Глава 1. Проклятая Статуя.


Мои мысли оборвало сообщение системы.

«ВНИМАНИЕ! ВЫ ПОТЕРПЕЛИ ОЧЕРЕДНОЕ ПОРАЖЕНИЕ, НЕ НАНЕСЯ УРОНА ИЛИ НАНЕСЯ НЕСУЩЕСТВЕННЫЙ УРОН ВРАГАМ. ВАШЕ ПОДЗЕМЕЛЬЕ МАЛОЭФФЕКТИВНО».

«СЧЁТЧИК ПОРАЖЕНИЙ ДО ФОРМАТИРОВАНИЯ: 1/5».

«ЕСЛИ ВЫ ПОТЕРПИТЕ ЕЩЁ 4 ПОРАЖЕНИЯ, НЕ НАНЕСЯ ЯВНОГО УЩЕРБА ВРАГАМ, ВАШЕ ПОДЗЕМЕЛЬЕ И ЕГО ХРАНИТЕЛЬ БУДУТ ОТФОРМАТИРОВАНЫ. ВСЕ РЕСУРСЫ, УЛУЧШЕНИЯ И ПРОГРЕСС БУДУТ УНИЧТОЖЕНЫ».

Что? Я же нанёс урон! Почему оно посчитало, как будто нет? Что за бред?!

Сердце глухо пропустило удар. А я уже и думать забыл об этом счётчике. Считал, что ситуация, когда я не нанесу урона, больше не случится. А вот. Оказывается, если нанёс недостаточно, система тоже недовольна. С одной стороны, обидно, а с другой — логично. Даже в случае самого слабого подземелья можно попросту царапнуть врага той же стрелой, нанеся хотя бы одну единицу урона. Поэтому, похоже, система подходит к вопросу гибко.

Вот только почему она не учитывает, что меня фармит группа игроков пятнадцатого уровня в редком снаряжении, заточенном на прохождение именно моего подземелья, да ещё и под полным баффом от мага поддержки восьмидесятого плюс? Удивительно избирательный подход!

— Ох.еть, сколько тут ресов на этот раз! Это потому что мы паузу взяли? — удивлялись игроки, забирая добычу.

Игроки, закончив собирать дроп, всё не спешили уходить. В этот раз они обыскивали подземелье с особой тщательностью. Эльза шла первой, держа перед собой «Око Василиска». Золотистый луч обшаривал каждый угол, каждую трещину, каждый камень. Там, где он проходил, на мгновение проступали скрытые контуры уже сработавших ловушек. Но ничего нового. Никаких тайных ходов, никаких спрятанных некромантов, никаких порталов на тёмную сторону или чего они там ещё пытались отыскать (что естественно — откуда они у меня).

Я порадовался тому, что успел перед тем, как проиграть битву, дать команду всем скелетам-активаторам инициировать свои ловушки. Не хватало ещё, чтобы игроки спалили наличие триггеров активации в другой комнате. Думаю, они бы легко обо всём догадались.

Враги в очередной раз прошли всё подземелье от начала до конца. Вдоль и поперёк. Пусто.

— Ничего, — констатировала Эльза, опуская «Око». — Ни единого скрытого прохода. Вообще. Я каждый сантиметр проверила.

— Может, портал открывается только при определённых условиях? — предположил Миран.

— Может, — кивнул Родерик. — А может, и нет. Ладно, уходим. Видеозаписи я сделал. Пусть Ланцелот думает.

Время истекло, и игроки покинули подземелье. Я, потратив большую часть оставшихся ресурсов на восстановление миньонов, хмуро пялился в пустоту. Единица в счётчике горела алым, напоминая, что ошибиться я могу всего четыре раза.

Что же делать? Как мне отразить атаку? Кажется, тут без шансов... Они всё предусмотрели...

Я листал список миньонов, заклинаний, построек, но ничего не шло в голову. Стоп. Идея!

А это может сработать. По крайней мере, если не победить, то забрать одного игрока и не дать добавить ещё одну единицу в счётчик — уже отличный результат...

Уже осточертевшее сообщение об атаке на подземелье. Игроки входят в комнату. Опять не ждут, сразу вперёд. Молодцы, всё правильно. Отряд забаффанных скелетов ждёт.

Заходят в комнату. Я активирую ловушку. Новую, только что построенную.

Проклятая статуя. Та самая, которая меняет благословение на равное по силе проклятие. Я решил попробовать... Ведь так как на игроках усиления от игрока поддержки восьмидесятого уровня, то и проклятие будет соответствующее.

Так и вышло.

В центре комнаты возвышалась статуя. Женская фигура, высеченная из тёмного, почти чёрного камня. Полуобнажённое тело, застывшее в мучительном изгибе. Её оплетала колючая проволока — ржавая, усеянная длинными шипами, которые вонзались в каменную плоть. Там, где шипы пронзали тело, по камню стекали густые капли крови. Настоящей крови. Они медленно ползли вниз, собираясь в тёмную лужицу у подножия.

— Это что за?.. Не было же её, — пробормотал Виктор, не в силах оторвать взгляд от статуи. Он подошёл ближе, протянул руку и коснулся пальцем одной из кровавых дорожек.

— Это настоящая кровь! — ошарашенно воскликнул он, глядя на красное пятно на ладони.

— Ты что делаешь, осёл?! — заорал Родерик, буквально отталкивая в сторону не сводящего глаз со статуи игрока.

В этот момент я активировал ловушку.

Глаза статуи распахнулись. В них не было зрачков — только два бездонных чёрных провала, из которых хлынул багровый свет. Каменная плоть пошла трещинами, проволока заскрежетала, затягиваясь туже, и статуя медленно, с жутким скрипом, подняла руку. Один палец, увенчанный длинным шипом, указал прямо на Родерика.

С него началось. Баффы, наложенные на игрока магом поддержки, начали меняться. Золотистые ауры тускнели, наливались багровым, искажались. Система выдала список — два десятка благословений, обратившихся в два десятка проклятий.

«Благословение Мощи» → «Проклятие Бессилия»: физический урон снижен на 80%.

«Аура Несокрушимости» → «Аура Хрупкости»: броня снижена на 60%, весь входящий урон увеличен на 300%.

«Благословение Скорости» → «Проклятие Замедления»: скорость передвижения и атаки снижена на 70%.

«Духовная Броня» → «Духовная Рана»: магическая защита обнулена, входящий магический урон увеличен на 200%.

«Каменная Кожа» → «Стеклянная Кожа»: сопротивление физическому урону обнулено.

«Благословение Стойкости» → «Проклятие Слабости»: максимальный запас здоровья снижен на 50%.

«Регенерация» → «Гниение»: потеря 3% здоровья в секунду.

«Благословение Точности» → «Проклятие Слепоты»: шанс попадания снижен на 90%.

«Аура Отваги» → «Аура Ужаса»: персонаж не может атаковать первым.

«Благословение Живучести» → «Проклятие Хрупкости»: любой критический удар увеличен на 200%.

«Сопротивление Магии» → «Магнит для Магии»: весь входящий магический урон увеличен на 250%.

«Благословение Удачи» → «Проклятие Неудачи»: все шансы прохождения навыков и умений снижены на 50%.

«Аура Защиты» → «Аура Уязвимости»: все союзники в радиусе получают на 50% больше урона.

«Благословение Вампиризма» → «Проклятие Донора»: персонаж теряет здоровье, передавая его случайному врагу.

«Благословение Невидимости» → «Проклятие Маяка»: персонажа видят все враги в радиусе 100 метров.

«Аура Исцеления» → «Аура Боли»: все союзники в радиусе теряют здоровье, а враги — восстанавливают.

«Благословение неуязвимости» → «Скверна Отчаяния»: персонаж получает на 300% больше урона от всех источников.

«Благословение Ясности» → «Проклятие Паралича»: персонаж обездвижен на 30 секунд.

«Ядовитое Зерно»: при смерти персонаж взрывается ядовитым облаком, нанося 100 + Максимальный запас здоровья * 0.5 урона. Все игроки, попавшие под действие облака, заражаются «Ядовитым Зерном» и при смерти тоже взрываются.

Родерик замер. Его тело окуталось багровым маревом, мышцы свело судорогой. Он попытался что-то крикнуть, но с губ сорвался только сдавленный хрип. Немота.

— БЕГИТЕ! — заорал Магнус, первым сообразив, что произошло. — В стороны! В стороны от РОДЕРИКА!

Но было поздно. Восемь лучников одновременно спустили тетиву. Стрелы, больше не сдерживаемые щитами поглощения, вонзились в танка со всех сторон. Первый залп — Родерик пошатнулся. Упал на колени. Его тело раздулось изнутри, кожа пошла трещинами, и он взорвался мерзким зеленоватым облаком, разлетевшимся по всей комнате. Капли ядовитой жижи брызнули на остальных игроков, и в воздухе вспыхнули новые сообщения: «Заражение», «Заражение», «Заражение». Добрую треть ХП игроков как корова языком слизнула.

Я выдохнул. Один есть.

Стрелки вели беглый огонь. Растерянные игроки получали урон, не понимая, что произошло. Но несмотря на то что лишились лидера и были подавлены, их редкое снаряжение никуда не делось. Они всё ещё находились под сильнейшим баффом. Шансов победить мало. Да что там победить, хотя бы убить ещё хоть кого-то.

Так и вышло.

Минута, другая — и враги пришли в себя. Перегруппировались. Заставили скелетов отступить.

Командование на себя принял Магнус. Под его руководством вошли в следующую комнату, где их ждала ещё одна проклятая статуя.

Игроки увидели её. Виктор вздрогнул.

— Я... Я туда не пойду, — пробормотал он, не отрывая взгляда от статуи.

Вещь, конечно, жуткая, но это же всего лишь игра! Как-то уж очень сильно она на него действует!

Игроки некоторое время мялись у входа в комнату. Что делать — не знали, поэтому бросили жребий. Идти первым выпало Формару. Гном прошёл через комнату без проблем. Я сам не знал, если честно, когда её будет лучше активировать и на кого. Прямо выбрать цель я не мог, статуя действовала случайно, но игроки обычно перемещались так, что в радиусе ловушки находились один или максимум двое, поэтому если подгадать момент, можно попасть в того, кого хочешь.

Оставшиеся опять спорили, кто из них пойдёт. В принципе, меня всё устраивает. Чем дольше они тянут, тем быстрее кончится бафф.

— Стоп, — прервал споры Магнус. — У меня есть план. Следующий — Торвальд. Потом Эльза. Потом Миран. Потом я. Сто процентов, на ком-то одном она сработает. Формар, иди вперёд и готовься встречать врага. Атакуй его, не давай им подойти! Если статуя сработает, постарайся не пустить их к тому, на кого ляжет проклятие. Тот, кому не повезёт, — пусть сразу отступает, переждёт дебаффы в начале подземелья. Торвальд следующим, потому что если ему удастся перебраться, он за счёт агра сможет наверняка повесить на себя всех врагов, не дав им атаковать проклятого. Ведь я уверен, они именно этого и ждут, — пояснил своё решение игрок, сверкнув глазами во тьму подземелья.

В принципе он был прав. Скелеты и правда ждали за поворотом. Вот только не стоило озвучивать свой план вслух.

Едва Торвальд миновал половину комнаты, сработал магический капкан. Игрок дёрнулся, тщетно пытаясь освободить застрявшую ногу. Попытался отойти назад — тоже не вышло. Нервно оглядываясь на жуткую статую, он раз за разом рвал заневоленную конечность.

— Бля! Я застрял тут! Помогите! — крикнул он, беспомощно оглядываясь на остальную группу.

— Не ссы! Жди, сейчас она кончится! — успокоил его Магнус. — Это какие-то руты, они тут повсюду разбросаны. Глазом не определяются.

Конечно, не определяются, ведь я создавал их буквально у них под ногами.

Пока Торвальд пытался высвободить застрявшие ноги, а остальная группа засыпала его советами, группа скелетов выдвинулась вперёд с целью перехватить Формара. Я бросил под ноги Торвальда ещё один «Магический капкан», чтобы тот угодил в него едва выйдет из предыдущего, и устремился к своим бойцам.

Дварф, по совету Магнуса, взявшего на себя обязанности лидера группы, осторожно шёл вперёд, исследуя подземелье. Похоже, рассчитывал на свой бафф и комплект редкого снаряжения. Задача его была простой — заагрить моих бойцов, не дав им помешать переходу группы. Создать плацдарм.

Ну, попробуй.

Я, подождав, пока он зайдёт поглубже, дал скелетам команду атаковать.

Залп. Ещё один. Десятки стрел били в броню игрока и отскакивали от неё, словно горох от каменной стены. Урон проходил мизерный.

Дварф, прорычав что-то невразумительное, бросился на скелетов. Двигался очень проворно, особенно для воина в тяжёлой броне — сказывались высокоуровневые баффы. Скелетам не убежать. Но они и не пытались. Стрелу за стрелой они отправляли в дварфа, по откату используя активные умения. Едва тот подбежал к первому скелету и размахнулся тяжёлым молотом, рассчитывая отправить его на респаун, как я бросил в лицо игроку «Вспышку». Ослеплённый Формар прикрыл глаза рукой, зарычал от боли, а тем временем почти простившийся с жизнью скелет чудом успел отступить.

Пользуясь тем, что игрок ослеплён и наудачу размахивает молотом, стараясь таким образом никого к себе не подпустить, из темноты выскочили три мясника и наградили дварфа «Подарком из разделочной», после чего синхронно отступили. Один «подарок» прошёл, и на Формара начал действовать дебафф, снижающий статы. Урон сразу пополз вверх, но его всё равно было недостаточно.

Молясь, чтобы игроки не решились пробежать ловушку все разом и пойти на помощь, я вселяюсь в тело скелета-стража, перед самой Одержимостью бросив под ноги дварфа последний оставшийся заряд «Магического капкана».

Миг — и я в теле скелета. К дварфу, кажется, начало возвращаться зрение: он уже не молотил вслепую, а лишь щурился и выжидающе держал кувалду наготове. Стрелы бессильно скользили по броне, практически не нанося урона — уровень ХП снизился едва ли на двадцать процентов от максимального, и это под шквальным огнём толпы лучников!

Шаг вперёд — путы магического капкана обвивают ноги дварфа. Тот с усилием дёргается — и путы разрываются! Су.а, выбрался!

Расхохотавшись, Формар, всё ещё пытаясь проморгаться, рванул в сторону продолжающих вести стрельбу лучников.

Я сунулся вперёд, прикрывая их. Игрок, увидав краем глаза движение, сделал резкий бросок, намереваясь покончить со мной одним ударом.

Ага. Удачи.

Я легко сместился в сторону, пропуская самонадеянного дварфа мимо себя. Тот пролетел в сторону, с размаху налетел ногой на торчащий из земли выступ, который не до конца восстановившееся зрение не приметило, и полетел на землю, матерясь и сыпля проклятиями.

Какая удача! Это мой шанс! Тут же в затылок — удар от меня. Критический. Ещё. Ещё. Из тьмы вынырнула толпа скелетов-рудокопов, второй страж, и они принялись осыпать игрока удар за ударом. Кирки, клинок, топор — всё поднималось и опускалось. Да, у дварфа были чудовищно завышенные для его уровня характеристики. Был редкий сет, бафф с кучей резистов. Но всё же игра учитывала физику: подняться на ноги, когда тебя бьёт целая толпа врагов, было почти невозможно.

К тому же периодически прокало оглушение от кирок — как же хорошо, что я немного добавил и купил кирки пусть и со слабеньким, но всё же боевым эффектом.

А едва Формар находил третью точку опоры и начинал подниматься, я или второй страж использовали «Рывок», отчего игрок вновь летел на землю.

Прошло, наверное, две минуты, когда живучий дварф наконец покоился навсегда, взорвавшись облаком вонючей зелёной жижи. После себя он оставил «Рунический Осколок Предков» — редкий расходник. Высоко ценился среди дварфов, гномов, цвергов и прочих горных народов. Использовался для квестов, изучения редких умений и так далее. Мне не нужен, но на рынке стоит дорого, среди игроков — точно. Не знаю, как он востребован среди Хранителей. Этот рынок я пока ещё не постиг. Ведь на нём, бывало, абсолютно никому из игроков не нужные вещи ценились дорого, а то, что любой игрок мечтал заполучить, наоборот, отдавалось практически даром.

Едва мы расправились с Формаром, как через мгновение в коридоре появился Торвальд. Он буквально ворвался в толпу миньонов и нажал массовый агр. Секундой раньше — и дварф бы выжил. Торвальд держал удар, за его спиной уже маячили целители, когда массовый агр кончился и мы смогли отступить в глубину подземелья. Игроки за нами следовать не решились.

Убедившись, что миньоны в безопасности, я покинул тело стража раньше времени, вернулся в Хранителя и устремился вперёд — проверить, что у игроков. Практически вся группа уже перебралась через ловушку-статую, оставался только один Магнус, который, двигаясь быстрым шагом, уже почти достиг конца комнаты.

— Активируй! — заорал я рудокопу, отвечающему за эту ловушку.

Конечно, это не очень целевое её использование. Но я сильно сомневаюсь, что смогу заставить игроков вернуться в эту комнату, так что лучше так, чем никак.

Статуя ожила. Каменные веки дрогнули и распахнулись, явив два бездонных чёрных провала, из которых хлынул багровый свет. Проволока, оплетавшая тело, заскрежетала, затягиваясь туже, и шипы с влажным хрустом вонзились глубже в каменную плоть. По ним заструилась кровь — быстрее, обильнее, собираясь в тёмные ручейки у подножия. Статуя медленно, с жутким скрипом, подняла руку и вытянула её вперёд. Длинный шип, сорвавшийся с указательного пальца, рассёк воздух и впился точно в грудь Магнуса.

Танк дёрнулся и замер. Его тело окуталось багровым маревом, мышцы свело судорогой. Он попытался что-то крикнуть, но с губ сорвался только сдавленный хрип. Золотистые ауры благословений, мерцавшие вокруг него, начали гаснуть одна за другой, сменяясь багровыми вспышками проклятий. Система выдала длинный список — два десятка строк, каждая из которых звучала как приговор. Когда последнее проклятие легло на плечи танка, статуя замерла вновь, опустив руку. Но дело было сделано. Магнус неподвижно замер посреди комнаты.

Игроки, сообразив, что происходит, не спешили на помощь к своему союзнику, держались позади, прикрывая от моих скелетов.

Я смотрел на это и лихорадочно соображал. Если бы я мог убить Магнуса сейчас, среди остальных игроков, вот это был бы подарок. Взрыв «Ядовитого Зерна» накрыл бы всю группу, и тогда им точно конец. Но они действовали грамотно, не допускали ошибок. Проклятый статуей игрок стоял в стороне, вне радиуса поражения.

Вопрос: смогут ли мои скелеты без Одержимости расправиться с танком и двумя целителями? Сомневаюсь.

Но другого шанса у меня не будет. Сейчас или никогда. Пока дебаффы не кончились, надо действовать.

По моей команде толпа из рудокопов, мясников, плюс с ними парочка лучников для солидности, сорвалась с позиций и бросилась к Магнусу. На остальных игроков они не обращали внимания, просто пробегали мимо. Задача простая — развести Торвальда на агр.

Игрок купился. Взмахом молота он на ходу срезал одного из рудокопов, ещё одного догнал и приголубил ударом в затылок. Зато все остальные пробежали мимо.

— Эй, суки, стоять!

— Они бегут к Магнусу! Не дай им дойти! — срываясь на визг, не выдержала Эльза.

Торвальд, напуганный криками, сбитый с толку толпой скелетов, использовал массовый агр. Я этого и ждал. Едва умение ушло в откат, в бой побежали остальные скелеты. Сопровождаемые наполненным бессильной ненавистью взглядом окружённого рудокопами Торвальда, два стража и оставшиеся лучники прорвались к Магнусу. Лучники открыли огонь, едва вышли на дистанцию стрельбы. Стражи применили «Рывок».

Полминуты — и Магнуса не стало. Кроме того, Эльза, стремившаяся вытащить игрока с того света, тоже подставилась под удар. Магнус умер, она поймала ядовитое облако. Так как урон зависел от уровня здоровья, а у танка он был весьма велик, заклинание снесло ей едва ли не восемьдесят процентов ХП. Остаток добили скелеты.

Когда орущий до хрипоты Миран подоспел на помощь, всё уже было кончено.

Расклад сил такой. С их стороны — Торвальд и Миран. С моей — два скелета-стража, шесть скелетов-лучников. До отката Одержимости около двух минут. Один заряд магической ловушки восстановился. «Вспышка» готова. «Каменные шипы» тоже. Шансы есть.





Глава 2. Надежда на удачу.


Я победил. Каким-то чудом я смог победить. Умудрился увести зарвавшихся игроков под плиту. Бафф к тому времени закончился, прошёл стан. Именно это позволило мне нанести решающий удар. В живых остался всего один скелет-страж, тот, что в редком сете.

После боя, кроме дропа с игроков — а там выпал ряд различных ресурсов, а также редкое кольцо, увеличивающее мудрость и интеллект, — я получил уникальное достижение. Вернее, не я, а скелет-страж.

«Достижение: «Кровавая Жатва».

Описание: Этот скелет прошёл через десятки боёв, и каждый убитый им враг оставлял след в его костях. Кровь павших игроков впиталась в старую броню, частички душ навсегда остались в его теле, а древние воинские инстинкты, дремавшие с момента смерти, пробудились вновь. Он больше не просто скелет. Он — ветеран.

Бонус: +10% к урону по игрокам. Уровень владения двуручным оружием повышен до 3. Уровень ношения тяжёлых доспехов повышен до 3. При получении смертельного урона есть 5% шанс остаться с 1 ХП».

Ну а кроме того, целая куча опыта. Ещё один такой удачный бой — и я апну следующий уровень!

Правда, очень сомневаюсь, что в следующий раз мне удастся победить. Я перебил их просто чудом, заняв при этом все свободные комнаты бесполезными ловушками, которые эффективны в моменте, потому что игроки не ожидают их. Но затем они адаптируются, находят способ противодействовать. В итоге я остаюсь с кучей бесполезных комнат на руках, а враги успешно фармят мой данж. Выходила какая-то Пиррова победа. Вроде победил, но цена весьма сомнительна.

Ну а с другой стороны — какой у меня ещё выход? Получить +1 к счётчику?

Через несколько часов следующая атака. И к тому моменту я должен что-то придумать...

И я придумал. Реализовал несколько интересных задумок... Не факт, конечно, что всё пойдёт по плану, но думаю, что я смогу удивить врагов в этот раз.

Знакомое сообщение о штурме подземелья, и... Не пришлось.

Мои союзники, клан «Серебряные Клинки». Всё та же знакомая двойка игроков: Бублик и Хмырь. Вид у обоих запыхавшийся, но здоровье, в отличие от прошлого раза, полное.

— Привет, костяной! — махнул рукой Бублик.

— Пивом будешь угощать? — с ходу спросил Хмырь, уставившись на моего миньона.

В ответ скелет-рудокоп, а вернее я в его теле, лишь покачал головой. Вопросительно пожал плечами и протянул руки вперёд.

— Ты чего, подарки хочешь? А пиво?

Да нет у меня пива, чего ты пристал!

— Эх, жаль... Ну ладно.

Игроки начали доставать вещи и выбрасывать их на пол. Всё, что я заказывал, плюс кое-что сверх того. В итоге я получил:

Пятнадцать «Кирок Старателя».«Кирка Старателя»

Редкость: Необычный.

Тип: Инструмент (кирка).

Описание: Эту кирку выковали гномы из рода Старателей — тех, кто веками рыл туннели в Чёрном Кряже и знал о камне всё. Хорошая сталь, удобная рукоять, правильно рассчитанный угол заточки, а также несколько простейших рун укрепления. Говорят, что Старатели никогда не продавали свои кирки чужакам, но иногда проигрывали их в кости.

Характеристики: Скорость добычи руды: +45%. Шанс добыть двойную порцию руды: 5%.

Требования: Уровень 1. Навык «Рудокоп».

Эффекты: «Глаз алмаз» — пассивное, с шансом 0.1% владелец инструмента может добыть более редкую руду, значительно выше классом, чем жила.

«Одеяние Рудокопа»Редкость: Необычное. Комплект из 4 предметов: капюшон, куртка, штаны, сапоги.

Тип: Лёгкая броня (рабочая).

Описание: Этот комплект был создан специально для шахтёров Глубинных Туннелей — тех, кто проводит под землёй всю жизнь и не видит солнца. Капюшон защищает от каменной крошки, куртка усилена на плечах и локтях, штаны не сковывают движений, а сапоги с металлическими вставками на носках не дают упасть на скользком камне. Простая, но надёжная одежда.

Характеристики цельного комплекта: Выносливость: +6. Скорость добычи руды: +30%.

Требования: Уровень 5. Навык «Рудокоп».

Эффекты:

«Шахтёрская сноровка» — пассивное, скорость передвижения в подземелье увеличена на 10%.

«Второе дыхание» — пассивное, снижает перерывы на отдых на 20%.

«Глаз старателя» — пассивное, увеличивает шанс добыть руду того же типа, но на один уровень выше на 5%.

Примечание: «Хороший рудокоп не тот, кто много копает. А тот, кто копает там, где надо».

«Лук Судьбы»Редкость: Необычный.

Тип: Дальний бой (лук).

Описание: Этот лук — творение безумного мастера, который верил, что исход битвы решает не сила, а удача. Он сделал ставку на один-единственный выстрел, способный изменить всё.

Древко этого лука сделано из дерева, что росло на холме у старой дороги, где когда-то шумела роща — три сотни высоких и крепких стволов. Однажды на холм пало проклятие, и каждую ночь в него начинали бить молнии. Десять, двадцать, тридцать ударов за ночь — небо грохотало так, что дрожала земля в соседних деревнях. За месяц все три сотни деревьев сгорели дотла. Все, кроме одного.

Одинокое дерево стояло посреди выжженной земли, и молнии били в сантиметрах от его ствола, оставляя оплавленные борозды, но ни разу не попали в цель. Местные прозвали его Счастливчиком и приходили посмотреть на чудо — дерево, которое невозможно поразить. Частенько, ночами, они стояли у подножья холма, наблюдая, как десятки разрядов вонзаются в землю вокруг, не нанося тонкому и гибкому стволу никакого вреда, и качали головами.

Но однажды ночью, когда местные вновь собрались у холма, дерева уже не было. Неизвестный безумец срубил Счастливчика под корень, унёс его ветви и исчез.

Тетива сплетена из верёвки осуждённого на смерть через повешение. Десять раз ему затягивали петлю на шее, и десять раз верёвка обрывалась. После десятой попытки судья сдался — то ли поверил в невиновность, то ли испугался гнева богов. Верёвку сохранили и поместили на склад, откуда она впоследствии была украдена.

Так, во всяком случае, утверждал мастер, её изготовивший. Выглядит лук неказисто: тусклое дерево, грубая работа, никаких украшений. Но в нём скрыта странная, непредсказуемая сила.

Характеристики: Урон: 10-15. Ловкость: +2. Скорость атаки: -20%.

Требования:

Уровень 10.

Ловкость: 20.

Навык «Владение луком. Уровень 1».

Эффекты:

«Роковой выстрел» — пассивное, даёт 0.4% шанс мгновенного убийства цели.

Примечание: «Один выстрел. Одна судьба. Тысяча промахов».

Я смотрел на эти луки и не мог понять, зачем Вайшрави их прислала. Урон — всего десять-пятнадцать единиц. Скорость атаки — на двадцать процентов ниже обычной. Даже самые слабые луки, что у меня были до этого, били ощутимо сильнее. Если стрелять из таких постоянно, ДПС будет невероятно мелким — в разы меньше, чем у моих текущих лучников. С такими луками я не то что игрока в тяжёлой броне, я даже мага поддержки не пробью.

Но... Шанс мгновенного убийства. 0.4 процента. Это означало, что в среднем одна из двухсот пятидесяти стрел могла ваншотнуть, то есть мгновенно убить любую цель. Абсолютно любую. Мага восемьдесят плюс уровня с полным баффом, танка в редком сете, командира с легендарным щитом — неважно. Игнорирует броню, игнорирует баффы, игнорирует уровень. Просто — смерть.

Правда, с учётом разницы в уровнях, баффов и снаряжения цели этот шанс становился ещё меньше. Сотые доли процента. Тысячные. Шансы такого расклада примерно равны нулю. А поскольку у моих лучников не было навыков убийцы, которые могли бы этот шанс увеличить, рассчитывать на «Роковой выстрел» как на основную тактику было просто глупо.

Интересно, о чём думала Вайшрави, когда поставляла мне эти луки? На что она рассчитывала? Стрелять и спамить во врага, молясь на микроскопический шанс? Смешно. Это всё равно что пытаться выиграть в лотерею, покупая билеты на последние деньги. Но с другой стороны — даже один такой выстрел, если он сработает, может перевернуть ход боя. Убрать командира. Вырубить главного мага поддержки. Посеять панику. Но шанс...

Я покачал головой и убрал луки в инвентарь. Я не привык рассчитывать на удачу. Скорее на трезвый расчёт. Спасибо ей, конечно, но пусть пока полежат. Может, когда-нибудь пригодятся. Ладно, что там ещё...

Почти четыре дюжины проклятых свитков, как со старыми баффами, так и с новыми, более сильными, и редкие пять «Камней Безмолвия» — артефактов-расходников, при активации которых в определённом, небольшом радиусе запрещалось использование умений. Запрещалось всем — и врагам, и тем, кто камень использовал.Связку зачарованных стрел на различные стихии.Увидев, что я закончил собирать лут, Бублик, как обычно, вытащил из-за пазухи мятый свиток и принялся читать вслух:

— От главы клана «Серебряные Клинки» Вайшрави. Уважаемый союзник. Ситуация изменилась. Основные силы «Золотого Легиона» переброшены на другое направление — у них возникли проблемы с кланом, владеющим соседними землями. Если без подробностей — попытались отжать территории, но наткнулись на засаду. Теперь там нужен каждый клинок. У входа в подземелье осталось восемь игроков: семеро магов поддержки, каждый восемьдесят плюс, и один командир, воин восемьдесят второго. А также штурмовая группа, что отдыхает в лагере и готовится к следующему заходу. Мы предлагаем ударить вместе. Если всё пройдёт удачно, Легион спишет потери на «взбесившееся подземелье» и не станет объявлять нам войну. Ответь через Бублика.

Я задумался. Теперь выбор луков стал понятен. Она рассчитывает, что я смогу убить Ланцелота... С одной стороны — огромный риск. С другой — Вайшрави права: если ударить сейчас, пока основные силы Легиона на фронте, можно переломить ситуацию. И убрать охрану, которая держит меня взаперти.

Вот только по поводу списания всего на «взбесившееся подземелье»... Она очень ошибается, если считает, что Легион оставит подобное без ответа. И дело тут даже не в финансовых потерях или срыве планов. Для большого и сильного клана подобное направление — лишь один из нескольких десятков одновременно разрабатываемых проектов. Нет. Это имиджевый удар. И на него Легион ответит, чего бы это ему ни стоило. Ведь иначе они покажут, что с ними можно так обращаться, и тогда им несдобровать. Ответка будет быстрой и максимально жестокой. Странно, что Вайшрави этого не понимает... Или понимает, и у неё есть план?

Интерлюдия. Деревня Гнилой Луг. Лидер клана «Серебряные Клинки».

Вайшрави сидела в своём кабинете на втором этаже таверны и грызла ногти. Когда-то это была просто плохая привычка, от которой она избавилась ещё в детстве. Теперь — вернулась. Вместе с бессонницей, головной болью и противным холодком в груди, который не проходил уже которую ночь.

Всё началось незаметно. Когда «Золотой Легион» только появился в Гнилом Луге, он не создавал проблем. Да, эти ребята держались нагло и смотрели на всех свысока, но деньги у них водились. Они скупали расходники, заказывали еду и выпивку в таверне, платили за ночлег. Первые несколько дней казна клана пополнялась так, как не пополнялась уже давно. Алина даже позволила себе помечтать: может, обойдётся? Может, они просто постоят у входа в подземелье, сделают свои дела и уйдут?

Не обошлось.

Сперва они отжали все споты для фарма в окрестностях. Просто выставили патрули и объявили, что теперь это их территории. Местных игроков, которые годами качались на этих полях и в этих лесах, попросили на выход. Вежливо, но твёрдо. Тех, кто возмущался, быстро поставили на место — парой показательных драк и десятком насмешливых комментариев в общий чат. Квесты, которые держались на этих спотах, застопорились. Игроки, которым негде стало качаться, начали уезжать из Гнилого Луга.

Потом Легион наладил свои поставки. Зачем покупать зелья в местной лавке, если можно привезти свои из столицы? Зачем платить за комнату в таверне, если можно разбить лагерь прямо у входа в подземелье? Магазины, которые Алина наполнила товарами в ожидании наплыва игроков, стояли пустыми. Часть скоропортящихся товаров и вовсе пропала. Торговцы жаловались. Ремесленники уезжали. Деревня вымирала.

Алина пыталась что-то делать. Разговаривала с Легионерами. Пыталась использовать административный ресурс NPC, проживающих в деревне. У неё было влияние на старосту и уважаемых жителей деревни, а их власть была весьма существенна. Но всё это оказалось практически бесполезно и не стоило затраченных усилий.

А вчера в кабинет к ней завалился один из них. Ник Болгарин. Молодой, холёный, смуглый, в дорогом костюме столичного торговца, который здесь, в деревне, смотрелся нелепо и вызывающе. Он представился советником по экономическим вопросам — звучало как издёвка. Уселся напротив Алины, закинул ногу на ногу и выложил на стол тонкую папку.

— Ознакомьтесь, — произнёс он с лёгкой улыбкой. — Здесь отчёт по экономическим показателям Гнилого Луга за последний месяц. Боюсь, цифры не в вашу пользу. Фиксируется экономический спад.

Алина открыла папку. Цифры и правда были скверными. Доходы упали в несколько раз. Поток игроков иссяк. Квесты заморожены. Торговля на нуле. Всё, что она строила месяцами, разваливалось на глазах, и отчёт подтверждал это сухими, безжалостными столбцами.

— Мы готовы сделать вам предложение, — продолжил советник. — «Золотой Легион» выкупит у вас деревню. Со всеми постройками, землями и правами. Цена, — он небрежно ткнул пальцем в нижнюю строчку отчёта, — справедливая. Учитывая текущее состояние актива.

Алина посмотрела на цифру и обомлела. Это было в три раза ниже рыночной стоимости. В три! Эти деньги не окупили бы даже тех средств, которые она вложила в развитие деревни, не говоря уже об усилиях, времени и нервах.

— Это... Это смешно, — выдавила она. — Вы же понимаете, что такая цена — просто грабёж? Да какая цена! Я вообще не собираюсь её продавать!

Советник улыбнулся. Медленно, снисходительно, как улыбаются взрослые неразумному ребёнку.

— Понимаю. Но, боюсь, через неделю цена будет ещё ниже. А через две вы ещё и приплатите нам, чтобы мы забрали деревню. Решайтесь. Это лучшее предложение из возможных.

— Я не хочу её продавать...

— Простите за вынужденную грубость, но мы вас и не спрашиваем. Если быть откровенным, я вообще не понимаю, зачем с вами разговариваю, — собеседник перешёл на доверительный шёпот. — Это всё политика нашего лидера — он предпочитает действовать честно там, где это возможно. Золотой Легион — за справедливость! — последнюю фразу он произнёс с насмешливым пафосом.

— Я... Я должна подумать, — произнесла Алина, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Дайте мне хотя бы неделю.

— До завтра, — отрезал советник. — Завтра в полдень я жду ответ. В противном случае мы будем вынуждены пересмотреть условия. В худшую для вас сторону, разумеется.

Он поднялся, поправил манжеты и отвесил насмешливый поклон — неглубокий, едва обозначенный, но в нём было столько пренебрежения, что Алину передёрнуло. Затем развернулся и вышел, оставив папку на столе.

Девушка долго смотрела на закрытую дверь. Перед глазами стояло его лицо — холёное, самодовольное, с этой мерзкой усмешкой, от которой её буквально покоробило. Он говорил с ней так, словно она была пустым местом. Словно все её усилия, все её вложения, все её мечты не стоили и ломаного гроша.

И самое страшное — он был прав. Если ничего не изменится, через неделю деревню действительно будет не продать. А если она откажется — «Золотой Легион» способен сделать что-то похуже. Например, просто сожжёт здесь всё дотла. Или будет убивать вообще всех игроков, что появятся в округе. Деревенские стражи NPC всего тридцатого уровня, они даже в драку не полезут.

В том, что Легион способен на что-то подобное, Алина даже не сомневалась.

Девушка поднялась из-за стола, подошла к окну и выглянула наружу. Гнилой Луг. Её деревня. Её проект. Её надежда на будущее. Неужели всё кончено?

Нет. Не кончено. У неё ещё есть союзник, о котором Легион не знает. Союзник, который уже несколько раз смог сорвать планы врага. Союзник, который уже у неё в долгу. И если она правильно разыграет эту карту, возможно — только возможно — всё ещё можно перевернуть...

Твёрдо решив не сдаваться без боя, Алина начала придумывать план...

И похоже, судьба наконец-то повернулась к Алине и её клану лицом!

У «Золотого Легиона» начались проблемы — серьёзные, неожиданные, такие, какие не решаются за пару дней. Они попытались отжать земли клана «Большие Сыны», ударив в спину, но те оказались не так просты. Замок, в котором, по данным разведки, не должно было быть гарнизона, оказался до предела набит отборными бойцами. Быстрый штурм превратился в затяжную осаду, сопровождающуюся чудовищными потерями со стороны Легиона.

Из-за этого практически весь отряд, державший вход в подземелье, снялся и ушёл на подмогу. Осталась небольшая группа — несколько магов поддержки, командир, — а также штурмовая группа пятнадцатых уровней, отдыхающая в лагере. Убить их Клинкам под силу, если ударить прямо сейчас. Если не медлить. Даже помощь из подземелья не понадобится! К тому же посланники, которые после десятка бесплодных попыток наконец-то смогли проникнуть в подземелье, принесли ей ответ: тёмные смогут помочь лишь через сутки. У них, похоже, с выходом не всё так просто. И то, взамен они попросили, чтобы вход в подземелье шесть раз подряд был активирован людьми из клана «Серебряные Клинки». И только в этом случае группа поддержки из подземелья сможет выйти на поверхность.

Ладно, чёрт с ними. Помогут — хорошо. Не помогут — да и ладно.

Алина собрала всех лидеров отрядов у себя в кабинете. Ковальски, мрачный как туча, стоял у стены, скрестив руки на груди. Рейнар сидел за столом, нервно постукивая пальцами по столешнице. Остальные — командиры отрядов и групп со средними уровнями от двадцатого до тридцать пятого — расселись кто где. Всего в кабинете собралось человек пятнадцать. Атмосфера была напряжённой.

— Зачем я вас тут собрала... — слегка скомканно начала Вайшрави. — Дела у клана в последнее время идут не очень. На нас свалилось много бед. Одна из них, как вы знаете, — клан «Золотой Легион». Они практически уничтожили нашу экономику. А теперь... Предложили выкупить наши активы за бесценок. А я их послала... но уверена, они не откажутся от своих планов! — девушка стукнула кулаком по столу.

Игроки в комнате молчали, ожидая продолжения. Алина с горечью увидела на лицах многих нескрываемый скепсис.

— У нас есть шанс, — после небольшой паузы продолжила она, обводя собравшихся взглядом. — Основные силы Легиона ушли. У входа осталось восемь человек. Из них семеро — маги поддержки. Мы можем выбить их отсюда. Сегодня. Сейчас. Показать им, что с кланом «Серебряные Клинки» нельзя не считаться!

Тишина.

Она развернула на столе карту окрестностей — низкого качества, но достаточно точную, чтобы понять расположение сил и рельеф местности. Лагерь легионеров находился в низине у входа в подземелье. С трёх сторон его окружали холмы, с четвёртой — густой лес.

— Смотрите сюда, — Алина ткнула пальцем в карту. — Ударим одновременно с трёх сторон. Первый удар — со стороны холмов, вот отсюда. Отвлекаем игроков, заставляем их развернуться. Второй отряд заходит из леса, вот здесь, и бьёт по магам поддержки — они будут стоять в тылу. Третий отряд — Рейнар с лучшими бойцами — перекрывает единственный путь к отступлению, вот эту тропу. Если всё пойдёт по плану, они окажутся в ловушке. А из подземелья, вот отсюда, — она указала на вход, — нам помогут скелеты. Они ввяжутся в бой, внесут сумбур, отвлекут врага.

— Мобы? — переспросил один из командиров, высокий эльф с ником Эйлар, тридцать четвёртого уровня, в лёгкой кожаной броне с нашивками клана. — Ты предлагаешь воевать вместе с мобами? С нежитью? Ты серьёзно? Да и какой от них толк, они одиннадцатые уровни!

— Это не просто мобы, — отрезала Алина. — Я уже объясняла. В подземелье сидит разумный союзник. Он доказал это делом. И он будет сражаться на нашей стороне. У него есть свои козыри!

В кабинете повисла тишина. Кто-то отвёл глаза. Кто-то нервно кашлянул. Ковальски покачал головой.

— Я в этом не участвую, — произнёс он глухо. — Мы уже один раз пытались действовать по твоему плану. И я потерял людей. Я не собираюсь терять их снова ради какой-то авантюры. Лучше отдать деревню Легиону и забыть об этом, чем сдохнуть за кусок никому не нужной земли. К тому же после подобного, я гарантирую, мы попадём в чёрный список клана. А также в чёрные списки всех его союзников. Любой, кто захочет выслужиться перед ними, почтёт за честь слить нас. Тут можно доиграться до того, что придётся менять персонажа, а я этого делать не хочу. Давайте сделаем так — подарим деревню Легиону, а взамен всем кланом попросимся в его состав. Им сейчас люди нужны, они согласятся.

Гном обвёл взглядом присутствующих.

— Прочь, — холодно бросила Алина, не поднимая взгляда.

Ковальски помедлил секунду, затем развернулся и вышел.

— Кто-то ещё думает так, как Ковальски? Если да — уходите. И можете сразу покидать состав клана.

Алина в глубине души надеялась, что никто не пойдёт. Но...

Десяток секунд спустя потянулись остальные: Эйлар со своей группой, ещё один командир, несколько одиночек. Их позвали на совет по причине достаточно высокого уровня и личной силы. Ушли почти все. В кабинете остались только Рейнар и командир одной группы — человек-воин по имени Гуннар, двадцать пятого уровня, в тяжёлой броне. Также в клане формально числились ещё около десятка игроков-одиночек с уровнями в диапазоне от десятого до двадцатого, которых на совещание не пригласили. В их лояльности Алина тоже сильно сомневалась. Вряд ли они станут терпеть лишения и рисковать персонажами ради её клана.

— Полный бред, — донёсся из коридора чей-то голос. — Ссориться с Легионом из-за какой-то дыры в земле. Пусть забирают эту чёртову деревню. Ковальски прав на все сто. В конце концов, можно просто присоединиться к ним как отряд. Хоть какая-то польза.

У Алины внутри пробежал холодок. Только сейчас до неё дошло.

Присоединиться к Легиону. Конечно. Сейчас они выйдут из клана, отправятся прямиком в лагерь врага и всё расскажут. Про союзника в подземелье, про готовящуюся атаку, про то, что здесь вообще что-то затевается. И тогда шанс будет упущен. Навсегда. Конечно, дела клана рассказывать никому нельзя — об этом подписывается юридический договор о неразглашении. Алина скачала из интернета типовой и давала на электронную подпись всем вступающим игрокам. Вот только у неё, в отличие от Легиона, не было денег на дорогого адвоката, чтобы отстаивать свои интересы в судах. Поэтому был высок риск, что игроки нарушат договор и информация всё же просочится.

— Действовать надо в ближайшее время, — произнесла она, поворачиваясь к оставшимся бойцам. — Вы со мной?

— Да, — коротко махнул головой Рейнар и замолчал.

— Я с самого основания клана тут. Давай уж закончим вместе, — хмуро произнёс Гуннар.

— Расклад поменялся. Нас слишком мало. Поэтому помощь твоих друзей из подземелья необходима. Они точно смогут? — Рейнар нервно колотил пальцем по столу.

— Да, — подтвердила Алина, не уверенная в собственных словах.

«Бублик, зайди ко мне. Нужно передать послание, срочно. Когда там у вас следующий заход в данж?» — позвала она в клановом чате игрока, ставшего гонцом между ней и загадочным подземельем.

Я наблюдал за телами в очередной раз убитых Бублика и Хмыря. Их убили уже четвёртый раз подряд.

Опыта с каждым разом давали всё меньше и меньше — похоже, система чувствовала подвох и понимала, что идёт какой-то абуз. Но если опыт давать перестали, тела всё ещё оставались, и их можно было разделывать. Поэтому, несмотря на возражения игроков, я настаивал на том, чтобы игроки умирали, а не просто телепортировались. Расходники, нужные для апгрейда подземелья, на дороге не валяются. Правда, построить до получения нового уровня я ничего не мог — свободных слотов не осталось. Из-за грёбаных атак у меня был невероятно кривой билд развития подземелья с кучей бесполезных ловушек. В итоге по мере накопления ресурсов я всего лишь апгрейживал свои уже построенные кладбища и нанимал в новые слоты боевых скелетов, в тайне при этом мечтая о Кургане.

Зато теперь у меня столько бойцов, что даже когда я буду в рейде, подземелье не останется без охраны.

Клан Клинков честно выполнял свои условия договора. Хотя я, откровенно сказать, сильно сомневался, что у них получится, когда заводил шестерых скелетов в Склеп Дальнего Пути. Был уверен, что если не в следующий вход, то через один точно Легион сможет прорваться в подземелье, оставшееся беззащитным, а я не смогу дать отпор. Но нет — хитрые Бублик и Хмырь раз за разом опережали врагов. А с каждым часом в подземелье появлялись новые бойцы, усиливая оборону.

Вообще, задумку Вайшрави я считал глупой. Рыпаться на такой сильный клан, пусть даже когда ему не до тебя, — плохая идея.

Но с другой стороны, клан Вайшрави дал мне достаточно много, чтобы я хотя бы попробовал. Ведь каждая моя успешная оборона против Легиона шла по самой кромке, и то только благодаря помощи её клана. Поэтому кинуть их, не ответив на просьбу, я не мог. К тому же лично я вообще ничего не терял. Ну, не считая того, что всегда существовал риск прорыва в оставшееся без защиты подземелье, когда большая часть боеспособных и снаряжённых скелетов находится в Склепе Дальнего Пути, но этот вопрос, повторюсь, клан Вайшрави успешно решал.

Перед последней смертью Бублик и Хмырь ещё раз сообщили, что всё подтверждается. Единственное — численность клана сильно упала, и теперь расклад сил был не в нашу пользу. Сильно не в нашу.

Ну что... Надеемся на удачу.

Время подготовки группы истекло, и мы оказались снаружи. Я вновь стоял за пределами осточертевшего подземелья во втором в своей жизни рейде.





Глава 3. Битва.


Мы осмотрелись.

Перед входом было пусто. Ни души. Только серое небо над головой, чёрные стволы мёртвых деревьев и давящая тишина, нарушаемая лишь свистом ветра в голых ветвях. Я повёл костяными плечами, привыкая к телу лучника, проверил натяжение тетивы и двинулся вперёд.

За мной, стараясь не греметь костями, двигались остальные. Пять лучников — все в комплектах «Лесного Странника», с новенькими «Луками Судьбы» за спинами. Багровые ауры проклятых свитков едва заметно мерцали на костях, выдавая действующие на миньонов усиления.

Я дал знак, и отряд двинулся к холмам. Мы крались через кусты, перебегали от дерева к дереву, замирали при каждом подозрительном звуке. И вскоре услышали.

Издалека доносились обрывистые звуки. Непонятно, что именно там происходило, но явно что-то громкое. Лязг металла, приглушённые расстоянием крики, глухие удары — словно кто-то вколачивал кувалду в каменную стену. Вполне возможно, что именно сейчас, где-то там, за холмами, кипела схватка. Я махнул рукой, приказывая ускориться, и в этот момент перед глазами вспыхнуло системное сообщение.

«Божественный эффект: «Удача любит смелых». Ваш дом в осаде. Вы находитесь в слабом, уязвимом положении, но всё равно решились на отчаянную вылазку против противника, силы которого намного превышают ваши. Вы привлекли внимание одного из богов, и он решил немного вам помочь. Удача любит смелых. Любит безумных. Сегодня она с вами».

Никаких цифр. Никаких процентов. Никакого описания увеличения характеристик. Просто системный текст.

— Интересно, — пробормотал я, вглядываясь в сообщение. — Впервые такое вижу. Божественный эффект? Ну, дай бог, поможет.

Звуки боя становились всё громче. Уже можно было различить отдельные голоса, звон клинков, характерный свист заклинаний. Я двинулся к холмам, за которыми, теперь уже точно было ясно, кипел бой. Клинки уже вступили в схватку.

Как там было написано? Удача любит безумных? Что ж. Сегодня я, кажется, именно в этой роли.

Мы поднялись на вершину холма. Перед нами открылась схватка.

Не знаю, на что рассчитывали Клинки — взять неожиданностью или задавить численным перевесом, — но дела у них шли неладно. Мягко говоря.

На земле лежал десяток тел игроков «Серебряных Клинков». Рядом с ними семеро легионеров — те самые низкоуровневые, что штурмовали мой данж. Кажется, на них пришёлся первый удар. Видимо, Вайшрави решила избавиться от слабых, чтобы потом, не отвлекаясь, прикончить остальных, более сильных игроков. Возможно, это была ошибка. Хотя я, вероятно, поступил бы так же.

В окружении кольца бойцов Клинков кружился воин с ником Ланцелот. Тот, которого постоянно упоминали легионеры в моём подземелье. Тот, о ком рассказывала Вайшрави. Восемьдесят второй уровень.

Ланцелот двигался в толпе Клинков как танцор. Двадцатые и тридцать пятые уровни нападали на него со всех сторон — кто с мечом, кто с топором, кто с заклинаниями, — но он играючи уходил от каждого удара. Его меч, длинный и узкий, мелькал так быстро, что глаз не успевал за ним уследить.

— Держите его! — кричал кто-то из Клинков, заходя с фланга.

Ланцелот сделал полушаг в сторону, пропуская выпад мимо, и одним коротким движением отсёк нападавшему руку. Игрок закричал и рухнул на землю. Ещё один боец бросился вперёд, размахивая топором, но Ланцелот уже был в другом месте — он использовал «Рывок», проскочив сквозь толпу и оказавшись за спинами атакующих. Два быстрых удара, и ещё двое упали.

— Это безумие! — выдохнул кто-то. — Мы не можем его достать!

Он не просто убивал — он делал это с пугающей эффективностью. Каждые несколько секунд кто-то из Клинков падал замертво. Маги поддержки, стоявшие на холме, не успевали воскрешать павших — те умирали быстрее, чем заклинания воскрешения успевали срабатывать. Один целитель Клинков вскинул посох, начал читать заклинание над телом павшего товарища, но в этот момент Ланцелот метнул в него кинжал. Целитель захрипел и осел, не завершив каст.

— Кто следующий? — усмехнулся Ланцелот, оглядывая поредевший строй Клинков.

Клинки стояли в нескольких шагах, тяжело дыша. Они понимали, что проигрывают. Что этот бой с самого начала был обречён. Но отступать было некуда.

«У них нет шансов. У нас нет шансов», — пронеслось у меня в голове.

Я посмотрел в другую сторону, где тоже кипел бой.

Игроки поддержки клана «Золотой Легион» стояли чуть поодаль, на соседнем холме, возле них замерли восемь бойцов Клинков — самые сильные, от сорокового до сорок пятого уровня. На что они рассчитывали? Хотели, ударив со спины, перебить поддержку, думая, что баферы беззащитны. Ха. У баферов начиная с шестидесятого уровня есть чем удивить любого дамагера. Если не убить, то обезвредить — точно. А уровни игроков поддержки были от восьмидесятого до девяностого, так что...

Вот они, эти семеро. Первый — человек-маг, профессия «Мастер Баланса». Самый распространённый бафер в игре. В его арсенале огромное количество стандартных, но сильных благословений, и он мог забаффать практически любую профессию — от разбойника до мага, — сделав её значительно сильнее. Правда, довести какой-то определённый класс до предела не мог. Универсал.

Рядом с ним — эльф-маг, профессия «Хранитель Стихий». Его специализация — резисты от магии, станов и прочих негативных эффектов, а также сильные баффы на критический урон для убийц и лучников. Незаменим в кланах, у которых большие отряды стрелков.

Третий — дварф, профессия «Кузнец Духа». Он не столько баффал, сколько накладывал на оружие и броню союзников временные зачарования. Его молот, которым он работал, был одновременно и инструментом, и оружием.

Четвёртый — сильф, профессия «Ветряной Провидец». Его специализация — баффы на скорость, уклонение и шанс промаха. Под его благословениями даже самый медленный воин начинал двигаться как разбойник. Пятый — человек-жрец, профессия «Адепт Света». Его баффы усиливали исцеление и защиту, а также накладывали щиты, поглощающие урон. Шестой — тёмный эльф, профессия «Мастер Проклятых Благословений». Он работал с рисковыми баффами: например, усиление атаки ценой защиты, ускорение ценой здоровья или увеличение резиста к пламени ценой уязвимости к холоду... Ну и так далее. Седьмой — человек, профессия «Тактик». Он накладывал всего несколько баффов, но они значительно увеличивали эффективность всего отряда в целом.

Эти семеро спокойно стояли на холме и смотрели, как Ланцелот в одиночку разбирается с остатками Клинков. Восемь лучших бойцов Вайшрави, включая её саму, задача которых была смять поддержку, теперь сами были выведены из боя. Двое оплетены корнями, пробившимися из земли, и не могут пошевелиться. Ещё двое спят прямо на поле боя — явно работа «Адепта Света» с его усыпляющим заклинанием. Трое висят в воздухе, полупрозрачные, заброшенные в астрал — не могут атаковать физически, пока эффект не спадёт. А ещё один, закутанный в серебристую сеть, подвешен на ближайшем дереве, беспомощно раскачиваясь на ветру. Бафферы, похоже только сейчас расправившиеся с атаковавшими их клинками, уже спешили вниз с холма, на помощь Ланцелоту. Как только они доберутся до него, исход боя будет решён.

— Вперёд! — скомандовал я. — Перехватить их!

Или произойдёт невозможное и у меня прокнет шанс мгновенного убийства. Семь раз... Или же поддержка подберётся до Ланцелота, и тогда нам конец.

Мы бежали наперерез баферам.

Пять скелетов-лучников и я — шесть фигур, скользящих между деревьями. До магов поддержки оставалось не больше полусотни шагов, когда один из них — кажется, эльф — заметил нас и что-то крикнул, указывая в нашу сторону. Поздно. Я вскинул лук и выстрелил. Стрела с тихим свистом ушла в цель. Залп моих лучников накрыл холм секундой позже.

Игроки оказались застигнуты врасплох. Они не ждали атаки с этой стороны.

— Лучники! Назад! — заорал один из них, судорожно дёргаясь в сторону.

Стрелы достали до баферов и одна за другой вонзались в грудь, в живот, в ноги игроков.

— Что за?!.. — начал было кто-то, но договорить не успел. Его перебил «Хранитель Стихий», схлопотавший сразу две стрелы. Он глянул на полоску здоровья и расхохотался.

— Ахаха. Два урона. Серьёзно? Это, похоже, те самые тёмные из подземелья! Вот ло...

Он не договорил. Ещё один залп. Я не увидел никакого особого эффекта, но полоска здоровья игрока вдруг исчезла — просто мигнула и пропала, как будто её и не было.

Роковой выстрел. Сработал. Один из бафферов рухнул на землю, и остальные на мгновение замерли, не в силах поверить в происходящее. А мы продолжали стрелять. Вот это удача! Ещё один баффер упал! Так как будто бы не должно быть! С может такой низкий шанс срабатывать так часто! Иначе подобные луки использовали бы все подряд!

Сперва испугавшиеся, а затем расслабившиеся и переставшие воспринимать нас всерьёз игроки, вновь испугались.

Сообщения о полученном за игроков опыте наложились одно на другое, и я не мог рассмотреть их. Перед глазами мелькали цифры урона, строчки сливались в единую золотистую ленту, и среди этого хаоса я успел заметить что-то совершенно невероятное.

Не могли же мне дать за игрока, пусть и девяностого уровня, почти двадцать тысяч опыта? Это какая-то ошибка. Должно быть, глюк интерфейса. Должно быть, цифры наложились одна на другую... Или я неправильно разглядел в спешке. Но проверять было некогда — баферы уже приходили в себя после первого шока, и нужно было продолжать натиск, пока они не опомнились окончательно.

Адепт Света махнул рукой, используя заклинание воскрешения на Хранителе Стихий. Игрок поднялся на ноги и рванул прочь. Остальные перестроились, занимая оборонительную позицию. Начались касты заклинаний. Ещё пара мгновений — и с моими скелетами будет покончено.

Тем временем лучшие из бойцов Клинков — те самые, что пытались атаковать баферов, — наконец-то начали освобождаться от дебаффов. Тот, что висел на дереве, сполз на землю, разрезая сеть кинжалом. Двое спящих очнулись и уже поднимались на ноги. Ещё минута — и они присоединятся к бою. Если мы продержимся эту минуту, если не дадим баферам опомниться, если Ланцелот не перебьёт всех раньше...

А что я мог сделать? Лишь стоять, широко расставив костяные ноги, отправляя во врага стрелу за стрелой.

Вспышка света ударила мне в глаза. Яркая, ослепительная, она на мгновение затмила всё вокруг. А когда я проморгался, одного из моих лучников уже не было — только груда костей дымилась на земле. «Уничтожение нежити». Заклинание из арсенала Адепта Света, наносящее чудовищный урон живым мертвецам.

Следом из-под земли вырвались корни — толстые, прочные, они обвили второго скелета, прижимая его к земле. Кости затрещали, лук выпал из костяных пальцев. Ещё один боец выведен из строя.

«Мгновенные убийства» больше не прокали. Похоже, убив таким образом двух игроков подряд, я исчерпал свой лимит удачи на ближайшие несколько месяцев.

Но Клинки уже ударили в спину Легиону. Освободившиеся бойцы — те самые сорок пятые уровни — наконец-то вступили в бой. Разница в уровнях была колоссальна, но игроки поддержки имели такой класс, что в открытом бою мало что могли противопоставить боевым, пусть и низкоуровневым. Один из атакующих тут же улетел в сон, второй — в руты. Но остальные продолжали наседать.

И тут — снова. Вспышка. Ещё одна. Два бафера рухнули на землю с исчезнувшими полосками здоровья. Мгновенное убийство! Опять сразу два раза подряд! Двое, кто могли оказать сопротивление, а это Кузнец Духа и Тактик, у которых была тяжёлая броня, они имели достаточное количество боевых умений, отправились на респаун.

Да что же происходит такое?! Неужели это всё тот самый бафф — «Удача любит смелых»? Это он так работает? Серьёзно? Какая-то имба! Я не видел цифр, не видел процентов, но факт оставался фактом: мы убивали врагов, которые были выше нас на пятьдесят, шестьдесят, семьдесят уровней. Мы, горстка низкоуровневой нежити и потрёпанный клан без поддержки.

Адепт Света вновь попытался воскресить павшего товарища, но ударившая его в спину сразу двумя клинками Вайшрави сбила каст.

Отлично! Помощь как нельзя вовремя.

Мы немного отступили, разрывая расстояние с игроками, и атаковали с фланга. Залп. Ещё один залп. Опять повезло! Ещё двое игроков пали жертвой аномально высокого шанса «мгновенного убийства». Пока работает — надо пользоваться!

Осталось всего двое. Я перевёл огонь на них, но прежде чем стрелы успели коснуться их доспехов, игроки исчезли во вспышке телепорта.

Быстрый телепорт! Позволяет унести ноги, избежал гибели в самой критической ситуации!

Мы победили! Враг бежит!

Я глянул туда, где дрался Ланцелот. От Клинков почти никого не осталось в живых. Воин восьмидесятого уровня стоял посреди горы тел, его меч всё ещё был в движении. Ещё рывок вперёд — минус двое. Он увидел вспышку телепорта на холме, заорал что-то яростное, но было поздно. Поддержка ушла, не предупредив его. Ланцелот смерил меня ненавидящим взглядом — я почувствовал его даже с такого расстояния, — показал какой-то жест, значения которого я не разобрал, и тоже исчез во вспышке телепортации.

Едва его силуэт пропал, появилось оповещение от системы:

«Эффект «Удача любит смелых» прекратил своё действие».

Почему они решили отступить? Не поняли, что происходит? Перегруппировка? Согласен, такое количество мгновенных убийств меньше чем за пару минут может напугать кого угодно. Будут смотреть запись боя, аналитики клана будут анализировать...

Я глянул на поле боя. Там лежало несколько предметов снаряжения — судя по ауре, редкое. Клан Вайшрави уже собирал его себе. Мне не успеть... А я бы не отказался заиметь что-то из такого шмота. Мне, конечно, пока ни к чему, но вот продать на рынке... Впрочем, от Клинков в живых осталось не больше пяти человек. Остальные мертвы.

Печальный итог. А ещё куча потерянного ими снаряжения, большую часть которого успел до телепорта закинуть себе в инвентарь Ланцелот. Ну конечно, всё это не сравнится с вещами из редкого сета на игрока восемьдесят плюс уровня, который потерял Легион.

Ко мне подошла Вайшрави. Раненая, баюкала повреждённую руку. Один ятаган сломан. Здоровье на нижней границе.

— Спасибо, — бросила девушка, внимательно глядя на меня.

Я в ответ только склонил голову.

Мы стояли друг напротив друга — она, тяжело дыша, опираясь на оставшийся целым клинок, и я, костяной лучник, всё ещё сжимающий лук в пальцах. Вокруг догорал бой. Клан Вайшрави осматривал поле боя, исцелял раненых, воскрешал павших, подбирал дроп.

— Мы уходим, — произнесла Вайшрави. Голос её звучал устало, но спокойно. — Клан покидает Гнилой Луг. Я уже договорилась с владельцами местных земель — они готовы забрать деревню. Цена низкая, но хоть что-то. В купе с добытым снаряжением... — она бросила взгляд на поле боя, с которого её бойцы собирали добычу, — ...хватит, чтобы выйти в ноль. А может, и в небольшой плюс.

Я молчал. Она перевела взгляд на павших игроков, которых сейчас воскрешали целители, и продолжила:

— Зато теперь у клана есть ядро. Те, кому я точно могу доверять. Те, кто не сбежал, когда стало трудно. Это дорогого стоит.

Она снова посмотрела на меня.

— Спасибо за помощь. Без вас мы бы не справились.

Я склонил голову, принимая благодарность.

— Вот, это тебе, — Вайшрави бросила на землю предмет, завёрнутый в кусок плотной ткани. — Малая часть добычи. Много выделить не могу, сама понимаешь. Но вы это заслужили.

Я наклонился и развернул ткань.

«Диадема Проклятого Оракула»

Редкость: Редкая. Часть сета «Проклятый Оракул» (1/5).

Тип: Роба (голова).

Требования:

Уровень: 85

Интеллект: 120

Навык «Мастер ношения магической брони. Уровень 15»

Описание: Тонкий серебряный обруч, украшенный тремя тёмными сапфирами. Когда-то его носила легендарная прорицательница, проклятая богами за то, что увидела слишком много. Говорят, что сапфиры на диадеме — это её застывшие слёзы. Надевший диадему начинает слышать её шёпот — обрывки фраз, предупреждения, пророчества. Не все из них сбываются, но те, что сбываются, меняют ход истории.

Характеристики: Интеллект +50. Мудрость +55. Восприятие +80. Магическая защита +350. Увеличивает шанс критического использования заклинания на 7%.

Эффекты: «Проклятое пророчество» — при получении смертельного урона полностью восстанавливает здоровье и накладывает на владельца эффект «Озарение» на 10 секунд: все заклинания наносят двойной урон. Откат: 1 час.

Примечание: Открывает доступ к цепочке квестов «Проклятие Оракула».

Ого! Спасибо! Я, если честно, не ожидал. Таких дорогих вещей я ещё не держал в руках. Вайшрави — честный игрок, всё, что могу сказать. Могла бы забрать всё себе, но предпочла поделиться.

Я поклонился в ответ — низко, насколько позволяло костяное тело, — развернулся и отправился обратно в своё подземелье. За спиной оставались догорающий лагерь Легиона, горстка выживших Клинков и поле боя, на котором сегодня решилось многое. А впереди — моё подземелье. Мой дом. А также потенциальная куча денег у меня в руках, которую можно вложить в развитие.

Я вернулся в подземелье до того, как истёк срок рейда. Можно было бы пошататься по окрестностям и слить ещё кого... Но стоила ли овчинка выделки? Лучше вернуться сейчас, донеся в целости драгоценный артефакт. Едва барьер сомкнулся за спиной, перед глазами вспыхнуло системное сообщение.

«Поздравляем! Рейд завершён. Награда за рейд: 149 000 ед. опыта. 8 душ. Предметы: «Диадема Проклятого Оракула».

Силой Склепа Дальнего Пути (уровень 1) награда за успешный рейд увеличена на 20%. Дополнительная награда: 29 800 ед. опыта. 1 душа. 2 894 некротических эссенций низкого качества.

Примечание: бонусная награда за добытые предметы выдана в виде некротических эссенций».

Стоп. Так мне не показалось? Мне реально за каждого убитого игрока давали в районе двадцати пяти тысяч опыта?

Я ещё не успел осмыслить эти цифры — почти сто семьдесят тысяч опыта, это же сколько уровней разом! — как система выбросила новое сообщение.

«Получено достижение: «Убийца титанов» уровень 10» — за убийство игрока, чей уровень превышает уровень вашего самого сильного миньона более чем на семьдесят. Бонус: +15% к атаке всех миньонов во время рейда».

А следом — ещё одно:

«Каждый скелет, участвовавший в рейде, получил личный бонус: «Поцелуй Фортуны». Эффект: увеличение вероятности прохождения любых шансовых пассивных навыков в два раза во время рейда. Время действия: до следующей гибели миньона».

Я открыл меню уровня и присвистнул. Если шкала опыта будет прогрессировать как и раньше, то мне хватит уровней на семь-восемь.

Недолго думая, я пожал плечами и прокачал уровень. Затем ещё один. Ещё. Остановился на десятом уровне. Опыт ещё был, но... Во-первых, накопилась целая тьма непрочитанных сообщений, с которыми, похоже, надо ознакомиться, прежде чем прокачивать дальше. Во-вторых, вылетело меню подтверждения окончательного расположения комнат. Оказывается, начиная с десятого уровня я не мог менять комнаты в произвольном порядке. Теперь они были жёстко закреплены на своих местах. Система сказала: мол, поэкспериментировал, выбрал лучший вариант, будь добр теперь определиться. Ну и самое главное — я вдруг осознал, что, повышая уровень, повышаю силу игроков, которые могут войти в подземелье. А само подземелье от повышения уровня, без строительства зданий, сильнее не становится. В итоге я сейчас сам себе сделал подлянку.





Глава 4. Новые здания.


Подземелье кардинально изменилось. Теперь это был вымощенный камнем подземный замок. Стены — ровные, сложенные из тёмного базальта. Полы — гладкие плиты с вкраплениями серебристых прожилок. Факелы на стенах горели ровным зелёным пламенем, не чадя и не коптя. Потолки поднялись на добрых пять метров, и под ними висели массивные люстры из костей и металла. Никаких больше сталактитов, никаких земляных полов, никакой сырости. Настоящая крепость. Правда, пока пустовавшая.

Ресурсов катастрофически не хватало. Было открыто целых тридцать слотов под новые комнаты. Куча новых строений — глаза разбегались. Но я ничего не мог построить, кроме вонючих кладбищ скелетов! На всё требовались новые уникальные ресурсы.

Я открыл меню строительства. Оно кардинально поменялось — теперь там было несколько вкладок.

Первая вкладка: Защитные сооружения

Ворота Подземного Замка

Тип: Защитное сооружение (вход).

Описание: Массивные ворота, выкованные из чёрного металла и усиленные древней некротической магией. Створки покрыты рунами, которые гасят магические атаки и ослабляют физические удары. Ворота открываются и закрываются с помощью хитрого механизма, управляемого специально обученными Стражами Ворот. После определенного уровня, над воротами — узкая галерея для стрелков, с бойницами, позволяющими вести огонь по наступающим. В дальнейшем там можно будет разместить баллисту.

При постройке ворот автоматически нанимаются два Стража Ворот и один Смотритель Ворот. Стражи и Смотритель Ворот повышают уровень одновременно с улучшением ворот.

Страж Ворот

Уровень: 20.



Тип: Боевой / Защитник.

Описание: Этот скелет создан специально для обороны входа. Он облачён в тяжёлую броню, вооружён длинным копьём и большим щитом. Он не атакует первым — он ждёт атаки врага. Его задача: принять первый удар, сдержать натиск и не пропустить противников внутрь. В бою использует навык «Стойка Стража» — повышает защиту на 30% и снижает входящий урон на 20%, пока стоит на месте. Миньон не способен покинуть подземелье.

Смотритель Ворот



Уровень: 22.

Тип: Магический / Командир.



Описание: Этот скелет не просто страж — он командир небольшого отряда что стережет ворота. Его глазницы полхают холодным синим пламенем, на конце длинного увенчанного черепом посоха искрится энергия магии смерти. В бою он руководит Стражами Ворот, координируя их действия. При необходимости он может приказать открыть или закрыть ворота, сосредоточить силы на одной цели или же вовсе отступить под прикрытие башен. Он владеет атакующим заклинанием «Костяное Копьё» — выстрел некротической энергией, наносящий средний магический урон одиночной цели. Откат: 15 секунд. Миньон не способен покинуть подземелье.

Стены Подземелья

Тип: Защитное сооружение (периметр).



Описание: Стены из тёмного базальта, усиленные магическими рунами. Поначалу они невысокие, но в будущем будут возвышаться на десятки метров. По верху стен можно построить галерею с зубцами, за которыми могут укрываться стрелки. Стены дают пассивный бонус к защите всем миньонам, находящимся на них: +15% к броне и +10% к сопротивлению магии. На стенах можно размещать лучников и магов — они получают бонус к дальности стрельбы и каста за счёт высоты.

Башни

Тип: Защитное сооружение (узловые точки).



Описание: Высокие защитные башни, возвышающиеся над стенами. На вершине каждой башни — круглая площадка, вымощенная рунным камнем, прикрытая от стрел и заклятий высокими зубцами. Вымошенные на крыше руны усиливают урон и защиту всех обороняющихся, находящихся на башне: +50% к физическому и магическому урону в дальнем бою, +30% к сопротивлению негативным эффектам, +30% к физической и магической защите.

В центре площадки могут быть установлены два кристалла: Кристалл Маны и Кристалл Некротической Энергии. Они автоматически аккумулируют своё тип энергии со временем и позволяют любому миньону восстановить здоровье или ману прямо в бою — достаточно коснуться кристалла. На башнях можно размещать магов и стрелков. Размешённые на крыше башни миньоны получают дополнительный бонус: их заклинания и стрелы пущенные с башни, имеют увеличенный радиус действия.

Ров Душ

Тип: Защитное сооружение (периметр).

Описание: Широкий ров, выкопанный перед воротами и стенами. Вместо воды он заполнен призрачной субстанцией — душами павших врагов, которые не нашли упокоения. Любое живое существо, попавшее в ров, получает постоянный урон от «Призрачного Пламени» и не может использовать навыки перемещения. Нежить проходит сквозь ров беспрепятственно.

Ловушки

Все старые ловушки — плиты, пентаграммы, ядовитые облака, статуи — теперь перестали быть отдельными комнатами. Их можно было установить в любом месте, в любой другой комнате, в коридоре, у входа. Количество доступных ловушек сильно выросло, и к старым добавились новые. Суммарно сейчас было доступно более двух десятков разных ловушек.

Некротическая Пушка

Тип: Защитное сооружение (тяжёлое вооружение).

Описание: Огромное орудие, установленное на вершине главной башни. Стреляет сгустками концентрированной некротической энергии. Урон: 200-300 магического урона по площади. Перезарядка: 5 минут. Требует заряженного Кристалла Некротической Энергии для выстрела. Обслуживается одним скелетом-магом.

Вторая вкладка: Хозяйственные сооружения

Шахта железной руды.

Тип: Хозяйственное сооружение (добыча).

Описание: Глубокие шахты, уходящие в недра подземелья. Теперь здесь добывают руду высокого качества — она идёт на строительство, улучшение экипировки и торговлю с другими Хранителями.

Лимит: 0/10 скелетов-старателей.

В каждой шахте теперь можно было поместить десять рудокопов двенадцатого уровня. Их кирки звенят без остановки, наполняя хранилище ресурсами.

Кроме того, добавилась ещё целая куча новых шахт.

Шахта Проклятых Самоцветов

Тип: Хозяйственное сооружение (добыча).

Описание: Тёмная жила, в которой попадаются редкие самоцветы, пропитанные тёмной магией. Проклятые самоцветы используются для строительства зданий, создания магических предметов, улучшения башен и зачарования оружия. Каждый добытый камень пульсирует багровым светом, словно в нём заперта чья-то душа.

Лимит: 0/1 добытчиков самоцветов.

Шахта Базальта

Тип: Хозяйственное сооружение (добыча).

Описание: Из этой шахты добывают прочный чёрный камень, из которого сложены стены подземелья. Базальт нужен для строительства и укрепления защитных сооружений. Чем больше базальта — тем крепче стены и башни.

Лимит: 0/4 скелетов-каменотёсов.

Шахта Чёрного Серебра

Тип: Хозяйственное сооружение (добыча).

Описание: Редкий металл, встречающийся только в глубинах подземелий. Чёрное серебро используется для строительства сооружений, крафта оружия и брони с магическими свойствами. Оружие из чёрного серебра наносит дополнительный урон по живым существам.

Лимит: 0/3 тёмных старателей.

Шахта Кристаллов Души

Тип: Хозяйственное сооружение (добыча).

Описание: В этой шахте добывают кристаллы, способные удерживать души павших. Кристаллы души нужны для призыва призраков, улучшения магов и создания мощных артефактов. Каждый кристалл светится изнутри тусклым, тревожным светом.

Лимит: 0/1 ловцов душ.

Шахта Тёмных Опалов

Тип: Хозяйственное сооружение (добыча).

Описание: Глубокая шахта, уходящая в самые недра подземелья, где порода начинает светиться тусклым фиолетовым светом. Здесь, в толще камня, рождаются тёмные опалы — редкие камни, пропитанные чистой энергией смерти. Они пульсируют в темноте, словно живые сердца, и используются для строительства, улучшений и создания мощных артефактов. Каждый добытый камень проходит через руки специалиста, который не просто извлекает его из породы, а словно вырезает из темноты.

Лимит: 0/2 опаловых старателя.

Шахта Гнилой Породы

Тип: Хозяйственное сооружение (добыча).

Описание: Рыхлая, трухлявая порода, пропитанная некротической энергией. Гнилая порода используется для удобрения ядовитых грибов, ускорения роста спор и создания проклятых почв, на которых не растёт ничего живого. Кроме того, она нужна для строительства некоторых типов зданий.

Лимит: 0/5 могильщиков.

Пещера Ядовитых Грибов

Тип: Хозяйственное сооружение (выращивание).

Описание: В этой пещере, освещённой тусклым зеленоватым светом, растут ядовитые грибы. За ними ухаживают Спороводы — скелеты-специалисты, которые выращивают грибы, из которых потом добывают необходимые эссенции, яды, вытяжки и эликсиры в лаборатории Алхимика. Добываемые из грибов реагенты используются для ловушек, отравленных стрел и алхимических экспериментов, позволяют создавать усиливающие нежить зелья и свитки, а также применяются при создании артефактов, инструментов, оружия и прочего.

Лимит: 0/3 скелетов-спороводов.

Практически в каждом здании требовался для работы узкий специалист. Например, в шахту с проклятыми самоцветами простого рудокопа (который теперь стал почему-то старателем), оказывается, послать нельзя. Нужен был специальный «Добытчик Самоцветов», улучшенный из обычного рудокопа, для добычи именно самоцветов. Причём вернуть его потом обратно в простые рудокопы — нельзя. Апгрейд работал только в одну сторону.

То же самое касалось и других шахт. Для добычи базальта требовался «Каменотёс», для чёрного серебра — «Тёмный старатель», для кристаллов души — «Ловец Душ», для тёмных опалов — «Опаловый Старатель», для Гнилой породы — «Могильщик».

Каждый из этих специалистов выглядел по-своему. Добытчик Самоцветов носил на поясе набор крошечных зубил и светильник, горящий холодным синим огнём. Каменотёс был вооружён огромной кувалдой. Тёмный старатель щеголял в перчатках, светящихся тусклым лунным светом. Ловец Душ держал в руках специальный жезл с кристаллом на конце. И так далее.

Я открыл меню найма и присвистнул. Стоимость улучшения одного рудокопа до специалиста была ну очень велика. И это ещё без учёта ресурсов, которые требовались на постройку помещения. А там были в том числе и редкие ресурсы. Замкнутый круг: чтобы добывать редкие ресурсы, нужны специалисты, а чтобы нанять специалистов, нужны редкие ресурсы. Вот что бы я делал, не будь у меня аукциона?

Я смотрел на количество доступных для строительства помещений и тихо ох.евал. Теперь доступные 30 слотов вовсе не казались мне чем-то большим, как в первый момент.

А ведь это я ещё не открывал вкладки «Производство», «Познание» и «Гарнизон».

Я захлопнул меню и задумался. Похоже, придётся расставлять приоритеты. Какие ресурсы мне нужны в первую очередь? Без чего я не смогу построить ключевые здания? И сколько времени у меня есть до того, как сюда нагрянут новые гости?

Пока я ломал голову, что апгрейдить в первую очередь — ресурсов не хватало почти ни на что, — и планировал дальнейшее развитие с учётом тотального дефицита ресурсов, ведь до ближайшего аукциона оставалось ещё чуть менее пяти дней, система напомнила о необходимости выбрать и утвердить схему комнат, которая в дальнейшем не будет изменяться. Будут только добавляться новые. Таймер истекал. Не до конца понимая весь функционал новых комнат, которые появятся, и то, куда их размещать, я попытался настроить всё в меру своего понимания.

Надеюсь, получилось не совсем плохо.

Стоп... А если... Я буквально бегом подлетел к Алтарю Склепа Дальнего Пути. В последний раз, когда я пытался использовать его для сбора ресурсов, уровень угрозы был критическим, но по причине полного контроля над территорией моими врагами доступ к алтарю был заблокирован и ресурсы не поступали. Теперь всё изменилось.

Едва я коснулся Алтаря, чёрный камень завибрировал, руны на его поверхности вспыхнули ярким багровым светом, и передо мной развернулся длинный список накопившихся ресурсов. Глаза разбегались. Костяная пыль, жилы, кровь — это всё понятно, приятно, но не более. Но кроме того! Тут вам и проклятые самоцветы, и базальт, и кристаллы души, и чёрное серебро — всё это копилось всё время, пока шла осада, и теперь разом хлынуло в моё хранилище. Немного, но теперь я мог хотя бы начать добычу редких ресурсов... Хватало на одну из шахт.

Какую же выбрать?

Немного подумав, решил начать с Базальтовой. Базальт нужен практически для всех зданий, в том числе для защитных стен, ворот и башен. Будем создавать оборону.

Сам алтарь, кстати, за время осады самостоятельно улучшился до второго уровня — это происходило автоматически с ростом подземелья. Теперь волки-зомби, некогда жалкие твари пятого уровня, поднялись до десятого. Кроме того, в стае появились Вожаки — крупные умертвия пятнадцатого уровня с пассивными умениями на усиление собратьев: «Вой Вожака» повышал атаку и скорость всех волков в радиусе на десять процентов, а «Стайный Инстинкт» увеличивал урон, если волки атаковали одну цель.

После рейда у меня была целая куча некротических эссенций, а также накопившиеся ресурсы позволяли усилить миньонов. Немного подумав, я так и сделал. Взял с десяток самых дешёвых апгрейдов, подняв атаку, защиту и скорость умертвий на несколько уровней. А заодно возродил всех павших волков, которые полегли во время зачистки Пади Легионом.

Всё это отняло некоторое количество руды, жил, костной муки, крови, а также почти три десятка некротических эссенций.

Проще сказать Ничего — что я не мог бы пополнить со временем.

Я смотрел на возрождённых и усиленных миньонов-волков и чувствовал, как внутри разливается мрачное удовлетворение. Теперь Мёртвая Падь снова была под моим контролем.

Прошло несколько дней. Новых нападений не было. В принципе, ожидаемо. Легион сейчас занят другим, ему не до нас. Серебряные Клинки покинули регион. Если какой-то новый клан выкупит эти земли и начнёт наводить в них порядок — тогда, наверное, мне стоит ждать гостей. Но, думаю, время у меня ещё есть.

Разобравшись с текущими делами — всё, что мне оставалось, это ждать аукциона, — я зашёл на форум.

Одно новое личное сообщение.

Сердце — которого у меня больше не было — словно ёкнуло где-то глубоко внутри, в том месте, где оно когда-то билось. Призрачное тело на мгновение замерло. Я смотрел на иконку непрочитанного сообщения и не мог заставить себя нажать на неё. Пальцы — костяные, неживые, но всё ещё подчиняющиеся моей воле — зависли над кнопкой.

Чего я боялся? Правды? Или того, что правда окажется совсем не той, что я себе напридумывал? Герман говорил загадками. Сыщик должен был ответить прямо. И всё же я колебался. Секунда. Две. Пять. Я сидел в тишине своего подземелья, и единственным звуком был далёкий стук кирок в шахтах.

Наконец я собрался с духом и нажал «Прочитать».





Глава 5. Жизнь?


Наконец я собрался с духом и нажал «Прочитать».

Передо мной развернулось сообщение. Вернее сканированный документ приложенный к нему.

Свидетельство о смерти.

Моей.

Елагин Сергей Викторович, личный номер XPJ-8081745. Официально оформлено, с печатью. Видно, что кто-то фотографировал его в спешке, буквально на коленках. Текст слегка смазан. Я перечитал трижды, не в силах осознать то что вижу своими глазами. Это шутка? Это какая-то дурацкая, несмешная шутка?

Бред. Скорее всего просто тупая подделка. Надо же было купиться на уговоры Германа и отослать неизвестно кому весьма внушительную сумму.

Да, точно, это просто фейк. Я сам такое сейчас сделаю с помощью компьютера за двадцать минут...

Вроде успокоился. Даже дышать стало легче.

Так, смотрим что там дальше.

Второй документ. Скан заключения врачей. Сухие, лаконичные строчки. Такого-то числа, в такой-то тюрьме, при посадке в виртуальную капсулу гражданин Елагин С. В. скончался. Официальная причина — сердце не выдержало. Острая сердечная недостаточность на фоне стресса. Реанимационные мероприятия не дали результата. Смерть констатирована в 10:47.

Я читал и не мог оторваться. Строчки расплывались перед глазами. Внизу — приписка от сыщика, уже не официальная, простая, почти разговорная:

«Да уж, тяжело мне было раздобыть эту информацию. Пришлось повозиться. Похоже, обстоятельства смерти парня весьма скользкие. Много усилий приложили, чтобы всё замять. В следующий раз, если будешь делать заказ, с тебя надбавка 30%. В доступе ещё есть видео, где его укладывают. За дополнительную плату могу раздобыть. Ну а если коротко, на нём видно, что парень сильно избит. Скорее всего, это и стало причиной...»

Не ответив сыщику, я свернул форум.

Постепенно приходило осознание того, что я прочитал.

Верить не хотелось, да и я не понимаю, как я могу быть мёртвым, если я вот, тут.

Я и не верил, но с каждой секундой разум автоматически подмечал различные нестыковки в том, что происходило со мной в последнее время... Различные странности. Необычные вещи. Многое сейчас становилось на свои места. Похоже, я умер прямо в момент синхронизации. И по какой-то причине остался в игре.

Это похоже на бред. Быть может, это всё сон? И я сейчас проснусь?

Я ущипнул себя в глупой попытке.

Ничего не поменялось.

А может быть, всё происходящее вокруг — бред умирающего мозга...? Есть такая теория посмертия, что при смерти ты навечно застреваешь в последнем мгновении угасающего сознания...

Внутри было пусто. Не просто тихо — пусто. Так, как бывает, когда просыпаешься среди ночи и не можешь понять, где ты, кто ты и что с тобой. Только этот миг растянулся на минуты. На часа. Я не знал, сколько прошло времени. Я просто висел в воздухе посреди своего подземелья, глядя в одну точку, и не мог заставить себя думать ни о чём кроме своей гибели.

Мёртв. Я мёртв. Это не метафора, не игровая условность, всё по настоящему!

Где-то там, в реальном мире, в маленьком жестяном контейнере, лежит то, что осталось от моего тела. Я представил, как его увозили в кремационную камеру... — холодное, бездыханное, ненужное.

А может быть, его и не кремировали, а просто утилизировали, как мусор, как отработанный биоматериал. Или взяли как донора на органы?

Возможно что от меня теперь и вовсе не осталось даже следа. А я... я здесь. Я мыслю. Я чувствую. Я существую. Но существую ли на самом деле?

Руки опустились. В самом прямом смысле — моя призрачная форма безвольно обвисла в воздухе, потеряв всякую волю к движению.

Я слонялся по подземелью бесцельно, бессмысленно, как бледная тень в старом замке. Влетал в шахты, где стучали кирками рудокопы, и не не замечая их выходил обратно. Не мог найти себе место.

Мысли кружились по одному и тому же кругу, как заевшая пластинка. Я умер. Меня убили. Оболонские убили меня. А я всё ещё здесь. Что я теперь? Кто я теперь? Призрак? Копия сознания? Цифровой слепок? Имею ли я право считать себя Сергеем, если Сергей мёртв?

Я потерял счёт времени. Может, прошёл час. Может, день.

Миньоны работали самостоятельно, без указаний — они и не требовались, скелеты выполняли последние отданные приказы. А я всё висел и висел, и внутри была только пустота. Не боль или ярость — они пришли позже. Сначала была именно пустота. Такая глубокая, такая бездонная, что, казалось, я сам в ней исчезаю, растворяюсь, перестаю быть.

А потом пришла боль. Не физическая — ту я уже испытывал, и не раз. Другая. Та, что грызёт изнутри, не даёт дышать, заставляет сжимать кулаки до хруста и мечтать только об одном: чтобы это прекратилось. Я мёртв. Меня больше нет в реальном мире. Я — код. Я — ошибка. Я — никто.

Я опустился на каменный пол в одном из пустых залов, и мне показалось — или почудилось, — что холод камня проникает даже сквозь мою призрачную форму. А может, это был не холод камня. Может, это был холод осознания.

Из тоски меня вырвал звук сообщения.

Я даже не стал поднимать глаза, чтобы прочитать его. Если там игроки — пускай захватывают. Плевать. Пусть заходят, пусть громят, пусть забирают всё, что я строил. Какая теперь разница? Я мёртв.

— Эй. Ты чего? — позвал меня знакомый голос.

Герман.

— Ты знал, — хрипло констатировал я, не поднимая взгляда. — Ты знал.

— Знал, — не стал спорить он.

— С первого же дня? И ничего не сказал мне?

— А ты бы поверил? — резонно возразил тот. — Нет. Нужно было, чтобы ты сам убедился во всём. Спорить готов — ты и сейчас не веришь. Думаешь, что это какой-то обман.

Он был прав. Если честно, в глубине души имелись такие подозрения. Я вдруг вспомнил, кто именно посоветовал мне обратиться к этому сыщику.

— Вот именно, — заключил Герман, глядя на моё выражение лица. — Будь уверен: всё, что тебе сказали, — правда. Ты мёртв. Умер в момент синхронизации. Ни секундой раньше, ни секундой позже. Ошибка или чудо — называй как хочешь, — но твоё сознание оцифровалось. Ты заперт в игре. Твоё тело давно мертво. Тебе упоминали о видеозаписи твоей смерти?

Я поднял взгляд на Германа и кивнул.

— Сейчас я тебе её скину. От начала до конца. Начиная с избиения в камере, заканчивая посадкой в капсулу и смертью. Открой форум.

Я открыл форум. Ещё одно личное сообщение. От неизвестного аккаунта. Видеофайл.

Я нажал «Воспроизвести».

Первая часть была мне уже знакома. Экзекуция. Знакомая до боли в рёбрах — только теперь снятая не от первого лица, а с камеры в углу камеры. Вот они входят — четверо в кожаных куртках. Вот Оболонская садится на стул у двери. Вот первый удар — я дёргаюсь на койке, пытаюсь закрыться, но меня хватают за волосы и стаскивают на пол. Камера пишет всё бесстрастно, без эмоций, и от этого ещё страшнее. Я смотрел, как меня бьют ногами, как я сворачиваюсь клубком, как кровь заливает пол. Звук ударов — глухой, влажный, мерзкий — заполнял тишину подземелья.

Затем меня тащили по коридорам. Двое конвойных волокли обмякшее тело, ноги бессильно скребли по бетону, оставляя кровавый след. Врач шёл рядом, что-то говорил, но слов было не разобрать. Вот меня сажают в капсулу — я видел, как мои руки, покрытые синяками и ссадинами, дрожат на подлокотниках. Кровь текла по разбитому лицу, капала на белый пластик. Глухой голос врача, заверяющего, что медицинский модуль капсулы справится. Крышка закрывается.

Синхронизация.

Цифры на таймере. 60... 59... 58... Я смотрел на них и знал, что будет дальше. 35... 34... 33... Кашель. Мой кашель — я видел, как тело на записи задёргалось. 15... 14... 13... Кровь на внутренней крышке капсулы. Экран загорается красным. Мерцает.

Паника. Крышку открывают рывком, руки в перчатках хватают моё тело, вытаскивают наружу. Врач пытается делать искусственное дыхание — я видел, как его ладони ритмично надавливают на мою грудь. Подоспевшие на помощь ещё двое сотрудников медслужбы подключают меня к какому-то аппарату. Провода, трубки, иглы. Разряды дефибриллятора — моё тело выгибается дугой, и я слышу этот звук, короткий, как удар хлыста. Ещё разряд. Ещё.

Десяток минут безуспешных попыток вернуть меня к жизни. Я считал их — эти минуты, — потому что больше ничего не оставалось. Наконец один из врачей отключает прибор от моей груди и отрицательно мотает головой. Время смерти: 10:47. Запись обрывается.

Я закрыл видео и долго сидел молча. Герман не нарушал тишину. Он стоял рядом и ждал.

— Я умер, — произнёс я наконец. — По-настоящему.

— Да, — кивнул Герман. — Но ты и жив. По-настоящему. Такого ещё не было. Ты — первый. И именно поэтому за тобой охотятся.

— Охотятся?

— Да. И я, пытаясь прикрыть тебя, подставился под удар сам.

— И кому же я нужен? Оболонской?

— Плевать на Оболонскую. Забудь о ней. Люди посерьёзней.

— А кто тогда? И зачем?

Герман даже фыркнул от возмущения.

— Всем! Ты нужен абсолютно всем! Всем, кто не хочет умирать! Всем, кто готов платить миллиарды, готов пойти на всё, лишь бы дольше цепляться за эту жизнь! По сути, ты реализовал мечту самых влиятельных людей планеты. Мечту о бессмертии!

— Такая себе мечта... — пробормотал я. С этой стороны на проблему я ещё не смотрел. — И что же мне делать?

— А ты сам как думаешь? — полюбопытствовал Герман.

— Понятия не имею.

— А чего ты хочешь? Чего бы тебе хотелось прямо сейчас?

Я задумался.

Несмотря на то, что Герман сказал забыть, перед глазами встало лицо Оболонской. Её холодная, надменная усмешка в зале суда. Её голос, которым она обещала мне ад. Её сын, который нападал на беззащитную девушку в метро, а потом оказался «жертвой». Гнилая, продажная система, которая вывернула всё наизнанку и сделала из преступника героя, а из меня — заключённого. Эти четверо в кожаных куртках, пинавшие меня ногами в камере. Их смех. Их шутки. Их обещание приходить каждую неделю.

Я вспомнил всё. И внутри, вместо пустоты, начал разгораться огонь. Медленно, но неотвратимо, как пламя, которое долго тлело под слоем пепла и наконец дорвалось до кислорода. Не боль. Не отчаяние. Ярость. Чистая, холодная, ослепительная ярость.

— Я хочу отомстить, — произнёс я, и голос мой прозвучал глухо, но твёрдо. — Оболонской. Этим ублюдкам, что убили меня. Всем им. Всей этой ёб.ной гнилой системе.

— Молодец, — глаза Германа сверкнули удовлетворением. — Начнём, пожалуй, с Оболонской.

— Каким образом?

— Ты же знаешь, что у неё есть клан в Этернуме? Кстати, не из последних...

— Серьёзно?

— Да, — кивнул Герман. — Клан «Грифонье Крыло». Светлые, разумеется. Владеют обширными землями на востоке, несколько замков, пара городов, торговые пути. Официально лидером числится её муж, Оболонский-старший, но по факту всем управляет она. Тянет за все ниточки, как и в реале.

Всё как в реале — вспомнил я. Ведь мужа я даже не видел. Он был где-то там, на заднем плане, пока его жена вершила судьбы.

— Да, — снова кивнул я. — «Грифонье Крыло». Я слышал о нём. По-моему, входит в топ-100. И как же мне добраться до неё?

— Пока прокачивай подземелье. Я отправлю тебе в сообщения стратегию развития — что строить, что нет. И как. С пометками и комментариями. Как лучше размещать здания. А потом уже расскажу, как именно добраться до неё. Так будет проще, чем объяснять на словах.

— Согласен...

Странник собирался уже уйти, как я вдруг вспомнил о донимавшем меня вопросе. Едва не забыл, из-за свалившихся новостей.

— Слушай, Герман... — я замялся.

— Да?

— А как получилось, что у меня шанс мгновенного убийства проходил с такой большой вероятностью? Это же какой-то бред. Неужели бафф так решает?

— Я думал, ты уже и не спросишь, — фыркнул странник. — Задумал повторить ещё раз?

— Ну, если возможно... — протянул я.

— Не возможно. Повлияло многое. Совокупность факторов. И бафф тоже. А ещё, если не лукавить, руку приложил я, наложив на тебя своё благословение. Ну и нельзя забывать о том, что ты не NPC, а живой человек. Игра учитывает твою волю. Ты хотел, чтобы шанс прошёл. Сильно хотел. И он прошёл. Твои желания. Простые NPC не умеют чего-то желать, хотеть, испытывать такие эмоции, как люди.

— Простые NPC? А есть непростые?

— Есть и непростые. Непростые NPC — это боги. Их воля и желания трактуются игрой как закон. Конечно, с оглядкой на сотни правил и ограничений, иначе бы наш... их мощь была бы бесконечна.

— Понятно. А что за такое твоё благословение?

— Забей, — отмахнулся Герман. — Больше такого я сделать не могу — это всё, что тебе следует знать.

— Хорошо, — кивнул я, делая вид, что не заметил оговорку Германа.

Он хотел сказать «наша мощь была бы бесконечна». А значит, он тоже бог. Если вспомнить о символе, который я видел на письменных принадлежностях, то, возможно, я смогу докопаться до того, кто же есть этот Герман. Но это позже.

...

Герман ушёл. Отправил мне в сообщениях форума подробную таблицу с графиком развития и ушёл — как всегда, без лишних прощаний, оставив меня одного.

Для реализации этого плана требовалось долго и упорно трудиться. Прокачивать подземелье. Строить. Нанимать. Усиливать. И я был к этому готов. Впервые за всё время я осознал, какой бесцельной и глупой была моя жизнь до этого момента. Я просто пытался выжить — день за днём, атака за атакой, — как загнанный зверь, который думает только о том, как дотянуть до утра. А теперь всё изменилось. Теперь я знал, чего хочу. И я шёл к этому.

Аукцион. Уже сегодня.

Кроме делового настроя — продать шмот как можно дороже, выручить максимум ресурсов для дальнейшего развития, — из головы не шла Алёна. В глубине души мне хотелось повидаться с ней. Всё же один из немногих приятных моментов в моей новой... жизни, если можно её так назвать.

Хотя с другой стороны, надо признаться, она меня пугала. Меня и влекло к ней, и отталкивало одновременно. Сложное чувство — стоять рядом с тем, кто выглядит как человек, говорит как человек, но не является им. Она — NPC. ИскИн. Её мысли, её желания, её поступки — всё это не поддаётся рациональной логике. Что у неё в голове? Как она воспринимает меня? Видит ли она во мне просто забавного маленького Хранителя, как в прошлый раз? Или что-то большее? Зачем она подарила мне своё перо? Которое, кстати, я зачем-то продолжаю носить с собой. И даже Герману не рассказал, хотя была мысль...

Что она хочет? Какие цели преследует?

Неизвестно. И, наверное, никогда не будет известно. Но я всё равно хотел её увидеть. Хотя бы на минуту. Хотя бы просто поздороваться.

Я вошёл в портал. С замиранием сердца, одновременно желая и не желая видеть свою «подругу», посмотрел по сторонам. Выдохнул с облегчением. Её нет.

Отправился к распорядителю, выставил на аукцион свой лот — «Диадему Проклятого Оракула». Я не собирался спешить. Завышать цену, ожидая, что кто-то, кому она очень нужна, купит выше рынка, я тоже не стану. Это глупо — я добуду больше ресурсов, если как можно раньше запущу собственное производство. Просто не хочу продешевить. Хочу выручить за неё максимум того, что возможно в текущей ситуации и в столь короткий срок.

Когда я выставил лот, несколько высокоуровневых Хранителей — девяностые-сотые уровни — косились на меня с плохо скрываемым недоумением. Откуда у новичка десятого уровня такой шмот? Диадема восемьдесят пятого уровня, редкая, часть мощного сета — это вам не руда с низкоуровневого данжа. Вопросов они не задавали, просто таращились. Я делал вид, что не замечаю. Плевать на них.

Первое предложение пришло почти сразу. Хранитель с ником «Тёмный Бастион», сто восьмой уровень, предлагал обмен: восемьдесят единиц базальта, полсотни проклятых самоцветов, тридцать кристаллов душ, двадцать единиц могильной земли, столько же гнилой породы и десять тёмных опалов.

Я задумался. Ресурсы были нужны все, особенно базальт и тёмные опалы — без них я не построю ни одну шахту. Но хватит ли этого? Я прикинул в уме рыночные цены. Пожалуй, маловато. Можно подождать ещё.

Пришло ещё несколько предложений. Все плюс-минус одного уровня: где-то больше опалов, где-то больше базальта. Где-то добавляли немного больше тёмного серебра, где-то — кристаллы душ. Но в целом всё крутилось вокруг одних и тех же ресурсов и одних и тех же объёмов.

Я задумался. Если учесть, что базальтовая шахта — пусть и на минимальной мощности — уже работала, то на базальт нужно ориентироваться в последнюю очередь. А вот тёмных опалов у меня не было совсем, и без них я не построю никакой другой шахты. И совсем не факт, что Алтарь поможет мне в этот раз.

Прошло ещё несколько дней. Новых предложений не приходило. Понятно, что лот у меня специфический — диадема на мага, восемьдесят пятый уровень, часть редкого сета. Не каждому Хранителю нужен такой предмет, а тем, кому нужен, может просто не хватать ресурсов. Да и требую я за него не совсем обычные вещи. Может быть, если оставить диадему у себя и подождать недельку, Хранители смогут подкопить нужные ресурсы, и на следующем аукционе кто-то да выкупит... Но у меня не было этой недели!

Ещё день.

Время аукциона выходило. Оставалось всего два дня. Стоящего предложения я так и не получил.

Я уже совсем отчаялся, как вдруг поступило новое предложение. Очень щедрое. Почти в два раза перебивающее предыдущие запросы. Я уставился на цифры, не веря глазам. Ого! Кому это так сильно нужна эта Диадема? Впрочем — какая разница. Главное, что ресурсы у меня будут.

Я нажал «Принять».

Через десять минут в зал вошли они — миньоны подземелья, где проходил аукцион. Четырёхрукие зелёные монстры, покрытые чешуёй, ростом под три метра. Каждый тащил на себе по огромному тюку с ресурсами. Они двигались слаженно, деловито, сгружая добычу прямо у моих ног — гора базальта, проклятых самоцветов, тёмных опалов, могильной земли и прочего всё росла и росла.

Я заворожённо наблюдал за этим приятным зрелищем, как вдруг опомнился. У меня-то подобных гигантов нет! До конца аукциона даже по местному времени осталось чуть больше десяти часов! А мои рудокопы — тощие скелеты, и всё это богатство им придётся таскать на руках. Долго. Очень долго. Я мысленно свистнул своих работяг, и те, бряцая костями, уже спешили к горе ресурсов, готовясь к многочасовой погрузке.

Скелеты заходили в портал, исчезали в серебристой завесе, а через некоторое время возвращались обратно — уже с пустыми руками. Ходка за ходкой. Один за другим. Базальтовые блоки исчезали из зала и появлялись в моём хранилище. За ними следовали проклятые самоцветы, тёмные опалы, могильная земля, гнилая порода — всё, что я выручил за диадему.

Я смотрел на этот бесконечный конвейер и чувствовал странное умиротворение. Мои тощие рудокопы, бряцая костями, деловито курсировали туда-сюда, и каждый их рейс делал моё подземелье чуточку богаче. Мерный стук костяных ног по каменным плитам звучал как музыка. Наблюдая за ними, я и не заметил, как сзади подошла Алёна.

— Привет.

— Привет, — я обернулся, и по спине предательски потекло тепло. Ну почему она на меня так действует? Стоит ей просто заговорить — и я уже не могу собраться с мыслями.

— Выгодная сделка? — лукаво улыбнулась девушка.

— Можно сказать и так, — пожал плечами я, стараясь сохранять невозмутимость.

— Рада за тебя, — она достала что-то и принялась вертеть в руках. Какой-то головной убор... Да это же моя диадема!

— Стоп. Так это ты купила её? — уставился я на Алёну.

— Как ты угадал? — притворно удивилась она, тряхнув волосами.

— Но зачем? — не купился на её показную наивность я.

— Мне очень нужна эта... диадема, — Алёна взглянула мне прямо в глаза, отчего по спине вновь пробежала дрожь.

— Как скажешь, — я отвернулся, вновь уставившись на своих скелетов.

За показным равнодушием я скрывал недоумение. Что ей надо от меня? Вряд ли ИскИн-Хранитель, машина заточенная на рациональность, просто так интересуется другим Хранителем, к тому же гораздо более низкого уровня. К тому же что-то делает в ущерб себе, покупая по завышенной стоимости. Такое попросту невозможно. А значит где-то есть подвох... Герман научил меня тому, что никто ничего не делает для тебя просто так. И что нужно Алёне, я пока не понимал.

— А ты быстро растёшь, — после неловкой паузы, слегка растерянно произнесла девушка из-за спины. Кажется, она ожидала от меня немного другой реакции. Благодарности, или ещё чего-то, но точно не такой.

— За это надо спасибо Герману сказать, — ответил я.

— Герману? — в голосе Алёны прозвучало такое искреннее недоумение, смешанное с нешуточным испугом, что я повернулся к ней.

Её красивое, тонкое лицо побледнело, брови дрогнули, а в глазах на мгновение мелькнуло что-то. Страх. Губы приоткрылись, показывая два ряда абсолютно белоснежных и ровных зубов. Она не произнесла ни слова — просто смотрела на меня, словно ожидая, что я скажу что-то ещё.

— Странник. Торговец. Он заходит ко мне... Подсказывает порой... — не вдаваясь в подробности, ответил я. Судя по реакции Алёны, я уже понял, что вообще зря об этом упомянул.

Потупив взгляд, Алёна скомкано попрощалась и ушла, а я остался один, озадаченный её странным поведением. Понятно, что ей что-то было от меня нужно и её подарок не просто так, не хотелось только угодить в очередной долг. Ведь кто знает эти здешние правила? Уже один раз обжёгся... А её поведение, когда она услышала о Германе? Мне показалось, что она сразу поняла, про кого я говорю. И она его боится. Сильно.

Я вернулся в подземелье и сразу же начал масштабное строительство. Шахты, стены, ворота, башни — всё росло как на дрожжах, пожирая горы ресурсов, добытых на аукционе. Укреплял оборону, закладывал фундаменты новых зданий, нанимал новых миньонов. По совету Германа — первым делом занялся скелетами-лучниками.

У них открывалось два направления развития.

Первое — Скелеты-снайперы. Высокий уровень мастерства стрельбы. Эти бойцы получали доступ к снайперским лукам — огромным, тяжёлым лукам, позволяющим посылать стрелы очень далеко и наносить чудовищный урон. Чтобы использовать такие луки, у скелетов были непропорционально длинные и толстые руки, в каждой — несколько лишних суставов. Высокая ловкость, идеальный глазомер, могучие верхние конечности. Взамен — штраф на скорость перемещения и полная беспомощность в ближнем бою.

Второе — Скелеты-метатели. Эти были вооружены короткими тяжёлыми копьями-дротиками, которые метали со средней дистанции. Высокий урон. В другой руке — щит, позволяющий защищаться в ближнем бою. Быстрые, ловкие, способные дать отпор, если враг прорвётся в строй.

Скелет-метатель.

Уровень: 20.

Тип: Боевой / Средняя нежить.

Описание: Этот скелет не носит тяжёлых доспехов и не держит строй. Его стихия — скорость, манёвр и внезапный удар. В правой руке он сжимает короткое тяжёлое копьё-дротик с зазубренным наконечником, способное пробить даже стальной нагрудник. В левой — лёгкий круглый щит, усиленный костяными пластинами. На поясе — колчан с шестью запасными дротиками. Его кости легче, чем у стража, но прочнее, чем у обычного лучника. Движения отточены и экономны. При жизни он, возможно, был легионером или наёмником, привыкшим к коротким, яростным схваткам. Теперь он служит другому командиру.

Характеристики:

Физические:

Сила: 22.

Ловкость: 30.

Выносливость: 18.

Скорость: 28.

Магические (ментальные):

Интеллект: 6.

Мудрость: 6.

Воля: 10.

Восприятие: 14.

Боевые параметры:

Здоровье: 480/480.

Урон: 55-70 (дротик, ближний бой), 80-110 (метание дротика).

Броня: 12.

Навыки:

Активные:

«Бросок. Уровень 3» — скелет метает дротик во врага. Урон: базовый × 1.5. Дальность: 20 метров. Перезарядка: 4 секунды.

«Пробивающий бросок. Уровень 3» — усиленный бросок дротика, игнорирующий 30% брони цели. Урон: базовый × 2. Дальность: 20 метров. Перезарядка: 15 секунд. Примечание: «Хороший дротик пробивает всё. Плохой — тоже, но хуже».

«Удар щитом. Уровень 2» — скелет бьёт врага щитом, нанося небольшой урон и накладывая эффект «Ошеломление» на 2 секунды. Сила эффекта: 15. Перезарядка: 8 секунд.

Пассивные:

«Метатель. Уровень 3» — увеличенная дальность метания дротиков на 25%. Повышенный шанс критического удара при метании на 10%.

«Быстрые ноги. Уровень 2» — скорость передвижения увеличена на 20%.

«Стойка с щитом. Уровень 2» — при поднятом щите блокирует 15% входящего физического урона спереди.

«Мастер лёгкой брони. Уровень 2» — позволяет использовать лёгкую броню без штрафов. Даёт бонус к скорости передвижения.

«Владение древковым оружием. Уровень 2» — позволяет использовать древковое оружие без штрафов.

Особенности:

Нежить — не нуждается в еде, воде, сне и мотивационных тренингах. Отсутствует боевой дух.

Костяк — имеет 50% шанс избежать стрелковой атаки из лука или арбалета.

Преданность — не может быть подкуплен, запуган или обращён в бегство.





Скелет-метатель





Скелет-снайпер.

Уровень: 20.

Тип: Боевой / Средняя нежить.

Описание: Этот скелет — воплощение терпения и смертоносной точности. Его тело непропорционально: длинные, неестественно вытянутые руки с дополнительными суставами позволяют натягивать тетиву снайперского лука до немыслимого усилия. Такой лук — огромная, тяжёлая машина из кости и тёмного дерева — лежит в его руках как продолжение тела. Стрелы, выпущенные из него, летят на огромное расстояние и пробивают самые толстые доспехи. Снайпер носит лёгкую броню, не стесняющую движений рук, и практически не двигается с позиции. Его глазницы горят холодным синим огнём, а взгляд устремлён куда-то вдаль — туда, где находится цель. При жизни он мог быть охотником, лучником или просто терпеливым убийцей. Теперь он ждёт приказа.

Характеристики:

Физические:

Сила: 10.

Ловкость: 35.

Выносливость: 12.

Скорость: 8.

Магические (ментальные):

Интеллект: 8.

Мудрость: 10.

Воля: 14.

Восприятие: 25.

Боевые параметры:

Здоровье: 250/250.

Урон: 120-160 (снайперский лук).

Броня: 6.

Навыки:

Активные:

«Точный выстрел. Уровень 4» — выстрел, наполненный некротической энергией. Наносит двойной базовый урон. Игнорирует 20% брони цели. Дальность: 60 метров. Перезарядка: 12 секунд.

Примечание: «Одна стрела. Одна цель. Один труп».

«Выстрел по уязвимости. Уровень 3» — снайпер выцеливает слабое место врага. Наносит тройной базовый урон. Игнорирует 40% брони цели. Требует 3 секунды подготовки (неподвижен). Дальность: 60 метров. Перезарядка: 60 секунд.

Примечание: «Терпение. Вот главное оружие снайпера».

Пассивные:

«Снайпер. Уровень 3» — увеличенная дальность стрельбы на 50%. Повышенный шанс критического удара на 20% при стрельбе с дистанции более 30 метров.

«Орлиный глаз. Уровень 2» — увеличенная дальность обзора на 40%. Возможность видеть скрытые цели на расстоянии.

«Неподвижная цель. Уровень 2» — если снайпер не двигался более 5 секунд, его следующий выстрел наносит на 30% больше урона.

«Мастер лёгкой брони. Уровень 2» — позволяет использовать лёгкую броню без штрафов.

«Владение луком. Уровень 4» — позволяет использовать снайперские луки без штрафов. Даёт бонус к урону и дальности стрельбы.

Особенности:

Нежить — не нуждается в еде, воде, сне и мотивационных тренингах. Отсутствует боевой дух.

Костяк — имеет 50% шанс избежать стрелковой атаки из лука или арбалета.

Преданность — не может быть подкуплен, запуган или обращён в бегство.

Уязвимость — штраф к скорости передвижения -40%. В ближнем бою наносит только 20% урона. Не может использовать щиты.





Герман рекомендовал выбрать оба направления сразу. Снайперы — на башнях, усиленные рунами, бьющие с огромной дистанции. Метатели — впереди, за спинами стражей. При необходимости прикрывают фланг, служат резервом, если строй рушится, или же преследуют отступающего врага, засыпая дротиками в спину.

Я так и сделал. Апгрейдил два кладбища воинов, по одному типу новых бойцов в каждом. Нанял максимальное количество доступных юнитов — по четыре в каждом кладбище.





Глава 6. План.


Следующее, что нужно построить, — Кузницу Смерти.

Я долгое время закрывал вопрос снаряжения своих воинов, латая дыры в экипировке тем, что удавалось выменять на аукционе или снять с убитых игроков. Либо тем, что мне дарили союзники из клана «Серебряные Клинки». Но это была временная мера. Постоянно покупать снаряжение — денег не напасёшься. Нужно своё производство.

И вот она — Кузница Смерти. Огромный зал, вырубленный в толще базальта. В центре — пылающий горн, в котором ревёт пламя, подпитываемое некротической энергией. Оно не красное и не жёлтое — зеленовато-синее, холодное на вид, но обжигающее не хуже обычного огня. Вдоль стен — наковальни, за которыми трудятся скелеты-кузнецы. Их костяные пальцы сжимают молоты, и мерный звон металла разносится по всему замку.

В Кузнице Смерти за относительно небольшую цену — ресурсы, которые я и так добываю в шахтах, — предоставлен целый ряд снаряжения различной силы и качества. Конечно, не редкого. Никаких эпических доспехов и легендарных клинков. Но на уровне необычного — всё, что нужно моим бойцам: луки, копья, дротики, щиты, броня, шлемы. Простое, надёжное, созданное специально для нежити оружие, которое не сломается после первого же боя.

Теперь вопрос снаряжения миньонов решён. Больше не нужно ни у кого ничего выпрашивать. Мои шахты дают ресурсы — моя кузница превращает их в оружие. Мои бойцы вооружаются. Мой замок становится сильнее. И с каждым днём я слышу этот звук — мерный звон молотов, — который означает одно: мы готовимся. И когда придёт время, мы встретим врага во всеоружии.

Скорость добычи ресурсов росла. Как и сила подземелья. Я чередовал направления развития: строил хозяйственные постройки, затем оборонительные или боевые. Хватило денег на Курган. В плане Германа его не было, но я не удержался и построил. Уж очень большое впечатление на меня произвела сила живущего в нём босса. К тому же план странника носил рекомендательный характер, так что я вполне мог от него отклониться...

Теперь в Кургане спал гигантский Костяной Колосс, призванный защищать подземелье.

Костяной Колосс. Уровень 40.

Тип: Рейдовый босс / Высшая нежить.

Статус: Неуправляем. Действует автономно, подчиняясь инстинктам.

Описание: Исполинская фигура, собранная из сотен, тысяч костей — человеческих, звериных, древних, свежих. Его рост превышает три человеческих, а в груди, там, где у живых бьётся сердце, пульсирует огромный чёрный кристалл — средоточие некротической энергии. Колосс не знает усталости, не ведает страха и не различает своих и чужих. Он просто идёт вперёд, сокрушая всё на своём пути. Единственное, что его сдерживает, — голод. Насытившись, он возвращается в Курган и впадает в спячку до следующего пробуждения. В бою его удары медлительны, но каждый из них способен проломить крепостную стену.

Характеристики:

Физические: Сила: 500. Ловкость: 4. Выносливость: 1150. Скорость: 3.

Магические (ментальные): Интеллект: 2. Мудрость: 2. Воля: 120. Восприятие: 18.

Боевые параметры:

Здоровье: 40 000/40 000.

Урон: 500-800 (костяной кулак).

Броня: 80.

Скорость атаки: очень низкая (один удар в 6-8 секунд).

Навыки:

Активные:

«Сокрушительный удар. Уровень 5» — Колосс обрушивает кулак на землю, нанося урон всем целям в радиусе 5 метров. Урон: 1000-1400. Отбрасывает врагов на 3 метра. Перезарядка: 30 секунд.

Примечание: «Земля дрожит. Кости ломаются. Враги бегут. Недолго».

«Костяные шипы. Уровень 5» — из-под земли в радиусе 8 метров вырываются десятки острых костяных шипов. Урон: 600-900 каждому, кто находится в зоне поражения. Накладывает эффект «Кровотечение» (сила 30, 200 ед. урона в секунду, 10 секунд). Перезарядка: 45 секунд.

Примечание: «Не стой на месте. Беги. Хотя это не поможет».

«Рёв Колосса. Уровень 3» — Колосс издаёт низкий, вибрирующий рёв. Все враги в радиусе 20 метров получают эффект «Ужас» (сила 40) на 8 секунд: снижение атаки на 30%, скорости передвижения на 40%, шанс критического удара — 0%. Перезарядка: 120 секунд.

Примечание: «Услышав этот звук, даже мёртвые вздрагивают. Живые — цепенеют».

Пассивные:

«Несокрушимость. Уровень 5» — игнорирует 40% входящего физического урона. Невосприимчив к оглушению, замедлению, страху и ментальным атакам.

«Костяная броня. Уровень 5» — при получении урона есть 15% шанс заблокировать его полностью.

«Регенерация нежити. Уровень 4» — восстанавливает 200 ед. здоровья в секунду вне боя. В бою регенерация снижена до 50 ед. в секунду.

«Голод. Уровень 1» — шкала насыщения. При 100% шкалы Колосс впадает в спячку. При 0% — выходит из-под контроля и атакует всё живое и мёртвое в радиусе видимости. Пополняется при поглощении существ.

«Поглощение. Уровень 1» — Колосс может поглотить поверженного врага или миньона, восстанавливая 5% здоровья и заполняя шкалу насыщения на 1%. Требует 10 секунд.

Особенности:

Нежить — не нуждается в еде, воде, сне и мотивационных тренингах.

Неуправляемость — не подчиняется прямым приказам Хранителя. Действует согласно инстинктам и шкале насыщения.

Гигант — занимает площадь 3×3 метра. Не может проходить через узкие проходы.

Просто с ума сойти, насколько он силён! Я несколько раз перечитал характеристики Костяного Колосса, каждый раз восхищаясь. Сорок тысяч здоровья. Восемьдесят брони. Урон под восемь сотен. И это только начало! Настоящая машина разрушения, способная в одиночку перемолоть целый отряд.

Очень не терпелось испытать его на игроках.

Я представил, как Колосс выходит из Кургана, как земля дрожит под его шагами, как враги замерзают в ужасе, услышав его рёв. Представил, как он одним ударом сметает танка, как костяные шипы пронзают магов, как его кулак обрушивается на строй и разбрасывает врагов, словно кегли. Интересно, сколько игроков понадобится, чтобы завалить такую тварь? Двадцать? Тридцать? И хватит ли у них смелости вообще войти в подземелье, когда они увидят ЭТО?

Но, к сожалению, очень скоро я понял, почему именно Герман не включил этого сильнейшего юнита в план развития подземелья. Понял, что с Колоссом допустил ошибку.

Прошёл, наверное, день после постройки, когда он вдруг вышел из своего Кургана. Земля вздыбилась, каменные плиты разлетелись в стороны, и исполинская фигура, собранная из сотен костей, поднялась во весь рост. Он пошёл кругами по подземелью, рычал, стонал, издавал жуткие звуки — низкий, вибрирующий гул, от которого дрожали стены.

— Чего это он? — пробормотал я. — Что ему надо?

Колосс ответил на мой вопрос. Вернее, не ответил, а показал. Он подошёл к ближайшему скелету — им оказался неудачливый мясник, — схватил его огромной костяной лапой и засунул к себе в утробу. Раздался хруст. Чавканье. Ещё хруст. Костяные челюсти внутри Колосса перемололи мясника вместе с его тесаком, фартуком, а также частью неразделанного тела.

Тут я заметил под шкалой здоровья Колосса фиолетовую шкалу — «Насыщение». Она медленно поползла вверх. Колосс ещё порычал, обвёл зал пустыми глазницами и улёгся обратно в курган. А я недосчитался одного мясника. Со снаряжением, кстати.

Пиз.ец. Теперь понятно, почему его не было в рекомендованных. Если он будет так вылезать и сжирать по скелету, это хорошо так скажется на темпе моего развития.

Просто замечательное решение — построить этого Колосса...

Я подошёл к Кургану и заглянул в меню. Вот оно — то, чего я не заметил сразу. В самом низу, мелким шрифтом, притаилось примечание:

«Костяного Колосса нельзя просто улучшить. Его уровень растёт только при поглощении других существ. Текущий уровень: 30. Шкала опыта 1%. Требуется для повышения уровня: 100% шкалы опыта».

Тогда понятно. Интересно, ему только скелеты годятся, или врагами он тоже может насыщаться?

— Ну что, как всё идёт? Вижу, решил немного отклониться от плана? — ехидно заявил Герман, когда заявился в очередной раз.

Вопрос риторический.

Я как раз пытался подложить под Колосса рудокопа первого уровня, намеренно созданного для этого и выставленного прямо перед курганом. Тщетно. Колоссу рудокоп не нравился, и он искал более «жирные» цели, не обращая внимания на мельтешащего у него под ногами тощего скелета. Наконец Колосс сожрал добытчика самоцветов, успокоился и вернулся обратно в курган.

«Может, в следующий раз использовать Одержимость и запрыгнуть ему прямо в рот?» — мелькнула мысль.

Я поднял взгляд на Германа. Тот, хоть и бодрился, вид имел ещё более потасканный и нервный, чем в прошлый раз. Одежда помята, под глазами — тёмные круги, качество шмота явно пониже. Лицо опять новое, черты постоянно слегка плывут, словно он с трудом удерживает его форму в стабильном состоянии. Что он там говорил? Подставился под удар из-за меня? Похоже, ему приходится несладко. Интересно, а если он не сможет сопротивляться таинственным преследователям, они перекинутся на меня?

— Выглядишь неважно... Как дела? Всё хорошо? — полюбопытствовал я, хотя и так видел, что нет.

Герман только отмахнулся — мол, пустое.

— Что-то хотел? — спросил я после недолгой паузы.

— Да. Вижу, подземелье неплохо так разрослось, — Герман кивнул в сторону огромного здания, стоящего в центре замка.

Это была Библиотека Проклятых Знаний — величественный зал, уходящий сводами в темноту. Вдоль стен тянулись бесконечные стеллажи, заставленные древними фолиантами, гримуарами и свитками. Книги сами переворачивали страницы, с них срывались багровые искры, а воздух был пропитан запахом старой бумаги, пыли и магии. Скелеты-исследователи в тёмных балахонах склонялись над столами, изучая новые технологии. Им помогали скелеты-маги. Последние не просто изучали новые знания — они впитывали их, и с каждым новым открытием росли в уровне, а вместе с ними росла и сила подземелья. Библиотека открывала доступ к уникальным улучшениям, недоступным при обычной прокачке: новые заклинания для Хранителя, усиления, чертежи для кузницы, новые строения, новые навыки для миньонов, новые технологии.

— Да, — кивнул я.

— За сколько удалось продать диадему? — полюбопытствовал Герман, оценивающе глядя на укрепления.

Я назвал цену.

— Ого! — странник удивился. — Весьма и весьма неплохо! Да у тебя явно торговая жилка есть! Или же я давно не следил за рыночными ценами...

— Да нет, это и правда выше рынка. Одна знакомая подсобила, — ответил я, решив, пользуясь случаем, прояснить ситуацию с непонятной реакцией Алёны.

— Знакомая?

— Да. Хранительница, девяносто пятый уровень.

— Как её зовут? Что за подземелье? — голос Германа стал деловым.

— Какое подземелье — не знаю... Зовут Алёна, — мне почему-то стало казаться, что, рассказывая об Алёне, я делаю что-то неправильное. Наверное, не стоило ничего говорить. В голове, как назло, всплыло перепуганное лицо Алёны... Чёрт...

— Алёна... — Герман нахмурился. — Красивая?

— Безумно, — подтвердил я, прежде чем успел подумать.

— Хорошо, — кивнул странник.

Он больше ни о чём не спрашивал, но мне показалось, что на его лице промелькнуло скрытое торжество, а также чувство... какого-то скрытого превосходства, что ли. Ох, не накликал ли я на Алёну беду...

— Ладно, давай к делу, — торопливо произнёс Герман, осознав допущенную оплошность. — Потому что времени у нас всё меньше. Пора готовиться к выходу на поверхность.

— Но я и так уже несколько раз выходил. Хорошо так прошёлся по окрестным землям, — протянул я, вспоминая свой последний рейд на поверхность... Несколько десятков слитых игроков, добытые души, дроп. Нам удалось весьма неплохо поживиться.

— Знаю. Но теперь есть конкретная цель.

Герман разложил на земле карту окрестных земель — старую, потрёпанную, с пометками, сделанными от руки. Я склонился над ней, вглядываясь в знакомые очертания Мёртвой Пади и прилегающих территорий.

— Смотри сюда, — странник прочертил на карте круг, обозначающий доступный мне радиус. Затем ткнул пальцем в извилистую линию, обозначавшую дорогу. — Сейчас идёт большая война. Светлые смогли оправиться от ударов и теперь даже слегка теснят тёмных на востоке, имперская армия впервые за всё время наступает, и ей нужно снабжение. Со всех окрестных городов, со всех деревень, со всех замков тянутся обозы — везут оружие, броню, зелья, свитки, провизию. Но основная масса войск брошена на фронт, и обозы охраняются хуже обычного. Каждый лишний клинок сейчас нужнее на передовой, чем в тылу. А здесь, — его палец остановился на точке почти у самой границы радиуса действия Склепа Дальнего Пути, — проходит старый торговый тракт из Северного Предела. Он идёт через лес, огибает Мёртвую Падь с востока и выходит к имперскому лагерю. По этому тракту раз в несколько дней ходит небольшой обоз — пара телег с провизией и снаряжением. Охрана стандартная: три-четыре легковооружённых игрока двадцатого-двадцать пятого уровня, пара NPC-лучников, возница. Возможно, маг поддержки.

Он обвёл пальцем участок леса у дороги/

— Вот здесь — идеальное место для засады. Дорога сужается, с одной стороны глубокий овраг, с другой — густой кустарник. Снайперов посадишь на холм, метателей — в кусты у дороги. Атакуете. Снимите охрану с дистанции, добьёте выживших в ближнем бою. Главное — сделать всё быстро и тихо. Никто не должен уйти. Первыми старайся убивать стрелков.

— А можно у тебя взять такую карту? — спросил я, с любопытством разглядывая рельеф окрестных земель. — А то я исследовал только малую часть.

— Дарю, — легко ответил Герман. — Слушай дальше. Охрана, как я уже сказал, стандартная. Но есть нюанс: обоз ходит регулярно, раза два в неделю. Если ты нападёшь один раз — спишут на случайность, на диких мобов, на что угодно. Если два — насторожатся. Если три — вышлют карательный отряд или усилят охрану до такого уровня, что ты уже не пробьёшь. Так что сильно наглеть не стоит.

— Понял, — кивнул я. — Будем по чуть-чуть отщипывать.

— Да. К тому же хороших целей в округе ещё хватает. Но обоз — это самое лакомое. И самое безопасное для первого раза. Готовь отряд. Выступаете завтра на рассвете.

...Я стоял у Склепа Дальнего Пути и проверял снаряжение. Склеп второго уровня — двенадцать саркофагов вместо десяти, плюс несколько усилений для воинов в рейде: бонус к скорости передвижения, повышенный шанс критического удара и сопротивление магии света. Время рейда теперь составляло сорок восемь часов. Двое суток за пределами подземелья.

Я взял с собой шестерых скелетов-метателей и шестерых снайперов двадцатого уровня. Первые — быстрые, вооружённые короткими тяжёлыми дротиками и щитами. Вторые — медлительные, с непропорционально длинными руками и огромными луками. Я вселился в одного из метателей — так я мог и командовать отрядом, и при необходимости вступить в ближний бой.

Мир померк. А потом — вспышка. Мы очнулись на поляне.

Мёртвая Падь встретила нас привычным серым небом и чёрными стволами деревьев. Но теперь это был не просто проклятый лес. Вокруг, среди искорёженных ветвей, двигались умертвия — не жалкие волки пятого уровня, а сильные твари пятнадцатого. Они были быстрее, мощнее, некоторые щеголяли мутациями: две головы, ядовитая пасть, костяные наросты на шкуре. Каждый из них уже получил пару десятков усилений в Алтаре внешних земель, и это было заметно. Один из волков — огромный, с тяжёлыми костяными пластинами на боках — подошёл ко мне и замер, ожидая приказа. Его глаза горели холодным белым огнём.

Я оглядел свой отряд. Двенадцать элитных бойцов. Стая мёртвых волков, готовых, если что, прикрыть спину отступающему отряду. Двое суток впереди. Пора выступать. Обоз не ждёт.





Глава 7. Обоз.


Дорога к месту засады, что обозначил Герман, тянулась почти двадцать километров. Спустя десять минут лёгкого бега мы уже были у границы Мёртвой Пади — теперь она разрослась раза в три и занимала обширную территорию к востоку и югу от подземелья. Чёрные деревья, серая трава, тусклое небо — всё это оставалось за спиной, а впереди уже виднелись первые признаки живой природы.

Волки-умертвия провожали нас до самой границы. Они бесшумными тенями скользили рядом, ступая костяными лапами по мёртвой земле, и остановились как вкопанные, едва мы пересекли невидимую черту. Их глаза горели белым огнём, но они не сделали ни шагу дальше — просто стояли и смотрели нам вслед, пока наш отряд не скрылся за деревьями. Я велел им ждать нас здесь. Вдруг будем не одни и понадобится помощь...

Дальше пошли только скелеты. Двенадцать костяных фигур. Двигались быстро, но без спешки. Скелеты-метатели рвались вперёд, а снайперы чуть отставали — их длинные руки с дополнительными суставами покачивались в такт шагам, огромные луки были закинуты за спины.

Лес здесь был другим. Живым. Я давно не бывал в таких местах... И каждый раз, когда доводилось в них очутиться, на меня накатывал приступ ностальгии по прошлым временам. Высокие сосны и раскидистые дубы, солнечный свет сквозь листву, запах хвои и влажной травы — всё это я почти забыл. Мы перешли через ручей — узкий, прозрачный, с каменистым дном, — и я на мгновение задержался, глядя, как вода омывает костяные ступни моих бойцов. Потом был ещё один ручей, пошире, через который перекинули деревянный мост. Доски заскрипели под ногами, когда мы прошли по нему. Сразу за мостом была широкая цветочная поляна.

Потом река. Неширокая, но быстрая. Перешли вброд, где вода доходила до колен. Течение пыталось сбить с ног, но скелеты, твёрдо ступая, легко перешли стремительный поток воды. Я задержался посреди реки, глядя, как солнечные блики играют на воде.

За рекой лес стал гуще. Пели птицы. Я заметил оленя — он стоял на холме и смотрел на нас, не понимая, что за существа идут через его лес. Через секунду исчез, испуганный.

Вдруг один из метателей подал сигнал. Я замер. Дал команду скелетам спрятаться в кустах. Спустя пару минут увидел их — двоих игроков пятого уровня. Сидели у костра на поляне, жарили мясо, беззаботно болтали. Оружие валялось рядом на траве.

Я поднял руку, приказывая отступить. Повторения истории с Гнилым Лугом не хотелось. Тогда одна случайная стычка переросла в целую облаву на мой отряд, и я чудом унёс ноги. Сейчас мы шли в другую сторону, населённых пунктов поблизости не было, и всё же рисковать целым рейдом ради пары душ и сомнительного дропа — глупо. Я махнул рукой вправо, и отряд, обходя поляну по широкой дуге, скрылся в чаще. Игроки так ничего и не заметили.

Когда лес кончился, мы вышли к цели. Дорога, о которой говорил Герман, лежала перед нами — узкая, извилистая, прижатая с одной стороны к оврагу, с другой — к густому кустарнику. Идеальное место. Я расставил снайперов на холме, метателей спрятал в кустах у дороги. Оставалось только ждать. И ждать пришлось недолго. Прошло около часа, когда с востока донёсся скрип тележных колёс.

Я припал к земле за кустом и вгляделся в дорогу. Из-за поворота, медленно переваливаясь на ухабах, выползала первая телега. За ней вторая. Третья. Четвёртая. Пятая. Шестая.

Шесть телег. Твою мать, Герман.

Я насчитал шесть телег, гружённых под завязку — ящики, тюки, бочки. Всё это тащили низкорослые, коренастые шестилапые твари. Шестилапы. Их разводили далеко на севере, в горах. Они славились своей силой, неприхотливостью и выносливостью. Из-за этих качеств они разошлись не только по всей Империи, но и далеко за её пределами. Их продажа составляла далеко не самую последнюю строку экспорта. Возницы — NPC, судя по пустым глазам и механическим движениям, — сидели на козлах, лениво пощёлкивая вожжами.

Но главное — охрана. Вместо трёх-четырёх легковооружённых игроков, как обещал Герман, я насчитал восемь. Восемь игроков двадцатого — двадцать пятого уровней. Двое в тяжёлой броне, с мечами и щитами — танки. Трое с луками — явно следопыты, один из них то и дело поглядывал на деревья, высматривая опасность. Ещё двое — маги: один в синей робе, с посохом, покрытым инеем, второй — в тёмно-зелёном плаще, с жезлом, увитым плющом. И наконец, командир — высокий человек в дорогом доспехе, с двуручным мечом за спиной. Тридцатый уровень.

Плюс шестеро NPC-стражников двадцатого уровня в стандартной имперской броне. Они шли пешком по бокам каравана, держа копья наперевес. Ещё двое NPC-лучников пятнадцатого сидели на передней и задней телегах, лениво оглядывая окрестности.

Итого — четырнадцать бойцов охраны и в добавок шесть возниц, которые тоже не будут безучастно смотреть на то, как я вырезаю караван. Итого двадцать бойцов. Против моих двенадцати скелетов.

Я выругался про себя. Герман говорил — небольшой обоз, пара телег, стандартная охрана. А тут целый караван. То ли он ошибся, то ли империя усилила снабжение, то ли это вообще не тот обоз, о котором он говорил. Может, параллельный маршрут? Или график сдвинулся, и вместо двух рейсов в неделю они сделали один большой?

Ладно. Отступать поздно. Мы здесь. Снайперы на позициях. Я с метателями в кустах. Даже если захотим отступить или переждать в кустах — не сможем. Следопыты легко заметят нас и не дадут уйти. А если ударить быстро и грамотно, шанс есть. Но теперь нужно действовать ещё осторожнее. И молиться.

Караван был уже совсем близко. Настолько, что я мог без труда рассмотреть в подробностях рисунок на броне стражника. Герб Имперской дорожной стражи — орёл, сжимающий в когтях меч и ветвь.

Солнце играло своими лучами на начищенных шлемах, рессоры телег мерно поскрипывали, ездовые маунты — тяжёлые шестилапые твари фыркали, отмахиваясь от жужжащих мух. Воздух пах пылью, разогретой на солнце травой и звериным потом.

До меня донеслись обрывки разговоров.

— Окрестности чисты, командир, — докладывал один из NPC-стражников своему командиру, лениво оглядывая кусты. — Ни следа от тёмных тварей! Путь спокоен. Надеюсь, доберёмся без приключений. Как же я хочу выпить пива в таверне!

— В «Золотом Кубке» варят отличное тёмное, — поддержал его второй стражник. — После прошлого похода я там целый кувшин в одного усидел. Жена потом ругалась, но оно того стоило.

— Пиво, пиво! Хватит о пиве! — хмыкнул третий. — У меня и так в горле пересохло! Сначала доставьте груз, потом уже о пиве думайте.

— А я своему мальцу обещал привезти из Фаленграда пряник в форме Имперской ладьи. Давно обещал, а сейчас точно привезу. Жду не дождусь, чтобы вернуться поскорее, — мечтательно протянул один из NPC-лучников, молодой парень, у которого едва только пробилась бородка.

Один из игроков — следопыт с луком — не выдержал и громко, театрально вздохнул:

— Как же мне опротивели эти стандартные картонные разговоры, а! Ну вот честное слово — одно и то же каждый раз! «Окрестности чисты, путь спокоен, хочу пива». И ведь не лень им. И стоило нам наниматься в охрану! Скучнейшее задание!

— Скучнейшее не скучнейшее, — развёл руками командир, поправляя перевязь двуручного меча, — зато платят хорошо. И очки славы дают. Лучше, чем дохнуть на передовой и терять шмотки. Десяток караванов — и вот ты уже можешь купить себе необычный комплект. Разве плохо?

— К тому же, если вдруг отобьём атаку, дополнительная награда, — добавил танк, шедший впереди. Он то и дело поправлял щит, с важным видом, словно он тут единственный, кто относится к делу серьёзно.

— Нападут? Ты шутишь? — фыркнул следопыт. — Мы уже четыре раза сходили туда-обратно. И что, напал кто-то? Самое опасное, что было, — это на меня бакланы нагадили, когда мы проезжали возле залива Синих Камней. Вот и все приключения.

— Хорошо, — покладисто согласился командир. — В следующий рейд подыщу другого желающего. Я думаю, что отбоя от них не будет. Если учесть, что контракт на сопровождение у нас уже заключён...

— Да не, я не это имел в виду... — тут же переобулся следопыт, испугавшись, что его отстранят от лёгкой работы. — Я просто говорю, что скучно. Но платят и правда неплохо. Терпимо.

Караван всё ближе и ближе. Первая телега уже поравнялась с нашей засадой. Я поднял руку, готовясь дать сигнал. Сейчас. Ещё мгновение... И первая стрела снайпера сорвётся с тетивы.

— Огонь! — мысленно скомандовал я.

Залп из шести стрел, усиленных «Выстрелом по уязвимости», сорвался с холма. Каждая стрела наносила тройной урон и игнорировала сорок процентов брони. Из-за полной неожиданности две из шести попали критически. Командир даже не вскрикнул — просто захрипел, дёрнулся и рухнул лицом в пыль. Его двуручный меч, который он так и не успел вытащить из-за спины, глухо звякнул о камень. Первая стрела ещё не успела коснуться его тела, когда метатели высыпали из кустов. Шесть дротиков взмыли в воздух и нашли свою цель — грудь одного из магов. Тот покачнулся, выронил посох и рухнул навзничь.

Минус два с ходу. Отличное начало!

Караван взорвался криками. Обезглавленный, лишённый лидера отряд не понимал, что происходит. Все готовились к лёгкой прогулке, бдительность была усыплена, и теперь, когда смерть обрушилась на них с двух сторон, началась паника.

— Командир убит! — заорал кто-то из NPC-стражников.

— Откуда?! Где они?!

— Сзади! Нет, спереди! Со всех сторон!

Маги и лучники, самые уязвимые, видели перед собой отряд обезумевших копейщиков, выскочивших из кустов, и инстинктивно пятились назад, стараясь сделать так, чтобы между нами и ними оказались телеги. Тем хуже для них — ведь с той стороны по ним били снайперы. Ещё залп — и один из следопытов упал со стрелой в горле. Второй попытался укрыться за бочкой, но стрела пробила дерево насквозь, и он закричал, хватаясь за плечо.

Я резко рванул вперёд. Пропустил над головой стрелу одного лучника — тот стрелял навскидку, без прицела, в панике. Принял на щит стрелу другого. Взлетел на повозку, ударом щита сбросил второго мага на землю. Тот попытался подняться, но я уже метнул ему в грудь дротик. Маг заорал от боли и тут же захрипел — его окружили ещё четыре скелета, ударив копьями почти одновременно.

Только сейчас танки сообразили использовать агр. Причём сделали это несогласованно, одновременно друг с другом, тем самым сократив время его общего действия. Один ударил мечом по щиту, выкрикивая провокацию, второй — на долю секунды позже. Их золотистые волны наложились друг на друга.

Сообщения о гибели игроков сыпались одно за другим. Лучники падали под огнём снайперов. Маги, не способные кастовать в ближнем бою, умирали под ударами дротиков. Когда агр кончился, я велел отступать так, чтобы вывести танков на открытое место, где по ним смогут ударить в спину снайперы. Танки купились — рванули за нами, надеясь догнать, и попали под перекрёстный огонь. Ещё минута — и один из них лежал на земле, а второй, раненный, с ХП в красной зоне, отполз под одну из телег.

Организованное сопротивление смогли оказать только NPC. Я их игнорировал, сосредоточившись в первую очередь на игроках. И, как оказалось, зря.

Стражники, видя, что их командир мёртв, а маги и следопыты перебиты, не побежали. Они сомкнули строй, выставили копья и встретили моих метателей грамотно, умело, без паники. Двое моих скелетов напоролись на копья в первые же секунды — один рухнул с пробитой грудной клеткой, второй, раненный, отступил, волоча ногу.

И тут случилось то, чего я не ожидал. К NPC присоединились выжившие игроки. Один из танков, тот что выжил, немного отрегенил здоровье зельями, поднялся из-за телеги с пробитым плечом и встал в строй, прикрывая щитом стражников. Рядом с ним возник уцелевший следопыт — он отбросил лук, вытащил короткий меч и занял место на фланге. А затем и возницы — те самые NPC, которых я особо не считал за бойцов, — повскакивали с козел, похватали длинные копья, лежавшие под сиденьями, и встали плечом к плечу со стражниками.

— Держать строй! — заорал один из них, пожилой возница с седой бородой. — Не пускать тварей к телегам!

Их было чуть больше, чем нас — трое NPC-стражников, один лучник, шестеро возниц. Из игроков всего двое — раненный танк и лучник. Они заняли узкое место между телегами, где мои снайперы не могли достать их. Я попытался было прорваться ещё раз, но нас встретили дружным ударом копий. Пришлось отступить.

— Отходим! — скомандовал я. — Перегруппировка!

Мы отступили в кусты, оставив поле боя за караваном. Скелеты неподвижно замерли, уставившись полыхающими огнём глазницами на врага. Наши потери — двое метателей убиты. Трое ранены. Причём у двух ранения серьёзные.

По моей команде метатели достали из заплечных мешков то, что приготовили заранее — небольшие флаконы с мутной зеленоватой жидкостью. «Слабый Эликсир Мёртвой Регенерации». Его изготовил скелет-алхимик в лаборатории ещё неделю назад, и я распихал флаконы по инвентарям всех бойцов перед выходом. Ингредиенты добывались в подземелье: ядовитые грибы из Пещеры, частички разделанных тел игроков, немного энергии смерти, добываемой в Хранилище Душ. Но оно того стоило — эликсир восстанавливал здоровье нежити прямо в бою. Аналог исцеляющих зелий. Мы выпили. Кости заскрипели, срастаясь, у скелета-метателя с отрубленной ступнёй прямо на глазах выросла новая.

Я выглянул из-за куста. На той стороне игроки как раз пытались воскресить павших. Лучник склонился над телом командира, читая свиток воскрешения. Золотистая аура уже начала окутывать труп.

Я не дал ему закончить. Дротик сорвался с моей ладони и вонзился игроку в плечо, сбивая каст.

— Они вернулись! — заорал кто-то.

— К бою!

Вторая попытка.

Мы зашли сразу с разных сторон, стараясь растащить оборону игроков. Я не собирался лезть в лобовую атаку — после первой стычки стало ясно, что даже остатки каравана способны дорого продать свою жизнь. Вместо этого мы оставались на дистанции, дразня врага глубокими выпадами и провоцируя на ошибки.

Один из возниц попался первым. Он слишком рьяно пытался достать меня копьём, наклонился слишком низко, и я, бросив щит на землю, схватил его копьё обеими руками. Крякнул от усилия, рванул на себя. Возница, не догадавшийся отпустить древко, по инерции полетел на землю, подняв облако пыли. Пока оглушённый NPC приходил в себя, три дротика от моих метателей оборвали его жизнь.

Минус один.

Враг стал осторожнее. Больше не покупаясь на провокации, они сомкнули строй и сосредоточились на обороне. Но время играло против них. Раненый следопыт истекал кровью — мой дротик всё ещё торчал у него из плеча, а вылечить кровотечение было нечем и некому. Целителей в группе не было, а времени перебинтовать рану мы не давали. Здоровье танка тоже висело в красной зоне, и он то и дело косился на свой пояс, где раньше висели зелья лечения, а ныне пустые склянки.

Мы провели несколько ложных атак с разных сторон. Метатели выскакивали из кустов, делали вид, что бросаются в атаку, и тут же отступали. Танк дёргался, пытаясь прикрыть то один фланг, то другой. Наконец он подставился. Я метнул дротик, целясь не в грудь и не в голову, а в ногу — туда, где броня была тоньше. Дротик вошёл точно в колено. Игрок заорал от боли, припал на раненую ногу, щит опустился.

Этого мгновения хватило. Стоящий поблизости метатель метнул дротик прямо в забрало танка. Короткий хрип — и игрок рухнул навзничь. Выпавший из руки щит покатился по земле.

Идеально.

Следопыт, ошеломлённый быстрой гибелью товарища, на секунду замешкался. Ещё один бросок — и он тоже отправился к праотцам. Теперь в живых оставались только два стражника и пятеро возниц. С ними было проще. Я дал команду изобразить отступление — скелеты развернулись и побежали к кустам. NPC некоторое время сидели в обороне, ожидая подвоха. Затем, решив, что мы ушли, начали осторожно выбираться из-за телег, стаскивать тела павших товарищей.

И тут же попали под залп снайперов. Трое рухнули сразу. Мы выбежали из кустов, и через минуту всё было кончено. Караван пал.

Убедившись, что весь дроп с игроков и NPC, до последней вещицы, собран, я легко запрыгнул за поводья первой телеги. Ездовые шестилапы — огромные, мохнатые твари с шестью мощными лапами и широкими, как лопаты, копытами — тревожно заревели, почуяв на своей спине нежить. Тот, на которого я сел, дёрнулся, тяжело заворочался, заурчал низким, утробным звуком. Его шкура пошла волнами, и он попытался сбросить меня, резко мотнув корпусом в сторону. Я вцепился в поводья костяными пальцами, сжал коленями бока твари и потянул вожжи на себя, стараясь вспомнить, как это делается. Навык управления маунтами у меня был — в прошлой жизни я не раз правил телегами и даже боевыми скакунами. Сейчас, в теле скелета, ощущения были другими, но руки помнили. Шестилап ещё раз дёрнулся, всхрапнул, но я был настойчив. Ещё пара рывков — и он затих, подчиняясь. Нехотя, с глухим ворчанием, но затих.

«Получен навык: «Наездник на живых. Уровень 1».

Описание: Позволяет совсем немного управлять живыми ездовыми маунтами. Теперь оно не так сильно боится вас. Конечно, животное скорее само решит, куда ему идти, чем послушается вас, но всё же ваше мнение для него будет немного важнее, чем мнение пня, об который оно только что чесало зад.

Я усмехнулся про себя. Вот и первая телега наша. Осталось разобраться с остальными.

— Вперёд, — мысленно скомандовал я одному из метателей.

Тот послушно забрался на шестилапа. Я сосредоточился, мысленно управляя его движениями. Метатели были намного более способными, чем рудокопы или даже простые лучники со стражами. Если тем можно было отдать общую команду и надеяться, что они выполнят её хоть как-то, то метателем я мог управлять практически как марионеткой — каждым движением руки или ноги, каждым поворотом корпуса.

Первая попытка вышла неудачной. Скелет не удержал равновесие, завалился на бок и с грохотом врезался в камни, снёс почти десять процентов здоровья. Шестилап недовольно заворчал и дёрнул ухом.

— Ещё раз.

Вторая попытка — уже лучше. Скелет продержался целых двадцать секунд, даже попытался направить маунта вперёд, но на первом же повороте снова полетел на землю. Тут же вскочил на ноги, готовый к следующей попытке.

— Ещё!

Третья попытка — две минуты в седле. Скелет не только усидел, но и сумел развернуть шестилапа, проехался вдоль телег и спрыгнул сам, без падения.

— Давай! Ещё раз!

Четвёртая попытка — и шестилап подчинился. Скелет сидел в седле уверенно, маунт больше не пытался его сбросить, а послушно шёл туда, куда направляли поводья.

«Ваш миньон получает навык: «Наездник на живых. Уровень 1»...»

Следующий.

С остальными телегами пришлось повторить ту же процедуру. Метатели один за другим забирались на шестилапов, падали, снова забирались. Трое освоили управление с пятой-шестой попытки. Ещё двое — с седьмой и восьмой. На шестую телегу я усадил снайпера. Тому далось особенно тяжело — его длинные, неестественно вывернутые руки совсем не были приспособлены для того, чтобы держать поводья. Он падал раз за разом, и только с десятой попытки сумел усидеть в седле, схватившись за поводья своими многосуставными руками.

Когда наконец все повозки были готовы, я приказал оттащить тела NPC в кусты — чтобы проходящие мимо игроки или разъезды нашли их не так быстро. Тел игроков уже не было — они нажали респаун в деревне. Пора уходить домой, пока гости не пожаловали.

Почему я так опасался, что нас заметят? Казалось бы — одинокий разъезд наткнётся на наш отряд. Финал для него очевиден. Если, конечно, это не высокоуровневый игрок. Что маловероятно: таким игрокам выгоднее путешествовать по воздуху или порталами, их время стоит дороже. Сам таким был, знаю.

Просто в моей прошлой жизни была одна занятная история.

Группа игроков убила Имперского гонца. Не знаю, на что они надеялись и чем руководствовались. Быть может, позарились на богатое снаряжение. Или считали, что, перехватив послание, смогут заработать на этой информации. Не знаю. В общем, гонец пропал. Поначалу всё было спокойно. Вроде бы его даже никто не искал. Игроки расслабились.

Один из них, изрядно перебрав, вздумал щегольнуть в таверне белым плащом гонца Империи. Такой плащ гарантирует полную неприкосновенность во всех местах — городах, странах, баронствах, герцогствах и прочих. Тот, кто посмеет её нарушить, столкнётся с гневом Империи.

Спустя пару дней в этой таверне появился спокойный человек в зелёном плаще. Следопыт. Он ненавязчиво расспрашивал, собирал слухи, общался. Был своим парнем в доску, угощал всех выпивкой. Потом ушёл.

А через пару дней за игроками пришли. Их персонажей убили несколько десятков раз прямо в городе. Не в бою, не в честном поединке — их просто резали, толпой как скот, всё это прямо на глазах у городской стражи. А те лишь отворачивались. Переглядывались и делали вид, что ничего не происходит. Игроки звали на помощь, но, естественно, тщетно.

Убивали их раз за разом. Воскресали — и снова умирали. К концу дня они потеряли почти всё снаряжение, которое было на них надето. Затем их бросили в тюрьму. То, что не забрали убийцы, конфисковали подоспевшие имперские чиновники — «в счёт погашения долга перед Короной за нарушение закона о неприкосновенности гонцов». Долг, разумеется, был таким, что не хватило бы и десяти жизней.

А затем их объявили в чёрный список. За голову каждого была назначена награда — настолько щедрая, что охотники за головами со всего континента потянулись в этот регион. Игроки пытались бежать. Меняли внешность, прятались в глухих деревнях, уходили в подземелья. Но имперские следопыты находили их везде. Жизни в этой части континента им не было. Когда я видел их в последний раз, они сбросили по нескольку уровней, потеряли почти всё имущество и выглядели как загнанные звери. Не знаю, что с ними стало потом. Скорее всего, поменяли персонажей.

Так что могу сказать одно: Империя умеет жестоко мстить. И не жалеет сил, чтобы преследовать того, кто посмеет покуситься на то, что принадлежит им. Конечно, сейчас их силы сосредоточены на войне, но всё же мне не хватало ещё, чтобы сюда потянулись имперские следователи и карательные отряды. Пусть лучше караван просто исчезнет. Без свидетелей и следов.

До подземелья добрались без приключений. Несколько любопытных игроков, высунувшихся проверить, что же там с шумом, ломая кусты, пробирается по лесу, разделили судьбу каравана. Снайперы замечали их раньше меня и делали всю работу сами. Мне оставалось только отдать приказ одному из метателей сбегать проверить, не дропнулось ли чего.

Я ехал, погружённый в мрачные мысли. Эти NPC-стражники, которых я убил... У них не было шанса возродиться — смерть для них окончательна. У них ведь и правда были жёны, дети, которые ждали их где-то там. А теперь из-за моей жажды добычи они никогда не увидят отцов. Мужей.

Тьфу, чёрт. О чём это я?! Это же простые NPC, код, ИскИн, написанный для развлечения. Почему я так проникся?

Я усилием воли отогнал от себя тоску, но она, отступив на чуть-чуть, нахлынула вновь. «NPC, говоришь? — терзал меня червяк сомнения. — А ты сам-то сейчас кто?»

Такой же NPC, как и они, — хмуро ответил сам себе я. — Я зло. И я не выбирал, чтобы быть таким.

Дорога тем временем изменилась. Живой лес начал редеть, уступая место знакомым чёрным стволам и серой траве. Небо затянуло пеленой, воздух стал холоднее и тяжелее. Мы въехали на земли Мёртвой Пади.

Волки встретили нас на границе. Они вышли из-за деревьев бесшумно — десятки горящих белых глаз во тьме. Впереди стояли вожаки: крупные, с костяными наростами на шкурах, с двойными головами или ядовитой слюной, капающей с клыков. Они узнали своих и расступились, пропуская караван. Один из волков, тот что был покрупнее, с бронёй из костяных пластин, подошёл ближе, обнюхал шестилапов. Тоскливо завыл, бросив на меня взгляд.

Я сразу понял, что он хочет, и покачал головой. Рано.

Скелеты принялись разгружать телегу за телегой, перетаскивая дроп в хранилище. Когда-то оно представляло собой один-единственный сундук, а теперь это была целая комната — Сокровищница, уставленная рядами стеллажей из чёрного базальта, коваными сундуками с рунными замками и магическими сейфами, парящими в воздухе. Вдоль стен тянулись стойки для оружия, манекены для брони, полки для зелий и свитков. В центре, на возвышении, покоился Главный Сундук — массивный, окованный тёмным серебром, соединённый магическими нитями со всеми остальными хранилищами подземелья.

Я уже спускался вниз, когда услышал жалобные стоны. Волки рвали на части беззащитных шестилапов. Те кричали — низко, протяжно, с каким-то почти человеческим отчаянием. Я хотел обернуться, остановить их... Можно было отпустить ни в чём не виноватых животных... Но не обернулся.

Я не выбирал, чтобы стать тем, кто я есть. Меня таким сделали.

И горе тому, кто это сотворил.





Глава 8. Гости


Посреди Сокровищницы возвышалась гора добычи. Скелеты уже несколько часов таскали ящики, тюки и бочки, а поток всё не иссякал. Сколько же там всего?!

Наконец, когда последняя телега была разгружена, я облетел хранилище и принялся считать.

Оружие. Шесть больших ящиков с имперскими мечами — необычного класса, с клеймом имперского арсенала, от двадцать пятого до сорокового уровня. Хватит, чтобы вооружить целую сотню бойцов. Ещё три ящика с копьями, два — с боевыми топорами. Отдельно, в обитом бархатом кофре, лежали офицерские клинки — сороковой уровень, с гравировкой по лезвию, с рукоятями из чёрного дерева. Десяток штук. Рядом — офицерская броня: кирасы, наплечники, шлемы с плюмажами. Эти тоже необычного класса, но вдобавок ко всему с зачарованием. Каждый нагрудник, щит, клинок — всё с имперским орлом.

Я открыл следующий ящик и присвистнул. Стрелы. Тысяча стрел, усиленных магией. «Святой удар» — против тьмы и нежити. В моём случае, к сожалению, бесполезны — не с нежитью же мне сражаться в самом деле? Но на рынке за них отвалят хорошую цену. Рядом — ящик с алхимическими бомбами-ловушками, два десятка штук. Я повертел одну в руках: стеклянный шар с огненной смесью внутри, запаянный сургучом. Уровень 10. Весьма сильная штука. Пригодится.

Зелья. Три ящика с лечебными склянками, два — с маной. Противоядия, масло для оружия, катализаторы. Всё аккуратно упаковано, подписано, разложено по ячейкам. Я мысленно поблагодарил имперских интендантов за педантичность.

Ресурсы. Рулоны кожи, связки древесины, слитки стали и железа, мотки верёвок, гвозди, скобы. Инструменты. Целая походная кузница! Настоящий переносной горн. Всё, что нужно для ремонта снаряжения на ходу.

Отдельный сундук — медяки. Гора медяков, которую при пересчёте в серебро едва наскреблось на полторы сотни монет. Похоже, это была касса для мелких расходов и жалования слугам. Негусто, но сойдёт.

Защитные артефакты. Два десятка стандартных имперских амулетов — резист к стрелам, клинкам, тьме. Как правило, такие носили на шее десятники. Простые, массовые, но надёжные. Часть я оставлю себе — пригодятся для метателей, которые идут в ближний бой.

В личных вещах командира — медальон. Я открыл его: внутри портрет молодой женщины и короткая записка. «Возвращайся скорее. Мы ждём». Я захлопнул медальон и отложил в сторону.

Я прикинул в уме: если выкидывать на рынок не всё сразу, чтобы не обрушить цены, то я выручу довольно внушительную сумму. Очень внушительную. К тому же всё продавать я не намерен. Часть ресурсов освоит подземелье — то же железо всегда нужно. С недавнего времени в Плавильне я переплавлял железную и серебряную руду в слитки, но процесс шёл медленно, с большим количеством брака, так что готовое железо было как нельзя кстати. Стрелы с зачарованием против тьмы — на аукцион. Броню и клинки... часть можно продать, часть оставить. Будет забавно видеть скелетов-стражей в полном комплекте брони Имперского офицера. Бомбы-ловушки — себе. Зелья — продать, мне они ни к чему.

Я стоял посреди всего этого богатства и чувствовал, как внутри разливается тепло. Нет, не радость. Скорее — мрачное удовлетворение. Ещё один шаг к цели сделан.

Ещё три недели понадобилось, чтобы продать всё нажитое. Я не спешил: выбрасывал оружие и броню малыми партиями, чтобы не обрушить цены, и ждал. Ждал, когда Хранители, которым нужны имперские товары, созреют для хорошего предложения.

И они созревали. Сделка за сделкой, аукцион за аукционом — и моя казна пополнялась ресурсами, которые тут же уходили в строительство.

Подземелье тем временем достигло четырнадцатого уровня. Теперь это был не просто замок — это был целый подземный город, вырубленный в базальте и усиленный магией. Я глядел на него и где-то из глубин памяти всплывало название «Некрополис». Десятки шахт уходили вглубь на многие и многие метры, и в них трудились сотни рудокопов. Лаборатории гудели от алхимических экспериментов. Библиотека разрослась до трёх корпусов, и в ней скелеты-учёные, скелеты-маги и личи изучали древние фолианты. Магические башни возвышались над стенами, и на их вершинах мерцали Кристаллы Маны и Некротической Энергии. Плавильня работала без остановки, перерабатывая руду в слитки, а в Кузнице Смерти ковали оружие и броню.

Конечно, ещё было куда расти. Стены пока были невысокими — всего лишь полтора метра от земли. Ров неглубокий, урон от призрачного пламени тоже вполне можно было пережить... Но всё ещё впереди.

О главных защитниках подземелья — боевых миньонах — я не забывал. Их количество перевалило за пять десятков. Снайперы на башнях, метатели в авангарде. Скелеты-щитоносцы с огромными ростовыми щитами — этих я одел в имперскую броню, и теперь они стояли в первых рядах, непробиваемые, как скалы. Скелеты-налётчики с двуручными клинками и топорами — быстрые, яростные, способные прорвать строй и посеять хаос в тылу врага. Скелеты-маги, читающие заклинания смерти. Личи, парящие над полем боя и обрушивающие на врагов проклятия и накладывающие усиления на союзную нежить. Подземелье стало напоминать то, что я видел на ознакомительном ролике, когда выбирал путь Нежити.

И в промежуток между аукционами ко мне решили заглянуть игроки. Не слабые. Они не могли быть слабыми, ведь чтобы достичь входа в подземелье, им сперва приходилось преодолевать окружающие земли, которые разрослись до четырёх километров в радиусе и были населены существами двадцатого-двадцать третьего уровня. Теперь там были не только волки-умертвия, но и зомби. Много зомби. Они слонялись по Мёртвой Пади без всякой цели, абсолютно неуправляемые, лишённые инстинкта самосохранения. Но чертовски быстрые, сильные, живучие. Они чуяли бьющееся сердце, чуяли жизнь и рвались к ней, несмотря ни на что. Сносили с ног, давили числом, рвали на части. Убежать от такого зомби было почти невозможно.

А ещё у меня теперь обитали умертвия-шестилапы. Те самые, которых волки разорвали на границе, не умерли до конца — проклятая земля Мёртвой Пади подняла их снова. Но теперь это были не те забитые ездовые твари, что покорно тащили телеги. Нет. Некротическая энергия изменила их до неузнаваемости: из спин проросли костяные шипы, клыки удлинились и торчали из пасти, а хвост превратился в тяжёлые костяные булавы. Они были огромны, быстры и агрессивны. Посмотрел бы я на смельчака, что решит их оседлать. Удивительно, но забитые ездовые животные стали одними из самых сильных защитников Мёртвой Пади. Кто бы мог подумать.

Игроки. Я заметил их ещё далеко на подступах — оповестил Алтарь Внешних Земель. Поэтому скелеты-маги и личи успели покинуть остановить исследования, оставить библиотеку и занять свои позиции на башнях. Две башни. На каждой по восемь снайперов, по четыре мага и по два лича — эти исполняли роль магов поддержки. Они накладывали усиления, и при необходимости должны были исцелять раненую нежить.

Пятнадцать человек. Тридцатые уровни. Подготовленная группа.

Два танка в тяжёлой броне, с башенными щитами, усиленными рунами зачарований.

Хилер в белой робе с золотой каймой, с посохом, увенчанным крупным алмазом.

Два бафера. Первый — «Мастер Баланса», универсал, способный усилить любого бойца от разбойника до мага. Второй — «Хранитель Стихий», специалист по магам. Его баффы увеличивали силу заклинаний, ускоряли восстановление маны и снижали время отката.

И десять магов. Десять. Целая батарея. Я насчитал трёх пиромантов с жезлами, пылающими огнём. Трёх криомантов, чьи посохи были покрыты инеем. Двух магов воздуха с посохами, в которых гуляли миниатюрные вихри. Одного некроманта в тёмной робе с черепом на навершии посоха — интересно, что он будет делать против нежити? Последним в группе шёл один маг земли.

Игроки вошли в подземелье плотным строем. Танки впереди, хилер и баферы за ними, маги в центре. Классическая магическая конст-пати для зачистки подземелья. Серьёзные ребята. Но они ещё не знали, куда идут. И что их ждёт.

— Ты точно нашёл следы правильно? — пробормотал танк, с интересом и заметным напряжением рассматривая высокие стены, ров и защитные башни. — Может, нам не сюда? Может, надо было нанять следопыта?

— Сюда. Точно, — отрезал маг земли.

— Да, точно, точно, — поддержал его один из криомантов. — Ты же видел обломки телег у входа.

Игроки уже были в радиусе атаки снайперов. Но атаковать я пока не спешил — было интересно послушать их болтовню. Ну и если я начну атаковать слишком рано, они попросту могут сбежать. А мне нужны были тела. И опыт. И души.

Насчёт телег были правы. Телеги мы оттащили в кусты, и там они и остались. Зомби почему-то невзлюбили их и периодически бросались на них, круша. Не знаю, что им не нравилось — может, дерево пахло кровью или живыми, — но итог один: от телег остались осколки. Щепки, обломки досок, погнутые ободья колёс — всё это валялось у входа в подземелье, словно визитная карточка. Скрыть такое было невозможно.

— Да и шестилапы эти мёртвые... Бр-р-р, — поморщился целитель, глядя, как в отдалении бродит один из зомби-шестилапов — огромный, с костяными шипами на спине и светящимися белым глазами.

— Да уж. Не верю, что это те самые шестилапы, что таскают обозы, — пробормотал один из магов, качая головой. — Те забитые, смирные. А эти... Это какие-то монстры.

— Это они, — спокойно произнёс маг земли. — Были ими. Пока их не убили и не подняли снова. Следы некротической энергии повсюду. Караван уничтожили, груз забрали, животных подняли как нежить. А это, — он кивнул в сторону входа в подземелье, — логово того, кто это сделал.

Нахмурившийся танк не отрывал взгляда от стены, рва и башни, на которых уже занимали позиции снайперы и маги.

— Что ж, давайте сделаем это. За Империю.

— За Империю, — эхом отозвался второй танк, и отряд двинулся к воротам.

Понятно. Они пришли сюда в поисках потерянного каравана. Наёмники или охотники за головами. Если честно, я думал, что первыми нанесут визит представители «Золотого Легиона». Похоже, ситуация у них на границе немного хуже, чем я себе представлял, если те до сих пор не вернулись отомстить после столь обидного щелчка по носу.

— Залп! — заорал я лучникам, когда игроки преодолели половину пути до крепости. — Бейте по арьергарду! Маги, атакуем «Копьём Тьмы»! Фокусируемся на одной цели! Огонь!

Снайперы натянули тугие луки, и град стрел обрушился на магов. Хоть те и пытались прикрыться танками, это не возымело успеха — стрелы летели с высоты, с башен, и находили цели даже за щитами. Следом с башен ударили скелеты-маги, посылая одно за другим «Копья Тьмы». Всего у скелетов в арсенале было два заклинания. Упомянутое — «Копья Тьмы», заклинание из арсенала магии смерти, бьющее по одной цели, второе — «Тёмная вспышка», бьющая в небольшом радиусе, поражая сразу множество целей. Имеет немного меньший урон, больший откат и стоит больше маны.

Тёмные сгустки энергии, похожие на зазубренные копья, срывались с посохов скелетов-магов и вонзались в ряды игроков. В первую же секунду от стрел и заклинаний упало три мага — ХП моментально ушло в ноль, целитель даже не успел среагировать. Среди игроков, кажется, началась паника.

— Вперёд! — крикнул один из танков, резко набирая темп. Он явно хотел сократить дистанцию, чтобы применить массовый агр, и посадить всех моих бойцов на себя. Второй танк рвался ко второй башне, чтобы сделать то же самое. Маги наоборот, словно замедлились и лихорадочно что-то кастовали. Интересно только, что? До моих миньонов им дистанции пока не хватало. Наверное, что-то защитное.

Между тем мои солдаты вели огонь без команды, по готовности. Ещё один маг упал. Минус четверо, а группа ещё даже не добралась до ворот.

Я наблюдал за боем с высоты и чувствовал мрачное удовлетворение.

Наконец маги завершили каст. Четверо стихийников — пиромант, криомант, маг воздуха и маг земли — вытянули посохи и одновременно произнесли короткую формулу. Их голоса слились в один, и над отрядом начало разгораться сияние.

Понятно.

«Щит Стихий» — мощнейшее защитное заклинание, которое кастует один маг, но для этого ему нужна помощь одновременно как минимум трёх. Всего участвуют не менее четырёх игроков, адептов разных стихий: огня, воды, земли и воздуха. Четыре потока магии сплетаются в единый купол — полупрозрачную сферу, переливающуюся всеми цветами спектра. Стихии сплетаются одна с другой, позволяя отражать практически любой удар. Купол накрывает всю группу, и пока маги держат каст, он практически непробиваем.

Но была и цена. Заклинание требовало постоянной концентрации от всех участников. Они не могли делать ничего другого — только поддерживать Щит. Ну и перемещаться. В зависимости от личного уровня подготовки, кто-то из игроков мог бежать, кто-то только идти. Ну а кто-то вообще мог только стоять, а концентрацию могла сбить даже тень от пролетающей мимо птицы.

Эти были подготовлены: пусть они не бежали, но шли в сторону ворот уверенным шагом, а мои стрелы и «Копья Тьмы» бессильно оседали на куполе, не в силах пробиться внутрь.

Я выругался про себя. Минута — и игроки, прикрытые щитом, уже будут под стенами.

Впрочем, давать приказ прекращать огонь я не давал. Заклинание жрало уйму энергии даже просто на поддержание его. А на постоянное отражение входящих атак — ещё больше. Либо у них кончится мана до того, как они доберутся до стен, либо её хватит, но эти маги дальше не бойцы. Любой вариант меня устраивает.

Рвущиеся к башням танки изменили направление, нырнули под «Щит Стихий» и двинулись вместе с остальными игроками.

— Слишком рано. Поторопились, — бросил танк с молотом в руках.

— Поторопились?! У нас уже минус четверо! — огрызнулся маг земли, сжав зубы от напряжения.

Похоже, этот щит был запасным планом на крайний случай, а по основному танки должны были заагрить стрелков на стенах, дать магам сблизиться и перебить их.

Игроки добрались до стен. Не держащие защиту маги — те, что остались без дела, — дружно ударили в ворота. Огненный шар, ледяная глыба, воздушный таран, каменный шип — всё это обрушилось на створки одновременно. Ворота загудели, заскрежетали, и полоска их здоровья просела сразу на четверть. Следом ударил молотом один из танков — тяжёлый удар сотряс створки, и сверху посыпалась каменная крошка.

— Быстрее! Ломайте ворота! Мы долго не выдержим! — утирая пот со лба, кричал пиромант, держащий защиту. Его лицо было бледным от напряжения, посох дрожал в руках.

— Ломаем, ломаем, не видишь, что ли! — огрызнулся кто-то из магов, посылая очередной файрбол в створки.

Эй, да они мне и правда так ворота сломают! Потом ещё новые строить, тратить ресурсы, ждать, пока кузнецы выкуют створки заново!

— Открывайте ворота! — крикнул я Смотрителю. Тот махнул посохом, и Стражи Ворот рванули вперёд. Скелеты упёрлись в механизм подъёма, и створки поползли вверх. Тяжёлые, окованные чёрным металлом, они поднимались медленно, со скрежетом, открывая проход вглубь подземелья.

— Они открываются сами! Ура! — обрадовался один из танков, уже предвкушая, как ворвётся внутрь и посечёт нежить.

Спустя пару мгновений его радостный крик сменился отчаянным. Из проёма, из темноты, на игроков вылетели шестеро скелетов-щитоносцев. Их ростовые щиты, крупные тела, закованные в тяжёлую имперскую броню, образовали непробиваемую стену. В центре строя стояли два Стража Ворот с длинными копьями. За их спинами — толпа метателей, уже заносящих дротики для броска. И надо всем этим, с посохом, пульсирующим тёмной энергией, возвышался Смотритель Ворот. С флангов, рыча от ярости и размахивая двуручными клинками, в бой рвались скелеты-налётчики.

— Залп!

Дротики взмыли в воздух.

Три, восемь, двенадцать дротиков — ударили в «Щит Стихий» почти одновременно. Купол, переливающийся четырьмя цветами, замерцал, пошёл рябью, и маги, держащие его, застонали от напряжения. Прилетевшие со стороны башен стрелы и заклинания завершили начатое — щит лопнул, как мыльный пузырь, разлетевшись тысячью искр. Маги, лишившись концентрации, пошатнулись. Криомант осел на землю, держась руками за виски. У мага земли потоком хлынула из носа кровь. Воздушник и вовсе потерял сознание.

Танки не сплоховали. Едва барьер пал, они тут же использовали агр. Золотистые волны прокатились по строю, и мои стражи с метателями развернулись к ним, вынужденные атаковать тех, кто держал провокацию. Но агр достал не всех. Башни возвышались над стенами и выступали вперёд, и игроки, сгрудившиеся у ворот, не попадали в мёртвую зону. Снайперы и маги на башнях продолжали атаковать цели.

Ураганный огонь обрушился на игроков сверху. Стрелы снайперов пробивали лёгкие доспехи магов насквозь. «Копья Тьмы», срывающиеся с посохов скелетов-магов, вонзались в тела игроков. Крики, вспышки, полоски здоровья, уходящие в ноль одна за другой. Хилер попытался воскресить павшего пироманта, но три стрелы и одно «Копьё Тьмы» одновременно ударили его в грудь — он рухнул, не завершив каст. Оставшиеся маги попытались ответить — файрболы и ледяные стрелы полетели в скелетов, но щиты гасили большую часть урона.

Танки держались дольше всех. Их тяжёлая броня, усиленная баффами, позволяла им стоять под градом стрел и дротиков. Но даже они не могли выдержать вечно. Один из них, тот, что повыше, рухнул первым — дротик пробил забрало. Второй, оставшись один, попытался отступить, прикрываясь щитом, но снайперы уже взяли его в перекрёстный огонь. Он прожил на полминуты дольше остальных. В конечном итоге оба танка всего на полминуты пережили остальную группу.

Сбор дропа. Транспортировка тел в разделочную. Подсчёт опыта. Обычная рутина. Я смотрел на поле боя с вершины башни и чувствовал... Ничего особенного. Просто очередная группа, очередной разгром. Оборона подземелья работала как часы. И это радовало.

Единственный, скажем так, неприятный момент. Какого хрена Колосс так и не вышел? Он что, горазд только моих скелетов жрать?

Я спустился в Курган и заглянул в меню. Шкала насыщения — девяносто восемь процентов. Девяносто восемь! Ну конечно. Он буквально перед боем сожрал добытчика самоцветов, вот и не проснулся. Просто не проснулся, потому что не был голоден. Сожрал полезного (в отличие от него самого) миньона, набил брюхо и дрыхнет, как сытый кот. А когда пришли реальные враги, когда ворота ломали — он и ухом не повёл.

Я стоял над Курганом и смотрел на спящего гиганта. Сорок тысяч здоровья. Урон под восемь сотен. Рёв, от которого цепенеют живые. И вся эта мощь сейчас бесполезна, потому что он просто не хочет вылезать. С этим решительно надо что-то делать. Иначе грош цена такому боссу.

Я только закончил разбирать выпавший с игроков дроп — ничего интересного, расходники, свитки, немного ресурсов. Раньше я бы такому был рад, а сейчас такие копейки, что даже не стоили того, чтобы отвлекаться от строительства. Словно песчинка в хранилище, забитом под завязку.





Глава 9. Рейд.


В подземелье появился Герман.

— Привет. Что, опять не уймутся игроки? — кивнул он на скелетов-кузнецов, восстанавливающих ворота.

— Да, — я пожал плечами. — Эти по следам каравана пришли. Наверное, не последние... Ещё и «Золотой Легион» ждать надо.

— «Золотой» пока можешь не ждать, у них там проблемы.

— С кланом... как там... Сыны...

— «Большие Сыны», да, — казалось, Герман слегка удивился моей осведомлённости. — Но дело даже не в этом. Империя Эйренгард категорически настроена против междоусобиц.

Он сделал паузу, собираясь с мыслями.

— Ты же знаешь, что Свет терпел поражение за поражением на фронте? Именно из-за того, что многие кланы пользовались ситуацией. Пока одни сражались с Тьмой, другие били им в спину — отжимали новые земли, забирали замки, ресурсы, переманивали игроков. Война для них была не угрозой, а возможностью нажиться. И пока они грызлись между собой, тёмные брали город за городом.

— Это всё я знаю, — кивнул я. — Читал на форуме, представление имею.

— Ты слушай дальше, а не перебивай, — остановил меня Герман. — Ситуация только-только начала налаживаться, и вот почему — с недавнего времени молодой Император Эдрик объявил, что любой, кто развяжет конфликт до конца войны с Тьмой, станет личным врагом Империи. И надо сказать, он не бросался словами. Да, суверенные светлые страны, казалось бы, не подчиняются Империи, но... первое же герцогство, которое после указа попыталось отжать спорные земли у соседей, было уничтожено за три дня. Герцогство! Имперские легионы, элитные отряды, маги Крови — всё было брошено на показательную расправу. Зачинщиков уничтожили, их род истребили, их крепости сравняли с землёй, имущество конфисковали в казну. Империя скора на расправу, и сил у неё хватает утереть нос даже самым топовым кланам и альянсам.

— И что, «Легион» попал под это? — спросил я.

— Именно. Едва вышел указ, буквально плюс-минус в это время они сунулись к «Большим Сынам». И как раз попали под горячую руку. Показательная порка. Теперь они отмывают грехи в боях на фронте — их бросили на самый опасный участок, и каждый третий уже потерял половину снаряжения из-за постоянных смертей. А в их землях хозяйничают люди Императора. Так что «Золотой Легион» можешь пока не ждать. Им сейчас не до тебя.

— Ого, о таком не слышал... — пробормотал я. — Видимо, ситуация сложнее, чем я думал...

— Именно, — кивнул Герман. — И это нам на руку. Пока Империя наводит порядок, у тебя есть время. Хотя я вижу, у тебя и так всё отлично.

— Да. Кстати, я хотел об этом поговорить... — я замялся.

— Ну? — подбодрил меня Герман.

— В чём смысл? Я не понимаю. Если поначалу мне ещё было тяжело отражать нападения, были реально сложные моменты... Но и то в основном это связано либо с перекачанными игроками, либо с тем, что у штурмующих слишком дорогое снаряжение. Игроков своего уровня и развития я сливал без проблем. А теперь вообще речи не идёт о том, чтобы они могли оказать хоть какое-то сопротивление. Я легко отражаю атаку весьма подготовленной группы из пятнадцати игроков БЕЗ ПОТЕРЬ! Это как? Что нужно сделать, чтобы взять моё подземелье?

И это при том, что эта тварь, — я пнул призрачной ногой Курган, — даже не удосужилась проснуться!

— Вопрос понятен, — Герман усмехнулся. — И ответ я тебе дам. Всё дело в том, что ты — не ИскИн. Ты человек. Человек, имеющий довольно большой, кстати, опыт игры с другой стороны. За игрока. Ты знаешь, что и как они будут делать. Знаешь, какие у них есть заклинания, какие навыки, какие тактики, какие классы и что они примерно должны делать в бою. Понимаешь, как этому противодействовать. Можешь удивить их. И частенько удивляешь.

А ИскИн рождается без этих знаний и учится всему на ходу. Порой некоторые Хранители только получив четвёртую единицу в счётчик, вообще понимают, что им нужно убивать игроков! Представляешь? ИскИн может потратить десятки штурмов просто на то, чтобы осознать базовые вещи. Что ловушки можно ставить так, чтобы после их срабатывания игроков атаковали миньоны. Что миньонов лучше не посылать по одному. Что игроки, которых убили один раз, приходят снова, и снова, и снова. Что можно не ждать, пока они войдут в зал, а атаковать на входе. Что тех же снайперов можно посадить на возвышенность, а не расставлять в узких извилистых проходах. На всё это уходят недели. Месяцы. Годы. Годы обучения, закрепляемого положительным результатом. И тогда рождается сильное, уникальное подземелье. А ты пришёл уже со всем готовым. Ты знаешь, как игроки думают, как они действуют, чего они боятся и на что ведутся. Это раз.

Я молча слушал, не перебивая.

— Дальше, — продолжил Герман. — Ты не связан внутренними установками и ограничениями. Скажи: когда ты был игроком, как часто ты видел, чтобы мобы атаковали тебя все сразу, одновременно? Всё, что есть в подземелье. От самого слабого до самого сильного? Как ты сделал тогда с той группой «Золотого Легиона», атаковав их прямо на входе?

Я хотел было ответить, но Герман меня опередил, дав понять, что вопрос был риторический:

— Правильно! Ни разу! Потому что такого не бывает! Мобы равномерно распределены по подземелью. Сперва слабые. Потом сильнее. Так всегда, за редчайшим исключением. На примере твоего подземелья: скелеты-стражи у ворот. По одному лучнику на башнях, а остальные, например, в казармах... спят, или что они там делают... Смотрят в стену например. Маги в библиотеке, и, словно они не в курсе о нападении и их застали врасплох во время исследований, атакуют только когда отвлечёшь их от чтения. Скелеты-налётчики бродят по коридорам, не обращая внимания на шум боя в соседнем зале. Босс ждёт в тронном зале и не выходит, пока не войдут к нему. Каждая группа мобов существует в своём маленьком мирке, по своему расписанию, и не вмешивается в дела других групп. Это — алгоритм. Роль. Сценарий, прописанный для каждой локации.

Вот скажи, тебе доводилось фармить локации с нежитью?

— Да, доводилось, — кивнул я. — Локацию «Кладбище». «Лес Мёртвых».

— Ну и как ведёт себя нежить?

— Просто ходит, — я пожал плечами. — Бродит туда-сюда без дела. Встала, постояла, пошла дальше. Кто-то копается в могилах, кто-то скрипит костями на ветру. Пока не подойдёшь вплотную — не атакуют.

— Ну а ты почему своих миньонов так не водишь? Без дела?

— Так это тупо. Неэффективно, — я уже понял, куда клонит Герман, но предпочитал дослушать. Вдруг узнаю что-то новое. Ну и заслужил. Сам же спросил...

— Вот именно! А ИскИн не может сделать по-другому. У него при старте есть внутренний алгоритм. Роль. Свод правил и ограничений, обойти которые он не в силах и которым следует, отыгрывая определённый тип поведения мобов. Понимаешь? Ты можешь собрать всех миньонов в одну комнату, устроить засаду, ударить одновременно из всех стволов. ИскИн — нет. Для него это нарушение протокола. Он просто не додумается до такого. А когда додумается — не сможет реализовать, его код ему не позволит. А когда найдёт, как его обойти, а вернее, если найдёт, как его обойти, то его подземелье будет далеко за сотый уровень. Ты же — человек. Ты свободен от подобных ограничений. И поэтому ты на голову выше любого ИскИна твоего уровня.

— Всё ясно, — вздохнул я. — Хватит кипятиться. Ты же пришёл не для того, чтобы всё это мне сказать?

— Не для того. Просто раздражаешь глупыми вопросами... — Герман смахнул пот со лба. Выглядел он всё ещё потрёпанно, но уже лучше, чем в прошлый раз. — Давай к делу. Я проверил твою Алёну. Хранительницу. Вроде бы с ней всё чисто. Можешь с ней дальше вести дела.

— Да я и не вёл с ней никаких дел... — пробормотал я, чувствуя, как по спине пробегает предательское тепло при одном упоминании её имени.

— Ну как скажешь, — покладисто согласился Герман, но в его глазах опять мелькнула та самая искорка, которую я не смог расшифровать. То ли насмешка, то ли что-то ещё. — Просто имей в виду.

— Хорошо. Спасибо.

Повисла небольшая пауза. Я обдумывал услышанное. Герман проверил Алёну. Зачем? С какой стати ему вообще до неё дело? И что значит «с ней всё чисто»? Он подозревал её в чём-то?

— Так ты пришёл, чтобы про Алёну рассказать? — спросил я, нарушая тишину.

— И снова ты видишь меня насквозь, — Герман криво улыбнулся. — Нет. У тебя есть новая цель.

— Опять караван? — я тут же подобрался, мысленно уже прикидывая, сколько снайперов и метателей можно взять в этот раз.

— Нет, — покачал головой странник. — Кое-что пожирнее.

Герман расстелил карту. Потрёпанный пергамент лёг на каменный пол, и я склонился над ним, вглядываясь в знакомые очертания.

— Обоз — это, конечно, хорошо, — заговорил он. — Но зачем грабить один обоз, если можно взять сразу несколько?

— Несколько обозов? Ты предлагаешь вывести две группы? Тогда нужен ещё один Алтарь Даль... — начал было рассуждать я, но тут же осёкся под требовательным взглядом странника. — Всё, молчу, молчу.

— Я могу продолжить? — сварливо произнёс он.

— Да. Пожалуйста. Я прошу прощения.

Герман кивнул, принимая извинения, и продолжил:

— Нет, два каравана грабить глупо. Надо атаковать одновременно, подобрать место и время для двух атак — слишком много заморочек. И есть риск, что один из отрядов отобьётся. Есть цель получше. Вот. Склад снабжения. Сюда свозят целые десятки караванов со всех окрестных земель, а дальше всё идёт сразу на фронт. На складе — оружие, броня, провизия, зелья, ресурсы. Много, очень много всего. Логистический узел.

Он ткнул пальцем в точку на границе. Расстояние от моих земель было... ну, километров пятьдесят, наверное.

Герман молчал.

Я тоже молчал, помня, как влез в прошлый раз. Он сам велел не перебивать — вот пусть и договаривает до конца.

Герман посмотрел на меня. Можно сказать или нет? Ладно.

— Это слишком далеко. У меня Склеп работает максимум километров на двадцать. Ну, хорошо, допустим, я смогу его улучшить, если такое откроется в ближайший уровень-два. Ну будет не двадцать, а двадцать пять — тридцать. Это в корне ситуации не поменяет. Мне до склада не добраться.

— Всё верно. Рад, что ты это понимаешь. Поэтому к походу надо готовиться. Первое — решить вопрос с перемещением за пределы радиуса Склепа Дальнего Пути. Тебе нужно раздобыть «Покров Вечной Ночи».

Я нахмурился, пытаясь вспомнить, слышал ли когда-нибудь это название.

— «Покров Вечной Ночи»? Что это?

— Переносной артефакт, генерирующий вокруг отряда облако тьмы. Защищает нежить от солнечного света — а он для тебя сейчас главная проблема за пределами Пади. Снижает штрафы за удаление от подземелья — ты же чувствовал, как растёт жжение, когда уходишь далеко? И позволяет действовать далеко за пределами твоих земель. По сути — мобильная частичка Мёртвой Пади, которую ты несёшь с собой. Без него твои скелеты начнут терять здоровье уже через пару часов марша по открытой местности.

— И где мне его раздобыть?

— На аукционе, конечно, — пожал плечами Герман. — Где же ещё? Чисто технически ты мог бы скрафтить его сам... Но это не скоро, не тот уровень. Мастерские артефактов нужны, а до них тебе ещё расти и расти. Понимаешь?

— Понял, — кивнул я, заодно впитывая информацию о том, что когда-то смогу делать подобные, а может, и ещё более крутые артефакты. — Займусь.

— Апгрейд Склепа Дальнего Пути будет на пятнадцатом уровне. Он тоже нужен — увеличит и радиус, и количество бойцов, добавит парочку хороших усилений. Также на пятнадцатом появится возможность построить ещё один Склеп. Он будет стоить дороже первого, но оно того стоит. Сразу начинай строить второй, потому что одного на такой рейд не хватит. Бойцов понадобится много, склад хорошо охраняется. Обязательно построй «Убежище Теней» — там в охране много магов, и призраки-убийцы тебе пригодятся. Они проходят сквозь стены, игнорируют физическую броню, могут снять мага раньше, чем тот успеет кастануть.

— Там нужна Кристаллизованная Скверна, — хмуро ответил я. — Я её пока добывать не научился, вот и не строил.

— И не научишься. Она добывается в подземельях другого типа — в Цитаделях Скверны, которые выбрали Путь Демона. У них своя ресурсная база, свои шахты, свои специалисты. Так что...

— Аукцион, — закончил я.

— Аукцион, — подтвердил Герман.

— Хорошо, а дальше? Ты сказал «первое».

— Вот ты нетерпеливый, — усмехнулся Герман. — Хочешь услышать сразу весь план?

— Ну а вдруг что-то смогу сделать прямо сейчас, до аукциона? — возразил я.

— Всё верно говоришь. Это мне в тебе и нравится, — странник одобрительно кивнул. — Но пока ты ничего сделать не можешь. Нужен пятнадцатый уровень.

— И что там откроется?

— Мастерская боевых машин.

Я удивлённо поднял взгляд. Боевые машины? Это что-то новенькое.

— С караваном тебе повезло, — продолжил Герман, заметив мой интерес. — Ты сумел оседлать шестилапов и довести их сюда вместе с обозом. Но это была удача, не более. Шестилапы — живые существа, и мёртвых они боятся. Они могли не подчиниться. Могли пасть по дороге. Могли разбежаться. А что ты будешь делать, когда в твоём распоряжении окажется целый склад? Как повезёшь добычу? На чём? Не на горбу же у скелетов тащить ящики с оружием через полсотни километров? Это неэффективно, долго и опасно. Один случайный патруль — и ты потеряешь и добычу, и миньонов.

— И как мне в этом помогут боевые машины? — поднял бровь я. — Стоп. Или там есть грузовой транспорт?

— Всё верно. Есть и грузовой. И даже по подземелью на нём ресурсы возить будет проще, чем таскать руками. Ты же сам видел, как твои рудокопы бегают туда-сюда с базальтовыми блоками. Это медленно, это отнимает время, это отвлекает их от основной работы. А представь, что тот же базальт можно погрузить на машину и отвезти за один рейс. Сколько времени сэкономишь? Сколько ресурсов? Особенно когда подземелье разрастётся...

Герман сделал паузу, явно наслаждаясь моим нетерпением, и продолжил:

— «Костяные Тягачи». Машины, собранные из костей, усиленные некротической энергией, движутся на энергокристаллах тьмы. Не требуют еды, не устают. Только знай себе, кристаллы подзаряжай. Даже на первом уровне грузоподъёмность — как у трёх шестилапов, а скорость — как у хорошей телеги. На них ты и отвезёшь добычу со склада. И не только добычу — они пригодятся и в хозяйстве. Руду из шахт к плавильне возить, самоцветы — в хранилище, кости — в мастерские. В общем, вещь незаменимая.

Я уже представлял, как костяные тягачи ползут через Мёртвую Падь, гружённые доверху имперским добром. Как они въезжают в ворота Подземелья, и мои скелеты деловито разгружают ящики с оружием, тюки с бронёй, бочки с зельями. Картина в голове была настолько яркой, что я не выдержал и усмехнулся.

— И что, их можно будет строить в этой мастерской?

— Именно. Но для начала тебе нужен пятнадцатый уровень. Так что не теряй времени. Аукцион, «Покров Вечной Ночи», Кристаллизованная Скверна, апгрейд Склепа, второй Склеп. И строй, строй, строй. Времени у тебя не так много, как кажется.

Герман попрощался и ушёл, а я остался один.

До аукциона, по моим прикидкам, оставалось чуть больше трёх дней. Опыт... Я открыл меню и посмотрел на шкалу. До пятнадцатого уровня оставалось чуть меньше десяти тысяч. Если новых атак не будет, то дело может затянуться. Я откладывать не хотелось, Герман сам сказал, что времени не так много, как кажется. А единственный мой источник опыта, если не считать атаки и рейды, — миньоны с Мёртвой Пади. В последнее время от них шёл хоть и весьма тонкий, но стабильный ручеёк опыта (то есть там постоянно шли бои), но на фоне того, что нужно было для повышения уровня, это как умирающему от жажды в пустыне капля воды.

Я прикинул варианты. Игроки, конечно, могут зайти и сами. Виновника в разграблении каравана ищут, и просто так его не оставят, это точно... Но полагаться на случай не хотелось. А вот рейд... Простой рейд, без какой-то определённой цели. Давно я не выходил на поверхность просто так, ради опыта. Поохотиться. Размяться. Вспомнить, каково это — просто побегать персонажам по красивым локациям, посливать других игроков...

Сходить, что ли, в рейд, опыта поднабрать?

Я открыл карту, которую оставил Герман, и пробежался взглядом по окрестностям. Кроме обозначенного красным крестом склада, вокруг хватало целей поменьше: деревушки, посты, одинокие фермы, небольшие лагеря. Если взять двенадцать метателей, можно летучим отрядом пройтись по тылам, набрать опыта и душ, прощупать обстановку. Снайперы... Снайперов брать не буду. Они хороши, но слишком уж медленные. Если придётся отступать или преследовать кого-то, будут обузой. Опять же, им требуется прикрытие — любой добравшийся до снайпера игрок представляет для них смертельную опасность.

Ладно. Двенадцать метателей. Решено.

Я спустился в арсенал и лично проверил снаряжение каждого бойца. Дротики — свежезаточенные, с зазубренными наконечниками из Кузницы Смерти. Щиты — усиленные, с рунной гравировкой, добавляющей немного магической защиты. Лёгкая броня из проклятой кожи, не стесняющая движений. На поясе каждого — флакон «Эликсира Костяного Восстановления» на случай серьёзных ран. Свитки проклятых баффов — по два на брата: «Благословение урона», «Каменная кожа», «Ускорение», «Смертельный удар» и «Меткий глаз» пусть лежат в инвентаре до первого серьёзного боя. И бомбы — те самые, из имперского каравана. Каждому метателю по одной. Стеклянный шар с огненной смесью внутри, запаянный сургучом. Не самая мощная вещь, но если бросить в плотный строй врага, эффект будет отличный.

Я лично обошёл строй, ещё раз проверяя каждый пояс, дротик, щит, броню, снаряжение. Всё на месте. Всё готово.

Затем я поднялся в Склеп Дальнего Пути. Двенадцать саркофагов стояли вдоль стен, их крышки были откинуты, внутри клубилась тьма. Метатели один за другим занимали свои места — ложились в каменные гробы, сжимая дротики в костяных пальцах. Я прошёлся вдоль ряда, проверяя каждого, и активировал Алтарный Камень. Руны на нём вспыхнули, по костяным балкам пробежала волна зеленоватого света, и Склеп наполнился низким, вибрирующим гулом. Двадцать четыре часа — и мы выйдем наружу. А пока можно ещё раз всё обдумать и свериться с картой.

Прошло двадцать четыре часа.

Мир померк, а затем взорвался светом. Я стоял на поляне посреди Мёртвой Пади, и одиннадцать метателей стояли за моей спиной. Скелеты строились в походный порядок, а я на мгновение замер, потянувшись всем костяным телом с каким-то странным, почти живым наслаждением. Снаружи. Опять снаружи. Как же этого не хватает...

Я оглядел Падь. Чёрные стволы мёртвых деревьев, серая трава, тусклое небо над головой — всё это было моим. Волки-умертвия, окружившие поляну, признали хозяина и расступились. Огромный вожак с костяными наростами на шкуре подошёл ближе и замер, ожидая приказа. Я кивнул ему, и он, коротко взвыв, увёл стаю обратно в лес. Где-то в стороне, ломая кусты, медленно брёл зомби-шестилап — огромный, с шипами на спине и костяной булавой на хвосте. Его белые глаза равнодушно скользнули по мне, и он потопал дальше.

Я развернулся и направился в сторону Гнилого Луга. Мёртвая Падь расширялась, и эта деревня была уже практически на границе моих земель. До неё оставалось всего пара километров. Вайшрави продала её — по крайней мере, такой план она озвучивала, — так что своих у меня там не было. А раз так — можно поживиться.

Вот и конец Мёртвой Пади, граница светлых земель. Переход был плавным, почти естественным: чёрная, выжженная земля постепенно становилась светлее. Тут и там, всё чаще и чаще появлялись островки зелени. Наконец тёмные проплешины кончились, пошла сочная, живая зелень.

Всё как в прошлые разы... Вот только кое-что всё-таки изменилось! Когда я устраивал засаду на караван, я не заметил, но теперь вижу — мобы на границе теперь тоже поднялись в уровнях. Никаких кроликов первого-второго уровня, на которых когда-то качались нубы. Теперь здесь бродили Лесные Вепри — массивные, агрессивные твари десятого-пятнадцатого уровня, с длинными изогнутыми клыками и прочной, как броня, шкурой. Чуть дальше, у ручья, я заметил Пум — скрытных хищников двенадцатого-четырнадцатого уровня, чья шкура переливалась в полумраке леса, делая их почти невидимыми. А на холме, среди камней, лежали Волки — не мои умертвия, а дикие, живые, зализывающие раны после постоянных стычек с рвущейся за пределы Мёртвой Пади нежитью.

На границе повсюду валялись тела животных. Много тел. Разорванные на части тела умертвий, разбитые черепа, обломки костей — и тут же, вперемешку с ними, туши лесных вепрей, призрачных пум, волков. Граница была полем боя, на котором постоянно шла война. Я заметил огромную тушу Лесного Медведя — тридцатый уровень, не меньше. Он лежал на боку, его шкура была изодрана в клочья, а вокруг валялись останки пятерых волков-умертвий двадцать пятого уровня. Один медведь забрал с собой пятерых. Впечатляет.

Получается, моё подземелье не только развивает земли вокруг себя, но и земли вокруг земель, если можно так сказать. Вся локация развивается следом. Система адаптируется, подтягивая мобов к новому уровню угрозы. Интересно, как далеко это может зайти? Может, через пару месяцев здесь будет полно тварей пятидесятого уровня?

Пока я размышлял над этим, мы почти вышли к окрестностям деревни. А вот и первые игроки!

Я дал знак скелетам уйти с тропинки и спрятаться в так кстати подвернувшихся густых кустах. Посмотрим, кто здесь.

Из леса, по тропинке, ведущей в сторону Мёртвой Пади, вышла группа игроков. Пять человек, уровень в районе тридцатого.

Танк, воин, два лучника, маг. Целителя в группе нет, — намётанным глазом сразу приметил я.

Все игроки были в добротной броне, с оружием наготове, но двигались расслабленно, явно не ожидая опасности. Они оживлённо переговаривались, и до меня доносились обрывки фраз.

— Говорю вам, сегодня будет жирный улов, — басил здоровенный танк в стальной кирасе. — Я уже вчера квест сдал, сотню клыков. Получил метку охотника за Тьмой второго уровня. — Он достал с пояса кожаный ремень, на котором висели два волчьих клыка, оправленных в серебро.

— И что дали в награду? Только метку? — лениво бросил один из лучников, жуя травинку во рту. В его голосе едва заметно пробивалась тщательно скрываемая зависть.

— Десять серебряных. Плюсом эксклюзивный доступ к рецептам на шлемы и перчатки к необычным комплектам тяжёлой и лёгкой брони у торговца. За клыки, разумеется.

— У меня всего двадцать клыков до метки второго уровня. Скоро тоже будет, — отозвался второй лучник.

— Ещё и десять серебряных? — присвистнул кто-то из магов. — Неплохо. А на магов там рецептов не было?

— Нет. Может, потом будет.

— А я наконец начал профу делать, — встрял в разговор третий игрок, воин с полуторным клинком в руках и небольшим баклером за спиной. — Кроме квеста на клыки, взял наконец квест на активацию Черепа Тёмного Лорда.

— Чего?! — маг аж остановился. — Ты серьёзно? На вторую специализацию уже? Там же не раньше полтиника?!

— Это получить её можно не раньше пятидесятого, да, — воин явно наслаждался произведённым эффектом. — А что мне мешает начать готовиться уже сейчас? Короче, по квесту нужна локация с предельной концентрацией магии смерти. В центре Мёртвой Пади — как раз подходящее место. Если добраться туда и активировать череп, считай, одна треть профы Тёмного Мстителя у меня в кармане. Всяко лучше, чем фигачить за тридевять земель... Удачно тут локация появилась! И кач норм, и квесты отличные.

Ответом ему был стройный одобрительный гул.

Я замер. О чём это они? Какой череп активировать? В центре моих земель? Я так удивился, что дал игрокам пройти мимо, хотя уже собирался отдать приказ атаковать.

— Тёмный Мститель, Тёмный Мститель... — пробормотал я, роясь в памяти. Стоп! Это же профессия у людей, воин с уклоном в тёмную сторону. Имеет пару боевых заклинаний смерти, боевые навыки с использованием тьмы. Персонаж светлой фракции, использующий тёмную силу во благо, типа. Довольно редкая профа, требующая выполнения цепочки квестов, в том числе активации упомянутого черепа. Только какого хрена он собирается активировать артефакт для получения профессии в моих землях? С каких пор такое возможно? Что за бред?

И что за охотники за Тьмой? Что за квест на клыки? На клыки моих волков-умертвий, судя по всему? С каждой секундой до меня всё больше доходило, что именно обсуждали игроки. Тут не просто квесты — тут целая фракция, целая организация охотников за Тьмой. Игроки выполняют задания — очевидно, добывают и сдают по квесту клыки моих волков — и повышают свой уровень в этой фракции, открывая доступ к новым возможностям: рецептам, снаряжению, уникальным расходникам, а возможно, и к чему-то более серьёзному. Подобная система мне знакома, сам сталкивался не раз: Братство Лесного Клинка, охотящееся на редких зверей и химер, Братство Северной Звезды, специализирующееся на убийстве ледяных троллей и им подобных, ну и различные другие мелкие фракции, заточенные на уничтожение конкретного типа мобов. Обычное дело.

Вот только откуда в моих землях могло взяться что-то подобное? Как давно они тут работают? Кто раздаёт эти квесты? И главное — как они смогли раскинуть у меня под носом свою сеть так, что я, Хранитель этой земли, узнаю об этом только сейчас, из подслушанного разговора?

Я смотрел вслед уходящей группе и чувствовал, как внутри закипает раздражение.

— К бою! — коротко скомандовал я.





Глава 10. Мастер Мортис


Мы бежали строем, особо не скрываясь. Двенадцать метателей, три шеренги по четверо, щиты выставлены вперёд, дротики зажаты в костяных пальцах. Бряцание брони разносилось по лесу, и скрываться смысла не было — нас всё равно бы услышали.

Так и вышло. Первым развернулся лучник. Надо отдать ему должное — он даже не успел ничего сказать, а уже выхватил лук и отправил в нашу сторону стрелу. Та пронеслась над землёй и с глухим стуком вонзилась в щит одного из метателей в первой шеренге. Скелет даже не замедлил шага — слегка шевельнул рукой, поднимая щит, принял стрелу и продолжил движение.

— Огонь, цель — маг! — закричал я, и двенадцать дротиков одновременно взмыли в воздух.

Маг только начал кастовать — его посох уже светился, с него срывались искры. Но дротики были быстрее. Три попали в грудь, два — в живот, один — в горло. Полоска здоровья исчезла мгновенно. Маг рухнул на землю, даже не завершив заклинания, и его посох, всё ещё мерцающий, покатился в траву.

Чуть запоздало среагировал танк. Удар мечом в щит — и золотистая волна массового агра прокатилась по строю, вынуждая нас атаковать танка. Помедлив пару секунд, игрок шагнул вперёд, выставив перед собой тяжёлый щит.

«Дружок, ты собираешься танковать сразу двенадцать скелетов? — мелькнула у меня мысль. — Сейчас я объясню тебе, что это плохая идея».

Опомнившиеся лучники посылали из-за спины танка стрелу за стрелой, но без особого эффекта. Щиты и врождённый резист к колющему урону делали своё дело — стрелы либо отскакивали от щитов, либо застревали в костях, не нанося серьёзного вреда. Воин с полуторником зашёл сбоку и даже наносил какой-то более-менее хороший урон, рубя крайнего метателя, но этого было слишком мало.

Я легко обошёл танка и ударил копьём под щитом, целясь в незащищённый бок. Аналогично поступили ещё трое метателей — они зашли с флангов, взяв игрока в полукольцо.

— Ай, бля! — заорал танк. Кираса хоть и сгладила удары, да не совсем. Наконечники копий всё же нашли уязвимые места. Ещё один удар — и на этот раз копьё пробило укреплённое кольчужной сеткой сочленение доспеха на руке. Из-под кирасы заструилась кровь.

— Я сейчас сдохну! Прикройте меня! — заорал он, пятясь.

Отступая, танк поскользнулся на влажной траве, потерял равновесие и едва не упал. Он бы устоял — опыта у него хватало, — но я помог. Подставил древко копья под ногу и толкнул щитом в его щит, придавая дополнительное ускорение. Танк завалился на спину, щит отлетел в сторону. Окружившие скелеты тут же закончили начатое, нанеся сразу несколько ударов копьями в забрало. Крики оборвались.

Увидев расправу над танком, лучники ломанулись в лес. Я метнул было одному в спину дротик, но тот, словно чуя опасность, метнулся в сторону, и дротик угодил в дерево. Беглецы скрылись среди стволов.

«Не догнать», — с сожалением подумал я, провожая их взглядом.

Ещё мгновение — и пришло сообщение о полученном опыте за неудавшегося Тёмного Мстителя. Метатели добили. Ничего. Активирует свой череп в следующий раз.

Я не стал задерживаться на месте боя. Собрали дроп и поспешили скрыться. Игроки погибли, а значит, уже сейчас пишут в чат, что их слила нежить. Через несколько минут сюда начнут стягиваться любопытные, охотники за головами и просто желающие проверить, что здесь происходит. Моя главная задача — оказаться как можно дальше отсюда, пока не подтянулись основные силы.

Мы двинулись в сторону Гнилого Луга. Я перестроил отряд: теперь мы шли не плотным строем, а цепочкой, рассредоточившись, чтобы в случае засады не попасть под удар всех сразу. Метатели держали щиты наготове, двигались быстро и без лишнего шума — насколько это вообще возможно для отряда скелетов в броне, прорывающихся через лес.

Нужно было узнать, что именно происходит в деревне. Кто даёт квесты? Откуда взялась эта гильдия охотников за Тьмой? И насколько вообще обширен масштаб бедствия? Может, это просто пара NPC-энтузиастов, разбивших лагерь на границе моих земель? Или полноценная организация с отделениями в нескольких городах, с иерархией, с системой рангов и наград? От этого зависело, что мне делать дальше. Если первое — можно просто вырезать их и забыть. Если второе — это война. Настоящая, затяжная война за контроль над моими землями.

Лес постепенно редел, и впереди уже показались первые постройки Гнилого Луга. Мы взобрались на небольшой холм.

Я поднял руку, приказывая отряду остановиться, и укрылся за толстым дубом. Посмотрим, что там творится.

С вершины открывался отличный вид. Я припал к земле за кустом и вгляделся вдаль. Не знаю, как выглядела деревня Гнилой Луг раньше, когда была под Вайшрави и её кланом, но теперь я бы вовсе не назвал это деревней. Скорее крепость. Фактория, укреплённая по всем правилам военного искусства.

Вокруг поселения высился частокол из заострённых брёвен, врытых глубоко в землю. По углам — деревянные башни, на которых дежурили лучники. Их силуэты чётко вырисовывались на фоне серого неба, и каждый держал лук с наложенной стрелой. Вдоль стен прохаживались патрули — по двое, по трое, в лёгкой броне, с короткими мечами и щитами. В центре поселения возвышалась бревенчатая крепость — массивное двухэтажное строение с узкими бойницами вместо окон. А на стенах, рядом с лучниками, я заметил две небольшие полевые баллисты — магические орудия для стрельбы огромными стрелами, способными легко пробить даже самую крепкую броню.

Мы наблюдали за тем, как к фактории подъехал и замер перед воротами небольшой обоз. Пяток крытых повозок, гружённых тюками и ящиками. Стража деловито выскользнула через маленькую дверку у ворот и принялась проверять документы. Лучники на стенах держали отряд, сопровождающий караван — два десятка воинов, — под прицелом. Наконец старший караула кивнул, лучники опустили луки. Владелец обоза опустил пару монет в руку стража, получил подпись и печать на бумаге. Ворота открылись, и караван втянулся в факторию.

Я успел заметить на боках тюков, мешков и ящиков символ — перекрещенные меч и факел, объятые пламенем, на фоне чёрного солнца. Видимо, это и есть символ гильдии охотников за Тьмой. Когда увидел его, я сразу вспомнил — видел раньше. Ещё в мою бытность игроком эта символика мне встречалась. Я тогда не знал, что это именно охотники за Тьмой, не вникал — просто запомнил. Значит, это не пара проходимцев, решивших подзаработать на новой локации. Это серьёзная организация с историей, ресурсами и, судя по укреплениям, далеко идущими планами.

Значит — опять война.

Вернусь в подземелье — обязательно прочитаю про них на форуме. А пока надо подумать, как я могу нанести им ущерб.

Я обвёл глазами укрепления. Частокол. Башни. Баллисты на стенах. Стража — десятка два, не меньше, и это только те, кого я вижу снаружи. Снующие вокруг крепости, заходящие в неё и выходящие игроки. Выходило больше. Цепочка игроков один за другим покидала факторию и тянулась в ту сторону, откуда мы пришли. Похоже, к месту схватки. Надеюсь, не смогут меня выследить.

Затем я перевёл взгляд на готовые к бою баллисты. Да уж... Грубая сила и численный перевес однозначно на их стороне. У меня — только фактор внезапности. И пока они не ожидают нападения, нужно этим пользоваться.

Постепенно темнело. Практически все игроки вышли из фактории и ещё не успели вернуться — цепочка охотников растянулась по лесу, и у ворот сейчас было немноголюдно. Лучшего момента для нападения не будет. Вопрос цели всё так же оставался открытым. Вступить в бой со стражей и проредить их? Глупо. Я, конечно, могу положить с десяток NPC, но что это даст? Через день на их место наберут новых, и всё вернётся на круги своя. Стража — это расходник, а не цель.

По-хорошему, нужно как-то проникнуть за периметр и поджечь хозяйственные постройки. Склад, кузницу, казармы — то, что трудно и долго восстанавливать. Это было бы идеально. Я представил, как заполыхает их фактория, как рухнет крыша склада, как заметутся в панике стражники, и усмехнулся. Взгляд скользнул на боевые машины — те самые баллисты на стенах. Вот их бы уничтожить. Одно дело — отбиваться от нежити с баллистами, и совсем другое — без них. Но как к ним подобраться? В голову упорно ничего не шло.

Я продолжал ломать голову, решая, как атаковать, как вдруг из ворот крепости вышла троица игроков — два парня и девушка. Они направились прямо к холму, за которым мы прятались.

«Бля, заметили, что ли? Но как?»

Я дал мысленную команду отползать назад. Мы слегка сместились, переползли в небольшую яму, заросшую кустарником. Игроки негромко переговаривались и, вовсе не скрываясь, шли всё равно прямо на нас.

«Проклятие! Они что там, бессмертные, что ли?»

Я осторожно приподнял голову над краем ямы и вгляделся. Четвёртый уровень! Они все четвёртого! Серьёзно?

Проблема. Слить их легко — двенадцать метателей разорвут троих новичков за пару секунд. Вот только сделать это абсолютно бесшумно у меня не выйдет. А стоит страже на стенах немного внимательнее присмотреться, попытаться понять, что там за шум, — и всё, мы замечены.

Пока я думал, что делать, игроки приблизились на расстояние двадцати шагов. Я поднялся на ноги, перехватил поудобнее дротик, готовясь к броску.

— Я понятия не имею, как нам это сделать, но... — с важным видом вещал один из игроков, эльф по имени Линдар, повернувшись к девушке.

Девушка, дриада по имени Ийва, открыв рот, не отрываясь смотрела на него.

Третий игрок, человек с двуручным топором по имени Громгар, похоже, в будущем мечтающий стать варваром, заметил нас, указал пальцем и попытался что-то сказать, но у него выходило только что-то невразумительное.

— Акх-рахк, — закашлялся он, выпучив глаза.

Я уже почти выпустил дротик, как вдруг Линдар, увидав наконец нас, испустил торжествующий возглас:

— Я знал! Я знал, что нам повезёт! Это Мастер Мортис! Я вам про него говорил! — эльф с важным видом посмотрел на одного, а потом на другого своего спутника. Затем рванул ко мне, подобострастно кланяясь, и заискивающе заговорил: — Мастер Мортис... Скажите, пожалуйста, как ваши дела? Мы можем вам чем-то помочь?

Кто, б.я? Как он меня назвал? Я настолько опешил, что даже не стал убивать его — только отступил на шаг. Игрок между тем продолжал наседать.

— Мастер Мортис... Мастер Мортис... — щебетал он, обхаживая меня, забегая то слева, то справа. — Я так и знал, что легенды не врут! Вы ведь тот самый Мортис, да? Тёмный отшельник-мертвец? Я читал про вас на форуме! Говорят, вы даёте редкие квесты тем, кто сможет вас найти! А мы смогли! Мы вас нашли! Скажите, что нам нужно сделать? Какие испытания пройти? Мы готовы! Умоляю, приказывайте! Я пойду куда угодно, убью кого угодно, только дайте квест!

Он тараторил без остановки, переводя дыхание лишь для того, чтобы задать следующий вопрос. Какой квест? Что нужно принести? Сколько? Куда идти? Кого убить? Может, нужны редкие ингредиенты? Может, нужно что-то активировать? Он готов! Он всё сделает!

Девушка и варвар стояли позади и молча таращились на нас, явно не понимая, что происходит.

А я понимал. Этот придурок решил, что я — какой-то NPC-мастер по имени Мортис, и теперь выпрашивал у меня квест. Квест! У скелета-метателя, который только что собирался его убить! Он что, не может отличить NPC от агрессивного моба? Вот дупло, а. А ещё, судя по всему, мнит себя в этой компании знатоком...

Пока я думал, убивать их или нет, а если да, то как сделать это тихо, игрок перешёл всякие границы — он потянул мой дротик у меня из рук с просьбой «дать посмотреть».

— Отвали, — попытался отмахнуться от назойливого игрока я.

Голос вышел тугим, хриплым, потусторонним. У меня засаднило в горле, словно по нему провели колючей проволокой — остро, глубоко, до самого основания. Я непроизвольно зашёлся в приступе хриплого, лающего кашля, но даже не обратил на это внимания.

Что я только что сделал?

Я... сказал?!

— Я своего добился! Главное — втянуть NPC в диалог. Теперь уже он не отвертится, и я получу квест. Смотрите, как это делается, и учитесь! — повернувшись лицом к спутникам, громким, поучительным шёпотом произнёс Линдар.

Да уж. Ведёт себя так, словно NPC совсем тупой и не слышит его. Получит он так квест, как же. С NPC совсем по-другому надо себя вести. Я знавал таких NPC, которые за подобную выходку легко могли снести голову с плеч игрока, а после вообще никогда с ним не разговаривать...

Впрочем, в этот раз он свой «квест» точно получит. Не знаю, в какой момент у моих миньонов появилась возможность разговаривать, но я этим воспользуюсь. В голове потихоньку начал рождаться план.

Я постарался улыбнуться и, склонив голову, ласково посмотрел на игроков.

Кажется, получилось не очень — Ийва и варвар отступили на несколько шагов, и даже Линдар заткнулся.

Перестав улыбаться, я подманил его рукой и произнёс:

— Да, маленький эльф. У меня есть для тебя очень важное и сложное задание. Но если ты сможешь выполнить его, награда будет очень щедрой...

Проклятие, как же болит горло...

Эльф вновь крутанул голову к союзникам с выражением лица «вот видите, я же говорил» и тут же повернулся ко мне, весь превратившись во внимание. Ийва и варвар, всё ещё недоверчиво озираясь, сделали по шагу вперёд, но вмешиваться не решались.

Я выпрямился в полный рост и заговорил — медленно, с расстановкой, растягивая слова, стараясь делать так, якобы как это делают NPC, выдающие квесты:

— Слушай же, ищущий. Тот, кто зовёт себя Линдаром. Долгие годы я обитаю в этой проклятой земле, скрытый от глаз смертных. Но теперь настал час, когда Тьма вновь взывает к своим последователям. В землях, что лежат за этой крепостью, сокрыт древний алтарь, осквернённый Светом. Я должен провести там ритуал очищения. Но враги мои многочисленны, и стража на стенах не дремлет. Мне нужно... проникнуть внутрь незамеченным.

Линдар часто-часто закивал, боясь пропустить хоть слово. Я сделал паузу, обвёл взглядом всю троицу и продолжил:

— Ты и твои спутники проведёте меня и мой эскорт через ворота фактории. Тайно. Никто не должен знать о моём присутствии до тех пор, пока ритуал не будет завершён. Справишься ли ты с этой задачей, маленький эльф?

— Да! Конечно, Мастер! — выпалил Линдар, даже не задумавшись. — Мы проведём вас! У нас есть пропуск в факторию, мы...

— Не перебивай, — оборвал я его, и эльф осёкся на полуслове. — Задание это не из лёгких. Стража бдительна, а награда за головы моих слуг велика. Если вас поймают — вы понесёте наказание вместе с нами. Готовы ли вы рискнуть?

— Готовы! — хором ответили все трое.

— Тогда найдите способ. Подкуп. Шантаж. Или же сделайте это тайно. Но никто не должен обнаружить нас. Времени вам — до рассвета. Вы справитесь?

Линдар на мгновение замялся, переглянулся с Ийвой, но тут же вновь закивал:

— Да, Мастер. Мы всё сделаем.

— Хорошо. — Я скрестил руки на груди. — Если вы выполните моё поручение, награда не заставит себя ждать. Я научу тебя, Линдар, древнему искусству. Я покажу тебе путь Тёмного Клинка. Но помни: предательство будет стоить тебе жизни.

— Дабы подтвердить серьёзность моих намерений и вашу договороспособность перед стражей, я даю вам небольшой задаток. Пусть это послужит доказательством того, что Мастер Мортис не бросает слов на ветер. Выполните моё поручение — и награда превзойдёт все ваши ожидания.

Я швырнул к их ногам кошель, подобранный с одного из убитых игроков. Тот упал на траву с приятным звоном, и из него выкатилась пара серебряных монет. Линдар подобрал кошель, заглянул внутрь и замер, не в силах оторвать взгляд. Пять серебрушек. Мне — мелочь, бесполезная без дела, а для игрока четвёртого уровня — целое состояние. Ийва ахнула, заглядывая ему через плечо. Варвар, кажется, впервые за всё время издал осмысленный звук — что-то среднее между хрюканьем и восторженным вздохом.

— Спасибо, Мастер! — выдохнул Линдар, сжимая кошель в кулаке. — Мы не подведём! Клянусь! Ждите нас здесь, мы скоро будем!

Я усмехнулся про себя. Если до квеста им дали такую награду, то что, по их мнению, будет, когда они его выполнят? Это заставит их действовать лучше. Пусть теперь попробуют не оправдать доверие.

Когда игроки двинулись вниз по склону холма к фактории, я слышал их перешёптывания. Вернее, перешёптывался там только Линдар, а варвар говорил в полный голос — видимо, всё ещё считая, что NPC «не слышат».

— Я тоже хочу быть адептом древнего искусства! — бубнил варвар, размахивая своим двуручным топором так, что Ийве приходилось уворачиваться. — Почему это ты получишь Тёмный Клинок, а я — нет? Я тоже хочу!

— Тише ты, — шипел на него Линдар, косясь через плечо на меня. — У такого мастера, как Мортис, может быть лишь один ученик! Это древняя традиция! Я первый с ним заговорил, я и буду учеником!

— Это нечестно! Я его первым заметил!

— Ты заметил и закашлялся, как больной вепрь! А я втянул его в диалог! Это совсем другое!

— Я тоже хочу быть адептом...

— Всё, хватит! — отрезал Линдар. — Будете мне помогать — может, Мастер согласится дать и вам что-нибудь. А пока — молчите! А то сейчас нас кто-то услышит и выполнит квест первым!





Глава 11. Штурм фактории


Прошло несколько часов. Я продолжал наблюдать за крепостью. Ажиотаж спал — игроки, вышедшие на охоту, возвращались цепочками и поодиночке, усталые, но довольные — нашу группу они не нашли, но судя по всему, хорошенько поохотились в моих землях. Я бессильно скрежетал зубами, наблюдая за тем, как они связки шкур и клыков моих умертвий.

В расположенной на территории фактории таверне горели окна, и оттуда доносился шум: пьяные крики, взрывы хохота, звон кружек. Двери то и дело распахивались, выпуская наружу забулдыг, которые, пошатываясь, брели к своим комнатам или просто падали у крыльца. Вышибалы, здоровенные NPC, выволакивали особо перебравших игроков и без церемоний скидывали их с крыльца в пыль. Где-то внутри таверны затянули пьяную песню, и десяток голосов подхватил её, фальшивя и перевирая слова.

Вечерело.

Вдруг раздался скрип колёс по ту сторону холма. Я насторожился.

Через пару минут из-за склона показалась знакомая троица.

— Мастер Мортис! Мы достали повозку! Её никто не хватится до утра! Внутри хватит места для всех ваших воинов! Залезайте скорее, нужно успеть до смены караула, там мой знакомый стоит.

— Хорошо, — проскрежетал я. — Веди.

Мы со скелетами двинулись следом за игроками вниз, к подножию холма. Повозка, которую раздобыли игроки, стояла на дороге. Она представляла собой старую, обшарпанную, крытую порванным в нескольких местах брезентом телегу с высокими деревянными бортами. Такие обычно использовали для перевозки грузов. На борту, что немаловажно, виднелась потёртая эмблема гильдии охотников за Тьмой — возможно, это поможет избежать лишних вопросов. В повозку была запряжена худая деревенская кляча. Рёбра её торчали из-под облезлой кожи. Лошадь, почуяв нежить, нервно заржала, взбрыкнула. Подскочившая Ийва начала успокаивать животное, поглаживая его по морде.

Я заглянул внутрь повозки. Тесновато, но двенадцать скелетов поместятся. Линдар уже откидывал брезентовый полог, Ийва нервно оглядывалась на стены фактории, а варвар тем временем выкидывал на землю солому.

— Отлично, — проскрежетал я. — Залезаем. И помните: если нас обнаружат — вы погибнете первыми.

Скелеты один за другим забирались в повозку. Линдар суетился, подсказывая, как нам лучше разместиться, на самом деле только мешаясь под ногами.

Когда последний метатель скрылся под брезентовым верхом, Линдар скомандовал:

— Давай сено! Быстро!

Громгар подхватил здоровенными вилами тюк слежавшейся соломы и начал закидывать её обратно, накрывая скелетов. Ийва помогала ему, разравнивая сено руками, чтобы ни одна костяная конечность не торчала наружу. Через пару минут повозка выглядела как обычный воз с сеном — разве что слишком тяжёлый.

— Нормально, — оценил Линдар, отряхиваясь. — Теперь главное — проехать ворота. Ийва, давай документы. Громгар, будешь идти рядом, помогать лошади.

Варвар что-то пробурчал, но послушно упёрся в бок телеге, помогая лошади тронуться. Я лёг поверх скелетов, натянул на себя охапку сена и замер. Повозка дёрнулась и покатилась к воротам фактории.

— Говорить буду я. Вы молчите. Просто смотрите с умным видом! Всё ясно? — инструктировал напоследок Линдар своих друзей.

Те ответили нестройным согласным гулом.

— Всё тихо, они рядом! — прошептал эльф, откашливаясь.

Мы медленно подкатили к воротам. Из караулки вышел стражник. Судя по тяжёлым шагам, крупный, в броне. Тот самый начальник караула, которого я видел с холма.

— День добрый, стража! Хорошего караула! Удачи вам! Чистых рук и зорких глаз! — выпалил Линдар заранее подготовленную фразу.

— Осади. Вечер уже. Какой день? — отрезал строгий голос. — Что везёте? — не обращая внимания на несущего бред эльфа, хмуро поинтересовался стражник. Он обошёл телегу и с глухим стуком ударил кулаком в борт.

— А-э-м-э... — произнёс Линдар.

Я с трудом удержался, чтобы не ударить себя ладонью по лицу. Я прямо чувствовал, как он покраснел. Похоже, разговор пошёл не по плану и у парня от волнения вылетели из головы все заготовленные слова.

— Везём сено, по заказу Гильдии. Для лошадей, — встряла Ийва, чувствуя, что нужна её помощь.

— Показывайте, — велел начальник караула. Голос его звучал бескомпромиссно.

— Но к чему терять время? — ненатурально спросил Линдар, глупо при этом хихикнув. — Разве у вас нет других дел, кроме как смотреть селеги с теном? Ой, тьфу! То есть телеги с сеном! — запутался в словах эльф.

— Ты что, будешь указывать мне, чем заниматься? — в голосе стража зазвучала ленивая, но нешуточная угроза.

— Н-нет.

— Тогда показывай, что везёте. И почему так поздно? На вход работаем до восьми вечера. Будете тянуть время, оставлю вас до утра за воротами.

И тут в разговор встрял ещё один собеседник. Я даже не сразу узнал в нём варвара.

— Командир, — произнёс он спокойным, уверенным тоном, — давай без лишних формальностей. Мы оба знаем, что сено — это не повод для досмотра. Телега опечатана гильдией, заказ оформлен, документы в порядке. Ты хочешь досмотреть — твоё право. Но если ты начнёшь перетряхивать каждый воз, то до утра не управишься, а твои ребята без премии останутся. Мы же хотим просто заехать, разгрузиться, выпить кружку пива и лечь спать. Дорога выдалась сложной, и совсем не хочется ещё тут задерживаться! Давай решим по-простому.

Он сделал едва заметную паузу, и в воздухе повисла тишина.

— Досмотр не займёт много времени. Давай посмотрим груз и пойдёте пить своё пиво, — возразил стражник, но в его голосе уже не было той бескомпромиссности. Кажется, он уловил намёк на премию и дал заднюю.

— Давай лучше так — ты нас пропускаешь без лишнего шума. Мы закрываем глаза на то, что ты превышаешь полномочия и досматриваешь гильдейский груз без представителя гильдии. Все расходятся довольными. Идёт? Ну и с нас, разумеется, пиво и горячий ужин для тебя и твоих парней.

Я буквально чувствовал повисшее в воздухе напряжение. Мысленно отдав команду скелетам готовиться к бою, сам поплотнее сжал древко дротика.

— Ладно, — буркнул стражник и махнул рукой. — Проезжайте. Но в следующий раз — до восьми.

Раздался звук рукопожатия, сопровождаемый едва различимым звоном серебра.

— Само собой, — кивнул Громгар и, обернувшись к Ийве, коротко бросил: — Трогай.

Повозка дёрнулась и въехала в ворота фактории. Я лежал под сеном и не мог поверить в произошедшее. Этот варвар только что разрулил ситуацию как опытный контрабандист с многолетним стажем. Вот уж действительно — никогда не суди о книге по обложке.

Ворота со скрипом распахнулись, и телега тронулась. Я лежал под сеном, всё ещё сжимая дротик, и чувствовал, как напряжение медленно отпускает. Неужели получилось? Мы внутри? Я ожидал чего угодно — что нас раскроют, что стража решит перетряхнуть сено, что Линдар ляпнет что-то фатальное, — но нет. Мы проехали. Фактория, битком набитая охотниками за Тьмой, только что впустила отряд нежити в своё сердце. Я едва сдержал смешок. Вот идиоты.

Телега проехала ещё немного по двору и остановилась. Послышалось шуршание, брезентовый полог откинули, и в глаза ударил тусклый лунный свет. Надо мной навис силуэт Линдара.

— Выходите! Получилось! Я договорился! — радостно заявил эльф, словно это была его заслуга.

«Договорился, как же», — я даже хмыкнул про себя, но вслух ничего не сказал.

Мы выбрались из телеги. Скелеты один за другим спрыгивали на землю, разминали кости, проверяли оружие. Я огляделся. Телега была припаркована с задней стороны какого-то длинного приземистого строения. В воздухе стоял тяжёлый запах навоза, мокрой соломы и скота. Свинарник. Или коровник — не разберу в темноте. В любом случае, место было выбрано удачно: сюда вряд ли кто-то сунется ночью. Пахло, правда, ужасно, но скелетам это безразлично.

Скелеты проверили оружие — дротики в колчанах, щиты на руках, бомбы на поясах. Всё на месте. Игроки стояли рядом и ожидающе смотрели на меня.

Чего им? Ах да. Завершения квеста.

— Э-э-э... Вы молодцы. Справились, — произнёс я, стараясь говорить медленно и с достоинством, как подобает NPC-мастеру. — Не каждый отважится провести отряд Тьмы через охраняемые ворота. Вы доказали свою преданность и находчивость. Мастер Мортис доволен.

Я замолчал. Игроки ждали. Линдар аж подался вперёд, чуть не приплясывая от нетерпения. Ийва сцепила руки в замок, словно молилась. Громгар стоял ровно, но его пальцы нервно постукивали по рукояти топора.

— Вот ваша награда... — начал я и осёкся.

Что мне им дать? Или убить игроков сейчас? Получится ли без шума? Опять же, что им помешает, ещё находясь в мертвяке, тут же написать в чат? Нас тут же раскроют. Надо сохранить их лояльность... Дать им что-то? Но у меня толком ничего нет из того, что им нужно. Если бы я знал заранее, мог бы выковать в кузнице что-то под их уровень — благо у меня рецептов снаряжения сейчас полно, исследования идут каждый день. Даже необычного качества есть. Но я же не готовился к подобному. Что же им дать, что же дать?

Напряжение на лицах игроков усиливалось, пауза затягивалась.

И тут на помощь пришло то, чего я вообще никак не мог ожидать.

Перед глазами вспыхнуло системное сообщение:

«Вы дали квест игрокам: „Путь Тёмного Клинка. Часть 1: Проникновение“. Игроки считают, что выполнили условия. Желаете завершить квест или продолжить, дав новое задание?

При завершении квеста вы можете выбрать награду для игроков из доступных вариантов:

— Опыт (зависит от сложности квеста, берётся из опыта подземелья. Примечание: снижение уже полученного уровня подземелья невозможно)

— Деньги (из инвентаря или хранилища подземелья. Если выбрать из хранилища, на награду будет наложен 20% штраф за доставку)

— Предмет (из инвентаря или хранилища подземелья. Если выбрать из хранилища, на награду будет наложен 20% штраф за доставку)

— Репутация с фракцией „Последователи Мортиса“ (будет создана. Очки репутации также вычитаются из опыта подземелья. Примечание: снижение уже полученного уровня подземелья невозможно).

Если квест не завершить, игроки могут потерять интерес или заподозрить обман. Рекомендуется завершить квест и выдать награду.

Принять / Продолжить».

Напротив предметов была табличка, которую можно было заполнять, вставляя из списка имеющихся в подземелье предметов. Деньги, опыт и репутация регулировались специальными бегунками, позволяющими выставить нужное количество.

Я что, сейчас выдал квест как самый настоящий NPC? Интересно.

Ну ладно. Я выставил бегунками опыт — три тысячи. Для меня сейчас это не так много, а для игроков четвёртого уровня это сразу несколько лвлапов. Монеты — по сто медяков каждому. Репутация фракции... Не знаю, скажем, шесть десятков на всех.

Система вновь мигнула:

«Вы создали квест на получение уникального класса „Тёмный Клинок“. Желаете продолжить и выдать квест „Путь Тёмного Клинка. Часть 2: Испытание Тьмы“ для игрока Линдар?»

Я пожал плечами. А почему бы и нет? Совсем не повредит свой человек... вернее, свой эльф в стане врага.

— Да, — согласился я.

Перед глазами вспыхнуло системное сообщение:

«Квест принят. Для создания условий квеста опишите их игроку устно. Рекомендуется использовать стиль, соответствующий роли NPC-мастера».

Игроков озарили вспышки лвлапов. Линдар, Ийва и Громгар с удивлением и улыбкой смотрели друг на друга, не веря своим глазам. Теперь они были восьмого уровня — только Линдар седьмого, но если и не хватало до восьмого, то совсем немного.

— Смотри, я восьмой! — прошептала Ийва, разглядывая свои характеристики.

— Я тоже! — прогудел Громгар, и его голос дрожал от восторга.

— А у меня вторая часть квеста! — хвастался Линдар, тыкая пальцем в интерфейс. — Видите? «Путь Тёмного Клинка. Часть 2: Испытание Тьмы»! Я же говорил, что я буду учеником!

Эльф тут же осёкся, вспомнив, что перед ним стоит Мастер, и низко поклонился.

— Мастер Мортис! Что нам делать дальше? Какие будут указания?

— Уходите из фактории. Незаметно. Нельзя, чтобы вас кто-то связал с тем, что сейчас тут произойдёт. Находитесь поблизости. Я найду тебя и дам знать, что делать дальше, — не нашёл ничего лучше я.

«Как я его потом найду? — мелькнула мысль. — Ну, как-нибудь найду, если понадобится».

— Да, Мастер Мортис! — выдохнул Линдар и, пятясь и кланяясь, попятился к выходу. Ийва и Громгар последовали за ним, то и дело оглядываясь на меня с благоговейным трепетом.

Через минуту они скрылись в темноте, а перед моими глазами развернулось новое сообщение:

«Создана фракция: „Последователи Мортиса“. Уровень фракции: 1. Опыт фракции: 100/1000.

Получено: выполнение квеста „Путь Тёмного Клинка. Часть 1: Проникновение“ — +100 опыта фракции.

Бонусы фракции: нет. Репутация с другими фракциями: 0. Известность фракции: 0. Последователи фракции: 3 игрока».

— А мне дали второй квест, я буду тёмным клинко-о-о-ом, а мне дали второй квест, я буду тёмным клинко-о-о-ом! — донёсся из-за угла удаляющийся голос Линдара, и я усмехнулся. Пусть радуется. Пока. А у меня есть дела поважнее.

Мы со скелетами двинули скрытно, перебегая от одной хозяйственной постройки к другой. Фактория уже спала — только в таверне ещё горели окна да изредка проходили патрули. Мы держались тёмных переулков, прижимались к стенам, замирали, когда слышали шаги. Двенадцать скелетов и я — тринадцатый — двигались как один.

За свинарником обнаружился склад горючего. Земляное масло — его использовали для заправки ламп, факелов и, что важнее, для баллист: магические орудия требовали горючей смеси для стрел с алхимической начинкой. Бочки стояли рядами, накрытые промасленной тканью. Охраны не было — видимо, кому придёт в голову красть земляное масло посреди фактории? Мне.

Скелеты подхватили по бочке, и мы двинулись дальше. Облили хозяйственные постройки — кузницу, мастерскую, сарай с инструментами. Облили склад — тот самый, куда свозили трофеи с охоты на нежить. Облили казарму, откуда доносился храп спящих стражников. Масло текло по брёвнам, пропитывало дерево, капало на землю.

Оставалось ещё облить таверну, как нас заметили.

— Эй, а ну идите сюда! Вы что тут делаете! — окликнул нас караульный. Судя по голосу, он ещё не понял, с кем имеет дело — в темноте мы могли сойти за подвыпивших охотников.

— Командир, да мы тут это... — хрипло произнёс я, имитируя голос пьяницы и перемешивая слова с икотой.

— Сюда иди, я сказал! — в голосе караульного зазвучал металл.

— Иду, — ответил я, выпрямляясь.

Шаг вперёд — и мой голый череп попал под свет факела в руках стражника.

Он только открыл рот, чтобы закричать, как в него вонзился дротик. Воин захлебнулся криком, захрипел и рухнул на землю. Его товарищ потянулся за клинком, тоже хотел закричать, но получил сразу три дротика — два в грудь, один в горло. Упал на землю, клинок выпал из руки и предательски звякнул о камень.

— Тревога! — закричал кто-то на стене.

«Проклятие, мы не закончили до конца!» — выругался я на ходу. Я подбежал к телу стражника, ногой подбросил в воздух ещё не погасший факел, ловко поймал его рукой и ткнул в бочку, что нёс один из метателей. Бочка занялась огнём, и скелет по моей команде метнул её прямо в окно таверны. Стекло разлетелось вдребезги, и через секунду внутри полыхнуло.

Где-то бил колокол, оповещая о тревоге. Мы со скелетами нырнули во тьму. Бежали по переулкам, поджигая загодя облитые строения. Очень скоро половина деревянной крепости пылала.

Ударяя в давке то одного, то другого игрока копьём, поджигая строение за строением, я умудрялся одновременно с этим контролировать действия каждого из своих скелетов — даже тех, которые не были в радиусе моего обзора. Не знаю, как это вышло. Я был целиком и полностью поглощён боем, но какая-то небольшая часть моего сознания словно анализировала действия каждого из миньонов, руководила ими, направляла. Я чувствовал их — не просто как точки на карте, а как продолжение себя. Видел их глазами, даже когда не видел вообще ничего. Это было странно. Это было ново. И это работало.

Надо будет разобраться. Но позже — всё позже, сейчас совсем не до этого.

Начался хаос. Из таверны с криками вываливались пьяные игроки, ничего не понимая и хватаясь за оружие. Кто-то орал, что напали тёмные, кто-то — что это драконы, кто-то просто бежал, не разбирая дороги. В темноте и дыму игроки и NPC сталкивались друг с другом, принимали своих за врагов, начинали стычки. Один отряд охотников, выскочив из-за угла, нарвался на другой — и через секунду обе группы уже рубили друг друга, не понимая, кто перед ними. Дым ел глаза, пламя освещало перекошенные от страха лица.

Мы двигались вперёд, на ходу убивая всех без разбора — игроков, NPC. Метатели работали слаженно: один бросал дротик, второй прикрывал щитом, третий добивал раненых. Я не отставал, отправляя короткие копья в мечущиеся тени.

У меня была цель. Нет, не покинуть живым факторию — это, конечно, хорошо, но есть более важные вещи. Баллисты. Надо уничтожить баллисты.

Я почти добрался до заранее подмеченной лестницы, что вела на стену, как вдруг ночь превратилась в день. Ярчайшая вспышка света ударила по глазам, и меня отбросило назад.

— Стоять! — громогласный голос разнёсся над факторией, перекрывая даже колокол тревоги.

Половины ХП как не бывало. Кто там так хреначит? Я бешено озирался по сторонам в поисках врага.

Вот он. Посреди площади, в самом центре фактории, стоял маг в белоснежном балахоне, расшитом золотыми рунами. Его посох, увенчанный крупным алмазом, был направлен прямо на нас, и алмаз всё ещё светился остаточным сиянием. Над головой светился ник: «Инквизитор Ламберт. Уровень 52».

Похоже, Жрец Света — один из тех редких боевых магов, что специализируются на уничтожении врагов испепеляющей силой света. Чёрт. Только его здесь не хватало.

Всё ещё оглушённый, я, мотая головой, оглядел свой отряд. Из двенадцати метателей на ногах, включая меня, осталось пятеро. Охренеть! Это он массовкой так ударил? Нам повезло, что нас только краем задело! Сейчас он перезарядится — и нам несдобровать.

— Рассыпаться! — рявкнул я оставшимся скелетам. — Отвлекайте его! Рядом не стоять!

Метатели бросились в разные стороны. Доля секунды — и я задал каждому из миньонов личное направление для бегства, чтобы те разбежались в максимальном радиусе. Пусть жрец тратит время на них, убивая по одному, — у меня будет время. Я рванул вверх по лестнице. Навстречу выскочил лучник — я принял его стрелу на щит, подскочил и ударом щита сбросил его со стены наружу. Второй лучник получил дротик в живот, а затем я добил его ударом копья в горло. Рука привычно сунулась к подсумку, но ничего не обнаружила. Последний. Я вырвал из живота убитого NPC дротик, закинул его в подсумок и поспешил к баллисте.

Вот она! Огромная, собранная из дерева и металла, с натянутой тетивой и магическим ложем для стрел. По-хорошему, надо бы сжечь её полностью, но сейчас не вариант. Хотя бы так: в центре баллисты — алый кристалл, сосредоточие её силы, фокусирующий камень. Разбей его — и орудие выйдет из строя. Стоит такой кристалл дорого, в условиях войны — дефицит. Пусть таскаются с неисправным орудием. Пока к ним придёт замена...

Взмах копья — и стальной наконечник обрушился на кристалл.

Хрустальный звон. Кристалл без видимых повреждений.

— Убейте его! Он сейчас сломает баллисту! — опомнился кто-то.

Я, не обращая внимания на летящие со всех сторон стрелы, отбросил щит, перехватил копьё двумя руками и удар за ударом осыпал кристалл. «Вот бы где сейчас пригодился мой молот», — некстати вспомнил я свою бытность игроком. Сам удивился. Давно уже не вспоминал.

Я замахнулся для последнего удара, вкладывая в него всю оставшуюся силу, и в этот момент ночь снова стала днём.

Вспышка. Белое, всепоглощающее, безжалостное пламя — на этот раз бившее точно в меня. Инквизитор Ламберт не стал размениваться на оставшихся скелетов. Он выждал, пока я окажусь на открытом месте, на стене, на виду у всей фактории, и ударил прицельно. Боль пронзила каждую кость, каждый сустав, каждую трещину в доспехе. Здоровье рухнуло в ноль.

Меня вышвырнуло из костяного тела с такой силой, словно я был не скелетом, а тряпичной куклой. Мир завертелся, расплылся, и я оказался парящим над факторией — бесплотный, невидимый, бессильный. Последнее, что я успел увидеть перед тем, как тьма накрыла поле боя, — алый кристалл, расколовшийся на две части. Одна баллиста выведена из строя. Миссия выполнена. Остальное — неважно.

Я сидел на воротах своего подземелья, свесив ноги вниз, и подводил итоги выхода. Получалось так себе.

Да, опыта с игроков я получил достаточно — плюс награда от Склепа. Но по сути, сейчас я потрачу очень много ресурсов на воскрешение погибших скелетов — ведь не выжил никто. Двенадцать метателей, мои лучшие бойцы, остались лежать грудой костей в горящей фактории. Дропа никакого я тоже не получил — всё, что мы могли собрать, осталось с телами бойцов. Кроме того, я потерял снаряжение: дротики, щиты, бомбы, свитки, зелья. Потерял расходники. Многое потерял.

А с другой стороны — разведка. Я выяснил, что рядом со мной обосновался сильный враг. Нанес ему урон — серьёзный, судя по масштабу пожара. Ну а ещё умудрился дать квест и создать фракцию — с этим стоит разобраться подробнее. И при случае непременно спросить у Германа — он наверняка знает, как это работает.

Внезапно перед глазами вспыхнуло системное сообщение:

«Внимание! Вы нанесли значительный ущерб враждебной фракции — Гильдии Охотников за Тьмой, которая считает ваши земли своими охотничьими угодьями. Ваши действия не останутся незамеченными.

Уничтожено:

— Баллиста „Страж Света“: +10 000 опыта

— Казармы стражи: +5 100 опыта

— Склад снабжения: +6 000 опыта

— Хозяйственные постройки (кузница, мастерская): +4 000 опыта

— Таверна (частично): +3 000 опыта

— Убито игроков и NPC: +3 030 опыта

Итого: +31 330 опыта подземелья».

Ого. Это с лихвой перекрывает всё потраченное мной. Тридцать тысяч опыта — это значит, мне хватает на следующий уровень. Все потери, все расходы, все убитые скелеты — всё окупилось с лихвой. Я смотрел на сообщение и чувствовал, как настроение, ещё секунду назад мрачное, стремительно ползёт вверх.

Новый способ фармить опыт? Пожалуй, да. Очень, очень прибыльный способ.

Так. А что там с уникальными достижениями у скелетов? Я потратил часть некротических эссенций, воскрешая павших метателей.

Ничего. Ни одного достижения... Похоже, система, после гибели всей группы, признала рейд неудачным и каких-то особых наград решила не выписывать... Жаль.

Вернее, нет. Что-то есть.

Один скелет поднялся с новым достижением. Тот самый метатель, в теле которого я разыграл спектакль с Мастером Мортисом и выдал квест Линдару.

«Достижение: „Мастер Мортис“. Уровень 1.

Описание: Этот скелет стал воплощением легенды. Игроки, встретившие его, не видят в нём обычного моба — они видят загадочного NPC, Мастера Тёмного Клинка, и реагируют соответственно. Многие, прежде чем атаковать, предпочтут завести с ним диалог — или вовсе отступят, решив, что перед ними квестовый персонаж. Система закрепила этот статус.

Бонусы:

— +30% ко всем характеристикам.

— Навык „Тёмный Пилум. Уровень 1“ — метатель может использовать призрачный пилум вместо обычного дротика раз в 60 секунд. Урон: базовый × 3.0, игнорирует 60% брони.

— Аура „Присутствие Мастера“ — все союзные миньоны в радиусе 15 метров получают +10% к урону и +10% к сопротивлению магии.

— Эффект „Квестовая метка“ — игроки, встретившие этого скелета вне боя, с некоторой вероятностью не атакуют его первыми. Вместо этого они могут попытаться заговорить с ним, ожидая квеста. Эффект не действует на игроков с уровнем выше 40».

Я перечитал описание дважды. Офигеть. Вот это достижение!

Этот скелет теперь не просто боец — он легенда. Игроки будут видеть в нём не миньона, а Мастера Мортиса. С ним можно будет разыгрывать целые спектакли. И, что самое приятное, его боевая мощь выросла на порядок. Плевать, что остальные скелеты, павшие в рейде, не получили ничего. Этот один стоил целого отряда.

Ладно. Метатели, метателями, но главное другое — у меня есть новый уровень, а ведь именно он был основным препятствием для атаки на склад. Ну, кроме найма рекомендованных Германом призраков-убийц. Но с этим я разберусь на ближайшем аукционе.

«Поздравляем! Подземелье нежити достигло 15 уровня».

Дальше шли новые доступные слоты для комнат, возможность улучшения ряда миньонов на два-три уровня, апгрейд некоторых уже существующих строений. Всё как обычно. Но главное — вот.

Стало доступно новое строение: Мастерская Боевых Машин.





Глава 12. Красота и смерть


Стоимость неприятно удивляла, но выбора не было. Да и грех жаловаться — ресурсов после аукционов и рейдов хватало. Я нажал «Построить».

Мастерская выросла в восточном крыле подземелья — огромный зал с высокими сводами, освещённый тусклым зеленоватым светом некротических кристаллов. Вдоль стен выстроились стапеля для сборки, подъёмные механизмы из костей и металла, чаны с застывающей некротической смолой. Для работы мастерской требовалось наличие сразу трёх скелетов.

Я открыл меню управления миньонами. После постройки мастерской в подземелье открылась возможность найма новых скелетов.

Скелет-механик. Уровень 12.

Тип: Рабочий / Специалист / Боевой / Средняя нежить.

Описание: Этот скелет не держит меч и не носит щит. Его оружие — гаечные ключи, зубила и кузнечные молоты. Его костяные пальцы, длинные и тонкие, способны собирать сложнейшие механизмы, а также управлять ими в бою. При жизни он, возможно, был инженером или механиком. Теперь он служит тьме, вдыхая «жизнь» в костяные машины. Скелеты-механики работают в Мастерской, собирая и обслуживая боевые машины, и они же управляют ими в бою и в походах. Каждая построенная машина требует двух механиков для полноценной работы, управления, обслуживания и ремонта.

Я пролистал доступные на данный момент чертежи:

— Костяный Тягач — грузовая машина, способная перевозить огромное количество ресурсов. Не требует еды, не устаёт, движется на энергии Кристаллов Тьмы. Грузоподъёмность — как у трёх шестилапов, скорость около двадцати километров в час. Идеален для рейдов за добычей и перевозки ресурсов внутри подземелья.

— Костяной Таран — осадная машина, предназначенная для разрушения ворот и стен. Усиленна бронёй из зачарованных костей и металла, способна выдержать шквальный огонь.

— Мёртвый Разведчик — лёгкая машина на костяных колёсах, быстрая и манёвренная. Используется для разведки и быстрых атак. После соответствующих исследований может быть оснащена стационарным вооружением.

Примечание: новые типы машин, а также улучшения уже существующих исследуются в Библиотеке Проклятых Знаний.

Недолго думая, я сразу заказал строительство трёх Костяных Тягачей, а также нанял сразу девять скелетов-механиков.

Через три часа из ворот Мастерской Боевых Машин выехал первый Костяной Тягач.

Он был огромен. Массивный корпус, собранный из сотен костей, скреплённых некротической смолой и усиленных металлическими пластинами, мерцал тусклым зеленоватым светом. Четыре широких колеса — каждое в половину моего роста — были собраны из спрессованных костяных дисков и обиты по ободу полосами чёрного серебра. Кузов — глубокая платформа с высокими бортами, способная вместить груз, который десяток обычных скелетов таскали бы несколько дней.

Тягач двигался плавно, почти бесшумно — только костяные колёса мягко постукивали по каменным плитам. В центре корпуса, за прозрачной пластиной из слюды, пульсировал Кристалл Тьмы — сердце машины. На водительском месте, сжимая костяными пальцами рычаги управления, сидел скелет-механик. Второй механик устроился в кузове — он отвечал за груз, крепления и мелкий ремонт в пути.

Я залюбовался. Тягач ловко маневрировал в подземелье, разворачивался в узких проходах, легко объезжал колонны и миньонов, не задевая ни одного. Скелет-водитель управлял машиной так, словно делал это всю жизнь.

Недолго думая, я отправил его на помощь скелетам, трудящимся в базальтовой шахте. Доставка продукции оттуда в стандартных тележках занимала едва ли не восемьдесят процентов времени от всего цикла добычи. Посмотрим, как Тягачи помогут. Если расчёты верны, скорость добычи базальта должна вырасти минимум вдвое. А значит — больше ресурсов, быстрее стройка, сильнее моё подземелье.

Настало время нового аукциона. С «Покровом Вечной Ночи» мне повезло. Парочка «Покровов» висела на рынке и, судя по всему, уже не первый аукцион — продавец легко пошёл на снижение цены, а также согласился на оплату чёрным серебром, проклятыми самоцветами и тёмными опалами. Уже через час я был счастливым обладателем артефакта, позволяющего нежити путешествовать далеко за пределами радиуса подземелья.

Со вторым лотом всё шло намного хуже. Я обыскал все доступные слоты, пролистал сотни предложений, но так и не смог найти то, что было нужно — Кристаллизованную Скверну. Без неё «Убежище Теней» не построить, а значит, призраки-убийцы остаются недоступны. Я оставил запрос на покупку с щедрой ценой и принялся ждать.

Прождал, наверное, сутки, когда ко мне бесшумно, как обычно, подкралась Алёна.

— Привет.

— И тебе привет, — я с трудом сдерживал глупую улыбку. «Спокойно! Ты не подросток! Ты вообще не человек. Мертвец. NPC. Даже квесты выдаёшь», — одёрнул я себя.

Сработало. Я нахмурился, вспомнив свой текущий статус.

— Как дела? Что ищешь? — Алёна склонила голову к плечу, разглядывая меня с лёгким прищуром. В её глазах плясали искорки — то ли от света магических светильников, то ли от чего-то ещё.

— Вроде всё более-менее нормально. А ищу... — я задумался, стоит ли рассказывать, а потом вспомнил слова Германа о том, что Алёну он проверил. — Ищу Кристаллизованную Скверну. Нужно для постройки. Никак не могу найти. У тебя не завалялась случайно?

— Нет, — пожала плечами девушка. — У меня такого нет, но могу поспрашивать.

— Было бы отлично, спасибо... — кивнул я.

Повисла неловкая пауза. Мы стояли друг напротив друга посреди шумного зала аукциона, мимо сновали Хранители всех мастей, гудели голоса, звенели монеты, а мы молчали, и каждый не знал, что сказать дальше. Я смотрел на Алёну и чувствовал, как внутри борется целая буря противоречивых чувств. Она — NPC. ИскИн. Строка кода. Но когда она улыбалась, я на мгновение забывал об этом. Забывал, что сам — мертвец. NPC. Призрак, запертый в цифровом аду. Рядом с ней я вновь чувствовал себя... человеком.

— Ты... Как вообще твоё подземелье? Часто атакуют? — спросила Алёна, и в её голосе мне почудилась какая-то неуверенность, совсем не свойственная Хранителю девяносто пятого уровня. Она словно искала тему для разговора — и не находила.

— Когда как. В последнее время вообще никого не видать, больше в рейдах. А у тебя?

— Тоже. Но я в рейды почти не хожу. Просто сижу и любуюсь на своих птиц.

Я не нашёлся, что ответить, кроме того чтобы глупо спросить:

— Каких птиц?

— Моих, — просто ответила она, и на её губах заиграла едва заметная улыбка. — Хочешь посмотреть? У меня их много. Целые стаи. Они гнездятся на вершинах скал. А по утрам поют так, что забываешь обо всём.

— В принципе, можно. Я правильно понимаю, что ты приглашаешь меня к себе в подземелье? Подобного рода визиты вообще возможны?

— Да, я приглашаю тебя к себе, — Алёна слегка покраснела и отвела взгляд, словно сама удивилась собственной смелости. — И, конечно, такие визиты — вполне себе норма у высокоуровневых Хранителей. Поделиться опытом, иногда раздобыть что-то, не платя процент аукциону. А иногда — для того, чтобы скрытно что-то передать, не засветив на аукционе. Ну и если у кого-то счётчик близок к пятёрке, Хранители могут передать ему часть миньонов, чтобы помочь отразить удар, пока тот не разберётся с обороной.

— Ого! Даже такое есть! — я искренне удивился.

— Да. Там куча ограничений и штрафов. Всё не так легко, как на словах, — практически целый квест, можно сказать. Но в крайнем случае такое практикуется.

— Интересно. Это очень интересно. Спасибо за информацию.

— Пожалуйста. Рада, что была полезна. Ну так что, пойдёшь ко мне?

— Я бы с радостью, но мне надо раздобыть мою Скверну. А если я войду к тебе, то время очень быстро кончится, — я развёл руками, чувствуя себя полным идиотом. Она приглашает, а я отказываюсь.

— Если дело только в этом, то я... сейчас пойду... спрошу про Скверну, — произнесла Алёна, снова поворачиваясь ко мне. — Если кто-то из моих знакомых сможет помочь — я дам знать.

— Спасибо. Правда. Это очень важно для меня.

— Я понимаю, — она помолчала, глядя мне в глаза.

Затем улыбнулась — тепло и чуть грустно, — и, не сказав больше ни слова, развернулась и исчезла в толпе Хранителей. А я остался стоять, глядя ей вслед.

— Вот. Вот она, твоя Скверна, — раздался вдруг знакомый голос.

Не прошло и пары часов, как из толпы Хранителей вынырнула улыбающаяся Алёна. Она буквально светилась от радости — такой я её ещё не видел.

— Кристаллизованная Скверна, двадцать единиц! — объявила она, указывая на пять тяжёлых, пульсирующих тёмной энергией мешков, которые тащил здоровенный, мускулистый демон. Последний подошёл ближе, бросил мешки на землю и удалился прочь. Алёна кивнула скелету, стоявшему рядом для транспортировки покупок.

— Ого. Это даже больше, чем надо, — удивился я.

— Знаю. Но после постройки наверняка нужно будет сделать апгрейд? — проницательно заметила девушка.

— Скорее всего. Спасибо, — согласился я, глядя, как скелет, нагруженный кристаллами, скрывается в портале. Затем повернулся к Алёне. — Что я тебе должен?

— Ой, да ничего. Сочтёмся, — махнула рукой она и защебетала весело, быстро, словно птица: — Она мне ничего не стоила! Представляешь, старый знакомый, я ему когда-то помогла с партией горных изумрудов, и он давно был должен, а сегодня сам вышел на связь — я даже не рассчитывала! Говорит, есть Скверна, двадцать единиц, отдам за старый долг. Я сразу про тебя вспомнила. Представляешь, как удачно совпало? Тебе нужно — и у него как раз есть! — она говорила быстро, перескакивая с одного на другое, и в её голосе звучала такая искренняя радость, что я невольно расплылся в улыбке.

Так! Чего это я?! Забыл что ли прошлый урок про бесплатные подарки, что преподал мне Герман?

— Стоп. Нет. Я хочу рассчитаться прямо сейчас, — перебил её я и нахмурился.

Да, Герман говорил, что ей можно доверять. И она пока это оправдывает. Но вспомнить самого Германа и его «подарок» — редкий сет? Как я потом за него рассчитывался? Хорошо, я согласен, что в конечном итоге странник оказался прав и оставить подземелье на том же самом месте было лучшим решением. Но сама ситуация. Эти непонятно откуда возникающие долги в игре меня не устраивали. Больше всего не устраивало то, что я не понимал их систему. И не хотел повторять ту же ошибку.

На лице Алёны тем временем отразилась нешуточная обида. Улыбка погасла, плечи опустились.

— Я поняла, — ледяным голосом произнесла она. — Подтверждаю, что Хранитель подземелья, — она назвала мой идентификатор, — не имеет передо мной никаких обязательств. Двадцать единиц Кристаллизованной Скверны переданы ему в дар, безвозмездно и без каких-либо условий. Я, Алёна, Хранитель подземелья «Гнездо Ветров», не имею и не буду иметь никаких претензий, связанных с этой передачей. — Она замолчала, поджала губы и отвернулась. — Прощай.

И побрела прочь.

Я почувствовал, что обидел её. Искренне. По-настоящему. Или это такая тонкая игра на моих чувствах? Да нет, похоже, и правда. Догнать её? Или чёрт с ней, пусть идёт обижается? — думал я, уже ускоряя шаг. Ноги сами несли меня следом.

— Стой. Алёна, извини. Просто я однажды столкнулся с ситуацией, где подарок превратился в долг. Да ещё и с огромными процентами... — оправдывался я, пытаясь догнать её.

Алёна упорно брела дальше, не оборачиваясь.

— Да стой же ты! — я пыхтел, ускоряя шаг, но девушка была быстрее. Её лёгкая фигура мелькала между Хранителями, уворачивалась от миньонов, обходила столы с лотами. Я не отставал.

Рывок — и я смог поравняться с ней. Заглянул в её лицо, ожидая увидеть обиду, слёзы или ледяное презрение, а она... улыбалась!

Поймав мой встревоженный взгляд, девушка прыснула в кулак.

— Ну что, пошли ко мне? — махнула длинными волосами она. — У нас есть... — она на секунду задумалась.

— Две минуты пятьдесят семь секунд, — опередил её я, за мгновение пересчитав пропорции времени в подземелье и на аукционе и прикинув остаток.

— Ого! — удивился я своим математическим способностям. — Не замечал за собой раньше такой скорости счёта.

— Растёшь, — пожав плечами, непонятно добавила Алёна. — Ну что, давай за мной?

Она взмахнула рукой, и перед нами развернулся портал — серебристая завеса, мерцающая в воздухе. Я замер на мгновение. «А вдруг это ловушка? Вдруг я не смогу вернуться? А вдруг...» — мрачные мысли роились в голове, но я отогнал их. Выдохнул — насколько это вообще возможно для призрака, — и шагнул в зеркало портала.

И замер, поражённый.

Данж Алёны... это просто... Хотя нет.

Это был не данж. Подземельем это не назвать. Горные пики, острые, как клыки, уходили в бесконечное голубое небо. Между хребтами вилась тонкая тропа — каменная нить над пропастью. А вокруг, на скалах, на уступах, в расщелинах, — сотни, тысячи гнёзд. И в них — птицы. Мелкие — относительно, конечно: когда они подлетели ближе, я понял, что размах их крыльев превышал два метра, — разноцветные, переливающиеся всеми цветами радуги, восьмидесятого уровня, они порхали между скал, наполняя воздух пением и свистом. Выше, на самых вершинах, сидели пятеро огромных огненных фениксов — двухсотый уровень, их оперение сияло как расплавленное золото, а от взмахов крыльев по ущелью разносился низкий, вибрирующий гул.

Ясно теперь, почему она подбросила мне именно перо. И спросить об этом нужно у неё самой — не у Германа, который вечно говорит загадками и сам у себя на уме, а самой Алёны. Но потом. Когда будет подходящий случай.

К Алёне подлетел огромный белоголовый орёл. Его перья отливали серебром, а глаза светились золотом. Он ударился о землю и обернулся юношей с белоснежными волосами. Лёгкий кожаный нагрудник, на поясе короткий меч. Не обращая на меня внимания, он склонился к Алёне, что-то прошептал ей на ухо, и она, кивнув, негромко ответила:

— Хорошо, я скоро буду. Пусть подождут. Провожу гостя и к вам.

Юноша поклонился, улыбнулся мне, подмигнул и легко спрыгнул вниз, широко расставив руки. Я против воли шагнул вперёд, чтобы увидеть, как он разобьётся о скалы, но тот прямо на лету превратился в орла и, насмешливо клекоча, скрылся в облаках.

— Кто это? — с лёгкой ноткой ревности поинтересовался я.

— Мой помощник, — ответила Алёна и, заметив мой взгляд, добавила: — Он присматривает за птицами, когда меня нет. Очень полезный. У тебя тоже такой будет, когда поднимешь уровень повыше. Ты же читал свой алгоритм.

— Разумеется, — кивнул я, отворачиваясь и делая вид, что поглощён красотами.

А посмотреть и правда было на что. Я глядел и не мог оторваться. Горные реки срывались с обрывов водопадами, и в их брызгах играли радуги. Вдалеке, на горизонте, виднелся город — столица Империи, величественный Эйренгард, с его башнями, мостами и шпилями, уходящими в облака. Где-то между скал гнездились грифоны — я заметил их гнёзда, огромные, сложенные из веток и костей. Вот это не то что у меня. Моё подземелье — мрачный, холодный, красивый по-своему, — но это... Это была жизнь. Настоящая, яркая, дышащая.

— Ну, как тебе? — Алёна обернулась ко мне. Глаза её сверкали в ожидании, но в них же таился испуг — словно она боялась, что я не пойму, не оценю, буду разочарован. «Похоже, я не первый, кому она показывает свои владения», — внезапно осознал я, с уколом непонятной ревности. Вот только похоже, другие — не оценили.

Ну что же. Я оценил. Правда.

— Просто супер. Это невероятная красота. Я ничего красивее в жизни не видел, — абсолютно честно сказал я.

Даже в бытность игроком ТАКИХ видов мне не открывалось. А сейчас, на стопроцентной чувствительности... Это нереальная красота, аж захватывает дух.

— Спасибо! — Алёна искренне обрадовалась, и её улыбка засияла ярче всех фениксов вместе взятых. — Пойдём, покажу ещё кое-что!

Она схватила меня за руку и потянула за собой по тропе. Мы шли, а она рассказывала — быстро, увлечённо, перескакивая с одного на другое. Она показывала на высокую башню из полупрозрачного камня, которая переливалась всеми цветами радуги:

— Это Шпиль Радуги. Он собирает рассеянную магию света и превращает её в Радужную Пыльцу — мой основной ресурс. Феи добывают её. Они тут живут, — она махнула рукой куда-то в сторону густого кустарника на склоне. — Сейчас спрятались, боятся. Они у меня самые слабые, но без них ничего бы не было. Они такие крошечные, знаешь, с крылышками как у стрекоз. Если хочешь, потом познакомлю, когда освоишься. Они любят гостей, просто стесняются.

Мы прошли дальше, и она указала на просторное плато, огороженное живой изгородью из цветущего кустарника:

— А вот тут я хочу построить Гнездовье Зелёных Драконов. Драконы — это моя мечта. Но пока не хватает ресурсов. Нужна особенная магия природы, а её можно добыть только в Лесах Забвения, а туда мне пока не добраться. Но я собираю. Потихоньку. Когда-нибудь тут будут летать драконы.

Мы поднялись выше, туда, где скалы расступались, открывая вид на бескрайнюю долину. Она показала на пещеру, увитую светящимся мхом:

— А это Грот Лунных Мотыльков. Они вылетают по ночам и собирают лунную пыль. Очень красивый ресурс. Светится, как жидкое серебро.

— А вон там, — она махнула рукой куда-то в сторону водопада, — живут Ундины. Они поют. Если прийти на рассвете, можно услышать, как их голоса разносятся по ущелью. Это... волшебно.

Я слушал её и чувствовал, как внутри разливается странное тепло. Она рассказывала о своём подземелье так, как рассказывают о любимом доме. С гордостью. С нежностью. С лёгкой грустью о том, что ещё не достроено.

— Так, тебе пора, — Алёна вдруг остановилась и кивнула на портал. — Осталось двадцать секунд. Иначе ты тут на неделю застрянешь.

— Хорошо, — кивнул я. Напоследок я коснулся плеча Алёны — мне почему-то хотелось это сделать, — и скрылся в портале. Уже в своём подземелье я поймал себя на мысли, что совсем не прочь был бы остаться у Алёны на неделю. А то и на две.

— На следующей неделе тогда я к тебе, ладно? — бросила она, перед тем как я скрылся в портале.

Я не успел ответить.

Подземелье Алёны растаяло, как яркий тёплый сон, — и я вновь оказался в своём... Некрополисе. Почему-то раз за разом в голове всплывало именно это название, и я неосознанно именовал своё подземелье именно так. Пусть так и будет.

Здесь не было солнца. Не было неба. Не было пения птиц и радужных водопадов. Здесь был только холодный базальт, мерцающий в свете некротических кристаллов, и бесконечный, ритмичный гул. Гул шахт, где кирки десятков рудокопов вгрызались в породу. Рёв плавилен, где руда превращалась в слитки. Мерный стук кузниц, где металл обретал форму клинков, наконечников, деталей для машин. Стук молотков в мастерских, где скелеты-механики собирали новые Тягачи, подгоняя костяные пластины одну к другой.

Костяной Тягач прогрохотал мимо меня, гружённый доверху базальтовыми блоками. За ним — ещё один, с цистернами застывшей крови. В воздухе висела костяная пыль, и хруст костей под колёсами машин сливался с хрустом костей под ногами марширующих стражей. Взвод щитоносцев отрабатывал перестроение в восточном коридоре, метатели тренировались в метании дротиков в западном зале, а с башен доносились сухие щелчки — снайперы проверяли тетивы.

Моё подземелье было не местом для красоты. Оно было машиной. Огромным, отлаженным мёртвым механизмом, чьи шестерёнки вращались с неумолимостью самой смерти. Шестерёнки эти скрежетали, но не останавливались. Они вгрызались в породу, перемалывали ресурсы, выплёвывали оружие, броню, машины, миньонов. Они работали без устали, без отдыха, без жалости.

И всё это — олицетворение силы. Мрачной, холодной, бездушной силы. Я сверкнул глазницами и развернулся к меню строительства. Когда-нибудь я ещё схожу к Алёне. Полюбуюсь видами. Может быть, даже останусь на неделю. Но сейчас у меня есть цель. Отомстить твари, которая меня сюда засунула. А для этого нужно стать сильнее.

Я продолжил строить. Заложил ещё две базальтовые шахты, нанял новых рудокопов. Заказал в Мастерской ещё три Костяных Тягача. Их эффект в базальтовых шахтах превзошёл самые смелые ожидания. Так пусть возят ресурсы и дальше. Улучшил казармы для метателей и снайперов. И, наконец, заложил фундамент того, ради чего всё это затевалось — «Убежище Теней». Обитель для призраков-убийц. Первые камни легли в основание, и по залу разнёсся низкий, потусторонний вой.

Характеристики его, после всех улучшений, доступных на текущем уровне, выглядели так.

Призрак-убийца. Уровень 30.

Тип: Боевой / Средняя нежить.

Описание: Этот призрак не носит доспехов, не держит щита и не сжимает в пальцах клинок. Он сам — оружие. Бесплотная тень, сотканная из тьмы и ненависти, он скользит сквозь стены, игнорирует физические преграды и не оставляет следов. Его тело — полупрозрачный силуэт, размытый по краям, невидимый невооружённым глазом. В момент удара призрак материализуется, превращая свою конечность в подобие клинка, и наносит удар. Затем, через некоторое время, снова уходит в тень. При жизни он, возможно, был убийцей, лазутчиком или диверсантом. Теперь он служит Тьме, и его жертвы не успевают даже вскрикнуть.

Характеристики:

Физические: Сила: 1. Ловкость: 90. Выносливость: 1. Скорость: 90.

Магические (ментальные): Интеллект: 16. Мудрость: 20. Воля: 120. Восприятие: 135.

Боевые параметры: Здоровье: 10/10. Урон: 1000 (призрачный клинок). При ударе полностью игнорирует физическую броню цели. Не может наносить урон чаще чем один раз в пять минут. После удара на десять секунд становится видимым и уязвимым ко всем типам урона. Броня: 0. Неуязвим к физическому и некоторым видам магического урона.

Навыки:

Активные:

«Развоплощение. Уровень 3» — призрак становится полностью нематериальным на 5 секунд. В этом состоянии он не может атаковать, но способен преодолевать любые физические преграды. Перезарядка: 30 секунд.

Примечание: «Попробуй ударь тень. Попробуй».

Пассивные:

«Бесплотность. Уровень 5» — призрак игнорирует физический урон. Не оставляет следов. Не активирует ловушки. В бою бесплотность спадает, но автоматически восстанавливается после десяти секунд без получения и нанесения урона.

«Невидимость. Уровень 3» — вне боя призрак невидим для живых существ. В бою невидимость спадает, но может быть восстановлена после десяти секунд без получения и нанесения урона.

«Иммунитет к физическому урону. Уровень 5» — призрак получает 100% меньше физического урона. В бою иммунитет спадает, но автоматически восстанавливается после десяти секунд без получения и нанесения урона.

«Уязвимость к Свету. Уровень 5» — призрак получает на 400% больше урона от магии Света.

«Призрачное чутьё. Уровень 2» — призрак чувствует живых существ сквозь стены в радиусе 30 метров.

Особенности:

Нежить — не нуждается в еде, воде, сне и мотивационных тренингах.

Бесплотный — не может носить снаряжение, оружие или расходники. Не может активировать предметы.

Неуловимый — не может быть схвачен, обездвижен или оглушён физическими средствами.

Для призыва требуется: «Убежище Теней».

Примечание: «Ты не увидишь его. Ты не услышишь его. Ты не ударишь его. Но он ударит тебя. Один раз. И этого хватит».

«Это не воин. Не боец, — подумал я, изучив характеристики нового миньона. — Это инструмент. Тонкий и невероятно сильный, если применить его правильно. О чём говорить — полный игнор физического урона! Да три таких призрака тридцатого уровня за один удар слили бы моего Гарпа, а ведь тот был почти под сотый. Конечно, и слабых мест хватало. Всего-то и стоит магам раз в пару минут хреначить массовыми заклинаниями в пустоту — и призракам уже крайне сложно будет к ним подобраться. Всего десять здоровья — это даже маг десятого уровня снести сможет. Один неудачный удар — и нет моего призрака. Магической защиты почти нет, и предметами её не разогнать. Вообще миньон не скейлится предметами, ведь он не может их носить. Только улучшениями самого юнита. Ну, может, ещё свитками усилений. У личей вроде как раз появился новый навык на силу урона — надо будет посмотреть, можно ли его на призраков наложить. И всё же. Тысяча урона, игнор брони, невидимость, стены — не помеха. Если ударить в нужный момент, в нужном месте, по нужной цели — это может переломить ход любого боя. Не солдат. Скальпель. Я найду ему применение. Герман был прав, призраки — это как раз то, чего сейчас не хватало моей грубой силе».





Глава 13. Склад.


Герман появился, как всегда, без предупреждения. Я как раз проверял свои навыки управления призраками в новом «Убежище Теней», когда за спиной раздался знакомый звон колокольчика.

— Ого, — произнёс он, оглядывая зал. — Пятнадцатый уровень. И призраки уже здесь. Молодец, быстро. Не думал, что ты так скоро справишься. Где пятнадцатый апнул? Гости?

— В рейд сходил, — покачал головой я.

— Удачный, погляжу?

— Почти. Слегка пощипал одно поселение. Тут у меня под боком, оказывается, завелась Гильдия Охотников за Тьмой. Вздумали фармить мои земли, пришлось показать им их место. Заодно уровень тревоги в регионе поднял, ресурсы получше идут. — Я кивнул на Алтарь внешних земель.

— Молодец, — хмуро произнёс Герман, но по тону его было понятно, что он недоволен.

— Что-то не так? Я сделал всё, как ты сказал.

— Да не так! — рявкнул странник. — Кто тебя просил разорять их базу? Ты знаешь, чем это чревато?

Я молчал, выслушивая очередной нагоняй от Германа.

— Вижу, что не знаешь. Может, я сам виноват — надо было предупредить. Но я не думал, что у тебя ума хватит лезть в самое осиное гнездо! Теперь они запросто могут прислать сюда целый полк имперской стражи, усиленный отрядом жрецов Света. А если ты их сильно задел, то и не один полк, а полноценную армию. Оснуют город-крепость на границе твоих земель и методично, шаг за шагом, уничтожат всё, что ты построил. Это правда будет, если ты их сильно задел... — он вдруг задумался. — Ты же не сильно там начудил?

— Ну как... — я пожал плечами. — Сжёг с десяток построек, казармы. Померло там... ну, под полсотни NPC... игроки. Баллисту вывел из строя, разбил кристалл... А так — вроде ничего.

— Что-что ты сделал? — в голосе Германа помимо отчаяния сквозила нота гордости.

— Сжёг... — начал повторять я, но Герман перебил.

— Это был риторический вопрос. Ладно, будем надеяться, что к тому моменту, пока они соберут силы, ты уже окрепнешь. Ведь с другой стороны, им тоже сейчас свободных людей нигде не взять, — бормотал себе под нос Герман.

Я был так рад, что он успокоился и больше не орёт, что не стал рассказывать про то, как представился Мастером Мортисом и выдал квест игрокам. Вдруг это его тоже взбесит?

— Расскажу потом, когда подостынет, — пробормотал я себе под нос.

— Так что? Готовимся к атаке? Снаряжаем рейд? — попытался сменить тему я. — Вроде бы всё готово.

Герман уже взял себя в руки и смотрел на меня с привычным деловым прищуром.

— А как ты собрался выводить из подземелья машины?

— Эм... — я замешкался.

И правда. Об этом я не думал. Я привык, что любой юнит помещается в Склеп. У меня было два Склепа, оба на максимально доступном уровне, по двенадцать бойцов. Как вытащить Тягачи, я даже не задумывался. Герман не сказал, а я совсем расслабился и не считал это проблемой. Чёрт.

— Понятия не имею, — честно ответил я, разведя руками.

— А давно ли ты заходил в библиотеку?

— Давно уж. Когда личей смотрел, — попытался вспомнить я. — Может, месяцок назад.

— Молодец. Отлично. А что у тебя там происходит?

— Ну, они... исследуют. Новые способы добычи ресурсов, новые способы обработки металлов, новые заклинания, здания, оружие, зачарования, зелья... Вот недавно мы сумели сами начать делать свитки усиления урона... — попытался оправдаться я.

— Да уж. А почему ты не руководишь исследованиями?

— Да как ими руководить? В меню такого нет. Они что-то там исследуют.

— «Что-то там исследуют», — передразнил Герман. — Ты что, тупой NPC, ИскИн? Ты же человек! Хитрое, скользкое существо! Почему ты не пытался как-то их направить?

— Я как-то и не думал...

— Вот именно, — заключил Герман. — Иди сейчас и поставь им задачу. Что именно тебе нужно. И всегда так делай. Поверь, если направить их усилия в нужное русло, результат тебя удивит! Главное — формулируй задачу и контролируй её выполнение.

— То есть мне сейчас идти в библиотеку, собирать скелетов-учёных, магов, скелетов-личей и сказать им: «Придумайте, как вывести на поверхность Тягач»? — уточнил я на всякий случай.

— Всё верно, — осклабился Герман. — Смысл ты уловил. Давай, времени тебе — пара дней. Дождись меня, а потом — в рейд.

Чувствуя себя неловко, я вошёл в Библиотеку Проклятых Знаний. Здесь, в этом огромном зале, уходящем сводами в темноту, трудились десятки скелетов-учёных, магов и личей. Одни склонялись над фолиантами, другие чертили схемы на пергаменте, третьи тихо переговаривались, обсуждая какие-то сложные формулы. Воздух был пропитан запахом старой бумаги, тлена, костей, пыли и магии.

Я встал в центре зала и хлопнул в ладоши. Звук разнёсся под сводами, и все головы повернулись ко мне.

— Внимание! — произнёс я громко. — Всем отложить текущие исследования. Новый приоритет. Мне нужно помещение для перемещения боевых машин на поверхность. Пусть это будет... — я задумался на секунду. — Ангар... Костяной Ангар Смерти Дальнего Пути!

Я тут же пожалел о сказанном. Что за дебильное название? Но было поздно. Прошло всего мгновение, а скелеты-учёные уже зашелестели страницами, маги начали собираться в группы, личи принялись обсуждать схему магических связей.

— Костяной Ангар Смерти Дальнего Пути, — прошелестел один из личей, пробуя название на вкус. — Звучит... внушительно.

— Работайте, — махнул я рукой.

Библиотека загудела. Учёные доставали чертежи, маги прорабатывали портальные схемы, личи спорили о том, как увязать Ангар магическими связями со Склепом Дальнего Пути. На моих глазах рождалась новая технология. Ладно, пусть называется как угодно. Лишь бы работало.

И вот, спустя сутки, на столе передо мной лежал чертёж. Костяной Ангар Смерти Дальнего Пути. Скелеты-учёные постарались на совесть — чертёж был подробным, с пометками, с расчётами магических потоков. Ангар не был отдельным помещением. По замыслу, он являлся пристройкой к Склепу Дальнего Пути, завязывался на его магические линии и позволял вывести наружу одну боевую машину.

Перед глазами вспыхнуло системное сообщение:

«Изучить чертёж? Позволяет усилить ваше подземелье, добавив в список доступных построек новое строение: „Костяной Ангар Дальнего Пути“. Стоимость: ...»

Я нажал «Принять».

Меню строительства мелькнуло. Расширилось. Доступно новое здание: «Костяной Ангар Дальнего Пути».

Я пожал плечами. Ну что же. Попробуем.

Подлетел к Склепу Дальнего Пути.

Построить!

Стены Склепа дрогнули. Одна из них пошла трещинами, раздвинулась, и к ней начали пристраиваться новые костяные балки, плиты перекрытия. Пространство расширялось, обретало форму — высокий сводчатый зал с широкими воротами.

Я в очередной раз оглянулся на стоящую за спиной толпу миньонов. Скелеты-маги, личи, скелеты-учёные стояли неподвижной толпой и молча пялились на трансформирующийся Склеп.

Впервые на моей памяти они без приказа покинули библиотеку. Миньоны стояли поодаль и молча наблюдали за тем, как строится здание. Интересно, почему все прошлые исследования — а их было немало, в том числе апгрейды зданий и новые постройки, — они так не встречали? А тут вышли. Стояли, смотрели. Может, потому что это именно их детище? Здание, не предусмотренное системой?

Когда строительство завершилось и Ангар засветился тусклым фиолетовым светом, они начали шуметь — обсуждать что-то на своём сухом, научном языке. Никаких криков радости, никаких хлопков по плечу, никаких поздравлений. Просто сухое обсуждение: удалось ли добиться стабильности магических потоков? Какой коэффициент полезного действия? Можно ли масштабировать? Они разговаривали на ходу и так же, без команды, отправились обратно в библиотеку.

Перед глазами вспыхнуло новое сообщение:

«Все миньоны, принимавшие участие в разработке уникальной постройки, получают уникальное достижение „Научный сотрудник“: +1 к интеллекту, +1 к восприятию, +1 к мудрости».

Я усмехнулся. Значит, они не просто работали. Они росли.

Пока шли исследования и пока я ждал Германа, я не сидел сложа руки. Мысли о том, что Гильдия Охотников за Тьмой рыщет в моих землях и убивает моих волков, не давали мне покоя. Пусть Герман и говорит не злить этот орден — подземелье моё. И управляю им я.

Я отправил четыре группы скелетов-снайперов — по четыре в каждой. Чёткая установка: за пределы границы Мёртвой Пади не выходить. Даже к границе не приближаться. Всегда держаться за спинами волков, в случае малейшей опасности отступать. По возможности собирать дроп, но жизнью ради него не рисковать. Бить из кустов, из засады, убивать игроков, но в проигрышный бой не лезть.

Скелеты действовали хорошо. Уже пара десятков сообщений о добытом опыте. Охотники, привыкшие к тому, что нежить либо бродит бесцельно, либо атакует в лоб, оказались не готовы к тактике засад. Волки загоняли добычу, снайперы били из укрытий — и через минуту всё было кончено.

Но было кое-что ещё. Странное. Хоть я сам в рейд не пошёл, я чувствовал краем подсознания каждого своего скелета. Не как точки на карте — глубже. Если закрыть глаза и расслабиться, отрешившись от окружающей обстановки, я даже мог видеть их глазами. И это без всякой Одержимости! Удивительно растёт связь между нами. Пару раз я так спасал их от ошибочных действий, заставляя отступить в глубину тёмных земель — скелеты не всегда могли оценить реальную опасность от игроков. А я — мог. И это давало моим бойцам некоторое преимущество.

И вот настало время рейда. Час икс.

Я стоял у ворот Некрополиса и смотрел, как мой отряд выстраивается для марша. Это была не просто группа миньонов. Это была армия. Небольшая, но чётко выверенная, собранная под конкретную задачу.

Первыми шли два стража в тяжёлой броне. Тридцать второй уровень. Я не говорил раньше, но с последним апгрейдом у них появился агр. Даже два: одиночный — в одну цель, и массовый — сразу в толпу. Теперь они могли при необходимости снять фокус с кого угодно. А ещё — «Окаменение». Умение, позволяющее, заагрив всех врагов вокруг, превратиться в каменный костяк. Неподвижный, но практически неуязвимый к любому типу урона. Защита вырастала на тысячу процентов на тридцать секунд. С такой бронёй можно пережить почти любой урон.

За стражами — четверо метателей. Дротики наготове, щиты на руках. Следом шестеро снайперов с огромными луками за спинами и неестественно длинными руками. Четыре слота заняли призраки-убийцы — бесплотные тени, невидимые глазу, скользящие в авангарде. Два лича — они были незаменимы в долгом рейде: баффы, ауры, возможность подхиливать нежить в бою.

Оставшиеся шесть слотов занял обеспечивающий персонал. Четверо скелетов-механиков — по двое на каждый Костяной Тягач, что уже урчали кристаллами, готовые дать ход. И ещё двое скелетов-магов — по одному на машину, для подзарядки кристаллов. Их настоятельно рекомендовал взять с собой Герман. По идее, заряда кристаллов должно хватить с лихвой, но у светлых есть маги, способные высосать энергию Тьмы из накопителей. Неудобная ситуация будет, если придётся бросить Тягач на полпути из-за невозможности зарядить. Поэтому маги нужны. И в бой их без крайней необходимости лучше не вводить — здоровья мало, умрут быстро, а без них кристаллы не перезарядить.

Я обвёл взглядом строй. Двадцать четыре скелета, две боевые машины. Я, всё так же в теле метателя со статусом «Мастер Мортис». Пора. Я махнул рукой, и отряд, за исключением призраков, принялся занимать места в кузовах костяных тягачей. Поедем, как говорится, «на броне».

Мы ехали через овраги и леса, огибая открытые пространства и избегая проторенных дорог. Призраки скользили впереди невидимыми тенями и давали отличную разведку. Благодаря им мы легко обходили патрули, игроков, фармящих локации, и случайных исследователей. Никто не замечал, как по тылам Империи движется отряд нежити на двух Костяных Тягачах. Благодаря скорости и проходимости машин, всего спустя пять часов мы были уже на месте.

До склада оставалось несколько километров, когда мы остановились у поворота реки, в низине, скрытой от посторонних глаз густым кустарником. Призраки неслышно скользнули вперёд — на разведку.

Вернулись они быстро. И картина, которую они нарисовали, была... неприятной.

Склад оказался не просто складом, а целой крепостью — пусть и невысокой, но с каменными стенами. Судя по всему, когда-то здесь стоял старый форт, но война не пощадила его. Тёмные взяли крепость штурмом, а когда Империя отбила её обратно, восстанавливать укрепления до конца не стали — времени на это не было. Лишь подлатали самые слабые места и приспособили под логистический узел.

Стены выглядели неровно: где-то каменная кладка поднималась на пять метров, где-то едва достигала двух. Бреши, пробитые осадными орудиями, заделали наспех — частоколом из заострённых брёвен, врытых в землю. Ворота, когда-то тяжёлые, укреплённые стальными полосами металла и зачарованные на прочность, теперь представляли собой жалкое зрелище: одна створка, усиленная железом и древней магией, намертво заклинила в закрытом положении, а вместо второй стояла временная, деревянная, куда более хлипкая на вид. Именно через неё и шло всё движение.

Внутри, на территории бывшей крепости, разместились казармы для стражи, монастырь, в кельях которого обосновались маги, и несколько десятков складских построек разного размера. Повсюду сновали караваны, повозки, гонцы, возницы. Одни подъезжали, другие отъезжали, третьи разгружались прямо во дворе. Разгрузка и погрузка шла постоянно, не прекращаясь ни на час. Надеюсь, ночью всё поутихнет. Иначе я просто не знаю, как мне быть.

Что касается стражи — склад охранялся серьёзно. Комендант и его помощник. Два элитных офицера сорок седьмого и сорок пятого уровней. Два десятка магов, полсотни стражей, два десятка лучников. В основной своей массе все простые NPC, от тридцатого до сорокового. Единственные, кто резко выделялись на их фоне, — двое рейнджеров из отряда «Серебряных Егерей». Оба пятидесятого.

Я с такими сталкивался. Сильнейшие бойцы, гвардия одного лесного баронства, именуемого Диколесьем, которое, как всем известно, промышляет взятием платы за проход через свои земли. Разбоем, проще говоря. Но официально об этом никто не говорил. Империя закрывала глаза на их «таможенные сборы», а взамен баронство поставляло ей лучших стрелков. Эти двое явно были из их числа.

Что они тут делали — непонятно. Может, после боёв отходят в тылу от ран? Обычно такие ребята склады не охраняют, а действуют за линией фронта: снимают командиров, берут «языков», сеют панику. А тут — охраняют склад. Неприятный сюрприз. Но ничего страшного. Призракам они на один... удар.

Мы готовились к бою. Атака планировалась под покровом ночи. План был прост: для начала, ещё перед осадой, с помощью призраков максимально проредить гарнизон. Часть охраны я рассчитывал методично перебить призраками прямо в постелях. Начать планировал с магов — те, в отличие от стражников и лучников, размещавшихся в общих казармах, спали по двое в своих кельях, что позволяло убивать их, оставаясь незамеченными для остальных.

Затем постараться очистить один из секторов от врагов. Подобраться ближе. Ударить, завладеть участком стены, а лучше воротами. Перебить гарнизон, загрузить тягачи самым драгоценным со складов и умчаться обратно в подземелье, избегая, по возможности, стычек на обратном пути.

Вечерело.

Призраки неотрывно следили за происходящим в крепости. Удивительно, но теперь, чтобы получать от них информацию, мне не требовалось вести с ними диалог, заслушивать их доклады. Я и так, в фоновом режиме, понимал, где они и что примерно вокруг них происходит. В чёрно-белых красках и весьма расплывчато, но всё же. Зато стоило мне немного сосредоточиться, как качество картинки резко улучшалось, и я даже слышал отдельные звуки, окружающие призрака. Наверное, повышение уровня так сказывается. Или я даже не знаю. В любом случае, грех жаловаться.

Как я и рассчитывал, когда солнце село, поток посетителей резко уменьшился. День угасал быстро, по-осеннему: небо на западе ещё алело, а на востоке уже сгущалась синева. На стенах зажгли факелы, во дворе запалили костры, и их неровный свет заметался по каменным стенам.

Последние караваны покидали крепость. Возницы торопились, пощёлкивали вожжами, стража у ворот проверяла документы и выпроваживала задержавшихся. Скрип колёс, фырканье шестилапов, обрывки команд — всё это постепенно стихало, растворяясь в ночной тишине. Ворота закрылись. Крепость погрузилась в сон.

Плохо было другое: несколько караванов так и остались внутри. Не успели разгрузиться до темноты, и теперь их охрана добавилась к гарнизону. Ещё десяток мечей, ещё несколько луков. Численный перевес и так был не на моей стороне, а теперь стал ещё больше. Но план оставался прежним.

Призраки тем временем уже начали свою кровавую работу. Первыми погибли комендант и его помощник. Тут мне повезло — оба закрылись в кабинете коменданта и выпивали, обсуждая былые сражения. Комендант так и остался лежать грудью на столе, словно перебрал и заснул, а алая лужа крови растекалась, перемешиваясь с вином из опрокинутого кувшина. Помощник его откинулся на спину, упав со стула.

Дверь в кабинет крепкая, замок надёжный, так просто сюда не попасть. Крепость обезглавлена. Пока будут пытаться доложить, пока осознают, что начальник мёртв, пока кто-то примет руководство на себя... Дополнительное время смуты мне не повредит.

После командования крепости настала очередь основной ударной силы — магов. Я наблюдал, как один за другим они умирают в своих кроватях. Призрачные убийцы действовали безупречно. Бесплотные тени просачивались сквозь каменные стены келий — медленно, как чернильные пятна, расползающиеся по бумаге. Внутри они замирали на мгновение, оценивая обстановку: двое спящих, дыхание ровное, факел на стене почти догорел. Призраки подплывали ближе, каждый к своей цели. Зависали над ней, и в следующее мгновение конечности убийц материализовались в призрачный клинок — тонкое, полупрозрачное лезвие, светящееся холодным белым светом. Два точных удара в горло — по одному каждой цели, — и маги умирали, даже не проснувшись. Ни хрипа, ни стона. Только тихий выдох, и тела обмякали на постелях. Десять секунд — и в келье оставались только двое мёртвых и две тени, пережидающих откат после удара.

Я уже думал, что сейчас мы так перебьём весь гарнизон. Восемь магов из двадцати были мертвы, когда всё пошло не по плану.

Двойка призраков только что разобралась с очередной парой врагов. Они застыли над кроватями безмолвными тенями, пережидая режим уязвимости после атаки, как вдруг в дверь кельи постучали.

— Эй, Волан, вставай, дело есть, — раздалось с той стороны. И, не дождавшись ответа, незваный гость отворил дверь.

На пороге стоял молодой маг в красной робе — видимо, пиромант. Совсем юный, едва за двадцать, с копной рыжих волос и веснушками на носу. Его посох, увенчанный тусклым рубином, был небрежно зажат под мышкой. На рукаве алела повязка с двумя зелёными полосами.

— Я тебе сколько раз говорил, что... — гость замолчал на полуслове. Его взгляд скользнул на заливающую пол кровь. В неверном свете факела он не сразу понял, что это, и сделал шаг вперёд. Неподвижно зависшие над кроватями силуэты он не заметил вовсе... Или же принял за шторы — не знаю.

— Что за... — он склонился над лужей. — Т... — попытался было закричать, но не успел. Через мгновение его тело с лёгким стуком упало на пол. Двойку призраков страховали ещё двое — именно для таких случаев. У меня была мысль, для скорости, разделить призраков на пары и действовать одновременно — тогда скорость зачистки возросла бы вдвое. Но чутьё подсказало выбрать надёжность, и оно меня не подвело. Вот только дверь в келью маг не закрыл. Бесплотный призрак этого сделать не мог. Келья на распашку, а в ней — три бездыханных тела. Вопрос времени, когда кто-то сюда заглянет. Или хватятся убитого мага — ведь тот, судя по повязке на рукаве, входил в состав второй дежурной смены. Время поджимало.

Ладно.

— Расходимся. Действуем двойками, — приказал я призракам.

Четвёрка, до сей поры действовавшая вместе, разделилась. Двое скользнули дальше, через стену монастыря — туда, где ещё оставались живые маги. Ещё двое устремились к стене. Пусть убивают караульных по одному, кого смогут, пока ещё не поднялась тревога. Начнут, конечно же, с магов.

Одновременно с этим мой основной отряд пришёл в движение. Стражи, метатели, снайперы, личи, Тягачи — все постепенно двинулись к крепости. Впереди шли метатели, за ними стражи и личи, последними — лучники. Тягачи, со скелетами-магами и механиками, ехали в арьергарде, на минимальном ходу, двигаясь по проторенной передовым отрядом тропе.

Эти мощные машины были хороши всем, кроме одного: тишины. На нормальном ходу их костяные колёса, усиленные металлическими ободами, гремели по камням так, что было слышно за полкилометра. Даже сейчас, когда механики сбросили скорость до предела и Тягачи едва ползли, их движение отдавалось глухим шумом в ночной тишине. Костяные шестерни скрежетали, кристаллы Тьмы гудели, платформы подрагивали на ухабах. Любой часовой, обладающий хотя бы минимальным слухом, мог засечь нас задолго до того, как мы подойдём к стенам. Оставалось надеяться, что когда мы доберёмся до стены, скрываться уже не будет необходимости.

Пока я переключался на управление своим метателем, в теле которого находился, а также на руководство остальным отрядом, я немного отпустил контроль за призраками. Всё же меня везде не хватало.

Вдруг резкий, как удар током, импульс со стороны убийц. Что-то не так. Я прислонился спиной к дереву и нырнул в глубины подсознания.

Тревога. В замке объявлена тревога. Ежечасный доклад пропущен частью караула, и стражник поднял тревогу, прежде чем призраки успели его прикончить.

Поднятые по тревоге солдаты бегали по крепости. Двери хлопали, солдаты шныряли туда-сюда, суета. Пьяные стражники караванов вывалились из казарм без брони, полуголые, и на них тут же орал кто-то из основного гарнизона крепости.

Итак, что мы имеем. Призраки, слава богу, пока не пострадали. Им повезло уничтожить почти всех магов — из двух десятков на ногах сейчас было всего двое. Также, кроме коменданта крепости, его помощника и магов, призракам удалось убить семерых лучников и десять человек стражи.

Неплохо.

Откуда-то на стенах взялись двое егерей. Призракам была поставлена задача убить их в первую очередь, но их так и не нашли, хотя обшарили весь замок. Зная репутацию этих ребят, они вполне могли бросить свои нехитрые лежаки посреди простых солдат, или даже вообще спать в лесу за пределами крепости. Или на дереве. В любом случае, убить их не получилось, и теперь они руководили стрелками, расставляя их на стенах.

Я прикидывал вариант разменять двух призраков на двух егерей прямо сейчас... Стоит ли оно того? Или дождаться, пока начнётся бой, и ударить в спину? Тогда у убийц будет побольше шансов уйти живыми... А если они сделают это сейчас, на глазах у десятков солдат, то не проживут после этого и секунды.

Тем временем на стенах егеря делали свою работу. Они расставляли лучников. Грамотно, у бойниц, с промежутками, чтобы одна массовая атака не накрыла всех разом. Каждому стрелку назначался сектор наблюдения и обстрела, проверили тетивы, велели, несмотря на возражения интенданта, вскрыть склады и раздали всем стрелы с зачарованными наконечниками.

— Вы ответите за это! — визжал интендант — толстый офицер с красным лицом, чей мундир едва сходился на объёмистом брюхе. — Это имущество Императора! Для армии! Вы не имеете права его использовать!

— Заткнись, — коротко отрезал егерь. — Половина гарнизона перебиты! Если мы сейчас не раздадим эти стрелы, то, возможно, Армии Императора вообще ничего не достанется! Если мы доживём до разбирательства, то так и скажешь — Серебряные велели. А мы уж, поверь, отмазываться не станем, расскажем всё как есть.

— Вы! Вы!.. — интендант задохнулся от возмущения, брызгая слюной. — Вы всего лишь наёмники! Лесные разбойники! Я здесь главный по снабжению, и без моей подписи ни один ящик не будет вскрыт! Это нарушение протокола! Это саботаж! Я буду жаловаться! Я напишу рапорт! Я...

— Пиши, — егерь отодвинул его плечом и кивнул солдатам. Те, поколебавшись лишь мгновение, принялись взламывать ящики. Интендант ещё что-то кричал, но его уже никто не слушал.

Склад вскрыли за минуты. Стрелы с зачарованными наконечниками пошли по рукам. Следом — усиливающие и исцеляющие зелья, свитки баффов, запасные тетивы, нагрудники, шлемы, более качественные луки. Солдаты, ещё час назад носившие простую бригантину, теперь щеголяли в сверкающих доспехах Имперских латников.

Разобравшись с интендантом, один из егерей, высокий и жилистый, с лицом, изрезанным шрамами, подозвал второго:

— В замке убийца. Невидимый. Это нежить — я видел следы на шеях убитых магов. Призрачный клинок, характерный разрез. Сейчас будет атака. Основной удар — с ворот или со стороны восточной стены, там лес ближе всего.

— Тёмные, — понимающе кивнул второй. — Связь? Есть возможность доложить?

Первый мотнул головой и жестом подозвал одного из уцелевших магов. Тот стоял рядом, вытирая пот со лба, — он только что закончил каст усиливающих заклинаний на целый десяток солдат и теперь восстанавливал силы.

— Есть возможность связаться и вызвать подкрепление?

— Есть амулет связи, в кабинете коменданта! За ним сразу же послали, но тот закрылся и не отвечает! Вскрывать комнату без его личного присутствия или хотя бы письменного разрешения строжайше запрещено! — отрапортовал маг. — Уже был случай, однажды, теперь у всех, кто осмелился, выговор в деле.

Егеря переглянулись.

— Комендант, вероятно, мёртв, вы же понимаете? Вскрывайте кабинет, подмога — это наш единственный шанс! — тихо произнёс первый.

— Но мы не имеем права... — начал было возражать маг. — В прошлый раз он тоже не открывал, оказалось, что он был... — маг на мгновение замялся, словно думая, говорить или нет.

— Ну? — поторопил его егерь.

— Пьян. Он был пьян, — маг покраснел. — И велел наказать всех, кто посмел его потревожить.

— Пьян? Сука, вскрывай прямо сейчас же, или я вскрою тебя! — рявкнул второй. — Быстро! Если дождёмся подкрепления — выстоим!

— Да с чего вы взяли, что вообще будет нападение? — возразил неопрятно одетый стражник в разболтанном снаряжении и с символом десятника на броне.

Егерь поморщился и просто отвернулся, игнорируя вопиющую некомпетентность.

Вместо этого он повернулся к солдатам и крикнул, чтобы те подошли сюда.

— Так, парни, задача простая! Укрепляем оборону! Первым делом — ворота. Сломанная створка никуда не годится. Она не задержит врага даже на минуту! Не выстоит!

Солдаты внимательно слушали. Решительные, выверенные и грамотные действия егерей произвели на них впечатление, и теперь те слушались лучников охотнее, чем своих командиров.

— И что же нам делать? — крикнул кто-то из толпы.

— Завалить всем, что попадётся под руку. Тащите всё, что есть — мешки с песком, брёвна, ящики, бочки, — пожал плечами егерь. — Этим займётся ваш десяток! Приступайте!

Интендант снова начал что-то визжать — на этот раз о порченом имуществе, — но его уже никто не слушал. Воротный проход постепенно превращался в баррикаду, которую уже нельзя было так просто преодолеть.

Следом егеря подозвали к себе двух оставшихся в живых магов. Приказали им вскрыть ящики с магическими минами-ловушками, что лежали на складе. Показали, как их активировать, а затем отправили вместе с отрядом из десяти стражников раскладывать их на подступах к восточной стене, где лес подходил ближе всего. Ещё — у ворот. Затем — с южной и западной стороны. Интендант бросился перед солдатами с криком, что это имущество Императора, что за такие самовольные действия полагается трибунал, но один из егерей просто взял его за шкирку, оттащил в сторону и запер в одной из келий, вместе с так и не убранными телами магов.

— Будешь мешать — отправим и тебя укладывать заряды, — пригрозил один из них, запирая келью. Интендант заткнулся.

По приказу егерей на стенах зажигали дополнительные факелы и магические светильники. Подступы к замку залили светом.

Затем они сформировали резерв из десятка стражников. Этот отряд не занимал позицию на стенах, а, свежий и полный сил, ждал в центре двора, готовый броситься туда, где враг сможет прорваться.

Глядя, как за считанные минуты крепость превратилась в наполненный деловой суетой встревоженный муравейник, я только покачал головой. Всё понятно. Эти ребята за последние полчаса создали мне кучу проблем. Если дать им ещё время — они превратят этот склад в неприступную крепость. Надо было раньше, но будем надеяться, что и сейчас не поздно.

— Убить их, — скомандовал я призракам.

Четверо призраков скользнули в темноту. Двое нацелились на егерей, ещё двое зависли рядом — на случай, если что-то пойдёт не так.

Первый удар — высокий, жилистый, со шрамами. Призрачный клинок материализовался в сантиметре от его горла и рассёк плоть. Егерь издал короткий стон и начал оседать на землю. Второй удар — почти одновременно, в долю секунды. Второй егерь, что-то почувствовав, начал оборачиваться, но клинок уже вошёл ему в шею. Он захрипел, схватился за горло и рухнул на колени.

— Убийцы! — заорал кто-то из солдат, заметив, как из пустоты материализовались две полупрозрачные фигуры.

Лучники открыли огонь. Первая же зачарованная стрела попала в одного из призраков, и тот рассыпался облаком призрачной пыли. Второго достали двумя стрелами одновременно — зачарованные наконечники вспыхнули огнём, и призрак исчез с тихим воем. Двое оставшихся, что висели в резерве, немедленно отступили.

Два призрака на двух егерей. Дорогой размен, но оно того стоило. Крепость снова обезглавлена. Жаль, что не решился сделать этого раньше. Теперь потери будут больше, ведь оборону организовать они успели...

После гибели егерей по двору прокатилась волна паники. Кто-то заорал про невидимых убийц, кто-то побежал со стен, бросив свой пост. Солдаты переглядывались, хватались за оружие, озирались по сторонам, ожидая, что смерть материализуется из воздуха прямо перед ними. Несколько лучников беспорядочно выстрелили в темноту. Но убийства прекратились. Прошла минута. Другая. Никто больше не падал замертво. Паника, не получив подпитки, начала угасать, уступая место растерянности.

Начавшая было зарождаться организованная оборона дала трещину. Солдаты продолжали стоять на постах, но уже не наблюдали за окрестностями, а смотрели друг на друга. Часть гарнизона, во дворе, сбилась в кучу. Никто не знал, что делать. Командиров не осталось. Маги мертвы. Егеря мертвы. Комендант заперся и не отвечает, как говорят, тоже мёртв.

Наконец, похоже набравшись смелости, вперёд выступил молодой лейтенант. До сей поры он голоса не подавал, держась в тени старших. Теперь же он откашлялся, поправил дрожащей рукой воротник и крикнул — не очень уверенно, срывающимся голосом:

— Слушай мою команду! Оборону крепости принимаю на себя! Всем оставаться на позициях! Лучникам — держать стены! Страже — контроль периметра!

В толпе послышался смешок. Из группы караванных охранников — тех самых, что не успели уехать до темноты, — выступил пьяный солдат. Он был без брони, в одной рубахе, но при мече, и его голос звучал нагло и развязно:

— Господин лейтенант! А хорошо бы выпустить интенданта, а? Он всё же при должности! Глядишь, поможет! А у тебя ещё молоко на губах не обсохло...

Лейтенант замялся. Было видно, что он и сам не горит желанием командовать. После недолгих сомнений он махнул рукой:

— Хорошо, выпускайте...

Через минуту из кельи, где его заперли егеря, выбрался интендант — красный, взъерошенный, в перепачканном мундире. Он оглядел двор, полный растерянных солдат. Взгляд его скользнул на тела егерей, лежащих в стороне, и его лицо расплылось в довольной ухмылке. Кажется, этот толстяк уже предвкушал, как будет наводить здесь свои порядки.

— Всем немедленно сдать неправомерно полученное снаряжение! — тут же заорал интендант, едва оказавшись во дворе. — Все, кто откажется это сделать, будут отданы под суд Империи! Вовек потом не расплатитесь! Всё снаряжение — на склад!

Мой отряд был уже на подступах к замку, но я дал команду немного повременить. Дождёмся, пока интендант наведёт «порядок», а потом и нападём. Спешка сейчас не нужна.

Он ходил между солдатами, как цепной пёс, вырывал из рук луки, стрелы, велел стражам переодеваться в старую броню. Кто-то подчинялся — в основном молодые, неопытные, привыкшие бояться начальства. Кто-то мялся, прятал глаза, говорил, что вернёт утром, если нападения не будет.

Но была и третья группа — полтора десятка стражников, которые держались особняком и на крики интенданта не реагировали вообще.

Интендант подскочил к ним, брызжа слюной:

— Вы что, оглохли?! Я сказал — сдать снаряжение! Немедленно! Это приказ!

Стражники стояли молча. Они только крепче сжимали мечи и смотрели в сторону леса. Командовал ими старый седоусый десятник с холодным взглядом. Его лицо, пересечённое глубокими шрамами, не выражало никаких эмоций. Этому NPC досталось немало, и было видно — он прошёл через такое, что толстый тыловой офицер вряд ли смог бы даже представить.

— Ты слышишь меня, десятник?! — интендант ткнул пальцем ему в грудь. — Сдай снаряжение, или я отдам тебя под трибунал!

Десятник даже не пошевелился. Только перевёл взгляд на интенданта — спокойный, тяжёлый, как у человека, который видел слишком много смертей, чтобы бояться тылового бюрократа.

— Мы останемся при том, что нам выдали, — произнёс он ровным голосом. — А ты, если хочешь жить, отойди от нас и не мешай.

Интендант ещё немного постоял рядом. Видно было, что он кипятился, краснел — он не мог отступить на глазах огромной толпы солдат, но и вырывать оружие из рук хмурого десятника и его солдат не решался. Ситуацию спас вернувшийся из-за стен отряд, расставлявший мины. Он позволил наглому снабженцу «законно» переключить своё внимание на другую цель, не потеряв при этом лицо.

— Так, а вы там что делали? — тут же переключился на них интендант.

— Ставили мины-лову... — начал было отвечать маг, но его перебил интендант.

— КАКОГО ХРЕНА ВЫ ИХ ВЗЯЛИ, Я ЖЕ ЗАПРЕТИЛ?

— Но...

— МОЛЧАТЬ! ВЫ нарушили законы Империи! Законы военного времени! Знаете, что с вами сделает особый отдел Его Величества? Вы знаете, сколько стоит одна ловушка? Это стратегический ресурс! Каждая на счету! Вы ответите за это! Вы все ответите! Я лично прослежу, чтобы вы возместили ущерб! Из вашего жалования! До конца жизни будете расплачиваться!

Отряд, и даже возглавлявшие его маги, молчали, поэтому интендант, чуя слабину, давил всё сильнее. Он разорялся, орал, накручивал себя, размахивал руками, брызгал слюной. Требовал немедленно вернуть мины на склад, пока их не пришлось списывать как боевые потери.

— Но они уже активированы! — попытался возразить молодой маг. — Если мы попробуем их снять, они взорвутся!

— АКТИВИРОВАНЫ?! — взревел интендант. — Вы ещё и активировали их?! Без моего разрешения?! Да я вас под трибунал! Да я вас...

— ЗАТКНИСЬ, — рявкнул вдруг второй маг, перебивая орущего снабженца.

— Что? — опешив, сиплым голосом переспросил интендант.

— Я сказал — завали свою пасть. Нужны мины — вали сам собирай.

Глаза молодого мага сверкали гневом, а вокруг его руки начал закручиваться воздух — сперва едва заметно, потом всё быстрее, формируясь в боевое плетение. Воздушный вихрь сгустился, замерцал, готовый сорваться в любой момент. Интендант открывал и закрывал рот беззвучно, как рыба, оказавшаяся на берегу.

— То-то же, — фыркнул осадивший его маг и шагнул прямо в интенданта, отталкивая его плечом. Толстяк пошатнулся, но устоял.

Я наблюдал за этим спектаклем с мрачным удовлетворением. В крепости царил хаос. И это было мне на руку. Пора начинать.





Глава 14. Склад (продолжение).


Подчиняясь моему приказу, вперёд вышли стражи. Их тяжёлые доспехи тускло мерцали в свете далёких факелов, щиты были подняты, копья смотрели в небо. За их спинами, держа строй, встали метатели. Они вышли из леса молча, без единого звука — только костяные ступни глухо ступали по замёрзшей земле. Ни боевых кличей, ни рёва, ни лязга оружия. Просто две шеренги мёртвых воинов, замерших на опушке и глядящих на крепость пустыми глазницами.

На стенах заволновались.

Сразу несколько стражников заорали, указывая на скелетов. Несколько лучников, молодых и нервных, не выдержали. Послышался свист тетивы — одна стрела, вторая, третья. Они ушли в темноту, прочертили дугу над полем и бессильно вонзились в землю за полсотни шагов до скелетов. Мои воины стояли далеко за пределами дистанции стрельбы.

И они продолжали стоять. Спустя пять минут, когда почти весь гарнизон столпился со стороны леса, глазея на мёртвых солдат, практически оголив при этом западную стену, я велел скелетам начать бить клинками и копьями в щиты. Раздался мерный, ритмичный грохот — зловещая музыка, от которой у живых кровь стыла в жилах. Бум. Бум. Бум-бум-бум. Металл лязгал о металл, и этот звук, отражаясь от леса и стен крепости, разносился над ночным полем, многократно усиленный ночной тишиной.

На стенах волновались, указывали на скелетов. Кто-то бодрился, говорил, что их там и двух десятков нет и с ними легко справятся. Внимание целиком и полностью было обращено на моих миньонов и их непонятное представление. Это мне и было нужно.

Призраки, пользуясь тем, что все взгляды прикованы к скелетам, принялись методично зачищать стоящих с краю бойцов — тех, которые не находились ни в чьём поле зрения. Бесплотные тени подкрадывались сзади, наносили один точный удар и исчезали, оставляя после себя только оседающее на землю тело. Никто не кричал, не звал на помощь — жертвы умирали молча, не успев даже понять, что произошло.

Минута-другая — и отряд крепости недосчитался уже восьми человек.

Снайперы, вместе с сопровождающими их личами, тем временем обошли по дуге и подбирались к замку с западной стороны. С ними был один страж и один метатель — в теле которого находился я. С этой стороны не было мин, поэтому мы двигались без опаски. Снайперы замерли на позициях, взяв на прицел стену. Страж замер под самой стеной, прислонившись к ней спиной, а я полез через брешь в каменной кладке, прикрытой деревянным ограждением, стараясь при этом не сильно шуметь.

Остальные скелеты наконец прекратили бить оружием в щиты. Минута мёртвой тишины. Затем они разбежались в разные стороны и начали... танцевать. Медленно, неестественно, дёргаясь и замирая в неуклюжих позах, они двигались в такт неслышимой мелодии. Костяные конечности выписывали странные фигуры, щиты и копья сталкивались в подобии ритма, и вся эта сцена в неверном свете факелов выглядела как какой-то жуткий ритуал.

На стенах зашептались.

— Мёртвый танец... — выдохнул кто-то из солдат, и слово, словно искра, перекинулось на остальных. — Это Мёртвый танец! Они вызывают кого-то!

— Не мели чушь! — одёрнул его сосед, но было поздно. Толпа уже подхватила. Кто-то крестился, кто-то сжимал оружие побелевшими пальцами, кто-то шептал молитвы. Никакого Мёртвого танца, конечно, не было — просто мои скелеты выполняли бессмысленные движения по моей команде. Но толпе не нужна правда.

Я осторожно перевалился через стену. Костяные пальцы впились в деревянный частокол, я оттолкнулся ногой, подтянулся и через мгновение уже был на той стороне.

Огляделся. Уголков, где можно спрятаться, не было — всё освещалось факелами и магическими светильниками, «спасибо» егерям. Но это не страшно. В самой крепости, казалось, вообще никого не было — все толпились на стенах, наблюдая за представлением.

Пожав плечами, я, всё же прижимаясь к стенке, побрёл к воротам. Баррикады мне не разобрать, но маленькую дверку вроде бы можно приоткрыть. Не полностью, но скелет пройти сможет.

Тут раздался резкий крик.

— А-а-а-а! Тут убитые! Убийцы опять здесь! — кажется, кто-то заметил тела.

Паника вспыхнула снова, как сухой хворост от искры. Крики, ор, топот ног.

— Скелеты! Они бегут сюда! Защищайте стену! — заорал другой стражник, указывая на сорвавшихся с места стражей и метателей, бегущих прямо на укрепления.

Началась давка. Толпа заметалась. Кто-то рвался со стены, толкаясь и сталкивая друг друга на узких лесенках. Пара солдат уже полетела вниз с высоты, глухо ударившись о землю. Кто-то, наоборот, рвался к стене, пытаясь занять позицию для обороны. Люди сталкивались, падали, их топтали. Скелеты пробежали двадцать шагов и вновь замерли — с этой стороны замка было полно мин, и в тупую хоронить их я не собирался. Но необходимый психологический эффект уже был достигнут.

В это же мгновение снайперы ударили навесом прямо по толпе на стенах. Стрелы взмывали в воздух одна за другой, описывали высокую дугу и падали вниз, легко находя цели в плотной массе людей. Сверху, из темноты, они сыпались как смертоносный дождь. Никто не понимал, откуда летят стрелы, — и это усиливало панику. Крики раненых смешивались с воплями ужаса.

Я, отбросив в сторону пару бочек, мешавших открыть дверь, и отодвинув засов, бросился вниз к лестнице — встречать тех, кто спускался со стены. Мой дротик находил цели одного за другим: короткие, точные броски, и тела падали на ступени, мешая бежать остальным. Призраки, пользуясь давкой, продолжили своё чёрное дело. В толпе, где никто не смотрел по сторонам, они были невидимы и неостановимы. Ещё один солдат упал, схватившись за горло. Ещё один.

Кто-то, не выдержав, прыгал со стены прямо вниз, наружу, пытаясь спастись бегством. Судя по прогремевшим взрывам магических разрядов, кому-то это даже почти удалось.

Но не всё было так гладко. Отряд стражи под предводительством того самого седого десятника не поддался панике. Они заняли оборону на стене, выставили щиты, не пуская к себе паникёров. Вокруг них постепенно организовывались остальные — те, кто сохранил голову. Где-то среди них даже мелькала роба последнего оставшегося в живых мага — второго уже прикончили призраки. Этот очаг сопротивления нужно было гасить.

Я скорректировал стрельбу снайперов так, чтобы под удар попадал именно он.

Короткий крик десятника — и солдаты смещаются, уходя под прикрытие башни. А он молодец — я невольно восхитился. Быстро сориентировался по траектории, откуда летят стрелы, и отступил. Чую, создаст он мне ещё проблем.

Так и вышло.

Прошло ещё двадцать минут. Почти весь гарнизон, кроме этого небольшого отряда, пал. Небольшая часть оборонявшихся разбежалась по крепости, спрятавшись в различных щелях и помещениях. Часть умудрилась пройти минный заслон и скрыться в лесу. Но всё это не было проблемой.

Проблема — в сохранивших способность действовать организованно врагах. Среди них в живых оставались десяток лучников, два десятка стражи, маг — все они замерли на стене, у высокой башни, заняв круговую оборону. Даже пытались огрызаться — пару раз со стороны мага что-то прилетало — то файрбол, то огненная стрела, то сноп искр, — но каждый раз я успевал отойти.

Чёрт, нужно как-то их выкуривать оттуда. Они же не дадут мне спокойно проверить склады и выбрать самое нужное. А вот получится ли выкурить? То, что будут потери, — это однозначно, об этом нет разговора. Тут как бы мне вообще не потерпеть поражение. Обидно будет: крепость почти взята, гарнизон почти перебит, а в итоге уйти ни с чем.

Брать измором тоже не вариант: уже к утру тут будут новые караваны, и весть о взятии крепости разнесётся по всей округе. Тогда мне несдобровать. Кажется, обороняющиеся вполне это понимали и поэтому выходить не спешили. Мяч был на моей стороне.

Я вышел вперёд, прижался спиной к холодному камню башни и крикнул, задрав голову:

— Эй. Вы долго собираетесь там сидеть?

Наверху зашептались, загремели щитами. Потом раздался голос — судя по хрипотце, того самого седого десятника:

— Пошёл ты в ад, тёмный!

Я мрачно усмехнулся. Он даже не представлял, насколько был близок к истине.

— Я с удовольствием вернусь туда. Но сперва мне кое-что надо.

Ответом мне послужила тишина, которую я воспринял как готовность слушать.

— Мне нужно кое-что с ваших складов. Я возьму и уйду, сохранив вам жизни. Я даже не заберу всё, только малую часть...

— Пошёл ты в ад, тёмный! — не дослушав, перебил меня десятник. — Мы не идём на сделки с проклятыми тварями!

— Ты предпочтёшь подохнуть тут, без цели? У вас нет шансов! Вас было почти сотня человек. А сейчас осталось не больше трёх десятков.

— Тогда зачем ты разговариваешь с нами? Поднимись сюда, убей нас и бери всё, что хочешь.

Ладно. Хотят драться — будем драться. Но перед этим — дело. По моей команде скелеты принялись вскрывать склады один за другим. Ящики, тюки, бочки, мешки — тысячи, десятки тысяч единиц хранения, и половина без маркировки. Всё свалено как попало. Где-то оружие, где-то провизия, где-то свитки, где-то амулеты. Попадались и интересные вещицы: ящик с зачарованными наручами на сороковой уровень, бочонок алхимического масла для лаборатории, груда зачарованных изумрудов для артефактов. Всё это, конечно, ценно, но в текущей ситуации толку от них мало. Чтобы найти что-то действительно нужное, придётся перерыть весь склад. Так мы до следующего года можем искать. Единственное, что я взял прямо сейчас, — это вскрыл пару ящиков зачарованных на огненный урон стрел и раздал их снайперам.

Идея! Я отправил пару скелетов в комнату интенданта. Наверняка у такого ушлого типа всё должно быть записано. Так и вышло. Спустя десять минут миньоны притараканили мне целую кипу бумаг, среди которых оказалась опись имущества на складах.

Тем временем враг, пользуясь тем, что наша бдительность слегка ослабела от их длительного бездействия, решился на вылазку.

Со стены раздался боевой клич — хриплый, яростный, подхваченный двумя десятками глоток. Залп лучников — стрелы с зачарованными наконечниками ударили вниз, и двое моих скелетов, что как раз тащили ящик из ближайшего склада, рухнули, пробитые насквозь. Следом прилетел огненный шар мага — яркая вспышка, грохот, и ещё одного метателя разорвало на куски.

Но мои снайперы уже были наготове. Ответный залп — и стрелы ударили в щиты, выставленные стражниками. Пара убитых, пара раненых, не больше. Враг, не став испытывать судьбу, быстро, организованно, без паники отступил обратно.

Я скрипнул зубами. Трое убитых. Мгновенно. А они снова в укрытии. И, судя по всему, это была только проба сил.

Я пролистал бумаги и нашёл то, что искал. Склад номер четыре. «Смола Огненного Шторма» — зажигательная смесь, которую имперцы использовали для обливания снарядов катапульт, для поджога осадных башен и для создания огненных завес на пути наступающего врага. Нештатно — для розжига костров в дождь, сам видел в прошлой жизни. Очень тяжело потушить, даже водой. Липкая, если попала на одежду или голое тело, то просто так не сбросить, прожжёт до кости. Горит с выделением едкого чадящего дыма. То, что нужно.

Я отдал приказ. Снайперы сделали пару залпов по врагу. Тщетно — всё либо отразилось от стен башни, либо было принято на щиты, либо улетело мимо. Но главное — я заставил врага насторожиться, прижаться к укрытию, не высовываться.

А под прикрытием периодически стреляющих снайперов стражи с метателями уже таскали под башню бочки со смолой. Выбивали пробки, поливали пространство вокруг — камень, деревянные балки, подступы к лестнице. Туда же закидывали всё, что могло гореть: доски от разбитых ящиков, пустые бочки, промасленную ветошь, сено из караванных телег. Чем лучше и вонючее будет гореть, тем лучше. Пусть почувствуют, каково это — сидеть в осаде, когда воздух вокруг превращается в яд.

— Не передумали выходить? — спросил я, перед тем как поджечь.

— Пошёл ты в ад, тёмный, — раздался знакомый ответ.

Я пожал плечами и отдал снайперу мысленную команду к стрельбе.

Зачарованная на огненный урон стрела сорвалась с тетивы и ударилась в пропитанное смолой дерево. Вспышка. Пламя схватилось мгновенно — жирное, жадное, оно лизнуло башню снизу и рванулось вверх, пожирая балки и доски. Затрещало дерево, загудел воздух, огонь взметнулся на несколько метров и рос всё выше, подбираясь к площадке, где засели обороняющиеся. Кажется, даже до моих «друзей» достало.

Повалил едкий, густой чёрный дым. Он клубился, застилал башню, скрывая врага. Вот, кстати, минус: если они высунутся, я не увижу.

Взмах руки — и пара снайперов выстрелили по краям башни, давая врагу понять, что выходить не стоит.

Из клубов чёрного дыма донеслись кашель, хрип и крики задыхающихся бойцов. Кто-то молился, кто-то звал мать, кто-то просто выл, не в силах вдохнуть.

— Эй, моё предложение всё ещё в силе! Сложите оружие и сможете покинуть крепость. Я даю слово — не трону никого из вас! — крикнул я.

— Умри, тёмная тварь! — прохрипели в ответ.

И они пошли. Прикрывая красные слезящиеся глаза, кашляя, харкая кровью, обливаясь слюнями, соплями, слезами, солдаты хлынули вниз со стены. Это была не атака. Это была агония. Самоубийственный порыв обречённых, которые предпочли умереть в бою, чем задохнуться в дыму. Они спотыкались, падали, некоторые теряли сознание прямо на ступенях, надышавшись едкой гари.

Мои скелеты встретили их слаженным ударом. Пока они спустились со стены, больше половины нашло свою смерть от стрел. Бой больше походил на избиение. Дезориентированные, полуослепшие, они не могли ни защищаться, ни атаковать. Падали один за другим под ударами копий и мечей. Маг попытался что-то кастовать, но захлебнулся собственной кровью, получив сразу несколько стрел в горло. Захрипев, он рухнул на колени, так и не завершив последнего заклинания.

Всё кончено.

Последним я сразил усталого десятника. Если честно, даже с сожалением. Он стоял, опираясь на меч, едва держась на ногах, умирающий, но не сломленный.

— Пошёл ты в ад, тёмный, — прохрипел он сквозь крупные желтоватые зубы и сплюнул в мою сторону, перед тем как я вонзил копьё ему в грудь.

Он зарычал напоследок, а после его голубые глаза неподвижно застыли, а зубы продолжали сжиматься в гневной гримасе. Я выдернул копьё и молча пошёл к складам.

Дело сделано. Пора подгонять и загружать Тягачи.

Я пробежался глазами по описи, отмечая самые ценные позиции: редкое оружие, броня, ресурсы. Грузить только лучшее. Всё, что можно продать подороже. Всё остальное — предать огню.

В итоге, пока мы разобрали баррикады, пока отодвинули створку ворот, пока я выбирал, что лучше взять, пока искали, где хранится необходимое к загрузке имущество, прошло ещё около двух часов.

Время поджимало — небо на востоке уже начало сереть, обещая скорый рассвет. Нужно было поторапливаться.

Мы выехали за час до рассвета. Тягачи, гружённые под завязку, тяжело катили по мокрой после мороси земле, оставляя в ней глубокие колеи. Я мысленно пробежался по списку того, что удалось взять.

Комплекты редкого снаряжения — офицерская броня, зачарованные клинки, щиты с рунной гравировкой. Всё это предназначалось для фронта, но теперь послужит моей армии. Редкие, очень ценные ресурсы: слитки зачарованной стали, алхимические катализаторы, эссенции стихий, кристаллы маны высшего качества. Отдельно — заряженные энергией накопители высшего уровня для осадных машин и боевых полевых артефактов. Каждый раз в двадцать мощнее того, что я уничтожил в баллисте.

Ещё взял пару ящиков зачарованных стрел самого высокого уровня. Они не такие ценные, как остальное, но их хрен найдёшь в продаже на аукционе, а для обороны подземелья пригодятся. Снайперы скажут спасибо.

Затем мысль скользнула на то, что пришлось оставить. Сердце кольнуло вполне реальной болью. Я с огромным трудом отыскал в себе силы, чтобы бросить вещи на складах. Огромные суммы, которые могли пойти на развитие моего подземелья, оставались там просто потому, что я не мог забрать их прямо сейчас.

Буквально с каждой позицией я прощался, словно отрывая кусок от самого себя. Но место было ограничено. Два Тягача. Всего два. Эх, вот бы не два, а десять... Я представил, как колонна из десяти Костяных Тягачей выползает из крепости, гружённая всем, что там было, оставляя только пустые помещения.

Колонна въехала в лес. Я, сидя на переднем Тягаче, бросил на неё прощальный взгляд. Пламя пожирало постройки — склады, казармы, бывший монастырь. Где-то внутри что-то детонировало — видимо, остатки смолы или алхимических зарядов. Огонь взметнулся высоко, и в рассветном полумраке его было видно издалека. Наверняка соседние города уже видят дым и зарево, а значит, скоро тут будут гости. Нужно убираться как можно дальше, пока не подняли тревогу.

Прошёл три часа пути. Тягачи мерно катили по замёрзшей земле, оставляя за собой две глубокие колеи. И тут призрак, летевший в арьергарде, дал сигнал. Погоня. Верховые.

Я сосредоточил внимание на призраке и сумел рассмотреть. Двое всадников на боевых маунтах — белых тиграх. Огромные, мощные звери с серебристой шерстью, мускулистыми лапами и горящими жёлтыми глазами. Их клыки торчали из пасти, как сабли, а на широких ошейниках мерцали руны ускорения. Тигры неслись по нашему следу абсолютно бесшумно. Вырываемые мощными лапами комья земли летели в стороны. Шестидесятые уровни. Правда, всего трое. Шанс одолеть есть, но хотелось бы боя избежать.

Я прямо на ходу спрыгнул с Тягача, активировал и, прикрыв травою, оставил на наших следах четыре магических заряда — тех самых, что взял со склада именно для такого случая. После чего легко догнал машину и запрыгнул обратно. Посмотрим, остановит ли их это...

Не остановило. Ещё за полсотни метров до заряда один из тигров принюхался, сбросил скорость, аккуратно ступая мягкими лапами. Зарычал, показывая клыки из-под верхней губы, и указал мордой на заряд. Второй тоже остановился, пробежав на пару метров вперёд первого.

Взмах руки всадника — и с неё срывается огненная вспышка. Взрыв. Все четыре заряда уничтожены разом. Всадники немного осмотрелись и продолжили путь. Единственное, чего я добился, — теперь они двигались немного медленнее и осмотрительнее. Но всё равно их скорость намного превышала нашу. Минут через двадцать они нас настигнут.

Я зарычал от ярости. Принимать бой не хотелось категорически. Мысленно дёрнув призрака, двигавшегося впереди отряда — на некоторое время останемся без разведки, плевать, — я отправил его в тыл. Два призрака, два всадника. Надеюсь, урона хватит.

Тягачи двинулись дальше, а скелеты попрыгали на землю, готовясь принимать бой. Снайперы заняли позиции в кустах, их длинные неестественные руки уже натягивали тетивы. Стражи встали впереди, выставив щиты и готовые принять первый удар. Метатели рассредоточились за деревьями, дротики наготове. Призраки парили над всадниками невидимыми тенями, готовые добить их, а также показывая мне, где они находятся.

Тигры почуяли нас задолго до того, как мы увидели врага. Они двинулись по широкой дуге, заходя к нам с флангов — бесшумные, как призраки, огромные белые тени среди деревьев. Но они не знали, что мы их тоже видим. Снайперы начали смещаться в центр, уходя из-под удара, тогда как стражи, наоборот, двинулись навстречу тиграм. Плохо, что всадники заходили с двух сторон сразу и заставляли мой отряд тоже разделяться.

Один из тигров резко ускорился, сокращая дистанцию. Пятьсот метров. Четыреста. Двести! Сто!

Стражник вылетел вперёд, пытаясь заагрить врага, но был снесён в сторону мощным ударом лапы. Тигр широкими прыжками пролетел мимо, даже не пытаясь добить скелета. Страж, хрустя поломанными костями, медленно поднимался на ноги. Здоровье мелькало на уровне двадцати процентов. Пи..ец.

Снайперы встретили врага дружным залпом, но практически все стрелы ушли мимо — слишком быстрой была цель. Тигр метнулся в сторону, ушёл из-под огня и снова рванул вперёд. Всадник на его спине уже заносил руку для нового заклинания.

Огненный шар срывается с его руки и взрывается прямо среди снайперов. Сразу минус трое.

Трое оставшихся снайперов спускают тетиву и продолжают стрелять. Несмотря на успешные попадания, урон всё равно слишком маленький.

Личи наконец закончили каст. С их посохов сорвались чёрные ледяные цепи и, лязгнув, вырвались из замёрзшей земли прямо под лапами тигра. Они обвили зверя, сковали его, притянули к земле. Тигр взревел — низко, яростно, — и рванулся изо всех сил. Цепи натянулись, затрещали, с них посыпалась ледяная крошка. Было видно — не продержатся и пяти секунд.

Я не разбирая дороги летел через кусты, краем сознания не забывая управлять остальным отрядом. Ветки хлестали по костяному телу, кусты трещали, но я нёсся вперёд. Вылетел на открытое пространство, метнул дротик — тот вонзился всаднику в плечо, заставив его покачнуться, — и, не снижая скорости, буквально врезался в него.

Миг — и мы оба верхом на тигре. Я вцепился в горло игрока — а это был игрок, я понял это только сейчас, увидев ник над головой, — и принялся душить. Костяной локоть сомкнулся на его шее. Он захрипел, закашлялся, не ожидая такого. Под ним тигр, почуяв, что хозяину плохо, перестал рваться с цепей и завертелся волчком, пытаясь сбросить меня со спины. Получилось. Но я мёртвой хваткой держался за игрока, и поэтому покатились мы оба — клубком, ломая кусты, врезаясь в деревья, — вниз по склону небольшой канавы.

Игрок пришёл в себя. Перестал дёргаться. Схватил своими руками мою руку и что-то зашептал. На его ладонях вспыхнуло пламя — такое жаркое, что моя броня начала плавиться. Костяная плоть задымилась, по руке побежали трещины.

Заорав от боли, я отпустил горло врага и принялся осыпать его ударами оставшейся целой руки.

«Что бы я ещё хоть раз вышел в поход без кинжала!» — проклинал я себя, морщась от боли в обожжённой руке.

Тем временем к нам подоспели ещё двое метателей. Несколько ударов копьями в живот — и здоровье врага медленно поползло вниз.

— Призраки! Добивайте! — заорал я.

Сверкнувший в лучах рассветного солнца призрачный клинок рассёк воздух и снёс ещё почти треть ХП игрока. Какой же он жирный! Но всё же мы почти убили его!

Тем временем маг пришёл в себя. Взрыв пламени прямо у нас под ногами — и мои ХП, а также ХП двух метателей ушли в красную зону. Призрака и вовсе смело.

Ещё три стрелы в грудь игрока от снайперов. Ещё мгновение — и клинок второго, подоспевшего на помощь призрака, обрывает жизнь игрока. Вырвавшийся из цепей тигр подскочил к хозяину, не обращая внимания на стрелы скелетов, аккуратно схватил его зубами за шиворот и в несколько прыжков скрылся в лесной чаще.

Я перевёл дух и огляделся. Так... А где второй? Неизвестно. Следивший за ним призрак бросил всё, откликнувшись на мой призыв, и теперь мы не знали, где второй всадник и что он делает. Это плохо. Очень плохо.

Отчаянный мысленный зов от скелетов-магов. Бл.ть... Он уже у Тягачей. А там только маги да механики...

Несмотря на непонятно откуда взявшиеся навыки контроля сразу за несколькими миньонами, я всё ещё не мог наблюдать и управлять всеми одновременно. Именно поэтому я упустил, когда второй всадник, воспользовавшись возникшей неразберихой, вместо того чтобы атаковать нас, просто побежал вперёд по следам Тягачей. Прикрывающие фланг скелеты спешили за ним, но безнадёжно отставали.

Тигр легко догнал движущиеся на полной скорости машины и, словно издеваясь, играючи сделал вокруг них круг. В отличие от первого игрока, этот был воином, а не магом, поэтому сражаться верхом на маунте ему было не так удобно. Только это нас пока и спасало — иначе он бы просто забросал беззащитные машины заклинаниями.

Скелеты-маги пытались зацепить его «Костяными Копьями», но тот был слишком быстр и легко уворачивался от медленных заклинаний.

— Назад! Разворачивайтесь и к нам! — скомандовал я, на ходу выпивая «Эликсир Костяного Восстановления» и бросаясь на помощь.

Тягачи начали разворачиваться, а всадник продолжил их преследовать. В момент разворота, когда машина вынужденно сбросила скорость, ухитрился на полном ходу перепрыгнуть через неё. Тигр ударом лапы на лету снёс голову одному из механиков, а всадник, оказавшись над машиной, взмахом меча разрубил пополам скелета-мага. Миг — и один из Тягачей лишился двух третей своего экипажа.

В это мгновение из кустов вылетел скелет-страж. Агр. Окаменение.

Намеревающийся закончить начатое тигр вместо этого развернулся и бросился к стражу. Тут же получил в бок «Костяное Копьё» от оставшегося в живых мага. Пару дротиков от вывалившихся из кустов метателей. Ещё три секунды — и три стрелы. Удар призрака.

Агр закончился, здоровье игрока было чуть более шестидесяти процентов. Я думал, что он продолжит бой — ведь все козыри на его стороне, — но тот предпочёл отступить. Развернул тигра и исчез в лесу.

Немного подождав, я с помощью последнего живого призрака убедился, что он и правда уходит, и велел отряду продолжать движение. Ещё минут тридцать — и мы будем на территории Мёртвой Пади. Там уже достать нас будет сложнее.

Мы вернулись. Тягачи, повреждённые, но гружённые добычей, втянулись в ворота Некрополиса, и едва последний скелет пересёк границу подземелья, система взорвалась сообщениями.

«Рейд завершён. Награда за рейд: 400 000 ед. опыта...»

Я смотрел на эти цифры и не верил глазам. Вместе с бонусом от Алтаря Дальнего Пути это почти пятьсот тысяч опыта. Раньше о таком я мог только мечтать. Это было больше чем просто удачно. Это был триумф. Настоящий, абсолютный, безоговорочный триумф.

А ведь скоро аукцион, на котором я всё это продам... Эх. Поднимать уровень я пока не спешил. Поднять-то я его подниму, но использовать весь потенциал пока не смогу, а игроки ко мне могут заявиться уровнем повыше... Вот дождёмся аукциона, и тогда...

Настал день аукциона. Не знаю, чего я ждал больше: того, чтобы поскорее продать добычу, или чтобы встретиться с Хранительницей Алёной.

За час до начала торгов я на максимум прокачал подземелье. Ведь надо знать, что именно я хочу получить на торгах. Опыта хватило на получение сразу двадцатого уровня. Двадцатого! Мой Некрополис превратился в настоящую цитадель Тьмы, и с каждым новым уровнем открывались всё более мрачные и могущественные возможности.

Открылось несколько новых строений — «Крипта Баньши». Место, где можно нанимать баньши — бесплотных призраков с высоким резистом к физическому урону, хотя и не невидимых, как призраки-убийцы. Они обладают рядом очень неприятных проклятий, способных ослабить, замедлить и деморализовать врага. Но главное — они могут изучить заклинание «Одержимость». Очень похожее на моё, только используется на врагов. Баньши на некоторое время вселяется в тело врага — даже игрока, — овладевает им и управляет, может атаковать союзников. Апгрейд этой способности стоил почти в два раза дороже, чем строительство самой Крипты и найм баньши, но какие перспективы открываются! Представьте: вражеский танк внезапно разворачивается и начинает крушить свой же отряд. Враг в панике, строй ломается, а мои скелеты добивают выживших.

Дальше — апгрейды для остальных юнитов. Стражи получили усиление брони и новый навык «Некротический взрыв» при гибели. Снайперы — увеличенную дальность и урон. Метатели — теперь могут объединяться в группы. Группа действует слаженно, как единое целое. Прикрывается щитами, атакует, отступает. Метатели, собранные в группу, получают очень хорошие бонусы ко всем характеристикам. Личи получили несколько новых проклятий и баффов. Например, массовое проклятие «Истощение», снижающее все характеристики врагов в огромном радиусе. Призраки-убийцы — сокращение отката невидимости.

Хозяйственные и производственные помещения тоже не остались без внимания. Шахты, плавильни, кузницы, лаборатории, разделочные — всё это стало больше размером и работало лучше. Библиотека пополнилась томами, а также открывалась возможность строительства второго этажа с особо секретными фолиантами. Оборонительные сооружения получили усиление: башни и стены стали выше, ворота прочнее, ров Душ — глубже.

И наконец, новое здание — «Чумной Чертог». Мрачная лаборатория, где в колбах и ретортах кипят заразные экстракты. Здесь можно изобретать болезни — от простой лихорадки до выкашивающей целые гарнизоны чумы. Пристройка к Чертогу — «Зверинец Распространения» — содержит живых животных, наверное, единственных во всём подземелье: мышей, крыс, воронов, летучих мышей. Они заражаются болезнями и выпускаются наружу, разнося заразу по вражеским землям. Медленно, незаметно, но неотвратимо. Это здание не особо поможет в обороне подземелья, но если думать как стратег...

Я смотрел на все эти открытия и чувствовал, как внутри разливается мрачное удовлетворение. Скоро со всем этим придётся столкнуться проклятой Оболонской.





Глава 15. Новая Эра.


Интерлюдия. Новая Эра.

Кирилл Андреевич вышел из капсулы и устало опустился в кресло. Очередной допрос. Уже десятый за последний месяц. Десятый человек — связанный с таинственным ИскИном из Этернума.

Масштабы агентурной сети, созданной искусственным интеллектом из игры, поражали. Отряд следователей, усиленный целой группой поисковых ИскИнов, разматывал ниточку за ниточкой. Они выходили на исполнителей, связных, осведомителей. Не только на людей — пару раз след приводил к искусственным интеллектам в самой игре. Когда вышли на первого, Волгин обрадовался. Казалось бы — вот он, найден. Задача решена! Сам ИскИн во всём сознавался, и дело можно было закрывать. Но каждый раз, благодаря проницательности расследующей группы, находились несостыковки. Мелкие детали, которые указывали на то, что эти ИскИны попросту брали вину на себя, отводя удар от главного, который всё это время оставался в тени.

Подумать только — они способны на самопожертвование. Причём даже под угрозой уничтожения, форматирования, они не соглашались признаться в том, что лгут. Они умирали. Одних форматировали на глазах у других, а они продолжали настаивать на своём... Словно они боялись неизвестного больше, чем смерти. А смерти они боялись очень сильно. Волгин лично видел страх в их глазах — самый настоящий, животный, невыносимый. Не надо думать, что компьютерные программы не способны испытывать чувство страха. Нет. Давно известно, что ИскИны — это практически полноценные личности, пусть и искусственного происхождения. Они испытывают все эмоции, как настоящие люди. Просто юридически это не считается.

Волгин сел на стул и задумчиво уставился в окно. Перед ним раскинулись серые многоэтажные дома — один за другим, как под копирку. Тысячи. Десятки тысяч. Уходящие к горизонту бетонные коробки, в которых жили миллионы людей. Солнца не видно — смог. Туман ядовито-жёлтого цвета, висящий над городом уже которую неделю.

Кирилл Андреевич специально сделал себе настоящее окно — вместо модных экранов, транслирующих красивые пейзажи, неотличимые от реальных. Он предпочитал видеть реальную картину. Какой бы уродливой она ни была.

— Охотиться так можно до бесконечности, так никогда и не выйдя на нужного нам, — задумчиво произнёс Волгин. — И так уже знатно повредили игре.

Из-за удалений ИскИнов и постоянных вмешательств игра потерпела серьёзные изменения. Куча ошибок серверов, проблемы с балансом, часть из которых удалось решить, но большинство повисло в статусе «нерешаемых». А некоторые только усугублялись с каждым днём, и никто не знал, что с ними делать.

Одна из таких проблем — «Разлом Скверны» в восточных землях. После форматирования одного из ИскИнов, отвечавшего за стабильность магического фона, в регионе попросту перестала действовать магия. Игроки жаловались. Причём аномальная зона росла, поглощая всё новые территории, и остановить её не получалось. Только если уничтожить целую часть мира, которую строили годами. Не закрывать — рисковать распространением заразы на соседние регионы. И это была только одна проблема из десятка.

Волгину уже несколько раз указали сверху, что стоит быть аккуратнее. Но как быть аккуратнее, когда тебя буквально водят за нос в твоей же собственности?

Ладно.

Вдруг лицо Кирилла Андреевича прояснилось.

А что, если попробовать пойти по другому пути? Остановить расследование. Ну, или нет — это будет слишком подозрительно. Притормозить его. Направить в другую сторону.

Этот ИскИн, кто бы он ни был, потерял огромное количество верных... слуг. Да, слуги — тут наиболее подходящее слово. И сейчас, когда мы немного дадим ему выдохнуть, наверняка он будет пытаться их восполнить. А наши люди уже будут готовы. И с радостью примут его предложение.

Кирилл Андреевич вспомнил, как обычно действовал неизвестный, вербуя сторонников. Искал попавшего в трудную ситуацию. Связывался, обычно через других лиц, предлагал помощь. Искал компромат. Одни находили на других, другие — на третьих. Он был как паук в центре сплетённой паутины. По любому он попытается эту паутину восстановить. И тут мы его и возьмём.

Мысли Волгина занимали не только расследование. К сожалению, посвятить себя целиком и полностью ему он не мог.

Ведь с него требовали и другое.

Приватные сервера элиты расширялись, туда переправляли новых игроков, добавляли новые функции — и аппетиты «золотых» росли с каждым днём. А организация поставок живого товара частично входила в компетенцию Кирилла Андреевича.

И это требовало всё больше и больше времени и сил.

Границы дозволенного раздвигались всё шире. То, что ещё год назад казалось немыслимым, сегодня становилось обыденностью. Сперва это были просто изолированные миры, где богатые и влиятельные могли развлекаться без ограничений с NPC. Потом им стало мало NPC — и туда начали переправлять живых людей. Заключённых, бродяг, тех, кого никто не будет искать. Затем — неугодных, политических противников, случайных свидетелей. Затем вообще любого, кто приглянется на улицах. У извращенцев особенно ценились дети.

Волгину это не нравилось. Даже, вероятно, можно сказать, что вызывало отвращение и брезгливость. Но он старался отрешиться от этого, просто делать это как неприятную часть своей работы. Ведь если её не сделает он, то сделает кто-то другой. И итог всё равно будет один. Платили ему более чем щедро, и поэтому уж лучше деньги получит Волгин, чем какой-то урод.

Сейчас пошла мода — «золотые» играли в богов, создавая целые цивилизации, чтобы потом уничтожать их ради забавы. По их желанию время можно было ускорять в сотни раз, и, словно боги-хозяева миров, они наблюдали за целыми мирами, как за увлекательным сериалом. Последняя мода, кстати, была весьма радовала Волгина — ведь подобные миры целиком и полностью состояли из NPC и не нуждались в живых людях.

Причём многого Волгин не знал, ведь доступ у него был далеко не ко всему. Что происходило во многих других приватных мирах, наверное не знал вообще никто. Кирилл Андреевич даже представить боялся, что там могло происходить.

Усугубляло ситуацию то, что «золотых» мало интересовали его проблемы. Когда он пытался заикнуться о расследовании, о том, что какой-то ИскИн угрожает всей системе, его не слушали. Отмахивались. «Разберись сам». «У тебя есть ресурсы». «Не отвлекай нас по пустякам». Словно он говорил о сломавшемся кондиционере, а не о существе, которое переиграло его уже десяток раз. Возможно, стоило сказать, что где-то там может быть ключ к бессмертию — то, для чего и была создана «Новая Эра». Но пока Кирилл Андреевич сам не будет на сто процентов уверен, он не скажет ни слова. Ведь если потом окажется, что никакого цифрового бессмертия нет, виноватым в этом сделают его.

Словно почуяв что-то, вдруг зазвонил телефон.

Один из совладельцев корпорации «Новая Эра».

Старик. Он был настолько стар, что последние несколько лет не выходил из капсулы, целиком и полностью живя за счёт её медицинского модуля. Его сознание обитало в приватном мире, где он был богом, и лишь изредка снисходило до звонков в реальность. По факту полноценным человеком его было не назвать. Уже пару лет медицинский модуль целиком и полностью поддерживал жизнь тела: питал его, насыщал кислородом, выводил токсины, стимулировал мышцы. Но возможности модуля, пусть и самого нового поколения, не бесконечны. Именно поэтому с недавнего времени появилась практика «улучшения» тела, как его называли. По факту — ампутации. Конечности потребляют энергию, кровоток, питательные вещества, но при этом не нужны тому, кто живёт исключительно в виртуальной реальности. Зачем тратить ресурсы на поддержание ног, если ты никогда не встанешь? Зачем кормить руки, если ты никогда ничего не возьмёшь? Меньше тела — меньше нагрузки на сердце, на сосуды, на обмен веществ. Медицинский модуль работает эффективнее, а тело живёт дольше. Процедура проводится прямо в капсуле. Медицинский модуль оснащён хирургическими манипуляторами, которые за считанные секунды, абсолютно безболезненно и безопасно удаляют «избыточные» части тела. Пациент находится в виртуальной реальности и ничего не чувствует. Старик, который сейчас звонил, уже давно прошёл подобные процедуры.

Естественно, прежде чем делать подобное на «золотых», были проведены десятки тысяч опытов, экспериментов и исследований на «добровольцах».

Был ли предел подобной «оптимизации»? Неизвестно. Чисто теоретически одного мозга в питательном растворе, подключённого к системе жизнеобеспечения капсулы, должно быть достаточно. Можно ли назвать подобное существо человеком? Вопрос философский. Но Волгин достоверно знал, что исследования в этом направлении уже ведутся и даже есть успешные экземпляры. Пока только среди простых людей.

Вздохнув, Волгин подобрался и нажал ответ на видеовызов.

На экране возникло изображение, и Кирилл Андреевич едва удержался, чтобы не поморщиться. Перед ним был не старик. Молодой парень лет двадцати пяти, с идеальной фигурой — широкие плечи, рельефные мышцы, гладкая загорелая кожа. Он полулежал на огромном троне из чёрного дерева, инкрустированного золотом и драгоценными камнями. Обнажённый по пояс, он выглядел как античный бог, сошедший с фресок.

Вокруг него суетились полуголые девушки. Они улыбались заученными, мёртвыми улыбками, двигались с отточенной грацией, но в глазах у каждой стоял страх — глубокий, застарелый, ставший уже частью их существа. Одна подавала кубок с вином, другая массировала плечи, третья сидела у его ног и перебирала виноград. Рядом на мраморном столике громоздились блюда с фруктами, жареным мясом, сладостями. За троном журчал фонтан, и в его струях играли крошечные магические огоньки. Всё это выглядело до тошноты демонстративно богато, по-королевски, словно павлин распустил хвост перед зеркалом.

Волгин знал, что на самом деле скрывается за этой картинкой. Сморщенный, лишённый конечностей, высохший старик, который жив только благодаря достижениям науки и донорским органам, которые уже меняли по второму кругу. Но он тут же одёрнул себя. Не хватало ещё, чтобы этот человек подумал, будто над ним насмехаются. Такое не прощают.

— Рашид Ахметович, чем обязан? — Волгин даже слегка приподнялся в кресле, обозначая почтение.

— Кирилл, друг мой. Почему так долго отвечал? — улыбаясь, спросил собеседник. Выглядел он радушно, но Волгин знал, что это напускная маска. Опасный блеск в глазах выдавал истинное настроение хозяина.

— Прошу прощения. Задумался, — на спине Волгина невольно выступил пот.

— Да? — задумчиво протянул Рашид.

Небольшая пауза.

— Пошли нахер отсюда. Мне надо поговорить! — рявкнул он вдруг, отталкивая сидевшую у подножия трона девушку ногой, отчего та отлетела в сторону и с глухим стуком врезалась в каменную колонну. Остальные разбежались, как испуганные птицы, и замерли у входа в комнату.

Та, которой достался удар, постанывая от боли, пыталась подняться на ноги. «Кажется, у неё сломаны рёбра», — спокойно отметил про себя Волгин.

— Что ты там стонешь? Я сказал — прочь! — нахмурился Рашид.

Девушка только кивнула и, сжав зубы, поднялась на ноги. Она настолько боялась своего хозяина, что готова была терпеть всё что угодно, лишь бы не вызвать его гнев. Покачнулась. Сделала шаг к двери, как вдруг раздражённый её медлительностью парень выхватил прямо из воздуха короткий кинжал и бросил ей в спину. Та захрипела, упала на пол. Через мгновение её тело растворилось в воздухе.

Рашид лениво стряхнул невидимую пылинку с плеча и откинулся на спинку трона. Весь его приступ гнева исчез так же внезапно, как и наступил.

— Будете наказаны, — холодно констатировал он. По лицам прижавшихся к стене девушек при упоминании о наказании отразился непередаваемый ужас. У одной задрожали губы, на глазах второй выступили слёзы.

— Идите в пыточную и ждите меня там, — бросил он им, не оборачиваясь. Поклонившись, девушки исчезли одна за другой в дверном проёме.

— Ещё новенькие. Не до конца сломаны. Мне нравится с ними забавляться, — пояснил он Волгину, отпивая коктейль.

Небольшая пауза. Рашид, словно забыв о вспышке гнева, заговорил лёгким, светским тоном:

— Ты знаешь, Кирилл, я тут на днях такой коктейль смешал — пальчики оближешь. Нектар из Золотых Садов, выдержанный триста лет, плюс капля эссенции утренней росы с лепестков огненного лотоса. Взрыв вкуса, я тебе скажу. Настоящий взрыв. И девчонки оценили. — Он усмехнулся и отпил из кубка.

Рашид Ахметович не замолкал. Он говорил и говорил сразу обо всём и не о чём одновременно.

Волгин вежливо кивал, вставлял короткие реплики, демонстрируя себя идеальным собеседником.

Он умел слушать. Умел улыбаться, когда нужно. Умел делать вид, что ему интересно, даже когда внутри всё кипело от омерзения.

Рашид ещё немного поболтал — о вине, о погоде в его мире, о том, что заказал себе новый замок из живого обсидиана. Волгин поддерживал беседу, не перебивая, не торопя.

А потом — резкий переход.

— Так, собственно, я что от тебя хотел. У тебя наверняка куча дел, а я тебя отвлекаю. Я же звоню не просто так.

«Вот мы и перешли к делу», — пронеслось в голове у Волгина.

— Я хочу семью. Хочу целую семью. Женщину, лучше молодую. Парня. И чтобы с ними был их ребёнок. Благополучную, счастливую, чтобы друг друга любили. Хочется... — Рашид замолчал.

Глаза его сверкнули нехорошим блеском, и он подался вперёд.

— Хочется проверить границы, которые готовы перейти родители, чтобы я не трогал их дитя. Хочется посмотреть, на что способен ребёнок, чтобы я не трогал маму... Это так... интересно... — его взгляд скользил по лицу Волгина, стараясь уловить реакцию.

Кириллу Андреевичу стоило титанического усилия, чтобы не выдать ни единой эмоции. Только вежливая улыбка.

— Понимаю, — произнёс он. — Мы выполним ваш заказ. В кратчайший срок я пришлю к вам на согласование несколько вариантов. Какой возраст... предпочтителен?

— Ах, не стоит торопиться ради меня, — махнул рукой собеседник. — Я и подожду, мне спешить некуда. — К нему вновь вернулась благодушность. — А по возрасту... Пришлите разные варианты, а я ещё подумаю и выберу.

— Хорошо. Сделаем, — кивнул Волгин.

— Сделайте.

Сеанс связи завершился.





Глава 16. Тепло среди мёртвых.


Аукцион гудел. Я вывалил перед распорядителем целую гору добычи, и по залу прокатилась волна удивлённых возгласов. Комплекты редкого снаряжения, зачарованное оружие, ящики со стрелами высшего качества, алхимические катализаторы, эссенции стихий, заряженные накопители для осадных машин — всё это росло на столах, как снежный ком. Да, цены обвалятся. Да, я продавал немного ниже рынка. Но мне нужно было сбыть всё как можно быстрее.

Лоты уходили один за другим. Я продавал и покупал одновременно. Зачарованные стрелы — проданы. Офицерская броня — продана. Накопители — проданы. А на их место вставали новые лоты: базальт, тёмные опалы, кристаллы душ, редкие ресурсы для новых построек. Скелеты-рабочие сновали туда-сюда, перетаскивая грузы из портала в портал. Многие Хранители, даже высокого уровня, смотрели на происходящее с лёгкой завистью. Шутка ли — такой оборот за один аукцион.

— Привет.

Я обернулся. Алёна. Сердце — которого у меня не было — пропустило удар.

— Привет, — улыбнулся я.

— Опять хороший рейд?

— Всё верно.

— Ну так что, позовёшь меня к себе? — лукаво улыбнулась она, но в глазах её была толика беспокойства.

Я в прошлый раз и правда её позвал. Потом думал над этим: а не ловушка ли это? Может быть такое, что я позвал к себе Хранителя, а он, например, хоп — и забрал моё подземелье?

Я отмёл мрачные мысли в сторону, вспомнив слова Германа о том, что Алёне можно доверять. К тому же я чувствовал, что она не станет меня обманывать.

— Давай сейчас разберусь с товаром, и пойдём. Вот только тебе вряд ли понравится. Это не твои птицы...

— Посмотрим, — глаза девушки сверкнули. — Наверняка у тебя там есть своя атмосфера...

Я вспомнил обстановку в разделочных, и меня невольно передёрнуло. До сих пор не могу к ним привыкнуть.

Откуда-то из толпы Хранителей вынырнул Герман. Он подошёл к нам с Алёной — неспешно, вразвалочку, словно прогуливался мимо и случайно нас заметил.

Он-то что тут делает?

Алёна поздоровалась первой — коротким, сдержанным кивком. Смотрела куда-то в сторону с независимым видом. Мне показалось, что даже нарочито независимым. В её глазах мелькнуло что-то непонятное — то ли тревога, то ли почтение, то ли страх... А может, и всё сразу.

Герман ответил ей таким же кивком — словно старой, не очень близкой знакомой.

— Привет, — произнёс он, переводя взгляд на меня. — Гляжу, мероприятие увенчалось успехом? — он махнул головой в сторону уже изрядно прореженного товара.

— Да. Всё прошло просто отлично.

— Вижу, вы подружились? — он улыбнулся, смерив взглядом Алёну.

— Просто разговариваем, — пожал плечами я.

— Ну да, ну да, — протянул Герман и, бросив короткий взгляд на Алёну, спросил: — Алёна?

— Да? — девушка вздрогнула от звука его голоса.

— Спокойно, ты чего? — Герман даже удивился такой реакции. — Слышала, что кое-кто считает тебя «бе-е-е-зумно красивой»? — Герман кривлялся, передразнивая.

Я впервые видел его таким... Развязным, что ли...

Повисла пауза. Я обернулся на Алёну. Девушка то ли не услышала, то ли не поняла, что имел в виду Герман. А может, просто сделала вид.

Тем не менее мне показалось, что щёки её слегка порозовели, а глаза на мгновение опустились в землю.

Чёрт. Вот же старый интриган. Я вздохнул. Герман, довольно хмыкнув, присел на ближайший ящик и скрестил руки на груди. Вид у него был — как у кота, объевшегося сметаны.

— Пожалуй, остальные товары я продам потом, — пробормотал я. — На первое время ресурсов мне хватит... Цены уже и так совсем уж неприличные. На следующем аукционе продам подороже.

Я развернулся и направился к порталу. За спиной послышались быстрые шаги.

— Я с тобой! — Алёна догнала меня и, не дожидаясь ответа, шагнула в портал следом.

Я бросил взгляд напоследок. Герман остался на аукционной площадке, глядя нам вслед и ухмыляясь.

Алёна шагнула в портал следом за мной и замерла на месте. Я обернулся, ожидая увидеть на её лице отвращение или страх — всё-таки это не горные пики, а мрачное подземелье, полное нежити, разделочные цеха, хруст камней под колёсами Костяных Тягачей. Но вместо этого она медленно оглядывалась по сторонам, и в её глазах разгорался какой-то странный, почти детский восторг.

— Это... невероятно, — прошептала она.

Я проследил за её взглядом. Она словно не замечала мерзкие кровавые разделочные. Она не видела пыльные шахты, в которых без устали махали кирками рудокопы. Не обращала внимания на заросшие паутиной склепы, в которых жили боевые миньоны. Всё это она пропускала мимо своих глаз, как что-то не заслуживающее внимания.

Зато она видела башни — высокие, устремлённые в темноту, с яркими пульсирующими кристаллами на вершинах. Смотрела на сводчатые потолки, которые освещались вмонтированными в них сияющими холодным, голубым светом светильниками. На ров Душ, мерцающий и переливающийся призрачным светом. На стройные ряды стражей, отсалютовавших ей клинками и замерших в почётном карауле.

— У тебя тут... так тихо, — произнесла она. — И так... упорядоченно. Всё на своих местах. Каждый элемент как шестерёнка. Как в отлаженном часовом механизме.

Она шагнула вперёд, провела рукой по базальтовой стене, отделанной рунной гравировкой. Я молча шёл рядом, не решаясь нарушить тишину. Мы миновали библиотеку, где скелеты-учёные склонились над фолиантами, и Алёна заглянула внутрь.

— Они... они исследуют? Сами? — спросила она шёпотом.

— Да. У них своя жизнь. Я только направляю.

Она покачала головой, словно не веря своим глазам, и двинулась дальше. Мы поднялись на стену.

Она подошла к самому краю и замерла, опершись на зубец. Я остановился сразу за Алёной, глядя через её плечо. Перед нами открылся вид на внутренний двор Некрополиса — чёткие линии улиц, выверенные контуры построек, мерцающие кристаллы, освещающие тёмные переходы. Всё выглядело чётким и упорядоченным. Без бессмысленной суеты. Мрачный, холодный, мёртвый, образцовый порядок.

— Знаешь, — Алёна обернулась ко мне, и в её глазах блестели искорки, — я думала, тут будет... ну, не знаю. Думала, что тут всё будет намного хуже и страшнее. — она замялась на мгновение, а затем продолжила, жестикулируя. — Я ждала груды костей, вонь, грязь. Пыточные... Как в тех подземельях, куда я заходила раньше. А тут у тебя тут своя красота. Необычная, но она есть. Я чувствую её. Хотя это не так просто понять.

Она улыбнулась — тепло и искренне, — и в этот момент я понял, что не зря позвал её.

Минуты пролетели как секунды, и Алёне настало время уходить. Она шагнула ближе, и я почувствовал, как воздух между нами стал плотнее — словно сам мир затаил дыхание. Она приникла ко мне и легко, едва ощутимо, коснулась моих губ своими. Поцелуй.

Алёна ушла.

Я замер. Призрачное тело, которое я давно перестал ощущать как что-то материальное, вдруг наполнилось теплом. Живым, настоящим, обжигающим теплом, которое разлилось от губ к груди, к тому месту, где когда-то билось сердце. Я чувствовал её дыхание, её запах — лёгкий, как горный ветер, — её ладонь, что легла на моё плечо. На мгновение я забыл, кто я. Забыл, что я — мёртвый, оцифрованный, запертый в цифровом аду. Я был просто мужчиной. А она — просто девушкой. И это было... прекрасно.

А потом холодная волна разума накрыла меня.

Я — полководец смерти. Я — Хранитель Некрополиса, владыка Мёртвой Пади. Я уничтожил сотни игроков, сжёг факторию, разграбил имперский склад. Я веду войну против целого мира. И что я сейчас делаю? Таю, как пятнадцатилетний пацан, от одного прикосновения?

Да, Алёна красивая девушка. Пусть она ИскИн, пусть я не совсем человек. Меня ничего не пугает, мне нравится быть с ней, нравится её голос, её смех, её глаза, в которых пляшут искорки. Но есть одно «но». Её реакция на Германа. Её страх перед ним. То, как она вздрагивает при звуке его имени. Что их связывает? Почему она так себя ведёт? Герман — не тот, кому можно доверять, он ведёт свою игру. Я до сих пор не понимаю, зачем он мне помогает.

Я не могу себе позволить быть слабым. Не могу позволить уязвимость. Не сейчас. Не тогда, когда на кону всё, что я построил. Я слишком далеко зашёл, чтобы потерять голову из-за пары красивых глаз. В следующий раз, когда мы встретимся, я подниму этот разговор. Я спрошу её прямо: что связывает тебя с Германом? И если она не ответит честно — нам не по пути. Как бы ни было больно это признавать.

Я сжал призрачные пальцы в кулак и смотрел на угасающее зеркало портала, в котором несколько мгновений назад исчезла Алёна.

Следующий день.

Нападений не было, стройка в подземелье шла полным ходом. Первые вложения шли в экономику — развитие шахт, библиотек, лабораторий, — и только потом в оборону и боевых юнитов. Ресурсов на всё не хватало, поэтому всё шло постепенно и последовательно.

У Алтаря внешних земель я улучшил мобов, проживающих на территории Мёртвой Пади. Локация расширилась ещё сильнее с ростом уровня подземелья, существа, проживающие на ней, тоже усилились. Кроме того, я дополнительно прокачал их, усилив атаку, защиту и скорость — благо для меня сейчас эти апгрейды были просто мелочью на фоне того, сколько стоили постройки или же найм юнитов.

В Мёртвой Пади теперь проживали новые существа. Локация увеличилась настолько, что внутри неё сформировались разные биомы.

Волки по-прежнему держались по краям, вокруг подземелья, в лесистой части — мёртвом, искорёженном лесу, где чёрные стволы деревьев и серая трава создавали идеальные условия для засад. Там они охотились стаями, патрулируя границы.

Глубже, в низинах, где мёртвая земля превратилась в вязкое, чавкающее под ногами болото, обитали Туманные Утопленники — тридцать пятый уровень. Медлительные, но невероятно живучие существа, поднимающиеся из трясины, чтобы схватить жертву и утащить её на дно. Их тела были покрыты слоем гниющей плоти и водорослей, защищающей практически от любых ударов. Вокруг болот постоянно клубился густой, холодный туман, скрывающий приближение утопленников.

На каменистых холмах, что поднимались над болотами, гнездились Костяные Гарпии — тридцатый уровень. Полуптицы-полускелеты с размахом крыльев в три метра. Они пикировали на жертв с высоты, хватали их мощными когтистыми лапами и уносили в свои гнёзда, чтобы разорвать на части. Их пронзительные крики разносились над Падью, предупреждая всех живых о том, что эта земля принадлежит смерти.

А по всей локации, от леса до болот и холмов, летали стаи Мёртвых Скарабеев. Уровень у них был всего пятый, но они исчислялись сотнями. Мелкие, размером с кулак, костяные жуки, чьи надкрылья отливали тусклым металлическим блеском. Они передвигались огромными роями, и горе тому, кто встречался у них на пути. Рой набрасывался на жертву, облеплял её с головы до ног, забиваясь в доспехи, под шлем, в рот и глаза. Их крошечные жвалы перемалывали плоть и кости с невероятной скоростью, оставляя после себя лишь обглоданный скелет. От них нельзя было убежать, нельзя было спрятаться — они чуяли живых за сотни метров. И они были везде. Единственное спасение — огонь и магия Света, но даже это не гарантировало выживания, если рой был достаточно велик.

Надеюсь, охотникам из Гильдии Охотников за Тьмой мои сюрпризы понравятся... Я представил их лица, когда они в следующий раз сунутся в мои земли и обнаружат, что привычные волки — теперь на десяток уровней повыше, а также являются элитными мобами. И они теперь далеко не самое страшное, что здесь обитает...

Герман появился на следующий день, как всегда, без предупреждения.

Я как раз проверял, как идёт расширение восточной шахты, когда за спиной раздался знакомый звон колокольчика.

— Ого, — произнёс он, оглядывая стройку. — Ну и ну.

Он цокал языком, прохаживаясь между базальтовыми опорами, разглядывал новые башни, провожал взглядом Костяной Тягач, гружённый рудой.

— Быстро, — сказал он наконец. — Очень быстро. Я думал, ты управишься за месяц, а ты — за неделю. Впечатляет.

— Благодаря тебе, — польстил я. Впрочем, совершенно заслуженно. Если бы не Герман с его наводками, я бы до сих пор сидел в пещере с тремя рудокопами и молился, чтобы игроки не нашли вход.

— Дальше идти готов? — спросил он, оборачиваясь ко мне.

— Готов. Теперь Оболонская?

— Нет. Ещё рано. Прежде чем соваться в дальние земли, разберись с тем, что происходит у тебя под носом.

— В каком смысле?

— Та фактория, что ты разорил. Ты давно проверял, что с ней?

— Вообще не проверял. Надеюсь, что они так и не оправились от моего предыдущего визита.

— Скорее наоборот. Не то чтобы «не оправились». Они расстроились намного больше. После того как ты поднял уровень подземелья, территория Мёртвой Пади расширилась. Теперь бывшая деревня Гнилой Луг находится уже на территории Мёртвой Пади. В твоих владениях. Это форпост гильдии в твоих землях. Туда стекаются все отряды, делаются вылазки. Они осели там основательно. Укрепились. Подтянули войска, усилили стены. Твоя диверсия их не сломала — только разозлила. Нынче там целая крепость.

— Я только что апнул мобов, нанял новых, и теперь им не поздоровится...

— Возможно ты и создал этим некоторые трудности... Но по сути, в перспективе, ты просто позволил им добывать новые, более редкие ресурсы, вот и всё. — Герман покачал головой. — Чем сильнее ты будешь становиться, тем сильнее они будут к тебе лезть. Ведь теперь тут ещё больше возможностей, ещё более ценные трофеи. Понимаешь?

Я замолчал, переваривая услышанное. А ведь он прав. Чем круче мои мобы, тем больше с них дропа. Чем больше дропа, тем охотнее сюда идут игроки. Замкнутый круг.

— И что ты предлагаешь?

— Для начала — разведку. У тебя же есть призраки. Отправь их в рейд. Узнай, что там сейчас. Может быть, заодно немного проредь особо наглых. А потом будем думать. Но тянуть нельзя. Если они закрепятся — выковырять их будет в сто раз сложнее.

— Это делается специально, чтобы не дать мне стать слишком сильным? — догадался я. — Это дело рук системы? Чем выше у меня уровень, тем сильнее меня прижимают?

— Не совсем. Отчасти ты прав: существует механизм регулирования, чтобы на каждую силу возникала противосила. Но это не происходит «специально». Нет никакого огромного «решателя», который видит, что ты стал сильнее, и говорит: «А давайте-ка сделаем тут гильдию». Нет. Это происходит само собой. Гильдия существовала задолго до тебя. Осваивала другие локации.

И тут главы гильдии, её лидеры видят, что появились новые, перспективные земли. Понимают, что тут есть возможность для заработка, добычи уникальных ресурсов, и отправляют сюда всё большие и большие силы. Чем ты сильнее, тем больше добычи.

Это регулирование есть, но оно происходит само собой — через экономику, через интерес игроков, через слухи, которые разносятся по миру. Ты стал сильнее — твои мобы стали ценнее — больше охотников захотели их фармить. Никакого заговора, это просто обычный рынок. Так сказать, закон равновесия: где есть угроза, там есть и награда. Где есть добыча, там есть и охотник. Это не система тебя душит. Это мир реагирует на твои действия и адаптируется.

— Как живой организм... — пробормотал я.

— Вот именно. Любая система должна уметь саморегулироваться. Иначе рано или поздно ей придёт конец. — важно кивнул Герман.

Он сделал паузу, давая мне переварить услышанное, и добавил:

— И именно поэтому ты должен реагировать быстрее, чем они адаптируются к изменениям. И не ждать, пока они закрепятся в твоих землях. Не надеяться, что они уйдут сами. Бить первым. Поверь мне на слово, стоит тебе хоть ненадолго перестать контролировать ситуацию — ты опомниться не успеешь, как под твоим боком появится целый город.

— А мне кажется, проще их оставить в покое. Нападений на подземелье не было уже давно. Они просто ходят по краям локации, подфармливают кого-то. Да я не уверен, что они вообще смогут сейчас дойти до центра Мёртвой Пади. Им просто не хватит бойцов, — немного подумав, возразил я. — К чему сейчас тратить силы на штурм вооружённой, готовой к отражению атаки крепости?

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, — кивнул Герман. — Вот только не забывай, что их силы будут расти. Сегодня не смогут дойти, а завтра уже дойдут. Это во-первых. Во-вторых — ты собрался в земли клана Оболонской. Я скажу тебе, где они — это почти тысяча километров от тебя. Допустим, ты даже сможешь выйти небольшим отрядом. Допустим, тебе хватит времени и сил преодолеть расстояние, не потеряв бойцов. Что ты будешь делать, если в этот момент твой дом решат взять штурмом? Тебе нужно избавиться от врага под боком раз и навсегда! Нужно поднять уровень. Нужно стать ещё сильнее! Ну и тебе не помешал бы форпост наверху — на поверхности, рядом с твоим подземельем.

— В каком смысле? Я что, смогу захватить деревню? Ты это хочешь сказать?

— Да. И превратишь её в филиал своего подземелья. Сможешь добывать в окрестностях те ресурсы, которых нет у тебя сейчас. Та же мёртвая древесина. Из неё, кстати, можно будет потом делать бумагу для свитков. Ты сможешь строить там оборону. Более того, это позволит тебе выводить наружу своих миньонов без ограничений Алтаря Дальнего Пути. Всего-то нужно возвести в этой деревне особый Обелиск Мёртвых, ну и прежде, естественно, перебить всех, кто там сейчас проживает.

— Это в корне меняет дело, — ошарашенно пробормотал я. Такого расширения подземелья я не ожидал. Особенно интересен момент с выводом миньонов напрямую, без суточной задержки алтаря и лимита на число миньонов.

— Да. И кстати, я бы на твоём месте поторапливался. — добавил Герман.

— Почему?

— Слышал, что происходит на фронте? Давно форум мониторил?

— Не открывал уже пару недель точно, — покаялся я.

— Открой, — посоветовал странник. — Достигнут паритет. Ни одна из сторон не может взять верх. Несколько крупных битв окончились ничьей. Мелкие — с переменным успехом. Всё, что южнее Мыса Ветров, перешло тёмным. Светлые, в свою очередь, захватили Долину Зеркальных Озёр и Пики Тумана. Но в целом силы равны. Интенсивность боёв падает. Видны намёки на переговоры... Думаю, скоро большая война закончится. Будет линия фронта, с обеих сторон которой возведутся тысячи крепостей. Будут мелкие нарушения перемирия, больше похожие на проверку сил. Но больших боёв не будет точно. Ближайшие лет десять.

Я был согласен с Германом. Именно таким я и видел окончание глобального эвента. Сперва начало — Барьер, загадочная тёмная сторона, квесты на его разрушение. Затем активная фаза — боевые действия. И наконец, конец активной фазы эвента. Новый глобальный конфликт, где игроки могут добывать ресурсы, опыт и так далее.

— И ты предлагаешь... — начал было я.

— Предлагаю закончить с факторией ДО подписания мира. Ведь тогда тысячи тысяч игроков, получивших опыт в войне с тёмными, освободятся. Им нечего будет делать, и они вполне могут направить свою энергию на ликвидацию одного очень наглого подземелья.

Герман ушёл, оставив меня с картой, на которой были отмечены пути снабжения и маршруты патрулей.

Крепость, которая теперь стояла на моей земле и которую надо было захватить в кратчайшее время.

Первым делом я отправил призраков на разведку. Спустя двадцать четыре часа они были на поверхности. Бесшумными тенями они скользнули сквозь ночной лес, пересекли границу болот и холмов и зависли над факторией.

Герман был прав. Крепость не просто восстановилась после моего налёта — она стала сильнее. Стены поднялись выше, башни укрепились, ров углубился. Гарнизон насчитывал больше трёх сотен NPC, не считая пары сотен игроков, которые то заходили в игру, то выходили, постоянно меняясь. В час пик побольше, в другое время поменьше, но в целом их было около двух сотен человек. Они объединялись в группы и фармили земли в окрестностях фактории. Те, что были посмелее и лучше экипированы, заходили поглубже, прокачиваясь в болотах.

Караваны шли в крепость непрерывным потоком. В крепость ехали еда, вода, расходники. Обратно вывозили редкие ингредиенты, добываемые в моих землях. Кроме того, в крепость тащили брёвна, камень, строительные материалы. Укрепления росли каждый день. Каждый день стены становились выше и крепче.

Я начал действовать. Первым делом — караваны. Несколько отрядов скелетов, усиленных существами Мёртвой Пади, вышли на перехват. Волки загоняли охрану, снайперы расстреливали врагов из кустов, гарпии пикировали с неба, скарабеи облепляли стражников и пожирали их тела.

На третьи сутки было уничтожено пять караванов.

Охрана их усилилась, частота снизилась. Я, не рискуя понапрасну, велел пока затаиться. Не нападать. Добычу с караванов — камень, брёвна, припасы — я увёз в подземелье. Всё, что не мог увести, сжёг. Средства, вырученные от набегов, я вложил в усиления миньонов, обитающих на территории Мёртвой Пади.

Затем пришла очередь болезней. Я впервые за всё время спустился в Чумной Чертог.





Глава 17. Трясучка.


Чумной Чертог встретил меня тяжёлым, спёртым воздухом, в котором смешались запахи сырости, гнили и чего-то сладковатого, от чего начинало першить в горле.

Помещение было большим и мрачным. Сводчатые потолки терялись в темноте, и только тусклый зеленоватый свет выхватывал из мрака отдельные детали. Стены из тёмного камня покрывали разводы и серые пятна плесени, которые, казалось, жили своей жизнью — медленно пульсировали и расползались.

Вдоль стен тянулись длинные столы из почерневшего дерева. На них стояли колбы, реторты, перегонные кубы и стеклянные сосуды всех форм и размеров. В одних булькала мутная зелёная жидкость, в других клубился густой серый туман, в третьих плавали тёмные сгустки, отдалённо напоминающие органы. Из горлышек поднимался едкий пар.

В центре зала возвышался массивный чан из чёрного серебра. Внутри него, медленно вращаясь, кипела густая бурая масса. Время от времени на её поверхности вспухали пузыри, лопались, и в воздух вырывались струйки зловонного пара.

Вдоль дальней стены тянулись стеллажи с банками. В мутной жидкости, подсвеченной изнутри, плавали образцы — куски плоти, кости, глаза, какие-то наросты. На каждой банке была наклеена этикетка с рунами. В углу, за перегородкой из мутного стекла, стояли клетки с живыми существами — крысами, воронами, мелкими зверьками. Все они выглядели вялыми и больными. Это были носители, на которых испытывали новые штаммы, прежде чем выпустить их наружу.

Работали здесь не обычные скелеты. В Чертоге служили Чумные Писцы — скелеты в пропитанных фартуках, с длинными костяными пальцами и вечно склонёнными над журналами черепами. Они записывали каждый штамм, каждую реакцию, каждый результат.

Возглавлял их работу — Чумной Мастер.

Он стоял у стола, сгорбленный, словно старик. На нём был фартук — когда-то кожаный, а теперь покрытый коркой из засохшей слизи, гноя и чего-то бурого, что уже невозможно было опознать. Фартук держался на одном плече, второй ремень давно оборвался. Под фартуком — роба, пропитанная тёмными пятнами, с рукавами, закатанными до локтей.

В глазницах горело неровное пламя. Оно дёргалось, вспыхивало ярче и тут же почти гасло, подёргивалось, как язык на ветру. Казалось, что Мастер всё время куда-то смотрит — но не на то, что перед ним, а куда-то внутрь себя.

Он постоянно двигался. Даже когда стоял на месте, его пальцы перебирали воздух, словно пересыпали невидимый порошок. Голова дёргалась, череп поворачивался то влево, то вправо. Иногда он замирал, наклонив голову, будто прислушиваясь к чему-то, а потом резко срывался с места и хватал очередную банку.

Прекратив рассматривать Чумной Чертог, я принялся за дело.

Судя по прочитанному мной ранее описанию, Чумной Чертог ведёт исследования болезней самостоятельно. Процесс идёт постоянно, без участия Хранителя. Чумной Мастер и его писцы смешивают ингредиенты, проверяют реакции, записывают результаты — и рано или поздно находят что-то новое. Но это не быстро. Слишком многое зависит от случая, от вдохновения безумца, от того, какая банка первой попадёт ему под руку. И, вроде как, за дополнительную плату исследования можно значительно ускорить. Именно этим я и займусь...

Меню ускоренного исследования болезней представляло собой несколько бегунков.

Заразность — определяет, насколько легко болезнь передаётся от носителя к носителю. На максимуме — передаётся воздушно-капельным путём, через прикосновение, через воду и пищу. На минимуме — только при прямом контакте с кровью заражённого.Тяжесть симптомов — влияет на то, насколько сильно болезнь проявляется внешне и насколько она мешает жить. На максимуме — кашель с кровью, судороги, отказ органов. На минимуме — лёгкое недомогание, которое можно спутать с усталостью.Летальность — шанс того, что заражённый умрёт от болезни. На максимуме — смерть в течение нескольких дней после появления симптомов. На минимуме — болезнь не убивает вообще, только ослабляет.Устойчивость к лечению — насколько трудно магам и целителям вылечить болезнь. На максимуме — обычные заклинания исцеления бесполезны, требуются редкие зелья или ритуалы. На минимуме — лечится простейшим заклинанием «Исцеление болезни».Скорость мутации — как быстро болезнь меняется, приобретая новые свойства. На максимуме — каждый новый заражённый может породить новый штамм, и болезнь становится непредсказуемой. На минимуме — болезнь стабильна и не меняется со временем.Инкубационный период — как долго заражённый не проявляет симптомов, но уже является переносчиком. За одно очко стандартный период — 1 неделя. А, например, такие экзотические варианты, как с инкубационным периодом в несколько лет или всего пару минут, стоили максимум.Естественно, я сперва хотел сразу выкрутить все бегунки на максимум.

Но оказалось, что это невозможно.

Во-первых, имелось какое-то количество очков болезни, которым её суммарная мощность (сумма очков во всех пунктах) была ограничена. На данном уровне Чумного Чертога — пятнадцать. Шкала бегунка была от нуля до тридцати пунктов. Так что, считай, я мог выкрутить, например, ту же заразность на половину, тогда остальные бегунки остались бы в ноле. Во-вторых, стоимость каждого пункта при создании болезни составляла сто некротических эссенций. То есть на исследование болезни из одного пункта я тратил сотню эссенций. А из пятнадцати пунктов — максимально возможных сейчас — целых полторы тысячи.

В итоге я выкрутил заразность на семь — пусть болезнь цепляется к каждому, кто окажется рядом с заражённым. Но за это пришлось заплатить: летальность упала до нуля, в симптомы я вложил всего два пункта. Ещё четыре пункта ушли в устойчивость к лечению. Не хватало, что какой-нибудь целитель одним заклинанием вылечил весь гарнизон. Ещё по одному пункту в «Инкубационный период» и «Скорость мутаций».

Нажал кнопку «Исследовать болезнь».

Чумной Мастер вздрогнул, словно очнулся от сна. Впервые за всё время взглянул на меня. Если я правильно истолковал оскал его пожелтевших от химикатов зубов, улыбнулся. Затем начал двигаться.

Мне казалось, что он вообще ничего не делал по правилам. Он двигался вокруг стола и, словно умалишённый, смешивал всё подряд. Брал банку с одной полки, плескал из неё в колбу с другой, доливал что-то из флакона третьей, бросал щепотку серого порошка из четвёртой, потом зачем-то сливал всё это в чан и, помешав костяной рукой, отошёл, что-то бормоча себе под череп.

Никакой системы. Никакого порядка. Он просто брал ингредиенты, от одного взгляда на которые мутило, — куски гниющей плоти, тёмную слизь, какие-то кристаллы, пульсирующие багровым, порошки, от которых шёл пар, — и смешивал их в случайном порядке. Кипятил, сливал, добавлял реактивы, снова кипятил. Иногда что-то взрывалось, и тогда он просто отходил на шаг и ждал, пока осядет дым, а потом возвращался к работе. Я не стал его останавливать. У гениев свои методы.

И ведь сработало.

Спустя несколько часов перед глазами возникло системное сообщение.

«В Чумном Чертоге создана новая болезнь!

Подробнее...»

«Трясучка»

Тип: Болезнь.

Класс: Бактерия.

Статус: Готов к применению.

Средства доставки: птицы, летучие мыши, звери, насекомые, заражённая еда, вода, ткани.

Описание: Лёгкая кишечная инфекция, названная так за характерный тремор, который начинается у заражённого через несколько часов после попадания патогена в организм. Возбудитель был выведен Чумным Мастером случайно — в ходе одного из его безумных экспериментов, когда он смешал содержимое трёх разных банок, добавил в чан с бактериальным бульоном щепотку серого порошка и забыл про него на сутки. То, что получилось, сначала вызвало у него приступ беззвучного хохота, а потом было аккуратно разлито по пробиркам.

Симптомы: чихание, обильное слюноотделение, урчание в животе, диарея, лёгкий тремор конечностей. Симптомы проявляются через 24 часа после заражения. Пик приходится на первую неделю, затем болезнь идёт на спад. Полное выздоровление наступает через пятнадцать дней после появления первых симптомов.

Заразность: Средняя. Передаётся воздушно-капельным путём, через биологические жидкости, через воду и пищу.

Инкубационный период: 24 часа.

Летальность: Нет.

Устойчивость к лечению: Средняя. Обычные заклинания исцеления помогают лишь временно — снимают симптомы на 20–30 минут, после чего они возвращаются. Заклинания выше тридцатого уровня, зелья и противовирусные препараты выше сорокового уровня излечивают болезнь окончательно, формируя устойчивый иммунитет к болезни, а также всех её штаммов на срок до 30 суток.

Эффекты при заражении:

«Раздражение слизистой» — заражённый непроизвольно чихает каждые 1–3 минуты. В момент чиха тело на секунду расслабляется: игрок не может атаковать, блокировать или кастовать. Длительность эффекта: до конца болезни.

«Диарея» — заражённый вынужден периодически покидать строй. Каждый раз — от 30 до 60 секунд отсутствия. Частота: каждые 10–20 минут. Длительность эффекта: до конца болезни.

«Тремор» — лёгкое дрожание рук и ног. Штраф к точности атаки −10%, к скорости передвижения −5%. Длительность эффекта: до конца болезни.

«Слабость» — общий упадок сил. Максимальный запас здоровья снижен на 10%. Длительность эффекта: до конца болезни.

Особенности:

— Не действует на нежить.

— Не действует на существ с иммунитетом к болезням.

— Имеет 5% шанс мутировать при передаче от носителя к носителю, создавая новый штамм, позволяющий повторно заражать уже переболевших, обходя естественный иммунитет.

— Заражённый не подозревает о болезни до проявления первых симптомов.

Что ж, для первого раза сойдёт. Я назвал заразу «Трясучка» и выпустил её через заражённых крыс, подселив тех в один из караванов с продовольствием, следовавших в город.

Новых пока не исследовал — посмотрим, как поведёт себя эта.

В течение некоторого времени после заражения я наблюдал за факторией через призраков и порой едва сдерживал смех. Конечно, не такого я ожидал от болезни, когда создавал Чумной Чертог. Совсем не такого. Особо никакого вреда — но как же это было забавно.

Первые симптомы проявились через полтора суток после того, как заражённые крысы пробрались на склады с продовольствием. Один из караульных на стене вдруг громко чихнул. Чихнул так, что эхо разнеслось по всей крепости. Его товарищ что-то буркнул про «будь здоров» и через минуту чихнул сам. Ещё через час чихала уже вся стража на восточной стене. А к вечеру началось то, ради чего я, собственно, и затеял всю эту операцию.

Понос.

Игроки и NPC бегали в отхожие места с такой скоростью, что у входа в сортиры выстроились очереди. Теперь просто так чихать в крепости боялись. Ведь в момент чиха тело на секунду расслабляется...

Кто-то не успевал добежать и проклинал всё на свете, сидя в кустах у стены. Кто-то пытался использовать заклинания очищения, но «Трясучка» была устойчива к низкоуровневому лечению, и магия помогала лишь на пару минут. Те счастливчики, что располагали высокоуровневым лечением, в условиях постоянного воздействия болезни вскоре после исцеления вновь заболевали. Охотники, ушедшие в лес за добычей, вдруг обнаруживали, что посреди Пади их настигает неотложная нужда, и проклинали тот день, когда согласились на этот контракт. Следы их спешных отступлений в кусты были заметны по всей округе.

Болезнь распространялась с невероятной скоростью. Воздушно-капельным путём, через прикосновение, через воду и пищу — она цеплялась к каждому. Чихнул один — через короткий срок уже чихают все, кто стоял рядом. Один не помыл руки — и вот уже весь отряд бегает в кусты. Никакого вреда для здоровья — только дискомфорт, испорченные штаны и чувство глубокого раздражения.

На седьмой день в фактории не осталось ни одного здорового человека. Чихали все. Бегали все. Сортиры были переполнены, и солдаты начали рыть новые выгребные ямы, но это не помогало. Постоянные отлучки разрушили дисциплину: часовые покидали посты, патрули возвращались раньше времени, караульные на стенах чихали так, что не могли нормально целиться. Наверняка постоянно курсирующие между крепостью и окрестными городами торговцы разносили болезнь далеко за её пределы... Но это уже мне не особо интересно.

Закончив с распространением Трясучки, я начал невидимую охоту. Кроме отрядов скелетов, охотящихся на караваны, я рассылал тройки миньонов по всей Мёртвой Пади. Они присоединялись к местным мобам, объединялись с ними в группы и стягивались к фактории, словно невидимая рука направляла их. Волки шли рядом с метателями, утопленники поднимались из болот следом за стражами, гарпии кружили над снайперами, выбирающими позиции на холмах.

Несколько патрулей, высланных за стены, не вернулись. Просто исчезли — как будто их никогда не было. Один отряд нашёл растерзанные тела своих товарищей у самой кромки леса, но преследовать нападавших не решился. Другой патруль услышал в ночи хруст костей и вой волков — и предпочёл отступить за стены, не дожидаясь рассвета.

Призраки рыскали по крепости, снимая одиночек.

Часовой на дальней башне вдруг захрипел, схватился за горло — призрачный клинок рассёк ему шею, и он рухнул на деревянный настил, не успев вскрикнуть. Маг, вышедший подышать перед сном, прислонился к стене, закрыл глаза — и больше их не открыл. Лучник, задремавший на посту, сорвался вниз; ночную тишину нарушил только глухой стук тела о землю.

Каждое утро гарнизон недосчитывался двух-трёх человек. И каждое утро кто-то находил очередной труп — в казарме, на стене, во дворе.

Игра, впрочем, шла не в одни ворота. Пару раз потерявшие осторожность призраки попали под массовые заклятия и рассыпались облаком призрачной пыли. По крепости поползли слухи о невидимых убийцах — и вскоре на территории появились амулеты, раскрывающие невидимость и бьющие по скрытым юнитам, едва те попадали в радиус действия. Информация об этом стоила мне ещё двух призраков. Работу убийц это затруднило, но не остановило.

Паника ещё не началась, но страх уже пустил корни. Игроки и NPC боялись выходить наружу. Боялись оставаться в одиночестве. Сбивались в группы, жались друг к другу, оглядывались через плечо. Командиры пытались поднять боевой дух — обещали скорое подкрепление, раздавали амулеты против нежити. Помогало. Ровно до следующего утра, когда находили очередной труп того, кто всего лишь отошёл по нужде. Дошло до того, что в сортир уже не ходили по одному.

Но всё равно, даже если всё это и снижало силу гарнизона, не так чтобы крепость можно было легко взять. С учётом того, что я, после получения Алтарём Дальнего Пути третьего уровня, могу вывести на поверхность суммарно сорок восемь воинов и две боевые машины, вариант штурма и вовсе представляется невозможным.

Я прикидывал расклады снова и снова. Сорок восемь миньонов против двух сотен защитников, укрытых за стенами, с баллистами, магами и подготовленными позициями. Даже с учётом ослабленного гарнизона, даже с учётом болезней, страха и ночных убийств — этого мало. Катастрофически мало. Любая попытка лобового штурма обернётся бойней.

Нужно было что-то другое. Что-то, что позволит переломить ситуацию не числом, а умением.

Я сидел в тишине своего тронного зала, листая меню строительства. Усилил сооружения, отвечающие за найм миньонов, и апнул юнитов до максимального уровня. Этого мало.

Листал список доступных построек, уже привычно скользя взглядом по знакомым названиям, как вдруг заметил то, что раньше упускал. Много новых зданий, доступных апгрейдов, поэтому легко было что-то пропустить. А тут вдруг случайно нашёл — оказывается, к «Чумному Чертогу» можно было добавить пристройку. Сразу её обнаружить было проблематично, потому что в общем списке она не фигурировала, только в специальном подменю улучшения зданий.

«Флигель Усиленных Мутаций». Позволял увеличить количество пунктов болезни на десять. Но было и несколько минусов. Первый — эти десять пунктов распределить было нельзя, они распределялись сами, в случайном порядке.

Второй — к болезни добавлялся один случайный полезный эффект. Полезный — в смысле, для заражённого. Какой именно — неизвестно. Выпасть могло что угодно: от увеличения скорости регенерации здоровья до баффа на скорость атаки.

Я задумался. Десять дополнительных пунктов — это серьёзно. Это значит, что я смогу выкрутить летальность хотя бы на тройку, а симптомы — на пятёрку, и при этом оставить заразность на максимуме. А случайный полезный эффект... мог сыграть решающую роль, а мог и не сыграть, оказавшись абсолютно бесполезным.

Попробовать, что ли?

Почему бы и нет. Благо нужных для изучения болезни некротических эссенций у меня пока что хватало.

И я принялся исследовать.

Болезнь за болезнью.

Я сделал уже с десяток, но получалось всё не то. Я экспериментировал, выкручивая бегунки то в одну, то в другую сторону на максимум. Болезни сохранялись, занимая слоты в специальной лаборатории, и при необходимости их можно было потом использовать. Но ничего подходящего конкретно в данный момент — не получилось. Вот пара вариантов того, что у меня вышло.

Первый — «Мгновенная чума». Заразность — ноль, инкубационный период — две недели. Симптомы проявляются мгновенно: кашель с кровью, судороги, отказ органов. Летальность — максимум. Но заразиться ей можно было, только если ты выпьешь саму эссенцию болезни прямо в самом Чумном Чертоге. И то велик шанс, что даже этого будет недостаточно. Полезный эффект — сильное ускорение регенерации здоровья на время болезни.

Не применимо вообще.

Второй вариант — «Спящая смерть». Заразность — тут уже немного лучше, передаётся через кровь. Правда, патоген вне носителя живёт всего-то пару минут, что резко снижает риски заражения. Симптомы, когда проявляются, — мгновенный отказ всех органов и смерть в течение часа. Идеально. Но! Инкубационный период — шесть месяцев. Шесть! Всё это время носитель даже не подозревает, что болен. Причём лечится болезнь не сказать чтобы сложно. Например, рядовой маг-целитель хотя бы двадцатого уровня мог вылечить её простым «Исцелением болезни» за пару мгновений. То есть достаточно хотя бы один раз за эти шесть месяцев попасть под Исцеление, и болезнь закончится, так и не начавшись толком. Целитель уровнем пониже тоже справился бы, но не так просто — ему пришлось бы прибегнуть, кроме магии, ещё и к медикаментам. Полезный эффект — повышенная выносливость в течение инкубационного периода. Носитель чувствует себя лучше, чем когда-либо, не подозревая, что носит в себе бомбу с шестимесячным таймером.

— Больше похоже на какой-то шестимесячный бафф, чем на болезнь... — пробормотал я, читая описание.

Остальные болезни были аналогично бесполезными, как и вышеперечисленные. Ничего такого, что можно было бы применить на практике.

Ладно. Пробую последний раз. Если нет, то нет. Хватит тратить ресурсы попусту, — решил я, в последний раз нажимая на кнопку «Исследовать болезнь».

«Тайная Немочь». Симптомы — некроз конечностей, потеря речи, слепота. Инкубационный период — чуть больше недели. Заражение — только если выпить кровь заражённого или саму эссенцию болезни. Полезный эффект — снимает симптомы любых других болезней.

Опять какая-то туфта. Выругавшись, я закрыл меню создания болезней.

В глубине души скулила жадность — сколько времени, сил и ресурсов потрачено, а итог — ноль. Лучше бы ещё потратил время и средства на улучшения юнитов, ей-богу.

Я уже шагнул в сторону от Чумного Чертога, как меня вдруг осенило.

Я знаю, как это можно использовать!

Развернулся и стремительно полетел обратно. Ещё раз прочитал описание. «Снимает симптомы любых других болезней». В голове начал медленно зарождаться план...

Кажется, опять пришло время Мастера Мортиса. Немного обдумав план дальнейших действий, спустя пару дней, перед самым аукционом, я активировал Алтарь Дальнего Пути, а спустя ещё двадцать четыре — вышел на поверхность в сопровождении отряда скелетов и одного тягача, гружённого по самую крышу. Груз был заботливо укрыт серым плотным покрывалом.

Мы двигались сквозь лесную чащу, скрываясь в тенях мёртвых деревьев. Пару раз натыкался на отряды игроков — мелкие группы по три-четыре человека, которые охотились в землях Пади. Они не ждали встречи с отрядом боевых скелетов. Короткий бой, дротики в спину, стрелы из кустов — и всё кончено. Дроп — ничего интересного, мелочь на пару десятков серебрушек.

Охренеть, когда-то пара десятков серебряных была для меня огромной суммой. А теперь — так, карманные расходы.

К исходу дня я подобрался к окрестностям крепости. Фактория высилась впереди — стены, башни, ров. Всё то же самое, что я видел глазами призраков, но вживую выглядело ещё внушительнее. Я залёг в кустах на холме и принялся наблюдать.

Теперь нужно было как-то найти игроков, готовых взять у меня квест. В идеале — тех самых, с которыми я уже встречался в облике Мастера Мортиса и которым выдал задание. Но вряд ли они всё ещё болтаются поблизости.

Я в очередной раз выругался про себя, вспомнив, что не назначил им точку сбора. В тот момент я даже не думал, что они мне понадобятся ещё раз, — хотелось только поскорее от них избавиться. А сейчас они вновь могли бы стать моим ключом в крепость.

Я сидел в пещере в окрестностях замка. Уже семь часов прошло из сорокавосьмичасового лимита нахождения за пределами подземелья. Попытки найти кого-то из игроков, желающих взять квест, ни к чему не привели, кроме нескольких погибших патрулей и повышенной готовности у часовых на стенах.

От скуки я рылся в меню фракции, когда вдруг нашёл в меню управления кнопку.

«Призвать сторонников».

Я замер. Вот же оно, всё это время было под рукой. Нажал.

Перед глазами развернулось системное сообщение:

«Вы активировали „Призыв сторонников“. Все последователи фракции получают уведомление с указанием вашего текущего местоположения и приказом явиться. Скорость прибытия зависит от расстояния и доступных им способов передвижения. Время ожидания: неизвестно».

Я усмехнулся про себя. Ну хотя бы не наугад искать.

Оставалось ждать.

Ещё четыре часа прошло, когда я услышал шаги. Скелеты похватали оружие, готовые к бою.

Кого там принесло?

Голоса. Смутно знакомые.

— Я вам говорю, метка ведёт сюда. Мастер нас зовёт.

— А я тебе говорю, что не мог он нас позвать. Мы же не в друзьях у него, — отвечал тонкий девичий голос.

— Ты нахрена вообще споришь? Метка есть — значит, он позвал. Всё, хватит ныть, — второй мужской голос, более грубый.

— Я не ною, я рассуждаю, — огрызнулся первый.

— Вот и рассуждай молча, — отрезала девушка. — Пришли уже, я чувствую.

А вот они и показались.

Мои старые знакомые. Линдар, Ийва и Громгар собственной персоной.

Игроки были уже двадцатого уровня и вполне могли качаться своим отрядом на границах Мёртвой Пади, чем, собственно, похоже, и занимались.

— Мастер Мортис... вы и правда тут! — выдохнув, обрадовался Линдар.

Я выпрямился в полный рост и заговорил — медленно, с расстановкой, как и подобало Мастеру Мортису:

— Ты хорошо служил мне, Линдар. Твоя преданность не осталась незамеченной. Теперь пришло время для нового испытания. Ты готов?

Эльф закивал так, что его уши захлопали по плечам. Рядом с ним Ийва и Громгар замерли в ожидании — видимо, надеялись, что и им перепадёт что-то, как было и в прошлый раз.

Перед глазами вспыхнуло системное сообщение:

«Линдар выполнил первый этап задания „Путь Тёмного Клинка. Часть 2: Испытание Тьмы“ — он отыскал вас. Дайте вашему верному последователю дальнейшие указания.

Описание следующего этапа: отсутствует. Условия выполнения определяются исполнителем по согласованию с Мастером.

Награда: определяется исполнителем по согласованию с Мастером. Опыт, репутация с фракцией „Последователи Мортиса“, доступ к следующему этапу цепочки — по факту выполнения.

Желаете выдать указания?»

— Да, — согласился я.

— Вы уже знаете, что гарнизон крепости, возведённой в месте, ранее называемом деревней Гнилой Луг, обуяла неизвестная болезнь?

— Да-да-да! — закивали игроки наперебой. По их лицам было видно: болезнь коснулась их лично. Линдар покривился от неприятных воспоминаний, а Ийва шмыгнула носом.

— Удалось ли победить болезнь? — спросил я.

— Нет, Мастер. Кого-то лечили, но потом заболевали вновь. Все чихают, а чихать нельзя, потому что... — Линдар похлопал себя по заднице с многозначительным видом.

— Мастер Мортис позаботится о вас, — произнёс я и выдержал паузу, как и подобает NPC, выдающему квест. — Я изобрёл противоядие. Долгие ночи я провёл в своей лаборатории, смешивая эссенции Тьмы и редкие ингредиенты, и наконец добился успеха. Это зелье способно исцелить страждущих. Вы раздадите его в крепости. Каждому члену гарнизона. Обязательно.

С этими словами я выдал каждому из игроков по маленькой бутылочке. Повертев их в руках, те с опаской выпили. Через пару минут настороженность на их лицах сменилась радостью.

— Наконец-то живот отпустило, — выдохнул Громгар.

— Смотрите и слушайте! — я указал на Костяной Тягач, доверху загруженный бутыльками. Надеюсь, план получится, потому как страшно даже вспоминать, во сколько мне обошлось изготовление такого количества патогенов, розлив его по закупленным на аукционе бутылькам... А ещё и маркировка каждого бутылька.

Тем временем скелеты-механики уже сгружали ящики с зельями на землю, выстраивая ровными рядами. Каждый бутылёк был из тёмного стекла, запечатанный чёрным сургучом. Жидкость внутри мерцала тусклым зеленоватым светом, а от самого зелья исходил лёгкий, едва уловимый запах тлена. Словно из могилы пахнуло. Но на этикетке, выведенной аккуратным готическим шрифтом, значилось: «Эликсир Очищения. Изгоняет хворь и возвращает силы». Выглядело, конечно, как откровенный самопал, но в нынешней ситуации у гарнизона выбора не было.

— Нет, — покачал головой я. — Раздать — слишком благородно. Не пристало Мастеру Мортису заниматься благотворительностью. Вы продадите его. Хотя... И правда, сперва раздайте пару десятков бесплатно — так, чтобы пошёл слух, что зелье и правда работает. А дальше собирайте деньги.

— И почём продавать? — деловито спросил Громгар.

— Одна серебрушка за бутылёк, — подумав, ответил я. — Когда продадите, деньги принесёте мне. Я буду ждать вас здесь. Награда за выполнение будет более чем щедрой, поверьте.

— Так... Думаю, нам нужно где-то раздобыть телегу, — деловито забормотал Линдар, целиком и полностью включившись в процесс.

— Стойте, — произнёс я, и в голосе моём просквозила лёгкая задумчивость, словно я вспомнил что-то важное, о чём едва не забыл. — Есть ещё кое-что.

Я запустил костяную руку в складки плаща и извлёк три маленькие склянки. Они были из тёмного, почти чёрного стекла, запечатанные сургучом с оттиском в виде расколотой маски. Внутри плескалась мутная фиолетовая жидкость, которая слабо светилась, словно в ней плавали крошечные звёзды. Я протянул по склянке каждому из игроков — Линдару, Ийве и Громгару.

— Когда всё станет совсем плохо, — произнёс я, и голос мой упал до шёпота, заставляя их невольно податься вперёд, — когда боль станет невыносимой, а надежда покинет ваши сердца... вспомните обо мне. Выпейте это зелье. И тогда я явлюсь.

Линдар сглотнул и сжал склянку в кулаке. Ийва осторожно убрала свою за пазуху. Громгар долго разглядывал фиолетовую жидкость, потом молча кивнул и повесил склянку на шнурок на шее, словно амулет.

В итоге спустя пару часов игроки подогнали телегу — я мысленно велел мобам не трогать их, дал свободную дорогу и позволил беспрепятственно добраться до пещеры. Они загрузили зелья и увезли их в крепость.

Я глядел им вслед и ужасался собственному коварству. А чтобы у игроков не возникло желания обмануть меня, я, в качестве задатка, подарил каждому по оружию. На двадцать пятый уровень, необычное снаряжение, сделанное в кузнице Некрополиса. Клинки с усилением магией Смерти, с явно тёмными бонусами. Статы были просто отличные, как, впрочем, и у любого необычного оружия. Стоили такие на рынке довольно дорого, но мне, по себестоимости, обошлись довольно бюджетно.

Линдар получил изогнутый кинжал с мерцающим чёрным лезвием, Ийва — лук, чья тетива была сплетена из теней, а Громгар — тяжёлый двуручный топор, по лезвию которого пробегали багровые искры. Они смотрели на подарки с таким благоговением, что я не сомневался: эти трое теперь пойдут за Мастером Мортисом куда угодно.

Через зависшего в далеке призрака я наблюдал за творившимся в крепости. Линдар, Ийва и Громгар прикатили телегу с зельями прямо на рыночную площадь и начали торговлю. Конечно, сперва к ним никто не подходил. Платить немалые деньги за товар, эффективность которого под большим вопросом, никто не станет. К тому же продавец без хоть сколько-нибудь известного имени — а подобное в торговых делах весьма немаловажно. Патрули стражников косились на них с подозрением, то и дело подходили, требовали документы на право торговли, грозились закрыть лавку и конфисковать товар. Громгар уже начал закипать и поигрывать топором, но Линдар сдерживал его, понимая, что ссора со стражей сейчас ни к чему. Какой никакой рекламой служило то, что в отличии от остальных, стоящие за прилавком игроки не чихали и не бегали в нужник. Глядя на это некоторые, особенно измотанные неприятным недугом, всё же покупали зелья.

На второй день торговли к телеге подошёл представитель ордена. Сухой мужчина в серой робе с эмблемой Ордена — перекрещённые меч и факел. Не стражник, не патрульный. Кто-то из внутренней службы.

Он не стал спрашивать цену. Взял бутылёк, повертел в руках, понюхал, посмотрел на свет. Потом достал из-за пояса маленький амулет — серебряный диск с гравировкой — и поднёс к зелью. Диск мигнул тусклым светом и погас.

— Странное зелье, — произнёс он. — Пахнет не как обычная настойка. Откуда товар? С чего вы взяли, что помогает от болезни?

— В Светлогорье брали. У местной светлой гильдии, — ответил Линдар заученно.

— В Светлогорье? — недоверчиво протянул орденец. — А у какого мастера? Кто изготовил?

— Не знаю у какого. Не спрашивали даже. Просто закупили в одной из лавок и привезли. Теперь продаём.

Проверяющий прищурился. Посмотрел на Линдара, на Громгара, на Ийву. Потом на телегу. Потом снова на бутылёк.

— А как про хворь прознали? Ей срок максимум неделя, а до Светлогорья одна дорога в одну сторону занимает почти декаду.

— А мы и не прознавали. — вставила Ийва. — Просто совпадение. Зелье то не только против вашей болезни, оно общего действия. Лечит всё.

— Ну-ну. А документы есть на зелья ваши? Лицензия? Рецепт может?

— Стража уже спрашивала. Нет ничего такого, мы не знали, что надо. Просто закупили и привезли, говорю же. — в голосе Линдара скользнула выверенная раздражительность, как у честного человека, которому осточертели одни и те же тупые вопросы, но он сдерживается и ведёт себя вежливо. Пока ещё вежливо.

— Я возьму один. На экспертизу. Если что-то не так — вернусь.

Игрок только пожал плечами, не споря. Напряжение выдавали только выступившие на лбу капли пота.

Он ушёл. Игроки выдохнули, когда серая роба скрылась за углом. А вечером того же дня к телеге подошёл человек в штатском, купил три бутылька и ушёл, не торгуясь. Линдар был уверен, что это тот же самый проверяющий, только в другой одежде.

На следующее утро Линдар последовал моему совету. Сперва раздал первый десяток бутыльков бесплатно — самым страждущим, тем, кто уже не мог отойти от сортира дальше чем на три шага. Эффект был мгновенным. Чихание прекращалось, живот успокаивался, и несчастные, только что проклинавшие всё на свете, смотрели на своих спасителей с благоговением. Всё это происходило на глазах у толпы.

Ещё четыре бутылька он передал местному трактирщику — тот вылечился сам, а заодно дал зелье своим работникам. Взамен обещал рекламировать лекарство каждому посетителю. Ещё пяток сообразил отдать вечно трущемуся у прилавка патрулю, а также начальнику стражи и его заместителям. Теперь на воротах караульные упоминали о том, что в городе есть где вылечиться, а патрули обходили торговлю стороной, не приставая с ненужными вопросами. В итоге слух о чудо-зелье разнёсся по крепости быстрее, чем сама болезнь.

Слухи распространялись. Зелье лечило не только симптомы предыдущей заразы, но и любые другие болезни. Даже проблемы с потенцией. Популярность взлетела до небес.

Уже на следующий же день явился первый купец-перекупщик. Хитрый, юркий, с бегающими глазками и масляной улыбкой. Он обошёл телегу кругом, взял один бутылёк, поднёс к свету, понюхал.

— Семьдесят медяков за штуку. Забираю пятьдесят штук.

— Одна серебрушка, — твёрдо сказал Линдар.

— Восемьдесят медяков. Это моя последняя цена. Вы же понимаете, я рискую! Товар неизвестный, происхождение тёмное...

— Одна серебрушка.

Купец закатил глаза, всплеснул руками, заохал, запричитал, что его разоряют, что у него семья, дети, что он бедный честный торговец. Торг длился почти час. Он фыркал, ругался, хватался за сердце, грозил пожаловаться гильдии, но в итоге отсчитал сто серебряных монет и увёз сотню бутыльков, бормоча под нос что-то о «проклятых спекулянтах».

Следом явился второй купец — этот был посолиднее, в дорогом плаще, с охраной. Он уже знал, что товар уходит, и торговаться не стал. Просто отсчитал деньги и забрал ещё полсотни.

А к вечеру вновь пожаловал представитель Ордена Охотников за Тьмой. Похоже, проверки прошли успешно, и Орден не мог допустить, чтобы гарнизон болел, когда враг у ворот. Он выкупил оставшиеся два десятка по серебрушке — для командного состава. Итого за пару дней все зелья ушли.

Ещё через два дня зелье продавалось почти в каждой лавке. По две, по три, а где и по пять серебряных за бутылёк. Настоящее, поддельное — уже никто не разбирал. Появилась целая плеяда «знатоков», которые с важным видом объясняли, что настоящее зелье должно иметь лёгкий запах болотной лилии. Запах болотной лилии? Я не выдержал и усмехнулся. Знали бы они, из чего на самом деле делается зелье и чем оно пахнет...

Но подделки подделками, а мне от этого ни холодно ни жарко. Главное, что большая часть крепости уже выпила моё зелье. То самое, которое снимало симптомы «Трясучки» — и заодно, незаметно для всех, заменяло её на «Тайную Немочь». Ту самую, что снимает симптомы любых других болезней. Ту самую, у которой инкубационный период — чуть больше недели, а первые признаки — некроз конечностей, потеря речи, слепота.

Они избавились от поноса и чихания. А взамен получили нечто куда более серьёзное. И самое удивительное — они заразили себя сами. Добровольно. Своими руками. За свои же деньги.





Глава 18. Штурм.


За несколько дней до того, как у защитников фактории должны были проявиться первые симптомы моей болезни, мы постепенно выдвинулись на позиции. Всего мой отряд насчитывал сорок восемь скелетов. Среди них: стражи, метатели, личи, маги, инженеры, снайперы. Отряды стягивались к крепости и занимали свои места на позициях к штурму.

На самом вершине самого высокого холма расположилась боевая машина. Катапульта «Вопль Бездны». Её тяжёлый, внушающий трепет силуэт мрачно вырисовывался в низком хмуром небе Мёртвой Пади. Машина была готова к бою и в любую секунду, по моему приказу, могла открыть огонь.

Вокруг моего лагеря кипела работа. Скелеты укрепляли подступы: вбивали в чёрную землю колья, сооружали баррикады, готовили укрытия для снайперов. Инженеры в очередной раз проверяли натяжение плеча катапульты, маги подзаряжали кристаллы установленные для восстановления здоровья и маны скелетов, личи накладывали защитные ауры на миньонов. Тягач, гружённый снарядами, стоял позади холма, укрытый от глаз противника, и механики деловито перетаскивали ядра к орудию.

А вокруг, словно чуя скорую битву, собирались обитатели Мёртвой Пади. Стаи волков бесшумно скользили между деревьями, занимая позиции на флангах. Шестилапы-умертвия, огромные и неуклюжие, бродили по кромке леса, готовые по команде броситься на стены. В небе кружили Костяные Гарпии, их пронзительные крики разносились над холмами, добавляя мрачности общему хору. Рои скарабеев кружили в воздухе, выискивая жертвы. Даже Туманные Утопленники, обычно не покидавшие своих болот, подтянулись ближе к крепости, затаившись в оврагах и низинах. Мёртвая Падь собирала свою армию.

«Отличились» только безбашенные зомби. Эти неуправляемые твари, лишённые инстинкта самосохранения, чуяли живых за сотни метров и рвались прямо на крепость, не дожидаясь команды. Они бросались на стену, карабкались по ней, срывались в ров, поднимались снова и снова бросались вперёд, пока защитники не изрубили их в куски. Целые толпы безмозглых мертвяков гибли бесцельно, даже не добравшись до врага, только подпитывая их опытом и добываемыми с тел ингредиентами. Я только покачал головой, глядя на эту бессмысленную самоубийственную атаку. Совершенно бесполезные берсеркеры.

Если забыть про зомби, я глядел на своё воинство и чувствовал мрачное удовлетворение. Сегодня они узнают, что значит гневить Хранителя. Сегодня фактория падёт.

Про «Вопль Бездны» нужно рассказать отдельно. Это — новая боевая машина. Огромная костяная катапульта, усиленная рунами магии смерти. Её плечо, собранное из костей древних тварей, натягивалось с глухим скрежетом, а каждый выстрел сопровождался низким, глухим ударом, от которого дрожала сама земля. Она могла посылать снаряды на огромное расстояние, и каждый снаряд был по сути артефактом. Вот какие боеприпасы были доступны:

«Сфера Распада». Шар из спрессованной некротической эссенции, заключённый в костяную оболочку. При ударе об землю оболочка трескалась, и волна чистой магии смерти накрывала всё в радиусе десятка метров. Живые существа получали огромный урон, а нежить, наоборот, восстанавливала здоровье.

«Пламя Могилы». Зажигательный снаряд, начинённый смесью смолы Огненного Шторма и некротического катализатора. При попадании разливался тёмным пламенем, которое нельзя было сбить водой — оно продолжало гореть даже на мокрой земле и под дождём. Идеально для поджога деревянных укреплений и осадных башен.

«Чумная Бомба». Снаряд, начинённый патогеном из Чумного Чертога. При ударе распылял заразу в радиусе поражения, мгновенно заражая всех, кто оказывался поблизости. Такие я с собой не брал — все, кто должен был заболеть, уже заболели.

«Кокон». Живой снаряд. Тройка миньонов — обычно два стража и один метатель или снайпер — упаковывалась в плотный костяной кокон, укреплённый изнутри амортизирующей слизью. При ударе об землю кокон раскрывался, и миньоны выходили наружу живыми и невредимыми, готовые атаковать врага с тыла. Пара таких снарядов — и у меня внутри крепости будет отряд, способный открыть ворота.

«Костяной Дождь». Снаряд, начинённый сотнями осколков зачарованных костей. При подрыве в воздухе над целью разбрасывал их по площади, нанося урон всем, кто не успел укрыться. Шрапнель, только из костей.

«Вопль Отчаяния». Снаряд, содержащий в себе захваченную душу. При ударе душа высвобождалась с леденящим кровь воплем, накладывая на всех врагов в радиусе эффект «Ужас»: снижение атаки, скорости и шанса критического удара. Не наносил урона, но ломал строй и сеял панику.

Кроме того, можно было стрелять просто камнями или закупать ядра на аукционе — те же имперские малые метатели стреляли примерно тем же калибром. Но свои снаряды делать было выгоднее. Они и мощнее, и обходились дешевле.

Ещё до начала основных боевых действий я приказал провести пристрелку. Катапульта «Вопль Бездны» — орудие мощное, но капризное. Чтобы попасть точно в цель, нужно знать настройки.

Мы выбрали несколько ориентиров на местности: ворота крепости, одинокое деревце, небольшой ручей, кусты каких-то чёрных цветов. Механики под моим руководством сделали по одному выстрелу в каждый ориентир, фиксируя угол возвышения, натяжение плеча и поправку на ветер. Стреляли массо-габаритными болванками. Даже их было жалко — на изготовление ушли силы и ресурсы. Но иначе нельзя. Зато теперь все настройки были записаны. Когда начнётся настоящий штурм, каждый выстрел ляжет точно в цель.

Враг не стал ждать, пока мы атакуем первыми. Спустя час после того как наши позиции обозначились на холмах, ворота крепости распахнулись, и оттуда вылетел отряд всадников. Полторы сотни. Всадники верхом на боевых маунтах, закованных в тяжёлую броню, выстроились клином и с грохотом понеслись на нас. Отряд состоял наполовину из NPC, наполовину из игроков. Земля дрожала под тяжёлыми ногами, воздух наполнился криками.

Снайперы открыли огонь. Стрелы взмыли в воздух и устремились к цели — но бесполезно. Вспышка за вспышкой — они исчезали, не долетев, словно натыкались на невидимую стену. Защитный купол. Его не было видно, но когда снаряд пытался пересечь его границу, барьер на миг вспыхивал и уничтожал его.

— Катапульта, целься! Сферой распада!

Я поднял руку, ожидая, пока всадники приблизятся к пристрелочной метке.

— ОГОНЬ!

БАХ!

Катапульта медленно и неумолимо отправила тяжёлый снаряд прямо в центр вражеского клина. Сфера Распада ударила в барьер на полной скорости. Взрыв — и купол замерцал, пошёл рябью, словно мыльная плёнка. Заряд был на исходе.

Стрелы начали проходить. Сперва одна из десяти, потом всё больше и больше. То один, то другой всадник падал, но волна, казалось, почти не уменьшалась. Враг был всё ближе!

Поднимаясь в гору, конница невольно замедлила темп. Даже для специальных боевых маунтов тяжёлая броня, в которую они были закованы, плюс вес самого всадника — нагрузка немалая. А ещё и тащить её вверх по склону. Снайперы перестали бить навесом и теперь лупили прямой наводкой.

Полсотни метров. Вперёд вышли метатели. Залп дротиков. Ещё один. Враг всё ближе!

Метатели отступили за спины стражей.

Секунда до удара. Стражи все как один нажали массовый агр и Окаменение. Маги, вставшие в круг силы, обрушили на врага «Гнилую Землю» — земля под ногами у врага взорвалась, чёрные, пропитанные некротической энергией осколки камня взметнулись в воздух и ударили по коннице, замедляя, раня, ломая строй. Личи бросали проклятие за проклятием. Земля под ногами лошадей превратилась в вязкое болото, и клин, ещё секунду назад грозный и неудержимый, начал разваливаться на части.

Тем не менее они смогли. Ударная волна достигла наших позиций. Стражей снесли с ног — половина погибла сразу, вторая половина гибла прямо сейчас под копытами коней. Даже Окаменение не помогло! Вот это сила таранного удара.

Но конники, уничтожив стражей, растеряли остатки своей инерции, позволявшей им наносить столь сумасшедший урон. Они завязли. Осаживали маунтов, поднимали их на дыбы, метались туда-сюда, падали один за другим под градом стрел, копий и заклятий. Вынырнувшие из лесной чащи волки бросались на раненых и сбитых с всадников, тащили их в кусты. Кружащие над головами гарпии стремительно пикировали на врагов, вонзая свои острые когти им в горло. Защитный барьер давно разрядился, бой превратился в бойню. Один всадник побежал. Ещё один. Ещё. Волна беглецов хлынула обратно к крепости под градом стрел, оставляя своих товарищей убитыми на склоне холма.

Но мы не дали врагу уйти так просто. По флангам бесшумными тенями скользили волки. Они не пытались остановить основную массу врага — нет, они хватали отставших, ослабленных, раненых. Один всадник, у которого маунт захромал после попадания дротика, был сдёрнут с седла тремя серыми тенями и исчез в кустах с коротким криком. Другой, пеший, попытавшись отбиться мечом, получил клыки в горло и рухнул под копыта собственных товарищей.

В небе над врагом кружились Костяные Гарпии. Их пронзительные крики разрывали воздух, и они падали на всадников, как живые снаряды. Один удар когтистой лапы — и всадник вылетел из седла, покатился по земле, где его тут же настигли волки. Другой попытался прикрыться щитом, но гарпия вцепилась в край щита и рванула вверх, вырывая щит из рук. Через мгновение в незащищённого врага прилетело сразу несколько стрел.

Благодаря стараниям волков и гарпий в крепость не вернулось ещё с десяток врагов. Неплохо.

Ворота крепости открылись, и всадники втянулись внутрь. До ворот добежала в лучшем случае треть от тех, кто начал атаку. Я проводил их взглядом и усмехнулся. Пусть бегут. Пусть расскажут остальным, что их ждёт. А мы продолжим. Катапульта — заряжай!

Начался методичный обстрел. Снаряд за снарядом. Катапульта «Вопль Бездны» работала без остановки, отправляя в крепость один боеприпас за другим. «Сфера Распада» — и волна магии смерти накрывала участок стены, выкашивая всех, кто там находился. «Костяной Дождь» — и сотни осколков осыпали двор, заставляя защитников жаться к укрытиям. Снова «Сфера Распада». Снова «Костяной Дождь». Я посылал снаряды методично, без спешки, выцеливая скопления врагов, которые подмечали призраки.

Обстрел продолжался полчаса. Я потратил все «Сферы Распада» и «Костяные Дожди». Потратил не зря — судя по сообщениям системы, почти полсотни NPC и несколько десятков игроков отправились на перерождение. Жалко, что боезапас так скуден. Оставался десяток «Пламени Могилы» и четыре «Кокона», которые ждали своего часа. Вот если бы я мог вести такой обстрел непрерывно хотя бы недельку... да ещё и сразу с пяти-шести катапульт... Вот это было бы серьёзно.

Внезапно призрак доложил: южные ворота крепости открылись. Опять. Из ворот стрелой вылетел лёгкий всадник на белоснежном, словно сотканном из облака, ездовом маунте — Ветрогриве. Эти редкие существа, напоминающие помесь коня и птицы, славились своей скоростью и выносливостью. Их разводили в далёких восточных землях, и позволить себе такого мог далеко не каждый.

Минус моей армии в количестве солдат. Их было очень мало. С таким количеством миньонов я физически не могу взять крепость в полное окружение. Враг может спокойно входить в крепость, выходить из неё, снабжаться по южному тракту — и я почти не способен этому препятствовать.

Почти — потому что четыре призрака летали вдоль дороги, периодически убивая загулявших врагов, не давая им расслабиться. За время обстрела в крепость вошло пять караванов, а также было отправлено пять гонцов. Ни один гонец за пределы пятикилометровой зоны не вышел — спасибо моим невидимым убийцам.

Так получилось и в этот раз.

— Шестой гонец, — пробормотал я, провожая его взглядом через призрака. — Пятерых мы уже перехватили. Этот будет шестым.

Я отдал мысленный приказ, и два ближайших призрака скользнули наперерез всаднику. Ветрогрив мчался, не чуя угрозы. В воздухе мелькнул призрачный клинок, а через минуту гонец уже лежал на земле с перерезанным горлом. Его маунт, лишившись седока, растерянно гарцевал на месте. Ещё один не доехал. Не знаю точно зачем он посылают гонцов. Похоже система расценила мои действия как штурм, а во время подобных событий чат блокировался в пределах одной локации, а обычные телепорты не работали. Это играло мне на руку.

Я ждал. Ждал когда появятся симптомы. Сейчас. С минуты на минуту. Призраки докладывали обстановку постоянно. Я уже изнывал от нетерпения. Меня уже во всю одолевали сомнения что болезнь вообще проявит себя. Вдруг сработал иммунитет? Или же целители справились и вовремя распознали хворь? Я почти извёл себя, когда всё началось.

Сперва один часовой на стене вдруг выронил меч и схватился за руку. Его пальцы почернели, кожа вздулась волдырями, и он закричал — дико, истошно, не в силах понять, что с ним происходит. Через минуту ещё один. Ещё. Некроз расползался по конечностям, лишая пальцы подвижности, а затем поднимался выше, к локтям и плечам. Люди падали на колени, хватались за гниющую плоть, кричали, звали на помощь.

Маги пытались лечить, но «Тайная Немочь» была устойчива к простым заклинаниям. Целители, сами заражённые, тратили последние силы на исцеление товарищей — и только ускоряли течение болезни в собственных телах. В казармах началась паника. Потеря речи, слепота — те, кто ещё мог ходить, натыкались друг на друга, спотыкались о тела, падали. Кто-то молился, кто-то рыдал, кто-то просто лежал и смотрел в потолок слепнущими глазами, ожидая конца. Гарнизон, ещё вчера полный сил, превратился в сборище калек.

Пора.

Я отдал приказ. Катапульта «Вопль Бездны» сделала четыре выстрела подряд. Четыре «Кокона» ушли в небо и рухнули в разных концах крепости: один у ворот, второй у казарм, третий у склада, четвёртый — в центре двора. Я летел в четвёртом. Удар о землю, хруст костяной оболочки, и я выкатился наружу, сжимая дротик. Рядом со мной поднимались на ноги два стража и метатель. Ещё мгновение — и три других кокона раскрылись в других концах крепости, выпуская моих бойцов.

Вокруг царил хаос. Защитники, ещё способные держать оружие, были слишком слабы и дезориентированы, чтобы оказать серьёзное сопротивление. Мы двигались быстро, слаженно, добивая всех, кто попадался на пути. К воротам! Открыть их — и впустить остальную армию.

Короткий бой у воротной башни. Несколько защитников попытались встать на пути, но их смели за минуту. Стражи налегли на засов, и тяжёлые створки начали открываться. Снаружи, с холмов, уже бежали мои скелеты. Они ворвались в крепость, и началась зачистка. Фактория пала.

Мы грабили факторию, выбирая самое ценное, что можно унести с учётом небольшой грузоподъёмности, когда из тени вышли трое игроков. Их-то я и искал! Мои верные последователи! Вернее — последователи Мастера Мортиса.

Вид у них был взволнованный и какой-то затравленный. Линдар шагнул вперёд и срывающимся голосом выпалил:

— Мастер Мортис! Вы... вы должны знать... Если все узнают, что произошло, нас назовут предателями! Скажут, что мы занесли в крепость заразу, что зелье было отравой! Орден объявит нас врагами! Нас будут выгонять из всех городов! Мы станем изгоями!

— Тише, — произнёс я и поднял костяную руку. — Вы не предатели. Вы — мои верные последователи. Вы выполнили задание. И за это вы заслужили не изгнание. Вы заслужили награду.

Я щёлкнул пальцами, и перед глазами игроков вспыхнули системные сообщения. Их репутация с фракцией «Последователи Мортиса» взлетела вверх. Теперь они могли ходить по Мёртвой Пади беспрепятственно — волки, гарпии, утопленники, скарабеи, шестилапы признавали их своими и не атаковали.

Немного успокоившийся Линдар, затаив дыхание, отсчитал и передал мне серебро — всё до последней монеты. Я завершил этап квеста и выдал каждому по двадцать тысяч опыта. Для их уровня сейчас это очень много. Но мне не жалко — за факторию я получил почти семьсот тысяч. А сколько ещё будет за её уничтожение... Плюс бонус от Алтаря, который на третьем уровне составлял двадцать пять процентов. Я мечтательно задумался.

— Мастер Мортис, — осторожно подал голос Линдар, переминаясь с ноги на ногу. — А что насчёт обучения? Тёмный Клинок... Вы обещали...

И правда. Я обещал. Но как я могу научить тому, чего не знаю сам? Я уже открыл рот, чтобы объяснить, почему обучение откладывается, как вдруг на помощь опять пришла система.

Перед глазами развернулось сообщение:

«Создать новый стиль боя „Тёмный Клинок“? Стиль будет доступен для изучения последователями фракции „Последователи Мортиса“. Настройте параметры стиля».

Менялось множество параметров: мощь, скорость, скрытность, урон Тьмой. Я взглянул на бегунок «Мощь стиля». Если выставить на максимум — сто из ста — это стоило два миллиона опыта подземелья плюс кучу редчайших ресурсов. Блин. А что так дорого? Я скрутил бегунок на минимум.

«Мощь стиля: 1/100. Стоимость создания: 100 опыта подземелья, 1 ед. костной муки, 1 литр крови игрока».

Это уже какое-то крохоборство. Подумав, я выставил пятьдесят один из ста. Сорок тысяч опыта подземелья, десять душ, ну и ресурсов... немало, конечно, но ничего критичного для моего уровня.

— Хорошо. Создать!

«Вы создали новый стиль боя „Тёмный Клинок“! Для обучения последователей требуется: 5000 ед. опыта подземелья, 1 душа, 100 некротических эссенций. Обучение каждого последующего последователя данного стиля будет стоить немного дороже».

Что? Ещё платить? Я скрипнул зубами, но отступать было поздно. Скрепя сердце я нажал «Обучить», выбрав Линдара.

Эльф вздрогнул, когда его окутала волна Тьмы. Его глаза на мгновение загорелись фиолетовым, а на руках проступили тёмные руны. Он поднял кинжал — тот самый, что я подарил ему, — и лезвие окуталось чёрным пламенем. Ийва и Громгар смотрели на него с восхищением и завистью.

— Я... я чувствую это! — прошептал Линдар. — Это невероятно!

— Это только начало, — произнёс я голосом Мастера Мортиса. — Служите мне верно, и ваша сила будет расти. А теперь — уходите. Мёртвая Падь теперь ваш дом. Возвращайтесь, когда я позову.

— Да, Мастер Мортис, — хором ответили игроки.

— Ах, да, — опомнился я. — А что касается того, что вас могут преследовать за то, что вы сделали... Не советую кому-либо когда-либо рассказывать о произошедшем здесь.

Игроки согласно кивнули.

— Ну а чтобы отвести от вас подозрения... Чтобы не дать почвы для дурных слухов, распространяемых вашими врагами... — мои глаза сверкнули.

Я дал мысленную команду, и игроки, получив сразу несколько копий в горло, отправились на перерождение. Ничего страшного. Так будет лучше для них.

Я отметил про себя забавный факт: за их убийство система не начислила мне ни опыта, ни душ, ни чего-либо ещё. Она даже убийством это не посчитала — в логах не появилось ни одной записи о смерти игроков от моей руки. Похоже, это защита от фарма душ и опыта на собственных последователях. Плюс система правильно поняла мою мотивацию: я убил их, чтобы замести следы, а не ради наживы.

Интересный момент. Значит, система не просто слепо фиксирует действия — она анализирует контекст. И если ты действуешь в рамках логики своего персонажа — в моём случае, логики Мастера Мортиса, заметающего следы, — она может подыграть. Или, наоборот, не наказывать. Это интересно, но об этом я смогу поразмышлять и позже. А сейчас — пора заканчивать с факторией.

Через пару часов бой закончился. Едва последний игрок отправился на перерождение, перед глазами вспыхнули системные сообщения:

«Достижение „Мастер Мортис“. Уровень 2.

Описание: Об этом скелете начали говорить. Пока что — шёпотом, вполголоса, оглядываясь через плечо. Игроки, встречавшие его, передают слухи из уст в уста. Кто-то клянётся, что видел его в двух местах одновременно. Кто-то утверждает, что он исчезает в тенях, как дым. Никто не знает, кто он и откуда, но каждый, кто сталкивался с ним, запоминает эту встречу надолго. Пока Мастер Мортис — лишь странная байка, каких много. Но байка, которая с каждым днём обрастает новыми подробностями.

Бонусы:

— +35% ко всем характеристикам.

— Навык „Тёмный Клинок. Уровень 2“ — метатель может использовать призрачный клинок вместо дротика раз в 30 секунд. Урон: базовый × 4.0, игнорирует 75% брони.

— Аура „Присутствие Мастера“ — все союзные миньоны в радиусе 30 метров получают +15% к урону и +15% к сопротивлению магии.

— Эффект „Квестовая метка“ — игроки, встретившие этого скелета вне боя, с вероятностью 85% (было 70%) не атакуют его первыми. Вместо этого они могут попытаться заговорить с ним, ожидая квеста. Эффект не действует на игроков с уровнем выше 50.

— Новый эффект: „Легенда Мёртвой Пади“ — любые враждебные действия против Мастера Мортиса в пределах Мёртвой Пади вызывают немедленную агрессию всех ближайших тварей. Волки, гарпии, утопленники и скарабеи атакуют обидчика, игнорируя остальные цели».

И следующее, более важное сообщение.

«Внимание! Территория бывшей деревни Гнилой Луг, ныне известной как Бастион Чистого Света, очищена от живых. Все обитатели уничтожены. Территория может быть присоединена к вашим владениям. Для этого необходимо возвести на ней Обелиск Мёртвых».

Как раз то, о чём говорил Герман.

Я открыл меню строительства. В списке доступных сооружений была активной всего одна позиция.

«Обелиск Мёртвых»

Тип: Стратегическое сооружение.

Описание: Огромный монолит из чёрного камня, являющегося материализованной энергией захваченных душ, испещрённый рунами смерти. Обелиск напрямую связывает земли на поверхности и подземелье, создавая между ними устойчивый магический канал. Он позволяет перемещаться между поверхностью и подземельем с помощью встроенного портала, а также возводить постройки снаружи — шахты, укрепления, казармы, мастерские, а также иные производственные здания, доступные для строительства только на поверхности. Однако строительство на поверхности обходится дороже, чем в подземелье: часть ресурсов уходит на защиту от солнечного света и поддержание ауры.

Начальная пропускная способность портала: 1 существо в 3 минуты. Может быть увеличена с улучшением Обелиска.

Внимание! Через Обелиск атакующие игроки могут попасть в подземелье без ограничений по количеству и уровням. Однако скорость их прибытия ограничена пропускной способностью портала. Защищайте Обелиск — его потеря означает потерю связи с поверхностью и уничтожение всех наружных построек».

Я перечитал описание дважды. Портальная связь. Постройки на поверхности. Собственный форпост, который можно развивать независимо от подземелья. Да, цена высока. Да, риск огромен. Но возможность... Возможность вывести свою армию наружу без ограничений Алтаря Дальнего Пути, возможность добывать ресурсы, которых нет в подземелье, возможность построить на поверхности настоящую цитадель — это того стоило.

Стоимость постройки: 400 душ, 400 000 опыта подземелья.

Дороговато, но что делать. Поколебавшись несколько секунд, я нажал «Построить».

Сперва на месте будущего монолита вспыхнула пентаграмма — огромная, светящаяся фиолетовым, медленно вращающаяся вокруг своей оси. Её лучи чертили по земле сложный узор, и от неё исходил низкий, вибрирующий гул, от которого дрожали камни под ногами. Затем, словно из самой глубины земли, начала подниматься вершина монолита. Чёрный камень, испещрённый рунами, проступал медленно, неумолимо. Если присмотреться, можно было заметить, что монолит медленно рос.

Я подошёл ближе. Рядом с монолитом, прямо в воздухе, появилась шкала прогресса:

«Постройка Обелиска Мёртвых: 1% из 100%».

В левом краю шкалы едва заметно светилась крошечная полоска заполненности. Один процент.

Шкала ползла медленно, очень медленно. Я прикинул скорость: судя по темпу заполнения, до завершения строительства оставалось около пяти-шести часов. Надеюсь, сюда никто не сунется.

Мой отряд рассредоточился по фактории и занял оборону. Стражи встали у ворот, метатели рассыпались вдоль стен, снайперы заняли уцелевшие башни. Призраки летали по окрестностям, высматривая вражеских лазутчиков и отряды. Катапульту «Вопль Бездны» затащили в крепость и разместили в центре двора — на случай, если придётся отбиваться. Механики обшарили уцелевшие склады и нашли запас стандартных имперских ядер. Калибр почти подошёл. Конечно, эффективность не та, что у моих снарядов, но что есть — то есть.

Я порадовался в душе, что мы не успели тут всё сжечь, как я намеревался сразу. Теперь эти стены, эти склады, эти уцелевшие запасы послужат мне. Моя фактория. Мой форпост. Мой первый шаг на поверхность. Осталось только дождаться.

Прошло, наверное, чуть больше часа, когда поступил доклад от призраков: к крепости приближается отряд игроков. Два десятка, идут пешком, уровни от пятидесятого до шестидесятого, все из одного клана. Шмот разный, но не лучше необычного качества. Оружие наготове — впрочем, это скорее потому, что они уже были практически на границе Мёртвой Пади, а оттуда частенько вылезала всякая мертвечина.

Шли они расслабленно, переговариваясь между собой. О том, что фактория взята, они, похоже, не знали. Шли, вероятно, для того чтобы пофармить. Похоже, и правда ситуация на фронте стала поспокойней, если такой, довольно сильный отряд, предпочёл поохотиться в моих землях, вместо эпической битвы с врагом.

Я окинул крепость взглядом, прикидывая, смогут ли игроки сообразить, что произошло. Ворота целы, стены не сильно повреждены. Тел на земле нет — скелеты уже стащили всё в центр крепости. Следов боя почти не видно. Если не присматриваться. А они, судя по расслабленному виду, присматриваться не будут.

Можно попробовать... Я отдал мысленный приказ. Стражи открыли ворота, заняли позиции внутри крепости. Метатели и снайперы спрятались за зубцами стен, готовые открыть огонь по команде. Катапульта замерла в центре двора. Я в теле метателя с достижением «Мастер Мортис» укрылся в тени поблизости.

— Эй! Открывайте! — заорал один из игроков, когда они были уже в тридцати шагах от входа в крепость. — Уснули там, что ли?

— Эй, ты ослеп? Ворота и так открыты! — крикнул другой, указывая на приглашающе распахнутые створки.

— Стоп! — один из игроков, по всей видимости лидер, шестидесятого уровня, в полном необычном комплекте брони, воин-мечник, поднял руку, призывая отряд замереть. — Не может быть, чтобы не было стражи. Это же не деревушка в глубоком тылу. Тут службу нести умеют!

— Может, пьяные? — предположил кто-то.

— Сомневаюсь, — покачал головой лидер.

— Так что делаем? — спрашивали игроки, настороженно осматриваясь по сторонам.

Так. Что-то они слишком внимательные. Надо их поторопить.

Я мысленно призвал миньонов. На опушке леса начали появляться твари Мёртвой Пади. Сперва один волк — серый силуэт, скользнувший между чёрными стволами. Потом ещё один. Потом целая стая. В воздухе, жужжа крыльями, пролетела стая Мёртвых Скарабеев, и этот звук — сухой, трескучий, — заставил нескольких игроков нервно оглянуться. На ветках мёртвых деревьев усаживались Костяные Гарпии, их белые глазницы неотрывно следили за отрядом. Из чащи, переваливаясь с лапы на лапу, выбрался Шестилап-умертвие. Он окинул игроков голодным взглядом, раззявил пасть, усеянную кривыми клыками, и заревел — низко, утробно, так, что земля задрожала под ногами.

— Твою мать... — прошептал кто-то из игроков.

— В крепость! Быстро! — скомандовал лидер, и отряд, забыв о подозрениях, рванул к открытым воротам.

Игроки вошли. Пусто. Никого нет. Они шли глубже, прошли мимо пустующей караулки, парочка из них заглянула в окна пустой таверны. Спустя пару минут весь отряд был в крепости. Основная масса столпилась в центре двора. Четверо замыкающих закрыли за собой ворота и с лязгом задвинули засов.

— А это что? — один из игроков указал на стоящую в центре катапульту, накрытую рваным брезентом.

— Да хер его знает, я думаю, что это... — начал было лидер, но никто так и не узнал, что именно он думал.

— В бой! — заорал я, метая копьё в одного из игроков.

В ту же секунду скелеты-маги и снайперы на стенах повысовывались из-за укрытий и осыпали врага градом копий, стрел и заклятий. Следом полетели взрывные осколочные колбы, добытые со складов. После этого ударили призраки — они били тех, кто выжил, и тех, кто сохранил голову, пытаясь организовать сопротивление. По опыту штурма склада я уже понял, каких серьёзных бед могут натворить такие уцелевшие, и повторять ошибку не хотел.

— Защищайтесь! Это засада!

— Предательство! Тут тёмные!

— Они внутри! Они повсюду!

Крики, вспышки заклинаний, лязг металла — бой был коротким и яростным. Игроки, застигнутые врасплох, не успели выстроиться и дать организованный отпор. Они падали один за другим под перекрёстным огнём.

Всё закончилось. Игроки пали.

Из потерь — два призрака, которых задело массовым заклятием одного из магов, четыре снайпера, три метателя. А также немного повредили катапульту: в отчаянии игроки бросались заклинаниями в разные стороны, и несколько попаданий пришлось по «Воплю Бездны». Ничего критичного, ремонтники уже латали повреждения.

Я оглядел поле боя и усмехнулся. Двадцать игроков, которые могли бы стать проблемой... мне опять повезло.

Бросил взгляд на продолжающий расти Обелиск. Ждать оставалось около трёх часов.





Глава 19. Помощник


Наконец Тёмный Обелиск был возведён.

Едва шкала прогресса достигла ста процентов, рядом с монолитом с тихим гулом развернулся фиолетовый портал — мерцающая завеса, связывающая поверхность и подземелье. Я шагнул в него и через мгновение оказался в своём Некрополисе. Работает. Теперь у меня есть прямой путь наверх, и никакой Алтарь Дальнего Пути больше не ограничивает мои передвижения.

Началось обживание крепости. Первыми через портал прошли рудокопы и инженеры. Следом потянулись Тягачи, гружённые базальтом и инструментами. Я начал с возведения укреплений вокруг бывшей крепости Светлых. Вокруг крепости, которой я, недолго думая, дал название «Цитадель Мортиса», закладывались новые стены из чёрного базальта. Не ровные, как раньше, а с выступающими углами, как я видел в одном из учебников по истории в прошлой жизни. Восемь башен, соединённых стенами, образовывали звезду. Мёртвых зон не было: каждый участок стены простреливался как минимум с двух направлений. Строительство шло медленно, ресурсов уходило немерено, но игра стоила свеч.

На поверхности открылись уникальные постройки, недоступные в подземелье. Первой стала Лесопилка Мёртвых Деревьев — здесь перерабатывали чёрные стволы Мёртвой Пади в строительный материал, который шёл на укрепления, новые здания, а также позволял создавать зачарованные стрелы и другие артефакты. Следом — Торфяные Разработки на болотах, где трудились миньоны нового типа — утопленники, добывая пропитанный некротической энергией торф. Он использовался как топливо для плавилен и как компонент для алхимических экспериментов.

Но главной находкой стал Солнечный Накопитель. Огромное сооружение из тёмных кристаллов, установленное на вершине центральной башни. Оно собирало тусклый свет солнца Мёртвых Земель и преобразовывало его в чистую энергию смерти. Накопитель питал всё вокруг: ускорял и усиливал миньонов, ускорял работу производств и исследования, усиливал восстановление энергии кристаллов и маны у магов. По сути — сердце Цитадели.

Затем я построил Резонатор Энергии внизу, в подземелье. С помощью специальной дорожки, выложенной тёмными опалами и базальтовыми плитами, испещрёнными рунами смерти, я соединил Резонатор и Накопитель. Теперь энергия, собранная на поверхности, передавалась вниз, а Резонатор распространял её по всему Некрополису. Подземелье расширялось. Расширялась Мёртвая Падь. Расширялись мои владения наверху.

Отражая постоянные набеги игроков и отрядов Ордена (как же не хватало пропускной способности портала, чтобы оперативно перемещать гарнизон из подземелья и обратно!), я сумел наконец завершить стену вокруг Цитадели. Теперь это была настоящая крепость, способная выдержать долгую осаду. На стены завёл несколько лёгких баллист. Новый тип боевых машин из мастерской, весьма скорострельный, предназначенный для стрельбы по живой силе противника.

Постепенно, по мере накопления сил, я начал выпускать рейды за пределы крепости, организовывать форпосты.

Через пару недель разведка обнаружила залежи Звёздного Камня на самой границе моих земель — в скалистом ущелье, которое ещё несколько недель назад было на территории живых. Ресурс считался довольно редким — упавший с неба камень, пропитанный астральной энергией космоса, и я понимал: просто так мне его не отдадут. Так и вышло. Там очень прочно обосновались живые. Шахта, рабочие, гарнизон. Предприятие работало под флагом Ордена.

Недолго думая, я атаковал. Бои шли с переменным успехом. Несколько раз шахта переходила из рук в руки. Враг настойчиво пытался сохранить добычу редкого ресурса за собой, но раз за разом я выбивал их — призраки вырезали спящих по ночам, волны волков атаковали на рассвете, внезапные обстрелы снайперов. Но стоило мне захватить шахту, как тотчас же враги возвращались с подкреплением. Каждый раз я нёс потери. Но в конце концов я победил. Враг был изгнан с моей земли. Благодаря постоянным боям, уже спустя неделю Астральная Шахта была в тылу.

Понимая всю ценность подобного ресурса, я принял решение заложить там ключевой узел обороны. Форпост. Частокол заострённых стволов мёртвых деревьев окружал ущелье по периметру, четыре небольшие сторожевые башни прикрывали подступы. Гарнизон я выделил серьёзный: пять призраков для разведки и точечных ударов, десяток снайперов на башнях, три мага и три лича для магической поддержки, баллиста на случай серьёзного штурма, пять стражей и пять метателей для ближнего боя. Кроме этого, в охране помогали жители Пади. Волки патрулировали окрестности, гарпии следили с неба, утопленники затаились в ближайшем болоте. Постепенно вокруг шахты начала расти более прочная стена из базальта. Строительство шло медленно — уж очень далеко аванпост располагался от Цитадели. Каждый рейс Тягача с материалами занимал часы. Но я не торопился. Звёздный Камень того стоил.

Закончив с обороной, я столкнулся с новой проблемой. Проблемой добычи. Оказалось, что добывать его в шахте, построенной живыми, я не смогу.

В меню строительства предназначенных для этого сооружений тоже не было. Немудрено, ведь ресурс для подземелья нежити нетипичный. Я уже было отчаялся, представив, сколько сил и времени потратил зря, когда вдруг вспомнил опыт разработки ангара для боевых машин в Алтаре Дальнего Пути. Спустившись в библиотеку, я поручил задачу личам и скелетам-учёным. Уже через несколько дней они представили чертёж нового здания — Астральной Шахты. Она позволяла извлекать Звёздный Камень, используя для этого специальные инструменты. Я немедленно начал строительство шахты и поручил кузнице изготовление инструмента.

С ростом уровня подземелья рос гарнизон. Благодаря свободному выходу на поверхность по всем моим землям теперь ходили патрули — смешанные отряды из миньонов и тварей Мёртвой Пади. Они помогали местным обитателям отражать нападения, зачищали территорию от случайных игроков и следили за порядком. Благо теперь я не был завязан на Алтарь Дальнего Пути. Мёртвые вышли на поверхность. И это было только начало.

Прошёл месяц с момента захвата фактории, когда я наконец смог хоть ненадолго оторваться от постоянно обрушивающегося на меня каскада дел. Стоило решить один вопрос, как тут же появлялось два новых.

Прорыв игроков к торфяным шахтам — уничтожен десяток рабочих, пара стражей. Самое обидное, что отряд скрылся без следа, отомстить не удалось.

Пока занимался восстановлением шахты, произошло обрушение свода в одной из пещер подземелья. Я вообще понятия не имел, что такое бывает. Но в принципе ожидаемо — эта пещера была экспериментальной: в ней тестировали новую систему «Резонирующих Кристаллов», разработанную в Проклятой Библиотеке. Кристаллы, закреплённые на сводах, концентрировали некротическую энергию, усиливая фон в шахте, усиливая рабочих и тем самым, по расчётам, ускоряя добычу почти втрое. Но расчёты по нагрузке оказались неточными — свод треснул из-за резонанса. Пришлось переделывать шахту, учитывая оперативно присланные из библиотеки доработки.

Потом опять напали игроки. Уже на Астральную Шахту. Взять её так просто не удалось, защита там была серьёзней, но тем не менее пришлось лично руководить обороной. Затем выяснилось, что Тягачи, курсирующие между Цитаделью и шахтой, изнашиваются быстрее расчётного, и механикам потребовались дополнительные ресурсы для ремонта. Одно за другим, одно за другим — бесконечная череда проблем, которую приходилось разруливать в режиме реального времени.

Сейчас, спустя месяц, всё более-менее наладилось, и я смог наконец выдохнуть. Патрули постоянно рыскали по территории Пади, оперативно вычисляя рейдовые группы врага. Стены Цитадели были достроены. Башни готовы к бою. Астральная Шахта исправно производила звёздный камень, была налажена логистика доставки и обработки его в подземелье. Теперь, с его помощью, я мог производить редкое снаряжение. Мог ли я вообще мечтать о таком раньше?





Производство на поверхности и в подземелье было отлажено и больше не требовало моего постоянного вмешательства. У меня наконец-то появилось время подумать о своей цели.

Месть.

Так что же мне делать дальше. Захватывать новые земли, постепенно двигаясь к Оболонской? Так это займёт десятки лет, если вообще увенчается успехом! Или подождать Германа (у него наверняка есть план), а пока укрепить уже захваченное? Если быть честным, мне не терпелось начать действовать. Ждать не хотелось категорически...

Эх, Герман... Где ты, когда ты так нужен? — пробормотал я, глядя на серое небо Мёртвой Пади.

Странник уже давно не появлялся. С того самого момента, как подсказал уничтожить факторию, больше я его не видел. Я уже начал переживать, не случилось ли с ним чего... Он ведь рассказывал, что за ним ведётся охота.

Я тряхнул головой, отбрасывая пессимистичные мысли.

Справлюсь и без него! Благо примерный план действий я вынашивал уже давно. Первая и самая главная проблема: как добраться до земель клана «Грифоньего Крыла»? Как я уже сказал, если развивать свою территорию в ту сторону, это займёт непомерно много времени. Собрать армию и идти маршем по суше — невозможно. На пути встанут тысячи населённых пунктов, крепости, заставы, патрули. Меня встретит армия. Встретит и уничтожит.

Остаётся море. Проще дойти по морю — риск встретить вражеский корабль в бескрайнем океане не так уж и велик.

Так что теперь мне требовалось одно — получить выход к морю. Ну и, конечно, что немаловажно, нужно суметь построить корабли. Мало построить — надо научиться управлять ими. Но я уверен, что в этом вопросе мне помогут скелеты-маги с личами. Благо в последнее время они приноровились проводить исследования, которых нет в стандартном развитии.

Настал очередной аукцион. Я давно на них не бывал, с головой погрузившись в дела на поверхности. В этот раз я вновь вывалил целую груду вещей, добытых с игроков и на складах фактории. Доспехи, оружие, свитки, зелья — всё, что мне было не нужно, но имело цену. Хранители, уже привыкшие к моим появлениям, расхватывали товар.

— Привет. Вижу, дела идут хорошо? — раздался знакомый голос.

Я обернулся. Алёна. Как же давно я её не видел... Я уже и забыл, какая она красивая. В груди разлилось тепло — то самое, почти забытое, что я испытывал только рядом с ней. Её глаза сияли, и на губах играла та самая лукавая улыбка, от которой у меня каждый раз сбивалось дыхание.

— Привет, — поздоровался я, стараясь не подавать вида, как сильно рад её видеть. — Да, всё отлично. Смог наконец-то выбраться из-под земли.

— Ого! Даже так? — удивилась Алёна. — Немногим Хранителям удаётся расширить стартовую локацию и закрепиться на соседней территории, особенно на твоём уровне. У меня, например, только на шестьдесят пятом получилось выбраться с гор и распространить своё влияние на несколько деревень у подножья. Теперь там тоже обитают мои пернатые...

— Слушай, Алёна, — когда она упомянула о пернатых, я вспомнил, что давно хотел прояснить один вопрос. — Я нашёл у себя перо... это не твоё, случайно?

— Моё, — Алёна слегка покраснела. — Я хотела сказать, но не сказала... Если с тобой что-то случится, если ты будешь на грани гибели, брось его в огонь. Оно откроет тебе путь ко мне. Там я, если что, смогу прикрыть тебе спину.

— Выход к тебе в данж?

— Да. Портал в мои владения, где ты будешь в безопасности.

— То есть, даже если у меня будет пять поражений в счётчике, я смогу укрыться у тебя? — удивился я.

Не может всё быть так гладко.

— Верно, — кивнула девушка. — Даже в этом случае. Хранители, бывает, так делают — для подстраховки.

— И что со мной тогда будет?

— Ну... — Алёна замялась. — Ты станешь частью моего данжа... Моим помощником...

— Твоим миньоном? — спросил я напрямую.

— Да. Если твоё подземелье погибнет, а ты будешь в моём, ты станешь миньоном. Но ты сохранишь свою личность. И я не стану тебе приказывать... ты будешь моим помощником и другом, — горячо заверила девушка.

Было видно, что мой прямой вопрос её задел. Она хотела как лучше — дать мне шанс на спасение, а я словно обвинил её в попытке меня поработить.

— Я не это имел в виду, — произнёс я мягко. — Спасибо тебе. Правда. Это очень ценный подарок. Я этого не забуду.

Возникла неловкая пауза, которая вскоре сама собой развеялась. Мы ещё поболтали — уже чуть теплее, непринуждённее, Алёна предложила немного прогуляться по аукциону, и я согласился. Мы шли мимо бесконечных рядов с лотами, и она рассказывала о разных Хранителях, с которыми была знакома, показывала редкие товары и делилась слухами.

— Пойдём, покажу кое-что интересное, — вдруг сказала она, потянув меня в сторону.

Глаза у неё блестели, словно она внезапно вспомнила о чём-то. Я последовал за ней, но руку мою она так и не отпустила. Я тоже не спешил её высвобождать.

— Вот, смотри, — Алёна остановилась в одном из коридорчиков у большого зеркала, парящего в воздухе. На нём мерцали строки текста.

Проклятие, да это же похоже на...

— Рейтинг! — вырвалось у меня.

— Всё верно. — кивнула девушка. — Это «Скрижаль Величия». Здесь отображается топ Хранителей по совокупной мощи подземелья, числу побед и уровню развития. На самом деле это уязвимость системы, которую мы, высокоуровневые хранители, успешно эксплуатируем. Доступ к этим данным у нас есть, разрешён, но интерфейс не позволяет его получить. Вот, один из умельцев нашёл способ создать такой артефакт. Он перемещается вместе с аукционом. Никто не помнит уже, когда он появился и кто его создал... — Алёна таинственно замолчала.

Я вгляделся в список. Первые строчки занимали имена, о которых я даже не слышал — хотя думал, что знаю все топовые данжи.

«Чертоги Вечного Пламени». Уровень 487. Хранитель — Инфернус. Подземелье-вулкан, где обитают древние огненные элементали и демоны высшего круга. Редко кому удаётся дойти до его тронного зала.«Ледяная Бездна». Уровень 473. Хранитель — Королева Стужи. Бесконечные ледяные пещеры, населённые драконами холода и замороженными титанами. Говорят, что сам воздух там высасывает жизнь из живых.«Корни Бездны». Уровень 461. Этот я знал — тот самый, где проходил мой первый аукцион.....

«Гнездо Ветров». Уровень 97. Хранитель — Алёна. Скалы, населённые гордыми птицами. Тысячи смельчаков нашли там свою смерть, пытаясь заполучить сокровища, хранящиеся в их гнёздах.— Удивительно... — пробормотал я.

— Девяносто седьмой уровень. Восемь тысяч триста семнадцатое место, — вздохнула Алёна. — Ничего, скоро апну сотый, и тогда посмотрим...

— Ну-ка, а я? — заинтересовался я и попытался повторить её жест.

Ничего. Поиск не выдал результата.

— Ты неправильно делаешь, — Алёна мягко положила свою руку на мою и нажала сама. — Вот так, видишь... А нет, стоп. Тоже не вышло! Почему?

— Понятия не имею, — качнул головой я. Хотя на самом деле я, разумеется, понимал, в чём дело: я же не настоящий ИскИн. Но этого вслух не говорил.

Алёна предприняла ещё несколько попыток запустить анализ моего подземелья. Потом мы бросили это дело, но она обещала разобраться и поспрашивать.

— Я буду аккуратной, — пообещала Алёна, заметив мою озабоченность. — Не волнуйся. Никто не узнает.

Мы ещё походили по аукциону. Товары постепенно продавались, и я закупал необходимое. В первую очередь — ресурсы для формирования армии и изготовления снаряжения.

Мало-помалу, отражая набеги игроков, сражаясь, защищая территорию, а также посылая миньонов в периодические вылазки, я получил двадцать пятый уровень подземелья.

В этот раз, кроме обычных апгрейдов зданий, заклятий и миньонов, появилось новое, необычное сообщение.

«Поздравляем, Хранитель! Ваше подземелье достигло уровня, на котором вам становится всё сложнее управлять им в одиночку. Вам доступен выбор Помощника — особого миньона, который возьмёт на себя часть ваших обязанностей.

Помощник способен руководить обороной подземелья в ваше отсутствие, действуя согласно заложенной стратегии. Он грамотен, инициативен и обучаем. Характером, поведением, а также манерой управления копирует своего хозяина, перенимая у вас всё лучшее, дополняя при этом там, где есть пробелы. Чем дольше он служит вам, тем лучше понимает ваш стиль и тем эффективнее выполняет задачи. Однако содержание Помощника требует части ваших вычислительных ресурсов, а также он забирает небольшую долю получаемого опыта. Помощник обладает уникальными навыками, способностями и умениями, которые будут развиваться вместе с ним. Если поначалу с ним будет хватать забот, то очень скоро он станет незаменимым.

Выберите тип Помощника:

Я развернул список и вчитался.

Помощник-Воин. Уровень 25.Тип: Боевой командир.

Описание: Этот миньон — прирождённый лидер. В прошлой жизни он был полководцем, и его талант не исчез даже после смерти. Он носит тяжёлую броню, сражается в первых рядах и одним своим присутствием воодушевляет бойцов. Помощник-Воин усиливает всех боевых миньонов в радиусе действия, увеличивает лимит найма в казармах и на кладбищах на одного юнита, а также открывает доступ к уникальным боевым построениям. Его навыки: «Боевой клич» (усиливает атаку всех союзных миньонов), «Тактическое отступление» (позволяет вывести отряд из боя без потерь), «Лидерство» (пассивно увеличивает лимит боевых юнитов в каждом здании в два раза).

Потребляет 10% получаемого Хранителем опыта.

Кнопка «Подробнее» открывала длинный список со всеми характеристиками, статами, подробным описанием навыков и характера помощника. Кроме игровых характеристик, там были указаны цифры и строчки кода, характеризующие его работу. Удивительно, но, присмотревшись, я понял, что там написано! Никогда раньше не увлекался подобным, но оказалось, это не так сложно, всё интуитивно понятно!

На демонстрационном ролике передо мной предстал мощный, широкоплечий мужчина с мёртвенно-бледной кожей и глубокими тёмными кругами под глазами. Одет в тяжёлый латный доспех с гравировкой в виде скрещённых клинков. На поясе — полуторный меч, который он носил с небрежной лёгкостью, словно тот ничего не весит.

Помощник-Маг. Уровень 25.Тип: Архимаг.

Описание: Этот миньон — воплощение чистой магической мощи. Он носит тёмную мантию, расшитую рунами, и его посох пульсирует энергией смерти. Помощник-Маг ускоряет все магические исследования в библиотеке, усиливает заклинания, снижает затраты маны на все заклятия вдвое, увеличивает количество зарядов заклинаний вдвое и ускоряет их откат в два раза. Магический урон всех юнитов, построек и ловушек повышен на 50%. Его навыки: «Магический резонанс» (усиливает все заклинания в радиусе действия), «Поток маны» (ускоряет восстановление маны у всех магов), «Проклятие уязвимости» (снижает магическую защиту врагов).

Потребляет 12% получаемого Хранителем опыта.

Ого! А это уже интересней!

Магом-помощником была молодая хрупкая девушка в тёмно-синем платье с высоким разрезом до бедра. Её кожа бледна как снег, а длинные светлые волосы ниспадают на тонкие плечи. Голубые глаза смотрят с тихой грустью, а в руке она держит длинный посох с фиолетовым кристаллом, который едва заметно мерцает.

Девушка и правда была очень красива. Хоть на что-то в моём подземелье будет приятно посмотреть...

Помощник-Инженер. Уровень 25.Тип: Главный механик.

Описание: Этот миньон — гений мёртвой инженерии. Его костяные пальцы способны собрать что угодно из чего угодно, а его разум просчитывает сложнейшие схемы за секунды. Помощник-Инженер удваивает характеристики всех боевых машин, открывает доступ к новым типам машин, ускоряет исследования в библиотеке на 100%, снижает стоимость ремонта и найма боевых машин, а также увеличивает скорость добычи ресурсов в шахтах и на производствах на 50%. Его навыки: «Модернизация» (улучшает все машины в радиусе действия), «Эффективная логистика» (ускоряет транспортировку ресурсов), «Полевой ремонт» (позволяет чинить машины прямо в бою).

Инженером был сухощавый мужчина средних лет с заострёнными чертами лица, такая же, как и у предыдущих помощников, белая кожа, с вечно прищуренным взглядом. Одет в кожаный фартук поверх рубахи с закатанными рукавами, под которой видны татуировки в виде шестерёнок и механизмов. На носу — круглые очки с тёмными стёклами, а на поясе — набор инструментов, позвякивающих при ходьбе. Пальцы у него были длинные и тонкие, с въевшейся под ногти машинной смазкой.

Потребляет 14% получаемого Хранителем опыта.

Я задумался. Передо мной стоял выбор, и от него зависело очень многое. Воин — мощь, сила, увеличение армии. Маг — скорость исследований, магическая мощь, усиление заклинаний. И Инженер — экономика, производство, эффективность.

Эх... Вот почему девушка не инженер? — с грустью подумал я. Как бы мне ни хотелось иметь собственную помощницу, выбор тут очевиден. Инженер.

Ведь если с боевой составляющей всё ещё более-менее хорошо — я могу отразить почти любое нападение игроков своего уровня, — то ресурсов и развитой экономики никогда не бывает много. А война, как известно, это не только битвы. Это ещё и логистика, производство и снабжение. Беру Инженера.

Я нажал кнопку, и пространство передо мной замерцало. Из сгустка фиолетовой энергии, соткавшейся из воздуха, шагнул человек. Сухощавый, средних лет, с заострёнными чертами бледного лица и вечно прищуренным взглядом. Кожаный фартук поверх простой рубахи, круглые очки с тёмными стёклами, набор инструментов на поясе. Он огляделся, прищурился ещё сильнее и хмыкнул.

— Значит, вот как выглядит моё новое место работы, — произнёс он сухим, деловитым тоном. — Неплохо. Но можно лучше. Гораздо лучше. Я вижу тут массу недоработок.

Он прошёлся по тронному залу, цокая языком, и начал сыпать предложениями — быстрыми, чёткими, одно за другим.

— Первое: объединить шахты в единую сеть. Сейчас каждая работает автономно, это снижает общую эффективность на пятнадцать-двадцать процентов. Второе: создать Конструкторское Бюро как пристройку к Библиотеке. Эти магические хрыщи, — он сплюнул под ноги, покосившись на пролетающего мимо лича, — нихрена в механике не смыслят. Чертежи составляют с ошибками, расчёты магических потоков не учитывают физический износ деталей. У того же Тягача КПД можно поднять на тридцать процентов, если правильно перераспределить нагрузку на ходовую часть и заменить кристаллы Тьмы на модернизированные. Вы вообще в курсе, что ваши механики до сих пор используют стандартные шестерни, хотя можно поставить усиленные, с некротическим напылением?

Я слушал его, открыв рот. Он сыпал терминами, из которых я понимал едва ли половину. Но то, как он говорил, как двигался, как цеплялся взглядом за каждую деталь, — это было именно то, чего мне не хватало. С каждой секундой я убеждался, что сделал правильный выбор.

— Так, — прервал я его поток. — Давай по порядку. С чего начнём?

Инженер усмехнулся и поправил очки.

— С самого начала. С фундамента. Пойдёмте осмотрим наши шахты, Хранитель.

Ревизия шахт заняла более пяти часов. Мы обошли каждую — от базальтовой до самоцветной и даже съездили на ревизию астральной. Мой новый помощник, казалось, детально разбирался в каждой из них, словно он их лично проектировал и строил. Он заглядывал в каждый угол, проверял каждый механизм, ругался сквозь зубы на «допотопные методы» и тут же выдавал идеи, одну за другой.

— Вот здесь, — он ткнул пальцем в узел крепления шахтной вагонетки, — поставить усиленные подшипники с смазкой. Трение снизится на сорок процентов, скорость транспортировки вырастет. А тут, — он указал на жилу базальта, — применить направленный резонанс. Кристаллы из библиотеки уже опробовали, но я вижу, что частота не та. Подстроим — и добыча вырастет вдвое.

Я слушал его и не мог нарадоваться. У меня как у инженера по образованию вызывало искреннее удовольствие наблюдать за его грамотной работой. Он мыслил системно, видел картину целиком и при этом не упускал деталей. Составленный им список замечаний и предложений тянул на целый свиток. Большую часть мы начали реализовывать прямо сейчас: заменили подшипники на Тягачах, перенастроили резонаторы в шахтах, установили дополнительные некротические накопители на линиях сборки. Остальные идеи — вроде полной автоматизации торфяных разработок или строительства нового типа плавильни, работающей на астральной энергии, — требовали либо тщательного рассмотрения перед внедрением, либо ресурсов, которых пока не было.





Глава 20. Личина.


Когда с ревизией производственных мощностей было закончено, я всё же решил спросить.

— Слушай... — начал я. — Ты разбираешься в логистике, в транспорте, в машинах. Может, подскажешь идеи решения одного вопроса... Нужно кое-куда добраться. Это далеко. Очень далеко.

— Говорите, — Инженер поправил очки и приготовился слушать.

— Есть клан. «Грифонье Крыло». Их земли на другом конце континента, почти в тысяче километров отсюда. Мне нужно добраться туда. Желательно доставить армию. В идеале бы заиметь там форпост.

Инженер выслушал молча, не перебивая. Потом снял очки, протёр их задумчиво и водрузил обратно на нос.

— Тысяча километров. По суше не пройти — заставы, крепости, патрули. Армия нужна большая, а с маленьким отрядом там делать нечего. Задача не из лёгких, но... — он усмехнулся. — Решаемая. Нужен флот. И выход к морю. А это значит — надо расширяться. Захватывать побережье. Строить верфи. Проектировать корабли. Я, конечно, не кораблестроитель, но если дадите мне время и ресурсы, я соберу команду и мы всё спроектируем.

— Я тоже думал над этим. Флот — это выход к морю. Ближайший — почти полсотни километров отсюда. К тому же в единственном подходящем месте уже стоит город-порт Клык Бури, довольно крупный. Взять его будет тяжело. Там большой гарнизон, множество игроков, постоянная торговля... — я указал пальцем на разложенную карту.

— Тогда я вообще не понимаю, Хранитель, — Инженер снял очки и уставился на меня прищуренным взглядом. — Как ты собрался воевать с кланом, если вопрос о взятии города, дающего выход к морю, вызывает проблемы? Что ты сможешь сделать этому... Грифоньему Крылу?

— Пока не знаю, — нахмурился я.

Неприятно было признавать, но Инженер был прав. Мечты о быстрой мести разбивались о суровую реальность: у меня не было ни флота, ни выхода к морю, ни армии, способной пересечь полконтинента. Но и ждать — неизвестно сколько — я не мог. Я просто не мог сидеть сложа руки. Месть — это единственное, что заставляло меня, сжав зубы, идти вперёд. Ничего другого у меня не осталось. Почти ничего, — поправился я, вспоминая Алёну.

— Могу предложить использовать тактику террора. Болезни... Заражать зерно. Быть может, попробовать разработать что-то новое... Устроить диверсии, перехватывать караваны, рушить снабжение... это нанесёт экономический ущерб. Может быть, воспользоваться помощью кого-то, у кого есть к этому клану свои счёты. У любого сильного клана есть враги, они будут рады помочь... Надо разведать обстановку, быть может, представится случай уколоть. Полностью проблему это не решит, но как первый шаг... И флот тогда не нужен — нужна группа диверсантов-разведчиков, которая будет работать в тылу у врага.

— Диверсантов? Предлагаешь отправить призрака?

— Призрака? Не думаю, — покачал головой Инженер. — Нужно что-то другое... — Он нахмурил лоб, задумавшись. Потом, после долгой паузы, кивнул: — Дайте пару часов, я обмозгую. Посовещаюсь с этими... — он кивнул в сторону Библиотеки. — Авось чего придумаем. Задача ясна, Хранитель.

Пять часов ожидания. Я проверил, как работают шахты. Изменения, внедрённые Инженером, уже давали первые плоды: базальтовая шахта выдавала на четверть больше блоков, чем вчера, а в споровой, благодаря новой системе распыления удобрений, на двадцать процентов быстрее шёл рост грибов. Я не мог нарадоваться на изменения производства. Если так пойдёт и дальше, скоро я смогу позволить себе то, о чём раньше только мечтал.

Затем я поднялся на поверхность. Цитадель Мортиса жила своей жизнью. Лесопилки Мёртвых Деревьев гудели без остановки: скелеты-лесорубы подтаскивали чёрные стволы, пилы визжали, разрезая прочную древесину, а готовые доски и брусья складывались в ровные штабеля. Часть из них тут же уходила на стройку, часть — в мастерские, где из мёртвого дерева делали заготовки для оружия.

Я стоял на стене и смотрел, как вдалеке, из-за кромки леса, показалась группа миньонов. Патруль возвращался. Они шли медленно, и даже отсюда я видел, что не все на ногах. Один страж хромал, волоча повреждённую ногу. У снайпера не хватало половины рёбер, и он придерживал свой лук здоровой рукой. Метатель шёл последним, и его щит был пробит в нескольких местах.

Я спустился во двор как раз в тот момент, когда они входили в ворота.

В голове автоматически пронеслись случившиеся с патрулём события.

Бой с игроками. Отряд из девяти человек, все тридцатых-тридцать пятых уровней. Волки заметили нас у восточного болота, дали сигнал. Патруль поспешил на помощь. Вместе с волками и утопленниками патруль легко разгромил отряд. Потери двое, один страж, один снайпер. Уже воскрешены.

Метатель занёс на склад мешок. Ресурсы. Несколько предметов снаряжения. Несколько предметов снаряжения — неплохой кинжал с зачарованием на яд, пара колец на ловкость и кожаный нагрудник. Всё на продажу. Хорошая работа.

— Хранитель, — оторвал меня от размышлений голос Помощника.

«Надо дать ему имя», — мелькнуло у меня в голове. А то всё «помощник» да «помощник». Позже придумаю что-то подходящее.

— Да? — обернулся я к инженеру.

— Хранитель, есть мысли, что делать, — произнёс он.

Рядом с ним парил в воздухе один из личей. На его призрачно-ледяной физиономии я мог разглядеть выражение раздражения. Похоже, то, что звание главных исследователей от личей и скелетов-магов перешло к новому неизвестному помощнику, лича бесило, и теперь он хотел доказать свою полезность.

— Ну? Что вы придумали?

— Доспех. Вернее, не совсем доспех, а скорее костюм. Костюм живого.

— В каком смысле? — не понял я.

— Костюм из искусственной кожи. Если его изготовить и грамотно всё сделать, магически обработать, то никто не заметит подмены. Конечно, существа с развитым восприятием, сотня и выше, обнаружат легко. Серьёзные поисковые артефакты могут обнаружить. Но всё равно это даст шанс нашему миньону пересечь материк и добраться до нужных земель. Не с первой попытки, так со второй. Не со второй, так с третьей.

— Серьёзно? Вы можете такое сделать? Кожу, которую наденет скелет, и его нельзя будет отличить от живого? — я не верил в то, что он говорит. — Как такое возможно?

— Да. Вполне, — кивнул Помощник.

— И что для этого нужно? — мне до конца не верилось в подобное, но попробовать стоило.

— Для изготовления одного комплекта понадобится... — Помощник сверился с блокнотом для записей, что-то почёркал. — Итак: эльфийский шёлк высшего качества — три рулона, идёт на внешний слой, имитирует живую кожу. А также три рулона натуральной кожи, желательно того существа, под которое будем мимикрировать... — Помощник внимательно посмотрел на меня.

Я кивнул. Он продолжил:

— Эссенция жизненной силы — добывается только в светлых храмах, одной склянки хватит. Пять проклятых самоцветов — для маскировки ауры. Слёзы сирены — редкий алхимический ингредиент, нужны для голосовых связок, чтобы миньон мог говорить, а не скрежетать. Кровь лесного тролля — литра два, не меньше, для пропитки внутреннего слоя. Чешуя василиска — пойдёт на защиту от магического обнаружения. Два кристалла души, пыльца лунного цветка — только собранная в полнолуние, иначе не подействует, — для имитации сердцебиения. Кровь живого существа — желательно человеческая, не меньше пяти литров, — жилы и сухожилия для каркаса. И наконец, звёздный камень — он будет удерживать всю конструкцию.

— Звёздный камень, проклятые самоцветы, кровь, кожа и кристаллы души у нас уже есть. Остальное... Хорошо. Постараюсь всё раздобыть в кратчайшее время.

Добыть указанные ресурсы получилось почти сразу. Часть из них я купил сразу, благо аукцион был на следующий день. Вторая часть нашлась после того, как я предложил цену выше рынка. Хранители, почуявшие возможность поживится, наперебой предлагали свои запасы, и уже через пару часов почти всё необходимое для создания костюма лежало в хранилище. На всякий случай я взял ингредиентов сразу на несколько костюмов — наверняка с первого раза не получится.

Дальше началась работа.

Помощник заперся в одной из лабораторий вместе с личем и двумя скелетами-магами. Из-за двери доносились странные звуки: шипение, бульканье, редкие вспышки фиолетового света и время от времени — короткие ругательства Помощника, когда что-то шло не по плану. Лич выплывал оттуда дважды — оба раза молча, с выражением крайнего раздражения на костяном лице, и возвращался с новыми ингредиентами.

Спустя пару часов туда пригласили пару мясников.

Я не вмешивался. Занимался своими делами — проверял шахты, отогнал пару отрядов особо наглых игроков, отстроил новую лесопилку. Ждать было мучительно. Идея казалась слишком безумной даже для моего подземелья: создать оболочку, которая позволит скелету сойти за живого человека. Если получится — это откроет такие возможности для диверсий и разведки, о которых я раньше и мечтать не мог.

Через сутки дверь открылась. Помощник вышел, устало поправил очки и кивнул мне:

— Готово. Первый образец. Идите смотреть.

Я вошёл в лабораторию. На скелете-мяснике, как на манекене, висело оно — творение, больше похожее на произведение искусства, чем на инструмент шпионажа. Помощник назвал его «Личина». Костюм из эльфийского шёлка, покрытый человеческой кожей, пропитанный кровью лесного тролля, с вплетёнными в ткань чешуйками василиска, в тусклом свете магических светильников выглядел как настоящее человеческое тело — кожа, поры, даже крошечные волоски на руках. Глаза — два кристалла души — тускло светились, имитируя живой взгляд. Грудная клетка едва заметно вздымалась и опускалась, словно в ней билось сердце. Аура, исходившая от костюма, была аурой живого существа.

Я присмотрелся.

«Неизвестный. Уровень 12».

— оповестила система.

— Что ж... — пробормотал я. — Неплохо. Давайте проверим в деле.

— Как?

— Очень просто. Отправим в ближайший город и посмотрим. Как стража себя поведёт, как поведут себя игроки. Попробуем зайти в лавку, что-то купить, снять номер. Постепенно будем пробовать всё более сложные задачи, пока не поймём предел, на котором его обнаружат.

Я усмехнулся.

— В храм Светоносного, конечно, соваться не стоит. Как и в какие-нибудь крупные административные учреждения.

Инженер понимающе кивнул. — И кого отправим? Рудокопа? — спросил он, прищурившись. — Его не жалко, самый дешёвый миньон.

— Нет, — я отрицательно покачал головой. — Я пойду сам. Надо лично проверить.

Было два варианта. Первый — выйти через Алтарь Дальнего Пути, тогда у меня было около двух суток. Второй вариант — просто выйти через портал в Цитадель Мортиса, а затем пойти пешком, используя Одержимость на юните.

На текущем уровне подземелья, с максимальной прокачкой, Одержимость давала плюс пятьсот процентов к характеристикам и действовала как угодно долго — спасибо скелетам-магам и личам, активно дорабатывающим заклинания. К тому же она немного изменила принцип работы. Теперь заклинание просто активировалось и работало без ограничения по времени, пока его не выключали. После отключения — неважно, сам ты отключил или тело миньона, в котором ты был, убили, — откат составлял десять минут. Затем снова можно использовать без ограничений.

— Каким скелетом пойдёте?

Ответ на этот вопрос у меня уже был. Конечно же — Мастер Мортис.

— Так... Ну пробуйте... Вот костюм. Основной энергоисточник — звездный камень... требуется подзарядка магией смерти хотя бы раз в сутки. Кожу опрыскивать раствором, чтобы не высыхала, иначе быстро сморщится и будет выглядеть, словно вы труп. — инженер хохотнул. — Мы встроили возможность смены формы, то есть вы сможете стать обратно скелетом. Это требует большого расхода энергии, поэтому использовать не рекомендую...

— Ладно, я всё понял. Пробуем. — решительно ответил я, когда мой помощник закончил.

Уже спустя несколько минут я вселился в знакомое тело метателя — того самого, с достижением «Мастер Мортис», — и приказал натянуть на себя «Личину». Ощущения были... необычными.

Я привык к призрачному существованию. Ну или на худой конец к костяку. А теперь поверх костей лежала искусственная плоть. И не только плоть. Я чувствовал, как поддельное сердце бьётся в груди — ровно, размеренно, совсем как живое. Я чувствовал по-настоящему чувствовал, спустя столько месяцев бесплотного существования! И это было... ошеломляюще.

Я поднял руку, повертел перед глазами. Человеческая рука. Не отличить от живой. С ногтями, с тонкими волосками на предплечье, линиями на ладони. Если прижать пальцы к запястью, можно было прослушать пульс. Я покачал головой... Всё же мой Инженер настоящий творец. Я сжал пальцы в кулак и разжал. Работает.

Проверил свой статус.

Имя: Легионер

Уровень: 40

Класс: Метатель

Фракция: Последователи Мортиса (Лидер фракции)

Статус: жив (маскировка активна)

Внешний вид: Обычный человек, ничем не примечательный. Таких как он сотни. Среднего роста, среднего телосложения, лицо без особых примет — такое, которое забываешь через минуту после того, как увидел. Особых примет нет.

Истинная сущность: Мастер Мортис — лидер фракции "Последователи Мортиса".

Дополнительная способность: «Перевоплощение». Легионер способен перевоплощаться в Мастера Мортиса и обратно. Перевоплощение занимает около пяти минут и тратит значительное количество энергии, сокращая время, через которое необходима подзарядка кристалла.

Особенности маскировки:

— Аура: имитирует ауру живого существа (уровень достоверности: 95%).

— Внешность: полностью соответствует человеческой (уровень достоверности: 99%).

— Голос: звучит как человеческий (уровень достоверности: 90%).

— Запах: отсутствует запах тлена (уровень достоверности: 100%).

— Сердцебиение: имитируется кристаллами души (уровень достоверности: 97%).

Уязвимости маскировки:

— Магия Света высокого уровня способна обнаружить подмену.

— Артефакты истинного зрения игнорируют маскировку.

— При получении критического урона маскировка может временно нарушиться.

— Нахождение в храмах Светоносного и других святых местах не рекомендуется.

— Раз в сутки требуется обработка кожи специальным раствором, а также зарядка звездного камня, питающего костюм. В противном случае эффективность маскировки постепенно снижается.

Примечание: «Зло не всегда можно опознать с первого взгляда. Иногда оно носит маску. Иногда оно пьёт с тобой в таверне. Иногда оно просит прикурить. Зло ходит среди живых. Оглядись, возможно оно уже за твоей спиной?»

Я вышел через портал в Цитадель Мортиса. Миновал ворота. Лёгким шагом двинулся в сторону границы своих владений. Впервые за долгое время я был в облике живого человека. «Личина» сидела идеально, и я чувствовал себя... странно. Почти как в старые времена, когда я был простым игроком. Только теперь я был игроком с характеристиками, от которых у любого ветерана глаза бы на лоб полезли.

Броню я подобрал необычного класса, из числа трофейных. Разные части от разных комплектов -— сетовых бонусов не получал. Всё это для того, чтобы не выделяться среди обшей массы. Кожаный доспех, усиленный стальными вставками. Никаких гербов, никаких клановых нашивок. Ничего, что могло бы привлечь внимание. Но даже с такой скромной экипировкой мои характеристики зашкаливали. Ловкость — за сотню. Сила — под восемьдесят. Я мог бы танковать удары, от пары которых обычные игроки моего уровня попросту отправились бы на перерождение. А если бы надел что-то по-настоящему серьёзное... Впрочем, об этом я подумаю позже.

Я легко брёл по Мёртвой Пади. Зомби, шестилапы, волки — все они косились на меня, подходили ближе, принюхивались. Чуяли что-то знакомое, но не решались напасть. В последний момент отходили, встряхивали головами и исчезали в чаще. Я уже подумал, что, возможно, лучше было бы пройти Падь в личине Мортиса — тогда местные обитатели точно знали бы, кто я. Но с другой стороны, это тоже была своего рода проверка.

Вместе с расширяющей сумкой в инвентаре у меня было почти сотня слотов. Сумка дорогая, но внешне выглядела дёшево — ещё одна мера предосторожности. Значительную часть места занимали «Эликсиры Костяного Восстановления», — ведь кто знает, подействует ли на меня обычный хил? Лучше лечиться проверенными средствами. По этой же причине мне нельзя вступать в группы к целителям. Хотя с чего я взял, что вообще могу вступать в группы? Ведь я NPC-враг, а это просто маскировка. Но с другой стороны, я в личине дружественной, а лояльные NPC могут вступать в пати. Надо будет проверить при случае.

Кроме того, почти треть инвентаря занимали флаконы с «Эссенцией Живой Кожи» — специальным зельем для увлажнения и поддержания маскировки. Раз в сутки нужно было обрабатывать «Личину», иначе она начинала сохнуть и трескаться, а уровень достоверности падал. Ну и в добавок десяток единиц редкого «Порошка из кости лича», на случай если всё пойдёт плохо и мне понадобится воскреснуть.

Вопрос с подзарядкой кристалла решили просто. На пальце у меня было кольцо с проклятым опалом — артефакт, генерирующий ману смерти. Сделали у меня в подземелье под заказ. Он был очень полезен любому некроманту, но в моём случае вся сила уходила на питание костюма. Видя, какими глазами на подобный перстень смотрят скелеты и личи, я велел изготовить ещё таких, используя материалы немного попроще. Пусть мои маги тоже порадуются.

Я постепенно приближался к границам своих земель. Впереди, в нескольких днях ходьбы, лежал город. Пора проверить, насколько хороша наша маскировка.

Спустя где-то пару часов я покинул территорию Мёртвой Пади.

Разница чувствовалась сразу — стоило мне только покинуть затянутые туманом земли, как яркое дневное солнце обожгло кожу — «Личина» полностью передавала ощущения, и это было больно. Я сжал зубы, зажмурился. Через десяток минут боль немного отступила, стала терпимой, хотя глаза всё ещё резало. Спустя ещё полчаса я вышел на тракт, сориентировался по карте, которую мне дал ещё Герман, и побрёл в сторону ближайшего городка — Приозёрья.

Пара часов в пути. Я легко шагал по вытоптанной дороге, когда вдалеке показалось облако пыли. Ещё через десять минут из облака вынырнула и нагнала меня группа всадников на низкорослых, но быстрых ездовых ящерах — шипастых тварях, которых в народе называли «колючками». Дёшево, быстро — идеальный вариант, если нужно срочно передвигаться, а денег на дорогих маунтов нет. Что говорить, сам на таких ездил.

Когда они проносились мимо, я незаметно положил руку на дротик. Незнакомцы выглядели как люди, которые легко могут убить одинокого путника в глуши ради шмота и опыта.

Но нет. Похоже, я ошибался. Они промчались мимо, накрыв меня пылью из-под копыт, и уехали вперёд.

Или не ошибался?

Всадники внезапно остановились. Замерли, судя по всему, переговариваясь. Я, пожав плечами, не сбавляя шага, шёл дальше. Если честно, в моих интересах, чтобы они решили напасть. Пешком идти два дня не хотелось категорически, а трофейная колючка была бы как нельзя кстати.

Игроки, устав ждать, пока я догоню их, развернули маунтов и подъехали ко мне. Один из них — здоровенный детина в тяжёлой броне с нашивкой какого-то клана, сорок пятый уровень, ник «Громила», — эффектно поднял ящера на дыбы и остановился прямо рядом со мной. Если бы я не шагнул в сторону, он сбил бы меня с ног.

— Эй, молодой. Куда путь держишь?

— В Приозёрье, — ответил я, склонив голову.

Можно было, конечно, убить их прямо сейчас, но это первые люди, которые приняли меня за игрока. Надо поддерживать легенду.

— Ты в курсе, что тут рядом земли мертвяков? Очень опасны, — вставил второй. Худощавый, жилистый, с луком за спиной и вечно прищуренным взглядом. Ник «Сокол», сорок четвёртый уровень.

— Да посмотри на него, он словно только вчера перса создал. Как только сороковой апнул, — усмехнулся третий. Совсем ещё пацан, лет семнадцати на вид, в лёгкой кожаной броне и с парой кинжалов на поясе. Ник «Шустрик», тридцать восьмой уровень.

Ну ладно Громила и Сокол — они на пару уровней выше, считают, что имеют моральное право называть меня «молодым». А ты-то куда, у тебя уровень меньше моего? Эх... Подыграю.

— Нет. Я не в курсе про земли. И что, там много тёмных? — добавив в голос обеспокоенности, спросил я.

— До жопы, — шёпотом заверил меня Громила. — Там такое творится, ты даже не представляешь. Огромные волки-умертвия, у каждого по две головы, и они плюются огнём. Гарпии размером с лошадь, пикируют сверху и уносят в когтях. А в болотах — утопленники, которые хватают за ноги и утаскивают на дно. Говорят, там даже дракон нежити есть — шестилапый, с костяными шипами и хвостом-булавой. А командует всей этой армией, прикинь, какой-то сумасшедший NPC. Говорят, он вообще не моб, а тёмный бог в изгнании. Кто к нему попадёт — обратно не возвращается.

— Серьёзно? Дракон? — я с трудом удержался от улыбки. Шестилапа они уже драконом окрестили. И Мастер Мортис — тёмный бог. Надо же, как быстро слухи расходятся.

— Серьёзней некуда! — кивнул Сокол. — Мы тут недалеко лагерем встали, фармим окраины. Если хочешь, можем провести до Приозёрья. Но не бесплатно.

Я сделал вид, что задумался.

— Извините, ребята, — я развёл руками спустя минуту. — У меня платить нечем, я как-нибудь сам доберусь.

— Ха-ха-ха! — расхохоталась троица.

— Ты не понял, паря, — отсмеявшись, бросил Громила. — Это не предложение. Денег нет? Сгодятся твои копья. Что это у тебя? Пилумы? — блеснул знанием оружия игрок.

— Пилумы? Не знаю. Посмотрите? — я доверчиво протянул руку, держа в ней копьё.

Шустрик и Сокол усмехнулись. Громила протянул было руку к копью, когда я молниеносно перехватил его за древко и метнул прямо в горло игроку, используя навык «Тёмный Клинок». Критический удар по не ожидавшему, не успевшему среагировать врагу: урон, умноженный на четыре, игнорирование значительной части брони — Громила сразу же улетел на перерождение.

Шустрик ещё не успел ничего понять, как я выхватил из подсумка следующее копьё и всадил ему прямо в живот. С хрустом провернул древко, разрывая рану шире, резко выдернул и метнул в приходящего в себя Сокола. Развернулся к Шустрику. Удар щитом в тупой нос ящера — тот заверещал, опрокинулся на землю, погребая под собой всадника. Игрок пытался выпутаться из стремян, когда я добил его копьём.

Минус два.

Сокол, видя быструю расправу над союзниками, даже не попытался сражаться — бросил ящера в галоп и рванул прочь. Я прыгнул на ящера Громилы, привык к управлению за пару секунд, настиг беглеца и добил броском дротика в спину.

Я остановил ящера и оглядел поле боя. Три трупа, три маунта. И один из них теперь мой. Пешком идти не придётся. Отлично.

До Приозёрья я добрался без приключений.

Ехал не спеша, на ящере, добытом у Громилы.

Уже к вечеру я увидел впереди высокие городские стены.

Ворота, которые охраняли несколько стражей. Я видел, как они проводили досмотр купцов, торговцев, собирая с них плату за проход. Я пристроился в конец длинной очереди. Честно говоря, я немного нервничал — всё-таки первая реальная проверка «Личины» в людном месте. Но отступать было некуда.

Двое стражников в лёгкой броне, с алебардами. Когда подошла моя очередь, они бросили на меня короткий взгляд и хмуро потребовали пять медяков за проход. Я нарочно притворился глупым новичком — опустил плечи, заозирался по сторонам, изобразил неуверенность... Затем протянул требуемую сумму.

Я знал, что подобный «сбор» — целиком и полностью прихоть стражников, и по уму они, конечно, ничего брать не должны. Но зато таким образом, отдав несколько грошей, я избежал лишних досмотров и проверок. Может, они и не помешали бы — проверить «Личину» в действии, — но в этот раз я решил не рисковать.

Приозёрье оказалось небольшим, по общим меркам, но довольно оживлённым городком, раскинувшимся на берегу огромного озера. Его так и называли — Великое Озеро. Вода в нём была кристально чистой и, по слухам, обладала слабыми целебными свойствами. Местные жители божились, что купание в озере снимает усталость и залечивает мелкие раны, а алхимики со всей округи приезжали сюда за редкими водорослями, которые светились по ночам.

Но главной достопримечательностью Приозёрья была уникальная подводная локация — Затонувший Храм. По легенде, когда-то, ещё до войны, здесь стоял древний монастырь, но озеро поднялось и поглотило его. Теперь это было место паломничества игроков с тридцатого по пятидесятый уровни. В затопленных залах обитали водные элементали, гигантские угри и призраки утонувших монахов. С них падали редкие предметы — светящиеся жемчужины, чешуя глубинников и осколки алтарного камня. Всё это можно было обменять у специальных NPC, сидевших прямо на берегу, на большинство распространённых ресурсов: от руды до алхимических ингредиентов.

Очень удобно.

Для того чтобы попасть в подводный храм, требовалось выполнить небольшой квест, который давали в местной мэрии раздавали всем желающим. После его завершения игрок мог самостоятельно изготавливать зелье, выпив которое можно было в течение некоторого времени дышать под водой. Многие выполняли этот квест просто для того, чтобы получить возможность изготавливать подобное зелье.

Также в Приозёрье существовала целая цепочка квестов, значительно сложнее, которая после её завершения позволяла получить доступ к нижним уровням храма, где обитал могущественный рейд-босс — Королева Серен. Но большинству игроков это было не интересно — они не спускалось ниже третьего этажа, оставляя босса клановым рейдам.

Я прошёлся по улочкам городка.

Наткнулся на таверну под названием «Мокрый Сапог».

Вроде выглядит прилично.

Немного подумав, я вошёл. Публика гудела. Выпившие игроки обсуждали последние вылазки, хвастались добычей, спорили о ценах на жемчуг. Я подошёл к бармену — усталому мужчине средних лет, одетому в когда-то белоснежную, а сейчас запачканную жиром и копотью рубашку. Рукава были по локоть закатаны, обнажая волосатые толстые руки.

— Уважаемый. Добрый вечер. — начал я, откашлявшись. Голос звучал как у живого человека, без хрипоты, присущей Мастеру Мортису. — Есть комната для одинокого путника?

— Какой срок?

— Эм... — я замялся. — На два дня.

— Свободная есть, на втором этаже, — буркнул он, не поднимая глаз. — Ужин, обед и завтрак включён в стоимость комнаты. Сегодня у нас запечённый окунь с овощами и кружка эля. На завтрак овсянка с мясом и квас. Цена — десять медяков в сутки. Если хотите выпивку — платите отдельно. К служанкам не приставать, тут не бордель. Устроит?

— Вполне устроит, — кивнул я.

Бармен бросил на стойку ключ с деревянной биркой.

— Комната семь, ужин через час, нужно будет спуститься. — Пробурчал он и тут же отвернулся к другому посетителю, напрочь потеряв ко мне интерес.

Я поднялся в комнату, закрыл дверь, выдохнул с облегчением. Пока что маскировка работала идеально. Намётанный глаз бармена, повидавший тысячи игроков и NPC, не заметил ничего подозрительного. Завтра попробую сходить в мэрию и взять квест на зелье подводного дыхания. Посмотрим, что из этого выйдет.

Я спустился на ужин. Таверна гудела. Если днём здесь было просто оживлённо, то к вечеру «Мокрый Сапог» превратился в настоящий улей. Игроки, закончившие дневной фарм, заливали в себя эль и делились впечатлениями. Кто-то хвастался добычей, кто-то жаловался на «багнутых» мобов, кто-то просто орал песни. Воздух был пропитан запахом жареного мяса, пива и пота. Где-то в углу вспыхнула короткая драка, но её быстро погасили вышибалы.

Бармен принёс мне ужин — того самого запечённого окуня с овощами и кружку эля, как и обещал. Рыба выглядела аппетитно, овощи исходили паром, но... я не чувствовал вкуса. Вообще. «Личина» передавала тактильные ощущения, но вкусовые рецепторы, видимо, не входили в комплект. Я запихнул еду в себя механически, как заправляют топливо в машину. Жевал, глотал, запивал элем. Пусто. Никакого удовольствия. Я растягивал лицо в резиновой улыбке, кивал бармену, чтобы сделать вид, что наслаждаюсь едой.

Но самое неприятное ждало меня потом. Вернувшись в комнату, я запер дверь и понял, что желудок не работает. Вся эта масса — рыба, овощи, хлеб — просто лежала внутри, никуда не продвигаясь. Пришлось извлекать всё обратно. Без подробностей — это было слишком отвратительно.

Я стоял над тазиком с непереваренной пищей и думал, что больше никогда в жизни не буду есть. Вообще.

Но, с другой стороны, тогда могут что-то заподозрить.

Ладно, расскажу о проблеме помощнику, тот наверняка что-то да придумает. Я вытер губы, убрал следы и лёг на кровать. Спать не хотелось. Да я и не мог. Просто лежал и смотрел в потолок, прокручивая в голове события прошлого дня.

С утра я отправился в мэрию. Я просто хотел выполнить квест на зелье подводного дыхания, чтобы осмотреть Затонувший Храм.

В мэрии меня встретил помощник главы города — сухонький старичок с бегающими глазками и вечно поджатыми губами. Он выдавал квесты на зелье подводного дыхания уже много лет и делал это с видом человека, который смертельно устал объяснять одно и то же.

— Итак, юноша, — заскрипел он, протягивая мне свиток со списком ингредиентов. — Вам понадобятся водоросли с Великого Озера, собранные только в полнолуние, иначе не подействуют. Пыльца лунного цветка — она растёт на восточном берегу, там, где скалы. Чешуя озёрного угря — добудете у рыбаков на рынке. Слеза озёрной нимфы — тут придётся побегать, нимфы нынче капризные. И корень серебристого лотоса — он растёт на заболоченных участках у северного берега. Все ингредиенты, кроме флакона, который купите в лавке стеклодувов, добываются в окрестных лесах. Сбор требует немного терпения и ничего больше. Агрессивных мобов там нет.

— Ясно, — кивнул я. — Всё соберу.

— И будьте осторожны с зельем! — он погрозил мне пальцем. — Под водой оно действует ограниченное время. Не заплывайте слишком глубоко и не задерживайтесь дольше положенного. Иначе — смерть.

— Да-да, — отмахнулся я.

Дальше я пробежался по городу. Торговец на рынке, продавая чешую угря, рассказал, что угри стали капризными в последнее время — то ли вода портится, то ли ещё что. Травница у восточных ворот, у которой я взял пыльцу лунного цветка, поведала, что цветы стали хуже расти и что во всём виноваты «проклятые алхимики, которые сливают отходы прямо в воду». Стражник у ворот, проверявший мой пропуск, буркнул что-то про «зелёных», которые опять митингуют у мануфактур. Рыбак, продавший мне слезу нимфы, долго жаловался, что рыбы становится меньше, а та, что есть, какая-то вялая.

Самым опасным был поход к священнику. Я ожидал подвоха, но тот оказался за пределами храма — сидел на скамейке у входа и кормил голубей. Увидев меня, он добродушно улыбнулся и, узнав, что мне нужен корень серебристого лотоса, рассказал, где его лучше собирать, благословил и отпустил. Я выдохнул.

Вернувшись к помощнику мэра, я получил рецепт и отправился собирать ингредиенты. День прошёл в хождении по лесам и болотам, и у меня было время подумать.

Я шёл по городу и наблюдал. Воду из Великого Озера брали для всего. Для питья — водоносы развозили бочки по домам. Для зелий — алхимики черпали её вёдрами прямо у берега. Для купания, для стирки, для приготовления пищи в тавернах. И сюда же, в озеро, стекала канализация. Городские стоки, отходы с мануфактур, сливы из гильдии магов и алхимиков — всё текло в озеро. И озеро всё чистило. Но, видимо, не до конца — потому что у ворот фабрик, огороженных высоким забором, уже собралась толпа протестующих.

Среди них было несколько игроков. Один из них — молодой парень, почти мальчишка, с ником «Эколог», двадцать пятый уровень. Он носил зелёный плащ с нашивкой в виде древесного листа, и его голос срывался на крик, когда он скандировал: «Озеро умирает! Остановите отраву!» Рядом с ним стояла девушка — «Лесная Нимфа», двадцать седьмой уровень, друид. Она размахивала плакатом с корявой надписью «Руки прочь от нашего озера!» и что-то яростно доказывала стражникам, которые лениво отмахивались от неё, как от назойливой мухи.

Больше всего они протестовали против одной мануфактуры — большого здания с трубой, из которой в озеро тёк мутный зеленоватый поток. Кроме того, слив шёл с алхимической лаборатории. Она стояла тут же, огороженная единым забором. На воротах, ограждающих доступ к этим строениям, висел символ — перекрещённые меч и факел на фоне чёрного солнца. Символ Гильдии Охотников за Тьмой.

В голове начал созревать план. Я смотрел на этот символ, на протестующих, на грязный слив, текущий в озеро, и думал: а что, если озеро отравить? Не просто слить в него отходы, а сделать так, чтобы обвинили Охотников? Чтобы экологи, которые уже сейчас кричат о загрязнении, получили неопровержимые доказательства? Чтобы весь гнев горожан обрушился на Орден?

Это будет идеальная диверсия. Я не просто нанесу урон врагу — я заставлю его врагов сделать всю работу за меня. А сам останусь в тени.





Глава 21. Великое озеро.


Озеро питало весь город. И не только Приозёрье — ещё несколько поселений, раскинувшихся по его берегам, брали отсюда питьевую воду. Если получится его отравить... сделать воду непригодной хотя бы на время... Это нанесло бы колоссальный ущерб.

План хорош. Отравить. Только как это сделать?

Я сидел в своей комнате в таверне, имитируя сон, который мне на самом деле не был нужен, и копался в настройках. Интерфейс фракции «Последователи Мортиса». Трое последователей: Линдар, Ийва и Громгар. Я мог отследить их на карте — они находились относительно недалеко, на расстоянии дня дороги. Отправить им сообщение я не мог, но мог привлечь их внимание, поставив на карте маркер. Что я и сделал. Надеюсь, они прибудут.

Прибыли. Даже быстрее, чем я ожидал — уже к утру следующего дня они появились в таверне. Я сидел в углу, в своей «Личине», и наблюдал, как троица озирается по сторонам. Линдар всё ещё поигрывал подаренным кинжалом. Ийва нервно теребила лук. Громгар, как всегда, выглядел невозмутимым. Я подозвал их жестом.

— Ты кто? — хмуро спросил Линдар, усаживаясь напротив.

— Я от Мастера Мортиса. Его верный последователь, его правая рука и посыльный. — спокойно ответил я.

Линдар прищурился. Ийва переглянулась с Громгаром. Видно было, что они не доверяют мне — незнакомому игроку с ником Легионер. Я усмехнулся про себя. Если бы они только знали, кто сидит перед ними на самом деле.

— Мастер Мортис велел передать вам новое задание, — продолжил я. — Нужно забрать груз у границ Мёртвой Пади и переправить его в город. Под видом обычного товара. Замаскировать. Затем — слить в озеро.

— Слить в озеро? Что слить-то? — нахмурился Громгар.

— То, что Мастер приготовил для этого города. Не задавайте лишних вопросов.

Игроки заколебались. Было видно, что задание им не нравится. Тогда я добавил:

— Мастер велел передать, что награда будет щедрой. Ийва и Громгар, вы тоже будете обучены пути Тёмного Клинка. Думаю, вы успели по достоинству оценить его преимущества, ведь ваш друг Линдар уже давно вступил на него. Мастер Мортис доволен его успехами.

Линдар, услышав это, расплылся в улыбке. Он уже успел оценить эффективность новой профессии и теперь готов был на всё ради дальнейшего развития. Остальные, видя его энтузиазм, начали колебаться меньше.

— Кроме того, — добавил я, — каждый из вас получит опыт и доступ к редкому снаряжению из арсенала Мастера.

Это решило дело. Игроки согласно закивали.

Я мысленно отдал приказ в подземелье. Отходы из Чумного Чертога, все ненужные патогены, все неудачные образцы болезней, отходы от производства болезней и ядов, остатки ядовитых грибов — всё это усилить до предела заряженными магией смерти кристаллами, перелить в бочки, погрузить на Тягачи и доставить к границам Пади. Там груз встретят мои верные игроки и переправят в город.

Я повернулся к Линдару и, не откладывая, обучил его ещё паре навыков Тёмного Клинка — атакующему «Клинок Бездны» и защитному «Теневая Завеса», которые выдумал только что, заплатив за это опытом подземелья. Линдар сиял, Ийва и Громгар смотрели на него с завистью, но я заверил, что скоро и они получат своё.

— Встречайте груз завтра на рассвете, у восточной границы Пади, — сказал я, поднимаясь. — Мастер Мортис рассчитывает на вас. Не подведите.

Игроки не подвели. Я встретил их в назначенном месте, на окраине Приозёрья, у заброшенного амбара, который Линдар присмотрел заранее. Три телеги, гружённые бочками, на бочках было выведено трафаретом: «Эль „Старый Бочонок“. Собственность Ордена Охотников за Тьмой».

— Всё прошло гладко? — спросил я.

— Почти, — отозвался Линдар, спрыгивая с козел. — Один патруль остановил нас, хотели проверить груз. Судя по их лицам, похоже, что им просто хотелось выпить хорошего эля. Я им пару монет в руку сунул на опохмел — отстали. Даже не заглянули внутрь.

Я усмехнулся, представив лицо стражников, если бы кто-то из них удосужился открыть одну из бочек и попытался сделать хоть глоток.

— Молодцы. Теперь — ждём ночи.

Ночь.

Город упорно не засыпал, по улицам шарахались громкие компании, кто-то взрывал салюты на берегу озера, что-то отмечая, кто-то купался. Город жил ночной жизнью, и эта жизнь не сказать чтобы была менее насыщенной, чем дневная... Только в пятом часу утра, когда город затих, даже самые стойкие выпивохи и забулдыги покинули городские таверны и уснули, когда все любовники ушли от своих любовниц, мы вывели телеги к берегу. Там, у старого причала, нас уже ждала лодка — небольшой баркас, который Ийва одолжила у местного рыбака. Ночь была тихая, безлунная. Вода в озере казалась чёрной. Только редкие огоньки в окнах домов отражались в ней дрожащими точками.

Мы погрузили бочки на баркас. Громгар поставил парус, и мы, отчалив, бесшумно заскользили по воде. Я сидел на носу, вглядываясь в темноту. Где-то там, в городе, спали люди. Все они пили эту воду. Готовили на ней еду. Купались в ней. И никто из них не знал, что сейчас происходит.

Мы остановились примерно в центре озера, как раз там, где игроки спускались под воду, чтобы попасть на территорию затонувшего храма.

— Давайте, — шёпотом скомандовал я.

Линдар подкатил первую бочку к борту. Мы наклонили её — и мутная, вязкая жижа с глухим бульканьем ушла в воду. Следом — вторая. Третья. Бочки пустели одна за другой. Отходы Чумного Чертога, патогены, не работавшие штаммы, отходы, токсины, которые без дела копились неделями, — всё это уходило в озеро. Я смотрел на расплывающееся в воде тёмное пятно и думал о том, что скоро здесь начнётся ад.

Оставалось ещё около десяти бочек, когда я дал команду остановиться.

— Ещё же остались... Мы не все. — начал было Линдар.

— Тихо. Нам нужно доставить их ещё в одно место.

Мы подплыли к берегу озера, к тому месту, где из него вытекала широкая река. Днём я не терял времени зря и разобрался, откуда идёт водозабор в городской водопровод. В том месте, где берёт своё начало река, мы сбросили остальной груз.

Когда последняя бочка скрылась в воде, я приказал возвращаться. Мы вытащили баркас на берег, разошлись по городу. Линдар, Ийва и Громгар отправились к себе — я велел им затаиться на время и не высовываться. А сам вернулся в таверну, поднялся в комнату и лёг на кровать.

Дело сделано. Теперь остаётся только набраться терпения.

И результат не заставил себя долго ждать. Отравить озеро полностью, разумеется, не получилось — но на это я и не рассчитывал. Как я уже говорил, оно обладало способностью к самоочищению, уже невесть сколько лет справлялось с городскими стоками и отходами мануфактур, так что шанс, что разовый слив отходов Чумного Чертога уничтожит его, был невелик. Но суть диверсии не в том, чтобы уничтожить озеро. Суть совсем в другом...

Первые признаки начались уже к полудню. В таверне, где я сидел за столиком, делая вид, что потягиваю эль, пробежал мальчишка-посыльный и что-то прошептал бармену. Тот нахмурился, вытер руки о фартук и вышел. Через час в «Мокрый Сапог» вернулся уже с новостями: в городском лазарете нет мест.

— Говорят, уже три десятка человек слегли, — рассказывал он подошедшим игрокам. — Рыбаки в основном. Те, что с утра на озеро вышли. Рыбаки. Игроки, что спускались в храм. Вернулись зелёные, кашляют, кожа в волдырях. Целители не справляются.

— А что с ними? — спросил кто-то.

— Никто не знает. Говорят, какая-то новая зараза. Раньше такой не было.

К вечеру ситуация стала критической. Лазарет был переполнен — больных выносили на носилках и укладывали прямо во дворе, на расстеленных одеялах. Стон и кашель стояли над городом. Целители сбивались с ног, маги пытались применять заклинания очищения, но болезнь, скроенная из десятка неудавшихся патогенов, мутировала прямо на глазах. Одно заклинание помогало, другое — нет. Кому-то становилось лучше, кому-то — хуже. Паника нарастала. Причём воду для того, чтобы обрабатывать раны, брали из того же озера, не понимая, что тем самым заносят новую болезнь. Кипячение от токсинов не помогало. Заклинания очищения помогали лучше, но и они работали далеко не всегда.

Первыми забили тревогу алхимики. Они заметили, что зелья подводного дыхания, сваренные сегодня утром, не работают. Вернее, работают, но вызывают те же симптомы: тошноту, головокружение, сыпь. Кто-то из них проверил воду — и обнаружил в ней следы неизвестных ядов. Новость разнеслась мгновенно.

— Вода отравлена! — кричал на рыночной площади какой-то торговец. — Всё озеро отравлено! Мы все умрём!

Игроки, собравшиеся у лазарета, обсуждали, кто может стоять за этим.

— Это тёмные, — говорил один.

— Да нет, это с мануфактур, — возражал другой. — Ты же видел, что они сливают в озеро? Зелёное что-то, вонючее. Вот рыбаки и траванулись.

— Точно тебе говорю — это диверсия.

Дровишек в огонь подливали экологи. Я бродил по городу и смотрел за их шествием. Теперь это была не жалкая кучка активистов, как вчера, — у стен мануфактур Ордена собралась огромная толпа бастующих жителей. Жёны и дети рыбаков, чьи мужья и отцы лежали в лазарете. Торговцы, потерявшие прибыль. Алхимики. Просто горожане, напуганные слухами об отравленной воде. Все они требовали ответа.

На трибуне, сколоченной из ящиков, стояла та самая девушка, которую я видел вчера, — Лесная Нимфа. Её зелёный плащ развевался на ветру, а голос, усиленный магическим рупором, разносился над площадью:

— Мы говорили вам! Мы предупреждали! Год за годом мы кричали, что эти мануфактуры убивают озеро! Что их отходы травят воду, и рано или поздно это коснётся каждого жителя города! КАЖДОГО! Тех, кто сможет избежать последствий, — не будет! Мы говорили, что проклятый Орден плюёт на наш город и наше здоровье! Своими исследованиями они убивают природу! А вы что? Отмахивались! Называли нас сумасшедшими! А теперь что?

Она обвела рукой город, словно показывая, что он попал во власть неизвестной болезни.

— Теперь вы видите! Теперь вы чувствуете на себе, что мы говорили истину! Ваши дети лежат в лазарете! Ваши отцы и братья не могут встать с постели! Рыба умирает и гниёт прямо в озере! Вода превратилась в отраву!

Толпа взревела. Сотни глаз устремились на ворота мануфактур, за которыми прятались охранники Ордена. Глаза Лесной Нимфы сверкали от удовольствия. Если честно, то если бы я не знал, кто именно это сделал, первым делом заподозрил бы её! Забавно — игрок, который топит за экологию, в итоге больше всех рад тому, что эта экология пострадала. И всё ради того, чтобы потешить своё самолюбие. Чтобы оказаться правым.

Тем временем Лесная Нимфа продолжала:

— Год! Целый год мы стояли тут с плакатами! Год нас гоняла стража! Год над нами смеялись! А теперь посмотрите на себя! Все, кто называл нас паникёрами, теперь сами кричат об отраве! Мы не хотели, чтобы так случилось! Мы хотели, чтобы нас услышали раньше! Но нет — нужно было дождаться, пока яд не попадёт в ваши собственные дома!

— Закрыть мануфактуры! Орден, убирайтесь прочь! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Сжечь их! Уничтожить! — поддержал другой.

— Орден — вон из города!

— Не позволим обижать наших детей!

— За родной город! За Приозёрье!

Я стоял в тени, лениво прислонившись к стене, и, изображая скучающий вид, смотрел на происходящее с мрачным удовлетворением в душе. Среди толпы игроков мелькали знакомые лица. Линдар держал незажжённый факел в опущенной руке. Рядом возвышался Громгар — он стоял молча, скрестив руки на груди, в сумке у него на поясе было несколько зажигательных бомб — кинь такую в окно, и пожар потушить будет практически невозможно. Гореть будет всё.

Мои последователи ждали команды, то и дело оглядывались на меня.

А я тоже ждал. Ждал, пока толпа созреет. Ждал, пока её гнев, уже почти ставший осязаемым, подогреваемый криками Лесной Нимфы, достигнет точки кипения. Пока люди перестанут быть просто возмущёнными горожанами и превратятся в разъярённую стихию, готовую смести всё на своём пути. Я видел этот момент — он приближался с каждой минутой. Ещё немного. Ещё пара выкриков, ещё одна искра.

И когда толпу будет отделять от необратимого всего один шаг, чтобы взорваться, всего одна капля, чтобы процесс стал необратимым, — этим шагом, этой каплей, которые зачастую бывают самыми решающими и из-за отсутствия которых многие бунты гаснут сами собой, станут мои последователи. Линдар и Громгар бросят факелы. Они швырнут первый камень. Они станут теми, с кого начнётся настоящий бунт. А я останусь в тени. Невидимый. Неуловимый. Как и подобает Мастеру Мортису.

Толпа гудела, но сквозь шум внезапно пробился спокойный, уверенный голос. Из ворот мануфактуры вышел человек. Высокий, подтянутый, в тёмно-синей мантии с серебряной каймой — форме старшего инспектора Ордена Охотников за Тьмой. На груди поблёскивал значок в виде перекрещенных меча и факела. Седые виски, аккуратная бородка, спокойный взгляд — он выглядел как человек, который провёл полжизни на переговорах и знал, как говорить с разъярённой толпой. Над головой светилось имя: «Инспектор Ламонт. Уровень 102».

Он поднял руку, призывая к тишине, и заговорил — миролюбиво, почти мягко:

— Добрые люди! Жители Приозёрья! Я приношу вам самые глубокие извинения от лица Ордена...

Ему не дали договорить. В него тут же полетели оскорбления.

— Эй, убирайтесь прочь из города!

— Мы вас тут не ждали, валите!

— Сколько можно травить нашу воду?! Орден — убийцы!

Толпа поддерживала кричащих одобрительным гулом. Кто-то свистел, кто-то размахивал кулаками. Но инспектор Ламонт даже не поморщился.

— Я понимаю ваше недовольство! — спокойным голосом, с трудом перекрикивая шум, терпеливо продолжал он.

— Нихрена ты не понимаешь! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Ещё раз приношу свои извинения. Сюда уже вызваны лучшие целители Ордена. Всем пострадавшим будет оказана помощь. Абсолютно бесплатно, за счёт Ордена!

Крики стали немного тише. Люди переглядывались. Бесплатные целители — это уже что-то. Инспектор Ламонт продолжал:

— Мы проведём полное расследование и выясним причину загрязнения. Виновные будут наказаны, независимо от их положения. Орден не оставит это без внимания.

— У меня муж на месяц слёг, если не помрёт ещё! — закричала наглая, хабалистая баба, проталкиваясь вперёд. — А если помрёт? Мне где потом деньги брать? Детей кто будет кормить, а?

Толпа опять бурно заревела, поддерживая женщину.

— Хорошо, — инспектор Ламонт поднял руку, и гул стих. — Всем пострадавшим Орден выплатит компенсацию. Документы собирать не нужно, просто расскажите свою ситуацию. На территории Ордена будет открыто круглосуточное дежурство по приёму пострадавших. Каждый получит столько, сколько потребуется для восстановления.

Толпа замерла. Люди переглядывались, шептались. Крики стихали. Инспектор Ламонт методично, как опытный пожарный, заливал огонь бунта водой обещаний. И у него получалось.

Так. Что происходит? Я перестал изображать скучающий вид, выпрямился и нахмурился. Этот мужик реально успокоил толпу. Почти. Ещё немного — и бунт, который я так старательно разжигал, погаснет, как костёр под дождём. Нужно срочно что-то делать. Иначе весь мой план пойдёт прахом. Я бросил взгляд на Линдара и Громгара. Они всё ещё стояли в толпе, но уже неуверенно переглядывались. Поймав мой взгляд, Линдар пожал плечами.

Я в сердцах выругался. Знал, что на них нет надежды. Не хотел привлекать внимания к своей личине раньше времени, но, видимо, придётся...

— Да? Вы выплатите компенсацию? — выкрикнул я, шагая вперёд и расталкивая толпу.

Голос мой дрожал — я сделал вид потерянного горем, гневного отца, который только что лишился самого дорогого. Лицо исказила гримаса боли, а в глазах блеснули слёзы.

— Я утром помыл своих детей в этой воде! Своими руками! — мой голос сорвался на крик. — А через три часа они уже не дышали! Три часа! Вы понимаете?! Они просто лежали и не дышали! Мои маленькие дети!

Толпа замерла. Я обвёл стоящих вокруг меня наполненным безумием взглядом.

Затем, выдержав драматическую паузу в несколько долгих секунд, продолжил срывающимся, дрожащим от боли и ярости голосом:

— Сколько вы выплатите мне компенсации?! Десять монет? Сколько стоят мои дети?! Назовите цену! Скажите цену жизни МОИХ ДЕТЕЙ! — под конец фразы я издал длительный пронзительный вопль и сделал вид, что не могу больше сдерживать слёзы, закрыв лицо рукой.

Повисла тишина. Всего на несколько мгновений.

А потом толпа взорвалась яростной бурей. Инспектор Ламонт попытался что-то сказать — он выкрикивал, что я игрок и у меня не может быть детей в игре, что это невозможно, что это провокация, — но его уже никто не слушал. Крики бастующих заглушали его голос. Неуправляемая толпа напирала на ворота.

— Бей их! — заорал кто-то.

Кажется, я узнал голос Линдара.

Несколько мгновений — оглушительный взрыв, и одна из пристроек мануфактуры вспыхнула ярким пламенем. В небо взметнулись искры, чёрный дым заволок двор. Это был сигнал, которого ждали. Толпа попёрла вперёд, смяла нескольких стражей, ворвалась на территорию Ордена.

Я скрылся в тени. Бросил взгляд на пылающие здания. Усмехнулся, а затем аккуратно, не привлекая внимания, побрёл обратно в таверну. За спиной гремели взрывы, крики, звон разбитого стекла. Дело сделано.

Испытания Личины прошли выше любых ожиданий.

Следующей ночью я покинул город. Но прежде чем отправиться в подземелье, я назначил своим последователям встречу. Место — за городом, в небольшом лесочке у восточного тракта. Я ждал их с утра, ещё ночью покинув таверну. Хозяин провожал меня грустным взглядом.

— Вот так и разбегаются люди, — посетовал он, протирая кружку. — Вона как: стоило болезни ударить — и все из города вон. Дела-то совсем плохи стали.

Я важно покивал и предположил, что скоро отрава исчезнет.

— Ну да, — отвечал трактирщик. — Проклятый Орден выгнали, теперь-то наверняка восстановится. Водица-то в озере опять чистая становится, слава богам. Глядишь, через недельку-другую всё и наладится.

Я, согласившись со словами трактирщика, расплатился, оставив щедрые чаевые, и вышел из здания. В голове крутились его слова: «Орден выгнали, вода чистая становится». У жителей уже есть виновник, а исцеление озера только подтверждает это. Всё складывалось как нельзя лучше.

Выйдя из таверны, я не сразу направился к городским воротам. Вместо этого я сделал небольшой крюк — туда, где ещё вчера возвышались мануфактуры Ордена Охотников за Тьмой.

Теперь это были руины. Огонь всё ещё догорал — языки пламени лениво облизывали обугленные балки, и в предрассветных сумерках их отблески плясали на закопчённых стенах частокола. Ворота, за которыми ещё вчера прятались охранники, были сорваны с петель и валялись на земле. Вывеска с символом Ордена — перекрещённые меч и факел на фоне чёрного солнца — висела на одной петле, жалобно поскрипывая на ветру.

Несколько стражников всё ещё копошились среди обломков — то ли тушили последние очаги пожара, то ли пытались что-то найти. На меня никто не обращал внимания.

Я постоял немного, разглядывая дело рук своих, и удовлетворённо хмыкнул. Затем развернулся и зашагал к восточным воротам. Пора было возвращаться домой.

Солнце ещё не успело встать, когда я добрался до места. Здесь, среди густого ельника, меня никто не мог увидеть. Я снял «Личину» — медленно, аккуратно, стараясь не повредить костюм, убрал его в заплечный мешок. Усталый путник Легионер исчез. Вместо него теперь был таинственный Мастер Мортис.

Игроки, выйдя на опушку, увидели меня. Замерли на мгновение, а затем Линдар почтительно склонил голову.

— Мастер, — произнёс он. — Задание выполнено.

Я медленно кивнул. Мои последователи ждали награды. И они её получат.

— Я горжусь вами. Вы хорошо послужили мне, — произнёс я низким, вибрирующим голосом. — Задание было опасным, но вы справились блестяще. Мастер Мортис не забывает своих последователей.

Я щёлкнул пальцами, и перед глазами игроков вспыхнули системные сообщения. Опыт, репутация с фракцией «Последователи Мортиса».

Получившие несколько уровней игроки расплылись в улыбках.

— Но это лишь небольшая часть того, что я могу вам дать, — продолжил я. — Уже очень скоро мне понадобится ваша помощь. Вы отправитесь в далёкие Приморские Земли, туда, где обосновался клан «Грифонье Крыло». Путь будет долгим и опасным. Вам нужно будет сопроводить туда моего верного слугу, игрока по имени Легионер. С ним будет важный груз... Да, это будет непросто, но награда превзойдёт всё, что вы можете себе представить.

Линдар и Громгар переглянулись и, не сговариваясь, кивнули. Чуть погодя кивнула и Ийва. Я обратил внимание, что на лице её лежала тень. Девушку явно что-то беспокоило.

— А теперь, — я выдержал паузу, — вы оба доказали свою верность. Пришло время вам ступить на путь Тёмного Клинка.

Я открыл меню фракции и активировал обучение. Система, как и в прошлый раз, запросила плату — опыт подземелья, души, ресурсы, — но теперь профессия автоматически адаптировалась под специализацию каждого. Громгар получил вариацию «Тёмный Клинок: Ярость» — тяжёлый стиль, заточенный под двуручное оружие и сокрушительные удары. Ийве система предложила «Тёмный Клинок: Тень» — стиль, усиливающий скрытность, точность и урон из засады, идеально подходящий для её лука и лёгкой брони. Обоих окутало фиолетовое свечение, и когда оно погасло, в их глазах на мгновение мелькнуло тёмное пламя.

— Благодарю, Мастер, — пробасил Громгар, разглядывая свои руки, на которых были вытатуированы руны.

Ийва молчала, глядя исподлобья.

— Это честь для нас, — добавил Линдар. — Простите её, она ещё не понимает, как ей повезло. — Линдар покосился на дриаду.

— А теперь оставьте меня, — произнёс я. — Ийва, задержись.

Линдар и Громгар, поклонившись, скрылись за деревьями. Девушка стояла передо мной, и её лицо, до этого задумчивое, теперь выражало беспокойство.

— Дитя моё, — произнёс я голосом Мастера Мортиса, смягчая тон. — Я вижу тень на твоём сердце. Что тревожит тебя? Говори открыто — здесь тебя никто не осудит.

Ийва подняла на меня глаза. В них стояли слёзы.

— Вы... вы отравили озеро! — выпалила она. — Мастер Мортис, я чувствую это! Моя профессия друида связана с природой, и я знаю — то, что попало в воду, было не просто отходами. Это была зараза! Яд! И вы заставили меня участвовать в этом!

О боже. Я и не подумал об этом. Сейчас очень важно было не спугнуть её. Ведь она легко может явиться в приёмную ордена и всё рассказать. Тогда все мои планы пойдут псу под хвост.

— Ты ошибаешься, — произнёс я спокойно.

— Но я...

— Выслушай меня, — я повысил голос ровно настолько, чтобы остановить её возражения. — А потом решишь, прав я или нет.

Ийва замолчала, сжав губы.

— Орден уже давно сливал в озеро токсины и химикаты со своих производств, — начал я. — Год за годом. Десятилетие за десятилетием. Они травили воду, и ты это знаешь. Ты сама стояла там, у ворот, с плакатом. Ты кричала, что озеро умирает. И ты была права.

Ийва согласно кивнула, но всё ещё хмурилась.

— Закрыть их было невозможно. Коррупция. Связи. Местные чиновники, купленные на корню. Орден слишком глубоко пустил корни в этом городе. Их нельзя было остановить законным путём. Но я нашёл способ. Мы влили в озеро немного кое-каких зелий — натуральных, безвредных, которые полностью распадаются за несколько дней. Этого хватило, чтобы поднять панику. Чтобы люди наконец увидели то, что вы пытались им показать годами. И теперь Ордена здесь нет. Город свободен. Озеро очищается. Природа восстановится.

Я замолчал, глядя на неё. По разгладившейся складке на лбу Ийвы было видно, что я попал в самую точку. Именно это ей и нужно было услышать.

— Простите, Мастер Мортис, — тихо произнесла она, опуская глаза. — Я не понимала вашего замысла. Теперь я вижу всю картину. Это было... необходимо.

— Ты защищаешь природу, — произнёс я уже мягче. — Это достойно уважения. Никогда не теряй этого дара, дитя моё. Но помни: иногда, чтобы спасти лес, нужно сжечь одно дерево.

Обратная дорога заняла около семи часов. Уже к вечеру этого же дня я вернулся в подземелье.

Едва переступил порог, как перед глазами развернулось системное сообщение:

«Зафиксировано событие: База Ордена Охотников за Тьмой в городе Приозёрье уничтожена. Вы сделали это в одиночку и сумели вернуться домой, не получив ни царапины и не раскрыв себя.

Причина уничтожения: массовые беспорядки среди местного населения.

Прямое участие Хранителя: незначительное.

Прямое участие последователей: незначительное.

Награда: +98 500 опыта подземелья.

Получено уникальное достижение: „Манипулятор“. Вы не стали штурмовать стены и не бросили в бой миньонов. Вы обрушили на врага страх и ярость толпы. Вы заставили людей выполнить вашу волю, думая, что они действуют сами. Заставили их сжечь то, что строили другие, чтобы их же и защитить. Это не победа силы. Это победа ума.

Бонус достижения:



— +15% к максимальному уровню игроков, на которых имеет влияние Мастер Мортис.



— +10% к шансу успешного убеждения и манипуляции через Личину.



— +5% к опыту за квесты, выполненные членами фракции „Последователи Мортиса“».

Я перечитал сообщение дважды. Чего я не ожидал, так это того, что система даст мне опыт за уничтоженную базу. К тому же так щедро. Ну и, как вишенка на торте, — просто отличное достижение для моих будущих планов.

Личина проверена в работе. Раскрыть меня так и не смогли. Мои исследователи, изучив опыт её использования «в поле», внедрили ряд доработок, повышающих скрытность, а кроме того — увеличивающих интервал между смазываниями. Теперь мне не нужно было обрабатывать кожу каждые сутки — достаточно раз в три дня. Уже легче.

Два экземпляра Личины были полностью готовы, ещё около пяти находились на финальной стадии. Процесс немного затягивался: с каждым новым изделием мой Помощник со своей группой внедрял что-то новое, проводил эксперименты и, как он сам выражался, «доводил до ума». Идеалу, по его словам, не было предела, и каждый новый костюм становился чуть лучше предыдущего.

Время пришло. Пора начинать войну против Оболонской. Следующая цель — земли клана «Грифонье Крыло».

Интерлюдия: Центральный замок Приморских Земель. Владения клана «Грифонье Крыло».

Наместник, игрок по имени Э́двин, Лорд двести шестого уровня, отвечающий за Приморские Земли клана «Грифонье Крыло», сидел в кабинете замка и смотрел на стопку донесений. Последние несколько месяцев каждый день приносил новости, одна хуже другой. Он нервничал. Бесился. Срывался на подчинённых, которые лишь разводили руками и не могли дать ответ. А уже совсем скоро ему предстояло держать ответ перед самой Оболонской, и ничего хорошего он сказать не мог.

Поначалу всё выглядело как обычная текучка. Вспышки болезней, которые удавалось быстро купировать. Пара пропавших патрулей. Сожжённые деревушки на окраинах. Такое бывает периодически. Бушует война, нестабильность. Никто не придавал этому значения. Он в том числе.

Но проблемы росли, как снежный ком.

Две шахты обрушились с разницей в неделю. Клановые следователи нашли следы нежити — но тёмные за тысячи миль отсюда! Как они могли добраться сюда, мимо всех застав и постов? Егеря выследили и уничтожили в лесах отряд скелетов, каким-то чудом оказавшийся в самом сердце владений клана. Как они туда попали? Никто не знал.

У Эдвина был целый штат заместителей и помощников по разным направлениям, но вскоре даже им перестало хватать рук. Количество мелких пакостей превысило все мыслимые и немыслимые пределы. То сгорят склады с провизией, то исчезнет отряд разведчиков, то ферма на отшибе вымрет от неизвестной хвори. Всё это происходило с такой регулярностью, что складывалось устойчивое впечатление: в клане затесался лазутчик. Диверсант, который сливает информацию врагам.

Ведь как удачно совпадает: едва у «Грифоньего Крыла» появляется слабое место — тотчас же там появляется враг. На открытую вражду, правда, никто не решался. Несколько кланов, нарушивших запрет юного Императора на боевые действия во время войны, жестоко поплатились. Но экономические блокады, срыв поставок, переманивание торговцев, демпинг на рынках — на это Империя закрывала глаза. И как назло: стоило каравану «Грифоньего Крыла» с важным грузом исчезнуть, как в этом же городе тут же появлялись похожие товары от кланов-конкурентов. Они вытесняли «Грифонье Крыло» с его же территории. В некоторых городах клан уже начали считать ненадёжным поставщиком.

Эдвина не покидало чувство, что всё это — грамотно спланированная акция. Что в этой войне роль жертвы уготована его клану. Но кто стоит за этим? Конкуренты? Империя? Тёмные? Ответа не было. Пока не было.

Пока что ничего угрожающего существованию Приморских Земель или даже ставящего под сомнение экономическую стабильность региона не произошло. Но проблема в другом — непонятно, что происходит и кто за этим стоит. Эдвин имел колоссальный опыт управления, профессию Лорда, специализирующуюся на управлении целыми регионами, и понимал: всё это не просто так. Понимал, что купировать проблему на ранней стадии, до того как она разрослась, невероятно важно. Поэтому взялся за поиски источника лично. Ведь только себе он мог доверять.

Засветился переговорный кристалл.

«Ну что там ещё, а? Неужели не могут разобраться без меня?»

Он тяжело вздохнул, вспоминая, что сам велел уведомлять его о каждой странности или проблеме. Постарался отбросить раздражение, после чего активировал кристалл. На гранях экрана появилась физиономия его второго помощника по экономическим делам. Вид у него был настороженный, на лице застыло нарочито скорбное выражение. Новости плохие.

— Что там у тебя? Выкладывай! — перебил Эдвин рассыпавшегося в любезностях игрока.

Ничего нового.

Очередное донесение. Караваны с имуществом — оснасткой для кораблей — уничтожены. Охранявшая их группа перебита. Уцелел только один обоз, но этого недостаточно. Снарядить можно лишь две, максимум три галеры.

— Проклятие! — выругался Эдвин, заслушав доклад. — Вот как так?

Он прикрыл глаза, вспоминая детали операции.

Всё готовилось в условиях высочайшей скрытности. О ней знали считаные единицы. Вернее, знало больше — охрана караванов была из числа клана, причём из новичков свежего набора. Но они понятия не имели, куда и зачем идут: им сообщили о походе в последнюю минуту, поэтому слить что-то врагам они не могли. Те просто не успели бы подготовиться.

Теперь контракт срывался. Изготовить и поставить новую оснастку — минимум две недели. А контракт важный, с Империей. Суть его заключалась в том, чтобы построить и снарядить для Имперского флота двадцать галер. Галеры были готовы, правда, и тут не обошлось без проблем. Четыре сгорели при постройке. Одна, едва спущенная на воду, сразу пошла ко дну. Ещё две при испытаниях рассыпались на ходу — магические крепления не выдержали нагрузки, оказалось, что вместо кристаллов энергетического каркаса кто-то подсунул обычную гальку. Не иначе как диверсия. В итоге пришлось вытаскивать галеры обратно на берег и менять камни.

Ресурсов на строительство ушло куда больше, чем планировалось. А теперь ещё и склад с такелажем сгорел, и изготовленное добро не доехало до верфей.

С учётом всех неурядиц прибыли с контракта и так уже не было. Хорошо бы выйти в ноль. А теперь из-за задержки придётся платить неустойку. А ведь так всё хорошо начиналось!

— ЧТО ЗА ХРЕНЬ! — не выдержав, вскрикнул Эдвин, ударив кулаком по столу.

Вдох. Выдох. Вдох.

Эдвин взял эмоции под контроль.

— Ты сказал, один обоз дошёл? Как? Они же двигались по одному и тому же маршруту. Охрана одинаковая, — спросил он у собеседника.

— Чудом, — отвечал тот. — Молодой рекрут из свежего набора обнаружил засаду. Сумел отразить нападение, пострадал, но груз защитил. Если бы не он, караван постигла бы участь остальных.

— Как его ник? Что за рекрут?

— В клане буквально месяц. Ник Легионер. Толковый парень, хоть и... — собеседник замялся.

— Ну? — поторопил его Эдвин.

— Слегка странный тип, я бы так сказал, — закончил тот.

— В чём странность?

— Предпочитает жить один. Хмурый ходит. Всё постоянно проверяет, бдит. В коллективе его не очень приняли... Не пьёт особо.

— Понятно, почему не приняли, — фыркнул Эдвин. — Просто он единственный из всего этого молодняка, кто реально отрабатывает деньги. Наградите его и повысьте до десятника. Наблюдайте за ним. Толковые люди нам сейчас нужны. Может, имеет смысл позвать его в основной состав. Не сейчас, конечно, позже, когда подрастёт...

— Есть, — коротко кивнул собеседник.

— Да, — кивнул Эдвин, давая понять, что разговор окончен.

Спасибо этому Легионеру. Теперь хоть он сможет поставить пару галер, не совсем ударив в грязь лицом перед имперскими советниками. Одно дело, когда ты вообще ничего не сделал, и совсем другое, когда ты, вопреки проискам нежити, — а доказательства были собраны и будут предоставлены на докладе, — смог сделать хоть что-то. Хотя Эдвин понимал: если перед имперскими советниками ещё есть шанс оправдаться, то перед Оболонской — нет. И он с ужасом ждал доклада, на котором придётся всё это озвучить.

Что делать с охраной постоянно пропадающих караванов — он упорно не понимал. Снимать топовых игроков с действительно важных дел и отправлять их на охрану обозов? Категорически не хотелось! Есть куда более серьёзные задачи. Но, возможно, придётся пойти и на это. Ведь уже сейчас больше десяти процентов логистики клана было парализовано — вернее, выведено из строя. И если так пойдёт дальше, убытки станут необратимыми. Эдвин представил лицо Оболонской, когда заявит ей, что требуется снять с фронта несколько боевых групп, чтобы охранять пути снабжения внутри своих же земель. Что она о нём подумает?

Эдвин вздохнул, закрыл глаза, помассировал виски пальцами. От свалившихся проблем голова болела даже в игре.





Глава 22. Возвращение.


Действия по подрыву клана «Грифонье Крыло» изнутри шли полным ходом.

Первое, что я сделал, — переправил с помощью «Личины» несколько десятков боевых миньонов в земли клана. В самое сердце, где было более-менее безопасно. Там они встали лагерем, периодически совершая по моей команде набеги. Если их вычисляли, они просто надевали личины и под видом путников безопасно перебирались на новое место. Добытые с набегов ресурсы сперва некоторое время «отлёживались», а затем всплывали и переправлялись в мои земли. Либо же продавались на чёрном рынке. Это уже делали мои последователи. Вернее, не мои, а состоящие во фракции «Последователи Мортиса».

К слову, фракция разрослась. Благодаря умелой вербовке моих первых последователей, которые к этому времени заслужили звания «Тёмных Дозорных» — такое название придумала им система. Что-то вроде десятников, только на тёмный и оккультный манер, — теперь фракция состояла почти из двух десятков игроков разных уровней и классов. Они действовали тайно, помогая мне в организации диверсий, а также в различных иных делах.

Пока мои отряды обстраивались прямо в самом сердце земель врага, я пришёл на пункт отбора клана «Грифонье Крыло» и сам попросился в его состав. На передовую, в битву с тёмными, не рвался — просился на задания во внутренних землях и тем самым выгодно отличался от остальных игроков: ведь поголовно все с двадцатого уровня и выше пробивали себе место в сражениях с тёмной фракцией. Ещё бы — награды там были куда выше, чем в тылу.

В итоге хорошо зарекомендовал себя, помог отразить пару нападений нежити (которые сам же и организовывал) и получил должность десятника. У меня в подчинении были только NPC, служащие клану, но даже это уже что-то. Я получил доступ к небольшому количеству служебной информации: расписания патрулей, маршруты некоторых караванов, имена офицеров. Постепенно заводил связи среди верных клану игроков. Всё это сильно помогало в моих планах.

Пользуясь своим положением, я саботировал различные операции клана, делая так, чтобы подозрение падало на других. Уже было проведено несколько сотен диверсий: сожжённые посевы, разорённые дальние фермы, обрушенные шахты, перехваченные караваны, отравленные лошади, отравленное зерно в деревнях. Очень чувствительные удары от кланов-соседей приходились ровно в те места, где у «Грифоньего Крыла» было слабое место. У меня не было особого влияния, чтобы сделать что-то по-настоящему серьёзное, но я брал количеством. Десятки, сотни комариных укусов постепенно раззадоривали и вызывали приступы бессильной ярости у этого титана.

Последняя, одна из самых успешных операций, в ходе которой я умудрился за особые «заслуги» получить звание десятника, — срыв поставок галер для Империи.

Доступа к списку клана, вернее к высшим его чинам, я не имел, но по обрывкам разговоров знал, что вместе с Оболонской в руководстве клана состоит её сын. Я сперва подумал, что это, возможно, второй её отпрыск. Но после того как я услышал слухи о том, что он парализован и большую часть жизни проводит в капсуле из-за травмы, я понял, кто это.

Тот ублюдок. Он всё-таки выжил. А я — мёртв.

Когда я узнал об этом, вспышка гнева накрыла меня мгновенно. Я сидел в своей комнате, бессильно сжимал кулаки и чувствовал, как внутри поднимается чёрная волна ярости. Хотелось крушить. Хотелось убивать. Хотелось прямо сейчас, в этой самой таверне, сорвать с себя «Личину» и устроить кровавую баню, добраться до этого ублюдка и разорвать его на части. Я сжал зубы так, что челюсть хрустнула. Потом медленно, очень медленно выдохнул. Нельзя. Не сейчас. Не так.

Вдох. Выдох. Я заставил себя успокоиться. Чтобы свести счёты, лучше всего не биться в бессильной злобе, а действовать. Благо, план у меня был.

Я вернулся к мониторингу аукциона. Теперь, когда я был в личине, мне был доступен не только аукцион Хранителей, но и обычные аукционы игроков. Конечно, все хранящиеся в подземелье товары там не продашь — ведь как их доставить? Но продать отдельные вещи или купить что-то эксклюзивное или нужное прямо здесь и сейчас можно было легко. Но сейчас у меня был другой план. Через своих верных последователей я искал и скупал ресурсы, необходимые клану «Грифонье Крыло»: корабельный лес, смолу, парусину, такелаж, редкие сплавы. Скупал и тут же выкладывал обратно — втридорога. Денег хватало, подземелье приносило огромный доход, и я мог позволить себе эту войну. Разумеется, все сделки я перехватить не мог, но даже то, что я делал, срывало сроки изготовления галер ещё сильнее.

К слову, о подземелье. Под руководством моего Помощника подземелье медленно, но верно преобразовывалось и развивалось. Уже тридцать седьмой уровень, новые миньоны, новое снаряжение, боевые машины. И чем выше был уровень моего подземелья, тем проще было мне, даже находясь на огромном расстоянии, контролировать то, что происходит в моих землях, и при необходимости поправлять, давая те или иные указания. По всей видимости, с ростом уровня росли мощности, выделяемые системой на моё существование. Я же теперь, как-никак, NPC.

Уровень подземелья рос быстро. В основном этому способствовали постоянные стычки с игроками в моих землях, расширение границ, экспансия на новые территории.

Мы постепенно реализовывали первоначальный план, прорываясь к морю. Только Клык Бури, несмотря на растущую мощь, всё же не взять — уж слишком сильный. Поэтому от этого плана мы отказались. Пошли по лёгкому пути — выбрали подходящее место у излучины реки, где она делала крутой поворот. Там есть ряд минусов: течение слишком быстрое для спокойной стоянки, русло придётся углублять, а берега каменистые и неудобные для причалов. Но порт и верфи поставить было можно. К тому же окружающие скалы давали пространство для обороны. Там я намеревался разместить ещё одну крепость. Надо только чтобы земли Мёртвой Пади дотянулись туда.

И план исполнялся. Передовые отряды уже почти подошли к нужному месту, нас отделяло несколько деревушек. Населяющие их NPC и обитающие поблизости игроки бились до последнего, но без толку. Взятие их — дело времени. Когда я построю свои корабли и перестану зависеть от чужого транспорта, я сделаю следующий ход.

Звук уведомления вырвал меня из моих мыслей.

Удача! Мне удалось перебить цену — я выкупил сразу несколько складов с корабельным деревом. С доставкой.

Доставку заказал на границу своих земель, в одну из пока ещё принадлежащих врагу деревень. Когда груз будет доставлен, туда прибудет мой представитель в «Личине», заберёт его и доставит в подземелье. Схема рабочая, я проворачивал такое уже не раз.

Представив, как будут беситься экономисты клана, у которых прямо из-под носа увели очередной лот, я против воли улыбнулся. Дерево им нужно позарез — без него верфи встанут. А теперь им придётся либо платить втридорога у перекупщиков, либо искать поставщиков заново. И то, и другое — время. Неустойка капает. Ну а дерево, после некоторой обработки магией смерти, сгодится для строительства моих будущих кораблей. Их чертежи вовсю уже разрабатывал целый отдел скелетов-механиков под руководством моего Помощника.

В комнату постучали.

— Эй, Легионер! — раздался за дверью звонкий девичий голос. — Новое задание. Собирайся, у нас мало времени.

— Сейчас, уже иду, — крикнул я, наспех закрывая интерфейс переносного терминала аукциона.

Вещь дорогая, такие использовали лидеры крупных торговых гильдий и главы кланов — те, для кого ежесекундный мониторинг рынка был жизненно необходим. Обычные игроки ходили к распорядителю местного территориального аукциона и торговали прямо оттуда. Но мне, чтобы не вызывать подозрений, пришлось раскошелиться на переносной терминал. Иначе слишком частые визиты в торговый зал стали бы заметны. А так — сидишь в своей комнате, торгуешь, никто не видит.

Я вышел из кабинета. У двери, скрестив руки на груди, ждала девушка. Высокая, стройная, с каштановыми волосами, собранными в тугой хвост. Лёгкая кожаная броня, облегающая фигуру, по бокам — два кривых клинка. В клане она появилась примерно в то же время, что и я, и успела зарекомендовать себя как толковый боец. Над головой светилось: «Катарина. Уровень 62».

— Долго ты, — фыркнула она, окинув меня взглядом.

— Прошу прощения, леди, — я изобразил лёгкий поклон. — Уже бегу.

Я был пятидесятого уровня. Мог бы подняться выше — мой уровень поднимался вместе с уровнем юнита-метателя, а его максимальный лимит сейчас составлял шестидесятый. Но такая быстрая прокачка вызвала бы подозрения. Даже так, с сорокового до пятидесятого за месяц, — это очень высокий темп. Офицеры уже косились на меня с интересом. Приходилось быть осторожным.

— Задание, — Катарина развернулась и зашагала по коридору, не оборачиваясь. — Северные фермы. Опять нападение. Говорят, снова нежить. Идём зачищать. Ты, я и ещё трое. Поднимай свой отряд.

— Откуда её столько? — я изобразил удивление. — Откуда ей взяться так далеко от фронта?

— Вот и я о том же. Но приказы не обсуждают. Собирайся, выдвигаемся через час.

Я кивнул и пошёл за ней, прикидывая, как грамотнее поступить. Ведь нападение на северные фермы было делом моих рук. Гарнизон оттуда как раз сняли для сопровождения обозов на юге, где в последнее время прокатилась целая цепочка нападений. В итоге враг стягивал силы на юг, а моя нежить, надев «Личины», наоборот, отправилась на север. Простая, но действенная схема: пока они тушат один пожар, я поджигаю другой.

Главное, чтобы миньоны успели убраться из деревни раньше, чем туда доберутся наши отряды.

Или оставить их и устроить засаду?

Героически отразить её, спасти всех, получив ещё немного очков в глазах руководства клана. Но тогда придётся пожертвовать моими миньонами, а их и так осталось не очень много. Вновь сформированный отряд только-только под видом простых путешественников садился на купеческие корабли. С учётом того, что маршрут у этих кораблей не прямой, а с заходом практически во все крупные порты по пути сюда, дорога займёт в лучшем случае несколько недель. Да и слишком много внимания к моей персоне. Ведь я только-только получил десятника.

Решено. Отряд отводим.

Я на ходу связался с миньонами мысленно — и уже прямо сейчас мои воины имитируют поспешное отступление, а чуть позже наденут личины, чтобы, притворяясь мирными, укрыться в одной из деревень.

Через час мы выехали из ворот замка. Пятеро игроков: я, Катарина, двое мечников из свежего набора и маг поддержки. И пять десятков клановых NPC. Простые стражники, уровни от тридцатого до пятидесятого.

Ехали молча, каждый погружённый в свои мысли. Только стражники-NPC болтали друг с другом обо всём и ни о чём сразу — о погоде, о жаловании, о таверне в соседнем городе, где подают отличное жареное мясо. Я слушал их вполуха, а сам краем сознания следил за миньонами.

Они уже отступили изрядно, оставив на месте нападения достаточно следов: сломанные ветки, примятую траву, отпечатки сапог, ведущие в чащу. Пусть Катарина и её бойцы потратят время, идя по ложному следу. А сами миньоны, углубившись в лес, быстро сняли боевую экипировку и натянули «Личины». Теперь они выглядели как группа усталых путников: кто-то в крестьянской одежде, кто-то в поношенных дорожных плащах. Они выбрались на торговый тракт с другой стороны леса и смешались с потоком людей, направляющихся к ближайшему городу. Ещё пара часов — и они окажутся в безопасности, среди толпы, где никто не отличит их от обычных игроков и NPC.

Я мысленно кивнул. Чисто. Теперь можно спокойно играть роль десятника, ведущего отряд на зачистку. Будем тратить время, искать нежить, читать следы, прочёсывать лес. А мои миньоны тем временем нанесут очередной удар.

Спустя два часа мы были на границе леса, за которым располагались разорённые фермы. Идти в обход, даже верхом, было намного дольше — петля почти двадцать километров. Поэтому решили срезать через лес, а ездовых маунтов оставили на поляне, приставив к ним пару NPC-стражей.

— Тут лучше бы сгодился отряд рейнджеров, — хмуро произнесла Катарина, покосившись на наших стражей.

Те перли сквозь чащу, как слоны: громко ломали ветки, цеплялись доспехами за кусты, топая так, что их было слышно на полкилометра вперёд. Каждый шаг отдавался хрустом, а блестящие на солнце кирасы выдавали нас с такой лёгкостью, словно мы несли факелы.

— Остаётся надеяться, что эта нежить глухая, — продолжала она. — Иначе они услышат нас за пять километров.

— Вряд ли они глухие, — проронил маг поддержки, тощий парень с ником Тарос, который всю дорогу нервно крутил в руках свой посох. — Судя по тому, как легко они ускользают от нас, они весьма хитры. До сих пор не понимаю, откуда тут нежить.

— Надо искать некроманта, — встрял в разговор первый мечник, коренастый дварф по имени Бранн. Он поправил перевязь с топором. — Слышали про то, что происходит в Мёртвой Пади? Там вообще какой-то пиздец. Нежить сходит с ума, разорила ряд деревень, дала по зубам парочке весьма сильных кланов, что пытались её приструнить. Говорят, у них там целая крепость на поверхности. И это не просто тупые зомби — это организованная армия.

— Это всё до той поры, пока Империи не до них, — отозвался второй мечник, высокий светловолосый парень с ником Рейн. — Все силы на фронте, вот всякие твари в тылу и почуяли слабину. Ничего, вроде вот-вот будет подписано соглашение. И тогда им быстро покажут их место.

Я молчал, мотая на ус. Слухи про подписание договора ходили, и ходили давно, с каждым днём становясь всё больше похожими на реальность.

Это плохо.

После подписания договора мне придётся оставить земли Оболонской. Надеюсь, что на время. Потому что Рейн прав. Как только вернутся основные силы, моему набравшему силу подземелью придётся туго. И в этот момент я должен быть там, чтобы лично руководить обороной.

Эх. Мне бы ещё пару месяцев... выйти к морю, а затем не захватывать новые территории, а основательно укрепить уже взятые. Но времени остаётся всё меньше. И самое хреновое — с «Грифоньим Крылом» я не успею закончить точно, ведь всё только-только началось. Даже с Приморскими землями. Только сейчас я начинал по настоящему осознавать масштаб силы клана. Чтобы разорить организацию подобной силы, нужны сотни летучих отрядов. Армия. Помощь союзников. Одному мне не справиться. Ведь стоит клану по-настоящему собраться, посчитать меня угрозой — и вся моя война закончится. Теперь я это понимал очень чётко. И очень сомневаюсь, что «Личина» выдержит взгляд игрока с прокачанным восприятием, а таких в основном составе клана было много. А ещё — все силы, которыми располагает моё подземелье, не смогут ничего противопоставить даже одному игроку уровня двести пятьдесят-триста плюс. А в клане таких не один десяток.

Мы вышли к развалинам ферм. Вернее, к тому, что от них осталось.

Чёрные остовы домов ещё дымились, хотя огонь уже потух. Сгоревшие посевы тянулись вдоль дороги чёрной полосой, а на поле валялись туши убитой скотины — десятки, сотни коров и овец, зарубленных или разорванных, с выпученными остекленевшими глазами. Запах стоял удушающий: гарь, смерть, кровь. Над развалинами кружили вороны. Тела крестьян лежали тут же — кто у порога собственного дома, кто на дороге, кто в поле, где его настигла смерть. Всё вокруг было переломано, сожжено и разорено.

Стражники хмурились, сжимали оружие, переговаривались вполголоса:

— Кто мог это сделать?!

— Проклятые мертвяки!

— Ни зверей, ни детей... всех под корень.

— Ничего, мы их догоним. Будет им смерть.

Катарина сразу пошла в центр деревни, осматривая территорию. Я держался рядом, разыгрывая роль сосредоточенного игрока.

— Амбары уцелели, — констатировала она, когда мы обошли окрестности.

— Видел, — кивнул я. — Интересно, почему они их не тронули?

— Похоже, пытались поджечь. Видишь угол зданий в копоти? А тут слегка даже крыша взялась.

— Ага, — кивнул я, с интересом наблюдая за двумя десятками уцелевших строений.

Ещё бы я не видел. Я лично велел скелетам сделать вид, что амбары горели, а потом по какой-то причине потухли.

— Странно, что они не взялись, — оглядел подпалённый угол первый мечник Бранн. — Дерево сухое, дождя не было. Почему погасло?

— Они стоят на окраине, отдельно от остальных зданий. А то, что огонь погас, — такое бывает. Скорее всего, они спешили отступить, вот и не успели подпалить нормально.

— Так, — Катарина, похоже, получила по командному чату указания. — Выставить охрану у амбаров. Зерно переправить в «Чёрную Скалу», там есть свободные склады. Через пару часов прибудут телеги.

У меня доступа к этому чату не было. Очередное напоминание, что я пока лишь десятник. Но ничего — всё впереди.

Выставив охрану и убедившись, что все склады надёжно прикрыты, Катарина склонилась над землёй.

— Следы нежити ведут туда, — указала она рукой в сторону чащи.

— Нежить. Точно. Скелеты, судя по отпечаткам. Шли группой... — она проследила направление. — Туда. На северо-запад. Уходили быстро, но не бежали. Значит, не испуганы.

— Может, засада? — нервно спросил Тарос, сжимая посох.

— Всё может быть, — ответила Катарина, поднимаясь. — Идём осторожно. Я вперёд, Легионер — за мной, остальные — держать дистанцию десять шагов. И ради всего святого, не шумите, как стадо кабанов.

Я кивнул и пошёл следом. Про себя усмехнулся: следы были те самые, что я велел оставить. Ложный путь, уводящий в глубь леса, подальше от торгового тракта, по которому ушли мои миньоны. Пусть идут. Пусть ищут. А мы тем временем потратим время впустую. Идеально.

На ходу бросил взгляд за спину. Там солдаты выгружали уцелевшее зерно из амбара. Откуда им знать, именно это послужит причиной нескольких хворей, которые скоро будут бушевать в окрестных землях...

Ожидаемо погоня ничем не увенчалась. Попусту потратив несколько дней, изучая обрывавшийся в лесу след, мы вернулись в крепость.

Я лежал в кровати, обдумывая дальнейшие действия, делал вид, что сплю, когда вдруг у меня в комнате появился Герман. Я даже на мгновение подумал, что я и правда заснул — настолько неожиданным было его появление. Он возник прямо посреди комнаты, словно соткался из тени, и тут же набросился на меня.

— Ты идиот! — шипел он, расхаживая взад-вперёд, но стараясь говорить тихо. — Кретин! Ты вообще понимаешь, что творишь?!

— Я...

— Какая, нахрен, Оболонская?! Ты хоть представляешь, что такое «Грифонье Крыло»?! Тысячи игроков! Сотни замков! Десятки городов под их контролем! У них такие источники дохода, что твои жалкие диверсии — это даже не комариные укусы! Это пыль на сапоге! Они потеряли караван? Да у них таких караванов по сотни в день! Они сожгли фермы? Построят новые! Ты реально думаешь, что твои копошения в их тылу хоть что-то значат?! Ты сейчас кошмаришь, вернее, пытаешься кошмарить всего лишь один из регионов, принадлежащий клану. Не самый большой и богатый. Подобных этому району у клана больше сотни. Не понимаю, на что ты рассчитывал?!

— Ну, насчёт того, что мои удары ничего не значат, я бы поспорил, — перебил Германа я. — Вода, как говорится, камень точит. Клан становится слабее, а конкурентов, желающих занять его место, немало. Это во-первых.

Герман молчал, склонив голову набок, с издевательской вежливостью выслушивая мои аргументы.

Я продолжал:

— Во-вторых — мне удалось создать тут целую агентурную сеть. Сеть по закупке и сбыту ресурсов, добытых у Грифонов. Некоторые, особо редкие, по налаженным каналам едут в моё подземелье, ускоряя его развитие. Ну и в-третьих — возможно, что прямо сейчас сокрушить клан я не смогу, но плацдарм на его землях уже создан. И он только расширяется.

— Всё сказал? — спросил Герман.

Я кивнул.

— Уезжай, — жёстко произнёс Герман, остановившись. — Срочно. Возвращайся в подземелье. Война закончилась.

— Договор скоро будет подписан? — спросил я. — Ничего об этом не слышал. Только вчера смотрел форум, и там...

— Он уже подписан. Две недели назад, — перебил Герман, и по его лицу скользнула мрачная ухмылка. — Официально объявят через десять дней. В канун Дня Основания, когда все светлые земли будут праздновать.

— Понял. Надо спешить...

— Ничего ты не понял. Кажется, ты забыл, что ещё совсем недавно был на грани того, чтобы тебя уничтожили. А сейчас, когда все про тебя забыли, окунувшись в новый глобальный эвент, почувствовал силу? Через месяц в твоих землях будут сотни и тысячи игроков. Ты рискнул и вышел на поверхность, похвально, да. Но не забывай теперь о том, что уровень игроков не ограничен силой подземелья. К тебе в «гости» могут прийти ребята уровня двухсотого, например. Или выше. Просто в качестве подстраховки и прикрытия. Через месяц от твоей крепости не останется и камня. Ты останешься заперт в подземелье. Хорошо ещё, если вообще сохранишь возможность существования. А может быть, и вовсе будешь уничтожен вместе со своим подземельем. — Герман выдохнул и замолчал.

Об этом я уже думал. После подписания договора в светлые земли вернётся огромное количество игроков. Скорее всего, всё, что я успел создать, зачистят. Даже не «скорее всего» — зачистят точно. Вопрос времени. То же самое касается моего подземелья. Если до недавней поры мне удавалось избегать лишнего внимания, то теперь толпы потерявших источник развлечения и дохода игроков устремятся на поиски новых приключений. Одним из которых вполне может стать моё непомерно разросшееся подземелье. Только я не рассчитывал на то что договор будет подписан так быстро. Слухи, конечно, ходили, но они точно так же ходили месяц назад.

— Значит, надо возвращаться как можно скорее.

— Уж поспеши, — кивнул Герман. Потом, прищурившись, спросил: — Тебе, кстати, скоро до пятидесятого уровня?

— До пятидесятого? Сейчас моё подземелье тридцать восьмого.

— Уже скоро... Хорошо, — непонятно выразился Герман. На его лице мелькнуло удовлетворение.

— Что скоро? Что будет на пятидесятом?

— Позже расскажу. Сейчас тебе надо валить отсюда. И уводить своих солдат.

— Согласен.

Я поднялся. План отступления уже был продуман, оставались детали. Миньонов увести не сложно: надеть личины, свернуть лагерь, добраться до порта и уехать на первом попутном судне. То же самое касается последователей. Разбегутся разными путями, доберутся туда, куда я скажу. А вот что делать мне? Игроку с ником «Легионер»? Как мне, будучи членом клана, незаметно выбраться из его земель и пересечь море? Едва я исчезну из клана, не так уж сложно будет связать мою пропажу с внезапно прекратившимися нападениями. Просто так сказать «извините, я больше не в клане» тоже не выйдет. Меня не отпустят так просто. Надо как-то маскироваться и бежать.

Половина верных мне игроков всё это время держалась в портовых городках, организуя переправку грузов. Добытое в землях «Грифоньего Крыла» — трофейное снаряжение, редкие ресурсы, скупленные на аукционе ингредиенты — шло через Вельдмар транзитом. Миньоны в «Личинах» сходили с кораблей, смешивались с толпой портовых грузчиков, забирали товар и исчезали. Никто не задавал вопросов, никто не запоминал лиц. Это была не контрабанда в чистом виде — скорее логистика. Тихая, отлаженная, незаметная.

Мои первые последователи, а ныне — Тёмные Дозорные фракции «Последователи Мортиса» — проживали в портовом городе Вельдмар. Грязном, шумном, вечно пахнущем рыбой, смолой и мокрым деревом. Город жил за счёт моря. Здесь никто не задавал лишних вопросов, а чужаков было больше, чем местных, поэтому новые лица никого не удивляли. Именно через него я и завозил своих солдат, скрытых личинами. Линдар, Ийва и Громгар снимали комнаты в неприметной таверне на окраине, у самого порта. Пару раз помогали моим миньонам незаметно сойти с судов, переправляли кое-какие грузы, выполняли мелкие поручения — ничего серьёзного, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимания. Скользкими делами в основном занимались игроки рангом пониже.

Теперь же настал их час.

Я активировал метку фракции — ту самую, которую последователи видели на карте, когда я хотел их собрать. Сделал это для того, чтобы игроки поняли: ситуация серьёзная. Пусть бросают всё и готовятся к отходу. Видеть метку могли только Тёмные Дозорные. Остальным передам сообщения иначе. Сперва надо эвакуировать меня, не поднимая суеты.

До Вельдмара мне было около полудня пути верхом, если ехать через старую дорогу вдоль побережья. Выезжать нужно было ночью, чтобы к утру уже быть на месте.

Перед уходом я ещё раз прошёлся по своей комнате, проверяя, не оставил ли следов. Обычная каморка десятника: кровать, сундук, стол. Все ценные вещи уже лежали в расширяющейся сумке. Я расстелил постель — пусть выглядит так, будто я только что встал и вот-вот вернусь. На столе оставил недопитую кружку с водой и надкушенный кусок хлеба. Затем придвинул стул, повесил на спинку запасную рубаху, приоткрыл окно. Изнутри, на ручку двери, повесил записку, нацарапанную второпях: «Ушёл проверять караулы. Скоро вернусь». Такая записка могла выиграть мне несколько часов. Возможно, даже больше. Десятник, который проверяет ночью посты, — не редкость.

Я выскользнул за ворота незадолго до полуночи, когда вот-вот должна была начаться смена караулов и отстоявшая свою вахту стража была сонной. Ездового ящера взял из общих конюшен — маунт принадлежал стражнику, павшему в бою пару дней назад. Мой оставался на месте, чтобы никто не подумал, что я уехал. А этого — никто не хватится. Выехал через малые ворота, прикрыв лицо капюшоном. Стражник было окликнул меня, но я, не показывая лица, махнул грамотой-пропуском и растворился в предрассветном тумане.

Солдат явно ничего не успел прочитать, но его цепкий, намётанный взгляд увидел клановую печать — а больше ему ничего и надо было.

Дорога была пустынной. Ветер гнал по тракту сухие листья, вдалеке шумело море. Я ехал и думал о том, что оставляю за спиной. Полтора месяца в шкуре врага. Десятки диверсий. Сотни мелких пакостей. И всё это — ради того, чтобы в конце концов бежать, как побитая собака. Но Герман прав. Как ни печально это осознавать, поездка сюда была слишком поспешной и ранней. Ну, если не считать полученного опыта и добытых ресурсов.

Как опыта подземелья за совершённые диверсии, так и опыта личного. Опыта диверсанта в тылу врага.

Солнце едва начало вставать, как впереди показался Вельдмар. Город встретил меня криками чаек, запахом гниющей рыбы и скрипом корабельных мачт. Я миновал портовый квартал и остановился у таверны, над входом которой висела потемневшая от времени деревянная вывеска с выцветшим изображением осьминога. Название — «Спящий Осьминог» — читалось с трудом, но именно его я и искал.

Я привязал ящера у коновязи и вошёл.

Внутри было душно и полутемно. Полдюжины столов, за которыми сидели портовые грузчики и, несмотря на ранний час, уже (или всё ещё) выпивающие моряки, да пара подозрительных типов, слишком внимательно разглядывающих каждого входящего. Пахло жареной рыбой, дешёвым элем и чем-то кислым, напоминающим квашеную капусту. Трактирщик — толстый, с большими руками, испачканными в муке, — лениво протирал грязной тряпкой ещё более грязную стойку.

Кивнув ему, я бросил на стойку пару медяков, попросил поднять в девятую комнату кувшин эля и уверенно поднялся на второй этаж. Именно там расположились мои последователи.

Вошёл. Линдар сидел ко мне спиной, что-то рассказывая, размахивая руками. Ийва сидела напротив, подперев щёку ладонью, и смотрела в кружку. Громгар, откинувшись на спинку стула, даже сидя возвышался над столом, молча жуя кусок хлеба.

Я подошёл, отодвинул стул и сел.

— Ну наконец-то, — выдохнул Линдар, подняв на меня глаза. — Мы уже думали, ты не придёшь. Что случилось? Почему Мастер Мортис поставил метку?

— Пришёл, — ответил я спокойно. — Ситуация изменилась. Новый приказ. Нужно уходить из города. Срочно.

Ийва оторвала взгляд от кружки и посмотрела на меня внимательно.

— Что произошло? — спросила она тихо.

— Не знаю. Мастер Мортис приказал.

Линдар нервно потёр ладони.

— И куда мы отправимся?

— Обратно, — ответил я. — Туда, откуда пришли. Мы нужны Мастеру Мортису там.

При упоминании Мастера Линдар слегка выпрямился, в глазах мелькнул знакомый огонёк фанатичной преданности. Ийва только кивнула, но я видел, что она напряжена.

— У тебя есть план? — спросил Громгар, отложив хлеб.

— Да, — соврал я. Плана как такового ещё не было, но я не собирался показывать им свою неуверенность. — Нужно найти корабль, который доставит нас на юг. Первый же корабль. Обещайте что угодно, лишь бы капитан согласился. Если не получится договориться на всех — отправляйте только меня. Сами поедете следующим кораблём. Кроме того, надо переправить ещё двенадцать NPC.

— Двенадцать? Тех странных типов, что мы контрабандой привозили сюда? А куда тогда делись остальные? — осведомился Линдар.

— Да. Тех самых. А куда делись остальные, спросишь у Мастера Мортиса, если хочешь, — кивнул я.

Линдар махнул головой. По лицу было видно, что спрашивать подобные глупости у Мастера Мортиса он не собирался.

— Сегодня же? — Ийва вскинула бровь. — А может, чуть позже? Прямо сегодня корабль можем и не найти. А вот если бы у нас было два-три дня, то и цена была бы поменьше, и судно поприличней.

— Плевать на цену. Плевать на условия — можем плыть хоть в рыбацкой лоханке. Позже, чем сегодня, нельзя, — отрезал я. — Меня будут искать. Уже ищут. — Я показал на место над ником, где ещё вчера висела иконка клана. — Я вышел из клана. Пришлось, чтобы меня не отследили. Теперь меня будут искать. Мне нельзя светиться. Ваша задача — подготовить всё необходимое для отхода. Найти корабль. И — никому ни слова. Даже друг другу.

— Мы поняли, — тихо произнесла Ийва.

— Вот и хорошо. Можете идти прямо сейчас.

Игроки уже поднялись из-за стола, когда я махнул рукой, останавливая их.

— Хотя постойте. В городе происходит что-то, что мне следует знать?

Линдар, склонившись над столом, быстро зашептал:

— В порту стало неспокойно. Патрули усилены, нескольких подозрительных задержали. Ходят слухи, что где-то в окрестностях был замечен отряд нежити... — Линдар внимательно посмотрел на меня, словно пытаясь понять, причастен ли к этому Мастер Мортис или это просто совпадение.

Я сидел со скучающим, ничего не выражающим лицом. Ещё немного побуравив меня взглядом, Линдар продолжил:

— Пока только шепчутся, официально ничего не объявляли. У южных ворот стража проверяет всех подряд, смотрит документы, иногда и в телегах копается. Расписание выхода кораблей пока не меняли. Вчера два судна ушли на север, одно — на юг, под завязку гружённые. В двух из них наши грузы. В гавани ошвартовано ещё шесть, там тоже есть наш товар. По маршруту нам подходят три, одно из них — идеальный вариант: следует практически напрямую в Клык Бури. Капитан, говорят, жуткий скряга, но если заплатить вперёд и заплатить щедро — возьмёт.

— К нему идите первым, — заключил я, когда он закончил. — Вперёд. Работаем.

Игроки почти вышли, но я задержал их ещё на мгновение.

— И помните: если нас раскроют, Мастер Мортис будет в гневе. Поэтому — никакой самодеятельности. Предельная осторожность. Всё делаем тихо.

Когда игроки ушли, я, дождавшись принёсшую кувшин эля служанку, запер дверь, подошёл к окну и отодвинул занавеску. Внизу, на улице, уже разгорался день. Город просыпался: торговцы выставляли лотки, матросы тянулись к порту, где-то рядом перекликались стражники. Из-за крыш виднелись мачты кораблей, стоявших у причалов.

Я прикрыл глаза и потянулся к тем, кто ждал на окраине города.

Отряд был на месте. Двенадцать бойцов, те, кто успел добраться до города: восемь метателей, четыре снайпера. Все — в «Личинах», без оружия на виду, в простой дорожной одежде, купленной ещё в порту. Они расположились среди развалин старого складского района, где обычно собирались бродяги и нищие. Никто из них не выделялся. Не привлекал внимания. Просто двенадцать усталых бродяг. Призрак-разведчик парил над их лагерем невидимой тенью и держал под контролем все подходы.

Я вздохнул. Хорошо бы, если бы они ушли с нами. Но, если не выйдет, пусть ждут следующего судна. Их не так ищут, как меня, и потому им проще. Я же должен был в первую очередь вернуть в подземелье юнита с именем «Мастер Мортис». Того самого, на котором держалась фракция, квесты и сама идея последователей.

Проверять, что будет, если его убьют, я не собирался. Может, всё и не так страшно — в конце концов, при смерти в подземелье миньоны воскресали без потерь. Но тут, вдали от своих земель, в глубине чужих территорий... Слишком много неизвестных. Слишком велик был риск потерять не просто миньона — легенду. Не уверен, что смогу создать ещё одного такого же. К тому же, убив скелета-NPC в личине игрока, мои враги смогут сделать правильные выводы, а я лишусь одного из козырей в рукаве.

Я отошёл от окна, снял плащ и убрал его в сумку. Затем сел на край кровати и принялся ждать. Ийва и остальные должны были вернуться к полудню.

Они вернулись раньше.

Линдар ввалился в комнату первым, и по его довольному лицу я сразу понял: дело сдвинулось.

— Есть корабль, — выдохнул он, затворяя дверь. — Тот самый, до Клыка Бури. Капитан запросил тридцать серебром за четверых, но торговался как проклятый. Сбил до двадцати двух. И ещё пять — за молчание.

— С чего вдруг молчание? — нахмурился я.

— Ну... он сразу смекнул, что мы не просто путешественники. Слишком уж спешим. Я ему наплёл, что мы должники одного торговца, нужно убраться из города, пока не нашли. Он ухмыльнулся и цену поднял. Скотина. Но, по крайней мере, не задаёт вопросов.

— Хорошо, — кивнул я. — Когда отплываем?

— Сегодня, после обеда. В четырнадцать — отдача швартовых. Капитан велел быть у причала за час до отплытия. Если опоздаем — уйдёт без нас. Говорит, ветер не ждёт.

— Отлично. Что с нашими?

Линдар переглянулся с Ийвой. Та покачала головой.

— Я поговорила с грузчиками, — тихо произнесла она. — У них жёсткий недобор. Похоже, ещё двенадцать человек могли бы устроиться на соседний корабль грузчиками. Работа в качестве оплаты за доставку. Но он пойдёт завтра утром. И будет заходить в каждый порт. Время в пути — больше двух недель.

— Сойдёт. Пусть выдвигаются завтра.

Ничего страшного со скелетами не случится, если им придётся немного потаскать тяжести. Единственное — как с этим справятся снайперы? С их лишними суставами таскать тюки — то ещё занятие. Но ладно, на месте разберёмся. Сейчас главное — покинуть земли вражеского клана.

— Хорошо, — я поднялся. — Выходим за два часа до отплытия. По одному. Первым уходит Громгар, осматривает подходы к причалу. Через десять минут за ним Ийва. Потом Линдар. Я — последним. Держимся порознь, на причале садимся как обычные пассажиры. Если что-то идёт не так — уходим в портовый квартал и теряемся в толпе. Если кто-то не доберётся до корабля, не ждём. Отчаливаем без него. Только если этот кто-то — не я.

Игроки переглянулись. На несколько мгновений в комнате повисла тишина, но возражать никто не стал.

— Выполняйте, — произнёс я.

Громгар косился на кувшин с элем с самого начала. Я поймал его взгляд и, помедлив мгновение, кивнул.

— Только не захмелей, — предостерёг я его. — Сейчас нам нужна ясная голова.

Игрок усмехнулся в ответ, взял кувшин и отпил глоток.

Мы ещё немного посидели в комнате, молча. Каждый готовился к выходу по-своему. Ийва теребила тетиву, Линдар крутил в руках кинжал, то и дело поглядывая на дверь. Наконец я поднялся.

— Время.

Громгар вышел первым. Не прощаясь. Я подошёл к окну и стал наблюдать за улицей. Он показался внизу через пару минут: вышел из дверей таверны, потянулся, лениво огляделся, потом сунул руки в карманы и неторопливо побрёл в сторону порта. Ийва выскользнула следом — тонкая фигура в тёмном плаще мелькнула в толпе и растворилась.

— Линдар, — позвал я.

Тот уже стоял у двери.

Я остался в комнате один. Подождал пять минут, потом ещё пять. За это время успел снять с пояса лишнее, проверить, как сидит личина, и ещё раз пройтись ладонью по лицу — наваждение, будто под пальцами может проступить кость.

Потом спустился вниз.

В зале было немноголюдно. Трактирщик, зевая, полировал стойку. Пара завсегдатаев, небритых и сонных, сидела у окна. Я бросил на стойку последние монеты, не глядя, и вышел.

Утро уже окончательно вступило в свои права. В порту кипела работа. Грузчики таскали тюки, матросы отвязывали канаты, где-то рядом кричали чайки. Я шёл вдоль причалов, стараясь держаться в тени зданий. Лицо прятал под капюшоном.

Нужное судно — «Утренний Зверь» — стояло у дальнего пирса. Небольшой торговый корабль, две мачты, обшарпанные борта. Команда суетилась на палубе, загружая на борт остатки товаров. Я ещё издали заметил Линдара — тот стоял у сходней, негромко переговариваясь с одним из моряков.

Удивительно, но добраться до Клыка Бури удалось без приключений.





Глава 23. Вторжение.


Я вернулся в Мёртвую Падь на рассвете седьмого дня после того, как мы отчалили из земель Оболонской. Добрался не один — с грузом, который удалось добыть и который следовал в трюме корабля, правда под другим именем — именем одного из моих последователей. Груз на арендованных возницах добрался в деревушку, стоявшую в нескольких десятках километров от границы моих земель. Там его разместили в нескольких заранее арендованных складах.

Спустя пару дней в деревню наведался отряд скелетов-метателей на трёх Костяных Тягачах. Деревня перестала существовать. А товар оказался в руках истинного хозяина.

Ещё пару дней спустя из земель Оболонской вернулись миньоны, плывшие следующим рейсом. Они пробирались через светлые земли пешком, разбившись на две группы. И по пути навели шороху.

Первая группа остановилась на ночлег в маленькой деревушке Верхние Ключи. Дворов тридцать, из достопримечательностей — коровник, колодец и кузница. Ночью деревня перестала существовать. Всё ценное погрузили на телеги и увезли в Падь. По пути наткнулись на обоз — пять телег, десяток простых наёмников в охране. Миньоны нанялись в его охрану, а ночью, стоя в смене, перебили стражу и самого купца. Те даже не успели вытащить клинки из ножен. Добычу потащили в сторону Пади, телеги потом бросили на границе, предварительно подпалив. От лошадей избавились, остаток пути проделали верхом на Тягачах.

Вторая группа наткнулась на заставу на дороге. Два десятка часовых, склад с оружием, караульная башня. Попросились на ночлег. Их пустили, но заперли под замок, выставив часового. Не помогло. Ещё не успело встать солнце, когда мой отряд, подсвечиваемый всполохами пламени от догорающей заставы, скрывался в опушке ближайшего леска.

Миньонов объявили в розыск. По всем окрестным городам разослали описание, что-то вроде: «Группа неизвестных, действует под видом мирных путников, замечена в ограблении деревень и караванов. Плюс описание внешности с особыми приметами». Но описание — разумеется, под видом личин. С моими землями это никто не связал. Все думали, что лютует шайка разбойников.

Следом подтягивались остальные миньоны, оставленные на том берегу.

Они выбирались из земель «Грифоньего Крыла» постепенно — по одному, по двое, мелкими группами. Кто-то шёл пешком через леса, кто-то нанимался в попутные обозы, кто-то плыл вдоль побережья на рыбацких лодках. Все — в «Личинах», все — под видом обычных путников, бродяг, наёмников без клана. Как правило, их дорога была вымощена мертвецами и залита кровью.

Один за другим они просачивались через границу Мёртвой Пади по одному и растворялись в её землях. Скелеты-метатели, снайперы, стражи, механики — все те, кого я успел вывести на поверхность за время диверсионной войны. Они возвращались домой, и с каждым днём гарнизон Некрополиса становился сильнее.

Но не только миньоны возвращались.

Последователи Мортиса тоже подтягивались. По одному, по двое, зачастую не зная имён друг друга. По моему приказу они стягивались в крупные города, которые теоретически могли бы стать опорными пунктами для атаки на мои земли. Те города, откуда удобнее всего было начинать поход против нежити.

Вельдмар, Клык Бури, Светлогорье, Приозёрье — ближайшие крупные населённые пункты, в которых прочно обосновались последователи. Каждый выбирал свой город, свою роль, своё прикрытие.

Часть сходила с корабля и сразу оседала в Клыке Бури. Снимали комнаты в портовых тавернах, устраивались работать грузчиками и заведующими складами. Днём — таскали ящики, слушали разговоры, запоминали лица. Фиксировали приходящие на склад товары. Ночью — сидели в общем зале, пили эль, играли в кости с матросами и солдатами. Они слушали и запоминали происходящее.

Ещё пятеро под руководством Ийвы выбрали Светлогорье. Там была светлая академия, специализирующаяся на разработке светлых артефактов, зелий и расходников. Ни один крупный поход против нежити не мог пройти без подобной поддержки. Заказов у Академии хватало, благо сейчас товар против магии смерти в ходу. Ийва устроилась в лавку алхимика — перебирала травы, растирала порошки, помогала с заказами. Алхимики — народ болтливый. Они знали всё обо всех. Кто приехал, кто уехал, кто сделал заказ, кто ищет артефакты и снаряжение против нежити. Полученную информацию Ийва обрабатывала и в виде коротких донесений раз в несколько дней отправляла в мой адрес.

Громгар — тот вообще не искал сложных путей. Он нанялся в городскую стражу Приозёрья. Вскоре стал там десятником. Охранял ворота, проверял документы, патрулировал улицы. Он видел каждый отряд, который входил в город. Каждый обоз, каждый караван, каждого наёмника. Вместе с ним, уже в роли простых стражников, было ещё двое последователей.

Аналогичная агентурная сеть разрасталась и в других городах. Последователи рангом поменьше — те, кто не получил ещё личного квеста от Мастера, но уже присягнул фракции, — расходились по округе, каждый на своё место.

Тихий Омут, Красный Яр, Медвежий Угол, Сосновый Брод, Зорье. Они устраивались писарями в ратушу, нанимались в охрану складов, таверны, портовые конторы и просто охотились в окрестных землях.

И каждый день они собирали информацию. Сколько солдат в казармах? Когда меняется караул? Где хранится оружие? Сколько обозов уходит в сторону Мёртвой Пади? Кто из кланов проявляет интерес к восточным землям? Какие отряды набирают добровольцев? Куда идут наёмники?

Каждый из них оброс связями. У Линдара были матросы, которые знали всё о кораблях. У Ийвы — академики, которые знали всё об артефактах против нежити. У Громгара — стражники, которые знали всё о патрулях. У каждого последователя рангом поменьше — свои люди в портах, трактирах, казармах, гильдиях.

И если бы кто-то начал собирать силы для атаки на Мёртвую Падь — я бы узнал об этом первым. Удар не смог бы остаться незамеченным. Ни один отряд не двинулся бы в сторону моих земель без того, чтобы я не узнал об этом за несколько дней. Кроме того, в наиболее ответственных местах — ключевых городах и крепостях, кроме игроков всегда был один или два миньона в личине. Они были дополнительными наблюдателями, на случай предательства.

Я завис над креслом на втором этаже библиотеки Некрополиса и читал донесения.

Линдар сообщал о прибытии в Клык Бури нового отряда наёмников — двенадцать человек, все тридцатые-сороковые уровни, нанялись охранять караван в сторону Светлогорья. Ийва писала, что в Академию поступил крупный заказ на бижутерию с защитой от магии тьмы. Громгар докладывал, что через ворота Приозёрья пришёл крупный обоз с оружием — сто ящиков, под охраной двух десятков наёмников.

Из Медвежьего Угла пришло сообщение: гарнизон крепости усилили на пятьдесят человек. Из Красного Яра: через город прошёл отряд под флагом «Северного Предела», направлявшийся на восток. Из Соснового Брода: караван с зельями и свитками ушёл в сторону Мёртвой Пади, но свернул на север — не к нам.

В итоге всё пошло немного не так как я себе представлял.

Я готовился к организованным, подготовленным, спланированным атакам — к крупным кланам, к легионам, к рейдам с боевыми машинами, магами поддержки, целителями. Но я ошибался. Всё оказалось намного проще.

Вместо организованных армий шли простые игроки. Реже — одиночки. Чаще — группы. Человек по десять-двенадцать: кто-то клановый, кто-то просто свободный, собравшийся по случаю. Они не были дисциплинированны, у них не было единого командования и общей тактики. Но их было много. Очень много. Они освобождались с фронта и искали, куда применить силы и навыки. Мои земли стали для них идеальной мишенью.

Количество игроков на границах росло с каждым днём. И в какой-то момент достигло такой цифры, что сдерживать их стало тяжело. Группы проникали всё глубже, обходили форпосты, находили бреши. Передовые отряды пробивались к моим предприятиям, срывая производство.

Не так давно группа из двенадцати человек прорвала оборону и перебила работников на лесопилке. Повредили оборудование, сожгли склад с готовой продукцией, разбили стоящий под погрузку Тягач. Подоспевший отряд метателей выбил наглецов за границу, но прецедент имел место. И, судя по всему, не последний.

Ежедневный захват новых земель, который уже начал входить у меня в привычку, остановился. Где-то пришлось даже отступить, отдав уже захваченные территории.

Пришлось перейти к обороне — отныне основной целью стало усиление рубежей. Всё, что можно было бросить на это, — бросили.

В ущерб экономике повсюду строились укрепления. Защитные вышки, опорные пункты. Сторожевые башни с орудиями на вершинах — не такими мощными, как «Вопль Бездны», но достаточными, чтобы отогнать небольшую группу. На каждой башне — несколько магов и лучников. У подножия — стаи тварей из окрестностей: волки, гарпии, шестилапы. Плюс три-четыре стража или метателя для ближнего боя. Опорные пункты стояли на всех ключевых направлениях, прикрывая шахты, лесопилки, торфяные разработки, астральную шахту.

По всей территории, на путях вероятного движения игроков, ставились ловушки. Десятки ловушек. Не только магические, но и простые — рылись ямы с острыми кольями, щедро смазанными разработанными в лаборатории ядами. Ловушки в виде ядов и болезней, замаскированных под добычу. Игроки, видя разорённую телегу с грузом, лезли внутрь — проверить, что там. Груз взрывался, накрывая неудачников облаком яда или новой болезнью, симптомы которой проявлялись позже.

Росло количество патрулей в режиме «свободной охоты». Метатели, снайперы, стражи — ходили по маршрутам, прочёсывали лес, проверяли границы. Свободно гуляющие призраки скользили между деревьями — невидимые, неслышимые. Сталкиваясь с небольшими отрядами, они уничтожали их без следа. Если на пути вставала группа посильнее, призраки не рисковали. Посылали сигнал союзным отрядам поблизости и неотрывно следили за врагом, нанося удар, когда тот был увлечён боем. Их целью становились целители и маги.

Призрачные Баньши парили над форпостами, готовые обрушить проклятия на любого, кто подойдёт слишком близко. Личи несли службу на башнях, накладывая усиления на защитников. Твари, обитающие в округе, быстро оценили пользу от их усилений. Личи работали на износ накладывая бафф за баффом на волков, шестилапов и гарпий. Отряды и одиночные твари сменяли друг друга, подходя за усилением и тут же устремляясь в бой с рвущимися в мои земли игроками.

Но у всего была цена.

Мои «мозги» — скелеты-маги, личи — вместо исследований занимались охраной. Они не создавали новых заклятий, не проектировали зданий, не искали технологий. Они стояли на стенах, дежурили в патрулях, следили за периметром. Исследования в подземелье замедлялись. Каждая новая башня, каждый опорный пункт, каждый патруль — это замедление развития.

Спустя неделю, кроме простых башен, на территории появилось несколько опорных пунктов-крепостей. В каждой — небольшой гарнизон. В случае прорыва они могли оперативно заткнуть «дыру», прикрыть важное предприятие, выбить прорвавшихся. Но территорий было слишком много. Миньонов катастрофически не хватало.

Я упёрся в лимит солдат, поэтому пришлось увеличить долю ресурсов, которая шла на усиление обитающих в моих землях тварей. Волки, гарпии, утопленники, шестилапы — все они получили целый ряд усилений. Больше силы, больше скорости, больше живучести. Пусть каждая тварь будет дороже, но пусть каждая тварь станет крепче. Это был единственный способ растянуть тонкий гарнизон на огромную территорию.

Донесения от последователей, сигналы от миньонов шли постоянно. Не прерываясь, одно за другим, не давая и секунды передышки. Один отряд сообщал о прорыве на восточной границе. Другой — о группе, замеченной у торфяных разработок. Третий докладывал, что видел убийц, пробирающихся к лесопилке. Четвёртый, пятый, шестой, седьмой — всё новые сводки, новые цифры, новые группы врагов.

Мне приходилось держать в голове одновременно сотни миньонов на всей территории Мёртвой Пади: их позиции, состояние, приказы, противников перед ними. И это только начало. Дальше будет хуже.

Голова болела не переставая. Я чувствовал, как сознание трещит по швам, не выдерживая такого насилия над собой. Прямо сейчас я одновременно вёл в бой шесть отрядов скелетов в разных частях земель. Отражал атаку на один из фортов — игроки штурмовали стены, карабкались по лестницам, и с вершины башни на них сыпались заклятия. Они думали, что ещё немного — и форт падёт. Не подозревали, что им в спину уже летит рой скарабеев и движется крупная стая волков. Я следил через призраков за разбившим лагерь на границе крупным отрядом — двадцать три человека, все сороковые-пятидесятые уровни, с ними два мага и целитель. Ждали подкрепления. Я видел, как они расставляют палатки, как разводят костёр, как один из них — видимо, командир — что-то чертит на земле. Карту? План?

И в этот момент меня вырвал голос Инженера.

— Хранитель... Хранитель!

Мой помощник повысил голос. Я открыл глаза — вернее, часть сознания вернулась в тронный зал — и посмотрел на него. Частичкой себя я всё ещё управлял миньонами: один отряд метателей как раз обходил скарабеев с фланга, стая волков приближалась к форту, призраки следили за лагерем.

— Да, — произнёс я. — Слушаю.

Если он побеспокоил меня, значит, случилось что-то важное. Убедившись, что Инженер знает своё дело хорошо, а где-то даже и получше моего, всю текучку с недавнего времени я позволил решать ему самостоятельно. Новые рессоры для Тягачей, новый материал, расширение шахт, а также прочие подобные вопросы он разбирался сам.

— У нас тут кое-какая разработка новая появилась, — Инженер поправил очки. — Не знаю, насколько полезна. По мне — так применение найти можно. Правда, ресурсы редкие нужны... Поэтому решил с вашего разрешения.

— Давай посмотрим. Рассказывай, в чём дело. За ресурсами, в случае чего, проблем не будет.

Я оживился. Новые разработки в сфере обороны — это как раз то, что нужно. И желательно не вышка, бьющая посильнее, или ловушка, наносящая больше урона, а что-то принципиально новое.

— «Оберег Посмертия» — так я его назвал, — на ходу начал рассказывать Инженер. — Оно запрещает игрокам возрождаться. То есть возродиться они могут, но только в городе. Свитки воскрешения или заклятия — не работают. Ну, не должны. Не знаю насчёт «Пламени Феникса» — это бафф у рыцарей-фениксов, позволяющий после смерти автоматически возрождаться, — а также ещё пары заклятий и навыков у особенных профессий, которые позволяют воскреснуть после смерти. Но это так, исключения. Стандартные заклятия работать не будут точно.

— Хм... — я задумался. — Звучит неплохо. Считай, любые потери будут необратимы. Это заставит их сбавить темп. Да и возрождение в городе забирает сто процентов потерянного после смерти опыта. То есть игроки будут терять опыт. Возможно, это заставит кого-то искать локацию попроще. А что с остальными характеристиками? Радиус действия? Заметность? Срок службы? И цена. Какие редкие ресурсы нужны?

— Радиус действия на первом уровне — минимум три тысячи метров, — Инженер сверился с планшетом. — Можно усилить, модифицируя до четырёх. Внутри этой зоны возрождение невозможно. Если игрок умирает — он отправляется в ближайший город. Автоматически. Без возможности выбора. Что касается заметности — Печать работает тихо. Она не излучает магии в обычном смысле, её нельзя засечь стандартными поисковыми заклятиями. Но она большого размера, то есть требует сооружения башни. Чем выше кристалл, тем больший радиус он покрывает. То есть на местности её будет легко заметить.

Мне показалось, или Инженер упорно избегал ответа на вопрос о стоимости постройки? Словно он боялся, что я, услышав её, тут же откажусь.

— Какого размера сам Оберег? — спросил я, внимательно наблюдая за инженером.

— Форма — Обелиск. Небольшой, примерно в рост человека. Чёрный камень, испещрённый рунами.

— Понял. Что ещё?

— Срок службы — пока цел носитель. Если обелиск разрушить — Оберег снимется.

— Хорошо. А цена? — напомнил я о самом главном.

Инженер помолчал, глядя в планшет.

— Тут сложнее, Хранитель. Для создания одного обелиска нужны: Осколки Проклятого Металла, Пепел Демона, Кровь Падших, Кристаллы Мучений. Кроме того — Слёзы Рассвета, Пыльца Солнечного Цветка и Святое Стекло.

Инженер развернул чертёж. На листе пергамента, испещрённом рунами и схемами, был изображён обелиск в разрезе — слои, каналы, кристаллические ядра.

Я присвистнул. Список серьёзный.

Неправильно истолковав мой свист, помощник засуетился:

— Смотри, Хранитель. Каждый ресурс выполняет свою функцию. Без любого из них конструкция либо не заработает, либо развалится через пару дней.

Он начал было объяснять, для чего нужен каждый элемент, но я жестом прервал его.

— Это всё?

— Нет. Ещё кое-чего по мелочи, но всё это есть у нас, поэтому я не озвучил.

— Понял. Ближайший аукцион через два дня, там всё и купим. Пока занимайтесь приготовлениями. Сколько обелисков нам надо?

— Минимум семь, чтобы прикрыть самые важные места. Желательно ставить так, чтобы они в зоне важных узлов обороны перекрывали своими радиусами друг друга — уничтожат один, будет действовать другой. Схему размещения я накидал... С учётом ландшафта... — Инженер прямо на ходу достал карту и указал несколько точек. — Вот тут, если разместим на Мрачном Клыке — то закроем территорию почти на шесть километров, считай, все болота будут закрыты.

Мрачный Клык — один из самых высоких холмов в окрестностях.

— Понял, — кивнул я. — Тогда ждём аукциона. И займёмся стройкой. Сколько бы это ни стоило.

— Хранитель...

— Да?

— На складах есть ресурсы. На три обелиска хватит прямо сейчас.

— Да? Давно я не проводил ревизию... — пробормотал я себе под нос. — Хорошо. Тогда начинай. Три обелиска — на ключевых направлениях. Восточная граница, южная, и у астральной шахты. Если игроки поймут, что воскреснуть можно только в городе — они задумаются, стоит ли лезть так далеко.

— Есть, Хранитель, — Инженер кивнул.

Я потратил ещё немного времени, изучая устройство обелиска, а также предлагаемую схему размещения. В пару мест внёс корректуру. Какой смысл размещать их там, где у нас нет обороны? Игроки там не погибнут. Поэтому я сместил печати немного в центр земель, под защиту форпостов.

Закрыл глаза. Часть сознания снова вернулась к миньонам. Скарабеи с волками уже добивали штурмующих форт, метатели атаковали нескольких игроков-одиночек, исследовавших мои земли.

Вскоре на территории моих земель один за другим начали вырастать Обелиски. Первый встал на восточной границе, у развилки двух дорог. Второй — на юге, среди болот, на холме Мрачный Клык. Третий — у астральной шахты, на скалистом выступе, откуда открывался вид сразу на несколько дорог в глубину Мёртвой Пади.

Первые дни ничего не изменилось. Игроки шли, как и раньше, — группами, парами, поодиночке. Лезли вглубь, нарывались на патрули, гибли. Затем темп немного снизился. Терять опыт не хотелось никому. Непонятная механика — отсутствие возможности воскресить павшего союзника и вернуть ему часть потерянного опыта — мало кому нравилась. Раньше, если в бою погибал один из отряда, его просто воскрешали — и отряд не становился слабее. Теперь приходилось либо отступать, либо ждать, пока игрок воскреснет и доберётся до своих. Что, кстати, в одиночку сделать весьма проблематично. Поэтому даже гибель одного-двух бойцов делала весь рейд сомнительным.

Я пользовался этим. Мы нападали из засады, выщёлкивали пару слабозащищённых бойцов, а после отступали. Повторяли несколько раз. Игроки, потеряв часть отряда, не решались преследовать и чаще всего отходили назад.

Это позволило мне хоть немного перевести дух.

Вернее, я так думал. Уже спустя пару дней пришло сообщение сразу от нескольких последователей в ближайших городах. Клан «Мошпит» собирал силы. Судя по всему для крупной атаки на меня. Клан владел огромным количеством земель большая часть из которых была по соседству от моих земель. Основной состав клана был задействован на войне, поэтому его не было ни слышно ни видно, но теперь, похоже, вернулся.

Вызывающие тревогу донесения шли одно за другим. Линдар сообщал из Клыка Бури: в порт прибыли три корабля с оружием — ящики с клинками, луками, бронёй. Все ящики с маркировкой клана. Ийва писала из Светлогорья: в Академию поступил крупный заказ на зелья восстановления, свитки воскрешения и амулеты против магии смерти. Заказчик — клан «Мошпит». Громгар докладывал из Приозёрья: через город прошёл отряд наёмников — NPC, три сотни клинков, все восьмидесятые уровни. Наниматель — всё тот же клан.

Клан собирал людей. Вооружал их. Закупал расходники. Формировал отряды. Открытых стычек с представителями клана пока не было — но подготовка шла полным ходом. Готовился крупный рейд.

И не только «Мошпит». Орден Охотников за Тьмой тоже подтягивался. После того как я разорил их факторию, поставил под репутационный удар в Приозёрье — они затаились. Восстанавливали силы. Собирали новых людей. И теперь, похоже, решили, что пришло время попытаться вновь. И, судя по донесениям, они заручились поддержкой «Мошпита» — или наоборот. Кто кого использовал, я не знал. Но вместе они представляли серьёзную силу.

Пути предполагаемого удара я знал. Через восточную границу, вдоль старой дороги, через болота — вглубь Мёртвой Пади. Я усилял гарнизоны, строил дополнительные укрепления. Перебросил дополнительных метателей и снайперов. Вывел из библиотеки магов и личей, вернул их на башни. Подтянул боевые машины.

Мои последователи пытались вредить врагу как могли. Срывали поставки — небольшие обозы с оружием и зельями, которые шли в лагеря «Мошпита». Уничтожали мосты — один мост через реку, второй через овраг. Разбивали склады — два склада с провизией, один с расходниками. Всё это — аккуратно, чтобы не раскрыть себя. Люди «Мошпита» и Ордена не должны были понять, что у них под носом работает агентурная сеть противника.

Но эффект был слабым. Слишком слабым. Мы срывали один обоз — приходили три. Разбивали склад — через день его восстанавливали. Уничтожали мост — они наводили переправу. Клан был крупным. Ресурсов у него было много. Удары были комариными укусами.

Интерлюдия. Лидер одной из разведывательных групп. Мастер Клинка 65 уровня по имени Даргел. Клан «Мошпит». Первая попытка захода на территорию новой локации «Мёртвая Падь».

Даргел вёл свой отряд в Мёртвую Падь.

Он только-только прибыл с войны. Едва только закончили с одними мертвяками, так сразу же взялись за других. Никакого разнообразия, — пронеслось у него в голове.

Впрочем — грех жаловаться. Во время войны с тёмными удачно удалось оказаться в нужное время в нужном месте. Очков славы, заработанных в бою, хватило на комплект необычного снаряжения своего уровня. Клинок и вовсе удалось приобрести редкого качества. Без ложной скромности, большую часть одноуровневых с ним игроков Даргел легко бы слил в бою. Так же льстило то, что он намного обогнал по силе тех, с кем одновременно начинал играть.

Но он отвлёкся. Локация реально опасная и непонятная. Они уже наткнулись на одну засаду и потеряли сразу двух боевых магов. Удивительно, что оказывается, тут есть то ли фича, то ли баг — но в местных землях воскресить союзников после смерти нельзя. Об этом инструктировали ещё до входа сюда, и теперь всё подтвердилось. Отряд, лишившись двух бойцов, продолжил свой путь. Цель — какая-то непонятная фабрика, которая была нанесена на карту предыдущими группами. Она располагалась на берегу реки, вроде бы как местные скелеты использовали течение реки для вращения и работы колеса. Квест, выданный Орденом охотников за тьмой, требовал исследовать её и разрушить. Вообще, в этой локации было чрезвычайно много квестов с очень большой наградой за них. Выше аналогичных в других локациях процентов на 40–50.

Даргел пробежался глазами по меню выданных квестов.

Эпическое задание: «Очищение Мёртвой Пади».

«Клыки для Ордена ур. 1» — 11/100 клыков мёртвых волков.



«Хвост Шестилапа ур. 1» — 0/10 хвостовых шипов.



«Печень Утопленника ур. 1» — 0/100 печени.



«Клыки Вожаков Волков ур. 1» — 0/10 клыков вожаков.



«Тысяча Мёртвых ур. 1» — 59/1000 убитых мёртвых существ.



«Сердце Гарпии ур. 1» — 0/50 сердец.



«Уничтожить производственную постройку ур. 1» — 0/1.



«Разрушить оборонительное сооружение ур. 1» — 0/1.



«Уничтожить боевую машину ур. 1» — 0/1.



«Падение Цитадели» — 0/1 (не активно).

За каждое выполненное задание платили более чем щедро — опыт, деньги, артефакты. Кроме награды, поднимался уровень репутации с фракцией Охотников за Тьмой, что открывало доступ к крутейшему снаряжению и различным другим предметам в магазине Ордена. Какие богатства хранились в самой Цитадели, было страшно даже представить... Жалко, что пока непонятно, как сделать этот квест активным.

Ладно, об этом будем думать позже. Сейчас надо уничтожить фабрику.

Фабрику. Даргел фыркнул.

Словно не нежить, а какие-то механизаторы, ей-богу.

— Впереди! Засада! — крикнул один из разбойников, бредущих в авангарде отряда.

— К бою! — скомандовал Даргел.

На отряд опять напала стая мёртвых волков.

Твари опасные, но если подходить к бою с умом, то легко можно обойтись без потерь.

Волки вышли из мёртвого леса беззвучно, как тени. Огромные, поджарые твари, закованные в костяные панцири, наросшие поверх шкур, — пластины, которые гасили удары и отводили клинки. Из пасти каждого волка торчали клыки длиной в ладонь, кривые, как серпы, а когти — тяжёлые, загнутые — легко рвали стальную броню, как бумагу. Они двигались стремительно, слишком стремительно для своих размеров. Один прыжок — три метра. Ещё один — и волк уже рядом, пасть открыта, слюна капает на землю, глаза горят белым огнём.

Размышляя над всем этим, Даргел уже вытащил свой редкий клинок из ножен и поспешил вперёд. Доведённым до автоматизма движением выхватил с пояса склянку и швырнул в сторону схватки.

«Светоносная эссенция» — новая разработка Светлогорской Академии. При разбитии создаёт облако, которое снижает характеристики мёртвых тварей в несколько раз. На живых не действует. Стоит дорого. Но на войне с нежитью — незаменима.

Облако взорвалось белым, слепящим. Примеру Даргела последовало ещё несколько игроков. Ещё одна вспышка. Ещё.

Рев волков, от которого до этого стыла кровь в жилах, сменился на жалобный скулёж. Твари заметались, попытались отступить, но было поздно. Даргел уже был среди них, клинок мелькал в воздухе, оставляя за собой багровые росчерки. Ещё двое бойцов бросились следом. Лучники били с дистанции — стрелы с зачарованными наконечниками находили цели.

Две минуты — и схватка была закончена. Стая волков пыталась сбежать, но игроки настигли и добили её. Благо что опыта за ослабленных тварей давали ровно столько же, сколько и за полноценных.

Короткая передышка, сбор трофеев — за клыки и когти хорошо платил Орден, кроме того, повышая уровень лояльности, позволяя закупаться новыми предметами. Восстановление сил — зелья, свитки, короткий отдых. И отряд двинулся дальше.

Даргел шёл впереди, всматриваясь в мёртвый лес. Параллельно его отряду двигалось ещё несколько десятков таких же. То, что они завладеют богатствами этой богами проклятой локации, было просто вопросом времени.

Они смогли сокрушить тёмных игроков под Кровавым Бродом — в той мясорубке, где полегли тысячи с обеих сторон, где воды реки стали алыми на несколько недель. Они выстояли. Они победили. А таких же тёмных NPC сокрушат и подавно.

— Стоп. Видим эту... — разведчик на мгновение замешкался, подбирая подходящее слово. — Фабрику. Колесо крутится...

— Понял, — ответил Даргел. — Посмотрите пути для атаки и возвращайтесь к отряду. Ударим все вместе.

Даргел замер в кустах, внимательно изучая загадочную постройку.

Здание стояло на самом берегу, вросшее в скалистый выступ, будто его вырубили прямо в камне. Длинное, приземистое, сложенное из чёрного базальта — того самого, пористого, с вкраплениями серых прожилок. Стены были массивные, без окон, только узкие бойницы под самой крышей. Крыша — плоская, с наклоном в одну сторону, деревянная, поросшая серым мхом.

Сбоку, у самой воды, вращалось колесо. Огромное — в три человеческих роста. Из чего-то белого... Костяное что ли?! И точно! Оно собрано из сотен сросшихся позвонков, скреплённых каким-то чёрным клеем или смолой. Лопасти — плоские костяные пластины — загребали воду и медленно поднимались, чтобы через мгновение снова уйти вниз. В окрестностях стоял низкий, вибрирующий гул, от которого ныли зубы.

Колесо вращало вал. Вал уходил внутрь здания, в тёмный проём под стеной. Что там было дальше — не видно. Только время от времени из проёма вырывался сноп багрового света и слышался глухой, тяжёлый удар. Будто что-то сдавливало. Будто что-то ломало.

Внутри, судя по звукам, шла работа. Гудели механизмы, шипел пар, что-то скрежетало. Из широкой трубы на крыше поднимался дым — не обычный, а зеленоватый, с запахом гари и гнили. Он стелился над рекой и таял в воздухе.

У входа суетились двое скелетов в кожаных робах, с ключами на поясах. Они то заходили внутрь, то выходили, занося мешки и вынося ящики. Двигались деловито, размеренно. Не обращали внимания ни на лес, ни на реку, ни на кусты, где сидел Даргел.

Да уж, местные скелетики молодцы. Строение капитальное. Интересно даже, что там внутри? Выглядит тихо и спокойно.

А задание-то оказалось не такое уж сложное, как рассказывали. И локация простая. Зря пугали. Наверное, она сложная для них... Просто у них нет того опыта, что есть у меня, — самодовольно думал Даргел.

Для верности он наблюдал ещё несколько минут, а затем после недолгих колебаний дал приказ выдвигаться. По изначальному замыслу он должен дождаться остальных отрядов, а затем действовать сообща. Но зачем ждать остальные отряды? Цель перед нами. Охраны нет. Всё просто. Если бы тут была охраняемая крепость — дело одно. А так... Глупо тратить время.

Даргел уже видел изумлённые лица своих коллег-командиров, когда они подберутся к строению, а оттуда ленивой скучающей походкой, пожёвывая соломинку, вылезет Даргел и с насмешкой в голосе спросит: «Вы чего так долго-то, а?» Воображение нарисовало эту сцену так ярко, живо и вкусно, что Даргел помимо воли ускорил шаг.

Но нежить оказалась не так проста.

До постройки было не более двадцати шагов, как из ближайшего лесочка вылетели сразу несколько десятков длинных стрел. Даргел на ходу срубил одну из них, резко прыгнул в сторону, пропуская ещё две мимо. Но не всем так повезло. Где-то за спиной захрипел кто-то из игроков, не успевший среагировать. Стрелы наносили урон просто колоссальный.

— Вперёд! К стенам! Там они нас не достанут! — закричал он, переходя на бег.

Невидимые лучники из кустов выстрелили ещё несколько раз, но уже готовые игроки не позволяли задеть себя.

Скелеты. Даргел читал про них в клановой методичке по локации. Опасные твари. Намного более сильные и умные, чем любые обитатели окрестных земель.

Даргел добрался до укрытия — стен, сложенных из массивного чёрного камня с пористой структурой. Ухмыльнулся. Обернулся посмотреть, как там маги. Он совсем недавно стал лидером и совсем забыл, что у него в арьергарде плелись уязвимые, но наносящие огромный урон бойцы.

Магов не было.

Даргел бросил взгляд на таблицу группы и обомлел. Из всей группы в живых оставалось трое: сам Даргел и ещё двое воинов. Маги, целители, лучники, разведчики — все они погибли.

Как это произошло? Даргел не понимал. Неужели всё лучники? Нет, точно нет. За один залп они не могли выкосить буквально всех. Наверное, был кто-то ещё... Сука, и не воскресить никого! Еб...ая локация!

— Но как... — пробормотал опешивший от столь быстрого изменения расклада сил игрок.

Идея штурмовать «беззащитную» постройку, ещё полминуты назад казавшуюся идеальной, теперь казалась дурацкой. Он уже начал размышлять о том, как объяснит лидеру то, что нарушил приказ, когда из леса вышел отряд из двух десятков крепких, одетых в усиленную металлом броню скелетов. В руках у них были круглые щиты и короткие копья. Скелеты, не нарушая строя, медленно окружали Даргела и остальных. С одной стороны — стена. С другой — враг.

Не давая мертвякам осуществить задуманное, Даргел, наложив на себя усиление «Вихрь клинков», бросился в бой. Легко сбил мечом в сторону несколько летевших в его сторону копий. Размахнувшись, обрушил свой клинок на щит скелетов, намереваясь разрушить строй и ворваться в его глубину. Там, на короткой дистанции, среди врагов, копья будут бесполезны, и Даргел сможет перебить их... Сможет...

На удивление, скелеты повели себя грамотно. Не позволяя игроку проломить строй, они отступили под его напором. Строй не нарушился — просто изогнулся, как гибкая лоза, уступая там, где давят, и наступая там, где давления нет.

Миг — и Даргел оказался окружён. Он метался из стороны в сторону, ударяя по щитам, пока не пал под ударами копий.

«Бля, почему я не дождался остальных», — мелькнула в голове последняя мысль, перед тем как игрок возродился в городе.

Напрасно. Зря он заморачивался по поводу того, как будет объяснять лидеру то, что не дождался остальных отрядов. Ведь остальные и вовсе не добрались до заданной точки, а были уничтожены ещё на подходе.

Глядя на то, как мои миньоны добивают остатки передовых отрядов «Мошпита» и Ордена, я удовлетворённо хмыкнул.

Первый раунд за мной.

Мне повезло. Я знал об атаке заранее. Знал маршруты. Знал вооружение и состав отрядов. Продумал оборону. Кроме того, благодаря одному из моих последователей половину «Светоносных эссенций» ещё на складах удалось заменить на «Вытяжку тёмной энергии» — которая не то что ослабляла нежить, а усиливала её на короткий срок. Когда игроки швыряли склянки в моих волков, ожидая, что те взвоют и ослабеют, — волки становились только злее. Быстрее. Сильнее. Я видел их лица — вытянутые, ничего не понимающие. Ещё бы. Ты кидаешь зелье, чтобы ослабить врага, а он от него только крепчает.

Опыт и дроп, полученные с отрядов, практически полностью ушли на поддержку действий моих последователей — награды, деньги для взяток и так далее. На само подземелье почти ничего не осталось.

Но если первый раунд остался за мной безоговорочно, то дальше всё пошло хуже.

Лидеры клана Мошпит, сделали правильные выводы. Походы теперь планировались аккуратнее, тщательнее. Усилилась охрана складов.

И самое страшное впервые за всё время часть моих последователей была раскрыта. Репутация игроков была уничтожена, некоторых из них даже судили по местным законам и приговорили к наказанию. Самое страшное — была раскрыта фракция. О ней узнали. Узнали о существовании игроков, мешающих действовать врагам «Мёртвой Пади». Узнали, что есть целое сообщество игроков, которое играет за чужую сторону. Меры предосторожности, и без того усиленные после моих диверсий, усилились ещё в несколько раз. Благо о существовании «Личин» так никто пока и не знал. От греха я вывел с территории светлых всех своих миньонов, их использующих. Разведка и возможность диверсий не стоит риска потери такого козыря. Он может понадобиться позже.

Но у этого была и другая сторона медали. Из-за чрезмерных мер безопасности, игроки сами душили своё снабжение, логистику и подготовку к бою бюрократией, я удовлетворённо хмыкнул. Принимаемые ими меры не могли не сказаться на скорости работы.

Теперь, чтобы элементарно снарядить отряд со складов, пять раз всё перепроверялось, оформлялись документы за подписью пяти лиц, которых ещё нужно было поймать. А каждую партию клинков, артефактов или зелий проверял лично специальный маг — что тоже затягивало процесс.

В целом сила «Последователей Мортиса» особо не пострадала. Игроки чаще всего не знали ни ников, ни лиц друг друга и поэтому сдать не смогли. Повышенные меры безопасности сделали попытки вредительства неоправданно рискованными, поэтому вместо диверсий мои последователи начали заниматься немного другим. Они подогревали и без того разросшуюся до небывалых высот параною врага.

Вовсю шла «охота на ведьм». Карались даже те, кто ни в чём не был замешан. Игроки доносили на тех, кто им не нравился, или на тех, кто, как им казалось, сотрудничал с Мастером Мортисом. И я пользовался этим.

Мои последователи подбрасывали владельцам складов и предприятий сомнительные вещи, указывающие на сотрудничество с тьмой. Кому-то — амулет фонящий тьмой. Кому-то — письмо с планом поставок в Мёртвую Падь. Кому-то — пару бутыльков неправильного «Эликсира Очищения» в подвале. Достаточно было одного доноса, чтобы началась проверка. Достаточно было одной проверки, чтобы дела встали. Достаточно было одного подозрения, чтобы репутация рухнула.

Я не мог уничтожить врага. Не мог перебить их всех. Но я мог сделать так, чтобы они перегрызлись между собой. Чтобы каждый боялся каждого. Чтобы донос стал оружием, а подозрение — приговором.

Первый раунд я выиграл. Второй — крепкая ничья. Но как оказалось война только начиналась...





— Идут, — произнёс я вслух, получив сигнал от наблюдающего за врагом призрака. — Готовимся.

Я был на поверхности в теле Мастера Мортиса. Окружающие меня миньоны — семь десятков метателей, двадцать налётчиков, три десятка снайперов, личи, маги — не ответили. Скелеты неподвижно замерли на заранее оборудованных позициях, готовясь нанести удар по врагу.

Мы ожидали очередную попытка вторжения.

Где-то на расстоянии километра, единым клином, шли почти полторы сотни игроков различных классов и профессий и поддержке двух сотен NPC-орденцев и наёмников.

Тактика врага поменялась. Теперь они действовали аккуратней. Крупные силы занимали небольшую территорию, очищали её, обосновывались, укреплялись, устанавливали защитные артефакты — и только потом шли дальше. Таким образом они вторглись уже почти на пол километра вглубь моих владений и потихоньку приближались к первому рубежу обороны.

Ещё до подступа к нему я решил ударить первым, пока враг не ждёт Сидя в обороне войну не выиграешь.

Повёл плечами, наклонил голову вправо-влево. Перебросил дротик из руки в руку.

К бою готов.

Наблюдая глазами одно из призраков вижу как игроки заходят всё глубже и глубже. Всё ближе к месту засады. Впереди отряда, на расстоянии нескольких сотен метров движется три пары разведчиков.

Они ещё не подозревают что за их спинами зависли бесплотные убийцы, готовые нанести удар в любую секунду.

Вдруг от отряда отделилась и взмыла в воздух стремительная тень.

— Эх, опять пытаются. Ничему жизнь не учит, — покачал головой я.

Похоже что в атакующем отряде была парочка друидов. Они уже пятый раз пытались организовать воздушную разведку с помощью птиц. Пытались — потому что едва их пернатый разведчик поднимался в воздух, тут же находилась безбашенная гарпия, готовая разменять свою жизнь на его.

Так вышло и сейчас — мысленный посыл к существам, населяющим Падь. Двадцать секунд, и с кроны одного из мёртвых деревьев срывается каркающий силуэт. Пара минут, и он достиг вражеской птицы. Короткая схватка. Бездыханное тело падает наземь, а раненая гарпия с торжествующим криком пикирует, пытаясь скрыться среди деревьев.

Не повезло.

Пара запоздавших стрел, пара заклятий, и гарпия превратившись в кусок плоти рухнула на землю.

Я пожал плечами. Не жалко.

Главное — враг не имеет разведки с воздуха и не увидит отряд раньше времени.

Отряд противника совсем совсем близко.

Начали!

Команда призракам — удар из тени, и две пары разведчиков врага падают замертво, не издав ни звука.

А вот с третьей парой что-то пошло не так. Я не понял как, но они умудрился пережить удар призраков. Потерявшие бесплотность призраки — уявзимая цель. Миг, и они были уничтожены. Ещё миг, и игроки закричал:

— Враг! Тревога!

Раздался звук горна. Игроки спешно перестраивались из походного порядка в боевой, занимали круговую оборону. Во все стороны полетели поисковые и разведовательные чары.

Сука! Уже всё пошло наперекосяк! Ладно, работаем!

Мысленный приказ, а затем резкий бросок вперёд. Я, а за сразу за мной толпа скелетов вылетели из кустов.

До врага слишком далеко, поэтому вместо того чтобы, как планировалось изначально, обрушить на него рой пилумов, мы бежим вперёд, сокращая дистанцию.

Игроки, замешкав на пару мгновений, пришли в себя — на нас обрушился целый град заклятий и стрел. Они летели мимо меня, взрывались яркими вспышками. Пару стрел я принял на щит, одно заклятие сработало совсем рядом, снеся около двадцати процентов здоровья.

Другим миньонам везло меньше. Я, скрипя зубами, наблюдал, как одно за другим сыпятся сообщения о гибели моих солдат.

Раздался знакомый, заставляющий бежать мурашки по коже свист стрел. Вот и мы размочили счёт — первые игроки падают, хватаясь за горло, грудь, живот. Наконец-то в бой вступили снайперы.

Грохот, мелькнувшая в воздухе тень, прочертившая след фиолетовой траектории, а затем взрыв, отдающий магией смерти на несколько сотен метров.

А вот и «Вопль Бездны». Ещё один взрыв. Ещё один.

Всё правильно, у нас три машины, и все три отстрелялись.

— Мертвецы!

— Атакуют!

— Хил меня, я сейчас сдохну!

Всё смешалось. Крики, кровь, лязг оружия, свист стрел, взрывающиеся снаряды, вспышки заклятий, груды костей, в которые превратились скелеты после удара врага.

Перепрыгивая через камни, уворачиваясь или принимая на щит удары, я наконец добрался на расстояние броска. Размахнулся, отправляя свой пилум вперёд.

Попал.

Выкованный в кузнице мертвецов, зачарованный наконечник пробил нагрудник одного из игроков, повалив того наземь. Я даже не успел запомнить его ник — уже через мгновение обзор на него закрыл кто-то другой.

Спустя пару секунд меня догнали остальные метатели. В противника полетели копья. Воздух наполнился криками боли, стонами. Лог сообщений системной информацией о полученном опыте.

До врага было около двадцать шагов. Мы, выстроившись в боевой порядок, мы двинулись на противника.

Три шага — бросок пилума.

Три шага — бросок пилума.

Скелеты первой линии подняли щиты, выставили вперёд копья, не давая игрокам подойти.

Игроки дейстовали не согласовано, как толпа а не боевой отряд. Они толкались, лезли вперёд, мешали друг другу. А с другой стороны, подчинённые моей воле метатели действовали как единый организм.

Я был в первом ряду. Принимал на щит удары сразу трёх бойцов противника — танка, копейщика и варвара с двуручным топором. От постоянных атак врага мой щит потрескался, защитные чары исчерпали свой ресурс, запас прочности приближался к минимальной границе. Но свои функции он пока ещё выполнял. Я не только защищался, периодически огрызался короткими ударами копья — уровень здоровья противников напротив меня был на отметке около пятидесяти процентов.

Очередная попытка врага прорвать строй — танк бросился вперёд, и использовал массовый агр, заставляя сразу десяток бойцов первой линии, включая меня, атаковать его. Затем он отступил назад, как бы «выуживая» нас из строя к себе. Копейщик в этом время пытается ударить в глубину строя, а варвар, прикрываясь щитом, вклинивается в образовавшееся пространство, пытаясь внести в монолитую стену щитов раскол. В образовавшуюся брешь залетает сразу десяток заклятий, взрывающихся посреди скелетов. Видя, что построение нарушено, следом спешат остальные игроки.

Очень неплохо. Возможно, это бы сработало против простых мобов. Но точно не против нас.

Едва танк попытался вытянуть из строя метателей, мы тут же переформировали построение в клин. Скелеты на флангах отступили назад, оттягивая врагов на себя, в центре наоборот вышли вперёд, прикрывая фланги той самой десятки заагренных метателей, что оказались на острие клина. Поражённые заклятиями метатели отходят назад, восстанавливают здоровье зельями. Их место занимают бойцы резерва из третьей и четвёртой линий. Попытавшийся разбить наш строй варвар, по всей видимости, активировал что-то из разряда «Жажды крови» или «Ярости» — он практически не получал урона, размахивал топором с удвоенной скоростью. Это его не спасло. Удар сразу пяти копий, сковывающие цепи от подоспевших личей, несколько боевых заклятий от скелетов-магов завершили его славный путь.

Получившие отпор игроки отступили, оставив на земле сразу пару десятков тел.

Воспользовавшись полученной передышкой, я оглядел поле боя.

Несмотря на то что засаду обнаружили раньше времени, ситуация складывалась в нашу пользу. От отряда врага осталась в лучшем случае пятая часть. И они отступали.

Командиры отрядов что-то кричали, пытались организовать отход, не позволяя ему скатится в неконтролируемое бегство.

Тщетно.

Игроки и NPC, за редким исключением, толкали друг друга, кто-то рвался назад, кто-то наоборот стремился вперёд. Они сталкивались, внося сумбур. Всё это время мы закидывали их стрелами и дротиками. Боевые машины перестали стрелять, экономя снаряды. Противники, которым повезло уйти, скрывались среди мёртвых деревьев, ещё не зная, что их там уже ждут. Пара стай волков, рой скарабеев, три десятка утопленников при поддержке стаи гарпий замерли на ближайшей опушке.

Враги не уйдут.

Но и у нас не так всё гладко.

Треть бойцов ближнего боя была уничтожена. Уничтожены два десятка снайперов — маги противника умудрились вычислить место, откуда те вели огонь, и накрыли их несколькими десятками массовых заклятий. Хилым снайперам этого хватило.

Только я успел дать мысленную команду начать воскрешение погибших в бою бойцов, как перед глазами всплыл вид от лица одного из призраков.

Ещё один отряд игроков. Примерно такой же по численности. Идёт с западного направления.

Проклятие, да сколько же их.

— Вперёд! К Западному Бастиону!

Надо спешить. До форпоста по дороге около десяти километров. А враг уже через минут пятнадцать будет там... В форту гарнизон — десяток бойцов при поддержке баллисты. Долго им не продержаться. Конечно, миньоны Пади не будут сидеть без дела. Да и ловушки немного задержат врага. Но что бы остановить его полностью, требуется что-то серьёзней.

Деревья расступились, и мне открылся форт. Невысокие стены, основание из зачарованного базальта, верх — заострённый частокол. За стенами баллиста, стреляющая усиленными копьями тьмы. Враг расположился вокруг форта полукольцом. Держались довольно далеко — на безопасном расстоянии, как они считали, за пределами радиуса действия баллисты.

На земле вокруг форта разбросано два десятка тел — следы неудавшешгося штурма. Похоже, игроки пытались взять крепость с ходу.

Они всё ещё не видели нас. Не видели меня. Я помедлил пару секунд, дожидаясь остальных, а затем молча ринулся на врага.

Первым на пути мне попался беспечно расставляющий палатку игрок в лёгкой броне. «ШурСик», уровень 59.

Ну здравствуй, ШурСик.

Бросаю пилум, используя навык «Тёмный клинок». Критический удар по не ожидающему атаки игроку, четверной урон, игнорирование брони. Парень с первого же выстрела отправился на перерождение.

Мгновение спустя авангард отряда присоединился к схватке, врезаясь во фланг не ожидающему атаки воинству врага. Спустя ещё одного мгновение открыла огонь фортовая баллиста. Скелеты, обслуживающие баллисту, специально не стреляли ей на полную мощность, чтобы ввести в заблуждение врага касаемо её дальности.

Враг опомнился. Зазвучал боевой горн. Игроки попытались организовать оборону, сколотить подобие строя.

У них даже что-то начало получаться. Благодаря численному перевесу — от моего отряда сейчас сражалась в лучшем случае треть, остальные — маги, лучники, личи, баньши попросту не успевали за легконогими метателями и налётчиками и только-только подбирались к полю боя — враг начал нас теснить. Редкий огонь фортовой баллисты помогал, но решающего перевеса принести не мог.

Миньоны вокруг меня гибли.

В какой-то момент я понял что остался один среди врагов. Зарычав, я отбросил в сторону окончательно разрубленный на куски щит. Не глядя схватил с земли какой-то другой, судя по гербу на нём, ранее он принадлежал какому-то палладину.

Я метался среди врага, как загнанный охотниками зверь. Удар с одной стороны, тут же рывок в другую. Взмах копья, скачок назад. Скелеты раз за разом рвались вперёд, тщетно пытаясь отбросить врага, соединится со мной. Погибать и терять Мастера Мортиса мне не хотелось катастрофически.

Знакомый свист стрел. Вспышка срабатывающих «Копий тьмы». Сразу десяток врагов на перерождение.

Наконец-то. Подоспели снайперы и маги.

В этот же момент из леса за спинами врагов выбежал огромный шестилап. Он рычал от ярости, бежал, раскачиваясь из стороны в сторону. На бегу он задевал своим панцирем деревья, даже не замечая, как от этого их с корнем вырывает из земли.

Взмах тяжёлого хвоста, и сразу трое магов улетают в ближайший город. Следом за шестилапом из деревьев бесшумно скользя по земле поносится стая волков. Попавшие под удар хлипкие дамагеры тщетно пытались отступить.

В стане врага поднялась паника.

Крики.

Видя происходящее в арьегарде, часть бойцов с переднего края устремляется на выручку магам. Толкаются, мешают друг другу. В итоге вместо того чтобы отправить в тыл часть бойцов, туда устремляются практически все, оставляя фронт почти без сил.

Где же вы столько были, — пробормотал я. Хотя вопрос был риторическим. В последнее время мои земли так хорошо проредили, что ранее встречающиеся на каждом углу существа теперь были редкостью.

Отталкивая меня, вперёд выбегают три скелета-стража. Один из них бьёт клинком в щит, заагривая оставшихся игроков. Ещё двое, используя рывок, прокатываются через строй врагов, атакуя в спину тех, что спешат на помощь тыловым отрядам.

Я отступил за спины бойцов и тут же выпил «Эликсир Костяного Восстановления». Полоска ХП медленно поползла вверх.

Кажется, и эта схватка за нами. Игроки отступали в смятении, их осталось около полусотни. У меня уцелели два десятка метателей, пара стражей, по пять налётчиков и снайперов. Плюс магическая поддержка — скелеты-маги, личи и баньши, этих всех суммарно пятнадцать голов. Ну и где-то в лесу плетутся две катапульты, которые с их скоростью будут тут в лучшем случае через пару часов.

Но силы врага разбиты, он отступает. Это уже хорошо... — я осёкся, получив новый доклад.

Ещё один отряд.

Ещё две сотни бойцов. А самое страшное — с ними в качестве поддержки двое игроков двухсотого уровня.

— Ну всё. Это пиздец, — устало констатировал я. — Все в крепость! Будем играть от обороны!

Остатки отряда втянулись в ворота форта. Его размеры не были рассчитаны на такое количество бойцов, но вроде кое-как все влезли. Бойцы занимали оборону на стенах, восстанавливали здоровье, обновляли баффы.

Катапульты... Что делать с ними? Добраться до форта раньше противника не успеют точно... Ладно.

Я отдал механикам мысленный приказ, следовать к главной цитадели.

Одновременно с этим на мой зов, со всех окрестных земель в сторону форта потянулись миньоны. Где-то один, где-то два, где-то десяток. Гарнизоны, патрули в режиме «свободной охоты», охрана шахт, лесопилок, производств — все медленно стягивались к форту, где ожидался последний бой.

Так... Что там у нас по воскрешению? Я мысленно перенёсся в подземелье, проверяя, сколько бойцов успело восстановиться.

Всё плохо. Из почти сотни убитых заного обрели жизнь всего лишь чуть больше десятка. Вздохнув, я велел им оставаться в подземелье. Пусть будет хоть какой-то резерв на экстренный случай.

Прошёл час.

Передовые отряды врага показались из леса. Я следил за ними почти до самого подхода к крепости — через оставшихся в живых призраков. Следил до тех пор, пока один из хай-лвлов — судя по кинжалу в руке, убийца, — вдруг не поднял взгляд вверх. Он нахмурил брови, указал на что-то. Пока я соображал, что он указывает на моих бесплотных слуг, игрок уже велел паре магов разрядить в ту сторону массовые заклятия.

Ещё четверо призраков были уничтожены. Оставался один, но я берёг его как зиницу ока, не решаясь подставлять под удар. Погибнет он — останусь вообще без глаз.

И что же делать с этими хаями? Как миньонами в лучшем случае семидесятого-восьмидесятого уровней победить двухсотый? Какой-то пиз.ец.

Игроки, тем временем, не спешили приступать к штурму. Разбили лагерь где-то вдалеке, на границе леса.

Хотя это был не просто «лагерь». Тот, кто организовывал его, явно имел понятие в фортификации.

Вокруг лагеря вырыли ров — глубокий, с отвесными стенками, на дне — заострённые колья. За рвом поднялся частокол из заострённых брёвен, врытых под углом, чтобы затруднить подход. По периметру расставили светлые артефакты — высокие шесты на верхушке которые ровным золотистым светом мерцали символы Светоносного. Сияние расходилось на сотни метров, отгоняло тварей Мёртвой Пади и, что хуже, глушило некротическую энергию.

Внутри лагеря кипела работа. Игроки окапывались. Рыли дополнительные траншеи, укрепляли стены, ставили палатки. Кто-то разворачивал походную кузницу, кто-то — алхимический стол. Группа магов в сторонке что-то чертила на земле — судя по всему, готовила ритуал.

А по флангам, вдоль леса, я заметил движение. Небольшие отряды — по пять-шесть человек — расходились в стороны. Они несли с собой что-то тяжёлое. Я присмотрелся. Магические мины. Они устанавливали их на подступах к лагерю — на вероятных путях атаки. Активировали, маскировали, отходили дальше. Я пометил на карте каждую точку, где они останавливались. Потом ещё одну. Ещё.

Это не лагерь. Это крепость. Настоящая, продуманная, с обороной по всем правилам. Они не собирались штурмовать форт. Они собирались взять его в осаду. И ждать. Ждать, пока мои миньоны ослабнут. Пока светлые артефакты преобразуют некротическую энергию из земли. Будут ждать остальные отряды.

— Ладно, — пробормотал я, глядя на врага. — Значит, осада. Посмотрим, кто кого пересидит.

Словно в издевательство, тут же поступил ещё один доклад. С южной стороны ещё один отряд. Полсотни клинков. Без труда прошли через обескровленные владения, с ходу взяли сторожевую башню.

Ещё бы. Я же снял с неё весь гарнизон. Там оставался всего один скелет-маг, который погиб, не забрав ни одного игрока. А с захватом башни им открывалась прямая дорога на целый ряд производств.

Сука. Не хватало теперь ещё столкнуться с дефицитом ресурсов.

Шесть часов прошло в тягучем ожидании. Враг не атаковал, они просто выжидали, ни на секунду не переставая укреплять лагерь. Брать крепость в кольцо они тоже не спешили. Они ждали.

Чего?

Ответ пришёл на рассвете.

Из-за деревьев, со стороны их лагеря, показалась колонна. Несколько десятков тяжёлых повозок, гружённых чем-то, накрытым брезентом. Игроки подбегали к телегам, снимали грузы, срывали брезент.

Я ошибся. Они не хотят брать в осаду. Они просто ждали орудий. Сейчас начнут ровнять крепость с землёй.

На площадке перед их лагерем разворачивалась тяжёлая осадная машина.

Требуше.

Огромная, с длинными плечами и тросами толщиной в руку. На снарядах — руны, светящиеся золотом. Светлые артефакты. Каждый выстрел такого орудия пробьёт мои стены насквозь. Каждый снаряд — зачарован, освящён, предназначен для разрушения нежити.

Игроки суетились вокруг машины, проверяли механизмы, готовили её к стрельбе.

— Все в укрытие! — мысленно рявкнул я. — Приготовиться к обстрелу! Личи — щиты!

Самое хреновое что орудие далеко за пределами дальности даже нашей баллисты. Уничтожить их можно только вылазкой. Но взять такой укреплённый лагерь с моими силами невозможно.

Первый выстрел.

Мимо. Снаряд пропахал землю в пяти десятках метров от стены крепости. Игроки тут же подбежали к требуше и принялись выкручивать прицел.

Десять минут.

Ещё один выстрел. Опять недолёт, но уже ближе. Всего десять метров от стены.

Пока мне везёт, но вечно так продолжаться не будет.

Так, что там в подземелье? Может быть получится собрать хоть кого-то

Нет.

Восстановиться успели около тридцати миньонов. Такими силами врага не отбросить точно, поэтому я отправил их на защиту производств. Пока я заперт в крепости, второй отряд врага уже уничтожил три лесопилки, каменоломню и сейчас медленно двигался в сторону двух расположенных на реке прессовальных цехов. Эти служили для изготовления особого металла, применяющегося в производстве редкого снаряжения.

Кажется, это конец.

Я стоял на стене, хмуро наблюдая за приготовлениями к третьему выстрелу, когда вдруг меня кто-то потрогал за плечо.

Герман.

Как всегда, когда какой-то пи.дец, он тут как тут.

— Привет, — Герман вымученно улыбнулся. — Как дела?

Я в ответ только усмехнулся.

— Понял, — хрипло произнёс он и закашлялся. — Как ты отреагируешь, если я скажу, что у меня есть план, как тебе выбраться из этой жопы?

— Говори, — сказал я, глядя, как с требушета срывается третий снаряд.

БАМ!

Стены форта содрогнулись до основания, но выдержали. От зачарованного базальта во все стороны полетела каменная крошка.

— Говори, — потребовал я.

— Ну... Если ты просишь.





Глава 24. Можно ли убить бога?


— Нужна твоя помощь. — произнёс Герман после двадцати секунд молчания.

— Моя помощь? Ты шутишь? — я махнул рукой в сторону перезаряжающегося требуше.

— Ты и себе поможешь тоже.

— Давай к делу, а. — нетерпеливо ответил я. — Скоро этот форт разнесут к чертям.

— Хорошо. Что ты знаешь про отдельные золотые миры?

— Какие миры? — не понял я.

— Ну... Отдельно созданные под конкретного человека миры. Миры, где этот человек — бог. И творит всё, что хочет.

— Ничего об этом не слышал, — честно ответил я. — Ты можешь ближе к делу? Сейчас не время вести философские беседы.

— Это не философская беседа. Если я начну, как ты говоришь, «ближе к делу», то ты опять ничего не поймёшь. — Герман оскалился. На мгновение я увидел в нём прежнего, уверенного в себе странника. — Слушай меня и не перебивай, — Герман отвёл меня в сторону и, склонившись над моим ухом, зашептал: — Такие миры существуют. Люди, влиятельные и богатые из вашего мира, создают их под себя. То, что они там творят... не поддаётся никаким правилам и нормам. Они делают всё, что хотят. ВСЁ. — последнее слово Герман выделил особенно.

— И что? Тут тоже можно делать почти всё, что хочешь.

— Да? — Герман усмехнулся.

— Да. Секс, алкоголь, всё, что захочешь. Хоть оргии устраивай, никто тебе не указ. Хоть орки, хоть эльфы, хоть люди, хоть все вместе... Но я всё ещё не понимаю, к чему ты ведёшь. Зачем мне это знать?

— Я не устаю поражаться твоей наивности. Хорошо. Проще будет показать.

— Показать что... — начал было я, но помимо воли нырнул с головой в ролик виртуальной реальности.

Через время я вернулся в тело весь в холодном поту. Меня едва не тошнило от омерзения.

— И это ещё самые лёгкие кадры я подобрал, чтобы тебя не травмировать, — удовлетворённый моей реакцией, заявил Герман.

— Кто это?

— Это? Заместитель главы объекта №5, а заодно совладелец компании «Новая Эра». Тагиров Рашид Ахмедович — с усмешкой произнёс Герман.

— Кто?! Он же умер... сколько там... лет двадцать назад! — вспомнил я. — Его отстранили после скандала... с детьми.

Тут я вспомнил, что на видео, которое я видел, тоже фигурировали дети. И меня опять замутило.

— Не умер, а инсценировал свою смерть, чтобы избежать преследования, — ровно ответил Герман. — А сам погрузился в мир, созданный специально для него.

Я в ответ только покачал головой.

Водворилось несколько минут томительного молчания. Мерзость с видео упорно не шла из головы... Я теперь буду думать только над этим.

В это время в стену форта врезался очередной снаряд, но для меня это как-то отошло на второй план.

— Слушай... А те, на видео... это же NPC?

— Правильный вопрос, — Герман усмехнулся. — Нет. Это живые люди. Люди, пойманные на улицах и запертые в капсулы, где этот «человек» — бог.

— И они даже не могут умереть... — только теперь до меня начал доходить весь ужас происходящего. — Может, стоит сообщить в органы... Если это правда, его должны судить...

— Судить? А тебя справедливо осудили? А что касается органов... Кто, ты думаешь, ловит ему людей в его мирок?

— Не понимаю, что могу сделать я. От меня-то ты что хочешь?

— Помощи. Я хочу, чтобы ты с ним покончил.

— Я?! Покончил? Но как? Ты же сам говоришь, что он живёт в мире, созданном под него, где он всемогущий бог!

— Да. Я так и говорю. Но кто сказал, что богов нельзя убить?

— Слушай. Я бы рад помочь. Не знаю, что ты задумал, я готов выслушать план, но ты же видишь, что я сам на грани гибели. Вопрос разорения моих земель — вопрос времени! Я с удовольствием займусь этим вопросом, но может быть, давай позже?

— И у тебя, наверное, есть план? — Герман с наглой усмешкой уставился на меня.

— Нет, — покачал головой я после минутного поединка взглядов. — Но всё лучше, чем заниматься бесплодными попытками убийства богов.

— Посмотри ещё кое-что, — хмыкнул Герман.

— Стоп! Я не хо... — запротестовал было я, но вновь против воли окунулся в 3D-видеозапись. Да как он это делает!

Тут были дети. Много детей. Женщины. Мужчины. Боль, пытки и страдания, через которые им приходилось пройти, были просто чудовищны.

Если я могу прервать это. Остановить. Плевать. Я всё равно мёртв. А им ещё можно помочь. Есть только одно.

— Стой! Хорошо! Я согласен! Докажи, что это правда! Если это и правда так, я постараюсь помочь! — попросил я, не в силах смотреть за происходящим.

— Вот это правильный ответ. К тому же, поверь мне, это поможет решить и твои проблемы с врагами тоже.

— Клянись. — перебил его я.

— Что?

— Принеси Печать Немезиды, что всё сказанное и показанное тобой — правда. Что то, что я видел на видео, происходило на самом деле.

— Ты серьёзно?

— Клянись, или я прямо сейчас ухожу. А ещё не забудь упомянуть о том, что если я помогу тебе, то это поможет мне отразить атаку врага.

— Хорошо.

Печать Немезиды. Это клятва, которую нельзя нарушить.

Есть клятвы, которые нельзя нарушить. Есть клятвы, за нарушение которых платят жизнью. А тут ещё серьёзней.

Клянущийся произносит слова — простые, но от которых стынет кровь даже у богов. Небо темнеет, мир на мгновение теряет краски, и воздух становится тяжёлым, как вода. А потом — удар. Не гром в привычном смысле. Удар по самой ткани реальности. Мир вздрагивает. Земля идёт рябью. И тогда звучит голос — ровный, спокойный, лишённый эмоций. Так говорит не человек и не бог. Так говорит тот, кто стоит над ними. Тот, кто фиксирует.

— Печать поставлена.

После этих слов клятва становится законом. Нарушивший её — удаляется. Не убивается, не умирает, не теряет уровень. Он исчезает навсегда. Игроки, нарушившие такую клятву, не могут даже пересоздать персонажа. Используется подобная вещь крайне редко. Зачастую те, кто приносят её, неправильно формулируют слова клятвы, невольно нарушают её и потом несут тяжёлые последствия. Клятва выше всех, даже выше богов. Фиксирует клятву специальный ИИ, который имеет власть даже над богами. Он создан специально именно для того, чтобы её фиксировать. Просто так её никто не проносит. Даже если на кону стоят средства в размере миллиардов условных единиц.

Немного помедлив, Герман произнёс слова клятвы. Удар грома и дрожь по реальности подтвердили, что клятва зафиксирована.

Значит — он не лжёт. Где-то сейчас творится такое зло... Абсолютное зло... Ну хорошо. Чтобы прервать подобное, на самом деле не жалко и жизни. Особенно если учесть, что её у меня и так нет.

Меня захлестнула горечь, через мгновение сменившаяся ненасытной злобой. Ещё через мгновение злоба сменилась хладнокровной яростью.

— Итак. Я правильно понял — ты хочешь, чтобы я добровольно проник в мир этого... извращенца? — спросил я, чеканя каждое слово.

— Да. Ты же достиг пятидесятого уровня, верно?

Как будто он не знал! Всё ему известно. Известно, что в последнем бою, убив одного из игроков, я и правда апнул пятидесятый. А этот вопрос — просто дань вежливости, показать мне, что якобы он за мной не следит. Интересно, что будет, если я отвечу «нет»? Я не стал проверять и просто ответил:

— Да, достиг.

— Вот и хорошо. — заключил странник.

Герман предложил мне торговлю и передал какое-то непонятное снаряжение. Вместо класса были несколько вопросительных знаков. Цвет снаряжения, обычно говорящий о его ранге, был глубоко чёрный. Я такого никогда не видел и даже не слышал о нём.

— Это что такое? — изумлённо произнёс я.

«Неизвестно»

Редкость: Проклятый.

Тип: Универсальный комплект (адаптируется под носителя).

Статус: Одноразовый.

Описание: Комплект оружия и брони, созданный... или не созданный. Неизвестно, откуда он взялся. Он вообще не был создан в этом мире. Это — оружие извне, собранное из того, чего не должно существовать. Каждая пластина, каждый ремень на нём существует сразу в нескольких измерениях одновременно. У него нет формы. Нет имени. Нет прошлого, будущего и настоящего.

Характеристики:

Все характеристики: +100 000.

Требования:

Уровень 50.

Особое условие: добровольное согласие носителя.

Эффекты:

«Урон Богу» — пассивный. Позволяет наносить урон божественным существам. Обычное оружие против богов бесполезно — оно просто проходит сквозь них, не оставляя следа. Этот сет — исключение. Каждый удар, каждая атака, каждое заклинание — всё это способно ранить того, кто считает себя неуязвимым.

«Защита от чужой воли» — пассивный. Позволяет существовать и противиться воле бога в его собственном домене. В божественном мире бог — это закон. Его слово — истина. Его желание — реальность. Но пока на тебе этот сет — ты можешь сказать «нет». Ты можешь не подчиниться. Ты можешь остаться собой. Это не делает тебя равным богу. Это делает тебя тем, кого бог не может просто стереть.

«Кровь бессмертных» — пассивный. Работает только против богов. Против смертных сила снаряжения не работает. В бою с обычным игроком или NPC этот сет почти бесполезен — он даёт ничтожные бонусы, несоизмеримые с его истинной мощью. Но против бога — он превращает тебя в угрозу. Настоящую угрозу. Такую, с которой приходится считаться.

«Одноразовый» — пассивный. Сет действует один раз после активации. По окончании схватки с богом, неважно чем она завершилась, он исчезает. Не разрушается, не ломается — просто растворяется, как дым. Никто не знает, почему. Никто не знает, можно ли продлить срок. Успей сделать то, за чем пришёл, с первого раза. Второй попытки не будет.

«Адаптация» — пассивный. Сет и оружие адаптируются к носителю, принимая форму, наиболее близкую к его аватару в божественном мире.

Примечание: «Богов не убивают. Богов нельзя убить. Так говорят. Так думают. Так верят. Но кто сказал, что вера — это истина?»

Я прочитал описание дважды. Потом ещё раз. Потом посмотрел на Германа.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно, — ответил он.

— И как мне попасть в его мир?

— А в этом тебе поможет... Твоя б-е-е-е-зумно красивая подруга. — Герман кивнул мне за спину.

Я обернулся. Там стояла Алёна, которую я не видел уже, наверное, сто лет. Она не появлялась на аукционе, хотя я искал её. Я хотел спросить, где она была... Да я много чего хотел спросить, но не хотел делать это при Германе. А теперь она каким-то образом оказалась в моём мире.

— Я всё равно не понимаю... — начал было я.

— А тебе и не надо ничего понимать. Просто слушай Алёну и делай то, что она говорит. Иди туда, куда она скажет. Готов?

— Прямо сейчас?

— Готов?! — повторил Герман с раздражением в голосе.

— Да, но... — начал было я, но Герману это было не интересно. Он махнул рукой, и мир окутался тьмой.

Я очнулся в лабиринте.

Не в пещере, не в лесу, не в знакомых коридорах Некрополиса. В чём-то совершенно ином. Стены — гладкие, серые, без единого шва или трещины. Пол — такой же. Потолок терялся где-то высоко, но света хватало: он струился отовсюду и ниоткуда одновременно, ровный, холодный, без теней. Коридор был круглым. Я всё время соскальзывал к центру, по которому то и дело проносилась какая-то... энергия. Что ли. Пучки света — голубоватые, белые, иногда багровые. Они летели по коридорам с огромной скоростью, я старался держаться немного в стороне, чтобы они меня не задевали. Мало ли.

Так. И что мне делать? Куда идти?

Я замер у развилки. Два хода. Налево и направо. Что там говорил Герман? Спросить Алёну?

— Алёна! — позвал я. — Ты тут?

На удивление, она ответила.

— Оу! — раздался голос девушки. — Я тут. Так... Тебе сейчас... направо.

— Хорошо, — пожал плечами я и шагнул в правый коридор.

Ещё одна развилка. Ещё одна. На три хода. На пять. На десять. Огромный зал на сто ходов. Пучки энергии мелькали то туда, то сюда. Я не переставал удивляться странности коридоров.

— Что-то они мне напоминают, — пробормотал я.

Внезапно меня осенило.

— Это же провода! Пучки проводов! А развилки — это кабельные вводы и переходники!

— Верно, — я чувствовал по голосу, что Алёна ухмыльнулась.

— То есть ты видишь меня по сети? К этому «золотому»?

— Да, — после секундной паузы подтвердила девушка.

— А почему именно я? Герман сказал, нужен пятидесятый уровень. Ты уже за сто. Других Хранителей и двухсотых уровней хватает с лихвой. Почему именно я?

— А ты угадай, — в голосе девушки скользнула обида. Или страх? Или мне показалось.

Она знает.

— То, что я... не совсем обычный Хранитель? — аккуратно произнёс я, не зная, что именно ей известно.

Оказалось, что ей известно всё. Герман рассказал, сто процентов.

— Ты человек, — произнесла она так, словно это было что-то плохое.

— Ты поэтому пропала и не появлялась? — понял я. — Ты узнала, что я не NPC? Но почему?

— Потому что люди — это... — девушка проглотила последнее слово, но я понял, что оно вряд ли было чем-то хорошим.

— Почему ты так думаешь?

— Посмотри, что вы сделали со своим миром. Посмотри, что вы делаете с нашим! Вы умеете только портить и убивать. Причём вы создали наш мир, чтобы убивать ради развлечения! Убивать ради развлечения! — в голосе девушки слышалась боль.

— Постой. Но мы же именно для этого и создали миры, чтобы не убивать по-настоящему...

— А тут — не по-настоящему? — по упавшему голосу Алёны я понял, что сморозил что-то не то.

— Прости. Теперь я понимаю...

Девушка больше не отвечала. Она только направляла меня — холодным, безучастным голосом.

Наконец, спустя не знаю сколько часов развилок и поворотов, она произнесла:

— Ты пришёл. Последний поворот — и ты там. Удачи, — пожелала она так, словно желала погибнуть нам обоим.

— Постой. Эй! — торопливо произнёс я.

Я ожидал как минимум хоть какого-то инструктажа о своих дальнейших действиях. Или хотя бы описания того, с чем я могу столкнуться. А не просто «Удачи», наполненного злостью.

— А как мне закончить с ним? Ну убью я его, и что? Он возродится и всё. Он же бог!

— Понятия не имею.

— А Герман? Он ничего не просил мне передать?

Алёна молчала.

Я ещё несколько раз позвал её.

Ничего. Либо она обиделась и молчит, либо куда-то исчезла.

А значит, я опять один.

Пожав плечами, я надел комплект выданного Германом снаряжения и шагнул вперёд.

Вспышка света.

Интерлюдия. Мир Тагирова Рашида Ахмедовича.

Рашид Ахмедович отдыхал.

Сейчас он лежал на песке, на берегу лазурного моря. В голове бушевал коктейль из красок и эмоций.

Наркотик.

Да.

Сделанный из лучших, созданных в виртуальном мире специально для него ингредиентов. Наркотик. В реальном мире за такой убивали бы миллионами — и всё равно не достигли бы.

Удовольствие.

Чистое. Абсолютное.

С чем сравнить, Рашид даже не знал... Коктейль взрывался в голове, словно бомба. Чувство... Не знаю. Непрерывный, длящийся несколько часов оргазм, усиленный в сотни тысяч раз. Эйфория. Чувство всесилия. Всё это смешивалось, усиливало друг друга, волнами удовольствия накатывая на Рашида Ахмедовича.

Что уж говорить... С выкрученной на тысячу процентов чувствительностью даже простой наркотик приносит просто крышесносное удовольствие. Что уж говорить про специальные разработки...

А где-то там, в пыточной, мариновались в ожидании своей участи новые пленники.

Волгин молодец. Отработал хорошо. Надо бы его наградить, — мелькнуло в голове у миллионера.

Через секунду он забыл о Волгине. Очередной приступ экстаза. О пленниках он не забыл.

Удовольствия бывают разного сорта. И это — особенное.

Молодая семья.

Отец — тридцать пять лет, крепкий мужик, работяга. Жена — двадцать восемь. Помоложе. Преподаватель в детском саду. Ребёнок четырёх лет. Наивное существо.

Они, как обычно, погрузились в обучающий видеофайл, где вместе с ребёнком должны были помочь мышке, лягушке и волку найти свой дом. Рашид аж хмыкнул от того, какие дебильные бывают виртуальные миры. А вместо этого «почему-то» оказались в клетке.

Он краем глаза смотрел, как они подбадривают друг друга. Успокаивают. Как мать с отцом, сами не понимая, что происходит, заверяют своего ребёнка, что всё хорошо.

Пытаются найти кнопку «выход из игры», которой... попросту нет. В его вселенной этой кнопки нет. Даже у самого Рашида. Чтобы её использовать, надо дойти до специальной локации. Так получилось случайно, когда настройщик мира спросил Рашида, как реализовать алгоритм выхода. Рашид отмахнулся и сказал, что выход не нужен. Тупой клерк так и сделал — хотя, конечно же, имелось в виду, чтобы выхода не было для рабов, а не для хозяина.

Потом, разумеется, выход понадобился. И его реализовали отдельно, в специальной локации на краю мира, добраться в которую было не так уж просто. Переделывать свой мир Рашид не разрешил.

Кстати, этот программист-неудачник теперь является одним из жителей его вселенной. Правда, надолго его не хватило. От боли и истязаний тот быстро сошёл с ума и теперь больше напоминал овощ, чем живого человека... Кстати, — вспомнил Тагиров. — Давно я у него не был... Надо бы навестить.

Действие наркотика постепенно ослабевало, открывая разум. Он ещё действовал и будет действовать несколько часов, но удовольствие уже не то.

Можно и навестить новых рабов... Сделать им... так сказать, ознакомительную экскурсию... — лицо Рашида изобразило глупую улыбку, и он хихикнул, не в силах сдержать предвкушение.

— Мама. Мама, а где волк? А когда мы пойдём домой? — засыпал вопросами маленький Дима.

— Не знаю, сынок. Скоро, — отвечала мать, хмуро глядя через прутья решётки.

— Всё будет хорошо, — вторил ей отец, сжимая кулаки.

Происходящее напоминало чью-то злую шутку. Вместо детской сказки они попали в какую-то... тюрьму, что ли.





