход.

Второй проход привёл по схожему маршруту — ещё один разделочный цех, ещё одна порция мерзости. Глефер на этот раз даже заходить не стал, только заглянул и сплюнул на пол.

— Издевается он над нами, что ли? — проворчал он.

— Кто, он? — переспросила Лира.

— Кто-кто. Моб этот багнутый, — огрызнулся Глефер.

— Ты серьёзно думаешь, что обычный моб шестого уровня, пусть и в каком-то редком сете, сам переставляет комнаты? Он просто NPC, сразу несколькими тысячами таких, как он, управляет один-единственный ИскИн. Бывают, конечно, NPC и посерьёзней, такие, что встречаются в эпических и легендарных квестах, на десять таких приходится один интеллект, — отозвалась девушка-целитель.

— Я слышал, что на каждого из богов завязан свой личный ИскИн, — добавил Гром.

Их болтовня, если честно, уже начинала меня раздражать. Казалось бы, ничего серьёзного они не обсуждали, вещи, которые известны каждому мало-мальски опытному игроку... Но когда эти сравнения касались меня лично... Почему-то меня это задевало.

Наконец — вот он. Третий проход. И первая комната — ловушка. Кровавая пентаграмма.

Харт привычным движением запустил шар обзора. Сфера света медленно поплыла вдоль стен, заглядывая в каждый угол, подсвечивая каждую трещину. Я затаил призрачное дыхание. Триггер был в другом зале, но сама-то пентаграмма на месте. Увидят?

— Вроде ничего нет... — неуверенно произнёс Харт. Шар мигнул и погас, закончив цикл. Пентаграмма, начертанная на полу, была невидима невооружённому глазу — только слабое багровое свечение, видимое под определённым углом, если присмотреться. Но заклинание обзора её не засекло.

— Хотя комната странная. Пустая слишком. И пахнет... не знаю, железом, что ли. Это точно не рудный зал...

— Идти можно? — хмуро спросил гном.

Харт замешкался с ответом. Потом мотнул головой:

— Давай ещё разок. На всякий случай.

Он выждал минуту — время отката навыка — и запустил второй шар. Тот повторил маршрут предшественника, методично обшаривая стены, потолок, пол. Никаких аномалий. Никаких скрытых меток.

— Ничего нет, — произнёс Харт, на этот раз уверенней.

Гном задумался. Я видел, как он хмурит брови, как его пальцы барабанят по древку молота.

— Так, — сказал он наконец. — Всё равно тут что-то не чисто. Идём тройками.

Он повернулся к группе и ткнул пальцем:

— Первыми идут Гром, Ландскнехт и Лира. Доберётесь до конца зала, осмотритесь. Мы, если что, прикроем. Потом пойдём мы. Понятно?

Ландскнехт — второй алебардист, — молча кивнул и встал за спиной танка.

— Понятно, — с облегчением буркнул Глефер, перехватывая клинок. Видно было, что после прошлого боя лезть первым ему явно не хотелось. К тому же без привычного оружия под рукой.

Игроки хмуро переглянулись и двинулись вперёд.

Б.я... Тройками. Этот грёбаный гном всё продумал. Если я активирую пентаграмму сейчас, под неё попадёт только половина группы — Гром, Ландскнехт и Лира. Вторая половина останется снаружи, вне зоны поражения. Либо наоборот, накрою только вторую тройку.

Но с другой стороны — лучше ослабить троих, чем никого. Тем более что среди этой тройки был танк и один из хилов. Если их накроет дебаффами, второй хилер останется снаружи и не сможет помочь, пока не войдёт в зал.

Я мысленно потянулся к рудокопу, стоявшему на триггере.

Тут в голову пришла очередная мысль. Глупая, но может сработать.

— Эй ты! — крикнул я одному из мясников, притаившихся в тенях среди сталагмитов. — Бегом! В первый зал!

Секундная задержка. Я буквально слышал, как щёлкают высохшие мозги в голове у скелета. Боже, как же меня бесит их тупость!

Наконец мясник принял приказ. Он резко дёрнулся вперёд и, щёлкая костяными ногами по каменным плитам, набирая скорость, бросился к игрокам. Первая тройка — Гром, Ландскнехт и Лира — ещё не успела пересечь половину зала, когда из-за поворота на них буквально вылетел скелет. Тесак в его руке сверкнул в свете факелов, и он, не обращая внимания ни на кого, проскользнул мимо опешивших игроков и ломанулся к выходу из зала.

— Эй!

— Чё за нах!

— Держи его! Убейте, он не просто так бежит!

Сработало. Игроки, купившись на примитивный трюк, бросились на мясника. Гром рефлекторно развернул щит, перекрывая проход. Ландскнехт взмахнул клинком — не попал. Лира начала кастовать какое-то заклинание. А вторая тройка — Глефер и Харт, забыв о наставлениях гнома, шагнули вперёд, чтобы перехватить беглеца. Да что Глефер и Харт! Сам Ковальски не удержался и сделал шаг вперёд, перекрывая мяснику выход. На короткое мгновение обе группы оказались в радиусе действия пентаграммы одновременно.

— Давай! — заорал я рудокопу.

Тот дёрнулся и... наступил на метку!

Пол под ногами игроков вспыхнул ослепительным багровым светом. Линии пентаграммы, до этого скрытые от глаз, проступили разом — толстые, пульсирующие, залитые алым, будто сама земля пошла кровавыми трещинами. От центра руны вверх ударил столб багрового дыма, и воздух наполнился низким, вибрирующим гулом. Игроки замерли, кто-то вскрикнул, кто-то попытался отпрыгнуть, но было поздно.

Алые щупальца света вырвались из пола и впились в каждого, кто стоял в пределах руны. Они обвивали ноги, вползали под доспехи, впивались в открытую кожу, оставляя светящиеся багровые следы. Танк дёрнулся, но щупальца уже проникли под броню. Лира вскрикнула, пытаясь отстраниться. Ландскнехт выругался. Глефер замер, глядя на свою руку, по которой расползался светящийся узор. Через мгновение всё кончилось — щупальца исчезли, свет погас, осталась только выжженная на камне пентаграмма, которая медленно тускнела, будто угли в костре.

Перед моими глазами развернулась строка системного сообщения:

«Кровавая пентаграмма активирована. Целей поражено: 6. Наложены эффекты:»

«Гром: Немота, Кровотечение, Ослабление брони. Сила эффектов: 20.»

«Ландскнехт: Замедление, Снижение атаки. Сила эффектов: 20.»

«Лира: Немота, Ослабление исцеления. Сила эффектов: 20.»

«Ковальски: Кровотечение, Замедление. Сила эффектов: 20.»

«Глефер: Снижение атаки, Ослабление брони, Немота. Сила эффектов: 20.»

«Харт: Ослабление исцеления, Замедление. Сила эффектов: 20.»

Я пробежал глазами по списку. Немота на танке и одном из хилов — отлично, теперь ни провокацию не крикнуть, ни массовое исцеление не скастовать. Ослабление брони на Громе и Глефере — мои скелеты скажут спасибо. Кровотечение на гноме и танке — будет потихоньку подъедать их здоровье. Ослабление исцеления на обоих хилерах — то, что доктор прописал. Удача просто невероятная!

Игроки ошарашенно замерли, каждый читал свою строчку с дебаффами.





Глава 3. Серебряные клинки (продолжение)





Примерно так выглядит срабатывание ловушки «Кровавая пентаграмма».





— Хар-хррарх — просипел Гром. Похоже, он хотел что-то сказать, но вместо слов из его рта вырвался лишь хрип. Немота работала.

Лира молча смотрела на свои руки, сжимая и разжимая пальцы — она пыталась активировать исцеляющее заклинание, но багровые искры, всё ещё кружившие вокруг неё, гасили магию, ослабляя её.

— Отступаем? — неуверенно спросил Ландскнехт, который двигался теперь так, словно он работал киркой в моём подземелье. Замедление превратило его шаги в неуклюжую пантомиму.

— Нет, — голос Ковальски звучал жёстко, несмотря на то что из-под сочленений тяжёлой брони струилась кровь. — Если это ловушка, то сейчас самое время для атаки. Приготовиться отражать нападение! Никуда не идём! Ждём, пока спадут дебаффы. Восстанавливаем здоровье.

Игроки заняли круговую оборону. Гром выставил щит, прикрывая обоих хилов. Ландскнехт и Глефер встали по флангам, перекрывая проходы. Ковальски занял позицию в центре, готовый броситься туда, где будет прорыв.

Лира неподвижно замерла — пока на неё действовал эффект немоты, она ничем помочь не могла. Харт же предпринял несколько попыток снять дебаффы со своих сопартийцев. Не очень удачно. Удалось снять только «ослабление исцеления» с Лиры и всё. Поэтому он несколько раз применил повышение регенерации, чтобы здоровье игроков, ослабленных кровотечением, не спускалось слишком низко, а затем сел на землю, восстанавливая ману.

Я завис под потолком и размышлял.

Напасть сейчас? Скелеты ждали в другом конце подземелья, после двух залов с плитами. Можно было попытаться ударить, пока враг ослаблен дебаффами. Но, вероятно, момент уже упущен. Они стояли в глухой обороне, ощетинившись оружием, готовые к отражению любой атаки. Если бы я бросил миньонов сейчас — их встретили бы в лоб, и никакого преимущества от ловушки я бы не получил. С другой стороны, после такого негативного опыта, как сейчас, они могут и вовсе не подставиться под ловушку в следующем зале.

Пока я колебался, минуты шли. Время действия дебаффов одного за другим истекло. Лира после спада немоты залила группу здоровьем до максимума. Игроки повторно наложили баффы, успевшие закончиться с момента входа в подземелье, выпили зелья усиления, восстановили ресурсы и поднялись на ноги. Всё так же как на момент входа в подземелье. Единственное, чего я добился своей ловушкой: просадил хилерам некоторое количество маны и заставил потратить немного расходников.

Глупейшая ошибка с моей стороны... Отряд скелетов должен был быть ближе. Должен был ударить сразу. Но ладно. Всё же какой-то опыт. Больше подобной ошибки не повторю.

— А что с тем мясником? Пойдём искать его? — спросил Гром, поудобнее перехватывая щит и кивая назад.

— К чёрту его, — отрезал Ковальски. — Это багнутое подземелье только и ждёт, чтобы мы бегали за скелетом. Явно всё не просто так. Если этот мясник хочет прятаться в тех залах — пусть прячется. Нам он не нужен.

Группа выстроилась и двинулась к следующей комнате. Я развернулся и мысленно потянулся к рудокопам, замершим у триггеров.

— Приготовиться. Плиты — по моей команде. Начинаем.

— Опять то же самое, — произнёс Харт, провожая взглядом гаснущий шар обзора.

— Пусто. Но комната точно не простая, — сжав зубы, пробормотал Ковальски.

— Что делаем? — спросил Гром. — Опять тройками?

— Ну да, теперь-то мы на трюк со скелетом не купимся. Пойдём по краешку... — улыбнулся Глефер.

— Да... — начал было Ковальски и осёкся. — Хотя нет. Стоп. Хочу кое-что проверить.

Он обвёл взглядом группу и остановился на Глефере.

— Идёшь первым. Один. Если ничего не произойдёт, за тобой пойдут ещё двое, а затем — оставшиеся трое.

— Чего? — Глефер уставился на гнома. — Почему я? Почему один?

— Потому что у тебя одноручный меч вместо алебарды, — спокойно ответил Ковальски. — А все навыки у тебя вкачаны на неё. Ты всё равно сольёшься. А так ты активируешь ловушки, будет польза. В любом случае потеря одного — лучше, чем потеря трёх.

Глефер побагровел.

— То есть я расходник?

— Ты дамагер без нормального оружия, — отрезал гном. — Твой вклад в следующем бою будет околонулевым, и ты сам это знаешь. Так принеси пользу хотя бы сейчас.

Повисла пауза. Глефер перевёл взгляд на Грома, ища поддержки. Танк молчал. Лира отвела глаза. Ландскнехт пожал плечами — мол, логично.

— Ладно, — выдавил Глефер сквозь зубы. — Но если я сольюсь, вы меня ресаете. Свитком третьего уровня, не меньше.

— Разумеется.

Отлично. Гном так и не понял, как именно срабатывали ловушки. Похоже, он считал, что попросту уровня поискового заклинания не хватает для обнаружения триггера.

Глефер перехватил меч, выдохнул и шагнул в проход. Вошёл в зал. Один. Меч в руке, взгляд затравленный, плечи напряжены. Я видел, как он идёт — короткими, осторожными шагами, готовый в любой момент отпрыгнуть назад.

Я лихорадочно соображал. Бить одного Глефера? Или подождать? Если я активирую плиту сейчас — накрою только его. Толку? Гном всё верно сказал — он дамагер с убогим мечом, не танк, не хил. Но всё же довольно плотный. Если сброшу плиту, убить ей сразу не смогу — урона не хватит. А спустя десяток секунд Лира полностью вылечит его. Да даже если бы урона хватило, толку-то? Группа просто воскресит его, и дело с концом.

План родился в голове сам собой.

Безмолвная команда — и отряд скелетов в следующем зале пришёл в движение. Рудокопы, оставшийся мясник, простой ополченец. Они двигались медленно, стараясь не греметь костями. Все, кроме элитного ополченца — тот двигался отдельно, перетекая от сталагмита к сталагмиту, — и группы рудокопов-активаторов — эти остались на позициях в ожидании команды.

Пусть Глефер спокойно перейдёт комнату. Ловушка не сработает. Но едва он шагнёт из зала — на него набросится толпа.

Ковальски сказал, что навыков мечника у него нет? Это и так видно. Меч в руках Глефера самый простой, дешёвый, стоковый. Держит он его неуверенно, то и дело перехватывая поудобнее. Справиться с ним не составит труда. Разумеется, если игроки не поспешат на помощь.

А мне именно это и надо.

Группа будет спасать Глефера. Устремится на помощь. Вбегут в зал всей толпой. И вот тогда то и сработает ловушка.

Глефер тем временем был уже на середине комнаты. Шаг. Ещё шаг. Он оглядывался через плечо, явно ожидая подвоха, но ничего не происходило. Остальная группа замерла на входе, затаив дыхание. Гром держал щит наготове. Лира сжимала посох. Ковальски хмуро следил за каждым шагом своего разведчика, запоминая маршрут, по которому он двигался.

Я парил под потолком и ждал. Ещё несколько шагов, дружок. Ещё немного. И начнётся веселье. Наконец Глефер пересёк комнату.

— Всё чисто, — с лёгкой ноткой облегчения выдал он. — Ловушки нет.

— Вижу, — кивнул гном. — Так. Гром первый. За ним Харт. Следующий Ландскнехт. Затем Лира. Следом я. Идём цепочкой. Старайтесь идти след в след с Глефером, в точности повторить все его движения.

Замысел гнома понятен. Он проверил тропу, запомнил её, а может, даже и записал, и теперь идёт по тем же плитам, что и его импровизированный «сапёр». И даже группу выставил весьма грамотно. Хилы разделены друг от друга — вероятность попасть обоим сразу под один удар — меньше. С фронта защищены танком с щитом в руках. Сзади прикрывает гном в тяжёлой броне... Только вот он одного не учёл — это не поможет.

Едва группа гуськом, один за другим, втянулась в зал, держа дистанцию в пять-шесть шагов между друг другом, Глефер вдруг закричал:

— Эй, тут скелеты! Толпа! Они атакуют! Оху..ть!

В его голосе прорезалась откровенная паника.

Он взмахнул мечом — неуверенно, без замаха, чисто на рефлексах. Клинок рассёк воздух, с глухим стуком вонзился в грудную клетку ближайшего рудокопа и — застрял. Лезвие ушло глубоко в кость, раздался мерзкий скрежет, и оружие намертво заклинило в рёбрах скелета.

Удача! Как же мне везёт! Это шанс!

— Да чтоб тебя! — выдохнул Глефер, дёргая рукоять на себя.

Скелет, не обращая внимания на торчащий из груди меч, шагнул вперёд и ударил киркой. Глефер попытался прикрыться свободной рукой — бесполезно. Кирка врезалась в наплечник, его отбросило на шаг назад, и в эту же секунду остальные скелеты взяли его в полукольцо. Четверо рудокопов, мясник и ополченец — все навалились разом, осыпая ударами с разных сторон. Клинок ополченца со свистом вспарывал воздух, кирки опускались на тело игрока с глухим стуком.

Полоска здоровья Глефера резко поползла вниз, перевалила за середину и продолжила падать. Он уже не кричал — только глухо матерился, пытаясь то ли вырваться, то ли закрыться от ударов.

Игроки увидели это и невольно ускорились. Дистанция между ними сжалась. Интервал в пять шагов превратился в три, три — в полтора. Гром рванул вперёд, на ходу разворачивая щит. Ландскнехт перехватил алебарду для кругового удара. Ковальски что-то кричал, пытаясь перестроить группу на ходу, но его уже не слушали.

Лира вышла из строя первой. Целительский инстинкт сработал быстрее разума: она увидела падающую полоску здоровья союзника и, забыв обо всём, шагнула вперёд, вскидывая посох. Золотистая вспышка исцеления сорвалась с навершия и устремилась к Глеферу.

Частая ошибка всех целителей, даже опытных. В азарте боя, стараясь спасти товарища, они перестают видеть опасность для самих себя.

— Лира, назад! — рявкнул Ковальски.

Гром уже добежал до свалки и с размаху ударил щитом о землю. Золотистая волна массового агра разошлась по залу, и мои скелеты, забыв о Глефере, синхронно развернулись к танку.

Ландскнехт занёс алебарду для кругового удара. Лезвие начало описывать широкую дугу...

И в этот момент я дал команду.

С потолка с чудовищным грохотом рухнула плита.

Третий уровень ловушки. Пятьдесят единиц урона, площадь четыре на четыре метра, от пяти до восьми секунд оглушения. Плита рухнула с таким грохотом, что у меня на мгновение заложило призрачные уши. Каменная крошка брызнула во все стороны, пыль взметнулась к потолку густым серым облаком. Под удар ловушки попали не только игроки — двое рудокопов тоже превратились в груду костей. Слава богу, остальные скелеты благодаря грамотной расстановке смогли избежать удара.

Каким-то чудом Гром сумел избежать стана. То ли сыграл свою роль резист от прокачанной выносливости, то ли сработала пассивка танка, позволяющая с небольшим шансом избежать любых дебаффов, то ли просто повезло — но он единственный остался на ногах, тогда как остальные застыли в оглушении с остекленевшими глазами.

И он, не теряя ни секунды, принялся делать свою работу: развернул щит, прикрывая беспомощных союзников, и продолжал держать массовый агр, не давая моим скелетам переключиться на беззащитные цели.

В этой схватке пока не участвовал только мой главный козырь.

Плита не успела коснуться пола, клубы пыли ещё только начали подниматься, когда я уже активировал одержимость. Мир свернулся и развернулся. Я был в теле элитного ополченца. Топор «Яростного Ветра» лёг в руку привычной тяжестью, доспех обтянул костяное тело. Мгновение на то, чтобы привыкнуть, поймать равновесие, ощутить каждым суставом готовность к бою, — и я сорвался с места.

Стремительный бросок вперёд. Костяные ноги гремели по каменным плитам, топор оставлял в воздухе тусклый синий след. На ходу взмахнул топором, добивая раненого Глефера. Одного удара хватило.

Следующая цель — хилеры. Вырвавшаяся вперёд Лира всё ещё находилась под эффектом оглушения. Её посох беспомощно висел в ослабевших пальцах, глаза были пусты, голова чуть наклонена набок, как у сломанной куклы. Она не видела меня. Не слышала. Не могла защититься.

Первый удар — топор рассёк воздух и врезался ей в плечо, пробив робу, оставив глубокую рану. Второй удар, третий удар. Крит почти на восемьдесят урона. По оглушённому игроку шанс крита выше!

Девушка коротко не то всхлипнув, не то вскрикнув, упала, выронив посох, и он покатился по каменному полу. Тревожно мигающая алым полоска здоровья дёрнулась в последний раз и исчезла.

Гром, явно ожидавший моей атаки, попытался перехватить меня агром. Он, не обращая внимания на удары моих миньонов, развернулся в мою сторону, ударил по нему вытащенным из ножен клинком.

Поздно. На долю секунды позже, чем было нужно. Навык скользнул по залу и ударил мне в грудь, когда полоска здоровья Лиры уже обратилась в ноль.

Сжав зубы, я, не в силах разорвать действие агра, шагнул к врагу.

Второй целитель — Харт — оставался жив. Это плохо, я рассчитывал справиться с двумя, прежде чем танк меня снимет... Но главную цель я выполнил — Лира мертва. Специализация же Харта — периодическое исцеление. Он не умеет быстро выдёргивать игрока из-под фокуса. Его HoT-заклинания работают медленно, им нужно время, чтобы мало-мальски восстановить здоровье.

Я обрушился на Грома. Выбора у меня особо не было — под действием агра вынужден бить танка.

Ну ничего, пускай у него щит и тяжёлая броня... Сейчас посмотрим, чего ты стоишь, Гром. Ведь даже танка можно убить быстро. Надо только постараться.

Первый удар — топор рассёк воздух и врезался в край щита. Гром легко принял его, лишь отступив на шаг назад. Щит был наклонён ровно под таким углом, чтобы удар соскользнул, потеряв свою силу. Я тут же сменил траекторию, ударил сбоку, целясь в сочленение наплечника. Танк довернул корпус, и топор вновь встретился с щитом, не причинив вреда.

Игрок даже не пытался огрызаться. Не атаковал. Он убрал клинок в ножны, взял щит двумя руками и просто стоял между мной и своими союзниками, ожидая, пока с них спадёт оглушение.

Мои миньоны тоже атаковали его, били с боков и спины, но он не обращал на них внимания, сосредоточившись только на мне. От пропущенных ударов полоска здоровья танка ползла вниз, но делала это недостаточно быстро.

Зарычав от ярости, я взорвался очередным градом ударов.

Обманный замах сверху — топор ушёл вниз и врезался в щит. Резкий разворот, удар слева — снова щит. Я бил быстро, агрессивно, целиком и полностью отдав себя атаке. Пытался продавить его, сломить натиском, найти брешь. Но Гром хорошо знал своё дело. Он двигался экономно, на каждый мой удар отвечая минимально необходимым смещением. Ни одного лишнего движения. Просто глухая защита, как по учебнику. Такой стиль боя полностью нивелировал моё преимущество в опыте как бойца.

Неэлитный ополченец удачно ударил Грома в спину — полоска здоровья поползла вниз.

Танк вздрогнул, покачнулся, сжав зубы от боли. Щит на мгновение опустился.

Шанс!

Я ускорился ещё сильнее, хотя казалось бы, что это вообще невозможно. Удачно задел лезвием по бедру! Танк отступил ещё на шаг. Бросил клинок на землю, рука шарилась на поясе в поисках зелья.

Отвлечь его?

Финт. Я сделал вид, что теряю равновесие после особенно сильного замаха, нарочно открыл левый бок. Не просто приоткрыл, а словно пригласил его ударить меня в слабое место. По задумке он должен был инстинктивно потянуться за клинком, замешкаться... Глаза Грома дрогнули — он заметил брешь. Но не повёлся. Даже не дёрнулся в контратаку. Просто чуть довернул щит и остался на месте, выпивая зелье.

Сука. Опытный.

Я снова навалился на него с новой силой. Совмещал резкие сильные удары с обманными хитрыми движениями. Один раз получилось — ожидающий атаки с другой стороны Гром приоткрылся. Я, не теряя ни секунды, применил «Мощный удар» — топор вспыхнул багровым, рассёк воздух. Лезвие скользнуло над краем щита и вонзилось в наплечник. Танк крякнул, полоска здоровья дрогнула, но он тут же отступил на полшага, выравнивая позицию.

Украдкой смахнул пот, заливавший глаза, вновь отпился из бутылька. Здоровье отыграло обратно, даже не успев толком просесть, и замерло на уровне восьмидесяти процентов.

Плюнув на попытки расправиться с этой консервной банкой, я переключился на других игроков, но тут же получил волну массовой провокации в лицо. Он бросал одиночный и массовый агр по очереди, чередуя их так, что задержка между воздействиями заклинаний на меня составляла максимум несколько секунд.

Я тяжело дышал сквозь сжатые зубы. Бил. Снова бил. Пытался обойти его, зайти с фланга, но танк, несмотря на всю свою кажущуюся неповоротливость, двигался правильно. Каждый мой шаг в сторону он встречал доворотом щита. Каждую попытку прорваться мимо — блокировал корпусом.

Мне казалось что я сражался с ним целую вечность, хотя не прошло ещё даже шести секунд. Время утекало. Оглушение на врагах должно было вот-вот спасть. Ещё немного — и они очнутся. И мой шанс будет упущен.

Я лихорадочно просчитывал варианты. Что делать? Опять умирать, разменивая себя, в этот раз на двух игроков? Уже проходили. В прошлый раз я убил одного, но потерял всё — и в итоге они просто воскресили павшего и пошли дальше. Сейчас будет то же самое.

— Эй! Держи его! Агри! — заорал Ковальски, первым приходя в себя после оглушения. — Сейчас мы его завалим!

Проклятие. Агр спадёт через секунду, у меня будет возможность отступить. Но что толку? Они воскресят Лиру и Глефера, перестроятся и продолжат зачистку. Минус две ловушки. Минус четверо рудокопов. А взамен — ничего. Надо сделать так, чтобы они не смогли воскресить игроков. Но как?

Внезапно в голову пришла абсолютно безумная мысль. Настолько безумная, что была вероятность того, что может и сработать. Времени на раздумья не было.

— Эй, вы двое! — мысленно рявкнул я ближайшим рудокопам. — Берите тело девки и тащите её! — тут мой взгляд упал на дропнувшийся из девчонки артефакт. Никто из игроков пока его не подобрал... Не пропадать же добру! — И посох подберите! — уточнил свой приказ я.

— Вы двое — прикрывайте их! Сдерживайте игроков, пока они не отступят к следующей ловушке!

Рудокопы, повинуясь приказу, развернулись и бросились к телу Лиры. Один подхватил её под руки, второй — под ноги. Но прежде второй наклонился и подобрал с пола посох.

— Эй! Куда?! Вы чё делаете?! — выйдя из под эффекта оглушения заорал опешивший Ковальски.

Я его понимал. NPC-мобы, которые хватают тело игрока и куда-то его волокут, — такого он не видел никогда. Я, если признаться честно, тоже. Особенно его поразил рудокоп, деловито поднявший посох с каменного пола и убравший его в инвентарь.

Мгновение — и гном пришёл в себя. Выкрикнув какой-то боевой клич, он рванул за скелетами, высоко подняв над головой молот.

Однако двигался он медленно. Да, эффект оглушения с него уже спал, а вот дебафф «Калека», снижающий скорость на тридцать процентов, продолжал висеть. И без того не отличающийся особой скоростью гном бежал со всех ног, но каждый шаг давался словно с усилием, и расстояние между ним и утаскивающими свою добычу рудокопами практически не сокращалось. К тому же путь ему перегородили ополченец с поигрывающим клинком и мясник с ещё капающей с тесака кровью.

Тем временем эффект агра на мне кончился. Я, развернувшись на пятках, рванул следом за рудокопами в следующий зал, под прикрытие следующей ловушки.

На ходу перепрыгнул через тело Глефера. Тот лежал на боку, неестественно подвернув руку под себя. Хорошо бы и его забрать — с сожалением мелькнула мысль. Но высок риск двух не унести. Лучше уж гарантированно избавиться от целительницы, а на Глефера похер.

Ещё миг — и в себя начали приходить остальные игроки. Харт коротко кастанул заклинание, и вся группа окуталась вспышкой тёплого жёлто-красного света — заклинание увеличения регенерации. Ландскнехт встряхнул головой, прогоняя остатки оглушения, и перехватил алебарду. Гном тем временем расправился с мясником — молот обрушился на костяной череп, разнеся его вдребезги, — и уже добивал ополченца, загнанного в угол.

Но было поздно. Тело Лиры уже скрылось в следующем зале.

Игроки замерли у входа. Гном опустил молот, тяжело дыша. Гром стоял с поднятым щитом, готовый к новой атаке. Харт и Ландскнехт переглядывались в полной растерянности.

— Что это за херня? — только и смог ошарашенно пробормотать Ландскнехт, глядя на кровавый след от волочения тела на каменном полу и на скрывающихся за поворотом рудокопов, которые деловито тащили тело целительницы прочь.

Захотят преследовать? Милости прошу. Следующая плита уже ждёт.

Игроки не захотели. Они так и продолжили стоять у входа.

Пожав плечами, я пошёл следом за рудокопами. Две минуты у меня есть точно — до окончания действия «Калеки» они точно дальше не сунутся.

«Эй! Вы что творите, уроды! Отпустите меня! Куда вы меня тащите?!» — высветилось вдруг в чате сообщение от Лиры.

Скелеты не реагировали. Вряд ли они вообще умели читать чат.

Деловито перебирая костяными ногами, они продолжали выполнять приказ — волочь тело игрока в последний зал.

От девушки последовало ещё несколько гневных сообщений с требованием вернуть тело и посох. Пусть пишет. Мне не жалко. Затем она замолкла. Видимо, переключилась на чат клана или группы.

После смерти игрок оказывался в своего рода специальной комнате. Абсолютно чёрной и тёмной. Обстановку вокруг себя контролировать он не мог. Из всех опций погибшему игроку был доступен только чат и кнопка возрождения в ближайшем населённом пункте, в котором был Камень Возрождения. Ну, или если игрок состоял в клане, обладающем своим личным Камнем Возрождения, игрок мог выбрать его. Но это было довольно дорогое удовольствие и имелось далеко не у всех.

Рудокопы дотащили тело до угла последнего зала, аккуратно — насколько это вообще возможно для скелетов — опустили его на пол и прислонили спиной к стене. Посох убрали в сундук. После чего замерли, уставившись пустыми глазницами в темноту, в ожидании новых приказов.

Опустив топор, я обвёл взглядом остатки своей армии. Два рудокопа тут, ещё четверо на ловушках... Вот и все силы, которыми я располагаю...

Хотя нет. Ещё мясник, который прячется на входе.

Одержимость тем временем подходила к концу.

Три.

Два.

Один.

Короткий рывок, и меня вышвырнуло из костяного тела. Я снова парил под потолком.

Ополченец замер, опустив топор. Без моего управления он снова стал обычным скелетом, пусть чуточку более толковым, чем рудокопы.

Таймер отката заклинания, десять минут, начал тикать.

Только бы игроки не пошли прямо сейчас. Если они рванут вперёд немедленно, пока моё главное заклинание на откате, шансов у меня будет мало. Разве что ловушками удастся задержать.

Я метнулся к залу, в котором остановились нападающие.

Выдохнул. Никуда идти они пока не собирались.

Прислушиваясь к бурному обсуждению, я замер невидимой тенью среди сталактитов.

Ковальски стоял в центре, опираясь на молот, и говорил громко, стараясь убедить своих сопартийцев.

— Двигаем дальше. Восстанавливаем силы, и двигаем дальше. Находим Лиру, воскрешаем её. Ищем и добиваем багнутого моба, если тот будет прятаться.

— Дальше? — перебил Гром. Он ещё не опустил щит и говорил через плечо, не поворачиваясь к гному. — А с Лирой что? Ты вообще видел, что произошло? Мобы схватили тело и утащили. Такого в игре не бывает.

— Вообще бывает, но только, разве что, в квестах каких... — задумчиво протянул Ландскнехт.

— У нас никаких квестов нет! — повернулся к алебардщику Гром. — Я не против идти дальше, но Лире лучше жать респаун в городе и ждать нас там.

— Утащили и утащили. Ничего тут странного нет, — сам не веря в свои слова, заявил Ковальски. — Багнутый данж, багнутые мобы. Мы с самого начала знали, куда шли.

— Ты не понял, — Гром развернулся и посмотрел гному прямо в глаза. — Я не про мобов. Я про Лиру. Это явный баг. Если её сейчас оставить тут, а мы все сольёмся, то она может не воскреснуть. Вообще не никогда, понимаешь? Она может просрать персонажа. Совсем. Она останется навечно забагованной в этом конченом подземелье! — под конец фразы он тоже повысил голос.

В зале повисла тишина. Даже Харт, который до этого нервно теребил пояс с зельями, замер.

— Поэтому я предлагаю не ждать реса, — продолжил Гром, понизив голос. — Лира пусть отправляется в ближайший город. Там безопасно, возродится без риска. А мы пока...

— А мы пока останемся без основного хила, — закончил за него Ковальски. — Нет. Без Лиры это подземелье не пройти. Нам надо найти её и воскресить.

— Харта и хилок хватит, — отмахнулся Гром. — Справимся.

— Ты только что говорил о том, что мы можем слиться! А теперь заявляешь, что Харта хватит?! Это тебе хватит! — тоже повысил тон Ковальски. Эхо подхватило его слова, разнося по залу. — Может быть, мне хватит! А остальным — нет! Ты видел, как этот ё..утый скелет за пару секунд вынес Глефера и Лиру? Видел его ДПС? Он снимает треть здоровья за удар, сражается как топовый боец, у него проклятое оружие, и он умнее половины игроков, с которыми я ходил в рейды! Нам нужно найти и воскресить Лиру!

Ковальски перевёл дыхание и рубанул воздух ладонью:

— Не надо обсуждать мои решения. Это приказ. Приказ мой. Считайте приказ главы клана Серебряных клинков!

Повисла пауза. Гром смотрел на гнома тяжёлым взглядом. Желваки на его скулах ходили ходуном. Было видно, что он не согласен. Что он готов возразить, привести ещё один аргумент, продолжить спор. Но дисциплина взяла верх.

— Ладно, — хрипло проронил он наконец и медленно, будто через силу, кивнул. — Но как нам найти её?

— Она всё ещё в группе, — Ковальски уже успокоился и говорил ровно и деловито, словно объяснял новичку прописные истины. — Координаты её тела отображаются на карте. Так и найдём.

— Ладно, ребята! — хлопнув в ладоши, обратился к группе гном. — Пятнадцать минут перерыв. Восстанавливаем здоровье, ману, опять баффаемся, отдыхаем — и идём дальше. Вахта по пять минут. Первый — Гром. Потом Ландскнехт. Третий — я.

Танк молча кивнул, развернулся, занимая позицию у входа в зал. Щит он поставил перед собой, уперев нижний край в каменную плиту.

Замер.

Только глаза обшаривали темноту, выискивая движение.

Остальные расселись кучкой прямо на полу. Харт привалился спиной к стене, достал пузырёк с зельем маны и принялся пить его мелкими глотками. Ландскнехт, жуя кусок сушёного мяса, положил алебарду на колени и методично проверял пальцами заточку лезвия. Ковальски сидел чуть в стороне, скрестив ноги, и молча смотрел в темноту прохода, барабаня пальцами по древку своего боевого молота. Воскрешённый Глефер, так и не проронивший ни слова за всё это время, хмуро пялился в стену.

Я парил под потолком, усмехаясь про себя. Пятнадцать минут. Одержимость откатиться успеет. А значит — живём.

— Так, — спустя пару минут нарушил тишину Ландскнехт, отложив алебарду в сторону. — Я так и не понял, как так случилось, что ловушка активировалась? Почему когда Глефер прошёл — плита не упала, всё было ок. А когда мы пошли — рухнула. Причём так, что накрыла опять всех сразу, без исключения. Если бы не Гром, всё бы закончилось печально...

— Потому что строй сбили, — отрезал Ковальски, не поднимая глаз. — Нас вновь смогли подловить. Когда скелеты атаковали, вы ломанулись вперёд, нарушили команду, сместились с маршрута и, видимо, зацепили триггер. Вот и всё.

— Угу, — Ландскнехт кивнул головой. Затем едва слышно добавил, и по его тону было понятно: он не убеждён. — Только триггера мы не видели. Его не было. Харт дважды сканировал. Пусто.

— Значит, уровень ловушки выше, чем заклинания. Выйдем из подземелья — отправим Харта в гильдию, попробуем качнуть поиск ещё раз.

Повисла пауза.

— У меня сложилось впечатление, — медленно произнёс Ландскнехт, глядя в темноту прохода, — что ловушки срабатывают ровно тогда, когда это удобно. Глупо, конечно... Не знаю, кому. Подземелью, что ли?

Ковальски поднял голову и посмотрел на него долгим взглядом.

— Ты сейчас серьёзно?

Ландскнехт пожал плечами, но промолчал.

— А я вот что думаю, — вдруг заговорил Глефер, оторвавшись от созерцания стены. Голос у него был мрачным, с лёгкой дрожью — то ли от недавней смерти, то ли от злости. — Мы ищем багнутого моба. А что, если это не моб? Что, если это...

Он осёкся, будто сама мысль казалась ему слишком дикой.

— Что? — поторопил Гром.

— Что, если это игрок? Ну, с тёмной стороны. Пересёк барьер, вселился в скелета. И теперь сидит тут, ржёт над нами. Или даже нет, не вселился. Он и есть скелет. Они же там за них играют... У них есть такие рассы как зомби, скелеты и прочие...

— Барьер не падал, — отрезал Ковальски. — Был бы игрок — мы бы знали. Светлые и тёмные до сих пор разделены. Это ты на форуме глупостей начитался? Разговоры отставить. А то я решу, что все уже отдохнули.

Игроки замолчали, не решаясь продолжать спор.

— Багнутый моб, — отчеканил Ковальски. — Очень редкий, с очень кривым скриптом. Ошибка в работе ИскИна. Не суть. Хватит гадать. Через десять минут выступаем.

Так. Они до сих пор не поняли, что ловушки активируются по моей воле, а не из-за триггеров. Это хорошо. Мысли у них, конечно, есть, но пока только на уровне догадок. Мой боевой ополченец занял место у входа в следующий зал, готовый к любым приказам. Одержимость откатилась.

Тем временем игроки уже закончили отдых, но идти вперёд не спешили. Уже четыре раза проверили поиском комнату. Разумеется — тщетно.

— Так, и что делаем, командир? Опять я вперёд? — с лёгким недовольством в голосе спросил Глефер.

Ковальски задумался.

Я понимал о чём — каждый раз он придумывает, казалось бы, идеальный в текущей ситуации план, и каждый раз всё идёт по одному месту.

— Я даже не знаю, — проронил наконец он. — Предложения есть?

— Может, я пойду вперёд? — подал голос Гром. — Дойду до конца комнаты, проложу маршрут. Даже если наступлю на триггер и застанюсь — ничего страшного, продержусь. При поддержке Харта так точно. — Он обернулся к целителю: — Харт, у тебя скилы через комнату достанут?

Харт прикинул расстояние, мысленно наложив радиус заклинания на карту группы.

— Нет. Максимум до середины.

— Плохо, — вздохнул Гром. — Тогда так: я иду до середины комнаты, ты готовишься кастовать хилл. Как только я на границе радиуса — кидаешь. Пока он регенит, я быстренько добегаю до той стороны. Если вдруг ловушка сработает под регеном, ему пробить меня будет сложно. К тому же и вы прикроете...

— Может, это и правда хорошая идея, — задумчиво протянул гном. — Ты в прошлый раз был единственный, на кого стан не прошёл.

— А если скелет не будет трогать танка, а нападёт на нас? — встрял Глефер. — Что, если он нас всех убьёт?

— Хватит паники, — отрезал Ковальски. — Вы уже приписываете ему какие-то невероятные способности. Неужели мы вчетвером не сможем продержаться десяток секунд против одного моба? Пусть даже он элитный или какой там. Ну, в крайнем случае одного сольёт. Реснем.

— Не хотелось бы, — буркнул под нос Глефер, который за последние несколько часов умер дважды.

— Что ты сказал? — строго переспросил гном.

— Ничего. Показалось, — хмуро ответил алебардист, покачав в руке ненавистным мечом.

— То-то же, — махнул головой Ковальски и развернулся к танку: — Гром, по готовности — вперёд.

— Есть, — рублено ответил танк и шагнул в проход.





Глава 4. Серебряные клинки. (конец).


— Есть, — рублено ответил танк и шагнул в проход.

Он двигался медленно, предельно осторожно, держа щит перед собой и внимательно глядя под ноги. Каждый шаг — короткий, выверенный. Прежде чем перенести вес, он на мгновение замирал, будто пробуя камень носком сапога. В левой руке танк сжимал горсть маленьких медных монет. После каждого шага он ронял одну монетку на пол, обозначая пройденный маршрут.

Шаг. Монетка. Шаг. Монетка.

Дойдя до середины зала, он на мгновение замер. Харт, следивший за ним с границы комнаты, выбросил вперёд посох — и тёплое золотистое свечение накрыло танка, запуская заклятие ускорение регенерации. Время действия — двадцать секунд. Гром кивнул, не оборачиваясь, и двинулся дальше. Его силуэт постепенно таял в полумраке, и только цепочка медных кругляшей на полу отмечала его путь — ровная, как стрела, без единого отклонения.

Через минуту он достиг противоположного конца зала и развернулся.

— Всё чисто. Не сработала, — доложил он.

— Всё как в прошлый раз было, ага, — хмуро отозвался Глефер. — Сейчас, едва мы войдём в комнату, тут же на нас рухнет плита. Или что-то взорвётся. Или пентаграмма сработает. Вот увидите...

— Хватит уже! — рявкнул Ковальски, обрывая воина на полуслове. — Ландскнехт, давай, вперёд. Ты следующий. Перебираемся по одному. Глефер, прикрывай спину.

Глефер что-то буркнул под нос, но ослушаться не посмел.

Ландскнехт, перехватив алебарду поудобнее, подошёл ко входу. Замер на миг, затем двинулся по дорожке из медяков, шаг в шаг повторяя маршрут танка. Дошёл до конца без происшествий и с заметным облегчением опустил меч.

Следующим пошёл Харт. В зале остались только Глефер и Ковальски. Алебардщик в прошлом, а ныне мечник поневоле, стоял у входа, сжимая оружие в руках, и его глаза обшаривали темноту позади. Ковальски же, не отрываясь, наблюдал за тем, как Харт пересекает комнату. Несколько секунд — и тот уже стоял в безопасном месте.

Гном уже собирался шагнуть в проход, когда в темноте за их спинами раздался характерный хруст костяных шагов.

Мясник, повинуясь моей команде, вышел из глубины подземелья и приблизился к игрокам. Он не нападал — просто остановился в двадцати шагах и замер, слегка склонив череп набок, будто разглядывая их. В одной руке он держал окровавленный тесак, с лезвия которого ещё капало. В другой — длинный, скользкий кусок внутренностей, взятый по моему приказу из разделочного цеха. Толку от них особого не было, но в целях запугивания — самое то.

— Стой! — с толикой паники в голосе воскликнул Глефер. — Не уходи.

— Что случилось?

— Вон, смотри. Стоит.

Глефер ткнул клинком в сторону мясника. Тот не двигался. Просто стоял и смотрел пустыми глазницами, и багровый отблеск факелов играл на лезвии его тесака.

— Я уверен, он только и ждёт, пока ты уйдёшь, чтобы напасть.

— Это же простой мясник, — нахмурился Ковальски. — Мы таких с двух ударов выносим.

— Да, но не этой сранью! — с горечью махнул Глефер своим мечом.

— Ты бредишь, — Ковальски скривился. — Он четвёртый уровень. Ты десятый. Он без шмота.

— Давай вместе пойдём!

— Ага, что бы плита сработала. Нет, идем по одному! Не бойся! Он не нападёт...

— Хорошо, — слегка ободрился Глефер. — Давай, иди. Я сразу за тобой.

Кивнув оставшемуся прикрывать тыл игроку, гном сделал шаг вперёд. Ещё шаг. Ещё. Пять шагов.

И в этот момент скелет вдруг, быстро-быстро перебирая ногами, побежал к Глеферу.

— А-а-а-а! Он атакует! — заорал тот, вскидывая клинок. — Командир, сюда! На помощь!

Но скелет не атаковал. Приблизившись на расстояние пяти шагов, он размахнулся и швырнул игроку в лицо кусок полуразделанных внутренностей. Из-за того что рот Глефера был открыт в крике, изрядная часть мерзкого снаряда попала ему прямо в него.

Вкус, запах, ощущение даже на ограниченной чувствительности были, я уверен, непередаваемы.

— Фу, бля! — Глефер выронил меч и принялся отплёвываться, судорожно вытирая с лица куски плоти, крови и требухи.

ОДЕРЖИМОСТЬ.

Нет. На этот раз не в ополченца. В мясника.

Миг — и я в теле скелета. После перекачанных статов ополченца в редком сете голый мясник ощущался как пересесть с боевого скакуна на полудохлую шахтёрскую клячу: кости скрипят, мышц нет, в руке ржавый тесак вместо сияющего топора. Но времени привыкать не было. Я рванул вперёд.

Первый удар. Игрок всё ещё вытирал лицо, не обращая внимания на предупреждающие крики союзников. Тесак рассёк воздух и вонзился ему в плечо.

Крит. Ещё один. Я наноси удар за ударом, размахивая тесаком. ХП игрока просели на треть. Мало, но уже кое-что.

Заорав от боли, Глефер потянулся за клинком. Наклонился, подставив голую шею.

«Точный удар» — тесак вошёл ровно в сочленение между шлемом и наплечником.

Сработал эффект Кровотечения. Спустя мгновение система оповестила о начале действия эффекта «Жажда крови». Мой урон пополз вверх.

Глефер наконец пришёл в себя. Отпрыгнул на шаг, выставил перед собой меч. Короткий замах в мою сторону.

Я парирую удар.

Ох... Даже несмотря на правильный блок, мне снесло едва ли не четверть здоровья! Сказывалась разница в характеристиках.

Глефер, окрылённый успехом, поднял клинок для очередного удара.

Дилетант. Слишком очевидно.

Легко уйдя в сторону, я вновь сократил дистанцию. Удар. Ещё один. Глефер отчаянно пытался разорвать расстояние — накоротке орудовать его клинком было неудобно, в отличие от моего тесака. Но делал он это настолько неумело, что, пятясь, споткнулся о сталагмит, едва не упал и пропустил ещё один удар. ХП ушло в красную зону.

Заорав, он развернулся и рванул в сторону.

Шаг. Другой. Я не успевал — всё-таки ловкость у него была выше.

Неужели уйдёт? Проклятие!

— Всосал, сука, грёбаный скелет! — восторженно завопил он, оборачиваясь через плечо. — Я таких как ты...

Я так и не узнал, что он делал с такими, как я. Прошёл очередной тик кровотечения и снял последние ХП. Если бы он не орал, а попытался выпить зелье...

Игроки всё так же стояли на той стороне, не решаясь прийти на помощь, наученные горьким опытом прошлых комнат-ловушек. Ждали, что я сам пойду к ним? Ну уж нет, увольте.

Я демонстративно, прямо у них на глазах, снял с пояса цепь с крюком. Тяжёлая, ржавая, с зазубренным остриём — идеальный инструмент для грубой работы. Наклонился над телом Глефера, примерился. Резким движением вогнал крюк ему под ребро.

Раздался влажный, мерзкий хруст — металл пробил кожу, прошёл сквозь мышцы и заскрежетал о кость. Я провернул крюк, загоняя его глубже, пока зазубрины не зацепились за рёбра намертво. Кровь хлынула на каменный пол. Тело дёрнулось — чисто игровая анимация, но выглядела она до жути натурально.

Гром выматерился сквозь зубы. Харт побледнел. Ландскнехт застыл с открытым ртом. Ковальски стоял молча, и только пальцы, сжимавшие древко молота, побелели от напряжения. Они смотрели не отрываясь. Танк было шагнул вперёд, по дорожке из рассыпанных монет, но был остановлен резким окриком гнома:

— Стой! Ловушка!

Я выпрямился, перекинул цепь через плечо и, не оглядываясь, потащил тело Глефера прочь из зала. Голова убитого застучала по каменным плитам, оставляя за собой влажный багровый след.

— Что он делает? Нахрена он опять тело уносит? — ошарашенно пробормотал Гром.

— Чтобы мы не воскресили их, — хмуро ответил Ковальски.

— Так я не понял, тут один скелет багнутый? Тот, что в редком сете? Или этот мясник тоже? Как он вообще смог справиться с Глефером?

— Потому что Глефер — нубас! — со злостью бросил Ковальски. — Я понятия не имею, как он проиграл мобу четвёртого.

— Четвёртый, не четвёртый, а двигался он... — не закончив мысль задумчиво пробормотал Гром.

— Мне кажется, тут вообще всё подземелье такое, — вставил Харт.

— Верно, — после небольшой паузы согласился гном.

— Так что делаем, командир? Идём дальше? Или, может, сходим за телом Глефера? Пойдём обратно по той же дорожке.

— Нет, — качнул головой гном. — Бывает такой триггер, который срабатывает после определённого числа прохождений по нему. Или триггер который срабатывает когда в зоне действия сразу два игрока. Быть может, тут какой-то такой и есть, а этот скелет нас специально заманивает.

— И что тогда? — нахмурился Ландскнехт.

— Сейчас уточню кое-что на форуме. Была одна похожая тема... А вы отдохните пока.

Гном замер неестественно прямо, взгляд его стал пустым — верный признак того, что он ушёл в интерфейс.

Я к тому времени уже оттащил тело Глефера в соседнюю комнату, покинул мясника и в призрачной форме вернулся к игрокам, успев напоследок приказать миньону тащить убитого в разделочный цех. Подоспел как раз к началу разговора. Просто отлично. Пока он читает форум, выискивая несуществующий ответ, у меня как раз откатится Одержимость. Кто знает, чем бы всё кончилось, пойди они прямо сейчас.

Я отвлёкся на мигающий значок системного сообщения. Развернул.

Новый навык миньона.

Внимание! Благодаря смекалке, ваши миньоны освоили новый навык!

«Скелет-мясник (уровень 3) получает уникальный навык: «Подарок из разделочной».

Тип: активное. Дальность: 5 шагов.

Эффект: мясник швыряет во врага часть неразделанного тела, нанося небольшой урон ядом и вызывая эффекты тошноты и рвоты. Снижает характеристики цели на 15% на 30 секунд. Оказывает психологический эффект на противников, заставляя отвлечься от боя.

Требования: расходует 20% от текущего неразделанного тела.

Примечание: «Мясник тратит редкие ресурсы, которые можно было бы пустить на благо подземелья, чтобы смутить врага. Не экономно? Да. Зато эффективно. К тому же, у него своеобразное чувство юмора».

Ого! Весьма неплохо! Уникальный навык!

В Этернуме такое случалось. Не часто, но достаточно, чтобы каждый мало-мальски уважающий себя игрок знал о «уникальных» или, как их ещё называли, «скрытых навыках» — умениях, которые нельзя выучить, купив книгу или заплатив тренеру. Они открывались только тем, кто делал что-то нестандартное, но такое, что по внутренней логике игры должно было приносить плоды.

Была история, например, как охотник десятого уровня, без прокачанного навыка «Инженерия», без доступа к нормальным материалам, застрял в ущелье с сильным мобом. Умирать не хотел. Убегать было некуда, бить в лоб — самоубийство. Он собрал камни, ветки, лианы, одним словом всё, что было под рукой, и соорудил примитивную ловушку — подпёр палкой тяжёлый валун, привязал к палке верёвку, сплетённую из лиан, и дёрнул, когда моб проходил под камнем. Валун рухнул, придавив тварь. Охотник добил её. Система оценила изобретательность и выдала навык «Дикий капкан» — возможность без инженерных навыков и инструментов сооружать простейшие ловушки из подручных материалов. Шанс успеха зависел от ловкости и интеллекта, а сами ловушки были слабее, чем обычные, но не требовали ни ресурсов, ни умений.

Или, например, про мага-алхимика, высокого уровня, где-то за две сотни, с многолетним стажем, знавшего свойства почти всех трав и ингредиентов по отдельности. От скуки он экспериментировал в полевой лаборатории и смешал сок мандрагоры, пыльцу огненного мха и эссенцию тёмной воды — ингредиенты, которые в стандартных рецептах никогда не сочетались. Получил уникальное зелье. Не знаю точно, что там за характеристики, но, по слухам, маги клана, где состоял этот алхимик, с того момента стали наносить заклинаниями едва ли не вдвое больше урона. И он тоже получил уникальный рецепт на создание этого зелья.

Можно ещё вспомнить байку про игрока, фармившего крыс в городской канализации. Он заметил, что крысы подчиняются альфа-самцу, убил вожака, подобрал его шкуру, сделал из неё импровизированный доспех и надел на себя. Крысы, встретив его, не атаковали, а принимали за нового вожака. Система выдала навык «Крысиный король» — пассивное умение, из-за которого низкоуровневые крысы не агрились на игрока, а иногда даже атаковали его врагов. Навык был почти бесполезен за пределами канализации, но история о парне, который ходил в рейд с армией из тридцати крыс, стала местной байкой.

Ну, думаю, понятно, что я хочу сказать. Таких примеров были сотни. Какие-то скрытые навыки, глупые и бесполезные, лежали в открытом доступе. Гайды на получение других, посерьёзней, продавались на форуме за приличные деньги, а самые сильные держались в секрете целыми кланами, зачастую составляя основу их боевой мощи.

О. Кажется, гном вернулся! Ну... Послушаем, что он там нашёл на форуме.

Ковальски ожил. Глаза его перестали быть стеклянными. Гном моргнул и обвёл группу взглядом.

— Ну. Нашёл? — поторопил его Гром.

— Да, — сказал гном. — Значит, так. Это старая тема, лежит в открытом разделе. Блог одного из кланов. Высокоуровневый. Называется «Безднанутые», описывал прохождение подземелья, которое они на тот момент держали. Называется «Охота за живыми». Название говорящее, да?

Игроки замерли, молча ожидая продолжения.

Гном откашлялся.

— В общем, там никаких технических подробностей нет. Никаких тонкостей тоже. Больше художественное описание. Много разных фишек, разных разностей, но не суть.... Там, в одном из залов, есть такая механика, — продолжил Ковальски. — Мобы-гарпунёры. Стреляют в игроков гарпунами на верёвках. Как только гарпун вонзается, они выдёргивают цель из строя и утаскивают в темноту. А там их уже ждут демоны-колдуны. Эти твари накрывают участок чёрным облаком — и внутри этого облака добивают. Игрок умирает, и тело остаётся у них. Воскресить нельзя. Вернуть нельзя. Только если пробиться через облако и отбить труп силой.

— Ну да, чем-то смахивает на нашу ситуацию... — согласился Гром.

— И что они сделали? — спросил Ландскнехт.

— Придумали контр-тактику, — ответил Ковальски. — Во-первых, они ставили впереди не танка, а саммонов. Лучше всего справлялись друиды с питомцами-медведями. Гарпун цеплял медведя, а не игрока. Медведя утаскивали в облако, но друид тут же отзывал его и призывал нового. На это уходили ресурсы, зато не теряли людей.

— Во-вторых, они нашли способ подсвечивать облака. Маги воздуха выдували чёрную завесу, а маги света ставили барьеры, через которые демоны не могли пройти. Облака рассеивались, и гарпунёры теряли прикрытие.

— В-третьих, они вязали себя одной верёвкой. Если одного утаскивали, группа упиралась и выдёргивала своего обратно. Два танка, четыре дамагера — и гарпунёр просто не мог утащить добычу.

— Саммонов мы не найдём, а вот вариант с верёвками очень даже хорош. Если бы мы сейчас все были в связке, Лира и Глефер никуда бы не подевались, — оценил Гром.

— Да, — согласился Ковальски. — Но меня одно беспокоит. Их подземелье — это сто пятидесятый уровень плюс. А не десятый. Так что это вообще не объясняет происходящее тут.

— Командир, объясняет это что-то или не объясняет, это дело десятое! — К Грому, почуявшему, как ему казалось, долгожданное решение всех проблем, тут же вернулся былой энтузиазм. — В тонкостях происходящего потом разберёмся. Сейчас проблема в другом! В том, как бы нам отсюда выбраться, не сливаясь при этом желательно. Да ребят воскресить. Так что предлагаю делать связку и двигать дальше. Наверняка там всего пара комнат осталась, не больше. Нутром чую — вот-вот возьмём эту тварь! — танк ударил бронированным кулаком по ладошке. — Верёвка-то есть у нас? — спохватился вдруг он.

Ковальски на мгновение задумался. Почесал затылок. Затем, молча пожав плечами, залез в рюкзак. Спустя полминуты в его руках появился толстый моток пеньковой верёвки — грубой, прочной.

— Держите, — он бросил конец Грому. — Обвязываемся. По цепочке. Если кого-то попытаются утащить — держим, вытягиваем, ресаем.

Игроки обвязались. Гром первый. Затянул верёвку прямо поверх доспехов. Следующий Харт. Далее Ландскнехт — он умело обмотал верёвку вокруг пояса и стянул её хитрым узлом. Ковальски — последним, закрепив верёвку на широком кольце, болтавшемся на поясе. Теперь группа была связана между собой.

— Готовы? — спросил гном.

— Готовы.

Они двинулись в следующий зал.

Я наблюдал за ними из тени и мысленно усмехался.

Верёвка. Серьёзно? Они думают, что это их спасёт? Да это же подарок для меня!

Четыре человека, связанные одной верёвкой, не могут разбежаться при атаке. Не смогут скоординированно отступить. Любое движение может превратиться в хаос. Кто-то бросится в одну сторону, кто-то в другую, верёвка натянется... Об неё легко можно либо споткнуться, либо запутаться в ней при попытке отступить. Ограничение манёвра в подземелье — это смертный приговор. Особенно забавно будет, если два игрока попытаются оббежать один сталагмит с разных сторон...

Да и вообще... они такие наивные.

Что мне мешает просто разрубить её одним ударом? Топор «Яростного Ветра» перережет её как гнилую нитку, даже не заметив. Тесак мясника если и справится хуже, то не сильно.

И главное — они обвязались, чтобы я не утащил тело. Но их проблема вовсе не в этом.

Верёвка не спасёт их от плиты, которая рухнет по моей команде. Не спасёт от ополченца, который ударит в спину, когда они будут ждать атаки спереди. Не спасёт от следующей ловушки, которая уже ждёт их в соседнем зале.

Они думают, что подготовились. А на самом деле — просто связали себя и подарили мне ещё одно преимущество.

Ну-ну. Давайте, друзья. Идите. Следующая плита уже заждалась.

По старой традиции — несколько заклинаний поиска. Шары света медленно проплыли вдоль стен, заглянули в каждый угол, подсветили каждую трещину. И, как и раньше, ничего не нашли.

— Чисто, — констатировал Харт, опуская посох.

— Гром, вперёд, — перекрестившись, скомандовал гном.

Танк сделал пять шагов. Верёвка натянулась.

— Харт, ты следом.

Кивнув, целитель двинулся за танком, держа дистанцию ровно в пять шагов. Следом пошёл Ландскнехт, замыкал процессию Ковальски.

Я примерно прикинул радиус ловушки. При таком построении накрыть одной плитой можно было троих. Вопрос — кого именно. Группа растянулась, и по краям шли самые опасные цели: Гром с одной стороны, Ковальски с другой. Обоих сразу не зацепить.

Мысли о какой-либо скрытности я уже давно отбросил. Все карты вскрыты. Утаивать свои реальные навыки уже бессмысленно и глупо. Нужно действовать в полную силу, без оглядки на конспирацию. До следующего уровня подземелья не хватало не так много опыта, и я надеялся, что там откроется что-то, что даст мне козырь на следующий заход. А для этого нужно победить сейчас.

Самое хреновое — распределение группы. Гром на одном краю цепочки, Ковальски на другом. Накрыть плитой обоих сразу невозможно. А каждый из них представлял собой главную угрозу. Танк мог запросто снять меня с любого игрока — провокация, агр, и я опять буду вынужден бить его, а не тех, кого нужно. Гном со своим молотом наносил скелетам сумасшедший урон — два-три удачных крита, и даже элитный ополченец отправится на перерождение.

Но если я оставлю гнома, то смогу кого-то убить. С танком, как я уже убедился ранее, такого шанса нет. Он слишком живуч, слишком опытен и уходит в глухую оборону при первой опасности. Значит, решено.

Плита накрывает Грома, Харта и Ландскнехта. Троих из четырёх. А гном... На гнома пока натравлю оставшихся рудокопов и мясника. Они его не убьют, но займут на какое-то время. Пока он с ними развлекается, я должен успеть убрать Харта и Ландскнехта. Без хила и дамагера группа развалится.

Я мысленно потянулся к рудокопу, стоявшему на триггере.

— Давай.

Одновременно с этим вселяясь в тело ополченца.

Плита рухнула с уже привычным грохотом. Каменная крошка брызнула во все стороны, пыль поднялась к потолку. И на этот раз повезло — стан прошёл и на танка. Гром замер с поднятым щитом, остекленевший, беспомощный. Харт и Ландскнехт тоже застыли в оглушении.

Ковальски, хоть и ожидал чего угодно, на секунду опешил. Но лишь на секунду. Из бокового прохода уже выбегали скелеты — четверо рудокопов и мясник. Они бросились на гнома, заходя с флангов.

Гном ухмыльнулся, перехватил молот поудобнее и развернулся к ближайшему рудокопу.

— Давайте, твари, подходите по одному! Я познакомлю вас со своим моло...

Договорить он не успел. Мясник метко швырнул ему в лицо увесистую кучку внутренностей, и гном, закричав от омерзения, осёкся на полуслове. Хороший навык, однако, я получил. Полезный.

Пока Ковальски отплёвывался и разбирался с требухой, я уже был у Харта.

Удар. Удар. Крит. Ещё один.

Целитель даже не вскрикнул — просто упал лицом вперёд.

— Жаль, ничего не дропнулось, — отметил я мимоходом, уже разворачиваясь к Ландскнехту. Эта цель посерьёзней. Тяжёлая броня, и ХП намного больше.

«Мощный удар». Топор вспыхнул багровым и обрушился на оглушённого воина. Критический урон по стоящей в стане цели — и трети здоровья как не бывало. Ещё пара ударов, хлёстких, безжалостных, добили ХП до половины.

Краем глаза я заметил движение. Гном, утеревшись от мерзкого снаряда, сумел взять себя в руки и уже добивал последнего рудокопа. Его молот разнёс череп скелета вдребезги, и костяные осколки разлетелись по всему залу. Мясник, оставшись без прикрытия, отступал к стене, но Ковальски даже не смотрел на него. Он уже бежал ко мне.

Время на исходе. Гном вот-вот будет тут. Да и эффект стана вот-вот спадёт.

Сжав зубы, я ударил ещё раз. Ещё. Ландскнехт покачнулся, но устоял — оглушение заканчивалось, и он уже начинал приходить в себя.

Тяжёлый молот гнома рассёк воздух у меня над плечом. В последнее мгновение я легко отпрыгнул в сторону, уворачиваясь. Гном, не ожидавший такого манёвра, провалился вперёд, увлекаемый тяжестью молота. Я специально до последнего не оборачивался и не реагировал, чтобы достичь такого эффекта. Ещё два-три удара добиваю Ландскнехта. Разворачиваюсь к гному.

Глаза Ковальски пылали ненавистью. Молот в его руках подрагивал от напряжения. Ещё бы. Простое задание, простое подземелье — а группа на грани краха. Из шестерых в строю осталось двое: он и танк. И ведь потом хрен кому что объяснишь.

— Ну всё, тварь, — процедил гном, перехватывая молот. — Ты покойник.

Я молча поднял топор. Посмотрим, кто из нас покойник.

Хотя... чисто технически он прав. Скелет — это всё же покойник.

Он атаковал первым. Молот обрушился сверху, целясь мне в голову, и я едва успел отскочить. Каменная крошка брызнула из-под удара, осколки застучали по доспеху. Я отступал, пятясь к стене, уклоняясь от размашистых, тяжёлых ударов. Ковальски наседал, рыча и матерясь, каждый промах только разжигал его ярость. Молот свистел в воздухе, круша сталагмиты, выбивая искры из каменного пола. Я не пытался контратаковать — только уклонялся, выжидая момент. Лезть сейчас, рискуя попасть под удар молота и лишиться половины ХП, я не хотел. А выносливость у него не бесконечная. Скоро выдохнется.

И в этот момент пришёл в себя Гром.

Он встряхнул головой, прогоняя остатки оглушения, увидел меня и немедленно ударил щитом о землю. Золотистая волна массового агра прокатилась по залу и врезалась мне в грудь. Тело дёрнулось, само собой развернулось в сторону танка.

Да бля!

Пока я, скованный агром, был вынужден переключиться на Грома, гном отступил на шаг. Он тяжело дышал, но действовал быстро. Рука нырнула к поясу, выхватила флягу с зельем. Один глоток — полоска здоровья поползла вверх. Затем вторая рука ушла в инвентарь и достала свиток воскрешения. Гном склонился над телами Харта и Ландскнехта — они лежали почти в одном месте, переплетённые верёвкой, — и принялся читать заклинание. Свиток замерцал тусклым золотым светом.

Ошибка. Большая ошибка.

Гром, конечно, опытный танк. Массовый агр, одиночная провокация — он чередовал навыки грамотно, делая между их использованием паузу, не давая мне вырваться. Выставив вперёд тяжёлый щит, он держал меня на себе. Он сможет удерживать меня так секунд пять-шесть. Может, чуть больше. Но не бесконечно. У любого умения есть откат, и у агра тоже. Рано или поздно наступит окно — короткий промежуток, когда ни массовый, ни одиночный агр не будут доступны.

Процесс воскрешения свитком занимает около полуминуты. Тридцать секунд, в течение которых гном уязвим. Он не может атаковать. Не может уклоняться. Даже движение прервёт каст и сожжёт дорогой расходник впустую. Если я успею добраться до него в это окно, я сорву воскрешение. А если повезёт — и гнома заодно достану.

Я могу понять гнома — он пытается восстановить отряд. Но ценой может стать всё. Нужно было сперва добить меня, а потом уже воскрешать.

Наконец эффект агра спал. Следующий — только секунд через пять, а то и десять. Резко развернувшись на пятках, я рванул к гному.

— Эй, держи его! Куда он сорвался?! — в панике заорал Ковальски.

В его глазах я увидел осознание собственного ошибочного выбора. Он стоял на коленях над телом Харта, свиток в его руках всё ещё мерцал золотым. Воскрешение — это полминуты неподвижности. Полминуты, которые он думал, что у него есть.

— У меня все агры на КД! Жди, буквально пять секунд! — в ответ заорал Гром. — У меня там очков провокации тьма, я не понимаю, почему он сорвался!

Зато я понимаю. Я же не обычный моб, который атакует того, у кого больше очков агра.

Танк на ходу вытащил из ножен до сих пор не использованный клинок и бросился за мной, пытаясь ударить в спину, привлечь внимание. Его меч бессильно лязгнул о мой наплечник, не причинив почти никакого вреда.

Разбежался. Делать мне больше нечего — бить танка.

Широкий взмах топора — и я обрушил лезвие «Яростного ветра» прямо на шею неподвижно замершего гнома, в узкую щель между шлемом и наплечником.

Критический удар.

Гном дёрнулся от боли, зашипел сквозь сжатые зубы, но каст не сбил. Свиток продолжал мерцать, золотые нити заклинания оплетали тело Харта. Ковальски держался.

— Сука... гад... урою! — только и смог пробормотать он сквозь зубы.

Не хочешь? Хм. Ну давай так.

Я размахнулся ещё сильнее, вкладывая в удар всю доступную мне силу костяного тела. «Мощный удар» — топор вспыхнул багровым и рассёк воздух.

Ещё один крит. Половина ХП игрока исчезла в один миг. Свиток выпал из его рук и покатился по каменному полу, заклинание погасло. Каст сбит.

— ПОЧЕМУ ТЫ НЕ СМОГ ЕГО УДЕРЖАТЬ, Б.Я? КАКОГО ХЕРА ОН СОРВАЛСЯ?! — обрушился Ковальски на ни в чём не виноватого танка, перекладывая вину за свои ошибки на него. Вроде был грамотный лидер, но когда всё пошло наперекосяк — показал своё нутро.

Впрочем, чем больше у них раздрая, тем мне лучше.

— Я ЖЕ СКАЗАЛ — КД! — в ответ огрызнулся танк.

До агра оставалось ещё несколько секунд. После отката ближайшие секунд пятнадцать мне предстояло бить танка, поэтому я постарался использовать оставшееся время на максимум.

Я насел на Ковальски, заставляя его непрерывно отступать. Но делал это так, чтобы незаметно завести обоих во вторую комнату — ту самую, где ещё оставалась неиспользованная ловушка.

Почти удалось. Гном уже под плитой, но танк ещё нет.

Гром уже заносил клинок, готовясь ударить в щит и активировать провокацию, когда я, наплевав на гнома, у которого оставалось меньше трети ХП, рванул вглубь комнаты, в сторону входа.

— Эй, стоять! Ты куда?! — заорал ошарашенный танк и сделал несколько шагов вперёд, чтобы я оказался в зоне действия навыка.

Теперь он в зоне действия плиты. Оба. И гном, и танк. Только вот незадача — я тоже.

Бросок вперёд, ещё один отчаянный удар по гному. Я наплевал на защиту, вложив все силы в этот взмах. В ответ получил встречно обрушившийся на мой череп молот. Судя по сиянию оружия, гном применил какое-то умение. Ещё и крит. Мне снесло сразу пол-ХП.

Но я добился главного: мы обменялись ударами, и здоровье моего врага опустилось к нижней границы. Тревожно замерцало.

Провокация! Добить гнома не хватало буквально пары ударов. Но бить его я уже не мог — вынужден атаковать танка.

Смахнув пот со лба, гном отступил, потянулся к зелью. Он уже почти поднёс бутылёк ко рту, когда я отдал команду последнему скелету-активатору.

Каменная плита с грохотом обрушилась на нас, погребая под собой. Чувствуя боль в переломанных костях, я молился о том, чтобы урона хватило...

Мир взорвался болью. В ушах бесновался тонкий, протяжный звон. А затем всё погасло. Я мгновенно потерял все чувства — зрение, слух, осязание. Не было ни верха, ни низа, ни чувства тела. Только чёрная, бесконечная пустота. Впрочем, эффект знакомый. Именно так в игре действует оглушение. Правда, на стопроцентной чувствительности это ощущается ну очень жутко.

Сознание возвращалось медленно, толчками. Сперва вернулся слух — через глухой звон в костяном черепе пробились звуки подземелья. Потом зрение — мир расплывался мутными пятнами, постепенно собираясь в знакомые очертания каменных стен. Я всё ещё был в теле ополченца. Всё ещё жив.

Перед глазами мигнула строка системного сообщения:

Одержимость: 25 секунд.

«На вас прекратил воздействие эффект оглушения».

А так же, чуть ниже сообщение о том что игрок Ковальски убит.

Я попытался пошевелиться. Кости послушно скрипнули. Осколки плиты лежали вокруг. А прямо передо мной, в очередной раз занося клинок, стоял Гром. Он уже пришёл в себя — то ли опять резист к стану прокнул, то ли очухался из него раньше меня. Его меч методично ковырял мой доспех, нанося жалкие крохи урона.

Я глянул на полоску здоровья. До плиты было чуть больше половины. Ловушка снесла почти четверть. Танк успел слегка поцарапать меня, пока я лежал. В итоге оставалось чуть больше пятой части от общего ХП. Немного. Но в текущей ситуации более чем достаточно.

Гром ударил снова. Меч звякнул о наплечник. Одна единица урона. Я даже не пошатнулся.

Добить оставшегося в живых врага? Хватит с запасом.

Мой череп медленно развернулся к нему. Челюсть расползлась в костяной ухмылке — жуткой, неестественной, невозможной для обычного скелета. Гром вздрогнул и на секунду замер с занесённым мечом. Он понял.

Бой закончился с закономерным итогом. Да, это заняло много времени — невыносимо много. Я бил танка. Тот защищался. Периоды, когда у меня кончалась одержимость, я уводил ополченца в сторону, и танк восстанавливал здоровье. Гром был живуч, и в будущем явно планировал стать паладином — ведь его арсенал исцеления включал в себя не только зелья, но и навык «Наложение рук». Пару раз он пытался воскресить остальных игроков — но едва он начинал каст свитка воскрешения, послушный моей команде ополченец подходил и несколькими удачными ударами сбивал его. А затем отходил вновь, чтобы дождаться отката Одержимости. Мы топтались на месте, как два уставших боксёра, которые уже забыли, зачем начали драку.

Но в конце концов, осознав всю бесплодность своих усилий, танк отступил. Он в какой-то момент просто развернулся и, прикрываясь щитом, вышел из подземелья. За всё время нашего бесплодного сражения он не нанёс мне ни одного по-настоящему опасного удара. Я, впрочем, тоже не добился решающего. Боевая ничья, которая по очкам осталась за мной.

Танк покинул подземелье. Тишина.

Жаль, конечно, что я его не добил. Душа и опыт не бывают лишними. Но и так отлично. Я смог отразить нападение сильнейшей группы за всё время. Правда, не думаю, что получится ещё раз. Если в моём подземелье что-то кардинально не изменится.

Я выдохнул, разжал костяные пальцы и позволил одержимости истечь. Меня вышвырнуло из тела ополченца, и я снова стал собой — призраком, парящим под потолком.

Полученных очков опыта хватило на получение четвёртого уровня подземелья и даже на заполнение десятой части следующего. Неплохо. Очень неплохо для одного боя.

Я уже хотел открыть меню и прочитать изменения, когда в тишине подземелья раздался знакомый звук.

Тонкий, высокий звон колокольчика.

А в углу экрана высветилось долгожданное сообщение:

«Визит незваного гостя. Лучше бы с ним не ссориться. Он может помочь вам».





Глава 4. Герман


«Визит незваного гостя. Лучше бы с ним не ссориться. Он может помочь вам».

— Ура! Герман! Как нельзя кстати. Мне бы сейчас совсем не помешал новый сет для моих ополченцев, — обрадовался я, увидев входящего в подземелье NPC.

— Ну что, как дела? Вижу, у счётчика больше единичек не прибавилось? — слегка сварливо поинтересовался странник, не обращая внимания на мою улыбку.

— Не прибавилось. Но было сложно.

— Как погляжу, у тебя тут страсти бушуют, — Герман покосился на пару мясников, деловито стаскивающих тела игроков в разделочный цех.

— Да, — я пожал плечами. — Привлёк много внимания, теперь ко мне зачастили с визитами.

— Это да... Наслышан. Внимания ты привлёк изрядно... — нахмурившись, непонятно ответил Герман. Он несколько секунд помолчал, потом лицо его разгладилось. — Подарок мой помог хоть? — уже более дружелюбно спросил он.

— Помог, конечно помог, — искренне заверил я странника. — Если бы не он, то я бы...

— Вот и хорошо, — Герман перебил меня на полуслове. — Долг платежом красен. Пора бы и отплатить...

— Отплатить? — улыбка сползла с моего лица. — Ну, у меня есть посох, да ещё вот шлем выпал... — задумчиво произнёс я, глядя на дроп, оставшийся после игроков.

— Это мне не интересно, — отмахнулся Герман. — У тебя четвёртый уровень подземелья? — скорее утвердительно, чем вопросительно произнёс он.

— Четвёртый, — кивнул я.

— Хорошо, — Герман потёр ладошки. — Слушай внимательно. На пятом тебе предложат выбор места для подземелья. Само по себе подземелье без окружающих земель существовать не может. Они тесно связаны. Сейчас вокруг тебя поля с волками и прочей живностью второго-третьего уровня. Это не подходит для твоего типа данжа. Поэтому тебе предложат два пути. Первый — твоё подземелье перемещается в другое место на карте. Случайное, но такое, где локация более соответствует нежити.

— Первый! Первый вариант — это просто отлично! — обрадовался я.

И правда. Это решало все проблемы. Подземелье попросту исчезнет, оставив наглых игроков, желающих фармить мой данж, с носом. Осталось дело за малым — получить тысячу опыта, недостающую до пятого уровня.

— Нет, — оборвал мои радужные мысли Герман. — Ты выберешь второй вариант. Ты останешься тут, изменяя окружающие земли под себя. Это одно из условий оплаты твоего долга.

— Но... Но зачем? — удивился я.

— Потому что так надо, — жёстко ответил странник.

— Извини, но это решать мне, — нахмурился я. — И я считаю, что вариант оставаться тут, получив столько внимания, — самоубийство! Там на форуме уже чуть ли не как на рейд-босса на меня собираются!

— Хорошо, — удивительно легко согласился Герман. — Тогда будь добр, верни мне то, что должен.

Я открыл рот, чтобы ответить, но осёкся. Перед глазами вспыхнуло системное сообщение. Не зелёное, как обычно, а багровое, пульсирующее, с жирной рамкой по краям.

«Внимание! Задолженность перед кредитором «Герман Странник».

Основной долг: комплект брони «Доспех Горного Стража», оружие «Топор Яростного Ветра», комплект аксессуаров «Обереги Потерянного Ордена» — не погашен.

Дополнительный долг: плата за использование снаряжения, начисляемая посуточно с момента передачи. Тариф: 50 серебряных монет за каждый предмет редкого качества за каждые 24 часа использования. Срок использования: 8 дней. Количество предметов: 8. Итого: 3200 серебряных монет.

Общая сумма задолженности: снаряжение редкого качества (8 предметов) + 3200 серебряных монет.

В случае отказа от немедленного погашения долга на вас будет наложено проклятие «Кабала должника».

Эффекты проклятия:

— Все характеристики ваших миньонов снижаются на 50%.

— Весь получаемый опыт подземелья аннулируется.

— Выход из подземелья невозможен.

— Проклятие действует до полного погашения долга.

Примите решение: погасить долг немедленно / договориться с кредитором».

Я перечитал сообщение дважды. Потом ещё раз. Три тысячи двести — это больше, чем я когда-либо держал в руках за всю свою игровую жизнь.

— Охренеть, — только и смог выдохнуть я. — Вот тебе и странник-филантроп.

Выходит, я сам не заметил, как попал в кабалу. Ведь когда он давал мне эти вещи, я думал, что это подарок. Или, в худшем случае, долг, который можно будет вернуть когда-нибудь потом. А он, оказывается, ещё и проценты накрутил. Посуточно. На каждый предмет.

— Выбора у меня, я так понимаю, нет, — произнёс я, встретившись с насмешливым взглядом странника.

— Почему? Есть, — пожал плечами Герман. — Отдай долг и делай что хочешь.

— Но я не смогу его вернуть!

— Разве ж это мои проблемы? — деланно удивился он.

Я молчал, переваривая ситуацию. Он загнал меня в угол. Красиво, ничего не скажешь.

— Я ещё раз делаю тебе предложение остаться тут, — продолжил Герман уже спокойнее. — Поверь, в моих интересах делать так, чтобы ты не форматировался. Уж очень много я на тебя поставил.

— Хорошо, — скрепя сердце согласился я.

— Тогда подпиши вот это, — странник вытащил из-за пазухи свиток. Пергамент развернулся сам собой, явив моему взгляду ровные строки, написанные тёмно-красными чернилами.

«Договор №1 между Хранителем Подземелья Нежити и Странником Германом.

Сторона А: Хранитель Подземелья Нежити, уровень 4.

Сторона Б: Герман Странник, независимый торговец.

Условия договора:

Хранитель обязуется не использовать возможность перемещения подземелья при достижении пятого уровня. Хранитель обязуется оставаться на текущей локации и продолжать развитие подземелья на месте. В случае нарушения пунктов 1 или 2, Хранитель теряет право собственности на подземелье. Все права на подземелье, включая все ресурсы и всех миньонов, переходят к Страннику Герману. Хранитель теряет статус Хранителя и становится миньоном категории «Раб» в подчинении Странника Германа. Договор вступает в силу немедленно после подписания и действует бессрочно.

В случае если при достижении пятого уровня Хранитель остаётся на текущей локации, выданное Хранителю во временное пользование снаряжение, а именно: комплект брони «Доспех Горного Стража», оружие «Топор Яростного Ветра», комплект аксессуаров «Обереги Потерянного Ордена» переходит в собственность Хранителя подземелья.

Подпись Стороны А: ________

Подпись Стороны Б: уже стоит».

Я уставился на пункт четвёртый. Раб? Миньон категории раб? Это что за пиз.ец?

— А это на всякий случай, — пояснил Герман, заметив мой взгляд. — Чтобы ты не думал меня обмануть.

— Ты же говорил, что хочешь помочь, — процедил я.

— Я и помогаю, — развёл руками странник. — Ты получил снаряжение. Отразил атаку. Отбил такие нападения, которые не смог отразить никогда. Выжил. А теперь помоги мне. Останься тут. Это выгодно нам обоим.

— Выгодно? Ты превращаешь меня в раба, если я передумаю!

— А ты не передумывай, — пожал плечами Герман. — Решайся, у меня время дорого.

Я смотрел на свиток и чувствовал, как призрачные пальцы сжимаются в кулаки. Выбора действительно не было.

— Хорошо. Но пропиши отдельным пунктом, что долги за использование снаряжения тоже аннулируются.

— Как скажешь, — пожал плечами Герман. На его лице промелькнула тень ухмылки.

Мгновение — и в руках Странника появился новый вариант свитка с затребованной мной корректурой.

— Мне нечем подписать. Ручки нет, — я демонстративно протянул пустые призрачные ладошки.

— Ничего. Возьми, — Герман невесть откуда вытащил маленький письменный столик.

Это была изящная вещица, явно ручной работы. Тёмное полированное дерево, инкрустированное по краям тонкими серебряными узорами в виде бегущих оленей. На столешнице стояла чернильница из тёмно-зелёного нефрита с золотой пробкой и серебряное перо с идеально заточенным кончиком, которое лежало на маленькой мраморной подставке. Рядом обнаружилась миниатюрная песочница с мелким, как пыль, серебристым песком для просушки чернил.

Но моё внимание привлекла другая деталь. В центре столешницы, прямо под пером, был вырезан символ — маска, расколотая пополам по вертикали. Левая половина — золотая, сияющая даже в тусклом свете подземелья, с широко открытым глазом. Правая — тёмная, почти чёрная, с закрытым веком. Две половинки, соединённые тончайшей трещиной, которая светилась едва заметным багровым.

Я на мгновение задержал на ней взгляд. Красивая работа. И странная. Древняя. От неё веет силой. Слишком необычная даже для такого персонажа, как Герман.

Герман, заметив мой интерес, молча придвинул перо ближе. Я отвлёкся от символа и взял его в руку, до последнего надеясь, что бесплотные пальцы пройдут сквозь древко. Напрасно. Проклятый странник явно знал, что делал.

Вздохнув, я поднёс перо к пергаменту и после нескольких мучительных мгновений подписал.

Герман, затаив дыхание, наблюдал за мной. Едва перо оторвалось от бумаги, он тут же деловито и резко выхватил свиток, свернул его, ловко перетянул лентой и убрал в рюкзак.

— Эй, а мой экземпляр? — потребовал я.

— Он тебе не нужен, — отмахнулся Герман и тут же перевёл тему: — Ты куда решил развивать кладбище?

— В каком смысле? — не понял я.

— Ты что, ещё не смотрел новые здания?

— Нет, — покачал головой я. — Только уровень поднял — и ты вошёл.

— Отлично. Тогда рекомендую тебе качать лучников. Это будет очень полезно, ты потом поймёшь.

— Лучников?

Я коснулся кулона, открывая меню управления подземельем, и сразу перешёл в раздел строительства. Новых зданий не появилось, но появились улучшения для старых. Рудные залы с рудой более высокого качества. Разделочные цеха с новым оборудованием. Более сильные ловушки. И — кладбище воинов. Теперь для него появилось два новых пути развития.

Первый вариант — Кладбище Воинов уровень 2 (Скелеты-стражи).

Усиленная версия ополченца, скелет ближнего боя с более высокими характеристиками и сразу несколькими боевыми навыками.

Скелет-стражник. Уровень 8.

Тип: Боевой / Низшая нежить

Описание: Этот скелет когда-то был воином. Не крестьянином с сохой в руках, и даже не ополченцем, впервые взявшим меч за месяц до смерти, — а настоящим бойцом, проведшим годы в сражениях. Воином, чьей работой был меч и щит. Его кости помнят вес доспеха, его пальцы — рукоять клинка, его пустые глазницы всё ещё хранят отблески былой доблести. При поднятии носит среднее по качеству снаряжение: ржавый стальной нагрудник поверх рёбер, поножи, открытый шлем с продольным гребнем. В левой руке — прямоугольный щит с умбоном, в правой — старый клинок с зазубринами от древних сражений. Двигается скупо, расчётливо, не тратя ни одного лишнего движения. Он не помнит своего имени. Но он помнит, как убивать.

Характеристики:

Физические:

Сила: 10

Ловкость: 6

Выносливость: 12

Скорость: 6

Магические (ментальные):

Интеллект: 3

Мудрость: 3

Воля: 5

Восприятие: 4

Боевые параметры:

Здоровье: 380/380

Урон: 22-30

Броня: 15

Навыки:

Активные:

«Мощный удар. Уровень 2» — базовая атака, усиленная остатками воинского навыка. Наносит удвоенный физический урон. Перезарядка: 100 секунд.

Примечание: «Когда-то этот скелет умел делать больно. Он не забыл».

«Рывок. Уровень 2» — скелет резко выбрасывает некротическую энергию, заставляющую его рвануть вперёд, мгновенно сокращая дистанцию. Цель навыка и все, кто окажется на его пути, получают базовый урон, умноженный на полтора. Кроме того, на всех поражённых накладывается эффект «Дезориентация» на пять секунд. Сила эффекта: 15.

Эффект «Дезориентация»: игрок теряет ориентацию в пространстве — изображение плывёт, звуки искажаются, управление персонажем становится неточным. Навыки применить можно, но прицеливание и своевременность срабатывают с ошибкой.

Перезарядка: 120 секунд.

Примечание: «Быстрее, чем кажется. Больнее, чем выглядит».

Пассивные:

«Стойкость. Уровень 2» — получает на 15% меньше физического урона.

«Крепкие кости. Уровень 2» — имеет 2% шанс полностью заблокировать физическую атаку.

«Мастер тяжёлой брони. Уровень 2» — позволяет использовать тяжёлую броню без штрафов. Даёт бонус брони при её использовании.

«Магическая защита. Уровень 2» — повышает устойчивость к магическому урону на 6.

«Владение одноручным оружием. Уровень 2» — позволяет использовать одноручное оружие без штрафов.

«Владение двуручным оружием. Уровень 2» — позволяет использовать двуручное оружие без штрафов.

«Владение дробящим оружием. Уровень 2» — позволяет использовать дробящее оружие без штрафов.

«Владение древковым оружием. Уровень 2» — позволяет использовать древковое оружие без штрафов.

«Владение щитом. Уровень 2» — позволяет использовать щит без штрафов. Даёт бонус брони при его использовании.

Особенности:

Нежить — не нуждается в еде, воде, сне и мотивационных тренингах. Отсутствует боевой дух.

Костяк — имеет пятидесятипроцентный шанс избежать стрелковой атаки из лука или арбалета.

Преданность — не может быть подкуплен, запуган или обращён в бегство.

Стоимость призыва: 1 душа + 300 ед. руды + 50 ед. костной пыли + 30 единиц жил + 10 литров крови.

Для призыва требуется: Кладбище воинов, уровень 2 (Скелеты-стражи).





Второй — Кладбище Воинов уровень 2 (Скелеты-лучники). Высокий урон, высокая ловкость, но очень мало ХП и почти нет брони.

Скелет-лучник. Уровень 8.

Тип: Боевой / Низшая нежить

Описание: Этот скелет при жизни был стрелком. Возможно, охотником, выслеживающим зверя в лесной чаще. Возможно, рядовым лучником, выпустившим тысячи стрел по команде сержанта. Его костяные пальцы до сих пор помнят натяжение тетивы, а пустые глазницы каким-то чудом всё ещё умеют определять расстояние до цели. Лёгкая кожаная броня не стесняет движений. Длинный тисовый лук, покрытый лаком и исцарапанный от долгой службы, лежит в его руках так же естественно, как кирка в руках рудокопа. Колчан за спиной всегда полон — откуда берутся новые стрелы, не знает никто, но они никогда не заканчиваются. Он не разговаривает. Он просто ждёт команды, чтобы спустить тетиву.

Характеристики:

Физические:

Сила: 4

Ловкость: 20

Выносливость: 5

Скорость: 12

Магические (ментальные):

Интеллект: 5

Мудрость: 5

Воля: 5

Восприятие: 10

Боевые параметры:

Здоровье: 100/100

Урон: 50

Броня: 2

Навыки:

Активные:

«Точный выстрел. Уровень 2» — выстрел стрелой, наполненной некротической энергией. Наносит двойной базовый урон. Траектория подсвечивается на долю секунды зелёным, и стрела летит с чуть большей скоростью, чем обычная. Перезарядка: 560 секунд.

Примечание: «Он не целится. Он просто знает, куда попадёт».

«Стрела в ногу. Уровень 2» — скелет выпускает стрелу, целясь в нижние конечности противника. Наносит базовый урон и накладывает эффект «Подсечка»: скорость перемещения врага снижается на 30% на 8 секунд. Сила эффекта: 25. Перезарядка: 500 секунд.

Примечание: «Бежать можешь. Убежать — вряд ли».

Пассивные:

«Точный глаз. Уровень 2» — получает 15% дополнительного шанса критического удара.

«Уязвимые места. Уровень 2» — критические удары наносят на 40% больше урона.

«Мастер лёгкой брони. Уровень 2» — позволяет использовать лёгкую броню без штрафов. Даёт бонус брони при её использовании.

«Магическая защита. Уровень 2» — повышает устойчивость к магическому урону на 6.

«Владение луком. Уровень 2» — позволяет использовать луки без штрафов. Даёт бонус к урону при их использовании.

Особенности:

Нежить — не нуждается в еде, воде, сне и мотивационных тренингах. Отсутствует боевой дух.

Костяк — имеет пятидесятипроцентный шанс избежать стрелковой атаки из лука или арбалета.

Преданность — не может быть подкуплен, запуган или обращён в бегство.

Стоимость призыва: 1 душа + 300 ед. руды + 40 ед. костной пыли + 50 единиц жил + 10 литров крови.

Для призыва требуется: Кладбище воинов, уровень 2 (Скелеты-лучники).



Соответственно, при выборе одного пути второй становился закрытым. Понятно, о чём говорил Герман.

— И зачем же мне лучники? — спросил я, сворачивая меню. — Во-первых, моё основное преимущество — это одержимость, а из меня лучник весьма посредственный — всю жизнь играл персонажем ближнего боя. Во-вторых, шмота на них у меня нет. В-третьих — нахрена в подземелье лучники? Тут куча препятствий, укрытий, маленькие дистанции. Глупо же. Неэффективно.

— Я совет дал, следовать ему или нет — дело твоё, — пожал плечами Герман.

— Если бы я мог изменить место подземелья и избавиться от наплыва игроков, можно было бы ещё это обсудить. А так, с этими лучниками по мне как катком пройдут, — покачал головой я.

Герман ничего не ответил. Он просто стоял и смотрел на меня с лёгкой усмешкой, будто знал что-то, чего не знал я. Впрочем, он всегда так смотрел.

Я снова открыл меню строительства и задумался. Можно было, конечно, сделать два кладбища. Одно под стражей, другое под лучников. Стражи держат строй, сковывают врага, принимают урон на себя. Лучники расстреливают с дальней дистанции, нанося чудовищный урон по незащищённым целям. В теории — идеальная связка. Даже один-два стража, грамотно поставленные в узком проходе, могли бы создать достаточно времени для лучников, чтобы те перебили всю группу.

Но вот стоимость.

Я перевёл взгляд на цифры и мысленно присвистнул. Апгрейд кладбища воинов до второго уровня стоил пять тысяч единиц руды. Пять тысяч. Это больше, чем всё, что я накопил за последние дни. А ведь за каждого нового стража или лучника придётся выложить ещё по три сотни руды и кучу ресурсов сверху. Даже если я каким-то чудом смогу накопить на одно кладбище, до второго ждать придётся очень долго.

Пожалуй, куда разумнее сперва улучшить добычу руды, а затем уже откладывать на остальное.

Я закрыл меню и повернулся к Герману.

— Ну а по поводу снаряжения для лучников... — с лёгкой задумчивостью в голосе произнёс он. — Я могу помочь.

— Опять дашь снаряжение в долг? Да так, что я с тобой вообще никогда не расплачусь. Ну уж нет, спасибо, я как-нибудь сам. Я с предыдущим долгом если и рассчитался — то только чудом, — зло усмехнулся я.

— Нет, — покачал головой Герман. — И ты напрасно делаешь из меня врага. Я делаю так, как будет лучше для тебя, пусть ты этого пока не понимаешь. Я бы не стал указывать тебе на твой долг, но ты меня не слушал, а другого надёжного способа заставить тебя сделать как надо у меня не было.

— Ладно, — я поднял руки в миролюбивом жесте. — Говори про свой способ. Только теперь — никаких попыток затащить меня в долги обманом.

— Что ты знаешь о рестартах? — произнёс Герман, не удостоив меня ответом.

— Ничего особенного. То же, что и все игроки.

— А что известно всем игрокам, просвети?

— Ну... Раз в неделю происходит масштабная синхронизация всех серверов с главным Мастер-сервером. В принципе, ничего особенного не происходит, можно продолжать игру без каких-либо ограничений. Слухи ходят, что в этот момент можно провернуть разные баги и уязвимости... Но я только слышал байки, сам ни с чем подобным не сталкивался.

— В принципе, всё верно, — кивнул Герман. — Только есть ещё одно: в этот момент на несколько минут все подземелья синхронизируются между собой. И можно встретиться с другими Хранителями.

— И зачем мне другой Хранитель? — не понял я.

— Не хранитель. Хранители! — поправил меня Герман. — Вот ответь: ты же дропнул что-то с игроков? Полезные шмотки?

— В принципе, не самые плохие, — чуть помедлив, ответил я. — Но использовать их, к сожалению, некому.

— Вот! — поднял палец Герман. — Я так понимаю, ты говоришь о посохе, который выпал из Лиры.

Я неприятно удивился его осведомлённости, но кивнул. Посох действительно лежал в сундуке — трофей, доставшийся мне после боя.

— «Посох Утренней Росы», — произнёс Герман.

«Посох Утренней Росы»

Редкость: Необычный.

Тип: Двуручное (посох).

Описание: Этот посох был создан в предгорьях Аметрина, где монахини ордена Утренней Звезды веками ткали из солнечного света заклинания исцеления. Посох вырезан из белого ясеня, напитанного святой водой, и увенчан кристаллом горного кварца, который мягко светится на рассвете. Владелец посоха чувствует лёгкое тепло в ладонях, когда произносит слова исцеляющих молитв. Говорят, что самые сильные из этих посохов могли возвращать павших с того света. Этот экземпляр — скромная копия, но даже в ней теплится частица былой силы.

Характеристики:

Интеллект: +5.

Мудрость: +8.

Эффекты: усиливает все заклинания исцеления и светлые заклинания на 12%. При касте заклинания исцеления есть 5% шанс бесплатно продублировать его на дополнительную цель.

Требования: Уровень 10. Интеллект: 15. Мудрость: 15.

— В мире наверняка есть подземелье, специализирующееся на светлых бойцах и имеющее светлых целителей, — продолжил Герман. — Ему бы такой посох пригодился.

— Да, — я кивнул, припоминая подобные локации.

— А тебе нужно снаряжение на скелетов. Сможешь совершить обмен. Там много всего продаётся.

— То есть это типа торговой площадки-аукциона для Хранителей? Неужели такая есть? — изумился я.

— Можно и так сказать, — чуть скривившись, произнёс Герман. — Она как раз должна открыться в ближайшие десять минут, и я хотел тебя на неё провести.

— Скажи сразу, что я буду тебе за это должен? — с подозрением уставился я на странника.

— Ничего. Просто дружеская помощь.

— Ага... дружеская, — буркнул я себе под нос.

— Так ты идёшь или нет?

— Иду, — вздохнув, я шагнул к Герману.

— Так. Делай, что говорю, — произнёс Герман. — Через две минуты откроется «окно». Действовать будет ровно пять минут. Открывай меню подземелья.

Я открыл. Обычное меню управления подземельем, ничего нового. Иконки строительства, миньонов, ресурсов — всё как всегда.

— Видишь вкладку «Связь»? — голос Германа звучал буднично, словно он объяснял дорогу заблудившемуся путнику.

— Нет у меня такой вкладки.

— И не должно. Открой «Журнал событий».

Я открыл. Длинный список системных сообщений: атаки, победы, потери, нанятые миньоны, улучшения.

— Теперь найди запись о получении первого достижения.

Я пролистнул журнал до самого начала. «Получено достижение: Первый блин не комом». Отразить первую атаку. Казалось, это было сто лет назад.

— Нашёл.

— Нажми на него.

— Нажать на сообщение о достижении?

— Да.

Я мысленно кликнул. Ничего не произошло.

— Ещё раз.

Я нажал снова. Без результата.

— Продолжай. Быстрее.

Я принялся спамить. Раз, другой, пятый, десятый. Палец уже машинально дёргался, отбивая ритм по невидимой кнопке. На пятнадцатом нажатии строка достижения мигнула и сменила цвет с золотого на багровый. Затем ещё раз — на чёрный. Затем пошла рябью, будто глитч, и на мгновение исчезла.

А потом журнал свернулся, и вместо него развернулось новое окно. Тёмное, без привычных украшений, с единственной строкой посередине:

«Связь. Синхронизация активна. Доступ к переходу открыт. Осталось времени: 04:59».

— Получилось, — выдохнул я.

— Я и не сомневался, — хмыкнул Герман. — Теперь смотри на стену.





Глава 5. Аукцион.


Я поднял взгляд. В каменной кладке, прямо передо мной, проступили очертания ворот. Они были полупрозрачными, сотканными из мерцающего серебристого света, и напоминали завесу из жидкого зеркала. По краям ворот пульсировали тусклые руны, и воздух вокруг них дрожал, как над раскалённым костром.

Герман шагнул ближе и коснулся моего плеча. Его пальцы, как и в прошлый раз, ощущались совершенно реальными.

— Идём. Время не ждёт.

Я глубоко вздохнул и двинулся к воротам. Серебристая завеса всколыхнулась, принимая меня, и мир за ней исчез.

Это не было похоже на телепортацию. Никакой вспышки, никакого привычного рывка, с которым персонаж переносится из точки в точку. Вместо этого реальность словно смялась, как лист пергамента в невидимой руке, и через мгновение развернулась заново — совершенно другой.

Я парил рядом со Странником и вертел головой, пытаясь осознать увиденное.

Вокруг раскинулась исполинская подземная пещера. Своды терялись где-то вверху, в густом зеленоватом тумане, подсвеченном невидимыми источниками света. Стены были покрыты толстым слоем светящегося мха, который пульсировал медленно, в такт чему-то невидимому — будто у всего подземелья было одно на всех сердцебиение. Воздух был влажным и тяжёлым, с привкусом древней гнили и сырой земли.

Но главное — деревья. Огромные, чёрные, искорёженные деревья без листьев росли прямо из каменного пола. Их корни оплетали сталагмиты, ветви тянулись к сводам, и на них, как жуткие плоды, висели полупрозрачные коконы из зеленоватой слизи, внутри которых угадывались очертания тел. Одни коконы были неподвижны. Другие — слабо пульсировали.

Между деревьями, выстроившись в ровные отряды, стояли миньоны. Сотни. Нет — тысячи. Ожившие проклятые деревья.

Големы из обсидиана с горящими красным огнём глазами, и каждый излучал такую мощь, что я непроизвольно начинал вибрировать. Летающие твари с прозрачными крыльями кружили под сводами, а где-то в глубине зала лениво шевелился гигантский дракон. Я прищурился, рассматривая его уровень. Двухсотдвадцатый.

Каждое движение этих существ дышало мощью. Даже самые слабые из них, стоящие в задних рядах, были стопятидесятого уровня. А чемпионы и боссы — двухсотые, двухсот двадцатые, — лениво ворочались, и каждое их движение заставляло воздух вибрировать.

— Место смутно знакомое... — выдохнул я, не в силах оторвать взгляд от дракона.

Знакомые очертания стен, эта характерная зеленоватая подсветка, деревья... Точно.

— «Корни Бездны», — прошептал я.

— Верно. Доводилось уже тут бывать? — хмыкнул Герман.

Бывать? Ага, если бы. Одно из топовых подземелий, о котором ходили легенды. Я читал о нём на форуме и видел пару роликов с прохождением. Рейд-данж для групп двухсотого уровня и выше. Это один из старейших данжей в игре, и о нём всегда ходили слухи, что само подземелье живёт своей жизнью, постоянно меняясь и подстраиваясь под атакующих. За право владеть им соревновались сразу несколько топовых кланов.

— А почему все собираются именно тут? — спросил я.

— В этом месяце хозяева «Корней Бездны» любезно предоставляют своё подземелье под площадку, — пояснил Герман. — Это место удобно для всех. Достаточно просторно, расположено в нейтральном сегменте... Разумеется, они имеют с этого небольшой процент.

— В этом месяце?

— Да. Периодически место меняется. Выбирается случайно.

— То есть и моё подземелье может стать местом для сбора Хранителей?

— Нет, — усмехнулся Герман. — Слишком мало пространства, слишком маленький уровень. Вот подрастёшь, тогда... — он неопределённо развёл руками.

Я смотреял на проходящих мимо Хранителей. Высокая фигура в тёмном балахоне, под которым клубился чёрный дым, проплыла мимо, даже не взглянув в мою сторону. Следом прошествовал огромный демон с рогами, за спиной которого семенили полдесятка бесов-писцов с бумагами. Где-то в стороне о чём-то спорили двое призраков, и их голоса звучали как шелест сухих листьев.

В центре зала, за массивным столом из морёного дуба, сидел человек.

Он был облачён в серебристый латный доспех, который мягко светился изнутри, будто в металл вплавили лунный свет. Каждая пластина была подогнана идеально, без единого зазора, а по краям доспеха вилась тончайшая вязь рун, пульсирующих в такт дыханию владельца. Легендарный ранг. Я видел такой всего пару раз в жизни — и то на видео с топ-рейдов. Над головой незнакомца висела надпись: «Распорядитель аукциона. Уровень: 300».

А потом мой взгляд упал на клинок, висевший у него на поясе.

Это был «Шёпот Света» — один из самых редких мечей в игре. Я сразу узнал его по характерному белоснежному лезвию, на котором, если присмотреться, можно было увидеть медленно ползущие отблески пламени. По рукояти, обмотанной кожей древнего змия. По гарде в форме двух скрещённых крыльев. За всю историю Этернума подобные клинки упоминались всего несколько раз. А здесь он просто висел на поясе у Распорядителя Аукциона, как обычное оружие. Уже только это говорило о серьёзности происходящего здесь.

Вокруг помоста, полукругом, расположились пять десятков столов. За каждым сидел помощник — кто в лёгкой броне, кто в мантии, кто в деловом костюме купеческого кроя. Они деловито перебирали бумаги, переговаривались с посетителями. Хранители всех мастей — от скромных духов, похожих на меня, до огромных демонов с рогами — подходили к столам, что-то обсуждали, обменивались товарами и уходили.

Я вновь невольно залюбовался распорядителем, его доспехом, его клинком.

Герман легонько подтолкнул меня в спину.

— Хватит пялиться, — негромко произнёс он. — Ты сюда не за этим пришёл. Нам сюда.

Он указал на один из столов, за которым скучал молодой человек в аккуратной тёмно-синей мантии с серебряной вышивкой по вороту. Над его головой висела скромная надпись: «Помощник аукциониста. Алопос. Уровень: 45». На столе перед ним лежала раскрытая книга учёта и стояла небольшая табличка: «Приём заявок. Свободно».

Я оторвал взгляд от легендарного меча и шагнул к столу.

Мы подошли ближе. Помощник распорядителя поднял голову. Движение это заняло у него секунды три, не меньше.

— Добро пожаловать... — произнёс он медленно. — Чем... я... могу... быть... полезен? — медленно, чеканя каждое слово, произнёс он.

Я машинально дёрнулся вперёд и затараторил, перепрыгивая со слова на слово:

— Мне нужны кирки для рудокопов. Обычные, с низкими требованиями, но с усилением добычи. Желательно сразу несколько. И ещё — какая у вас валюта в ходу? У меня руда, костная пыль, немного душ... Есть пара артефактов... В общем, покажите, какие кирки есть?

Алопос медленно, очень медленно моргнул. Затем опустил голову к бумагам и начал их перебирать.

Я хотел было повторить вопрос, но Герман мягко, но настойчиво положил руку мне на плечо.

— Тихо, тихо. Не спеши. Почему ты так тараторишь? — осадил он меня, недоумевающе приподняв бровь.

— Ты же сам сказал — таймер всего пять минут! — возмутился я.

— Спокойно, — Герман даже не повысил голоса. — Пять минут — это по времени игры. Тут всё иначе. Эти пять минут внутри превращаются в пять дней.

— В пять дней? — я замер на полуслове. — То есть у нас пять дней?

— Именно. Но можешь выйти и раньше, — подтвердил Герман.

— Но как? Как можно пять минут растянуть на пять дней?

— Ты же знаешь, как работают заклинания ускорения и замедления времени? Ну, и подобные им эффекты?

— Вроде как да... — я попытался вспомнить что-то из прочитанного на форумах. — Ускоряют работу мозга или что-то в этом роде. Игра способна на такое, я слышал...

— Верно, — кивнул Герман. — Здесь тот же принцип. В реальном мире пройдёт пять минут. А здесь — пять суток. Твой мозг будет работать и обрабатывать информацию в ускоренном режиме благодаря функции вирт-капсулы.

Я выдохнул и посмотрел на распорядителя. Тот по-прежнему неторопливо перебирал пергаменты, не обращая на нас ни малейшего внимания. Пять дней. Целых пять дней. Можно не торопиться. Можно всё обдумать.

Я повернулся к аукционисту и заговорил снова — на этот раз спокойно и размеренно:

— Прошу прощения за спешку. Я здесь впервые. Мне нужны кирки для рудокопов. С низкими требованиями, но с усилением добычи. И я хотел бы узнать, какая валюта здесь в ходу.

Распорядитель поднял голову. Его тусклые глаза на мгновение встретились с моими.

— Хорошо... — произнёс он с той же невыносимой медлительностью. — Попробую вам помочь...

Спустя полчаса я отошёл от стола аукциониста, чувствуя себя так, будто только что завершил сложнейшую сделку в своей жизни. Впрочем, так оно и было. Рядом со мной брёл скелет-рудокоп — тот самый, которого я вызвал через портал, едва сделка была подтверждена. Он явился из моего подземелья, таща в одной костяной руке посох Утренней Росы, который послужил платой. А теперь он шёл обратно, и в его инвентаре позвякивали двенадцать новеньких кирок.

Да, на посох удалось выменять именно кирки. Восемь — на тех рудокопов, что уже трудятся в моих залах. Ещё четыре — на будущий зал, который я собирался построить сразу по возвращении. Все кирки были с простенькими, но полезными усилениями: плюс двадцать процентов к добыче руды, а также пятипроцентный шанс двойной добычи. Кроме того — теперь при ударе киркой с небольшим шансом рудокоп мог оглушить врага. Хоть какая-то польза в бою. Не бог весть что, но для моего уровня — настоящий прорыв. Если учесть, что скорость добычи и так была неплохой, с этими инструментами я смогу накопить на кладбище гораздо быстрее.

Герман ушёл уже давно. Увидев, что я разобрался, как пользоваться аукционом, он исчез почти сразу. Перед уходом бросил короткий совет:

— Поболтай с другими Хранителями. Узнай, как тут всё устроено. Только не будь навязчивым.

И ушёл. Просто развернулся и зашагал куда-то вглубь зала, к столам с более серьёзными заявками.

Я проводил его взглядом и огляделся. Время у меня было — целых пять дней. Почему бы не последовать совету?

Неподалёку, чуть в стороне от основных столов, парил призрак. Человеческая фигура, сотканная из голубоватого полупрозрачного света — почти как я, только цвет другой. Над головой светилась цифра «16». Шестнадцатый уровень подземелья. Выше моего. Значит, опытнее. Может, подскажет что дельное.

Я осторожно приблизился.

— Добрый... э-э... день, — начал я, чувствуя себя до ужаса неловко. — Как ваши дела? Всё ли хорошо с подземельем?

Призрак медленно развернулся ко мне. Его лицо было лишено эмоций — просто голубоватая маска с двумя тусклыми точками глаз.

— Что? — спросил он без всякого выражения.

— Я говорю, может быть, дадите пару советов начинающему Хранителю? — предпринял я ещё одну попытку.

— По каким именно вопросам нужна моя помощь? — голос призрака звучал ровно, механически, без единой интонации. Так разговаривают ИскИны между собой — чисто по делу, без воды, без эмоций.

— Ну... — я замялся. — Вообще... Как развиваться? Что строить? Как игроков отбивать?

— Запрос требует уточнения. Укажите конкретные параметры.

Я открыл рот, но осёкся. Конкретные параметры? Да я сам не знал, что хочу услышать. Просто надеялся на живой разговор. На обмен опытом.

— Ладно, — пробормотал я, отступая. — Потом поболтаем.

Призрак никак не отреагировал. Он просто отвернулся и продолжил висеть в воздухе, уставившись в одну точку.

Я развернулся и направился к порталу, чувствуя лёгкое разочарование. Похоже, я и правда единственный живой Хранитель в этом мире. Остальные — просто ИскИны, выполняющие свои алгоритмы. Вежливые, деловые, эффективные. Но с ними не поговоришь о жизни. Не спросишь совета.

— Потом поболтаю, — повторил я себе под нос, шагая сквозь серебристую завесу обратно в своё подземелье. Рядом бодро топал рудокоп, позвякивая кирками в инвентаре. Впереди ждали дела. Много дел.

По прибытии в подземелье я не стал тратить время. Едва серебристая завеса портала схлопнулась за спиной, я уже открыл меню строительства и заложил новую комнату — рудный зал. Стены раздвинулись, пол просел, и через минуту в подземелье появилась ещё одна жила, готовяя к разработке.

Тут же нанял рудокопов третьего уровня. Четыре скелета. Они вышли из темноты, деловито взяли кирки и, не теряя ни секунды, принялись за работу. Восемь старых рудокопов и четыре новых — двенадцать костяных шахтёров, вооружённых улучшенными кирками.

Прошло два часа. Я не отходил от сундука, наблюдая за цифрами. Восемь сотен руды. Ровно столько, сколько стоило улучшение одного из залов до четвёртого уровня.

Я активировал апгрейд.

Система мигнула, и один из рудных залов преобразился. Железная жила, раньше тусклая и ржавая, теперь отливала серебристым блеском. Качество руды изменилось — теперь здесь добывали не обычную, а руду среднего качества.

Я открыл описание:

Руда среднего качества

Тип: Ресурс (руда).

Качество: Среднее.

Описание: Железная руда с повышенным содержанием металла. В отличие от обычной, эта руда прошла естественную очистку под давлением глубинных пород, благодаря чему содержит меньше пустой породы и больше чистого железа.

Эффект: При использовании в строительстве и улучшениях одна единица руды среднего качества засчитывается за две единицы обычной руды.

Особенности: Не может быть разделена на обычную руду. Не занимает дополнительных слотов в хранилище.

Примечание: «Хороший кузнец из такой руды сделает клинок, который не затупится и после сотни битв».

Ещё три раза по восемь сотен — и я смогу улучшить остальные залы. Скорость добычи удвоится. Накопить на кладбище воинов станет вполне простой задачей. Вот только дожить бы.

Новое обновление, кроме обновления построек, открывало доступ к новым миньонам. Скелет-страж и Скелет-лучник — это и так понятно. Кроме того, можно было улучшить разделочный цех и нанять нового мясника. Доступны стали улучшения всех ловушек, плюс новая ловушка — «Проклятая статуя». Описание длинное, но если коротко — она меняет все благословения на случайном игроке в группе на проклятия того же уровня и той же силы. Также появились улучшения заклинаний. Четвёртый уровень одержимости стоит 5 душ. Хотя время действия — 3 минуты и усиление статов на 150% были очень заманчивы, я на время решил воздержаться от его улучшения — запас душ ограничен.

Таймер между входами в подземелье тем временем истёк. Я уже приготовился к бою, расставил скелетов, проверил ловушки и мысленно настроился отражать атаку группы Ковальски. Ведь наверняка они мечтают расквитаться за прошлое поражение. Да и вернуть потерянный шмот лишним не будет. Будет сложно. Вряд ли в этот раз они купятся на те же ловушки, что и раньше.

Но никто не пришёл.

Никого не было и через час. И через два. И через четыре.

Руды уже хватало на улучшение. Пожав плечами, я поднял ещё один рудный зал до четвёртого уровня и от нечего делать полез на форум.

Форум встретил меня необычным оживлением. Да, там всегда сидела огромная масса народу. Новые темы создавались и комментировались постоянно. Но то, что происходило сейчас, било все рекорды. Новые темы появлялись по несколько сотен ежесекундно, в разных разделах. Я пролистал несколько непрерывно обновляющихся страниц, пытаясь понять, что происходит.

Ткнул первую попавшуюся тему в числе вновь созданных.

Тема: «Какого хрена гремлин 70-го уровня делает в локации 15-го?!»

Автор: XxDarkSlayerxX

«Короче, качаюсь я себе спокойно в Развалинах Номрефии, никого не трогаю, убиваю местных гремлинов-часовщиков. Вдруг из кустов вылетает гремлин... Но 70-го уровня! СЕМИДЕСЯТОГО! В локации для пятнадцатых! Я даже среагировать не успел — он меня за два удара слил. Но это ладно, это баг, я понимаю. Но самое дикое — он меня послал на хрен. Не в чате, а голосом! Подошёл к моему трупу, пнул ногой и сказал: «Иди на х.й». А ещё забрал с меня дропнувшиеся ботинки, на которые я копил больше месяца! Я требую компенсации от администрации! Это что за безобразие?! Верните опыт и шмот! И разберитесь с багнутым мобом, который оскорбляет игроков!»

Ответов пока не было. Идём дальше.

Тема: «Тёмные захватили три наши деревни. Это вообще законно?!»

Автор: Strateg_Pro (лидер клана «Северный Предел»)

«Уважаемая администрация. Наш клан вложил в развитие трёх деревень в регионе Золотые Поля значительные средства. Реальные деньги. Весьма большие даже по меркам реального мира. Сегодня утром все три деревни были захвачены игроками тёмной фракции. Они просто пришли, снесли охрану и подняли свои флаги. Мы не были готовы к такому повороту. Никакого предупреждения, никакого ивента — просто в один момент наши владения перестали быть нашими. Это не было предусмотрено игровой механикой! Требуем компенсации или возврата территорий!»

Ниже уже кипело обсуждение. Кто-то возмущался, кто-то советовал собирать армию и отбивать.

Что? Тёмная фракция? Неужели случилось? Ладно, читаем дальше.

Тема: «Клан «Алые Грифоны» объявляет набор! Время пришло!»

«Братья и сёстры! Барьер пал. Тёмные прут на наши земли, и мы не можем стоять в стороне. Клан «Алые Грифоны» снижает требования и объявляет срочный набор бойцов всех классов и профессий от 30-го уровня. Обеспечиваем снаряжением, зельями, расходниками. Выплачиваем жалование золотом. Опытные командиры, рейды на тёмных, защита наших земель. Присоединяйтесь! Вместе мы остановим эту орду!»

Тема: «Как мы надрали задницы тёмным под Золотым Мостом!»

Автор: ВесёлыйГном

«Народ, это было эпично! Мы небольшой группой держали мост против трёх десятков тёмных. Три волны! Они лезли и лезли, а мы их клали одного за другим. У меня к концу боя руки тряслись, а маны не осталось вообще. Но мы выстояли! Пока основные силы не подтянулись. Тёмные бежали, теряя шмот и опыт. Если вы ещё не в деле — присоединяйтесь! Сейчас каждая пара рук на счету. И да, лучший лут за последние полгода!»

Тема: «Срочный набор в конст-пати! Клан Камелот!»

Автор: Ланселот_Светлый

«Внимание! Клан Камелот объявляет срочный набор в боевые группы. Требуются: ДД ближнего боя, хилеры и баферы с усилениями на физических дамагеров. Уровни от 40+. Сбор в столице, город Камелот. Оплата щедрая. Очень щедрая. Подробности в личных сообщениях. Время не ждёт — тёмные уже на марше!»

Я оторвался от форума и задумался. Выходит, пока я тут отбивался от группы Ковальски и копил руду, мир перевернулся. Барьер рухнул. Тёмные фракции пошли в наступление. Светлые королевства в панике собирали армии.

Вот почему никто не пришёл. Игрокам больше не до моего подземелья. Какие-то скелеты-рудокопы и багнутый моб в редком сете — это мелочь по сравнению с полномасштабным вторжением. Целые королевства в огне. Кланы теряют деревни. Наследные принцы собирают армии.

А я... Я сижу тут, в своей норе, и могу спокойно развиваться. Пока они режут друг друга наверху, у меня появилось немного времени. Нужно только грамотно им распорядиться. Главное — чтобы вся эта движуха происходила подольше от моих владений.

Так... А вот и официальное сообщение от администрации подъехало.





Глава 6. Барьер.


Так... А вот и официальное сообщение от администрации подъехало.

Официальное сообщение администрации Этернум Онлайн

Размещено на всех игровых форумах, досках объявлений и в системных уведомлениях.

Барьер пал. Война началась.

Сегодня, в час, когда тени сгустились над землями Света, свершилось то, чего ждали и боялись в равной мере. Барьер, веками разделявший светлые и тёмные земли, рухнул.

Группа отважных игроков, чьи имена теперь навсегда вписаны в летописи Этернума, смогла сломить сопротивление Барьера. Многие отважные герои с той и с другой стороны барьера пытались сделать это, но безуспешно. Удалось лишь достойнейшим из них. Произошедшее оказалось весьма неожиданным поворотом для обоих фракций, но тёмная сторона оправилась быстрее.

(Примечание администрации: честно говоря, мы не ожидали, что кто-то умудрится сломать барьер именно таким способом, как это произошло. Это было весьма нестандартно. Задумывалось всё немного по-другому. И значительно раньше, чем мы планировали. Но вы знаете, что Этернум живёт собственной жизнью по собственным законам и мы не всегда над ним властны. Поэтому факт остаётся фактом — они сделали это. Снимаем шляпу.)

И теперь, когда последние осколки Барьера осыпались с небес, армии Тьмы хлынули на светлые земли.

Что уже потеряно:

Десятки баронств и графств уже охвачены пламенем. Пали Золотые Поля, некогда бывшие житницей королевства. Захвачены серебряные рудники Тар-Гарона. Дым пожаров поднимается над Лесами Колхида. Тёмные легионы не знают пощады — они грабят города, жгут деревни, обращают пленных в рабство. Целые королевства под угрозой полного уничтожения.

Кто встаёт на защиту:

Его высочество наследный принц Эдрик из древнего рода Эйренгардов, правителей Империи Эйренгард — одного из крупнейших государств Света на востоке континента, — объявляет набор в свою армию. Юный принц, едва достигший совершеннолетия, поклялся на могиле своего отца, павшего в первой битве с тёмными, что не сложит оружия, пока последний враг не будет изгнан с родной земли.

Во всех городах и деревнях королевства Эйренгард уже открыты вербовочные пункты. Опытные офицеры ждут добровольцев. Армии нужны воины, маги, целители, лучники, разведчики, инженеры — каждый, кто готов сражаться.

Условия службы:

Корона Эйренгарда обещает щедрую награду всем, кто встанет под её знамёна. Каждый доброволец получает:

— Единовременную выплату серебром при заключении контракта. Размер выплаты зависит от силы персонажа.

— Еженедельное жалование, зависящее от звания и заслуг.

— Право на часть военной добычи: всё, что взято в бою, делится между бойцами отряда. Снаряжение, оружие, ресурсы, трофейные артефакты.

— Бесплатное снаряжение и расходники: зелья, свитки, ремонт брони и оружия за счёт короны.

— Доступ к уникальным военным квестам с повышенными наградами и редкими предметами, включая эпическое и легендарное снаряжение.

— Освобождение от налогов на торговлю в пределах королевства на весь срок службы.

— Для отличившихся в бою — возможность получить дворянский титул и земельный надел на освобождённых территориях.

Как вступить:

Вербовщики Империи Эйренгард ждут вас во всех крупных городах и деревнях. Найдите ближайший вербовочный пункт, отмеченный золотым знаменем с белым орлом, и заключите контракт. Добровольцев также ждут в столице, городе Эйренгард, у главных ворот цитадели.

Не стойте в стороне.

Тьма наступает. И только мы можем остановить её. Вспомните, кто вы. Вспомните, зачем вы пришли в этот мир. Берите оружие. Вас ждут слава, золото и битвы, о которых будут слагать легенды.

Да пребудет с вами Свет.

Администрация Этернум Онлайн

К сообщению была прикреплена ссылка на видео. Я кликнул «Плей».

Запись велась от лица одного из присутствующих игроков. Картина была зловещей — толпа игроков в тёмных одеждах, стоящая в мрачном, сложенном из тёмного камня зале. Вдоль стен горели факелы, светящиеся тусклым фиолетово-багровым пламенем. В центре зала возвышалась статуя — огромная, устрашающая, с рогатой головой и сложенными за спиной крыльями. Тёмный бог. Алтарь перед статуей был залит чем-то тёмным, и жрец в багровой мантии готовился к мессе.

Да, это кажется удивительным, но в самом сердце светлых земель нашлось место храму тёмного бога. Я сам это видел. Подобное началось уже давно и постепенно набирало обороты. Старые служители Света, проводившие десятилетия в молитвах и постах, вдруг обнаружили, что их паства редеет. Всё больше игроков и NPC обращались к тёмным культам. Не к самым мрачным и свирепым — нет, большую часть из них скорее можно было назвать «нейтральными». Эти божки из тёмного пантеона уже вовсю строили свои храмы на светлых землях. Им несли подношения. Им молились. Им посвящали алтари.

Тёмные боги просачивались со своей стороны барьера через чревоточины — крошечные разрывы в ткани мироздания. Они не могли прийти всей своей силой: барьер всё ещё держался, пусть и ослаб. Но часть воли проходила. Достаточная, чтобы слышать молитвы. Достаточная, чтобы даровать благословения.

Старые жрецы Света пытались возмущаться. Они писали петиции королям, взывали к советам магов, проклинали отступников с амвонов. Но всё было бесполезно. Короли отмахивались: культы исправно платили налоги, не спорили с законом, выполняли все требования. Советы магов пожимали плечами: тёмные боги — тоже боги, какая разница? Особенно, если учесть, что тёмные храмы всегда готовы стать надёжными поставщиками редких ингредиентов для гильдии. И при этом, в отличие от светлых, просили за свои услуги весьма приемлемую цену. А игроки... Игрокам тоже не чуждо желание заработать. Тёмные боги предлагали уникальные артефакты, достижения, награды за задания, причём получить их намного проще чем у светлых богов, ввиду меньшей конкуренции. Так что же взять с игроков? Они просто делали квесты. И делали их там, где выгодней.

В паре королевств дело дошло до открытых столкновений. Светлые фанатики попытались сжечь тёмный храм — и были убиты стражей, подкупленной культистами. Тёмные сектанты попытались осквернить светлое святилище — и были развеяны паладинами. Кровь проливалась с обеих сторон. Но «прогресс», как его называли сторонники новых веяний, было не остановить. Словно чья-то невидимая рука сверху мягко, но настойчиво подталкивала мир к этому...

— О! — внезапно отвлёкся от своих размышлений я, с удивлением узнавая среди толпы игроков и NPC своих старых знакомых! Воин по имени «Хмурый», девушка-убийца «Тишь», хилер «СветВКонце». И только вместо Вити-астролога в группе был новый персонаж с никнеймом «Беспочвенная жестокость». Похоже, Хмурый всё же взял себе в группу вместо астролога кого-то другого, более эффективного персонажа. Судя по тёмным всполохам, пробегающим по навершию посоха в руках у игрока, это был один из классов тёмных магов.

Запись переключилась. Теперь она велась так, словно я был одним из членов их группы.

«Класс: «Ловец душ». Уровень: 10». — отобразилась информация о персонаже Беспочвенная жестокость.

— Ого, — пробормотал я вслух. — Не слышал о такой профессии.

— Ну сколько ещё! — ноющим голосом протянул Беспочвенная Жестокость.

Едва персонаж открыл рот, я всё понял. Это и был Витя. Тот самый Астролог. Только теперь не Астролог, а Ловец душ. Видимо, класс Астролога так зае.ал лидера группы, что он заставил Витю удалить персонажа и создать нового. А Витя, похоже, опять умудрился получить какую-то уникальную профессию. Или, как минимум, редкую.

Хмурый шикнул на скулившего Витю.

— Стой тихо. Сейчас квест закончится, получим награду и уходим. Не привлекай внимания, а то опять всё испортишь!

— Испорчу? Я? А ничего, что этот квест именно из-за моего нового уникального класса и появился? — шёпотом возмутился Витя, украдкой оглядываясь на Хмурого — услышит тот или нет? Хмурый, внимательно слушавший вещавшего о чём-то жреца, не услышал. Витя облегчённо вздохнул.

Месса продолжалась, набирала обороты.

Витя тем временем развлекался. Я видел, как он поднимает руку, и от его ладони тянутся едва заметные тёмные нити. Они цепляли мух и комаров, кружащих под потолком храма. Одно насекомое за другим падало на каменный пол — безвольные тельца, слабо подрагивающие крыльями. В углу интерфейса Вити мелькал счётчик: 8/10 душ.

— Витя, хорош страдать хернёй, — бросила Тишь.

— Я не страдаю, я тренируюсь, — вполголоса отвечал Витя.

Мухи кончились. Витя, явно заскучав, начал заселять души обратно в тела. Но специально путал. Душа мухи — в комара. Душа комара — в муху. Насекомые на полу начинали дёргаться, пытались взлететь и вели себя совершенно неестественно — муха кружилась на месте, комар бился крыльями о пол. Витя тихо хихикал, очень довольный собой.

Ритуал тем временем подходил к кульминации. Жрец воздел руки к статуе, выкрикивая слова на древнем языке. Воздух в храме сгустился, факелы вспыхнули ярче, и в статую начал вливаться тёмный, почти осязаемый поток энергии. Бог снисходил в своё изваяние, чтобы благословить присутствующих.

В этот момент одна из мух, в которую Витя вселил душу комара, совершила совершенно безумный манёвр. Она пролетела прямо перед статуей, жужжа как-то особенно противно. Витя, недолго думая, выбросил руку, пытаясь захватить её душу, — и промазал.

Тёмная нить, сорвавшаяся с его пальцев, прошла мимо мухи и вонзилась в поток энергии, связывающий статую с алтарём. Витя захватил душу тёмного бога, каким-то чудом умудрившись сделать это в момент перехода между состояниями — самый уязвимый момент. Секундой раньше или секундой позже — ничего бы не вышло. Бог, пусть даже в ослабленном состоянии, мог постоять за себя. Но в этот миг он был максимально беззащитен. И именно в этот миг Витя атаковал его.

Храм содрогнулся. От статуи разнёсся крик — нечеловеческий, полный боли и ярости. Ближайшие к статуе игроки попадали с ног. Камни посыпались с потолка, алтарь треснул, факелы погасли, и только багровое сияние из статуи освещало рушащийся зал.

Жрец, ещё секунду назад благоговейно простиравший руки к божеству, развернулся к группе. Его лицо исказилось гневом.

— ОСКВЕРНИТЕЛИ! — заорал он, указывая дрожащим пальцем прямо на Витю. — ВЫ ОСКВЕРНИЛИ БОГА!

Прихожане, до этого мирно стоявшие в зале, начали расступаться. Из-под плащей замелькали клинки, кинжалы, магические посохи. Вокруг группы медленно смыкалось кольцо.

— Ты что, су.а, опять сделал, а? — с яростью в голосе повернулся к Вите Хмурый.

— Э-э-э... Я? Я — ничего! — выставив руки ладонями вперёд, растерянно завопил Витя. — Я сейчас всё исправлю.

— Стой! — закричал Хмурый.

Но уже было поздно. Витя, в полной панике, попытался вернуть душу обратно в статую. Он выбросил руку — и душа тёмного бога, вырвавшись из его захвата, устремилась к ближайшему живому существу. Этим существом оказалась та самая муха.

Муха, в которую только что вселился древний тёмный бог, сорвалась с места и понеслась прочь от алтаря, отчаянно жужжа. С разгону врезалась прямо в лицо Вите, попала в глаз, затем в нос. Игрок, не соображая, что делает, машинально хлопнул ладонью по лицу.

Муха безвольным тельцем упала на пол. Слабо вздрогнули её крылья, а затем она скончалась.

Грохот. Шум. Алое сообщение на весь мир:

«Тёмный бог уничтожен на светлых землях. Древнее пророчество исполнено. Вечный договор между Светом и Тьмой нарушен. Барьер пал».

На видео повисла тишина. Хмурый медленно, очень медленно развернулся к Вите. Тот стоял над алтарём с прихлопнутой мухой на ладони и выражением ужаса на лице.

— Бля-я-я... — только и смог произнести Хмурый.

Запись оборвалась.

Я вернулся из интерфейса форума обратно в Этернум.

Ох уж этот Витя. Вечно влипает в какие-то истории. Сначала Астролог, теперь Ловец душ, и что в итоге? Разрушил барьер, вогнал мир в хаос. Впрочем, в этот раз он, сам того не зная, возможно, спас меня. С учётом того, что большинство моих трюков уже знакомо врагам, а ничего принципиально нового в запасе не появилось, совсем не факт, что я смог бы отбиться в этот раз. Теперь же всем не до меня. Спасибо, Витя.

Игроки всё не шли. Не знаю, сколько времени прошло, наверное часов пять-семь. Накопленной руды хватало на улучшение ещё рудного зала до четвёртого уровня.

Улучшил.

Ещё восемь сотен — и третий зал станет таким же.

Прошло ещё с полчаса, когда в подземелье наконец-то вошла группа игроков.

Я с ходу осмотрел их. Снисходительно фыркнул — четверо игроков. Пятый-шестой уровень. Двое лучников, двое воинов. Смешно. Шмот средненький. Ни тактики, ни разведки, просто пошли напролом. Попали под удар первой ловушки, скелеты завершили начатое. Я даже одержимость не использовал.

Улучшил третий зал. Очередная группа примерно того же калибра, что и прошлая.

А потом снова наступило затишье.

Часы тянулись один за другим. Скелеты стучали кирками, руда потихоньку копилась. Я слонялся по подземелью, осматривал все закоулки, проверял ловушки. Делать было решительно нечего.

От скуки я снова полез на форум.

Чтение форума стало для меня чем-то вроде окна в большой мир. Сидя в своей каменной норе, отрезанный от всего живого, я мог хотя бы наблюдать за тем, как живут другие. Пусть даже это просто игроки. Пусть даже они не знают о моём существовании. Я читал их споры, их жалобы, их восторженные отчёты о битвах — и словно чувствовал себя причастным к жизни реальных людей. Не NPC, не ИскИнов, а именно людей.

Но сегодня форум был уныл. Я пролистывал страницу за страницей, а там — одно и то же. Нытьё про то, как тёмные снесли очередную деревню, и бесконечные объявления о наборе в кланы. Причём требования уже снизились до смешного: брали всех, даже десятых уровней без нормального шмота. Похоже, тотальный дефицит игроков. Все, кто мог, уже примкнули к какой-нибудь армии и теперь брали уже всякое отребье.

Мне стало тоскливо. Мысли потекли в тёмную сторону. Интересно, сколько дней прошло с моего последнего выхода в реал? По призрачной спине пробежала дрожь — тело помнило боль. Я бросил взгляд на стену, где рудокопы выбивали зарубки. Мой «календарь» из-за огромных промежутков между визитами игроков уже давно пошёл по одному месту. Понять, сколько прошло времени, было решительно невозможно.

Стоп.

Вот же я осёл!

У меня же есть форум. У каждого сообщения и каждой темы есть дата публикации. Правда, считается она не в реальном времени, а по игровому календарю Этернума. Но я могу сопоставить — я помнил день, когда меня осудили, и день, когда я впервые очнулся в этом подземелье. Помню дату по календарю Этернума, когда последний раз в него заходил. Если подсчитать разницу и перевести её в реальные дни... Пусть и весьма приблизительно, но я смогу понять, какой сейчас день.

С каким-то болезненным предвкушением я снова открыл форум. Кликнул на первую попавшуюся свежесозданную тему. Раздел «Флуд».

Тема: «Если орк красит броню в розовый, это считается боевым раскрасом?»

Автор: GreenTusk

Дата: 17-й день месяца Жатвы, 1247 год от Основания.

Я уставился на дату. Месяц Жатвы, 1247 год. Когда я последний раз был в игре, месяц Жатвы ещё не начался. Прошло больше двадцати игровых дней. Я точно помнил, что игровые сутки длятся около двадцати восьми реальных часов — в Этернуме был свой суточный цикл, чуть длиннее земного. Значит, в реале прошло уже около двадцати пяти дней. Десять из них я провёл в изоляторе. Плюс ещё парочка до погружения в капсулу. Значит, я тут уже почти две недели. А еженедельный выход в реал должен был случиться через семь дней после погружения. То есть — около шести дней назад. Меня должны были выпустить. Должны...

По спине пробежал холодок — на этот раз не от страха перед болью. От непонимания. Что-то случилось. Что-то пошло не так. Меня не выпускают.

Я поймал себя на мысли, что это странно. Ещё минуту назад я мечтал именно об этом — чтобы меня оставили в покое и никогда не выдёргивали из капсулы. Никаких избиений в камере. Никаких визитов людей Оболонской. Никакой боли. Только подземелье, только скелеты, только руда.

И вот — моя мечта сбылась. Меня не выпустили. Я здесь, в безопасности, и никто не придёт ломать мне кости.

Так почему же мне не по себе? Почему я, вместо того чтобы радоваться, смотрю на дату на форуме и чувствую, как внутри разрастается холодная, липкая тревога? Вот уж действительно странная штука — человеческая психика. Получи, что хотел, и тут же найди повод для беспокойства. Теперь уже мне по большому счёту плевать было на угрозу избиения. Хотелось узнать — что же такое случилось.

— Ладно, — немного успокоившись, пробормотал вслух я. — Рано отчаиваться. В течение следующих суток по расписанию должен наступить уже второй плановый выход в реал. Если и в этот раз меня не выпустят — тогда это уже точно не случайность. Придётся разбираться всерьёз.

И ещё — надо не забыть спросить Германа. Вдруг он знает, в чём дело.





