Глава 1


Это было похоже на кошмарный сон или наркотический трип. Я находился в каком-то пограничном состоянии между реальностью и бредом, неспособный осознать, кто я есть и что вообще происходит. Даже имя вспомнить получилось с огромным трудом из-за той мешанины мыслей и никак не связанных друг с другом воспоминаний, все тело казалось тяжелым и густым, как кисель, а голова раскалывалась так, будто в нее вонзили тысячу раскаленных до бела гвоздей.





Я был одновременно собой и кем-то другим. Эпизоды жизни молодого паренька по имени Леон Кеннеди, который недавно отпраздновал двадцать первый день рождения и только что закончил полицейскую академию, перемешались с чьими-то еще. Но что странно: в отличие от первого, от этого второго неизвестного не было ничего, что бы говорило о его жизни: все лица людей в воспоминаниях были смазаны, а эмоции приглушены, не оставляя шанса на эмпатию. Зато вот черты характера ярко выражены, как и некоторые навыки. Как будто кто-то взял и отрезал лишнее, после чего закинул останки в блендер, добавил туда еще сверху, а потом перемешал, пока не получилась однородная масса.





Будто кто-то занимался складыванием двух разных паззлов вместе. Причем, один из них был неполный, с детальками другого масштаба, но почему-то все равно идеально подходящими к другому





И когда процесс в конце концов завершился, я пришел в себя.





Окружающая действительность встретила меня звуком работающего двигателя, запахом автомобильной вонючки и затекшим лицом, лежащим на руле. Я с трудом поднял голову, осматриваясь вокруг мутным взглядом, и сразу же убедился в том, что на свет мне смотреть пока не стоит.





— Ох, твою мать… — со вспышкой головной боли прошипел я, резко зажмурив глаза. Даже направленный в противоположную сторону от меня свет фар сильно ударил по глазам, отчего те заслезились и зачесались, привнося в палитру и без того не райских ощущений новые цвета.





Понятно только одно: я жив и относительно в порядке, но вот что именно со мной произошло — загадка. Помню, как ехал в Раккун-Сити, чтобы уже завтра заступить на первую смену в полицейском департаменте, а потом… то, что было потом, похоже на начало дешевого ужастика. Я увидел девушку, бредущую посреди дороги, всю грязную, в ободранной одежде, покрытой кровью. Ее шатало из стороны в сторону, как пьяную, а до города было несколько миль, поэтому я остановился и предложил помощь.





На голос она не реагировала, сколько бы я ни звал, только медленно шла на меня с опущенной головой и безвольно повисшими руками, а когда я приблизился, то просто… набросилась на меня и укусила в кисть.





Скосив взгляд на левую руку, вижу окровавленный бинт, обмотанный вокруг ладони, да и тупая боль в конечности говорит о том, что я все помню правильно.





Что было дальше… так… вроде бы оттолкнул ее и достал пистолет, она попыталась напасть снова, я выстрелил в плечо, но ей, казалось, было все равно, и тогда я ее застрелил. Потом попытался вызвать диспетчера, чтобы доложить о происшествии, уже предвкушая проблемы, но ответа не последовало…





А после? После я перевязал руку, сел в машину и поехал в город, но минут через двадцать мне резко поплохело, и я начал вырубаться прямо за рулем — успел только остановиться на обочине, а после наступила темнота.





И вот теперь я здесь.





И только сейчас до меня дошло, что я убил человека.





— Черт… просто охрененный первый день, Леон, поздравляю, черт возьми, — прошептал я, устало откинувшись на спинку сидения.





Ситуация вырисовывалась не самая радужная: некий новичок полиции, не доехав до работы, убивает человека. Конечно, все было в рамках закона: очевидное нападение с целью причинить вред или убить, а значит, право на самозащиту вступает в силу, но… неприятные вопросы будут.





Но есть один момент, который не дает мне покоя — лицо той девушки. Как у мертвеца: пустые белесые глаза, отрешенный взгляд без намека на интеллект, как будто она уже была мертва, но почему-то до сих пор двигалась. Не знаю, может быть в тот момент у меня слишком сильно воображение разыгралось и мне все это привиделось с испугу, но… как-то подозрительно.





— Да уж, в игре все началось позже… — сами собой вырвались слова изо рта, да тот так и остался открытым, а к горлу подступил ком.





Что я несу? Какая к черту игра?!





И тут меня, как говорится, накрыло. Перед глазами начали мелькать картинки: город, заполненный мертвецами, разруха, запах разложения и смерти, мутанты, Амбрелла, Тиран, Биркин, чертов, сука, Немезис…





— Пиздец! — вырвалось у меня, пока я судорожно разматывал бинт, боясь увидеть то, что под ним окажется, ведь если все это не адреналиновый бред, а правда, то…





— Что?





Укус и правда был, а значит, я уже заражён Т-вирусом, вот только рана выглядела так, будто ей по меньшей мере уже неделя. Даже корка появилась, а края начали понемногу стягиваться.





— Ничего не понимаю…





Действительно, ничего. В голове сразу возникла куча вопросов о том, откуда я все это знаю и почему в том, что я только что увидел, события происходят как бы от лица стороннего наблюдателя.





Будто бы и правда на экране компьютера…





Да нет. Нет-нет-нет, не может быть!





Или может?





Не просто так же мне казалось, будто меня разорвали на кусочки, а потом заново склеили уже другим? Что если представить, будто это правда случилось? На самом деле?





Фантастика какая-то… «попаданец», как подсказало выскочившее в голове неожиданно незнакомое слово, по-моему, даже не на английском, хоть я и прекрасно его понял. Но почему я тогда не чувствую себя другим человеком? Ведь оно вроде бы именно так происходит, да? Я все также считаю себя Леоном Скоттом Кеннеди двадцати одного года от роду, новичком-полицейским — вон, даже удостоверение, закрепленное около спидометра, принадлежит мне, фотография на нем с моим лицом, да и отражение в зеркале заднего вида не вызывает отторжения и чувства чужеродности?





— Так, Леон, давай успокоимся и все обдумаем, — даю себе мысленный подзатыльник и пытаюсь сосредоточиться, положив руки на руль и сжав пальцы, ощущая под ними приятное на ощупь шершавое покрытие из кожзаменителя.





Страшно, очень страшно. Ведь если все это правда, то ехать сейчас в Раккун-Сити — сущее самоубийство, и по-хорошему мне надо разворачиваться да валить отсюда подальше, обзванивая по пути все службы, которые только могу, но…





…но я не могу. Я все тот же парень, что хотел помогать людям, только как будто старше на несколько лет… вроде бы, и при мысли о побеге меня воротит от отвращения к себе.





А потому — что? Правильно, стиснуть булки и ехать вперед, надеясь, что все это не взаправду. Ну а если нет, то… в той игре я ведь смог? Выжил сам и спас двух человек от смерти в лапах мертвецов и ядерного огня? Да, я все это сделал, а значит, сделаю и сейчас. И кто бы ни был виноват в том, почему я теперь знаю то, что знаю — Бог, Дьявол, Летающий Макаронный Монстр или даже Ктулху, — я должен быть ему благодарен за подарок, ведь теперь я будут готов.





Взгляд снова упал на укушенную руку.





Если только сам не присоединюсь к пиршеству. Но я не помню, чтобы обычные зараженные обладали регенерацией — возможно, вирус подействовал на меня как-то иначе? Положительно? И не виной ли тому та хрень, что творилась у меня в голове, ведь если что-то залезло мне в разум, то и в тело может, не так ли? В любом случае, даже если я сам уже обречен, то попытаюсь помочь хоть кому-нибудь, пока есть время, — и тогда мне самая дорога в город.





Тут, впереди, как раз стоит заправка, где я встретил Клэр, и, возможно, девушка сейчас в опасности, ведь неизвестно, сколько я тут проторчал, пуская слюни. Заеду туда и проверю, действительно ли в городе началась эпидемия или все-таки у меня случился мощный приход от переизбытка впечатлений с психованной анорексичкой?





Надеюсь, что так, но укушенная рука и перекошенное лицо встреченной недавно девушки почти не оставляют шансов.





— Ну, тогда вперед. Что может быть интереснее, чем зомби апокалипсис в первую рабочую смену, в конце-то концов?





И вот так, подбадривая себя шутками вслух, я нажал на педаль газа и выехал на шоссе, где впереди уже виднелись огни той самой заправки. Ближайшие полчаса покажут мне, сошел ли я с ума или каким-то чудесным образом раскрыл тайны страшного будущего.





Глава 2


Заправка встретила меня звенящей тишиной. Снаружи не было ни души, окна здания заправки были полностью темными, единственными источниками света являлись только несколько тусклых ламп, висящих рядом с бензоколонками, да фары моей тачки и стоящего неподалеку полицейского автомобиля. Который, к слову, стоял с открытыми нараспашку дверьми, как будто из него выходили в спешке. Еще и рация, повисшая на проводе, издает только шипение помех, нагоняя еще больше гнета в и так безрадостную атмосферу, пропитавшую это место.





И кровь на бетонном покрытии: целая дорожка, ведущая к магазину.





Сомнений больше быть не может. Худшее все-таки случилось, иначе полицейский патруль не оставил свой транспорт в таком состоянии, а в здании заправки горел бы свет. Это мой последний шанс не ввязываться в неприятности и уйти. Если не сделаю этого сейчас, то уже точно не смогу позже.





Решительным шагом направляюсь к своей машине и хватаюсь за дверную ручку, но пока не открываю.





— Уйти или остаться? — полушепотом задаю себе тот же вопрос, что прокручивал в голове все это время. Весь мой мир сузился до этого маленького светлого пятачка в ночной тьме. От этого выбора зависит не только моя судьба, ведь кто знает, что случится с теми, кто выжил бы, вмешайся я? Ответа на этот вопрос у меня не было, но я точно понимал, что их шансы сильно падают.





Итак, налево пойдешь — коня потеряешь, направо пойдешь — головы не сносить… вот, опять незнакомая поговорка выскочила, но она как нельзя лучше подходит к текущей ситуации, ведь по иронии вход в магазинчик находится как раз слева.





— Значит, пойдем дорогой мертвеца, — мой взгляд прикипел к слегка обшарпанной двери со съехавшей на бок табличкой «открыто». Никогда бы не подумал, что именно так будут выглядеть ворота в ад и я сам добровольно решу в них войти.





Убираю руку от своей тачки, достаю пистолет. Пускай та часть меня, что я приобрел совсем недавно, и кричит во все горло о том, что надо бежать, другая половина не готова бросить людей в беде, и если я сейчас дам заднюю, то потом буду всю жизнь ненавидеть себя за трусость. К тому же терять мне ведь нечего: я и так заражен, и если мне суждено превратиться в монстра, то пусть лучше я сгорю в ядерном огне, чем поеду распространять заразу дальше по стране.





Держа оружие наизготовку, осторожно приближаюсь к двери, в любой момент готовый выстрелить. К сожалению, новая память не наградила меня знанием о том, где, за каким углом и в каком количестве меня будут поджидать враги, но если мыслить логически, то полицейские, чья машина стоит за моей спиной, должны быть где-то внутри. Их как минимум двое, плюс работник заправки, так что в потенциале стоит ожидать троих противников.





Стараясь издавать как можно меньше шума, отворяю дверь, и меня встречает темнота, сквозь которую виднеются заполненные товарами прилавки, а кровавый след из-под ног уводит куда-то внутрь. На разбрызганной по полу крови отчетливо видны следы ботинок, освещаемые конусом света, выходящим из фонарика, лежащего на полу прямо возле входа. Наклонившись и взяв тот в руку, убеждаюсь в том, что он полицейского образца, в сумме с подозрительным отсутствием звуков человеческой деятельности это может значить только то, что дела у ребят определенно пошли не по плану и мне надо удвоить, а лучше утроить бдительность.





Двигаясь по кровавым следам, я прошел вдоль стеллажей мимо пустой кассы, подсвечивая себе дорогу фонарем и внимательно следя за каждым углом, чтобы не пропустить внезапное нападение.





— Не таким я представлял свой первый день…





По пути мне попалось несколько бездыханных человеческих тел со следами укусов. К счастью, никто из них не предпринимал попыток подняться.





Тишину нарушал только звук моих шагов, несмотря на все мои старания ступать как можно мягче, отчетливо слышимых на фоне отсутствия других звуков. И так было, пока за очередным поворотом я не услышал чье-то хриплое дыхание и приглушенную возню. Повернув туда, наткнулся на открытую дверь, ведущую в подсобное помещение, справа от которой сидел лысый мужчина в полицейской форме. Правая сторона его рубашки была залита кровью от прокушенной шеи, а сам он, опустив голову, раскачивался взад-вперед, стукаясь спиной об стену.





— Офицер? — негромко позвал я его без особой надежды на членораздельный ответ.





— Х-р-р-р… — тот поднял голову, показав мне уродливое лицо с точно такими же покрытыми белесой пеленой глазами, как у той, что укусила меня в руку. И довольно шустро, хоть и неуклюже принялся подниматься. Признаюсь честно, увидев ходячего мертвеца вживую (ту девку считать не будем: после встречи с ней я был под приходом, и львиная доля ощущений смазалась), почувствовав его гнилостный запах и взглянув в глаза, наполненные жаждой крови, я чуть не обосрался. Вот прям натурально, чуть не наложил телегу кирпичей в штаны. Тот, кто не видел такое дерьмо в реальной жизни, никогда не сможет понять, что испытывает человек, когда видит в паре метров перед собой воняющий кровью и дерьмом труп, который при этом еще и двигается активно так, чтобы тебя сожрать.





К счастью, перманентный ахуй продлился всего долю секунды, а в следующий миг я уже вскидывал пистолет, наведя его точно между глаз урода.





— Блять, прости, мужик! — и спустил курок, а потом еще раз, для надежности. Пули легли точнехонько в цель, продырявив башку бывшего полицейского и окончательно упокоив его, после чего тот упал обратно и сполз по стене, оставляя за собой полосу размазанной кровищи вперемешку с мозгами.





— Ух, сука… — выдавил я после глубокого вдоха, пытаясь успокоить скачущее как угорелое сердце.





Но долго отдыхать мне не дали: из глубины подсобки послышались шаркающие шаги, а секунду спустя оттуда вылезло сразу двое: один был тоже в полицейской форме — очевидно, второй патрульный, а другой гражданский — наверное, тот, кто и посвятил моего коллегу в зомбаки.





Натренированным движением поднимаю пистолет в положение для ближнего боя и отрабатываю по коленям.





Из-за дрожи в руках первые два выстрела ушли в пол, но вот третий выбил коленную чашечку копу, отчего тот неуклюже растянулся на полу, проехавшись по нему лицом. Прущий следом за едой, не замечая препятствий, цивил споткнулся об него и завалился следом. Пока оба барахтались, мне хватило времени поочередно вышибить им мозги.





А теперь тикать. Выстрелы гарантированно привлекут сюда кого-нибудь еще…





— Р-а-ахвх.! — вдруг прорычали у меня за спиной.





Черт, уже привлекли! Те трупы позади всего лишь лежали в спячке, а громкие звуки разбудили их. Оборачиваюсь и вижу, как еще минуту назад спокойно лежавшие себе мертвецы встают на ноги. На счастье, делают они это довольно медленно, что дает мне шанс свалить, не вступая в бой.





Короткий забег к выходу именно так и прошел: мне удалось обойти их всех — и вот, когда спасительная дверь уже была передо мной, ее резко вышибли плечом с той стороны. Вломившейся была девушка с длинными волосами, чей цвет было трудно определить из-за темноты, завязанными в хвост, одетая в синие джинсы и красную куртку.





А ведь за всей этой хренью я и забыл, что пришел сюда в поисках нее…





— Не стреляй!





— Пригнись!





Увидев друг друга, мы крикнули почти одновременно и столь же синхронно девушка выполнила мою команду, а я прицелился и послал пулю точно в глаз зомби, что преследовал ее и уже почти готов был схватить.





— Порядок? — спрашиваю у нее, когда противник упал с простреленным черепом.





— Да, — выдохнула она. — Спасибо.





— Потом поблагодаришь, а сейчас надо сваливать, — возразил я, быстрым шагом выйдя на улицу.





— Назад нельзя, за мной хвост! — выбежала следом Клэр, махнув рукой вперед, и там на самом деле набралось десятка с полтора мертвецов, прущих в нашем направлении. Они уже обошли мою тачку и вот-вот приблизятся к полицейской, и тогда мы отсюда уже никуда не уйдем, разве что только в одной дружной компании с вот этими вот ребятами.





— За мной тоже, — коротко бросил я, перейдя на бег к средству спасения. — В машину! Быстро!





Клэр, не будь дурой, последовала моему примеру. Заскочить внутрь и захлопнуть за собой двери мы успели буквально под самым носом у голодных до нашей плоти зомбарей.





— Держись.





Ключ зажигания был в замке, двигатель уже работал, и мне оставалось только врубить передачу и ударить по газам, что я немедленно и проделал, совершив крутой разворот прямо с места, и вылетел на трассу, удаляясь от заправки и оккупировавших ее зараженных.





Вот теперь можно немного расслабиться. Ну и познакомиться заодно.





Глава 3


— Ух… что за чертовщина тут творится? — отдышавшись после короткого, но чертовски экстремального спринта, спросила у меня Клэр, с тревогой вглядываясь в окна машины.





— Не знаю, — не отвлекаясь от дороги, ответил я. Теперь главное случайно не назвать ее по имени, пока сама не представится, иначе выйдет конфуз. — Но очень надеюсь, что смогу выяснить в участке.





— Так ты коп? — сразу оживилась девушка. Ну да, она ведь ищет брата, который тоже служил в полиции, только в спецназе, вроде бы, в отряде S.T.A.R.S.





— Да. Леон Кеннеди. А ты?





— Клэр… Клэр Редфилд.





— Рад знакомству, Клэр, — кривоватенько улыбаюсь, не секунду сдвинув глаза в ее сторону.





— Обстоятельства, конечно… — отзеркалила она мое выражение лица.





— Мда… — мне оставалось только кивнуть. Познакомились мы действительно при самых хреновых обстоятельствах, которые только можно придумать. — Так ты живешь здесь?





— Нет… нет, ищу брата. Он тоже коп, — мотнула она головой в отрицании, а затем посмотрела на меня с надеждой. — Тебе известно что-нибудь?





— Нет, — качаю головой с сожалением. Криса Редфилда я знаю только по картинкам. Вроде бы лет так через десять мы можем стать хорошими друзьями, но сейчас он для меня — чужой человек, которого я никогда в лицо не видел. — У меня сегодня первый день, я еще ни с кем не успел познакомиться, а тут… тут такое.





— Ясно… — грустно протянула Клэр, отвернувшись к окну.





Мне оставалось только искренне посочувствовать девушке, попавшей в настоящий ад в поисках пропавшего родственника, и, к сожалению, я не могу ей сообщить, что Крис жив и в относительном порядке. Не только по вполне очевидной причине, но еще и потому, что не уверен в этом до конца, все-таки игра — это одно, но реальность известна тем, что частенько очень неприятно удивляет, порой до смерти. Да чего уж там, меня самого укусили в руку, хотя такого не должно было произойти, если верить обрывкам сюжета в памяти.





А по сему я не возьму грех на душу, пообещав что-то девушке только для того, чтобы горько разочаровать, случись что плохое.





Но как-то подбодрить ее все же стоит.





— Ну, теперь у тебя на одну пару рук в поисках больше, — ободряюще улыбаюсь Клэр. — Ты — первый живой и здоровый человек, что я тут встретил, и помочь тебе — мой долг как мужчины и офицера полиции… — и уже в мыслях добавил: — «К тому же я все равно не знаю толком, что делать…»





Нет, в идеале, раз я нашел Клэр, то где-то там должна быть и Шерри, — помочь маленькой напуганной девочке нужно как можно быстрее. А еще Ада Вонг.





Эта женщина… мне не нравится. В той истории она использовала меня, сыграв на моем чувстве долга, наивности и зарождающейся влюбленности в нее. Конечно, когда правда вскрылась, оказалось, что химия произошла взаимно, но… она все равно предпочла работу чувствам. С одной стороны, достойная черта, но вот с другой, учитывая то, на какого человека она работает… я просто не могу ей доверять. А потому буду вести себя с ней максимально осторожно, если нам доведется встретиться в этот раз. И проследить, чтобы G-вирус уж точно не покинул Раккун-Сити в ее кармане.





Но все-таки… как ни крути, а она та еще горячая штучка…





Так, стоп! Отставить!





… вот так, никаких крамольных мыслей о наемницах с сомнительной моралью.





— Спасибо, офицер Кеннеди! — шутливо отдала честь Клэр, немного разрядив этим обстановку. По глазам было видно, что мои слова тепло приняты и девушка ценит мою помощь, пусть она пока и всего лишь устная.





— Рад служить, мэм!





Настроение все еще было мрачным, но немного веселья сделало свое дело, и лицо девушки уже не было таким угрюмым и обеспокоенным, как до этого. Да и я сам тоже почувствовал небольшое облегчение. Знать, что рядом есть кто-то, кому можно доверять, и ты не один на один со всем этим дерьмом, оказалось на удивление приятно.





Дорога впереди была пустой и на удивление чистой, с двух сторон от нее росла густая трава, при этом недостаточно высокая, чтобы в ней возможно было заметить стоящего в полный рост человека. Как раз подходящее место, чтобы выйти наружу с меньшим риском напороться на зараженных. В такой местности даже в ночной темноте их можно будет заметить достаточно рано, чтобы быстро сесть в машину и уехать. Поэтому, кивнув собственным мыслям, я начал медленно тормозить.





— Почему ты остановился? Что-то случилось? — задала вполне резонный вопрос Клэр.





— Все в порядке, просто я хочу проверить багажник, — объяснил я, и взгляд девушки сменился с тревожного на вопросительный. — В снаряжение патруля входят несколько полезных вещей, которые могут нам пригодиться, и я подумал, что в городе у нас может не оказаться времени забрать их, поэтому решил сделать это сейчас. Посторожишь?





— Хорошо, — понимающе кивнув, ответила она, одновременно со мной открыла дверь и вышла, достав пистолет и внимательно вглядываясь вдаль.





Не желая тратить ни одной лишней секунды, я тем временем подошел к багажнику и отпер с помощью ключей, оставленных в спешке в замке зажигания погибшими офицерами. Огромное спасибо им за такую неосторожность и да пусть они окажутся в лучшем мире. Заслужили





— Итак, что тут у нас? — достав фонарик, свечу им внутрь, придерживая другой рукой крышку. — О, а вот это очень хорошо…





— Что там? — послышался со стороны любопытный голос Клэр.





— У нас теперь есть большая пушка, — отвечаю, подняв оказавшееся внутри оружие и показав на вытянутой руке.





— Круто! — присвистнула напарница. — Теперь нам не придется довольствоваться одними лишь пистолетами.





В моей руке сейчас гордо красовался ремингтон 870 с длинным магазином на 7 патронов и ложем, выполненным из дерева.





Тут же, рядышком, в багажнике лежал патронташ с запасом патронов. Еще там нашлась запечатанная полторашка с водой и небольшая сумочка, внутри которой лежала упаковка соленых крекеров и два шоколадных батончика. При виде еды у меня засосало в желудке. Бьюсь об заклад, что Клэр тоже будет не прочь подкрепиться после всего, что мы уже пережили и перед тем, что только предстоит. Не менее важный вещью оказался комплект BLS (Ballistic Life Support) — стандартная аптечка силовых структур и армии США. Учитывая, в какое место мы собираемся сунуться, более чем полезное приобретение.





Затащив все найденное в салон, мы отправились дальше, по дороге перекусывая и запивая все это прохладной водицей. Насчет Клэр я, кстати, оказался прав: она действительно была рада еде едва ли не больше, чем всему остальному. Закончили мы как раз к тому моменту, как из-за холма показался Раккун-Сити, и даже отсюда, издалека, было видно, что в городе все плохо: вместо ровного света ночных фонарей и неоновых вывесок мы увидели зарево пожара.





И, как будто огонек на конце усика удильщика, приманивающий нерасторопную жертву к зубастой пасти хищника, впереди стояла вывеска, гласившая: «Добро пожаловать в Раккун-Сити: штаб-квартиру Амбреллы».





Глава 4


Еще минут двадцать у нас ушло, чтобы доехать до окраин Ракун-Сити, и все это время со мной творилось что-то странное. Стоило только закинуть в рот немного пищи, как желудок будто взбесился, требуя еще топлива, в салоне вдруг стало душно, даже несмотря на приоткрытое окно с моей стороны, сквозь которое внутрь задувал прохладный ветерок, а перед глазами встала дымка. Не знаю, как мне вообще удавалось нормально разговаривать, вести машину и не спалиться перед Клэр, неверное только чудом, — не хватало еще, чтобы девушке передался тот липкий страх, что опутал сейчас мой собственный разум.





Неужели начинается? Я что, сейчас начну превращаться, а потом наброшусь на свою новую знакомую? Вот так вот все закончится для Леона Кеннеди, да?





Верить в это совершенно не хотелось, но внутренне я уже почти смирился с тем, что мне не суждено остаться собой и похвалил себя за то, что решил войти в этот проклятый город. Лишь бы только мне хватило времени довести Клэр до участка, а там… она должна справиться. Помнится, именно она нашла Шерри, вылечила ее от G-вируса и даже запустила поезд, ведущий на свободу из этой мясорубки. Если, конечно, эта… «игра» — не глюк моего зараженного смертельным вирусом мозга, в чем я теперь почти уверен.





Тучи в голове еще сильнее сгущала запись голоса диктора, звучавшая на повторе через громкоговорители:





«Внимание всем гражданам!





В связи с городской эпидемией призываем вас укрыться в полицейском участке Раккун-Сити.





Всем нуждающимся будут предоставлены еда и лекарства.





Внимание всем гражданам! В связи с городской эпидемией…»





— Боже… все как в страшном сне, — прошептала Клэр с отчаянием в голосе, всматриваясь в разруху, творящуюся вокруг: перевернутые разбитые машины, мусор, разбросанный повсюду, местами подожженный и не гаснущий несмотря на морось. Тела, что лежат по краям дороги, обглоданные настолько, что, даже ожив снова, не могут пошевелиться, ведь мышц-то больше нет. Исчезли в желудках точно таких же мертвецов, что мелькают тут и там, бесцельно бродя по пепелищу.





— До участка осталось совсем недалеко, — стараясь говорить ровно, отвечаю я, все оставшиеся внимание потратив на то, чтобы держать руль прямо. — Там точно найдутся ответы.





— Да, но… что, если мы последние? И выживших больше нет?





Ее голос готов был вот-вот сорваться. Конечно, он будет: лимит потрясений уже зашкаливает. Клэр — девушка далеко не робкого десятка, но у всех есть свой предел, и «живописные» виды за окном подвели ее к краю.





Ну вот и как мне сообщить ей, что дальше она должна идти сама?





— Есть. Есть выжившие, — остается только ободрить ее, насколько смогу, и попытаться направить по тому пути, которым она смогла выжить в той чертовой игре. — Город большой, они точно должны быть.





Неуверенно кивнув, Клэр отвернулась к окну, продолжив созерцать умирающий город, а еще чуть позже мы уперлись в тупик. Дорога впереди была перекрыта линией бетонных блоков в желтую полоску, а сразу за ними образовалась огромная пробка из автомобилей, чьи хозяева пытались в спешке покинуть свои дома и убраться подальше.





Ну, вот и все. Здесь я и останусь. Надеюсь, мне хватит духу пустить себе пулю в лоб прежде, чем обращусь, а Клэр будет умной девочкой: не станет делать глупостей и просто пойдет дальше, оставив балласт позади. Теперь я понимаю, что чувствовал Марвин Бранаг, убеждая более удачливую версию меня сделать то же самое.





— Кажется, дальше мы идем пешком, — прокомментировала препятствие Клэр, невесело хмыкнув.





— Да, а лучше вообще бегом, — согласился я, взяв в руки дробовик, после чего протянул его и патронташ удивленной девушке, что в другой ситуации могла бы стать мне прекрасной подругой, но… не судьба. — Вот только не мы, а ты.





— Леон? — уставилась на меня она ничего не понимающим взглядом. — Что ты такое говоришь?





— Прости, Клэр… что не сказал тебе раньше, — с горечью в голосе произношу, развернув руку ладонью вверх и показав место укуса. — Но похоже, что с тобой мне хода нет.





— Что… о боже, нет… — глаза Клэр широко раскрылись от шока, и она в ужасе прикрыла рот руками. Как я уже говорил, она умная девушка и сопоставить следы укусов на зараженных с причиной их состояния более чем способна. — Как… как это случилось?!





— Еще до встречи с тобой.





— Господи… мы же… мы же только встретились! Все не может кончиться для тебя вот так! — ну вот, теперь у нее точно истерика, но по-другому, к сожалению, никак. — Пойдем, в участке тебе наверняка помогут!





— Клэр… поздно, — пресек я ее метания, буквально всучив в руки оружие, в которое она вцепилась дрожащими ладонями, глядя на меня заплаканным взглядом. — Я уже еле держусь. Еще чуть-чуть и все, понимаешь? Я буду только мешать тебе, поэтому не спорь, бери дробовик и иди. Через ограждение, по правой стороне дороги, там будет переход, за которым тебя будет ждать участок.





— Но…





— О, черт, Клэр, сейчас же! — ее возражение перебил мой крик, ведь то, что я увидел сквозь боковое стекло у нее за спиной, не сулило нам ничего хорошего. Сразу двое зомби, до этого мирно поедающих какого-то бедолагу, обратили на нас внимание, оскалив обезображенные рожи. Если не звук разговора, то уж точно работающего двигателя приманил их, а мы потратили слишком много времени на перепалку.





И как по волшебству машину потряс удар уже с моей стороны, сопровождаемый хриплым голодным рычанием.





В считанные секунды наш транспорт облепили где-то с десяток ходячих трупов, раскачивая его и царапая скрюченными пальцами металл, грозясь вот-вот выдавить стекло.





— Леон, давай задний ход! — отбросив морально тяжелый вопрос ввиду куда более актуального, сориентировалась напарница и предложила весьма годную идею. — …Что за?!





Конец фразы мне совсем не понравился, и, оглянувшись назад, я увидел то, что вызвало у девушки такую реакцию. Ну конечно, что еще, блять, могло пойти не так?!





Прямо на нас со спины на полном ходу неслась фура, светя фарами в глаза и снося все на своем пути.





— На выход!





Толкнув дверь, понимаю, что это не вариант, ведь уроды снаружи намертво придавили своими гнилыми телами, и у меня ни за что не хватит сил ее открыть.





— Ай, да что я, блять, теряю?!





Идея суицидальная и попахивает премией Дарвина, но какая разница, если мне так и так пиздец?





Достаю из-за пояса верную Матильду и выпускаю все семь патронов прямо в кривую рожу предо мной, после чего толкаю вновь — и вуаля! Получилось! Вываливаюсь наружу и толкаю в сторону ближайшего мертвяка, а уже следующий наваливается на меня.





Подставляю под его пасть руку, в которую тот с удовольствием вгрызается, но я, терпя адскую боль и стиснув зубы до скрежета, оттаскиваю его в сторону от двери.





Тот, кого я пихнул раньше, возвращается и кусает меня уже в шею, еще двое цепляются за ноги, и еще две пары зубов рвут мою плоть: одна на боку, вторая на бедре.





Кровавая улыбка украшает мое перекошенное от боли лицо, ведь я собрал на себя всех, кто был рядом с моей стороны! Кушайте, не обляпайтесь, суки! Жаль только, нафидил с нулевой...





Что за дичь опять в башку лезет? Ай, похрен...





— ЛЕО-О-О-Н!!! — отчаянно ревет в стороне Клэр, а потом выстрел дробовика в спину одного из монстров откидывает того в сторону. Вместе с ним, правда, откинулся и сочный шмат мяса с моей ноги, да и кровища хлынула фонтаном, но главное достигнуто: напарница тоже выбралась из гроба на колесиках.





— Вали отсюда! — повернув к ней голову, кричу этой дурехе, что, невзирая на висящих на мне пассажиров и приближающийся паровозик, который смог, полезла меня спасать.





Столкнувшись с моим взглядом, она замерла в нерешительности на краткий миг, растянувшийся для меня на целую вечность. Это лицо — именно то, что я хотел бы увидеть перед смертью, жаль только, что эмоции на нем совсем не те…





— Прости меня… — еле слышно прошептали ее губы, и Клэр, послав на прощание полный печали и сожаления взгляд, рванула со всех сил подальше. Вот и правильно. Может быть, она не переживет этот день, сгинет где-нибудь либо от когтей и зубов, либо, не успев вовремя покинуть Раккун-Сити, сгорит в ядерном пламени. Но прямо сейчас? Прямо сейчас она жива, а значит, я выполнил свой долг и смог спасти в этом аду хотя бы одну невинную душу.





— Не за что прощать, ты, тупая задница… — успел я пробурчать наполненным собственной кровью ртом перед тем, как уши заложило от оглушительного грохота снимаемого металла и отчаянно ревущей сигналки, а глаза ослепли от яркого света фар.





Затем удар, вспышка — и темнота.





Глава 5


Взгляд со стороны





Посреди пожара, развернувшегося после взрыва бензовоза на забитом покореженными автомобилями шоссе, как будто назло развернувшемуся вокруг огненному безумию, из поломанного гидранта в небо на несколько метров ввысь била струя воды, крупным дождем опускаясь вниз. Раскаленный асфальт от столкновения с холодной водой трескался, шипел и выпускал в воздух клубы пара, и посреди этого островка водной стихии точно так же назло всем невзгодам громко и хрипло вздохнул молодой человек.





Выглядел он, краше в гроб кладут: исхудавший, грязный, от одежды остались только обгоревшие обрывки, едва прикрывающие причинные места, из-за чего была хорошо видна его кожа, излишнюю бледность которой было невозможно не заметить даже сквозь слой копоти. Такое бывает только при большой кровопотере, в девяносто девяти процентах случаев несовместимой с жизнью.





— Кха-а-а… кха! Ну и вонища, — откашлявшись и помотав головой, он попытался сесть, но потерпел неудачу и завалился на бок, упав на подставленный локоть. И только потом заметил, в каком положении находится — взгляд его прошелся по окружению: огню чуть вдалеке и скопившейся лужице воды под ним, после чего поднялся к небу, где струя воды распадалась на капли и падала ему на лицо.





И тогда он засмеялся. Таким, немного истеричным смехом человека, который разминулся со смертью, уже будучи одной ногой в могиле.





— Ха-ха-ха…фиданул и на фонтане, ха-ха… реснулся…— в конце концов, закончив смеяться и сумев с некоторым трудом принять вертикальное положение, произнес он севшим голосом со слабой улыбкой на лице. — Неплохо для первого дня…





***





Ощущения были… дерьмовыми. И отличными. Вот такой вот замечательный контраст, когда у тебя все тело чувствуется, как лимон, из которого выдавили все соки, во рту нагадило стадо бегемотов, а воняешь ты так, будто устроил недельный сеанс принятия ванной в яме деревенского сортира, но при всем при этом твой разум чист, как слезинка, а сам ты настолько спокоен, что можно подумать, будто пробуждение таким же образом, как сейчас, — это нормально и вообще каждую пятницу стабильно происходит.





Я все еще я жив. Это невозможно, потому что не может быть никак, но — вот он я: дышу, думаю, двигаюсь и пытаюсь понять, какого хрена. Какого хрена на мне ни царапинки, какого хрена я похож на сыроеда после месяца диеты на одной капусте и какого, извините меня, хрена сквозь шум пламени и звук льющейся воды я могу расслышать, как вон тот зомби без нижней половины тела скребет по земле пальцами. Ага, метрах в двадцати от меня. С таким фоном я вообще его заметить не должен был, но каким-то образом и услышал, и почуял (несет от него, кстати… ух мать вашу), а потом и увидел. Как и несколько десятков других вокруг. От такого у нормального человека должна, как минимум, закружиться голова, но мне — ничего.





Вывод напрашивается только один: метафорическим хреном, который так часто мелькал в моих последних вопросах, является Т-вирус, что я подцепил от той девки на подъезде к Раккун-Сити.





Капитан ли я Очевидность? Естественно! Это ведь и ежу понятно, в чем кроется секретик моей «маленькой» трансформации, но размышления об этом помогли мне немного прийти в себя, все-таки не каждый день ты без потерь, ну… почти без потерь переносишь процедуру оздоровительного поедания и близкий взрыв здоровенной цистерны с топливом. Килограммов двадцать живого веса и почти вся одежда, кроме обрывков штанов, — это так, мелочи, право слово.





Итак, я выжил, порадовался этому, но что дальше? А дальше у нас на повестке дня извечный вопрос: кто виноват и что делать?





Кто виноват, я разобрался, да и со вторым все в принципе понятно, нужно все-таки попасть в участок и проверить, как там Клэр, а вот потом уже нужно подумать.





Есть два стула… то есть два варианта. Если я все правильно помню, то где-то в городе была Лаборатория Амбреллы, в которой содержится готовый образец сыворотки от Т-вируса. Ее создал один прошаренный ученый, чье имя я не могу вычленить из памяти. И вроде как все это добро должно быть до сих пор там. За доставку сыворотки военные даже обещали не бомбить город, но в игре те люди, кому это поручили, не справились из-за одного мудака. Можно пойти туда, помочь захватить препарат и передать правительству, и тогда вместо ядерной бомбардировки сюда войдет снабженная лекарством армия, которая зачистит Раккун-Сити и спасет спрятавшихся по углам гражданских. А еще мне очень хочется знать, во что же я превратился, и можно будет как-то использовать лабораторию, чтобы посмотреть. Я, конечно, ни в коем разе не ученый, но… может быть, там есть какие-то автоматические анализаторы крови или что-то похожее.





Это первый вариант.





У которого есть куча минусов. Я могу не найти нужное место, ведь понятия не имею, где оно находится, не говоря уже о том, что могу элементарно опоздать, если все-таки найду. Клэр в таком случае тоже останется одна, а мне не хочется ее бросать, как не хочется, чтобы Ада Вонг добыла G-вирус и передала своему нанимателю.





И тут мы плавно переходим ко второму варианту. Воспользоваться тайным ходом в полицейском участке, встретить Аду и с ее помощью попасть в Улей, где уничтожить образец G-вируса, по пути приглядеть за Клэр. Кстати говоря, проверить свою кровушку там тоже можно, ведь Улей — огромный исследовательский комплекс под землей, и оборудование там точно должно быть не хуже, а наверняка даже лучшем, чем на поверхности.





Но и тут тоже есть свои подводные камни, начиная с того, что встречу с китаянкой я мог элементарно проспать. Но это еще полбеды, можно потом пройти по ее следу, но вот город при этом почти с гарантией будет уничтожен. Хочется, конечно, надеяться, что Джилл Валентайн в этот раз сумеет зарешать, но… будем честны, после того, что произошло со мной, я в такой исход не верю. Она вообще может быть уже мертва. Все-таки за ней гонится гребаный Немезис.





Оба варианта осложняются еще и ордой зомби, мутантов, наличием тиранов и Биркина на стероидах в случае выбора мной пик точеных и вышеупомянутого Немезиса, если выбрать стульчик повеселее. О том, что физически я чувствую себя как моль в обмороке и могу тупо даже до участка не дойти, тоже забывать не стоит, это вообще сейчас самая главная моя проблема.





Эх, ну вот опять, Леон, ты встал перед выбором. Направо пойдешь — Немезиса встретишь, налево пойдешь — тирана найдешь… что там, что там я обмениваю, по сути, шило на мыло. Но долго размышлять и терять время не стоит, пора начинать двигаться.





— Эх… вот было бы классно успеть везде сразу, — с кряхтением поднявшись на ноги, произнес я вслух и побрел в сторону того проулка, которым направил Клэр в полицейский участок. — Но кто ж мне даст…





Перво-наперво надо разжиться оружием, да чего-нибудь пожрать найти, ну и помыться заодно, а то эта вонь просто невыносима. О том, что вода заражена вирусом, думаю, можно не переживать: у меня теперь иммунитет. Хоть что-то хорошее, главное, чтобы подкармливать собой зомби не вошло в привычку.





Глава 6


К списку неотложных дел, которые надо сделать «вот прям щас» добавился еще и поиск одежды, ибо на третий день зоркий сокол все-таки заметил, что ходит в костюме пещерного человека.





Действительно, от одежды остался только один ботинок, обрывки штанов и совсем уж неудобоваримое нечто на торсе. От ботинка я сразу же избавился, потому что уж лучше вообще босиком, чем так. Верх тоже сорвал, оставшись щеголять голым торсом, покрытым тугими жгутами мышц… ага, конечно. Торчащие ребра и впалый живот, просто магнит для девушек.





Ну, этих, которые бродят вокруг слегонца подгнившие.





На удивление, идти до участка получалось относительно легко. Чуть-чуть привыкнув к новым ощущениям, я стал двигаться намного бодрее, несмотря на слабость. Единственное, что реально доставляло серьезные неудобства — это нестерпимое желание жрать. Зато теперь с меня хоть инструкцию по похудению пиши, всего-то и надо дать сделать «кусь» парочке зомби, причем дважды, это важно, а потом хорошенько прожариться в горящем бензине. Высушивает влет! Любой боец ММА в период весогонки сожрет свои портки от зависти.





Сразу после того, как вполне справедливо назовет шизанутым суицидником и покрутит пальцем у виска.





Зараженные, встреченные по пути, были медлительными и неповоротливыми, и было их, в принципе, немного, но я все равно старался обходить на максимально возможной дистанции: в памяти еще свежи были их зубы, рвущие мою плоть, а внешний вид вызывал отвращение и страх.





Не думаю, что смогу быстро привыкнуть к такому зрелищу, поэтому пока приходится терпеть и максимально осторожно двигаться, внимательно смотря под ноги и по сторонам, чтобы случайно не пнуть какой-нибудь мусор или не наткнуться лицом на внезапно заспавнившегося из ниоткуда зомби. Может, я теперь вроде как и сверхчеловек, но, хоть убейте, меня совсем не тянет идти и тестировать на бродячих трупах свою силушку богатырскую, особенно будучи с голой задницей без даже обычной деревянной палки в качестве оружия.





Так что тихонечко, без палева, «мыш кродеться». Жаль только, что не «фиалетавая».





С шоссе в проулок получилось свернуть спокойно, остовы автомобилей — сами по себе хорошие укрытия от глаз мертвецов. Кое-где приседая за корпусом, а кое-где и вовсе проползая под днищем, я преодолел эту часть пути и спустился по лестнице в переход. Его тоже прошел без проблем: там вообще никого не было — ни живого, ни мертвого, зато вот, когда вышел из него на ту сторону, осознал, что стелс-миссия висит на волоске. Стало понятно, почему в переходе не было зомби: они сейчас кучей рыл в десять скопились возле ворот на территорию участка, которые теперь были заперты с той стороны. Скорее всего, это Клэр, убегая, собрала их всех и привела сюда, заблокировав путь дальше.





Вот же задница! И как мне теперь тут пройти? В обход не вариант — слишком долго и опасно. Прорываться я бы тоже хрен рискнул — слишком их тут много, а я, как уже говорил ранее, не планирую проверять степень своей суперменовости в ближайшее… никогда.





Это подстава, Клэр! Конечно, я рад знать, что ты добралась и не могу винить тебя за то, что заперла за собой вход, ведь никак не могла представить, что я приду следом. Но я же пришел!





…отшлепаю при встрече. Выражая при этом исключительно радость от воссоединения — так и запишем.





Повезло, что они пока меня не видят: школьный автобус, за которым я спрятался — сам по себе хорошее укрытие, плюс они еще и повернуты почти все мордой к участку. Есть возможность обдумать свои действия.





Стоп, школьный автобус… который возит детей… твою мать!





Повинуясь какому-то непонятному чувству, заглядываю внутрь сквозь окно, но, черт возьми, лучше бы я этого не делал. Сердце невыносимо защемило, а где-то внутри поднялась жгучая ярость на тех, кто все это устроил.





В этом автобусе действительно были дети. Их маленькие тела лежали друг на друге в количестве гораздо большем, чем посадочных мест в автобусе. Окровавленные. Изуродованные, причем друг другом. Единственный взрослый, водитель, вообще обглодан до состояния практически голого скелета.





Следуя указаниям голоса из динамиков, в ближайшей школе посадили в транспорт столько учеников, сколько смогли, и отправили к полицейскому участку, но по пути что-то произошло. Наверное, кто-то из детишек был заражен, но никто этого не заметил или не догадался, что бывает с теми, кого укусили, и в итоге ребятишки оказались в этом автобусе, как в одной огромной ловушке. Неспособные ни разблокировать двери, ни разбить стекла, потому что не знали как, либо сил не хватало, — они погибли тут все.





Да и что ждало бы их снаружи? То же самое, только чуть позже…





Когда видишь такими взрослых, это стремно, противно, но в целом хоть как-то терпимо, но когда детей…вот это уже по-настоящему страшно.





И сколько еще таких вот трагедий случилось за эти несколько дней в Раккун-Сити? Сотни. И если мне представится такая возможность — а я приложу все силы к тому, чтобы так и было, — руководство Амбреллы захлебнется собственной кровью.





От увиденного я настолько сильно был ошеломлен, что совсем не заметил, что некоторые дети в автобусе все еще двигались. А вот они меня заметили.





— Твою мать! — отпрыгнул я с криком, когда в стекло передо мной врезалось первое перекореженное детское личико, а за ним еще несколько, подняв тем самым неслабый шум, на который сразу же обратили внимание их взрослые сородичи у ворот. С хрипом и рыком толпа начала медленно разворачиваться в мою сторону, а я все так же стоял и не мог отвести взгляд от малышни, которые уже никогда не узнают, что такое счастливое детство, не познают прелести взросления, подростковых проблем и переживаний, первой любви, первой подержанной машины, купленной отцом на шестнадцатилетие, никогда не вырастут и не создадут семьи.





И все это из-за зажравшихся уродов, которым мало того, что у них уже есть, им подавай власть и бессмертие, — что им до смертей каких-то жалких ста тысяч человек? Так, отметка в статистике.





Меня просто переполняла злоба, которую надо было куда-то выместить. И никого вокруг, кроме зараженных, для этого не было. Так удачно попавшийся под ногами кусок арматуры лег в руку как родной, а по весу ощущался как легенький прутик. Голова первого вставшего на пути мертвеца лопнула, как переспевшая дыня, а я уже шел дальше, отметив только, с какой легкостью это произошло. Будто ножом по маслу. За первым последовал второй, потом третий. В пору бы начать охреневать от того, что сделал со мной вирус, но я был слишком охвачен яростью для этого. Просто бил арматурой, с какой-то нечеловеческой эффективностью сокращая поголовье зомби на отдельно взятом участке земли. Они ничего не могли мне сделать. Слишком медленные, слишком неповоротливые, слишком… мягкие, хотя раньше казались почти неуязвимыми, когда приходилось высаживать по несколько пуль в голову, чтобы успокоить хотя бы одного.





В конце концов не осталось никого, кроме меня. И тех детей в автобусе, — убить еще и их просто рука не поднялась. Пусть и дальше сидят на своем месте, я еще не настолько оскотинился, чтобы убивать детей. Даже таких. И очень надеюсь, что никогда теперь к этому не приду.





Арматурина, изрядно погнувшаяся после моего перформанса, выпала из разжавшихся пальцев, лязгнув об асфальт. А вместе с ней из меня как будто вынули стержень: вновь накатила слабость и ноги подкосились, из-за чего пришлось припасть на одно колено, чтобы не пропахать лицом землю. В груди поселилось тянущее чувство опустошения, настроение упало куда-то в район абсолютного нуля, а злоба, отступившая на второй план, все еще держалась на краю сознания, напоминая о зрелище, которое теперь займет главное место в моих ночных кошмарах.





Зато путь свободен. Проблема решилась сама собой, хотя хрен я буду радоваться способу, которым это случилось. Тем не менее рассиживаться, посыпая голову пеплом, нельзя. Если я хочу, чтобы такого больше никогда не случилось, нужно двигаться дальше.





С кряхтением поднимаюсь и волочу ноги к воротам. Подергал — действительно заперто.





Значит, полезли наверх.





Залез. И чуть было не шлепнулся с трехметровой высоты, когда слезал. И где, спрашивается, вся эта прыть, когда она нужна?





И вот так, с тяжелыми мыслями в голове и матами на устах, я таки преодолел последние метры до здания R.P.D. Дверь внутрь была не заперта и отворилась легким движением руки, после чего я, наконец, прибыл на место своей первой работы.





И раз уж я здесь, то пора бы начать ее выполнять.





Интерлюдия 1


Европейское поместье Корпорации Амбрелла





Освелл Спенсер был успешным человеком. Глава многомиллиардной корпорации со множеством филиалов по всему миру, первой среди равных, был практически монополистом в области фармакологии и медицины. За свою жизнь он сделал множество выдающихся открытий и оставил после себя такое наследие, что потомки не забудут и через век… если, конечно, не вымрут.





Ведь у него так и не получилось создать тот идеальный мир, о котором он мечтал. Исследования хоть и принесли пользу, но результат был далек до нужного, и конечная цель все еще скрыта где-то далеко за горизонтом. Спенсер до сих пор верил, что, если человечество не станет лучше, оно падет: вторая мировая война, холодная и множество конфликтов поменьше по всему миру медленно подводили людской род к пропасти, из которой он уже никогда не выберется.





Когда-то давно, в молодости, Освелл мечтал стать тем, кто поведет людей к новому, чистому и светлому будущему, возведя их на новую эволюционную ступень. Тогда все казалось легко и просто: только протяни руку, и вот она — твоя цель, только возьми. И хоть сейчас, под грузом прожитых лет, он понимает, что был наивным юнцом, полагая, что все будет так легко, мечта все же никуда не делась.





Вот только времени на ее осуществление почти не осталось. Старость берет свое, смерть уже маячит за горизонтом, а прощальный подарок от старого друга грозится угробить еще и дело всей жизни.





Сидя в своем кабинете, прикованный к роскошному креслу-каталке с новейшим электромотором, пожилой старик вспоминал, с чего все началось.





Совершая одиночное пешее путешествие по Восточной Европе, он заблудился из-за своей неопытности в незнакомой местности и упал на заснеженную дорогу. Там он был спасен Мирандой, жрицей и биологом из изолированной горной деревни далеко в Карпатах. Женщина не только спасла тогда еще юношу, ученика медицинского университета, но и, впечатлившись его тягой к знаниям, взяла в ученики. Там-то он и узнал, что такое мегамицелий и его способности мутировать, ассимилировать и воспроизводить формы жизни, а после и понял, в какую сторону двигаться, чтобы достичь желаемого.





Хотя он наслаждался временем, проведенным с Мирандой, и обширными знаниями в области биологии, которые он получил от нее, у них были очень разные взгляды на мир, поскольку Миранда стремилась оживить свою дочь, в то время как Спенсер хотел изменить мир. Поэтому в один прекрасный момент он покинул свою наставницу и вернулся в институт, увлеченный новой, прекрасной идеей. Однако связь между учителем и учеником не была утрачена: их переписка идет по сей день, и Миранда искренне интересуется достижениями протеже. Даже предлагала продлить жизнь с помощью своих разработок, однако мужская гордость не позволяет спенсеру принять это невероятно щедрое предложение. Хотя, возможно, теперь и придется…





Вернувшись в свой университет изменившимся человеком, Освелл решил повторить достижения Миранды по-своему, поскольку посчитал, что плесень неэффективна для достижения его целей. Его друзья, Эдвард Эшфорд и Джеймс Маркус, увлеченные целеустремленностью и энтузиазмом молодого человека, взялись помочь.





И вот, спустя шестнадцать лет исследований, был совершен прорыв. Рассказ о ндипайе, западноафриканском племени, чьи ритуалы включали волшебный цветок, который давал огромную силу тем, кто мог пережить его яд. Помня о плесени и ее выдающихся возможностях, Спенсер и компания организовали экспедицию, в ходе которой это загадочное растение было найдено.





Результаты его изучения поразили не меньше, чем мегамицелий. Вирус, который удалось выделить, как раз и был ответственен за ту неведомую силу, даруемую аборигенам, что переживали ритуал. Перспективы применения этого открытия были просто огромны.





С этого все и началось. Вскоре была основана Амбрелла и начались ее великая история. Множество результатов было достигнуто, как и множество неприглядных вещей совершено, но ради прогресса и спасения человечества Спенсер отбросил эту самую человечность. Она была не нужна, как рудимент, только мешающий идти к цели, ведь наука требует жертв. Даже друзья и соратники, Эшфорд и Марку, если потребуется. Так оно в итоге и случилось, ведь Освелл понимал, что те не захотят делить с ним славу и место бога нового мира, поэтому действовал на опережение. Эдвард в шестьдесят восьмом «случайно» заразился Прародителем и трагически погиб, оставив все вои исследования незавершенными, а вот Маркус…





Маркус смог неприятно удивить. Удивить настолько, что Спенсер теперь не уверен, сможет ли Амбрелла пережить последствия.





Казалось, что все хорошо, Вескер и Биркин избавились от бывшего друга, а тогда уже конкурента, все его данные перешли под руку того, кто распорядился ими правильно, а тело и так любимая им королева пиявок утилизированы.





Казалось бы, на этом все, но как бы не так.





С одиннадцатого мая этого года в горах Арклей начали умирать люди. На их телах после обнаружения были найдены следы укусов. Чтобы расследовать это происшествие, в заброшенный особняк было отправлено подразделение S.T.A.R.S.





Выяснилось, что та самая королева выжила, обрела разум и, приняв форму Маркуса, начала мстить. Именно ее стараниями произошла утечка T-вируса, но инцидент удалось замять, и ничего бы дальше не было, если бы Биркин не решил предать.





Именно при его устранении кто-то случайно разбил колбу с Т-вирусом, который попал в канализацию и заразил целый город.





Спенсер понимал, что каким бы могущественным он ни был, такое скрыть уже не удастся. Единственное, что он мог сделать, это попытаться выйти из случившегося с как можно меньшими потерями, получить максимум полезной информации, ведь Раккун-Сити сейчас — это не только сокрушительный удар по репутации, но и идеальный полигон для того, чтобы протестировать самые выдающиеся проекты. Кто знает, может быть, именно сейчас, пока творится хаос, получится найти что-то такое, что перевернет ситуацию с ног на голову, обернув смертельный провал триумфом.





И как будто кто-то на небесах услышал его надежды и решил послать весть.





В дверь торопливо постучали, отвлекая главу Амбреллы от раздумий.





— Входите.





— Сэр! — в комнату вбежал молодой секретарь, размахивая включенным планшетом в руках. — Вы должны это видеть!





— Успокойся, встань ровно. Дыши, — отрезал глава. Его голос был тих и слаб, но все равно заставил человека перед ним замереть. — Теперь показывай.





— Вот, взгляните, сэр, — подчинился молодой человек. И уже куда более спокойно, но все еще взволнованно поставил портативный компьютер на столе перед Спенсером и включил видео. — Эта запись была сделана всего пятнадцать минут назад возле полицейского участка Раккун-Сити.





— Невероятно… — неверяще прошептал глава. — Даже Владимир о таком и мечтать не может…





На экране творилось что-то невообразимое. Некий молодой человек расправлялся с зараженными Т-вирусом жителями Раккун-Сити, и как расправлялся! Простой железной палкой, с нечеловеческой силой он разваливал их на куски!





Идеальная совместимость! Невероятные показатели! То, что так долго искал!





— Вы уже установили личность этого человека? Голос Спенсера стал тверд, как сталь, а разум приобрел давно забытую остроту.





— Да, сэр. Леон Скотт Кеннеди, двадцать один год, холост. Недавно закончил Полицейскую Академию и был принят в штат R.P.D по приказу Брайана Айронса.





— Когда, говоришь, военные собираются нанести ядерный удар?





— Через… через сутки, сэр, — сглотнув ответил подчиненный.





— Затяните процесс. Используйте все ресурсы, что есть, но добудьте нам хотя бы еще столько же времени, — последовал незамедлительный приказ.





— Сделаем все возможное, сэр.





— И еще. У нас есть свободные силы в Раккун-Сити? — спросил глава, продолжая смотреть на экран, не отрывая глаз.





— Волчья Стая недавно выполнила свое задание, сэр, — уже поняв, что ему скажут дольше, ответил секретарь.





— Прекрасно. Передайте им, что у них появилось новое.





Это мальчишка… что бы ни скрывалось в его крови, Спенсер это выяснит. И тогда, несмотря ни на что, он станет как никогда близок к своей заветной мечте.





Больше глав тут:





Глава 7


Дождь лил с неба, не переставая. Не слишком сильный, но непрерывный, он заливал бесконечным потоком искалеченную землю Раккун-Сити. Тихий перестук капель по крышам зданий эхом разносился по пустынным улицам внизу, заглушая стоны орды мертвецов, заполонившей город.





Здание полицейского участка не выделялось на фоне прочих. По мере того, как количество капель дождя увеличивалось, они начинали сливаться, образуя маленькие ручейки, которые извивались вдоль крыши, набирая скорость с каждым мгновением. Потоки текли к водосточным желобам, окаймляющим край здания, жадно ища выход в мир за его пределами.





И они его находили: каждый водосток оканчивался трубой, уходящей под землю, в канализацию, куда и стекала дождевая вода, чтобы не создавать грязь и лужи под стенами здания. Правда, в ходе беспорядков одна из труб оказалась повреждена и отломалась, оставив в месте крепления дыру, и вода, вместо того чтобы аккуратно следовать по дренажной системе, бодрым ручейком падала с большой высоты вниз.





— Ух, хорошо…





Прямо мне на голову.





Да, я стоял и мылся дождевой водой. Впереди, за забором, разгуливали зомби, часть из которых заметили меня и тянули лапы сквозь железные прутья. Но мне было плевать, я просто смывал с себя грязь и копоть, налипшую после взрыва бензовоза, и искренне получал от этого удовольствие. Даже то, что вода была холодной, а бродившие недалеко зрители желали мной перекусить, ничуть меня не смущало.





Собственно, напрашивается вопрос: а не сорвало ли мне крышу, если я занимаюсь подобной фигней? Возможно. Трудно, знаете ли, немножечко не засвистеть флягой после всей той хрени, что я повидал всего за пару часов пребывания в пределах Раккун-Сити.





Особенно после автобуса с детьми.





Уже становится страшно, что же меня ждет дальше, хотя как раз насчет этого у меня есть представление. Именно из-за него, кстати говоря, я и не пошел искать душевую. Ну еще и потому, что по пути туда мне пришлось бы преодолеть замечательный квест с названием «Леон и куча зомби в закрытом помещении», потратив на это кучу времени и сил, но основной причиной все же стало то, что я знал, как началось заражение.





Через крыс, а потом и через воду.





И если я использую водопровод, чтобы искупаться, то в прямом смысле слова буду лить на себя из лейки душа Т-вирус. Оно вроде бы как мне уже не страшно, но я «помню», во что он может превратить организм человека, попав в него даже в небольших количествах, один только Немезис с его трансформациями чего стоит. А я и так получил неплохой заряд бодрости от четверых мертвяков, и проверять, что там со мной будет, если добавить еще, как-то совсем не улыбается.





Кроме того, есть нехилый риск, что я сейчас элементарно заразен и мне к людям прикасаться нельзя. А ну как найду Клэр, на радостях сгребу ее в объятия, а она через часик тоже захочет пообниматься.





Ага, своими зубками с моей многострадальной шеей.





Спасибо, я, конечно, не против, когда девушка в порыве страсти делает небольшой кусь, но тут кусь будет с целью меня сожрать. Недавно уже такое попробовал, и как-то оно не очень. Так себе, мягко говоря.





И моя гипотетическая заразность только увеличится, облейся я зараженной водой. Поэтому ну его нахрен так рисковать.





С другой же стороны, почистить себя все-таки надо было. Этот запах, что от меня исходит, просто невыносим, да и новую одежду на себя напяливать будет намного приятнее на чистое тело. Дождевая вода, не загаженная никакой хренью, замечательно подходит для этой цели.





Закончив свои дела, я зашел через главную дверь внутрь, вытерся полотенцем и очистил ноги от уличной грязи вторым, специально брошенным под ноги, после чего еще раз осмотрелся вокруг.





Центральный холл полицейского участка Раккун-Сити выглядел как какой-то базар: повсюду разбросаны ящики, мешки, разный мусор, на полу видны затертые следы крови и нет ни одного живого человека. Как я и подозревал, заражение добралось и сюда.





Полицейские просто не знали, с чем имеют дело. Укрывая в этих стенах гражданских, они пускали внутрь всех, кого могли, в том числе и раненых. Конечно же, часть из них были укушены, и когда народ понял, чего стоит опасаться, было уже слишком поздно. К моему приходу не осталось ни одного выжившего, только мертвецы и зараженные, бессмысленно слоняющиеся по когда-то оживленным коридорам.





Ужасное зрелище. Видеть своих коллег, с которыми даже познакомиться не успел, такими было тяжело не меньше, чем тех несчастных детишек на улице. Хоть я и совсем не знал этих людей, на душе почему-то тяжко. Недавно я заглянул в западный офис и увидел надпись «Добро пожаловать, Леон» большими желтыми буквами на синих кусках картона, подвешенную под потолком.





И не только, они даже оставили там загадку специально для меня! Первое задание новичка! Узнать имена своих коллег и с помощью первых букв разблокировать замки, которыми они закрыли приготовленный для меня стол. Это я узнал из записки, оставленной там. Из нее же я узнал, что они очень рады, что меня тут нет. Эти слова были написаны позже, и рядом с ними были отпечатки окровавленных пальцев.





Я бы все отдал, чтобы быть здесь вместе с ними. Надеюсь, хоть кто-то сумел сбежать живым.***





Загадку я все-таки отгадал. Увеличенный магазин для пистолета — хороший подарок и сейчас он мне очень пригодится.





Спасибо, ребята. Покойтесь с миром.





Есть во всем этом и один хороший момент: секретный проход под статуей открыт, а это значит, что Клэр была здесь и разблокировала его. Неизвестно, правда, сколько времени она на это потратила и как давно закончила, а потому мне тоже следует поторопиться.





Предназначенная мне полицейская форма нашлась прямо в холле, в одном из шкафчиков, стоящих вдоль стены. Когда в других помещениях стало небезопасно, полицейские притащили в центральный холл все, что может быть полезно. Медикаменты, остатки оружия, до которого добрались, экипировку. Их запасливость мне сейчас на руку, ведь не придется с голым задом лезь в восточный или западный офис, чтобы что-то отыскать. Еда тоже была здесь, и первые несколько минут я потратил на ее поглощение. Бездна, развернувшаяся в моем желудке, всасывала в себя все, что попадало мне в рот, и нагло требовала еще. Потребовалось сожрать три сухпайка подчистую, чтобы голод хотя бы немного притих. Я даже поразился тому, как в меня столько влезло, но больше пихать было, к сожалению, нельзя. Время поджимало, да и желудок все-таки не резиновый при всей кажущейся бездонности. Но в сумочке с собой заточить что-нибудь еще я возьму, это точно.





Облачившись, придирчиво оглядел себя.





Н-н-н-да… висит. Хех, когда с меня снимали мерки, я был немного побольше, так что неудивительно. Благо, форму можно дополнительно подогнать, а еще она новая и качественная — даже странно, что никто ее не использовал. Удобные штаны и рубашка темно синего цвета, налокотники и наколенники, белые защитные рукава, заканчивающиеся перчатками без пальцев. Поверх надет бронежилет с отпечатанной белой краской надписью «R.P.D.» на спине и груди. Сбоку к бедру пристегнута тактическая кобура, а боевые ботинки удобно сидят на ногах. Пожалуй, единственная часть снаряжения, что не стала мне велика, оставшись по размеру.





Вот теперь порядок. Как говорится, "теперь вы одеты, как чорт".





Ну, не совсем — одно маленькое дело еще осталось. Подхожу к лежащему на полу возле стола с компьютером телу чернокожего полицейского. Марвин Бранаг, второй живой человек, которого я должен был встретить после Клэр. К сожалению, ему уже нельзя было помочь, но в «той» истории на момент знакомства он все еще был собой. Сейчас же он представляет из себя труп с простреленной головой. Мы так и не успели перекинуться хотя бы парочкой слов, прежде чем он обратился, а потом и отправился на окончательный покой.





Опускаюсь рядом с ним на колено и прикрываю рукой глаза. Это был хороший человек и отличный полицейский, тогда он мне помог и дал несколько ценных подсказок. Жаль, что не смог познакомиться с ним сейчас… а может и нет. Трудно сказать, ведь я все равно не смог бы ему помочь. В любом случае, даже с того света он все равно поможет новичку.





— Простите, сэр, но мне это будет нужнее, — немного повозившись с его кобурой, достаю оттуда пистолет. Обычный семнадцатый глок без наворотов, но в хорошем состоянии, и, что еще важнее, с полным магазином патронов. С теми, что я уже отыскал, немного пошарив по помещению, наберется целых три. Неплохо. Взвесив оружие в руке и удовлетворившись ощущением шершавой рукояти под пальцами, убираю его уже в свою кобуру. Следом на мой пояс перекочевал боевой нож, а затем и полицейский фонарь взамен утерянного при взрыве.





— Покойтесь с миром, лейтенант. Поднимаюсь на ноги и, еще раз с сожалением посмотрев на тело Лейтенанта, быстрым шагом двигаюсь к статуе, под которой уютненько расположилась винтовая лестница, уходящая вниз.





Подземелье встретило меня размеренным гулом генераторов, переплетением труб на стенах и потолке и решетчатым металлическим полом. Здесь расположено сердце полицейского управления, резервные источники питания, системы отопления и подачи воды. А также выход на парковку, который мне еще предстояло найти.





И запах. Вернее, два… нет, три разных запаха, витающих в воздухе. Они заметно отличались от того, как пахли зомби. Два как-то… приятнее, что ли? Наверное, так мной теперь ощущается живой, здоровый человек. Готов поспорить, запах остался после того, как тут прошла Клэр, но вот кто был с ней еще? Память подсказала сразу же: Шерри Биркин, белокурая девочка, дочь ученого, со смертью которого город погрузился во тьму. Если они с Клэр встретились, это хорошо: найти их вместе будет намного легче, чем по отдельности.





Методом исключения можно понять, кому принадлежит третий след: папуля Шерри, Уильям Биркин, вколовший себе экспериментальный G-вирус, после того как солдаты Амбреллы наделали в нем дырок. О том, что он применил на себе секретный маусструмент, говорит и то, что стоило моему носу уловить его запах, как все мои инстинкты в один голос закричали мне, что с этим существом мне никак нельзя встречаться. От него настолько веяло опасностью, что на секунду я реально развернулся и чуть было не потопал обратно, — пришлось даже одергивать себя и возвращаться к поискам.





Которые, к слову, не продлились долго. Еще через десяток минут блужданий я начал чувствовать, как «более вкусный» аромат усиливается, в то время как опасный, наоборот, становится слабее. Если я хоть что-то в этом понимаю, это значит только то, что Клэр где-то рядом и либо пережила встречу с биркиным, либо и вовсе ее избежала. Вскоре я наткнулся на лестницу, ведущую наверх, к металлическому люку, который кто-то уже сдвинул в сторону.





А еще сверху доносились голоса, причем разговор велся на повышенных тонах и один из говоривших явно был мужчиной.





Интересно… кто же там такой болтливый?





Вскарабкаться по лестнице было делом нескольких секунд, и когда я добрался до верха и заглянул, что там происходит, увиденное мне совсем не понравилось.





Глава 8


Немного раньше. Клэр Редфилд. Девушка в затруднительном положении





А ведь она всего лишь хотела найти старшего брата…





Если бы еще вчера кто-то рассказал Клэр Редфилд, что поиски Криса в Раккун-Сити приведут ее в город полный кровожадных монстров, она покрутила бы пальцем у виска и сквозь смех посоветовала идиоту поменьше смотреть эти глупые телешоу.





Но вот сейчас что-то ей не до смеха.





Проведя несколько часов в здании полицейского управления, девушка сполна ощутила на себе давящую атмосферу, окутавшую это место. Коридоры были завалены каким-то мусором и продувались сквозняком через разбитые окна. Через них же, вместе с ветром, внутрь попадали капли дождя, собираясь под ногами в неприятно хлюпающие лужи. Повсюду разруха и опустошение: проломленные стены, разбросанные кипы бумаг, разбитая мебель и много-много трупов.





Большинство из которых были на ногах и вели на нее охоту. И даже те, что лежали неподвижно, могли вдруг подняться и напасть в любой момент.





Перед глазами промелькнуло лицо улыбающегося парня, который твердо утверждал, что выжившие точно есть… наверное, хорошо, что он не успел узнать, насколько не прав. В груди больно закололо от чувства вины, которое никак не получалось прогнать.





Еще и та надпись в западном офисе… Клэр увидела ее, когда пробиралась по одноименному крылу. Коллеги явно хотели, чтобы первый день новичка запомнился ему на всю жизнь… что же, так и получилось.





Было холодно и страшно. Приходилось замирать, услышав любой шорох, бояться каждой тени, которых хватало по большей части в обесточенной стороне здания. И редкие, все еще рабочие лампочки, и создаваемые ими островки света не приносили чувство защищенности. Наоборот, они делали вид опустошенного участка еще хуже.





Клэр уже сто раз успела пожалеть, что вообще сюда сунулась. Страх и одиночество давили с ужасной силой, призывая бросить все и просто сдаться…





Но она не могла.





Что-то все равно двигало ее вперед. Упрямство ли, страх или долг перед едва знакомым парнем, погибшим, чтобы она, Клэр, смогла выжить. Да и куда поворачивать? Назад, на заполненные мертвецами улицы? Нет никакой гарантии, что удастся уйти тем же путем, что и пришла.





Поэтому оставалось только стиснуть зубы и двигаться вперед.





Надежду давал только спрятанный в кармане измазанный свежей кровью блокнотик, найденный в руке мертвого полицейского. В нем были подробно изложены мысли о тайном ходе, через который можно выбраться из города. Клэр узнала о нем совершенно случайно, покопавшись в терминале на потрепанном столе, стоявшем у самого входа в участок, там же она увидела запись видеокамеры, на которой выживший офицер полиции убегал по длинному коридору от преследовавшего его мертвеца, отстреливаясь и зовя на помощь. Кричал что-то о том, что нашел выход.





Ухватившись за эту зацепку, как за спасательный круг, Клэр, ориентируясь на слова человека на экране, поспешила туда сразу же. Это было в восточном крыле — совсем недалеко и можно было успеть…





Когда она нашла его, было уже поздно. Не хватило жалких нескольких секунд. Будь она чуть смелее, чуть расторопнее — и несчастный выбрался бы целиком, а не только наполовину. Клэр и сама отправилась бы следом, если бы не офицер Марвин, вытащивший ее в последний момент.





Однако долго радоваться встрече не вышло. Мужчина был заражен, и когда они встретились в следующий раз, он уже не был собой.





Так она и осталась совершенно одна, гонимая вперед единственным стремлением - выжить.





Выжить, решая глупые загадки, как в видеоиграх. Поначалу даже не верилось, потому что все было как в каком-нибудь новомодном квесте, где ты заходишь в специально построенный павильон, а за тобой внутри гоняются переодетые в костюмы страшилок актеры. А тебе всего-то и надо найти три медальона, чтобы разблокировать секретный проход. Один в главном холле, спрятанный в статуе Льва, другой библиотеке — в статуе единорога, и последний в кладовой — в статуе змеи. Чтобы получить последние два, пришлось повозиться, вдоволь набегавшись от зомби и натерпевшись страху на целую жизнь вперед, ведь «актеры» тут настолько самоотверженно отдаются ремеслу, что действительно готовы порвать тебя на куски.





Особенно та тварь на третьем этаже. Ползающая по стенам, увитая мощными мускулами, хорошо заметными на бескожем теле, и передними лапами с огромными когтями на конце. К счастью, слепая. Из-за этого Клэр кое-как удалось избежать неприятной встречи, прокравшись мимо, не спуская глаз с шершавой, похожей на голый человеческий мозг, головы. Пришлось вспомнить все, чему ее научил брат, но она это сделала.





И вот, сейчас, спустя добрых три часа времени, потраченных на блуждания в поисках непонятно чего, все три медальона были у нее, и теперь Клэр возвращалась назад, в главный зал. Спустившись по лестнице со второго этажа, она сразу же направила свои ноги по уже знакомому пути, мимо фотолаборатории, пройдя возле заколоченного досками окна, из которого внутрь дул противный, забирающийся под одежду ветер, отчего кожа неприятно покрывалась мурашками. Пройдя по длинному коридору, стены которого украшены картинами и декоративными колоннами, Клэр оказалась на небольшом пятачке, ранее, наверное, бывшим небольшой зоной отдыха для сотрудников. Об этом говорят два заляпанных кровью дивана в углу и аппарат с газировкой чуть правее.





— Кое-что не меняется, да..? — еле слышно шепнула себе под нос девушка, смотря, как довольно крупный зомби пялится в подсвеченное окошко выдачи, водя руками по небольшой клавиатуре сбоку. Он был тут и в прошлый раз и, похоже, не собирается прерывать свое увлекательное занятие… если его, конечно, не прервать.





А Клэр не будет этого делать, ведь очень хочет жить.





— Приятного отдыха… — с наилучшими пожеланиями к усопшему, она, прижавшись к противоположной стене, на цыпочках прокралась мимо, к металлической двери с решеткой в верхней части. Клэр уже знала, что петли тут отлично смазаны и совсем не скрипят, потому скользнула внутрь почти без опаски быть замеченной и так же бесшумно, как и открыла, закрыла за собой. Внутри ее встретил ряд закодированных шкафчиков, расположенных по центру комнаты хранения с терминалом, пристроенным сбоку. Но цель ее нахождения тут была немного дальше: пройдя по выложенному грязно-серой плиткой полу в конец помещения, переступая по пути через валяющийся под ногами мусор, девушка оказалась в отдельно отгороженном закутке, внутри которого стоял сейф с передней стенкой из бронестекла, из-за которого на нее приветливо «смотрел» гранатомет М76, так и призывая забрать его. В прошлый свой визит сюда Клэр не смогла заполучить это оружие, но вот теперь у нее есть ключ-карта, найденная на втором этаже восточного крыла в художественной мастерской.





— Надеюсь, подходит… — буркнула она с надеждой, вставляя электронный ключ в ридер — и, к вящей радости девушки, от устройства раздался коротенький веселый писк, а затем с щелчком открылись магнитные захваты, удерживающие переднюю стенку неподвижной. — Блеск!





Бережно, как самую важную вещь в мире, Клэр сняла гранатомет с ложа и перекинула ремень через плечо, повесив его на спину, где рядом уже покоился оставшийся от Леона дробовик. Четыре сорокамиллиметровых гранаты были бережно убраны в набедренную сумочку, подобранную в одном из ящиков, которые девушка успела осмотреть, пока исследовала участок.





Из комнаты хранения она вышла так же тихо, как и вошла, продолжив свой путь по темным коридорам участка. К сожалению, короткая дорога была недоступна, заблокированная баррикадой высотой до самого потолка, поэтому девушке пришлось, как и в предыдущий раз, идти в обход через комнату записи. Правда, в этот раз у нее был подходящий ключ, чтобы открыть нужную дверь, и не пришлось лезть через узенькое окошко под самым потолком, чтобы попасть куда надо.





Наконец, миновав последний коридор, Клэр попала в приемную, встретившую ее пустой стойкой администратора и разломанными в доски диванчиками для посетителей. Зато было светло, а также имелось ростовое зеркало, в которое девушка и заглянула. Оттуда на нее взглянуло уставшее осунувшееся лицо, испачканное пылью, мокрые еще после улицы волосы темно-рыжего цвета утратили свой блеск, одежда изрядно испачкалась после бесконечных ползаний по всяким разным местам.





Невесело усмехнувшись своему отражению, Клэр пошла дальше, выйдя из приемной и оказавшись в главном зале. Это место в другой ситуации можно было бы назвать красивым. Не каждый полицейский участок строится на месте роскошного особняка и часть этой роскоши видна до сих пор: картины, статуи, отделка стен и потолка — все это говорило о богатстве бывших владельцев этого места, и даже сугубо утилитарные элементы, привнесенные сюда полицейскими, не сильно портили бы впечатление, если бы не разруха, случившаяся тут. После всего, что было, у Клэр бы не получилось ничем тут повосхищаться, даже будь оно сверкающим, как новенькое, начищенным до блеска. В памяти гарантированно будут всплывать картины того, что она видит перед собой здесь и сейчас.





— Соберись, Клэр... — тряхнув головой и отогнав непрошенные мысли, девушка быстрым шагом отправилась к самой большой и самой красивой статуе, расположенной у дальней стены между двумя лестницами, ведущими на второй ярус.





Погибший офицер Эллиот проделал большую работу, чтобы раскрыть секрет этого особняка. И Клэр очень надеялась, что он сделал это не зря.





И сейчас она проверит, так ли это.





Глава 9


Все там же. Клэр Редфилд





Спокойно дойти девушке не дали хриплый рык и шаркающий звук шагов, раздавшийся со стороны правой лестницы на второй этаж. Обернувшись на звук, она увидела, как сверху к ступенькам, волоча за собой вывихнутую левую ногу, хромает зомби, бывший когда-то мужчиной с коротким ежиком волос и клетчатой рубашке. Сейчас в его белесых глазах, почти не выделяющихся на сером лице, стоял только голод, а со рта капала кровавая слюна.





— Достали уже… лезут изо всех щелей. — Клэр даже не поморщилась. Вид одинокого мертвеца быстро перестал вводить ее в трепет. Страх все равно оставался, но теперь уже привычный и не мешающий действовать. Инстинкт выживания, усыпленный мирной жизнью в колледже, проснулся на полную, предполагая только два варианта действий: бей или беги.





Бежать Клэр не собиралась, не тогда, когда решение этой чертовой загадки с медальонами так близко.





Достав револьвер, который ей подарил брат на совершеннолетие, и с которым она с того момента почти не расставалась, девушка прицелилась точно в голову и нажала на спуск. Хлестко щелкнул выстрел, наполнив своим звуком густую тишину и неприятно резанув незащищенный слух, и урод резко дернул назад головой, в которой теперь красовалась аккуратная дырочка от девятимиллиметровой пули, после чего его ноги подкосились окончательно, и он кубарем покатился по лестнице вниз, распластавшись в конце в позе морской звезды на выложенном расписной плиткой полу.





— Э-э-э-ы-ых… — Однако, этого ему было недостаточно, чтобы умереть окончательно. Неуклюже, как и все остальные его собратья до этого, зараженный предпринял попытку подняться, чтобы добраться до желанной живой плоти.





— Проклятье… — Устало вздохнула дочь семьи Редфилд, снова наведя оружие на голову противника и произведя еще один выстрел. Получив повторный свинцовый гостинец, тот наконец-то отправился в мир иной, гулко ударившись затылком об пол.





— Никогда к этому не привыкну… — прошептала девушка, внимательно оглядываясь по сторонам, чтобы не пропустить по глупости кого-нибудь еще. Такие вот залетные гости регулярно появлялись у нее на пути даже в тех местах, где, казалось бы, их быть не должно. Они проникали внутрь через разбитые окна, незакрытые двери, проломы в стенах и через все остальные возможные лазейки, вынуждая постоянно сохранять бдительность и сильно замедляя передвижение по полицейскому участку.





К счастью, этот этап скоро будет пройден. По крайней мере, Клэр на это надеется. История с секретным ходом, спрятанным в старинном особняке выглядит довольно правдоподобно, а физическое подтверждение теории, нарисованной в записной книжке, в виде трех железных медальонов, звякающих в кармане, добавляет оптимизма на этот счет.





Обойдя труп убитого только что зомби по широкой дуге, чисто на всякий случай, девушка подошла к статуе богини, в очередной раз отметив красоту этого, безо всякой лести, произведения искусства. Высокая, почти до потолка, выполненная из белого мрамора, она свидетельствовала о богатом прошлом места, в котором стоит. Даже во время переоборудования особняка в полицейский участок строители не стали убирать ее, оставив как напоминание о былом. Да и чего таить, каменное изваяние неизвестной богини с мечем отлично вписывалось во внутренний интерьер, подчеркивая величие закона и порядка. И даже сейчас, когда вокруг творился, она казалась островком стабильности в море хаоса.





У подножия монумента расположился постамент с тремя круглыми углублениями, к которому и направилась девушка. Остановившись рядом, она расстегнула куртку до середины, просунула руку во внутренний карман и выудила на свет три металлических кружка с выгравированными на них стилизованными изображениями, после чего в указанном в блокноте порядке установила в пазы и принялась ждать, отойдя на пару шагов назад.





Несколько долгих секунд ничего не происходило, и Клэр, хоть и не была никогда религиозным человеком, успела прочитать про себя все известные ей молитвы, нервно теребя рукава и не сводя взгляда со статуи.





И ее старания были вознаграждены: снизу, под массивным каменным изваянием что-то щелкнула, а затем передняя часть постамента медленно стала опускаться вниз, обнажая небольшую каменную арку и ступеньки, уходящие под землю. По бокам от входа были видны обнаженные детали механизма, приводящего всю конструкцию в движение, а каменный пол перед статуей сложился в ступеньки, полукругом опоясывающие проход.





— «Черт возьми, когда я смотрела фильмы про Индиану Джонса, то и представить не могла, что однажды почувствую себя на его месте». — Проскочила у девушки шальная мысль, немного приподняв настроение. Правда, ее тут же догнала другая, вернув его обратно на уровень «мы все умрем», или близко к нему. — «Вот только чудища там все-таки были выдумкой даже по сюжету»…





Невесело хмыкнув, Клэр шагнула вперед, сняв с плеча дробовик и взяв его на изготовку. Неизвестно, что встретит ее за дверью, утопленной в пол под статуей, и лучше быть готовой ко всему.





Вопреки опасениям, сразу нападать на нее никто не стал. Впереди оказался узкий технический коридор с металлической решеткой в качестве пола. На всей его протяженности, докуда хватало глаз, не было ни намека на чье-то присутствие, только гул работающих агрегатов, клубы пара из прорех в переплетенных в сложную систему труб, да тускло-желтый свет ламп.





Внутри было жарко, контраст с холодной улицей и продуваемым всеми ветрами полицейским участком Клэр почувствовала на себе почти сразу. Оказавшись вдруг в тепле, организм решил, что самое время отдохнуть и девушка протяжно зевнула на ходу. Спертый, наполненный запахом машинного масла, но такой теплый воздух приятно грел кожу, призывая напряженные мышцы расслабиться, а отяжелевшие веки закрыться.





Но Клэр понимала, что если в этом городе и можно уснуть, то только вечным сном, а потому усилием воли прогнала наваждение и двинулась дальше. Коридор оказался длинным и извилистым, из-за чего ей приходилось замедлять на поворотах шаг и внимательно вслушиваться, что происходит за углом, и только потом соваться туда самой. Помня, что было наверху, она совершенно не хотела попасться сейчас, когда половина работы сделана и удалось нащупать путь к спасению.





Неприятным сюрпризом стало препятствие в виде широкого металлического шкафчика, наискось прислоненного к косяку прямо в дверном проеме. Сразу за ним виднелась стопка картонных коробок, а что дальше, было трудно разглядеть из-за темноты, но того, что все-таки видно, было достаточно, чтобы понять: там начинаются более обжитые помещения, скорее всего, комнаты для инвентаря и персонала, а это значит, что выход уже близко.





Поднырнув под тяжелый кусок металла и упершись спиной в косяк, Клэр изо всех сил толкнула его вперед, чтобы тот принял вертикальное положение и освободил путь, но у нее ничего не вышло, металлическая чушка была слишком тяжелой и хрупкой девушке хватило сил лишь только чуть-чуть толкнуть его вперед.





— Не получается. — Разочарованно вздохнула она, прекратив бесплодные попытки и облокотившись локтем на стенку шкафчика. Однако, начать думать об альтернативных путях ей не дали звуки возни и чье-то испуганное дыхание, неожиданно услышанные с той стороны.





— Что?.. — Отпрянула назад от неожиданности Клэр и, сохраняя безопасную дистанцию, опустилась на одно колено, чтобы заглянуть в щель между стеной и ящиком. Сразу ничего увидеть не получилось, поэтому Рэдфилд потянулась в карман, достала полицейский фонарь, прихваченный в участке и посветила внутрь. После этого ей сразу стало понятно, кто шумит на той стороне.





Из-за коробок выглядывала напуганная белокурая девочка лет десяти-двенадцати на вид, одетая в грязную школьную форму.





— Эй… все хорошо. — При виде дрожащего от испуга ребенка что-то внутри Клэр сжалось и она без раздумий подползла поближе к девочке, и, встав на четвереньки, протянула в зазор между стеной и препятствием руку открытой ладонью вверх. — Я не причиню тебе вреда.





Малышка, увидев, что перед ней живой человек, и сама подалась немного вперед, выбравшись из-за коробок и дав себя рассмотреть полностью, однако, принимать протянутую руку не спешила, вместо этого продолжая широкими от страха глазами таращиться на Клэр.





— «Укусов не видно… это хорошо». — Подумала про себя Редфилд, а вслух продолжила попытки расшевелить ребенка. — Тебе нужна помощь? Вот… — и помахала протянутой рукой, как бы подсказывая, что надо делать. — возьми мою руку.





— Т-т-тебе… н-н-нужна… п-помощь… — проглатывая слова и заикаясь прошептала вдруг малышка, чем ввела Клэр в замешательство.





— Что?.. — Ее непонимание отразилось и в голосе, и в выражении лица в этот момент. — Почему?





— Тебе нужна помощь! — Уже куда громче и с заметной тревогой повторила девочка, указав пальчиком за спину Клэр. — Он прямо за тобой!





В ту же секунду Редфилд услышал непонятные стоны и тяжелые шаги за спиной. Резко обернувшись, она почувствовала, как душа уходит в пятки.





— О боже. — только и смогла выдавить из себя девушки при виде… существа, возникшего перед ней, но в мыслях все же успела возмутиться: — «Как эта тварь подобралась так близко незамеченной»?!





Глава 10


В существе перед глазами Клэр с трудом можно было узнать человека.





Пожалуй, об этом говорили только обрывок лабораторного халата, покрывающий левую, относительно сохранившуюся, сторону тела да вполне человеческие ноги, но вот правая сторона с лихвой это компенсировала.





Если обычных зараженных издалека еще можно было принять за обычных людей, то этот отвратно выглядящий и жутко воняющий нарост гниющей плоти, начинающийся с правой половины лица и переходящий на шею и туловище спутать со здоровым человеческим организмом было решительно невозможно. Но это цветочки. Ягодки - раздутая до абсурдных размеров рука с зажатым в том, что когда-то было нормальной кистью, толстым куском ржавой трубы и гигантский, весело подмигивающий мутно-оранжевый глаз на плече.





Пикантности ситуации добавляло и «томное дыхание», выраженное хрипением и завываниями нового знакомого, причем создавалось такое впечатление, что он испытывал просто-таки адские страдания и невыносимую боль. Но Клэр почему-то совсем не тянуло ему посочувствовать, не тогда, когда эта туша надвигалась на нее явно не для того, чтобы обнять по-дружески и позвать пропустить по стаканчику. Да и не стала бы она никогда приближаться к обладателю такого зачетного «буркала», еще расположенного в неправильном месте, будь его обладатель хоть десять раз интеллигентным и милым парнем.





И нет, она вовсе не брезгливая. Просто боязно как-то.





Засим введенная в ступор на мгновение шоком от неожиданной и неприятной встречи, девушка едва не прозевала нападение. Лишь в последнюю секунду ей удалось заметить, как чудовище, метя в голову, обрушило на нее сверху-вниз тяжеленную железную дубину. К большой удаче Клэр, замах был медленным, и ей удалось увернуться, отскочив в сторону, вот только конец трубы, пробив решетку под ногами насквозь, застрял там, и когда монстр дернул оружие назад, весь сегмент сорвался с креплений и полетел вниз вместе с не успевшей ничего сделать девушкой.





Приземление вышло относительно удачным: Клэр умудрилась чудом не оказаться раздавленной летевшим вниз вместе с ней куском пола и ничего себе не сломать. Но даже так, упасть с высоты трех метров — не самый приятный опыт в жизни. Ноющее от ушиба плечо и выбитый из легких воздух тому подтверждение. Повезло еще, что не ударилась спиной, ведь с той стороны перекинуто оружие, и было бы очень легко сломать позвоночник о выступающие детали.





От попыток собрать глаза в кучу и восстановить дыхание девушку отвлекло приземление массивной безобразной туши буквально в метре от нее. От удара пол ощутимо тряхнуло, слегка подбросив Редфилд, из-за чего она еще раз стукнулась головой о металл.





— Да ты издеваешься… — простонала она, через силу поднимаясь на ноги, чтобы тут же отпрыгнуть в сторону со своего места, в которое тут же пришелся еще один удар твари. В этот раз пол выдержал, чего не скажешь о нервах Клэр, которая достала револьвер и открыла огонь.





«Да ему вообще плевать!..» — лихорадочно пронеслось у нее в разуме, в то время как пули вязли в плоти врага, не причиняя ему видимых неудобств. Развернувшись на пятках и едва не упав из-за кружащейся головы, девушка побежала, на ходу пряча пистолет и стягивая ремень М76 с плеча. Она почему-то сомневалась, что дробовик поможет, и сразу решила перейти к тяжелой артиллерии. Зарядить гранатомет дрожащими руками на бегу оказалось весьма нетривиальной задачей, и Клэр искренне молилась господу, что не застрянет в тупике, так и не успев засунуть эту чертову гранату в патронник.





В очередной раз ей повезло. Уровень, на который они упали, оказался платформой, построенной вокруг большого генератора. Выбраться отсюда было нельзя, так как единственная лестница наверх оказалась подъемной и сейчас была зафиксирована в верхнем положении, и беглый взгляд показал, что опустить ее отсюда возможности нет. Зато генератор служил хорошей защитой от чудовища: то было медлительным и не могло догнать девушку, и, если держаться от него по ту сторону гудящего механизма, есть шансы благополучно справиться с угрозой. Если бы еще Клэр не была увешана оружием, как новогодняя елка, бежать было бы гораздо удобнее. Дробовик и Гранатомет - это очень круто, но не тогда, когда ты бежишь с ними по узкому коридору, цепляясь за все углы.





Наконец сорокамиллиметровая граната заняла свое место в стволе, и Клэр, остановившись, развернулась и направила свое оружие назад, где из-за угла отчетливо слышались звуки, издаваемые самым страшным зараженным из всех, кого она встретила. Вот, сначала из-за препятствия показалась огромная рука, сжимающая кусок трубы, потом изуродованная голова и, наконец, все тело полностью.





— Выкуси! — не став медлить, нажала на спусковой крючок девушка.





Гранатомет гулко хлопнул, посылая во врага смертельный гостинец. Клэр даже показалось, что она смогла увидеть, как летит и вращается в воздухе снаряд, приближаясь к цели. Весь мир в этот момент замедлился в ее восприятии до слоумо. Биение сердца ощущалось особенно четко, каждый его удар, разгоняя кровь по телу, эхом отражался внутри головы, заглушая посторонние звуки.





Говорят, что в такие моменты человек видит всю свою жизнь от рождения до настоящего дня, вспоминая даже те моменты, что давно и прочно забыл.





У Клэр ничего подобного не было. Только радость при виде попадания гранаты прямо в грудь преследовавшего ее чудовища.





В следующий миг время возобновило свой бег. Раздался взрыв, оглушивший и без того пребывающую в состоянии аффекта девушку, а нападавшего отбросило назад, опрокинув на землю, объятого пламенем.





«Зажигательная?!» — ошалело пронеслось у Редфилд в голове. Когда она подбирала гранаты в хранилище, то как-то не удосужилась проверить, какая у них начинка. Но теперь она очень благодарна прошлой себе за столь приятный сюрприз и обязательно расцелует при встрече. Если, конечно, выживет.





А в этом она начала сомневаться, ибо урод не спешил умирать. Его точно проняло — вон как визжит, будто поросенок на бойне. Но все равно упрямо поднимается, вытянув свою уродскую клешню в сторону девушки.





— Да сдохни уже! — натурально зарычала Клэр, едва слыша свой голос сквозь вату в ушах, и со злости дернула за рычажок, выбрасывая наружу дымящуюся гильзу и вставив новую гранату. Противник за это время успел встать и на нетвердых ногах сделать пару шагов ее сторону. Выглядеть он стал еще отвратительнее: обгоревшая плоть пузырилась и бугрилась, видоизменяясь на глазах, на месте лопнувшего глаза на плече появилось сразу два новых, а выпавшую из руки трубу заменили монструозного вида когти. — На!





Вторая граната подействовала не хуже первой: ублюдка еще раз отбросило назад, вбив его спиной в металлические перила, ограждающие площадку, на которой происходил бой. От такого надругательства металл не выдержал и согнулся, из-за чего пылающий монстр ненадолго застрял в его объятиях. Выбраться ему мешала пожираемая огнем плоть, из-за которой тот размахивал конечностями и неистово орал, терзая и так пострадавший слух Клэр.





«Нужно скинуть его вниз!» — поразила ее неожиданная догадка. Ведь, если гранаты с огнесмесью не помогают, возможно, поможет высота? А даже если и нет, то она хотя бы избавится от приставучей твари и сделает все, чтобы никогда не встретиться с ней вновь.





Дать врагу восстановиться было нельзя, а потому Клэр, так быстро, как только могла, зарядила третью, предпоследнюю гранату, и выстрелила, метя не в самого монстра, а ему под ноги, чтобы взрывной волной перекинуть его через ограждение и сбросить вниз. Расчет себя оправдал, пусть и не совсем так, как планировалось: взрыв толкнул тварь еще дальше, та своим телом сорвала поврежденный заборчик и, продолжая выть от боли, улетела в темноту. Вскоре где-то глубоко внизу прозвучал удар и крик затих.





— О, дерьмо… боже… — обессиленно рухнула Клэр задницей на рифленый металл, бросив рядом с собой теперь уже любимое оружие. Это был какой-то кошмар. Девушка уже решила было, что привыкла ко всему, и ее больше не напугать и не удивить, но это… это просто другой уровень безумия. Только что она была как никогда близка к смерти или чему-то еще хуже. И только слепая удача помогла ей не умереть от водопроводной трубы, падения и загребущих лап кошмарной твари. Она, да предупреждения той девочки…





Черт возьми, точно!





Глава 11


«Девочка!» — аж подскочила на ноги Редфилд, мигом забыв об усталости. Где-то рядом находится ребенок, которому пришлось ничуть не легче, а она тут распустила нюни!





— Эй?.. Малышка? — позвала она, бегая взглядом по верхнему уровню, с которого свалилась сюда, в поисках белокурой макушки ребенка. — Все закончилось! Ты можешь выйти!





В тот самый момент пропажа появилась, выйдя к перилам той самой платформы с поднятой лестницей.





— Точно? — неуверенным тихим голоском спросила она, посмотрев на Клэр сверху-вниз.





— Да… все хорошо. Обещаю. Мне просто… нужно, чтобы ты спустила мне лестницу.





— А вы поможете мне найти маму? — бросив короткий взгляд на предмет вопроса, задала новый вопрос малышка.





— …твоя мама где-то здесь? — удивилась Клэр.





— Думаю, да, — ответили ей, но чуть позже, опустив голову, грустно добавили: — …надеюсь, что да.





Клэр не могла не провести параллели между ними двумя. У обеих пропал родной человек, и обе не могут быть уверены, что он в порядке. Конечно же, она поможет. Да и разве можно не попытаться спасти ребенка, когда вокруг такой кошмар?





— Да. Конечно, я помогу, — постаравшись ободряюще улыбнуться, произнесла девушка. И, кажется, у нее получилось, ведь заметно повеселевшая девочка, немного помявшись, нажала на кнопку на лестнице, и та съехала вниз, стукнувшись об пол.





— А как вас зовут? — спросила девочка, когда ее спасительница (хотя кто тут еще кого спас, ведь что одна могла умереть, если бы монстр не переключил внимание на новую жертву, что вторая могла бы насовсем остаться в ловушке без возможности выбраться).





— Клэр Редфилд, малышка, — представилась Клэр. — А тебя?





— Шерри Биркин, — представилась та в ответ слегка застенчиво. — А-а-а… может, пойдем? Я знаю, где тут выход, мама часто водила меня.





— Ага, веди, — согласилась Редфилд, отметив про себя инициативность новой подопечной.





— Сюда!





Путь к выходу прошел без приключений, чему Клэр была несказанно рада. Не хватало встретить еще какую-нибудь неубиваемую хрень. С последней гранатой в запасе и ребенком на руках шансы пережить столкновение улетали в настолько большой минус, что девушке и думать об этом не хотелось.





Зато за это время удалось поближе познакомиться с Шерри. Ее родители были учеными Амбреллы, фармацевтической компании, чьи филиалы находятся по всему миру, в том числе и тут, в Раккун-Сити. Когда все это началось, отец погиб, а мать и ребенок оказались разлучены, и Шерри несколько дней выживала в одиночку в полном зомби и других тварей городе. Невероятный подвиг для ребенка, который и большинству взрослых оказался не под силу. И Клэр обязательно проследит за тем, чтобы она выбралась отсюда невредимой. С матерью или без.





В конце концов двое зашли в помещение, на первый взгляд кажущееся тупиком, но это только если не обращать внимание на лестницу, вмонтированную в стену и поднимающуюся к потолку, где прямо над ней находился люк. Не нужно быть детективом, чтобы понять, что именно он и ведет наружу, туда, где бывший владелец блокнота, что сейчас покоится в кармане Клэр, рассчитывал отыскать спасение.





— И вы каждый раз поднимались с мамой в этот люк? — полюбопытствовала она, разглядывая нижнюю сторону металлической крышки. Увесистый такой, блин. На месте родителей девочки она была бы не слишком довольна двигать такой постоянно.





— Нет, обычно мы ходили другим путем. Этот запасной, — развеяла ее опасения Шерри насчет адекватности инженеров и безопасников амбреллы, которые зачем-то заставляют ходить сотрудников на работу через настоящий лабиринт, да еще и проложенный зачем-то в рабочих помещениях под полицейским управлением. Если это резервный маршрут, тогда они все-таки не идиоты.





— Окей, — кивнула девушка и первой подошла к лестнице, взявшись за поручни руками и поставив ногу на нижнюю ступеньку. — Тогда я проверю, нет ли там опасности, а ты пока подожди здесь, хорошо?





— Хорошо, — покладисто кивнула малышка и отошла чуть в сторонку, приготовившись ждать.





Клэр тем временем ловко забралась наверх, упершись в люк, и с некоторым трудом отодвинула крышку в сторону, заглянув в образовавшуюся щель. Перед ней открылся вид на обычную, на первый взгляд, парковку.





Справа стоял легковой автомобиль белого цвета. Какой марки, девушка не знала, ведь больше разбиралась в мотоциклах и мало интересовалась новинками автопрома. Дальше, метрах в десяти, был выезд, закрытый решетчатыми воротами, сразу за ним светила мигалками пустая полицейская машина, слева за толстой колонной спрятался фургон спецназа, выглядывая из-за нее только носом, а справа стоял пропускной терминал. Освещение было не очень хорошим, по сути, оно исходило только от горящих фар патруля и небольшой лампочки на терминале, но этого хватало, чтобы увидеть самое главное: рядом никого нет.





— Шерри, тут безопасно, пойдем, — бросила вниз девушка и, поднатужившись, полностью открыла люк и вылезла наружу, а потом помогла Шерри, подав той руки и вытянув следом за собой.





Вдвоем они быстрым шагом направились прямиком к терминалу. Но при попытке разблокировать выход тот только недовольно пискнул и потребовал ключ-карту, выведя соответствующую надпись на небольшой экранчик.





— Черт. Нам нечем его открыть, — разочарованно вздохнула Клэр, повернувшись к расстроенной девушке, но потом ее взгляд задумчиво прошелся по воротам. Их решетка выглядела не очень толстой. Возможно, они смогут их поднять? — Пойдем, помоги, — подавая пример подопечной, она схватилась крепко за нижние прутья. Шерри повторила ее действия. — Давай.





Вместе они потянули вверх. А потом еще раз. Но попытки оказались тщетными. Решетка действительно оказалась довольно легкой, но была намертво заблокирована механизмом.





— Ты уверена, что нам сюда? — разочаровываться совсем не хотелось, и Клэр решила уточнить у девочки, не ошиблась ли она? С испуга ребенок может многое перепутать. Она и сама как-то в детстве столкнулась со стаей бездомных собак. Тогда они показались ей размером с быка, и было их целое полчище, но, когда Крис пришел разбираться с обидчиками сестры, оказалось, что там всего-то три плешивых дворняги, ростом еле достающих до колена.





Услышать ответ помешал голос из-за спины. Он принадлежал мужчине, явно взрослому.





— Шерри? — лица неизвестного было не видно, но силуэт был довольно крупным. На всякий случай Клэр выпрямилась и сделала два шага вперед, заслонив собой девочку. Этот человек явно знал ее по имени, но вот реакция самой малышки была далека от радости. — Шерри… я так долго тебя повсюду искал… — продолжал говорить мужчина, приближаясь, и что-то в его тоне Клэр не понравилось. Очень не понравилось. Секундой позже он вышел под свет ламп, и теперь его можно было как следует разглядеть. Это был мужчина в возрасте, о чем свидетельствует седая короткая шевелюра и усы, явно испытывающий проблемы с весом, на что тонко намекают упитанные бока и толстые щеки, блестящие в свете ламп от пота или жира. Причем было неясно, это он просто не следит за собой или у него не было времени на гигиену, когда все началось. Одет в потрепанные брюки, белую рубашку и жилет с закатанными рукавами, на левой руке блестят часы. — Храбрая девочка, не испугалась всего, что тут творится.





И тут Редфилд поняла, что ее так обеспокоило: то, как он смотрел. Это был взгляд безумца.





— На землю и руки за голову, — что он и подтвердил, достав из-за пояса револьвер и наставив его на девушек. — И не забудь сбросить все свое оружие.





— Вы серьезно… — попыталась было заговорить Клэр, но мужчина, теперь уже точно враг, наглядно подтвердил свои намерения, пальнув по лампе у нее за спиной.





— Я сказал, на землю, — пригрозил он с явным раздражением в голосе, и девушке ничего не осталось, кроме как выполнить требование. И пока она вставала на колени, поднимая руки вверх, страх липкой паутиной начал заползать под кожу. Неужели она может умереть не от лап монстров, а будучи застреленной живым человеком? В это просто не хотелось верить, но похоже, что это было так.





— Оружие, — напомнил, качнув пистолетом.





Сглотнув тугой ком, подступивший к горлу, Клэр сначала отбросила в сторону пистолет, а потом скинула с себя ремни дробовика и гранатомета.





— Шерри. Свяжи ей руки, — дождавшись, когда сказанное будет сделано, мужчина обратился к замершей статуей малышке и бросил ей под ноги пластиковый хомут.





— Зачем вы это делаете? — не выдержав, спросила та.





— Заткнись. Свяжи ее. — Дуло пистолета теперь было направлено на ребенка, отчего Клэр испытала новую, еще более сильную вспышку страха пополам с бессильной злостью. Шерри же, подняв брошенный предмет, задрожала, нерешительно теребя стяжку, но так и не сделав ни одного шага со своего места. — Понятно, — хмыкнул урод, повернув пистолет обратно к Клэр, только в этот раз подойдя в упор и приставив ствол прямо ко лбу. — Либо ты ее свяжешь, либо она умрет.





От ощущения холодного металла, прислоненного к коже, у девушки задрожали коленки, благо, этого было незаметно из-за положения, в котором она стояла. Шерри же не стала проверять угрозу нападавшего и покорно выполнила приказ, после чего тот опустил оружие и отступил к терминалу, повернувшись к нему лицом и достав ту самую недостающую ключ-карту. Короткий писк — и ворота поехали вверх, слегка дребезжа.





— Что вообще происходит? — неизвестно, что в этот момент двигало Клэр: беспокойство за судьбу ребенка, которого намеревается утащить с собой явно психически нездоровый человек, или же отходняк от близкой гибели в очередной раз, а может, и то, и другое, — но ей очень захотелось выплеснуть на кого-то агрессию и сопротивляться этому порыву было выше ее сил.





— Преднамеренное насилие над детьми, например, — как ни в чем не бывало ответил этот… этот ублюдок! Чем окончательно вывел девушку из себя. — Шерри. Подойди.





— Что вы ходите сделать с ней?!





— Не твое собачье дело.





— Послушай, ты, если она пострадает, я…





Пылкую речь прервал неожиданно резвый для габаритов мужика пинок в живот, сваливший девушку и заставивший скривиться от резкой боли.





— Шерри, иди сюда, — снова приказал он девочке, но та опять не могла пошевелиться от ужаса, только вся дрожала и водила перепуганными глазами с лежащей на земле девушки на огромного и страшного дядьку.





И дядька, не видя нужной реакции с ее стороны, решил вернуться к тактике запугивания.





— Как тебя зовут? — опустившись на одно колено рядом с Клэр, он схватил ее за волосы, приставив пистолет к лицу. — Как. Тебя. Блять. Зовут?





— Клэр! — буквально выплюнула та свое имя со смесью испуга и ярости в голосе.





— Шерри…





— Так-так, жирный ублюдок и связанная красавица. Я знаю этот жанр, — ворвался вдруг в круговорот событий новый голос. До боли знакомый. На секунду Клэр даже показалось, что она бредит, но продолжение фразы и сухой щелчок взведенного затвора убедили ее в реальности происходящего. — И я бы с радостью сжег тех, кто его придумал, но, к сожалению, здесь есть только ты.





Но все же, Клэр не до конца верила своим ушам, а потому решила проверить визуально. И когда сделала это, удивительно легко повернув голову в ослабевшей хватке злоумышленника, ее глаза пораженно расширились.





— Леон?!..





Глава 12


— …Либо ты ее свяжешь, либо она умрет.





Именно такими были первые слова, которые я смог разобрать, выбравшись из люка. Какой-то толстый мужик угрожал пистолетом девочке-подростку в школьной форме со связанными в пучок светлыми волосами и стоящей на коленях с поднятыми руками Клэр. Ситуация выглядела сложной, если не сказать дерьмовой: дуло револьвера было уперто девушке в лоб, и любое неверное движение или слово могло привести к тому, что содержимое ее черепа украсит собой бетонный пол парковки. Нужно было срочно действовать, причем так, чтобы своим появлением не нарушить шаткое равновесие и не привести к чьей-нибудь смерти.





Хотя, вот, от того, чтобы сдох мужик, я бы точно не расстроился. Оба новых действующих лица я узнал. Девочкой может быть только Шерри Биркин: только она подходит под тот образ, что мне теперь известен из «тех знаний», и то, что он все-таки здесь, очень даже хорошо. Как минимум тем, что подтверждает некоторую правдоподобность того, что я видел у себя в голове, а значит, могу в какой-то мере просчитывать свои действия. А еще мне просто-напросто становится легче от того, что ребенок жив и здоров. Если бы еще не этот усатый боров…





Кстати, о свиньях. Брайана Айронса я узнал бы и без послезнания, ведь хорошо помню его рожу с фотографии, виденной мной при первом посещении полицейского управления, когда я только подавал на рассмотрение документы для устройства на работу. Но вот чего я по-другому бы узнать не мог, так это того, что он — крыса. Жирная, усатая, продажная гнида, в значительной степени виновная в том, что в Раккун-Сити начался локальный зомби-апокалипсис. Именно он распустил отряд S.T.A.R.S, не дав тем и слова рассказать об особняке Спенсера, из-за чего делишки Амбреллы остались без внимания со стороны общественности и правительства, что и привело к началу эпидемии. И сейчас он, как и любая крыса, пытается сбежать с тонущего корабля, прихватив с собой кое-что ценное, а именно — дозу G-вируса, спрятанную в медальоне Шерри. Да от него даже воняет гнильцой и засохшей кровью. Премерзотное сочетание, я скажу вам, и от него желание свернуть ему шею во мне с каждой секундой становится все сильнее.





Позволить ему заполучить в руки хрень, равносильную по опасности ядерному оружию, и причинить вред девушкам нельзя ни в коем случае. А потому следует действовать как можно быстрее.





Хорошо то, что они втроем слишком заняты друг другом, чтобы обратить внимание на одинокую фигуру, выбравшуюся из подземки, плюсом освещение на парковке есть только возле выезда, а тут, в глубине, где я вылез из люка, его нет и можно до поры успешно скрываться в темноте. Опасения были только насчет звука шагов, который мог бы меня выдать, но на удивление ступать получалось очень мягко, будто бы я несколько лет учился двигаться бесшумно, хотя это определенно было не так.





Ситуация тем временем продолжала накаляться. Шерри таки связала Клэр, поддавшись давлению Айронса, после чего тот открыл ворота на улицу и уже собирался забрать девочку, как Клэр решила показать характер. Глупо, как по мне, но не могу ее осуждать за это, потому что сам бы повел себя так же. Словесная перепалка, что после этого началась, была очень короткой и закончилась тем, что девушка получила чувствительный пинок и упала спиной на землю.





Черт, потерпи еще чуть-чуть, Клэр, я уже рядом.





Хотелось убить эту свинью вот прямо сейчас, но делать этого было нельзя по двум причинам. Во-первых, Шерри. Начинать знакомство с ребенком с того, что убиваешь у него на глазах человека, пусть и такого плохого, как Брайан Айронс, — идиотский поступок, который точно не пойдет нашим дальнейшим взаимоотношениям на пользу, да и Клэр тоже может не понять, особенно если вспомнить, при каких обстоятельствах мы с ней расстались. Первое, что придет ей в голову, это вопрос: «А не превратился ли он в какую-нибудь кровожадную срань?» И это будет вполне нормальная и здоровая реакция. То, что по факту она права и я действительно теперь какой-то черепашкамутантниндзя, еще не значит, что мне надо применять «силушку богатырскую» ко всем встречным-поперечным и рубить головы направо и налево.





Во-вторых, Айронс много знает. У него дофига грязных секретиков, и как минимум часть из них связаны с деятельностью Амбреллы. Если удастся все это заполучить и использовать… появляются интересные перспективы на будущее, ведь информация в современном мире — это сила. Но о ее правильном применении следует позже… а сейчас… приложить палец к губам в знаке «тихо», чтобы заметившая меня Шерри не подняла шум. Умная девочка тихонько кивнула и продолжила стоять на месте, ну а я достал глок и направил его на голову ублюдка:





— Так-так, жирный ублюдок и связанная красавица. Я знаю этот жанр. И я бы с радостью сжег тех, кто его придумал, но, к сожалению, здесь есть только ты. — Теперь можно дать понять этому гандону, что он больше не контролирует ситуацию. Щелчок затвора благодаря хорошей акустике парковки был слышен, как громовой раскат в пасмурную погоду перед ливнем.





— Леон?!.. — охранению Клэр не было предела. Она настолько опешила и впала в шок от моего появления, что даже забыла о пистолете, приставленном к голове.





Выражения лица Айронса я не видел, но то, как он хрюкнул и дернулся, заметил отлично. Не ожидал, сука, что его самого схватят за жопу. Ну так добро пожаловать в реальность.





— Брось пушку, подними руки и вставай, — подойдя еще ближе, приказал я, не спуская его с прицела.





— Ты совершаешь ошибку, парень… — не оборачиваясь, сказал он. Но пистолет все-таки бросил и лапы задрал. Понимает, что даже если застрелит Клэр, то и сам не уйдет живым. Впрочем, вступать с ним в дискуссию я не собирался. Девушка сразу же воспользовалась возможностью и отползла подальше, прихватив лежащее на земле оружие: знакомый еще по полицейской машине дробовик и… это что, гранатомет? А я думал, это лишь игровая условность…





— Заткнись. Вставай. — Ну и пусть, гранатомет — это хорошо и замечательно, но у меня тут клиент, который требует внимания, которому я незамедлительно отвешиваю легкого пинка под зад. Так, для ускорения, не более. Он послушно встал. — Повернись.





Да, вот уж не думал, что первое полицейское задержание буду проводить на своем, вроде как, начальнике. Зуб даю, многие копы под началом шефов-мудаков мне теперь завидуют.





Айронс тем временем мою вежливую просьбу исполнил, пусть и с видимой неохотой. И когда повернулся ко мне лицом и увидел надпись R.P.D на бронежилете, сразу вдруг набычился и принял наглый вид.





— R.P.D?! — с налитыми кровью глазами прорычало это недоразумение и сделало грузный шаг в мою сторону. Это смотрелось бы угрожающе, если не тягучий запах страха, шибающий от него так, что меня едва с ног не свалило, ведь он был выше и шире меня, да еще и тяжелее раза в два. — Ты знаешь, в кого тычешь стволом, пиздюк?! Или ты просто украл форму, сраный мародер?! Отвечай, когда с тобой говорит шеф полиции!





Он что, идиот? Или просто потерял связь с реальностью? У меня же ствол! Или он думает, что раз я коп, то подниму перед ним лапки кверху и побегу за тапочками, как послушный собачонок?





— Ты что, забыл, как лично принимал меня на работу? — хмыкнул я, опустив пистолет и почесав голову в недоумении. — Наверное, оно и хорошо, что мне не придется служить под твоим началом.





А после… просто саданул ему рукояткой глока в лоб. Так он и упал, как мешок с говном, раскинув руки и расплывшись жиром на холодном бетонном полу.





Сука. И вот это вот дерьмо, завернутое в упаковку с человеческой внешностью, должно было отдавать мне приказы на службе. Тот, кто в разгар пиздеца предпочитает насиловать и убивать девушек, запершись в своем кабинете, вместо того чтобы руководить спасением гражданских, выполняя свой чертов долг шефа полиции. Тех самых детишек, что я так и не смог добить и оставил в гниющем автобусе…





Присев на корточки рядом с тушей, залезаю в нагрудный карман жилетки и достаю оттуда ключ-карту. Пригодится.





Так, а теперь займемся девушками…





— Ты кто? — вот только, когда я встал и повернулся к ним, мне в грудь уже смотрело дуло дробовика. Держала его нервно трясущимися руками Клэр, а из-за ее спины выглядывала Шерри





— Леон, — медленно, так, чтобы не спровоцировать, поворачиваюсь полностью, держа руки на виду. Она сейчас нервная и было бы хреново дать ей хоть один повод выстрелить. Не для того я сюда шел, чтобы поймать лицом заряд картечи. — По крайней мере, был им с утра.





— Не неси чушь! Леон, он… — перешла на крик девушка, но тут же осеклась, тяжело сглотнув и отведя взгляд на мгновение в сторону, но тут же вернула самообладание и заговорила уже более спокойно: — он мертв. Ты не можешь им быть, я видела слишком много дерьма, в том числе и воскрешение мертвых. Но они выглядят не такими свежими, так что не смеши меня!





— Тогда как ты объяснишь то, что я стою здесь? — развел я руками в стороны.





— Да откуда мне знать?! — ее голос сорвался снова. — Где гарантии, что ты не очередной монстр?





Мда, вот чего-то такого я и ожидал. Но все равно неприятно, да и не далека она от истины, если на чистоту.





— Эх… — тяжело вздыхаю, помотав головой, — вот стоило только мне оставить тебя ненадолго одну, а ты уже успела обзавестись ребенком и связаться со стрёмным мужиком. Параноиком стала…





— А?.. — девушка аж зависла от такой постановки вопроса. Этим я и воспользовался, сократив расстояние между нами и мягко отведя ладонью оружие в сторону. Получилось как-то даже совсем легко и просто. Дернувшуюся было назад Клэр придерживаю за талию одной рукой, второй крепко удерживая дробовик, который та даже не попыталась вырвать. Странно, я ожидал куда более бурной реакции на такое действие с моей стороны. Более агрессивной. Но так даже лучше.





— Хотя, я тебя понимаю. Сам успел увидеть некоторое дерьмо… — глядя в эти расширившиеся от стресса, удивления и плохого освещения разом, но все равно очень красивые глаза, произнес я. — И кстати. Прощаю.





— Что?..





— Я тебя прощаю, — повторил еще раз, улыбнувшись и ободряюще погладив по спине. — Ты тогда сделала все правильно. И я рад видеть, что благодаря этому ты жива и здорова.





— Это… это правда ты?





— Правда.





Плотину прорвало. Выпустив из руки дробовик, Клэр просто и незатейливо обняла меня, обвив руками спину и плотно прижавшись. Даже сквозь пластину в бронежилете я чувствовал, как сильно колотится ее сердце и шеей чувствовал горячее прерывистое дыхание. Внутри нее будто разжалась пружина, и я почти физически ощущал, как девушку покидает напряжение.





Приятно. Но и странно тоже. Наверное, я просто что-то не понимаю в женщинах, раз подозрительность вдруг так резко изменилась на радость и облегчение.





— Леон… — неверящим взглядом впилась она в мое лицо, подняв голову. — Но как?..





— Если б я знал. Очнулся, а на мне ни царапинки, а вокруг огонь и мертвецы. А еще кушать очень хочется.





— Надеюсь, не человечинки…





— Вроде бы не было пока такого желания, — с губ сорвался смешок. — Но не волнуйся, если вдруг захочу, ты будешь первой.





— Не флиртуй так открыто при детях, — сердито ответили мне. Но в голосе все же проскользнули нотки веселья.





— Кстати, об этом, — отстраняю от себя девушку и перевожу взгляд на Шерри, что сиротливо стояла в паре метров от нас, непонимающим взглядом смотря на то, как мы обнимаемся. Ну, ее можно понять: вот только что я однозначно был врагом, в которого ее новая подруга готова была выстрелить, а спустя минуту уже… вот. — Не расскажешь, что у тебя произошло за это время и кто эта малютка?





— …Так ты друг? — робко спросила вышеуказанная малютка.





— Да, Шерри. Леон — наш друг.





Глава 13


Десять минут спустя





— …И вот так мы оказались здесь, где встретили вот этого вот, — закончила Клэр свой рассказ, несколько брезгливо кивнув в конце головой на лежащего в отключке Брайана Айронса. Только теперь для надежности связанного его же пластиковыми стяжками. Сами же мы сидели недалеко на лавочке. Да, тут была лавочка, и не спрашивайте, зачем она нужна на парковке.





Сидели мы, стоит сказать, на противоположных концах. Когда Клэр признала во мне меня, из моей головы как-то вылетело, что я могу быть заразным, и тогда я позволил себе прикоснуться к ней. Повезло, что контакта с открытой кожей почти не было, но все равно я решил объясниться и предупредил о своих опасениях. Девушка отнеслась к этому с пониманием, правда, печальный взгляд, украдкой бросаемый, когда она думала, что я не вижу, наглядно демонстрировал ее чувства.





Клэр все еще винила себя за то, что оставила меня позади. Умом она, возможно, и понимала, что иначе было нельзя, но вот сердцем принять не могла. И как это исправить, я не знал.





Приключения Клэр в целом походили на то, что я помнил из игры. Не стопроцентное попадание, конечно, но и на простое совпадение не спишешь. Она даже встретила еще живого Марвина, того полицейского, с чьего тела я забрал нож и пистолет. И сама же потом подарила ему вечный покой, когда после одного из походов вглубь участка в поисках решения загадки со статуей (ну кто бы мог подумать, что и это тоже не геймплейная фишка?) застала его уже обратившимся. Встреча с Биркиным тоже произошла, едва не окончившись для девушки плачевно и сильно ударив по моральному состоянию.





Все эти события сильно давили на психику девушки, и было невооруженным взглядом видно, как тяжело ей дались эти несколько часов. Но в моем присутствии она заметно приободрилась и выглядела более уверенной и живой, как бы странно это ни звучало.





А еще я заметил за собой, что непроизвольно начал на нее заглядываться. Даже в потрепанной и испачканной одежде, с уставшим лицом Клэр выглядела великолепно, а ее запах, ммм… он был подобен глотку свежего воздуха, после того как ты вышел из подвала на улицу. Не чета трупной гнили зомби. Что странно, Шерри, которая была рядом, тоже пахла куда лучше зараженных, но с ней ничего подобного не было.





Странно это все… не действие ли это вируса? Недокументированные возможности, так сказать, помимо очевидно обострившихся чувств и возросших физических возможностей.





На какой-то краткий миг я настолько залип, что не заметил, что и она тоже смотрит на меня, при этом взгляд ее какой-то странный, слишком уж пристально ее глаза изучали мое лицо.





— Так вы, ребята, познакомились уже здесь? — наваждение смыло волной детской непосредственности Шерри, с любопытством крутящейся головкой от меня к Клэр.





— Хех… ну да, — немного отстраненно протянула Клэр, кажется тоже заметившая возникшую странность, — встретились прямо на въезде, — ее глаза, отведенные в сторону на пару секунд, вновь были направлены на меня, — но, если бы не Леон, я бы не была здесь и не встретила тебя.





— А еще ты спас нас от злого Шефа, как настоящий супергерой, — сверкнув милой улыбкой на чумазом личике, вторила ей Шерри. Рассказывая о том, что со мной случилось, я ждал, что она испугается, но добился скорее обратного эффекта. Теперь я «крутой полицейский, которого даже зомби есть боятся». Они, конечно, совсем не боятся, но и я теперь их тоже не боюсь. По крайней мере, до тех пор, пока рядом нет тех, кто моим иммунитетом не обладает.





— Кстати, я хотела узнать, — неожиданно спросила вдруг старшая девушка, — а почему именно полицейский? И почему в Раккун-Сити?





— Это… довольно неприятная история, — поморщился я от неприятных воспоминаний, но под давлением двух любопытных мосек все же, вздохнув, сдался: — но так и быть, я расскажу, — и, потратив пару секунд на то, чтобы собраться с мыслями, начал: — Все дело в том, что моя семья была не самой законопослушной. Однажды они взяли на себя слишком много и их убили.





— Оу… прости, я не хотела напоминать… — начала было она извиняться, но я прервал ее жестом руки.





— Ничего, — пожимаю плечами, криво улыбнувшись. — Это давние воспоминаний, которые уже не приносят былой боли.





С тех времен прошло достаточно лет, чтобы я мог говорить об этом спокойно, не испытывая неприятных эмоций. Я даже почти не помню лиц тех людей. А сейчас так и вовсе совсем ничего не осталось, и та история больше меня не беспокоит.





Все-таки я изменился после того укуса. Возможно, даже больше, чем думаю, хотя в основном все же остаюсь прежним.





— Так… что было дальше? — Шерри было тоже немного стыдно, но ее любопытство было сильнее. — Ты попал в приют?





— Нет, я остался на улице, — смотря в расширившиеся от такого ответа глаза девочки, произнес я, — и, наверное, умер бы от голода, если бы меня не спас офицер полиции. Я видел его всего раз и даже не узнал его имени, но та встреча определила всю мою жизнь. В тот день я решил, что должен помогать людям, делать так, чтобы как можно меньше детей оставались совсем одни против целого мира, как я когда-то.





— Это достойное решение, Леон, — одобрительно отозвалась на мою отповедь Клэр с нотками восхищения в голосе. — Немногие справились бы на твоем месте. Я и мой брат тоже несколько лет назад потеряли родителей, но мы были вдвоем и у нас остался дом, так что я могу только догадываться, как тяжело тебе было.





— Спасибо, — мне не оставалось ничего, кроме как принять похвалу. Признаться, я был смущен, ведь никогда не считал свой выбор чем-то особенным. Ведь… помогать людям — это правильно, разве нет? Каждый должен так поступать.





— Мой папа тоже больше не со мной, с тех пор как все это началось— Грустно сказала Шерри, продолжив тему навсегда потерянных членов семьи. — А мама… вы же поможете мне ее найти?





— Конечно, — ободряюще улыбнулась ей Клэр. Она даже не сомневалась, что я соглашусь, и была полностью права. — Что ж, кажется, у нас у всех есть кое-что общее, да?





Общество анонимных сирот во время зомби-апокалипсиса? Ну да, что-то вроде того.





— Действительно, — кивнул я в подтверждение ее слов. Причин отказываться не было, тем более что в Улье, где сейчас находится мать Шерри, я смогу попытаться отыскать ответ на вопрос, во что я превратился. Возможно, даже с помощью ученой, ведь должна же она как-то отблагодарить нас за дочь, сохраненную в относительной безопасности, целостности и сохранности.





Мой взгляд перенесся на ворота на улице. Мы закрыли их на время, пока никуда не идем, из соображений безопасности. Не хотелось бы получить нежданчик в виде десятка-другого страдающих от ночного дожора бродяг. По-хорошему нам надо бы отсюда уходить и двигаться в Улей, но я все еще хочу достать компромат на Амбреллу, спрятанный в кабинете пребывающего в стране снов жиробаса, что валяется у стеночки.





— Так значит, вот он должен был стать твоим начальником? — про жиробаса вспомнил не только я, но и представительница женской части семейства Редфилд, что с солидной долей сомнения посмотрела на объект своего вопроса.





— Ну да, — выглядел он и правда живописно. Очень похоже на мем «Бать, те нармальна». — Не верится, что это Шеф полиции, правда?





Ну вот опять... я ведь никогда раньше не видел этот мем, да и вообще не знаю такого понятия, но в то же время оно вполне доступно для моего понимания.





Эх, придется к этому привыкнуть.





— Он что-то хотел от Шерри, — нахмурила брови девушка и повернулась к девочке: — Ты ведь не встречала его раньше?





— Нет, никогда, — отрицательно помотала та головой. — Но… может, он был знаком с моими родителями?





— А почему бы нам не выяснить это у него самого? — поднимаюсь с лавочки и направляю ноги к Шефу полиции.





Я долго думал, под каким соусом поведать им о том, что я знаю, из-за чего все это началось, но правдоподобного способа так и не придумал. Банальное «узнал по дороге» кажется мне не слишком-то правдоподобной версией, а потому ее я решил даже не рассматривать. И тут как раз кстати пришелся Айронс, который целенаправленно шел сюда за девочкой. К тому же, он много знает о причинах эпидемии, так как прикрывал делишки Амбреллы. Если именно он будет тем, кто все расскажет, мне не придется изворачиваться.





А потому пора бы спящей красавице проснуться.





Вот только дойти мне не дал новый запах. Вернее, запахи. Почти неотличимые друг от друга, но от этого не менее мерзотные. А следом за ними из дальней части парковки послышалось рычание. Не сговариваясь, мы втроем повернули головы в ту сторону, и увидели, как на небольшом пятачке света перед нами появилась собака.





Вот только с первого взгляда стало понятно, что если она и любит косточки, то только наши. Мех покрыт темной запекшейся кровью, которая, кажется, сочится из каждой поры. Кожа на морде туго натянута на череп, обнажая клыки, заметно прибавившие в размерах. Глаза молочно-белые и, кажется, светятся злобным голодом, а из раскрытой пасти капает слюна.





Хороший такой песик, миленький. И, что самое паршивое, он был не один, ведь из-за спины его вышли еще четверо таких же.





— Девочки… — разворачиваюсь на пятках и достаю из кобуры пистолет, — похоже, придется немного побегать.





Глава 14


Четыре, пять… шесть, восемь. К пяти уже имеющимся псинам присоединились еще три, итого численный перевес противников пересек опасную черту.





— Шерри, назад, — напряженно рявкнула Клэр, отступая спиной вперед с дробовиком в руках, которой все это время держала под рукой. — Что будем делать? — А это уже ко мне. — Их много.





— Без суеты. Отходим к воротам, не показывая им спину…





Девочке и не нужно было ничего говорить. Она и сама, прекрасно оценив ситуацию, быстро юркнула старшей за спину, только пискнув от испуга при виде новой опасности.





— Откуда здесь эти твари? — спросила у меня Редфилд, как у единственного, кто может знать об участке больше нее.





— В любом полицейском управлении должно быть отделение К-9, — отвечаю, мотнув головой в сторону зараженных животных. — Видимо, это оно.





— Я вижу…





Собаки тем временем медленно приближались, охватывая нас полукольцом. Если бы не внешний вид, то их вполне можно было бы принять за обычных животных, ведь они вели себя практически так же, как в дикой природе действовали бы волки, встретив более медленную добычу. Они чувствовали страх, исходящий от девушек, да и, чего греха таить, от меня тоже, хоть и больше не за себя самого, а потому стремились усилить его и отобрать у жертв волю к борьбе. Для этого демонстрация самих себя подходит очень хорошо, что они, собственно, и делали, выставляя напоказ пожелтевшие клыки, ободранную кожу и налитые кровью глаза, в которых читалось только одно желание — убивать. Все это великолепие сопровождалось угрожающим рычанием на восемь мутировавших глоток.





И все же, это было какое-никакое, а равновесие. Пока они не бросались на нас, мы не стреляли в ответ, медленно пятясь к воротам. Теперь то, что они закрыты, больше не играет нам на руку, а на открытие уйдет несколько долгих секунд. И чем больше времени мы выиграем сейчас, тем больше у нас его будет на побег чуть позже.





Однако нашей задумке было не суждено сбыться. Все-таки эти собаки — не нормальные животные, и от былых инстинктов у них остались только обрывки. В частности, терпение и инстинкт самосохранения отсутствовали вообще. Потому и время «игр» с добычей закончилось, так и не начавшись.





Первым с места сорвался тот, что был ближе всего к нам, за ним тут же увязались и все остальные. В эту же секунду мой палец уже давил на спусковой крючок, а сам я заметил, что воспринимаю действительность, как в замедленной съемке. Нет… не так, я хочу сказать, что зомби-псы все еще приближались быстро, но как-то…заторможенно, что ли? Как будто воздух вокруг них слишком плотный, и из-за этого они бегут с не такой большой скоростью, как могли бы. Что-то подобное я уже видел, когда мочил зомби перед воротами в участок. Но там это было не так заметно, потому что зараженные люди медлительны из-за того, что большая часть их нервной системы уничтожена. Да и был я тогда самую малость не в себе, и самопознание — последняя вещь, что меня интересовала.





Зато сейчас я понимаю отчетливо: не только сила, но и скорость реакции у меня теперь намного выше. Сами мысли в голове теперь движутся гораздо быстрее, иначе я бы просто не успел обо всем этом подумать и сделать выводы, пока жму на спуск.





Пуля попала четырехлапому точно в глаз, вылетев с другой стороны вместе с фонтанчиком из крови и кусочков черепа, после чего тот упал, перекувыркнулся через голову и проскользил несколько метров по бетонному полу.





Справа с запозданием ухнул дробовик. Клэр тоже включилась в отстрел бешеных животных, однако не так успешно, как я. Девушка плохо взяла упреждение, и ее выстрел просто перебил цели задние лапы, вместо того чтобы оторвать голову. Но даже так подранок растерял всю свою скорость и отстал от остальных, увеличив уже наши шансы.





Перевожу пистолет и стреляю в следующего, попав ему в переднюю лапу, а затем добив в башку, пока тот, спотыкаясь, бился ей об пол.





Слишком медленно… такими темпами мы не успеем убить всех, когда они будут слишком близко. Всего минус три, а они уже сократили дистанцию вдвое. Мне-то насрать, а вот девушки…





Эх, никогда такого не было, и вот опять…





Под новый звук выстрела дробовика выхожу вперед, стараясь сделать себя приоритетной целью для противников. И это… сработало. Собаки все как одна переключились на более близкую добычу, ломанувшись к ней, роняя слюни.





Одного перед столкновением успела подстрелить Клэр, всадив ему заряд дроби в бочину, второго расстрелял уже я, поймав прямо в прыжке, и тот приземлился у моих ног в виде кровоточащего сита. Следующий в этот момент уже был в прыжке, нацелившись широко раскрытой клыкастой пастью в мою шею.





— Берегись!.. — запоздало пришло предупреждение от Клэр, но я слушал ее вполуха, с легким охренением наблюдая за тем, как на одних только рефлексах моя рука хватает летуна за глотку прямо в воздухе. Резкое движение кистью — и эта собачка точно больше не найдет хозяев. Ей же я и прикрылся от другого песеля, влетевшего в меня на полной скорости и сбившего с ног. Удара и последующего падения я почти не почувствовал, но зато в мельчайших подробностях разглядел клацнувшую перед лицом челюсть и ощутил смрадное дыхание зараженного зверя. Из-за лежащего под ним тела другой собаки он не смог меня достать с первой попытки, а вторую совершить не дала сжатая в кулак рука, прилетевшая сбоку в челюсть и отбросившая тварь в сторону под звук хруста костей.





Только для того, чтобы ее место заняла последняя, которую мне удалось встретить пинком ноги, также откинув от себя, где ее уже настиг выстрел из дробовика Клэр, начисто снеся верхнюю часть черепа.





Хриплое рычание слева оповестило о возвращении той, что я врезал по морде. Резко поворачиваю голову в нужную сторону, вскидываю руку, поймав ей урода за загривок и, надавив вниз ладонью, прижимаю башкой к полу. Вытащив из-под так до сих пор и лежащей на мне мертвой туши со сломанной шеей правую руку с зажатым в ней пистолетом, подставляю его к пасти отчаянно дергающего всем телом в попытке вырваться животного и дважды жму на спуск. В это же время рядом бахает дробовик, — это Клэр закончила работу, исправив свой промах в самом начале.





С кряхтением стаскиваю с себя труп, принимаю сидячее положение и отряхиваюсь, попутно обводя взглядом парковку. Все восемь собак уничтожены, а мы не получили и царапины, разве что только я отделался испачканной формой. Вот и все наши повреждения. Признаться, когда начался бой, я думал…





— Не думала, что это будет так просто… — вслух озвучила мои мысли подошедшая Клэр, после чего с беспокойством взглянула мне в глаза, протянув руку. — Ты в порядке.





— Да, — отвечаю, принимая помощь, и поднимаюсь на ноги. — Шерри?





— Я здесь! — сама дала о себе знать девочка, выбежав к нам из-за бетонной колонны, служившей ей все это время укрытием. Выглядела она взвинченной и напуганной, но невредимой.





— Хорошо. Нужно уходить отсюда, — кивнув, поворачиваю голову к Редфилд, что так же с облегчением взглянула на Шерри.





— А что делать с ним? — девушка в ответ ткнула в связанного шефа полиции, что так и лежал на своем месте всю драку.





А, нет. Не лежал. Стрельба разбудила его, и тот успел уползти на несколько метров сторону и сейчас продолжал свое занятие, даже не оглядываясь на нас. Похож на жирную гусеницу. Из тех, что, когда ползут, сначала поднимают переднюю часть, а потом подтягивают заднюю. Только они не пыхтят, как паровоз, в отличие от него. Да и смотрятся, на мой взгляд, посимпатичнее.





— Эй, — нарочито медленно и громко перезаряжаю глок, привлекая внимание «ползуна». — Далеко собрался?





Стоило тому только услышать окрик, как он сразу же замер, неуклюже перевернувшись на бок и посмотрев на нас совершенно дикими от испуга глазами, которые стали еще диче, когда он увидел наставленный на него пистолет. А еще от него пованивало, даже больше чем раньше. Кажется, кое-кто обоссался. Интересно, это из-за боязни собак, или у него просто недержание. Ну, знаете, средний возраст, проблемы с простатой, все дела…





— Вы должны взять меня с собой! Не оставляйте меня тут! — Вот это наглость. Я от такого даже опустил пистолет, неловко переглянувшись с Клэр.





— И с чего бы? — задала она за нас обоих вполне очевидный вопрос, добавив в голос побольше брезгливости и скривив личико. Прощать ему недавнее нападение девушка точно не собиралась.





— Вам нельзя меня убивать. — Спорное утверждение, но, так и быть, послушаем, ведь нам все еще нужны доказательства вины Амбреллы. — У меня есть безопасное убежище, а еще я знаю путь из города. Вы же хотите выбраться, да? Только дурак не захочет! — продолжал он нас убеждать, прямо-таки источая честность и дружелюбие. — Развяжите меня, и мы сможем договориться, как разумные люди.





Веры ему никакой, но нам и правда нужно бы немного передохнуть, перед тем как отправляться в дальнейший путь. С другой стороны, я догадываюсь, о каком безопасном месте он говорит: его кабинет, и туда мы можем дойти и сами, при этом еще и быстрее, чем с балластом. Но все, опять же, упирается в его знания, которые могут быть явно более полными, чем то, что мы найдем у него в столе. В то же время, а где гарантия, что он нам что-то расскажет? Я в навыках допроса — полный ноль, если выходить за пределы стандартной полицейской процедуры, а просто бить его по лицу кулаком, выбивая ответы, оно, конечно, приятно, но… малорезультативно.





Короче говоря, чемодан без ручки: и тащить тяжело, и бросить жалко. И ведь не скинешь на девушек ответственность за принятие решения. Они как-то сразу приняли мое старшинство, к тому же Шерри еще маленькая, а у Клэр на жиробаса зуб. Она, конечно, девушка добрая, но явно не про «возлюби ближнего своего» и «подставь правую щеку, если тебя ударили по левой». Скорее уж, верни подачу ногой с разворота и добавь по яйцам, когда упадет. В это я поверю гораздо больше.





Судьба продажного шефа полиции города енотиков сейчас зависела именно от моего решения, поэтому стоило взвесить все за и против, а потом…





А, не. Нихрена.





— Ебаный сыр… да ты прикалываешься! — Сука, да им что тут, медом намазано?! — Клэр, Шерри, валим!





Сначала из темноты послышались громкие шаги, затем показался силуэт. Тяжелой поступью на свет вышел Тиран модели Т-103.





Ростом за два метра, одетый в плотный бронированный плащ до земли и шляпу, он выглядел очень, сука, угрожающе, да мои новообретенные инстинкты говорили ровно то же самое, а потому надо смазывать пятки салом и бежать, не оглядываясь. Только встретившись со взглядом мертвых глаз, еле различимых на посеревшей морщинистой коже клона Сергея Владимира, я понял, что ловить нам тут больше нечего и, подхватив под руки девчонок, бросился наутек. Сомнений в том, что более тесное знакомство мы не переживем, не было никаких, да и будущее теперь сулило большие проблемы, ведь это существо запрограммировано на уничтожение свидетелей, коими мы и являемся, а потому будет и дальше нас преследовать.





Ну а Айронс… что ж, когда убегаешь от хищника, не обязательно быть самым шустрым. Надо чтобы был кто-то один медленнее тебя.





— Куда вы бежите, сукины дети?! — жиртрест вмиг растерял всю любезность, поняв, что его бросили. — А ну стойте! Стойте, кому говорят! — проклятья посыпались нам в спину, как из рога изобилия, но очень быстро сменились криками ужаса. — Нет! Не подходи… Г…ах!..





Влажный хруст того, как тиран давит ногой грудную клетку человека, врезался нам в затылок, придав дополнительного ускорения. Благо, спасение было уже в поле зрения, представленное дверью с надписью «тюремный блок», недостаточно большой, чтобы в нее пролез гигант, но подходящей для людей нормального размера. Толстые бетонные стены парковки не дадут ему расширить проход и заставят искать другой путь, а нам подарят время перевести дух и убраться подальше. Лишь бы только было не заперто…





Отпустив руки девочек, с разбега влетаю в дверь плечом, и она поддалась. Правда, вместо простого открытия дверь сорвало с петель, вырвав вместе с ней и замок из стены вместе с мясом, отколов кусочки бетона и разбросав их под ногами, но главное было сделано — мы оказались в безопасности. Относительной и недолгой, но это лучше, чем ничего. Пробежав еще десяток метров по длинному коридору, освещенному лампами накаливания, мы наконец остановились.





Позади нас тяжело шагал тиран, но, дойдя до прохода, остановился, осмотрев проем, не подходящий ему по размерам, затем оценил солидную толщину стен почти в метр, развернулся и ушел, бросив в нас долгий взгляд, запоминая наш внешний вид и внося в список целей.





— Что это было? — ошарашенно спросила Клэр, еще после Биркина пребывающая в ахуе. Девушка стояла, облокотившись на стену, тяжело дыша, и прижимала к себе такую же уставшую после забега Шерри.





— Какая-то криповая хренатень… — неопределенно ответил я, не желая пока раскрывать, что знаю, как это существо называется и для чего было создано. Некоторые вещи я просто не смогу объяснить, и лучше всего будет держать их в тайне.





Глава 15


— Ладно… каков план? — чуть отдышавшись, спросила Клэр и оттолкнулась от стены, увлекая за собой Шерри.





— Поищем выход отсюда. В блоке для задержанных должно быть как минимум два входа.





— Да уж, я бы тоже не рискнула выходить отсюда так, как зашли… — бросив взгляд туда, откуда мы пришли, согласилась девушка, — разделимся?





— Хоть так и будет быстрее, не думаю, что это хорошая мысль, — покачал я головой.





— Действительно…





— Угу…





Ну, мы и пошли. О самом тюремном блоке чего-то интересного сказать нельзя. Пустые камеры с решетками, тусклое желтое освещение, грязный пол, да гудение трансформатора. В общем, атмосферненько, самое то для вытрезвителя, в котором будут сидеть хулиганы и задержанные до выяснения обстоятельств. Чтобы сразу прониклись и задумались, так сказать. В камерах, кстати, были обитатели. Слегка подгнившие и вечно голодные. Но это было уже привычное зрелище, и то, как они тянули к нам руки через решетку в попытке сожрать, уже ничего не задевало в наших душах, разве что только Шерри поначалу шарахалась. Но и она в конце концов перестала это делать, решив взять с меня и Клэр пример, и храбрилась, стараясь держаться ровно.





Получалось с переменным успехом, и малышка нет-нет да хватала за руку то меня, то старшую девушку, чтобы набраться смелости. Мне это даже показалось милым, и я потрепал ее разок по голове в знак одобрения, получив в ответ странную смесь из недовольства задетой прической и благодарности. Эх, женщины… они все равно женщины, даже если они еще маленькие и за окном конец света.





Несмотря на всю неинтересность этого места, я все-таки надеялся найти тут кое-что. А если точнее, то кое-кого. Где-то здесь в темнице сырой должен томиться журналист, что некоторое, возможно весьма продолжительное время копал под Амбреллу и Айронса, за что и был заперт последним в кутузке как раз накануне эпидемии. Из игры о нем мало что можно было узнать, ведь умер он практически сразу, но мужик вроде бы не делал ничего сильно плохого, и выпустить его из клетки будет правильным поступком. Плюсом к этому у него должен быть диктофон с записями его расследований — как раз нужная мне вещь, чтобы вылить потом ведро помоев, которое поможет закопать Амбреллу по уши в дерьме. Не дать этим сведениям и тому, кто может их правильно распространить, сгинуть здесь — определенно хорошее и правильное дело, так что будем надеяться, что Тиран решил почтить нас своим визитом на парковке раньше, чем пришел сюда и раздавил бедному мужику голову.





И уже вскоре мое предположение о его выживании подтвердилось. Через прутья одной из камер в конце коридора сочилась струйка сигаретного дыма, и если зомби вдруг не научились курить, то наш клиент определенно жив и на месте.





— Смотрите! — громким шепотом сообщила Шерри, указав пальчиком в ту сторону.





— Ага, — синхронно протянули мы с Клэр и, обменявшись жестами, направили наши ноги в ту сторону, только девушка немного отстала, а я вырвался вперед, чтобы принять возможный удар на себя. Хотя я, конечно, знал, что его не будет, но береженого бог бережет.





В камере находился человек в коричневой куртке и квадратных очках с недельной щетиной на лице и темными растрепанными волосами, стянутыми в короткий хвост. До моего появления он меланхолично курил, сидя на нарах и уставившись пустым взглядом в каменный пол, но тут же встрепенулся и вскочил с места, стоило ему услышать шаги.





— Уважаемый? — первым к нему вышел я, подойдя на расстояние вытянутой руки к разделяющей нас решетке.





— Поверить не могу, нормальный человек! — облегчение и радость мужика можно было почувствовать чуть ли не физически. Оно и неудивительно, ведь просидел он тут самое меньшее несколько дней, причем половину из них наверняка еще и ничего не ел и не пил. — Привет, человек!





— И тебе не кашлять, — кивком поприветствовал его я. — Давно тут сидишь?





— Больше чем хотелось бы, — криво усмехнулся он в ответ. — Еще кто-нибудь выжил?





— Кроме нас троих пока никого не видно, — сказано это было как раз к тому моменту, как Клэр решила, что им с Шерри ничего не угрожает, и подвела девочку к камере. — Но кто-то наверняка еще есть.





К чести репортера, увидев ребенка, он тут же затушил сигарету, которая все еще тлела в его руке.





— Надеюсь, ты прав, приятель. Ну, только если среди них нет Айронса.





— Айронса? Ты имеешь в виду шефа полиции? — опять же, я знал, что к чему и зачем, но пусть он озвучит все сам для девчонок.





— Ага, его самого… надеюсь, его уже сожрал кто-нибудь, — мстительно процедил он, чем добился понимающего хмыка от Клэр. Что, кстати, не укрылось от его меткого журналистского слуха. — Вы с ним уже встречались, да?





— Было дело… — уклончиво отвечаю, махнув рукой, но потом все же удовлетворяю жажду мести собеседника: — и можешь выдохнуть, он немного поехал головой, а потом и вовсе ее лишился.





— Вот это реально хорошая новость, приятель! — мужчина аж слегка подпрыгнул от радости, а его очки жутковато блеснули светом, отраженным от лампочек. Правда, он тут же спохватился, вспомнив, что среди нас ребенок, и неловко почесал репу, извиняясь: — А-а-а… ничего, что девочка все слышит?





— Пф-ф-ф… — девочка показала не очень-то детскую реакцию, но мужика успокоила: — Так ему и надо.





— Оу… понимаю тебя как никто другой, мелкая, — положив руку на сердце, проговорил он сочувствующим тоном.





— За что заперли-то? Не просто так же, были какие-то причины, — а вот я решил важный момент. А то вдруг мои знания расходятся с реальностью и он тут заслуженно? Это вряд ли, конечно, но некоторые детали увиденного во сне и пережитого в реальности все же отличаются. Не то чтобы я прям рассчитывал на честный ответ в случае, если наш сиделец и правда редиска.





— Были, — кивнул журналист, поднеся руку ко рту, чтобы затянуться, и фыркнул от досады, тряхнув кистью, когда сигареты в ней не оказалось. — Я собирался сдать лживую задницу Айронса со всеми потрохами. На его месте тоже бы себя запер.





Ага, можно успокоиться. С ним все так же.





— Сдать? — оживилась Клэр, прислонившись к решетке, держась за прутья. — Ты кто-то вроде детектива? Или журналиста?





— Кто-то вроде. И у меня все еще есть на него компромат. Придурок даже не удосужился меня обыскать как следует.





— А вот это хорошая новость, — зацепился я за его слова. Приятно знать, что еще один момент совпадает с игрой. — Ты же не собираешься использовать эту информацию в нехороших целях?





— Издеваешься? — он аж отпрянул и, кажется, не притворно обиделся. — Клянусь тебе честью журналиста, у меня и в мыслях такого не было! После того дерьма, что эти уроды тут устроили, моим долгом будет рассказать об этом миру со всеми подробностями.





— Ну тогда добро пожаловать в команду по спасению мира, — протягиваю ему руку сквозь решетку. — Эм… а ты случаем не знаешь, как тебя выпустить?





— А мне откуда знать? Из нас двоих тут только ты парень в форме, — рассмеялся наш новый попутчик. Но руку пожал, да.





Глава 16


— Кстати, я Леон Кеннеди, — несколько запоздало представился я, тем самым дав себе время обдумать, как выпустить птичку из клетки.





— Приятно познакомиться, Бен Бертолуччи, — проявил ответную любезность журналист, после чего перевел вопросительный взгляд на Клэр: — А вы?..





— Клэр Редфилд, — назвала свое имя девушка.





— Редфилд? — удивленно вскинул бровь Бен, поправив пальцем очки. — Случаем, не родственница офицера S.T.A.R.S?





— Да… да, я его сестра, — почуяв возможность узнать что-то про Криса, она тут же оживилась и даже сделала пару шагов к камере. — Вы ничего о нем не знаете?





— Нет. Он исчез где-то с месяц назад, когда Айронс расформировал отряд. Хотел взять у него интервью, но, увы… ничем не могу помочь, — с сожалением в голосе проговорил мужчина, покачав головой. Не знаю, насколько это было искренне, но за попытку все равно спасибо. — Возможно, его даже нет в городе.





— Ясно…— во взгляде Клэр была грусть, которую, впрочем, она прогнала, тряхнув головой и постаравшись принять нормальный вид. Получилось правдоподобно, но я видел, что она все еще сильно беспокоится. Что ж, не могу ее в этом винить.





— А вас, юная леди, я уже знаю, — мужик обратил свое внимание и на Шерри. — Вы дочь семьи Биркин, правильно? Шерри, если не ошибаюсь?





— Да, но… откуда вы знаете? — осторожно спросила девочка, спрятавшись мне за спину.





Хм, а ведь я только сейчас понял, что в своей этой курточке, очках, с хвостом и щетиной он — вылитый хипстер. Такие обычно становятся всякими зелеными активистами, борцами за независимость мухоморов или, вот как здесь, журналистами…





— Разговаривал с вашей матерью и видел семейное фото на столе. Так вас и узнал.





— Вы не знаете, она в порядке? — в детских глазках зажглась надежда.





— Нет, я ведь тут уже давно, дольше, чем все это творится, так что никаких идей. — И так же быстро, как и у Клэр, угасла, когда Бертолуччи ответил, виновато разведя руками. — Извини.





— Ничего страшного. Я все понимаю…





— Вообще, камеры должны открываться из комнаты охраны, которая должна быть в надземной части участка… — задумчиво почесал я подбородок, глянув в сторону выхода, — но это слишком долго.





Примирившись, хватаюсь обеими руками за прутья клетки и начинаю тянуть.





— Эй, ты что собрался делать? — мужик внутри на это только удивился, сначала косо глянув на меня, а потом переведя непонимающий взгляд на девушек: — С вашим другом все в порядке?





— Ну… наверное? — неуверенно ответила Клэр, то ли сама не понимая, чем я занимаюсь, то ли не решаясь рассказать, что я сейчас должен быть, ну… немножко мертвым. Я вообще удивлен ее реакцией на меня при встрече, когда страсти улеглись. Вернее, ее отсутствием. Моя худоба все еще сильно заметна даже после того, как я привел себя в более-менее нормальный вид, но девушке, видимо, было достаточно того, что я вообще жив, а все остальное просто отошло на второй план.





Первые секунды металл под пальцами не поддавался давлению, но я чувствовал, что если вложить больше силы, то все получится.





И я вложил. Было тяжело, мышцы напряглись настолько, что костяшки пальцев побелели, а из-под кожи выступили кровеносные сосуды, но неподатливый металл все-таки согнулся, издав протяжный стон и освободив достаточно пространства, чтобы между ними мог протиснуться взрослый человек.





— Чувак… в каком спортзале ты так накачался?





— Я просто использовал дезодорант Олд Спайс, — держим морду кирпичом. Шила в мешке все равно не спрячешь. Девочки уже знают о моих… затруднениях, и новый попутчик тоже рано или поздно заподозрит неладное, так что почему бы не показать самому? Честность, как говорят, вознаграждается.





Ну или не очень. Журналюга, увидев перед собой путь к свободе, наоборот, отошел подальше к стеночке, с подозрением косясь в мою сторону. И с некоторой долей страха. Вот только не того страха, когда ты видишь перед собой опасную хрень и держишь дистанцию, а того самого, когда эта хрень пришла конкретно за тобой. Запах в воздухе повис соответствующий: напоминает чем-то… обреченность.





Ах, черт… точно. За этим парнем же отправили тирана. Он об этом, как минимум, догадывался и сейчас думает, что вместо тирана тут я. Не уверен, льстит ли мне сравнение с огромным серым мужиком без писюна. Скорее нет, чем да, но ситуацию я создал не очень приятную. Ученые корпорации Амбрелла были молодцы: они скрещивали жопу с пальцем, а та при добавлении вируса еще и оживала, а потом шла всех убивать. Форму эти плоды противоестественной связи могли иметь самую разную, начиная с лягушек-переростков, заканчивая принявшей человеческий вид колонией пиявок-мутантов, а потому страх мужика за свою шкуру вполне себе оправдан. Раз уж он в своих раскопках в грязном белье корпорации добрался аж до семейства Биркин, что хоть и не были в числе членов совета директоров, но были к этому очень близки, то и знать о различных результатах экспериментов знать тоже должен.





И я сейчас для него как раз один из них, направленный на устранение свидетеля.





Эх, говорила мне мама: «не спеши, а то оподливишься»! Ну посидел бы он тут полчасика, пока мы ходим туда-сюда, подождал — и ничего страшного!





Однако, в то же время, тратить лишние минуты на хождение туда-сюда, пока рядом ходит тиран, — признак номинанта на премию Дарвина, да и приближающийся ядерный удар не прибавляет желания тратить время впустую. Поэтому недоверие со стороны спасенного человека хоть и неприятно, но терпимо. Сидя в камере, он себя не спасет, а так у него будет шанс, даже если паранойя не даст пойти вместе с нами.





— Олд Спайс, говоришь? — с огро-о-омным скепсисом пробормотал он, не спуская глаз с моих рук. — Не знал, что его делают в Амбрелле.





— При чем тут Амбрелла? — рядом подобралась Клэр, незаметно для Бена, но хорошо видимо для меня положив руку на кобуру с револьвером, на секунду задержав обеспокоенный взгляд на моем лице. Такое доверие… не понимаю, чем я его заслужил. Мы ведь знакомы всего пару часов в общей сложности, а она уже встает на мою сторону в возможном конфликте. Но не буду отрицать, мне очень приятно чувствовать такое отношение в свою сторону.





— Да при том, — огрызнулся журналюга. — Вся их показная доброта: создание лекарств, благотворительность и прочая чепуха — лишь ширма. Главное направление их исследований, — и невежливо ткнул пальцем в меня: — биоорганическое оружие, а Раккун-Сити — большой полигон для испытаний.





— Могу обрадовать, никто тут убивать тебя не собирается, — постарался я его успокоить.





— Верится как-то с трудом, — вроде бы и спокойно, но как-то нервно и со скепсисом отозвался он.





— Леон хороший, — вступилась за меня Шерри. — Он спас нас и хочет помочь вам. Почему вы такой неблагодарный?





— Тише, малышка, — с умилением погладила ее по голове Клэр, а затем с укоризной посмотрела на мужчину. — Но она права. Прояви хоть немного вежливости к тем, кто тебя освободил.





Кажется, подействовало. На лице мужчины явно прослеживалась внутренняя борьба, но желание поскорее выбраться все-таки медленно брало верх. Однако он все еще не решался отлипнуть от стены и выйти из камеры.





— Ладно, пойдем, — решил я немного мотивировать сидельца, развернувшись уходить и потянув за собой девушек. — Если человек не ищет компании, то кто мы такие, чтобы принуждать его? Освободили — и дело сделано.





Клэр и Шерри молча последовали за мной, в очередной раз показав, что во всем мне доверяют. На какое-то время наступила тишина, но не прошло и полминуты, как за спиной послышался шорох одежды, трущейся о металл, и торопливые шаги.





— Стойте! — ну и слегка испуганный окрик Бена Бертолуччи. Обернувшись, мы смогли увидеть, как он трусцой бежит за нами, размахивая рукой. — Стойте… ух… хах, — добежав, он остановился, тяжело дыша, как будто после кросса. Странно, разве он не должен быть, ну… немного выносливее? Все-таки журналист, а у них правило «быстрые ноги звездюлей не боятся» должно быть одним из главных. Хотя, возможно, на него так повлияли несколько дней без еды. — Я немного перегнул, прошу прощения. Только не оставляйте меня тут, один я не выживу.





— Ладно, — хмыкнул я, предварительно переглянувшись с девочками и увидев их согласие. — Только не отставай.





— А куда мы идем?





— На парковку.





Стоит осмотреться. Вряд ли Тиран все еще там, скорее всего он ушел искать обходной путь. Если это так, у нас будет шанс выскользнуть наружу, не встретившись с ним.





Не дойдя до нужной двери нескольких метров, жестом останавливаю спутников и, вытащив пистолет, двигаюсь дальше сам, чтобы выглянуть и оценить обстановку. На первый взгляд все тихо, никаких гигантов по два с половиной в черных плащах и с неуемным желанием нас убить. Все те же машины, фонари, железные ворота и трупы.





Возле одного из которых, принадлежащего Шерифу, остановилась женская фигура в бежевом плаще и темных очках.





Так вот ты какая, Ада Вонг.





Глава 17


Что первое приходит в голову, когда видишь Аду Вонг?





Красивое.





Нет, правда. Эта женщина умудряется выглядеть эффектно даже в полностью закрытом плаще, который к тому же еще и смазывает фигуру, да при условии, что вокруг нет никого, кто мог бы оценить ее внешность. Видимо, умение демонстрировать себя отработано ей настолько хорошо, что стало рефлекторным и поддерживается само собой. Даже не представляю, что будет, используй она свои навыки осознанно и целенаправленно.





Хотя нет, представляю. Другой я как раз и попался на ее удочку. Но нынешний я — не он, и, мало того, представляю, чего ожидать, так еще и, кажется, более опытный в жизненных делах. Правда, опытность моя не отменяет одного ма-а-аленького вопросика: а что с ней делать-то? Она вчерную использовала меня, навесив лапши на уши, но в то же время спасла от смерти минимум трижды, хотя могла этого не делать.





Вот как мне быть? Непонятно. Возможно, лучше бы вообще не стоило с ней встречаться, но сейчас сокрушаться по этому поводу поздно. Мои спутники тупо покрутят пальцам у виска, если я им скажу: «Мы туда не пойдем, потому что там тетя страшная». К тому же Бен ее знает. Придется выходить.





Еще раз пробегаю взглядом по фигуре девушки, присевшей на корточки спиной ко мне возле трупа Айронса. Хороша, ничего не скажешь. И ровно настолько же опасна. Даже запах отдает чем-то таким, острым и с перчинкой, в отличие от Клэр, которая пахнет как-то по-домашнему, как будто вдыхаешь аромат комнатных цветов.





И тут мой взгляд зацепился за одну деталь.





Да ну не-е-е… не может быть.





Или может, потому что зажмуривание глаз вместе с протиранием их кулаком не избавили меня от пусть и привлекательного, но до нелепости абсурдного зрелища.





Я все понимаю, там была игра, в которой для зрелищности и привлечения аудитории красивого женского персонажа надо и нарядить соответственно, но мы-то в реальности!





Когда Ада села, ее плащ слегка откинулся назад, открыв часть обтянутого красной тканью платья бедра, переходящего в стройную ножку, прикрытую черным чулком и обутую в туфлю.





Туфлю. На длинном каблуке.





Я, конечно, не эксперт в шпионской тактике проведения полевых операций, но если в этих каблуках нет замаскированных реактивных двигателей, или сама женщина не является еще одним попаданцем с джедайскими способностями, то эта хрень не имеет смысла.





Але! Это полевая операция! Тут нужна удобная и практичная одежда со средствами защиты! Признаюсь, моя нежное полицейское сердце готово было разбиться, но не от того, что его обманула роковая красотка, а от того, что она нарушила тупо все мыслимые и немыслимые правила.





А еще мне стало немного страшно. Ведь если она способна вот в этом бегать, прыгать, метко стрелять и драться, то у меня просто нет шансов. Я ничтожен, слаб и беспомощен.





Пожалуйста, отпустите бедного Лёню к маме. С него хватит.





Ну, в любом случае разрыв шаблона я уже получил, как и небольшую моральную травму, которая, впрочем, теряется на фоне всего того, что уже со мной случилось. Так что можно и выйти поздороваться. На секунду поворачиваюсь, чтобы дать знак попутчикам подождать, а затем выхожу, намеренно громко шаркнув ногой по полу, привлекая тем самым внимание. Дамочка отреагировала незамедлительно. Круто развернувшись, она встала на одно колено, выхватив из-под плаща пистолет и направив его на источник шума. То есть на меня.





Естественно, что я проявил ответную любезность и навел на нее свой. Прямехонько между глаз.





— Невежливо вот так подкрадываться к даме, — а голос приятный. И звучит расслабленно. Женщина передо мной вообще не выглядит ни капли напряженной, будто такое времяпровождение для нее норма. С ее-то работой я готов в это поверить. — Хм, R.P.D? Не думал, что кто-то из вас еще остался в живых.





— Как видите, нет, — отвечаю, так же не сводя глаз с ее фигуры. — Назовитесь.





— Спокойно, офицер, я вам не враг, — медленно, чтобы не спровоцировать, она забралась свободной рукой под плащ и достала оттуда кожаный бумажник, легким движением пальцев открыла его и показала мне содержимое: — ФБР.





— ФБР? Замечательно, — не очень хотелось ее дразнить, но желание посмотреть, как она выкрутится, было сильнее. В игре, стоило ей только посветить крутой ксивой, более наивная версия меня сразу же приняла это на веру. Но я не стану, хотя, стоит признать, документ выполнен качественно, по всем стандартам. И это я сейчас не с потолка беру: в академии нам показывали, как должен выглядеть значок ФБР, чтобы мы могли распознать, если нас обманывают. Тут подвох можно заметить только если заранее знать о нем. — А имя у вас есть? Я вот Леон Кеннеди.





Мой ответ, кажется, совсем не смутил Аду Вонг. У нее как было расслабленное выражение лица, как будто она тут контролирует ситуацию, так и осталось. Даже не поморщилась ни на миг.





— Ада, — хмыкнув, девушка наконец назвалась, выразительно так посмотрев после этого на оружие в моих руках. — Может быть, опустите пистолет, Леон Кеннеди?





— Как-то не хочется.





— Вот как? — картинно вскинула она бровь, чуть нахмурившись и наклонив голову вбок. Из-за черных очков не было видно ее глаз, но я готов поспорить, что они были по-змеиному прищурены. — И почему же?





Поза шпионки как-то неуловимо изменилась. Это никак не отразилось на том, как она держалась, или на том, как двигалась, но я явственно ощутил повисшее в воздухе напряжение. Чувство опасности усилилось, сигнализируя о том, все вот-вот может покатиться к чертям. И не сказать, что я так уж сильно против ее пристрелить с ее-то отношением ко мне в воспоминаниях, да в целом она была замешана в некоторых не самых приятных инцидентах в прошлом и будущем. От того, чтобы нажать на спуск, меня останавливало ровно две вещи: пока что она ничего плохого мне не сделала и, если я буду действовать, используя мозги, не сделает, а еще за спиной у меня Клэр и Шерри, которые точно не воспримут хорошо, если я начну стрелять в человека без веской причины. Это Айронса им было не жалко, а вот с Адой все может быть совсем по-другому.





— Ничего личного. Надеюсь, вы простите мне капельку здоровой паранойи.





— Похоже, что мы оказались в затруднительном положении, — губы наемницы изогнулись в слабой ухмылке.





— Так и есть, — хмыкнул я в ответ и неожиданно для собеседницы опустил оружие. — Впрочем все это не так уж и важно, — пояснил свои действия удивленной девушке, — гораздо важнее тот факт, что вы не хотите меня съесть. Это уже дает вам сто очков вперед.





— О… — соблазнительно вытянулись ее накрашенные помадой губки, — буду иметь в виду.





Продолжить увлекательную дискуссию нам не дал новый голос, прозвучавший из-за спины.





— Мисс Вонг?





Что? Какого хрена он вылез? А вдруг мы тут убиваем друг друга, он что, вообще с головой не в ладах?





— Бен, — улыбнулась краешком губ шпионка, глянув мне через плечо, после чего поднялась на ноги и пошла навстречу: — Хорошо, что ты выжил.





— Это было не так уж сложно, сидя взаперти, — но-подхалимски улыбнулся он, даже не глянув на меня. Вот же…





— И ты всеми силами пытаешься это исправить, да? — Мое раздражение можно было почувствовать кожей, и журналюга тоже это заметил, съежившись под моим взглядом.





— Прости, я пыталась его остановить, но не успела, — виновато пробормотала вышедшая следом Клэр, тянущая за руку с собой на буксире Шерри.





— Ничего страшного, — улыбаюсь ей в знак поддержки. — Так вы знакомы? — а это уже было адресовано парочке наших новых знакомых.





— Да, Бен помогал мне в расследовании, — ответила шпионка.





— Ну и как оно продвигается?





— Это секретная информация.





— Действительно? Полный зомби город — это тоже секретная информация?





— Вот что я вам скажу, Леон Кеннеди, — нахмурившись под очками, отрезала она, глянув на меня исподлобья, — в этом деле замешаны силы, связываться с которыми вам не по плечу, поэтому сделайте одно хорошее дело: возьмите этих леди и выбирайтесь отсюда. А мы с Беном пока займемся нашим делом, — и бросила невинный взгляд на нервничающего журналюгу, который едва ли не прятался за ее широкой и могучей спиной. — Правде, Бен?





— К-конечно, Мисс Вонг…— Мда… жалкое зрелище. Я, конечно, помню что-то такое, что он был у нее на крючке, но чтоб настолько? Или он все еще под впечатлением после моих действий, когда я разогнул прутья его камеры? Обидно, однако, чувствовать такую неблагодарность в свой адрес. Наверное, даже хорошо, что теперь я буду избавлен от его нытья.





— Чудно. Тогда пойдем, — и, подтверждая слова действиями, начала удаляться в сторону многострадальных ворот с парковки на улицу, утянув с собой и хипстера, мгновенно легшего ей под каблучок. И только когда до выхода оставалось пару метров, повернулась к нам: — Советую вам поторопиться и не ходить там, где… слишком людно.





Ну, не очень-то и хотелось, как говорится. Смотря на то, как открываются ворота и двое не совсем желательных знакомых выходят на улицу, я испытывал двоякое чувство облегчения и раздражения. И что-то мне подсказывает, что как минимум со шпионкой мы еще встретимся, ведь наш путь пролегает через улей, в котором мы почти наверняка не сможем разминуться.





— Она мне не нравится, — нахмурившись, изрекла рядом стоящая Клэр.





— Тогда хорошо, что она ушла, я думаю.





— Угу… — кивнула девушка и перевела свой взгляд на меня: — куда пойдем дальше?





— А что на это говорит твоя записная книжка?





— Что нам нужно попасть в канализацию и оттуда попасть в какой-то то ли секретный, то ли заброшенный комплекс.





— Он не заброшенный, — поправила ее Шерри, — там работали мама и папа.





— Значит, ты знаешь, куда идти, малышка?





— Знаю, — кивнула девочка.





— Тогда пойдем, не будем искушать судьбу и рисковать еще раз встретиться с тем здоровым синим говнюком.





Глава 18


Мы не стали сразу выходить следом за покинувшими нас шпионкой и доблестным работником ручки и блокнота. Было бы странными переться за ними, дыша в затылок, когда вроде бы как уже разошлись. Поэтому отправились на улицу, выждав предварительно несколько минут. Там нас встретила примерно такая же картина, как и в прошлый раз. Единственное, что отличалось, — это дождь. Он закончился, оставив после себя лужи и грязь на разбитой дороге. И вездесущих зомби, которых, к сожалению, не смыло водичкой, услужливо расчистив нам путь. Мой лимит на чудеса был исчерпан, когда я не сдох от взрыва и не превратился в гниющий ходячий труп после укуса.





Шли медленно, практически молча, вдоль дороги, прижимаясь к стенам зданий и используя брошенные машины и мусорные баки в качестве укрытий, чтобы избежать нежелательных встреч с зараженными. Любой громкий звук легко мог привлечь целую орду, от которой было бы невозможно отбиться, и мы не были дураками, чтобы делать это намеренно.





Окружение сильно давило на моих спутниц. Еще несколько дней назад этот город жил полной жизнью. Был наполнен звуками, голосами людей, огнями витрин и уличных фонарей. А сейчас только треском пожарищ да стонами десятков тысяч зомби, чьи безобразные лица то и дело мелькали по пути, а голоса, слившиеся в жуткий потусторонний хор, сливались в единую похоронную мелодию, заставляя сердце то и дело сбиваться с ритма и принося тягучее чувство безнадеги. Даже у меня постоянно проскальзывала мысль, что все — приплыли, никакого выхода нет, отсюда не выбраться и никакие магическим образом обретенные знания не помогут. Или что этих знаний вообще нет и все, что я вижу перед собой, — иллюзия разума, запертого в загнивающем куске псевдоживой плоти, что бесцельно бродит по темным переулкам опустошенного Раккун-Сити.





Чего уж тогда ожидать от моих спутниц? Клэр, казалось, продолжала идти только на голом упрямстве, стараясь не выпускать меня из поля зрения, как будто я могу исчезнуть, стоит ей только на миг отвернуться, и сжимая в руке маленькую ладошку Шерри. Причем непонятно было, она делала это больше для малышки или для себя. Просто чтобы чувствовать кого-то рядом. Про девочку и говорить нечего. Еще недавно она, возможно, гуляла по этим улицам с родителями в их редкие выходные, училась в школе да кушала мороженое в лавках со сладостями. А теперь смотрела, как все, что на любила, превращается в прах. Слишком много негативных впечатлений для ребенка.





Я как мог старался поддерживать их обеих: где-то словом, где-то улыбкой или прикосновением, на что обе представительницы прекрасного пола отзывались с благодарностью. Но все же, это хоть и помогало, но недостаточно, чтобы полностью избавить девочек от переживаний.





Тем не менее путь продолжался. В записной книжке Клэр было четко указано, где расположен вход в канализацию. От полицейской парковки до него было примерно полтора квартала в сторону к центру города. В нынешних реалиях это небольшое расстояние — настоящая полоса препятствий, и не только потому, что по пути нам приходилось избегать встреч с зараженными, но еще и потому, что в ходе бедствия случилось много разрушений и в некоторых местах образовались завалы. Нам пришлось их обходить, тратя на это дополнительное время, и в итоге дорога заняла раза в три больше времени, чем потратилось бы неспешным прогулочным шагом в нормальное время, а мы прошли только немногим больше половины.





Конечно же, нам не могло везти постоянно. С такой-то скоростью передвижения да в кишащем монстрами городе что-то должно было случиться.





В один нихрена не прекрасный момент Шерри споткнулась. И все бы ничего, вот только сделала она это в таком месте, где ну вот вообще нельзя было этого допускать. Обходя очередное скопище автомобилей, перегородившее дорогу, мы забрались через разбитое окно в магазин. Девочка зацепилась, ударившись ногой об ножку стеллажа, который кто-то столкнул на другой, и в итоге оба оказались в достаточно неустойчивом положении, чтобы даже легкого толчка от потерявшего равновесие ребенка, ищущего, обо что облокотиться, хватило, чтобы вся конструкция с грохотом свалилась на пол.





— П-простите… я не хотела! — сама испугавшись того, что сделала, Шерри в ужасе закрыла рот ладошками, дикими-дикими глазами посмотрев на нас с Клэр так, будто мы вот-вот ее убьем.





Конечно же, никто бы так не сделал, но поди объясни это голодному и уставшему ребенку на грани нервного срыва. Тем более что из глубины здания, откуда-то из подсобных помещений магазинчика, уже доносились хрипы и рычание среагировавших на звук зомби. И, судя по тому, что я слышал, было их там как шпрот в консервной банке.





Недолго думая, хватаю испуганно пискнувшую девочку под руку и, кивнув понявшей, куда ветер дует, и напрягшейся Клэр на входную дверь, не заботясь больше о скрытности, тащу ее к означенной двери. Дерганье ручки ничего не дало: те, кто тут спрятался, заперли за собой. И, видимо, это им не особо помогло, раз они теперь ломятся за нами изнутри, чтобы устроить себе вкусный ланч.





Ну, как говорится, где не получилось руками, в дело вступают ноги. Моя обутая в форменный ботинок с толстой подошвой стопа врезалась в косяк, с хрустом вырвав замок из объятий хлипкой древесины и распахнув дверь настежь.





— Сюда! — позвал я старшую девушку, что с расчехленным револьвером уже прикрывала мне спину, и потянул к выходу младшую. Клэр, продолжая оглядываться назад, отправилась следом, и мы всей кучей вывалились наружу, обратно под охренительно неприветливое ночное небо Раккун-Сити.





И первое, что я там увидел, — это с полдесятка зомби, медленно, но уверенно ползущих на источник звуков в нашем лице. Ведь где шум, там и пища, которую эти прожорливые твари могут поглощать в поистине бесконечных количествах. И где-то за ними мелькали еще силуэты в гораздо больших количествах.





— Шерри, — пока выдалась возможность, я решил потратить пару десятков спокойных секунд, что у нас есть на то, чтобы успокоить девочку, а то она уже совсем побледнела, явно взвалив на себя гораздо больше вины, чем заработала на самом деле.





От моего голоса малышка вздрогнула и затравленно скользнула глазами по моему лицу, чтобы тут же отвести их куда-то в район моего живота.





— Я… — дрожащим голосом попыталась что-то из себя выдавить Шерри, но легкая встряска заставила ее замолчать, при этом она сжалась еще сильнее.





— Шерри, смотри сюда, — сказал я, присев перед ней на колени и взявшись руками за маленькие плечики. Мой голос при этом звучал максимально мягко, насколько я вообще был способен в такой ситуации. И это сработало, Шерри неуверенно подняла на меня глазки, на которых уже наворачивались первые слезы. — Все хорошо, слышишь? — Слабый кивок и тихое «угу». — Ты ни в чем не виновата. Соберись.





— Они приближаются, — предупредила Редфилд, указав назад вовнутрь магазина, откуда и правда стали громче прилетать звуки копошения мертвецов.





— Давай, пойдем, — потрепав Шерри по голове, поднимаюсь на ноги. Нам реально надо сейчас закосплеить Усейна Болта, если не хотим стать ужином. — Держись у меня за спиной и не отходи ни на шаг, ладно?





— Угу… — кивнули мне в ответ.





Ну а дальше начался сраный карнавал. Гнилые ублюдки лезли буквально отовсюду, из-за каждого угла, из-под каждой гребаной лавочки. Было такое чувство, будто на нас слетается весь квартал. Их было столько, что добраться до цели прямо было бы самоубийством, поэтому — петлять, все дальше и дальше отклоняясь от намеченного маршрута. Сам бы я, может быть, и справился, но с девочками на руках — однозначно нет, если не хочу их потерять по дороге.





А я очень этого не хочу. Иначе нахрена я сюда вообще сунулся?





Правильно — чтобы помочь им выжить. Свою мотивацию я хорошо знал. А еще знал, что убегать бесцельно — дерьмовый вариант, который может завести нас сначала в какой-нибудь тупик, а потом и на шведский стол. Перспективка крайне, сука, сомнительная, а потому между подстраховкой напарниц и постоянной стрельбой по зомби я старался как можно лучше изучать окружение, чтобы найти такое укрытие, в котором нас точно не достанут. Делать это на бегу было ни разу не удобно, но выбирать не приходилось.





В конце концов мои усилия оказались не напрасны. Краем зрения мне удалось заметить спрятанную подальше от глаз за мусорным баком пожарную лестницу в паре десятков метров от нас. Такие обычно ставят с задней части здания, которая не выходит окнами на проезжую часть. Мы сейчас как раз и были на заднем дворе многоквартирного дома, насчитывающего десять этажей. Если сможем забраться по ней наверх и проникнуть в одну из квартир, то сразу же избавимся от большинства преследователей, ведь зомби очень плохо пользуются лестницами — можно сказать, у них в этом настоящий антиталант, к тому же конкретно эта еще и находится в сложенном состоянии. Разблокировать ее, не обладая нормальным человеческим интеллектом, ну либо же тупой удачей, нельзя, зато вот подсадить девушек и допрыгнуть до нижней ступеньки самому вполне можно.





Одна проблема — между нами и ней стоит несколько очень прожорливых препятствий, плюс еще несколько десятков позади, что сулит очень плохие последствия, если мы не успеем. Быть зажатыми у стены кучей живых мертвецов — последнее, что я хотел бы для себя и девчонок. Опять же, я, скорее всего, смогу вырваться, а они нет.





Надо действовать максимально быстро.





— Сюда, — голосом привлекаю внимание запыхавшихся от долгого забега спутниц, — заберемся по лестнице, — и сразу вскидываю отданный мне Клэр дробовик, выпустив заряд картечи в самого ближнего зомбаря. И пока свинцовые шарики превращали его голову в кровавое месиво, прицеливаюсь в другого, передергивая цевью. Этому выстрелом оторвало руку, которая и так уже была знатно погрызана. Рядом со мной Клэр выпустила две пули из револьвера. Первая разворотила ее цели челюсть, а вторая вошла в глаз, вылетев с другой стороны вместе с фонтаном почерневшей крови и осколков черепа.





— Вперед! — скомандовал я, начав стрелять на ходу. Тело работало на автомате: Шаг, перезарядка, выстрел, шаг, перезарядка, выстрел. И все это на фоне переизбытка адреналина в теле, учащенного сердцебиения и трясущихся рук. До сих пор поражаюсь своим новым возможностям. Останься я прежним, никогда бы не смог стрелять в таком состоянии настолько метко и быстро. Жаль только, что поводом для радости это не является.





— Черт… — после четвертого повторения нажатие на спусковой крючок вместо привычного грохота и толчка в плечо вызвало лишь сухой треск сработавшего спускового механизма. А ведь это были последние патроны для дробовика: я потратил весь запас, пока пробивал нам путь через мертвецов. С пистолетом та же история, правда там еще осталось немного, где-то с пол магазина. Первый порыв выбросить ставшее простым веслом оружие я все же заглушил: боеприпасы можно найти, а уж наше выживание, чтобы можно было это сделать, я обеспечу.





И раз уж мы заговорили о веслах, именно в этом ключе я и применил приклад ремингтона. Взяв его на манер дубины, с размаху опустив его на голову следующего зараженного, после чего оттолкнул ногой тело с фатально для владельца изменившей форму головой. Последнего же просто с разбегу снес плечом в стену прямо под нужной нам лестницей, а потом схватил за голову и дважды ударил затылком об кирпич, вложив достаточно силы, чтобы задняя часть черепа поцеловала лицевую.





— Шерри!





— Да!





Подхватываю подбежавшую девочку на руки и под звуки револьверных выстрелов и рычания зомби буквально закидываю ее на лестницу. У нее, не иначе, открылось второе дыхание, ибо она вцепилась в металлическую трубку нижней ступеньки, как в спасательный круг, и с моей помощью резво подтянулась, начав карабкаться выше.





— Клэр!





— Иду! — старшая девушка мигом бросила свое занятие по отстрелу бродячих зомби и на остатках сил рванула ко мне, уже ждущего ее со сцепленными в замок руками, стоя на одном колене. Как только руки опустились мне на плечи, а нога встала на предназначенное для этого место, я рывком поднялся, закинув ее следом за Шерри. Выждав, пока ноги Редфилд перестанут касаться нижних ступенек, запрыгиваю и сам, рывком подтянувшись вверх, помогая себе ногами.





Первая лестничная площадка была сразу на высоте шестого этажа, и, когда я добрался до нее, девушки уже ждали меня около двери, предусмотрительно не став соваться в нее сами. Переглянувшись с ними и переведя дух, я без слов достал глок с остатками патронов и потянул за дверную ручку, толкнув ее внутрь, и сразу же отступил на шаг назад, наставив пистолет на открывшийся проход.





Внутри никого не было. Только довольно длинный коридор, абсолютно пустой, если не считать горящих светильников, двух рядов закрытых дверей по бокам и одинокого растения в дальнем углу.





Не желая тратить больше ни минуты, мы ввалились внутрь и решили попытать удачу в ближайшей квартире справа. И на этот раз фортуна улыбнулась нам: жилище было не только не заперто, но и абсолютно пусто — ни людей, ни зомби, ни даже домашних кошечек-собачек и прочей живности. Только следы беспорядка, оставленного в спешке покидающими дом жильцами.





— Фух, твою мать… — тяжело опустившись на стул в кухне, посмотрел на сделавших то же самое девушек, — я так не бегал с тех пор, как в магазине ящик пива спер...





Глава 19


— Ящик… пива? — несмотря на дикую усталость, Клэр все равно нашла в себе силы удивиться.





— Долгая история… — отшутился я, сам не до конца понимая, когда бы успел такое сделать, на что девушка лишь неопределенно повела плечами и, сложив руки на столе, положила на них голову.





Попаданческая память шалит, не иначе. Потому что, будучи Леоном, я бы никогда ничего не украл. Даже если очень хочется.





А хочется, кстати говоря, жрать. И очень сильно. И не мне одному. Неизвестно, когда девушки брали хоть крошку в рот, а у меня в желудке черная дыра даже после умятия тех пайков в участке.





Собственно, поиском пищи и других полезностей я и занимался следующий час, пока Клэр стерегла заснувшую беспокойным сном Шерри на диванчике в гостиной нашего временного пристанища. Стоит сказать, что жили здесь до этого дорого-богато, квартира оказалась большой — кухня, две спальни, просторная гостиная, кладовая и санузел. Отделка по высшему разряду, дорогая мебель и открытый настежь сейф, полный налички, которая вряд ли уже пригодится бывшим хозяевам. Кучка была внушительная, навскидку эдак тысяч двести зеленых президентов, и это еще если учитывать, что кто-то отсюда взял не меньше. Похоже, обитатели жилища все же подумали о своем благосостоянии, но то ли не смогли взять больше, то ли попросту не успели, хотя признаков последнего не видно, ибо ни следов крови, ни мертвых и не очень тел в квартире нет.





Думаю, не стоит сомневаться в том, что пара толстых пачек перекочевали ко мне в сумку. Зачем, спрашиваете? Нет, это не банальная жадность, хотя не без этого, если быть честным. Просто я как-то на досуге задумался, что же буду делать в том случае, если вся эта история подойдет к концу и мне посчастливиться к этому времени выжить? Помнится, другой я попался на крючок горячо любимого всеми правительства США и был вынужден работать на них без продыху. Казалось бы, да, сложно и опасно, зато какая-никакая крыша есть, стабильный доход, судебная неприкосновенность и вообще причастность к чему-то большому и великому.





Ага, как бы не так. В другом варианте я не умел гнуть металл и не переживал укус зомби без последствий. Потому и сильно сомневаюсь, что меня завербуют, а не засунут в секретную лабораторию разбирать на винтики. Кто в своем уме вообще откажется попытаться заполучить себе армию сверхлюдей? И никому не будет дела до того, что какой-то там Леон Кеннеди не согласен добровольно лечь под нож. В Раккун-Сити много погибших — одним больше, одним меньше, в самом деле, какая разница?





Вот и я думаю, что никакой, так что попадать в загребущие лапки спецслужб совсем не хочу, и немного наличности совсем не повредит на первое время.





Помимо денег в сейфе были какие-то документы, беспорядочно разбросанные внутри, и мятая пачка девятимиллиметровых патронов. Последней находке я обрадовался особенно сильно, а то после замечательного родео с толпой зомби боеприпасов осталось с гулькин хрен, и лишние пятьдесят штук для нас будут как манна небесная.





Порывшись по сейфу еще немного в надежде отыскать еще что-нибудь, я с сожалением был вынужден заключить, что ничего в нем больше нет и стоит порадоваться тому, что впопыхах забыли забрать хозяева. Поэтому, прикрыв дверцу, отправился в коридор поживиться чем-нибудь в соседних квартирах, предварительно предупредив Клэр, что тоже без дела не сидела и, оставив Шерри спать на диване, возилась на кухне в поисках чего-то съедобного. О том, что она может заразиться, я не переживал, ведь мы заранее обговорили, что нужно брать только воду в закрытых бутылках и запечатанную в герметичные упаковки еду, которая точно не будет содержать в себе вирус и не превратит моих спутниц в ходячие трупы.





К сожалению, пройтись по всему этажу не представилось возможным. Большинство дверей были заперты и взламывать я их не решился, ведь я не обладаю навыками матерого домушника, чтобы сделать это тихо и не привлечь шумом лишнее внимание. Нам в последнее время и так его хватило с избытком. Открытыми оставались только две квартиры, быстрый обыск которых позволил мне разжиться еще некоторым количеством пистолетных патронов, а также половиной коробки с картечью для дробовика.





В такие моменты действительно начинаешь быть благодарным законам США, которые позволяют своим гражданам свободно владеть оружием.





Также удалось найти неплохой женский мотоциклетный костюм для Клэр, что был всяко лучше, чем ее куртка и джинсы.

(да-да, тот самый)





Его хотя бы не прокусят так легко: ткань там весьма и весьма плотная, способная защитить носителя от жестких падений на больших скоростях и хорошо сопротивляется трению, так что за девушку можно переживать немного меньше. Для Шерри тоже попалось кое-что — на этот раз, к сожалению, без особых защитных свойств, но тоже весьма недурно, — а именно теплая осенняя куртка, что хотя бы защитит ее от непогоды на улице. Помимо этого, приятной прибавкой было несколько упаковок крекеров, пара бутылок газировки и большая жестяная банка арахисового масла, на которую я едва ли слюной не изошел. Очень уж я люблю это лакомство, особенно сейчас, когда голод, кажется, готов заставить меня чуть ли не дерево грызть.





Все найденное было аккуратно собрано и перенесено в наше временное убежище, где Клэр уже успела накрыть на стол и разбудить Шерри. Никакой горячей пищи не было, как и всяких кофе с чаем, но даже сухой перекус был сейчас как подарок богов, и все втроем мы налетели на еду, как стая голодных собак. Ели первое время в тишине. Какие тут разговоры, когда желудок отчаянно требует топлива?





Однако долго молчание не продлилось, ведь внимательные глаза девочек таки засекли некую странность.





— Куда в тебя столько лезет? — пробормотала Шерри, широкими от удивления глазами наблюдая, как я достаю из закрытого пакетика целую булку хлеба, режу пополам, обильно поливаю арахисовым маслом, а затем в три укуса съедаю.





Обе девушки уже набили животы и теперь, не скрывая удивления, смотрели, как я буквально за один присест смел все, что было на столе, кроме неприкосновенного запаса, который мы отдельно сложили в дорогу.





— Это как-то связано с тем, что ты похудел? — вцепившись в меня пытливым взглядом, спросила Клэр.





Неудобный вопрос. Вернее, был бы, если бы не тот простой факт, что девушка должна прекрасно помнить, что со мной было, когда я пинком прогнал ее в участок, пока меня грызли зараженные. При этом она ни словом, ни делом до сих пор не высказала страха или недоверия в мою сторону. Думаю, ничего не изменится, если я расскажу немного больше.





— Напрямую, — вздохнув и отложив в сторону нож, которым резал хлеб, облокачиваюсь на спинку стула, заложив руки за голову. — Ты, наверное, помнишь, сколько раз меня укусили, когда мы расстались в прошлый раз?





— Попробуй забудь такое… — передернула она плечами, на секунду свернув взглядом в сторону.





— Прости, не хотел напоминать, — виновато улыбаюсь, сразу же вернувшись после этого к теме разговора: — Так вот, когда я очнулся, никаких ран на мне не было. Видимо, пришлось за это заплатить собственным жирком и сейчас организм требует вернуть потраченные калории.





— Значит, ты стал таким, в то время как остальные превратились в монстров? — проворчала Редфилд, только чтобы тут же взмахнуть руками и добавить извиняющимся тоном: — Ты не подумай… я только рада, что с тобой все в порядке, просто… ну… как?





— Если б я знал, — грустно усмехнулся я, — но надеюсь, мама Шерри поможет это выяснить, когда мы ее найдем. Поверь, мне и самому ужасно интересно, что же за чудо света из меня получилось и можно ли мне вообще среди людей жить.





— С нами пока что ничего плохого рядом с тобой не произошло, — улыбнулась мне девушка, а затем пододвинула свой стул ближе и совершила довольно неожиданный жест: положила ладонь поверх моей и слегка сжала, ободряюще заглянув в глаза: — Я уверена, все будет в порядке. После того, что ты для нас сделал, ты заслуживаешь хорошей судьбы. Да и, сам посуди, если бы ты был опасен, мы бы точно об этом узнали первыми.





Шерри тоже решила проявить немного заботы, оббежав вокруг стола и обняв меня за шею сбоку.





— У мамы есть большая крутая лаборатория. Она обязательно все-все проверит, если я ее попрошу, — прошептала девочка таким убедительным тоном, что поверил бы даже самый лютый скептик.





— Спасибо, — с чувством сказал я. Мне было действительно приятно слышать и слова и чувствовать поддержку. И пусть я понимал, что на самом деле все не будет так просто и кто-нибудь обязательно захочет поиметь с меня выгоду, — будь то просто наличие под рукой человека, способного ломать другим людям голову ударом руки, или же тщательное исследование с целью повторить результат, — и мне еще придется со всем этим дерьмом помучиться, я знал, что есть как минимум два человека на Земле, кто точно будет на моей стороне.





Воодушевляет, как ни посмотри.





После этого недолгого, но положительного во многих отношениях разговора атмосфера в заброшенной квартире стала чуть теплее. Даже появилось чувство, будто и не было никакой катастрофы и, если выглянуть в окно, можно будет увидеть живущий своей жизнью город, а мы — просто компания друзей, собравшихся в одном месте, чтобы провести вместе время. И никто, по общему уговору, не собирался пока рушить этот песочный замок, чтобы не думать о том, через что нам еще предстоит пройти. Девочкам, да и мне тоже была необходима передышка, чтобы немного поднабраться сил перед следующим рывком. Я даже в кои-то веки наелся, наконец-то избавившись от ощущения того, будто мой желудок приклеился к позвоночнику, а потому пребывал в довольно благодушном настроении.





Конечно же, как водится, насладиться моментом нам не дали. Чертов закон Мёрфи сработал как часы, напомнив о себе шумом в коридоре.





— Что это? — тут же насторожилась Клэр, потянувшись к лежащему на столе револьверу да нервно поглядывая на дверь.





— Хрен его знает, — нахмурился я в ответ, встав со своего места и взяв в руки заряженный новыми патронами дробовик. — Спрячьтесь в ванной, а я пойду посмотрю, кто там ходит.





— Будь осторожен, — полушепотом пожелала мне удачи девушка и, взяв Шерри за руку, увела ту в указанном направлении.





Я же тем временем медленным шагом, выставив вперед оружие, шел в сторону двери, готовый в любой момент открыть огонь на поражение, если вдруг к нам ворвется непрошенный гость. Но никто так и не появился, да и звуков снаружи слышно вроде бы не было, однако это был не повод расслабляться, и я все равно решил проверить. Тихо повернув ручку, открыл дверь, второй рукой нацелив в коридор дробовик, и медленно вышел, посмотрев сначала направо, а потом налево.





Никого не было.





Хм, показалось? Нет, определенно нет. Может быть, что-то упало, ударившись об пол? Люди уходили второпях и вполне могли оставить после себя что-нибудь плохо лежащее где-нибудь на полке, и случайный порыв ветра вполне мог это что-нибудь сбросить…





Додумать мысль мне не дала здоровенная рука, что проломила стену напротив и схватила меня за грудки, а затем с огромной силой потянула на себя, буквально втащив внутрь соседней квартиры. Ощущать, как твоим лицом ломают кирпичную перегородку, — такое себе, никому не советую, а уж последовавший бросок и удар уже об другую стену и вовсе выбил из легких весь воздух. На секунду у меня даже потемнело в глазах, а потом, когда прояснилось, я разглядел полы до скрежета зубов знакомого черного плаща.





— Сука, нашел-таки нас, — выругался я, смотря в лицо возвышающемуся надо мной Тирану модели Т-103.

И тут же совершил кувырок из положения лежа, а на место, где я только что был, опустилась массивная нога, разломав верхний слой деревянного пола. Дробовик из рук я так и не выпустил, а потому в следующее же мгновение он был нацелен на голову урода — и палец нажал на спуск.





Если эта сука пришла за нами, то я заставлю ее подавиться собственными кишками.





…или хотя-бы попробую.





Глава 20


Прогремел выстрел. Заряд картечи кучно лег прямо в голову гиганта, но все, чего я смог этим добиться, — это всего лишь несколько еле заметных царапин на морде да слетевшая шляпа. В ответ урод медленно повернулся всем телом, вытащив из проломленного пола ногу и посмотрев на меня своими бесцветными буркалами. Он двигался так вальяжно и медленно, всем своим видом показывая, насколько ему похуй на мои потуги, что у меня аж заскрипели зубы от смеси злости, разочарования и страха, и я, не думая, перезарядил дробовик и выстрелил снова.





Правда, эмоции не помешали мне мыслить рационально — в этот раз я атаковал с целью отвлечь, а не нанести урон, поэтому метил в глаза, которые тиран прикрыл рукой, замедлившись на мгновение и дав мне возможность выбежать обратно в коридор. Там у меня будет немного больше места для маневра и появится возможность увести эту сволочь подальше от девочек.





— Клэр! — что есть силы заорал я, перепрыгнув через проделанный моим же телом пролом в стене. — Бери Шерри и бегом вниз!





Надеюсь, она меня услышала и поступит правильно, ибо никаких шансов против этого громилы у нее нет. Гранатомет ей пришлось бросить после траты последнего снаряда еще на улице, а без него с одним пистолетиком переть на тирана — хуже нападения на танк с каменным копьем. Тот в ответ хотя бы не размажет тебя с одного удара по ближайшему дереву.





Круто развернувшись на пятках, посылаю еще немного дроби в корпус врага, что уже двинулся на меня тяжелой поступью. Исходя из всего того, что я знаю о подобных ему, он не остановится, пока не уничтожит цель. Будет переть на нее напролом, игнорируя все препятствия до тех пор, пока не настигнет бедолагу и не превратит его голову в фарш. Как раз то, что мне нужно, — надо только удерживать все его внимание на мне, чтобы Клэр и Шерри успели уйти, ну а потом… потом будем думать.





— Ну давай, иди сюда, сученыш… — выплюнул я, медленно отступая от дыры в стене, пока здоровяк шагал в мою сторону, просто и незатейливо пройдя кирпичную кладку в поврежденном месте насквозь, как будто это какой-то картон. — Будь послушной собачкой…





Вот тут-то я и совершил ошибку. Выманив его из квартиры, я обеспечил больше пространства не только себе, но и ему, но при этом как-то совсем забыл один очень, ну прям, сука, критически важный факт: тираны умеют бегать. И когда этот ебучий паровозик Томас понесся на меня, каждым своим шагом сотрясая все здание, я внезапно осознал, почему плохое зрение нихрена не проблема носорога. Попробуй тут не пойми, глядя на тушу кило в триста, что собирается натурально растоптать тебя, как козявку.





Убегать нет никакого смысла — догонит и пришибет, и как-то даже не прибавляет уверенности тот факт, что я уже пережил близкий разрыв.





Поэтому, вместо того чтобы разорвать дистанцию, я, наоборот, ее сократил, тут же уйдя в кувырок, уклоняясь от здоровенного кулачищи, с отчетливо слышимым свистом рассекаемого воздуха пролетевшим в десятке сантиметров от моей головы, лишь обдав мои волосы ветерком. А вот по спине прошлись мурашки, ведь я в красках мог представить, что будет, перестань я двигаться хоть на секунду медленнее.





Второй удар с разворота наотмашь я тоже смог задоджить, перекатившись вбок и выстелив с колена из дробовика. И снова — урод даже не почесался, на этот раз решив достать меня пинком. Впрочем, тоже безуспешно, зато пострадала стена: нога тирана вошла в нее по самое колено, подарив мне драгоценные секунды, которые я потратил на то, чтобы отбежать еще чуть подальше от квартиры, в которой застряли девочки.





Т-стотретий в этот момент просто опустил стопу вниз, вместо того чтобы попытаться выдернуть конечность обратно, раскрошив при этом кусок стены до самого пола и оставив в ней длинную рваную щель, после чего снова двинулся на меня.





— Какой хороший мальчик. — - Правильно, иди к папочке.





Пятясь спиной вперед, я поднял дробаш и начал стрелять, метя в сморщенную рожу ублюдка, вынуждая того прикрывать глаза руками и двигаться не так резво, как тот мог бы. Так мы прошли метров пять или шесть, пока у него за спиной не открылась дверь в квартиру, из-за которой выглянула Клэр. Вид у девушки был крайне нервозной, одна рука сжимала рукоять револьвера, а вторая ладошку Шерри, что выглядела не лучше своей подруги. Наши взгляды встретились, и я мог заметить в глазах девушки нешуточную борьбу: она разрывалась между тем, чтобы попытаться помочь мне и увести малышку в безопасное место. И чтобы помочь ей определиться, я покачал головой и коротко кивнул в сторону пожарной лестницы, максимально давая понять, что ей тут делать нечего.





Лицо Редфилд скривилось, передавая всю ту гамму не самых положительных чувств, что она испытывала, но все же, девушка послушалась, даже не попытавшись как-то привлечь внимание тирана и, уж тем паче, начать в него стрелять, потащила Шерри к выходу.





Видя это, я почувствовал, как с плеч упал камень и на душе стало куда спокойнее. Теперь можно полностью сосредоточиться на противнике.





Снова нажимаю на спуск, почувствовав совсем слабенький толчок в плечо — и еще одна порция картечи влетает в подставленную кисть ушлепка, но вот выстрелить еще раз уже не выйдет: магазин показал дно. Самым большим успехом, которого я добился своей пальбой, правда, был только немного потрепанный рукав плаща тирана, на нем самом, как и ожидалось, никаких повреждений. Цыкнув от досады, отбрасываю оружие подальше и достаю… нож.





Да, я собираюсь драться с ним врукопашку.





Дебил? Дебил. Но не из пистолета же в него стрелять? Один хрен, не поможет, а я у нас, вроде как, железо гну, так что, может быть, что-то из этого и выйдет.





Словно почувствовав мои намерения, тиран убрал руку от лица, сосредоточив на мне взгляд своих рыбьих глазок, а затем резко прыгнул вперед, этой же рукой попытавшись вбить меня в пол, как гвоздик.





Странное дело, но я все еще не хотел косплеить грибок из Марио, поэтому снова уклонился, полоснув по протянутой грабле ножом.





Мда… так себе идея… этот его комбинезончик не сильно уступает по прочности ему самому.





Что, если воткнуть?





Подгадать момент было непросто. У говнюка были ручищи длиннее, чем моя нога, и размахивал он ими, как мельница. При таком раскладе приблизиться было практически невозможно даже с моей заметно возросшей скоростью. И если бы не точно так же увеличившаяся выносливость, быть бы мне уже расплющенным в тоненький блинчик. Мешала подобраться на расстояние удара еще и постоянно летящая во все стороны крошка и куски стен, что здоровяк, даже не замечая того, разбрасывал во все стороны. Такими темпами он весь этаж разнесет и потолок тупо упадет нам на головы, похоронив обоих под десятками тонн бетона.





Вот, наконец, нужный момент был найден: на очередном шагу стопа гиганта провалилась в пол, а сам он завалился мордой вперед, выставив перед собой руку, которая под его немалым весом тоже застряла между сломанных досок. Перед моими глазами оказался открытый участок серой морщинистой кожи на его толстой шее, куда я с подскока, да схватившись за рукоять обеими руками, вогнал кинжал.





Лезвие пробило кожу, вонзившись в плоть под ней, но вошло в тело урода едва ли на пару сантиметров.





Да насколько же он прочный?!





И не успел я ни порадоваться первому успеху, ни разочароваться, что он столь мал, тут же получив колоссальной силы удар в грудак, и улетел, снеся с петель дверь какой-то кватирки и распластавшись на полу среди мусора.





Перед глазами плясали маленькие единороги. Башка кружилась так, будто я перебухал водки, а потом полирнул это самым хуевым пивом, которое только можно было найти. В ушах стоял звон, а в груди саднило так, будто меня сбил ебаный грузовик.





Попытка вдохнуть принесла еще больше охуенно приятных ощущений, но приток свежего кислорода все же помог зрению проясниться. Беглый осмотр и ощупывание себя показали, что, в целом, я на удивление неплохо пережил гарантированно смертельный для простого человека удар, однако бронежилет приказал долго жить. Левая лямка была полностью сорвана, а погнутая стальная пластина вылезла из чехла чуть ли не наполовину, разорвав тот в нижней части.





Быстро сбросив с себя остатки жилета и оставшись в форменной куртке, я сел и осмотрелся. Как бы мне того ни хотелось, но тиран никуда не исчез. Вон он — уже вылез и идет ко мне, на ходу выковыривая нож, кажущийся на фоне его габаритов простой зубочисткой, и отбрасывая его на пол.





С кряхтением поднимаюсь на ноги, попутно сканируя комнату на предмет какого-нибудь оружия, и, о чудо, как раз рядом на стене висит классический пожарный топор с выкрашенным в красный цвет лезвием. В один прыжок оказываюсь возле него и уже тяну руку, чтобы сорвать со стены, как вдруг резко чувствую, что меня тянут назад, отрывая ноги от пола.





Еще один короткий полет заканчивается столкновением с потолком и последующим падением спиной вниз. В этот раз, правда, повезло — удар был не таким сильным, и у меня получилось сгруппироваться, приземлившись относительно безболезненно.





Не то чтобы меня это обрадовало, ведь сверху мне в лицо уже летел кулак опустившегося рядом на одно колено гиганта.





Резко вскидываю ногу и блокирую его руку, упершись ступней в локтевой сгиб, а второй со всей дури прописываю по роже.





Оу… а вот это было неожиданно. Пинок вышел — мое почтение, голову уебка тряхнуло так, что он чуть не свалился на задницу. Он этого, конечно, не сделал, но даже так его мерзкая туша больше не грозила меня раздавить. Впервые на его морде проскочила хоть какая-то эмоция кроме покерфейса. Кажется, это что-то вроде бледной тени удивления, если я правильно понял. Похоже, какой-то маленький кусочек человека в нем все же остался.





И… мне показалось или у него там челюсть хрустнула?..





Впрочем, неважно! Я охуеть как рад возможности не помереть прямо сейчас, а, скажем, минут через пять…





Резко, аки горный кузнечик, отскакиваю кувырком от противника, оказавшись от него метрах в двух. Правда, позиция — полное дерьмо. Позади окно, по бокам стены, а единственный путь к побегу заблокирован. Голова лихорадочно пыталась сообразить, что же делать, пока тело само, на автопилоте, схватило ближайший стол и запустило им в тирана. Тот, впрочем, уже отошел от удивления, отмахнувшись от деревяшки и вот-вот собираясь накинуться на меня вновь.





Пройдясь глазами по комнате ещё раз, я заметил, что рядом с окном в стене есть еще одна дверь, просто сразу я ее не увидел, так как она практически сливается со стеной.





Балкон!





Не тратя время на разворот, прыгаю с места, спиной разбивая стекло, вываливаюсь через оконный проем на открытый балкончик и тут же спешу перебраться на соседний, находящийся практически вплотную к этому.





Да ты, что, гонишь?! Откуда здесь эта ебучая железяка?!





Сраный кусок арматуры зацепился за мой ремень, когда я уже перелез на соседний балкон, не позволив мне быстро смазать пятки маслом и съебаться в другую часть здания. И пока я пытался отцепиться, этот серокожий пидорас уже вытащил свою рожу через разбитое окно, начав тянуть граблю ко мне.





И быть бы мне гордым последователем пути тех самых тюбиков зубной пасты, которых скручивают до тех пор, пока не выдавят все до последней капли, если бы не внезапно открывшаяся стрельба снизу, с улицы. Первые несколько пуль попали тирану в плечо и руку, вообще никак не помешав тому, но вот последняя угодила уже в рыло, на секунду сбив прицел, из-за чего я смог уклониться от захвата буквально в последний момент. Этот же рывок помог мне наконец-то сорваться с крючка и рыбкой нырнуть через окно в другую квартиру, краем глаза заметив знакомую красную курточку своей подруги.





Клэр, я, черт возьми, люблю тебя!





Помня, чем чуть не закончилось предыдущее близкое столкновение, я больше не стал лезть в ближний бой, вместо этого максимально сохраняя дистанцию и используя все, что попадется под руку, чтобы попытаться утихомирить эту сволочь.





В ход шло буквально все: ножи, топоры, куски кирпича и прочий хлам. И не подумайте, что я настолько оптимистичен, всерьез рассчитывая завалить этого гандона простым мусором. Я бы скорее назвал это «беспокоящим обстрелом», если так можно выразиться, ведь моей главной целью стало заманить тирана туда, где он чуть не провалился под пол в прошлый раз. Я почти уверен, что если он провалится, то высоты хватит, чтобы он пробил и нижний этаж, а потом и еще один, а там он либо сдохнет, либо выйдет из строя достаточно надолго, чтобы можно было перестать о нем беспокоиться. Правда, для того, чтобы попасть в нужную точку, надо поводить здоровяка за собой так, чтобы он встал именно там, где я хочу и когда хочу, что не так-то просто сделать на практике. Придется побегать, как та белка в колесе.





Ну я и начал бегать, уворачиваясь от мощных, но неуклюжих плюх мордоворота в плаще, каждая из которых может поставить точку в моем существовании. Не, в теории можно было бы попытать удачу в рукопашке — тот мой пинок оказался на диво хорош и эффективен…





…вот только чет ссыкотно.





Сильно сомневаюсь, что один хороший удар с вертухи сможет его вырубить. Боюсь, не хватит и десятка, а вот ему достаточно просто разок удачно схватить меня за шкирняк — и тогда все, приехали.





Уже через минуту это начало меня раздражать. Я не мог нанести ему большой урон и был похож на мелкую бздюху, что только гавкает на ногу мимо проходящего человека, но при этом боится укусить, а тот в ответ только лениво отмахивается. Моих “сьюпапауэрс” было тупо недостаточно, чтобы пробить толстую шкуру противника, как бы я ни старался.





Как же бесит…





Але! Я же попаданец!





Где мой шаринган и силы супермена?





А система с крутилкой призыва боевых сексуальных тяночек? А? Где?!





Почему первый же серьезный босс оказался неубиваемой грудой мышц?





Это, блять, не игра, это какой-то пососный фанфик, автор которого топит за рИализЪм…





Автор, дай мне хоть маленький рояльчик!





Конечно же, я всерьез не верил в гуляющий по голове бред, просто таким образом справлялся со стрессом, вызванным ситуацией и переживанием о безопасности Клэр и Шерри, что остались без моей опеки на полной зомбарей улице.





Последнее все больше склоняло меня к тому, чтобы отказаться от идеи сбросить тирана с высоты и просто свалить, найти девочек и рвать когти дальше. Там уж как-нибудь разберемся, как говорится.





Но тут, как по волшебству, прерывая мои метания между побегом и выполнением импровизированного плана-банана, который почему-то пах не бананом, а говной, одна из дверей между мной и врагом слетела с петель, а потом оттуда вышел парень с мокрыми, словно он только из душа, волосами и пожарным топором в руках.





— Ну и насвинячили вы здесь, — осудительно покачал он головой, решительно шагая наперерез Тирану.





— А вот и рояль подъехал… — с охренением в голосе пробурчал я себе под нос, наблюдая, как этот типус с нечеловеческой силой заехал обухом топора по лысой башке тирана, да так, что тот чуть на свалился с ног.





Глава 21 (частично филлер)


Небольшое предисловие





Следующие три главы являются кроссовером с финфиком "Непобедимый" за авторством товарища Нави, он же Dzirn, он же Navuhodonosr.





Ссылка на само произведение вот:





В данных главах, в силу сюжета фанфика Нави(обусловленного каноном оригинальной вселенной), его главный герой ненадолго окажется в одном месте с Леоном. Сразу предупреждаю, никакого влияния на дальнейший сюжет моего произведения эта встреча не окажет, так что тем, кто такие коллабы не любит, можно спокойно не читать, вы ничего не потеряете, кроме пары шуток да одной боевой сцены(крутой, к слову, так что ее все-таки советую зацепить)





Для тех, кому нравится или пофиг, милости прошу, приятного чтения.





__________________________________________________________________________________________________





А паренек-то явно не из простых. Он бил сильнее меня, причем заметно! Следующей плюхой он опять пошатнул тирана, а потом и вовсе опустил на колено пинком в сустав! Для следующего удара мой неожиданный помощник перехватил топор двумя руками и размахнулся, прицеливаясь в шею коленопреклоненного здоровяка. Перед тем как лезвие опустилось, наши взгляды на мгновение встретились и он подмигнул.



Он еще и выебывается!



Впрочем, не стану отрицать, появился парень весьма своевременно.



И вот, явно красуясь, парень от души рубанул по шее Т-стотретьего. Хорошо так рубанул, мощно. Гигант аж взревел, впервые испытав настоящую боль и получив действительно серьезные повреждения.



Вот только все равно недостаточные, чтобы убить. Лезвие не отсекло его голову, как я в тайне надеялся, но лишь глубоко застряло в шее. Так еще и мой неожиданный спаситель поймал грудью удар наотмашь и улетел, пробив спиной стену.



Не завидую ему. Сам недавно испытал такое на себе.



Здоровяк тем временем поднялся, выковырял топор из шеи, из которой брызнул фонтанчик черной крови, и уставился моргалами на меня.



И вот, знаете, мне стало как-то стыдно. Какой-то левый залетный чел за несколько секунд нанес больше урона, чем я сам за всю драку. При этом он совсем не испытывал даже тени опасения в сторону противника. Может, не знал, насколько опасен тиран, а может просто излишне уверен в своих силах, я не знаю. Спрошу, если выжил, ну а пока…



Меня охватило какое-то злое веселье. Если уж этот парень не осторожничал и дрался с полной самоотдачей, то и мне стоит последовать его примеру.



Адреналин захлестнул меня по самые уши, когда я, сам не веря в то, что делаю, побежал на тирана, сходу развив спринтерскую скорость. От попытки поймать опять уклонился, но вместо того, чтобы рвать дистанцию, прописал уроду хай-кик по локтю вытянутой руки, опустив при этом корпус низко к полу и подхватив валявшийся у него под ногами топор.



Болезненное рычание было просто музыкой для ушей. Жаль только, что не сломал — это была бы уж совсем фантастика.



Уйти от ответной атаки было даже проще, чем раньше. Видимо, у страха глаза велики, и избавившись от него, я совсем не испытывал никаких затруднений с этим.



Помня опыт незнакомца, рубить лезвием я не стал, вместо этого вмазав по челюсти обратной стороной. Голова здоровяка дернулась не так сильно, но все равно заметно, лишь прибавляя мне уверенности в собственных силах.



Увернуться — ударить, увернуться — ударить. Я танцевал вокруг него, как те мастера кунг-фу из фильмов, которые порхают как бабочка и жалят как пчела. Может быть, не так красиво и эффектно, как на экране, но и я тут не на камеру работаю.



Тем не менее обретенная уверенность не помогла мне пробить его шкуру. Да даже ту рану на шее он уже почти зарастил. Оттуда перестала течь кровь, и края стягиваются прямо на глазах. Да и лицо научился закрывать рукой. Это, конечно, ограничивало ему обзор, вынуждая действовать на слух, но все равно мешало попасть по его бестолковке. Удары в тело, естественно, были ему как слону дробина.



Что ж, походу, придется вернуться к старой задумке и попробовать отправить урода полетать.



Перехватив топор, я уже собрался начать потихоньку пятиться назад, благо поврежденный участок пола был как раз у меня за спиной и оставалось только утянуть эту образину за собой. С этим как раз никаких трудностей не предвиделось, ибо, как я упоминал ранее, тираны сто третьей модели не очень умны и, найдя цель, прут на нее как танк.



Все шло по плану, мы отошли на несколько метров, оставив пролом в стене, куда тиран отправил моего незадачливого спасителя, позади, как вдруг вышеупомянутый неожиданно вылез, целехонький и невредимый. Разве что обзавелся модной штукатурной присыпкой на одежде и волосах.



Появляется вопрос: он, случаем, не такой же, как я? А то что-то не припомню я случаев кроме собственного, чтобы человек без травм переносил удар, равносильный столкновению с мотоциклом.



Следующие его действия и вовсе заставили мои глаза выскочить из орбит. Бросив взгляд под потолок, он увидел там балку, и, разогнавшись, прыгнул, зацепился за нее руками, а затем врезался с двух ног в спину здоровяка. Я ждал, что он просто толкнет его вперед, может быть заставит сделать пару неловких шагов, но вместо этого парень натурально опрокинул тирана харей в пол и встал у того на спине, упершись ногой между лопаток.



Т-стотретий захрипел и задергался под ним, и я уже был готов вытаскивать придурка, когда того сбросят и начнут давить, но… нихрена не происходило! Тиран тупо не мог подняться, как будто на него давило не семьдесят кило человеческого тела, а тонна! И никакой опоры, чтобы усилить давление, не было!



Как? Как он это делает?!



Я настолько был ошеломлен увиденным, что пропустил, как парнишка заломал ручищу, что была едва ли не больше его самого, за спину противнику,



— Давай, Руби!



Крик вывел меня из ступора окончательно, и я, забив на все и оставив вопросы на потом, подбежал и с размаху опустил лезвие топора на шею ублюдка, оставив на ней неглубокую зарубку.



Ну ничего, сейчас добавим еще!



Свободной рукой тиран уперся в пол в попытке подняться, но та соскользнула, задев меня по ноге, из-за чего следующий удар смазался и вместо шеи я содрал кусок кожи с черепа, оголив торчащий в кости контролирующий чип.



Так, а вот этого нам не надо. Я знаю, что будет, если эту штуку сломать…



— Не мешай! — с криком опустил я стопу ему на кисть, чтобы не дергался и прицелился для нового удара.



— Точнее не можешь?! — прокомментировал мой промах напарник.



— А ты держи нормально! — нашелся мне умник тут, блять.



Снаружи грохнул пистолетный выстрел. Наверняка это Клэр, а значит, у нее там проблемы. Надо спешить!



Со злости я жахнул так, что лезвие вошло в мясо ушлепка еще глубже и вытащить его сходу не вышло. Пнув ногой, которой держал руку, эту самую руку в сторону, я наступил на башку врага и с силой дернул наверх, вырвав вместе с лезвием небольшой кусок мяса, потом крутанул топор и рубанул опять, всадив его еще глубже.



Попытался вытащить. Не получилось: топор, походу, застрял в кости, да так крепко, что даже не шатается.



— Да сука! — выругался, снова наступив ему на бошку и попытавшись расковырять рану, чтобы освободить лезвие.



И это настолько не понравилось серокожему засранцу, что тот захрипел, как бульдозер, и напрягся так сильно, что его плащ потрескался по швам. А потом махнул освобожденной рукой, задев при этом рукоять топора. Да так, что та не выдержала и сломалась, оставив лезвие торчать в шее, а меня — стоять с обломанной деревяшкой в руке.



— Пиздец, — выругался я в сердцах.



И в это же время мой напарник решил переквалифицироваться в мастера очумелые ручки, засунув их туда, куда не надо.



— Нет! — я сразу же попытался его остановить. — Не тронь!



Но опоздал. С довольной рожей он вырвал из головы тирана чип, который был добавлен не только для того, чтобы управлять этой машиной смерти, но и затем, чтобы остановить дальнейшую мутацию.



Которая не заставила себя ждать. Тело гиганта в экстренном темпе начало обзаводиться дополнительными мышцами, раздавшись вширь, а рука, та самая, которую мамкин техник и удерживал, обзавелась еще и полуметровыми когтями, которыми тиран и полоснул по животу парня, сбрасывая его со спины и снова разделяя нас своей тушей между собой.



Тот, однако, вновь продемонстрировал чудеса прочности, спокойно выдержав удар, что было видно по вполне целой коже, выглядывающей из-под разорванной кофты.



— Ну заебись. Спасибо, братишка, ты только что врубил ему вторую стадию, — констатировал я, отступая спиной вперед, пока противник медленно поднимался, заканчивая трансформацию.



Выглядел говнюк живописно: плащ с торса осыпался на пол, открывая вид на раздувшуюся грудную клетку, закованную в массивный каркас из толстых мускулов. И если левая сторона выглядела относительно прилично, то вот правая превратилась в месиво кроваво-красного цвета. Урод лишился нижней челюсти, светя верхними зубами и открытой глоткой. Вместо правого глаза было опухшее бельмо, грозящееся вот-вот вфпасть из глазницы. Правая рука превратилась в непонятное нечто, состоящее из переплетения раздутых оголенных мышц и торчаших то тут, то там костей. Единственным положительным моментом во всем этом было только сердце, выросшее до огромных размеров, выступив на груди бугром, обтянутым истончившейся кожей. Очевидное слабое место, которым нам теперь нужно воспользоваться для победы.





— Всегда пожалуйста, зато посмотри какой красавчик! — сказал напарник со смешком, вставая с пола. — Есть светлые идеи?



Весело ему. Этот чел конченный, говорю вам. (сам ты конченный, п.с. Нави)



— Ага, прям загляденье, — не разделяя его настроения, ответил я. — У меня есть план.



Рассказать какой мне не дала тварюга, что уже закончила мутировать и набросилась на парнишку, так как именно он оказался у нее на глазах первым. Тот, в свою очередь, не стал вступать в героический рукопашный бой, развернувшись и чесанув по коридору в обратную сторону. На удивление благоразумный поступок, особенно на фоне предыдущих действий, что моих, что его.



Я, как хороший друг и надежный товарищ, побежал следом, чтобы подстраховать. Вот уж не думал, что буду когда-нибудь бегать за тираном, а не от него, но в жизни, походу, случается всякое.



К слову, о всяком. Я рано подумал, что мой партнер вдруг внезапно обзавелся инстинктом самосохранения. Пробежав с десяток метров, он резко свернул в пустую квартиру, которая лишилась двери в ходе боя. Тиран, естественно, увязался за ним, расширив своей тушей проход. После этого изнутри послышался грохот, звук ломаемой древесины и прочие интересные звуки. Торопясь не опоздать к банкету, я ускорил шаг и вскоре поравнялся с проемом. А когда заглянул внутрь, моим глазам открылась картина, как мой помощничек выбегает на балкон, останавливается, на секунду замешкавшись, и, увидев, что тиран не останавливается… тупо спрыгнул вниз под звук разбитого стекла.



С шестого, мать его, этажа.



Я уже устал удивляться, так что не буду. Просто приму это и смирюсь.



По логике вещей, вторая форма тирана должна быть гораздо тупее первой, но этот, видимо, был у мамы особенный, ведь все-таки додумался затормозить у самого края и не улететь с высоты следом. Правда, перед этим он все равно успел обвалить часть стены и тем самым повредить место, где балкон крепится снаружи к квартире.



Шанса лучше быть просто не может!



Пока он не успел развернуться и заметить меня, разбегаюсь и плечом толкаю его в спину — и тот таки оступается, надавив ногой на тонкий пол балкончика и сломав его, а затем и сам свалившись вниз.



Вот только… я не учел, что из-за этого и сам не удержу равновесие и отправлюсь прямо за ним.



«Мда, я еще что-то про этого парня говорил. Сам тоже дебил». — пронеслась у меня в голове мысль, пока перед глазами мелькали этажи, а земля неумолимо приближалась.



Первым землю поцеловал здоровяк, со шлепком приземлившись на асфальт, а мгновением позже прямо на него приземлился и я, успев перед этим сгруппироваться.

И, знаете, нихрена он не мягкий. Тряхнуло так, что воздух покинул легкие, а головой я еще и задел что-то из его костей, если судить по тому, как правый глаз залило кровью из рассеченного лба.



Но я жив и вроде бы даже ничего не сломал. Со стоном скатываюсь с туши тирана на землю и пробую подняться. Дело шло с трудом и пришлось для начала встать на четвереньки, перед тем как продолжить.



— Леон! — Сквозь шум в ушах донесся до меня знакомый девичий крик, а потом пара заботливых рук помогла окончательно принять вертикальное положение. При этом меня еще и настойчиво потянули в сторону, подальше от тирана, очевидно пытаясь спасти.



Я о нем тоже не забыл и бросил взгляд в ту сторону в надежде, что уродина сдохла.





Блять, оно живое! Уже даже успело приподняться на полусогнутых руках. На правой, кстати, больше не было когтей. Вон они — валяются рядышком обломанные.



Но недолго он барахтался. Мистер мне-похуй-на-гравитацию уже подходил с найденным где-то куском арматуры, пинком опрокинул тварь на спину и с размаху всадил железный прут ей прямо в гипертрофированное сердце.



Некоторое время сволочь еще дергалась, хрипя и скребя пальцами по асфальту, оставляя в нем борозды, но через несколько секунд испустила дух.



И только тогда я перевел взгляд на Клэр, что с нешуточным беспокойством всматривалась в мое лицо, не убирая рук с туловища. Рядышком нашлась и Шерри, сжимающая в маленьких ручках окровавленную сковородку. И где только достала?





Глава 22(частично филлер)


— Поскулил как дог, пёрнул пару раз и сдох… — прокомментировал наш новый знакомый смерть мутанта и поднял взгляд на нас, я же в свою очередь понял, что узнаю этот поток слов. Была там одна песня…





Пока я раздумывал над ответом, а Клэр, кидая косые подозрительные взгляды на гостя, вытирала кровь с моего лица куском футболки, Шерри вышла из-за наших спин и скромненько протянула ему ту самую сковородку.





— Спасибо, — поблагодарил тот девочку, принимая свое, судя по всему, оружие. Впрочем, я в этот момент внимательно следил за ним, а то мало ли. Вдруг он скрытый маньяк-педофил или что-то вроде того? По-хорошему ее вообще нельзя было подпускать к неизвестному, но мне сейчас слишком не очень, чтобы куда-то дергаться.





К тому же этот парень уже заработал свой кредит доверия, бросившись мне помогать с тираном. Причем, судя по всему, целенаправленно и вполне осознанно.





На наше счастье, маньяком он все-таки не был и не стал мешать Шерри, когда та засеменила назад, вновь спрятавшись за нами с Клэр. Та, к слову, уже закончила стирать кровь у меня на лице, с широко открытыми глазами наблюдая за тем, как поджатые ее пальцами края раны начинают срастаться.





— Ну и тебе спасибо, получается, — мягко освободившись из цепкой хватки Редфилд, я отряхнул руки о штаны и, шагнув вперед, протянул парнишке ладонь для рукопожатия. — Не уверен, что справился бы тут сам, ты пришел как раз вовремя.





— Пожалуйста, — ответил он, вложив свою лапу в мою. — Вас было слышно за квартал, вот я и решил посмотреть, что к чему.





— Да, пошумели мы тут знатно, — соглашаюсь с ним, отпуская руку и осматриваясь по сторонам. — И я предлагаю не искушать судьбу и вернуться внутрь.





Вокруг до сих пор было довольно «людно», и хоть в непосредственной близости никого не было, на шум непременно скоро стянутся гости. Не знаю насчет нашего друга, а я пока не хочу ни с кем воевать.





— Да можно их прямо сейчас зачистить… — предложил он вдруг. — Если тут таких, как этот, не много.





— Не должно быть, — задумавшись, отвечаю ему. Вроде бы тиранов на весь город было не больше трех-пяти штук, и они все действовали по одиночке. — Это пока единственный, кого мы видели.





— Не единственный, — неожиданно подала голос Клэр. — Под полицейским участком был еще один, правда… другой.





Она это наверняка про Биркина. Да, судя по тому, как вздрогнула Шерри, так оно и есть. И я очень даже рад, что сейчас мы столкнулись не с ним, ибо сомневаюсь, что смогли бы справиться даже со столь неожиданной, но своевременной помощью.





— В любом случае предлагаю подождать, пока эти, — машу головой в сторону медлительных зомбарей, постепенно собирающихся на горизонте, — сами соберутся в кучу.





— Ну ладно, — не стал спорить гость, и мы споро зашли обратно в задние, благо бой был не настолько разрушительным, чтобы повредить другие этажи, кроме шестого.





Вернулись мы как раз в ту квартиру, в которой до этого остановились вместе с девочками. У меня получилось увести тирана подальше еще в самом начале битвы, и жилье никак не пострадало, поэтому внутри все было примерно так же. Разве что немного штукатурки с потолка осыпалось, да пара безделушек упала с полок.





Девочки вошли первыми и плюхнулись на диван в гостиной, возле которого стоял столик с нашим перекусом, а следом вошли и двое.





— Располагайся, — по-хозяйски махнул я рукой на стоящее напротив столика кресло, а сам подтащил еще одно, стоящее возле стены, и плюхнулся уже в него. — Чувствуй себя как дома.





— Мать-анархия? — со смешком вопросил тот, принимая предложение и устраиваясь в своем.





— Все в рамках закона, — важно задрал я палец, но тут же опустил, внезапно осознав кое-что. — Подожди…а ты случайно не из этого дома?





— А что, примешь заявление на самого себя? — хмыкнул он, наблюдая за моей реакцией. — Нет, я не отсюда.





— Жаль, а то я бы посмотрел…





— Как ему откусывают голову в приемной R.P.D? — продолжила за меня Клэр.





— О спасибо, но мне хватит… мое утро и так началось с того, что мне попытались откусить нос. — Отшутился брюнет. Или не отшутился, после увиденного я бы легко поверил, что так оно и есть.





— В какой-то степени мое тоже, — хмыкнул я в ответ. — Кстати, я так и не представился. Леон Кеннеди.





— Тебя уже представили, — ответил мне он, посмотрев в сторону Клэр.





— Клэр Рэдфилд, — назвала она свое имя, осторожно протянув ладонь для рукопожатия. Видимо, все еще испытывала некоторую опаску в сторону сидящего напротив человека. А еще от меня не укрылось, как она слегка смутилась от того, что кто-то заметил проявленную по отношению ко мне заботу.





— Марк Грейсон, — ответил на рукопожатие парень.





— А эта юная леди, — взял я слово, обратив внимание на закутавшуюся в новую куртку Шерри, что сама явно не решалась заговорить, только с интересом поглядывая на Марка, — Шерри Биркин.





После чего он со всевозможной серьезностью пожал и маленькую ладошку.





— А почему фамилии разные? — спрашивает Марк. — Мне показалось, вы вместе?





— Нет… мы не вместе!





— Нет, мы не вместе.





— Эх… — моя ладонь опустилась на лицо. Мы сказали это одновременно, прям как в тех самых дерьмовых мелодрамах для подростков. И судя по гладенькой ухмылочке Марка, сейчас будет подъеб.





— И ты им веришь? — услышал я, как он повернулся к Шерри.





— Нет! — вновь открываю глаза и вижу, как мелкая с улыбкой машет головой.





— Мы познакомились только вчера, — вяло попытался я отмазаться, чем только еще сильнее себя закопал. Клэр и вовсе полыхала красными щеками в цвет своей куртки.





— Когда это было проблемой? — философски бросил в потолок Марк.





Ну, так-то если в перспективе… впрочем не будем пока об этом.





— Хм… — кашлянул я, чтобы прервать неловкое молчание. — А ты?.. — сделал паузу, чтобы сформировать мысль. — Научился выживать после падения с шестого этажа случайно не после того, как тебе попытались откусить нос?





— В плане? — спросил он, не напрягаясь. Как будто вообще никак не переживал, если кто-то узнает, что он больше чем человек.





— Мы видели, как ты забежал на стену, как обезьяна, — вставила слово Клэр.





— Обезьяна? — вскинул он бровь.





— Дернул за канат, и макака поймала банан, — почему-то в голове вдруг возникла картинка Донки Конга, перепрыгивающего с платформы на платформу. Откуда взялась сама фраза, правда, непонятно. Наверное, опять попаданец постарался.





— Как Человек-Паук! — провела более зумерскую параллель Шерри. Ну да ладно, она маленькая, ей можно.





Правда, девочка тут же вжалась в диван, явно испугавшись собственной вспышке.





— Вот! Учись, как надо, — посмеялся Марк, улыбаясь девочке: — Дай пять!





Шерри поколебалась немного, бросила неуверенный взгляд на меня, и, увидев слабый кивок и улыбку, хлопнула по его руке ладошкой.





— Ладно, наверное, будет честно, если я первым скажу, — честность располагает, к тому же я тоже не особо скрываю свою сверхчеловеческую природу. — Ты ведь уже видел, что я несколько покрепче простых людей.





— Заметил, — кивнул Марк.





— Это случилось после того, как мне сделали Кусь, — начал я объяснять.





— Зомби? — уточнил собеседник.





— Ага, — ответил я и продолжил рассказ: — Но, вместо того чтобы влиться в коллектив любителей человечинки, я стал сильнее. Поэтому и спрашиваю: с тобой так же?





Просто я не вижу этому другого объяснения. Если смог один, то смог и второй, вопрос только в том, как он проделывал все эти выкрутасы с гравитацией, но мало ли на что способен Т-вирус? Мы уже видели тирана, да и других тварей забывать не стоит. Конечно, в событиях игры, по моей памяти, ничего подобного нет, но, опять же, мой личный пример показателен.





Девушки замерли в ожидании ответа, поглядывая на гостя со вновь возросшим подозрением. Я тоже, чисто на всякий, приготовился к любому исходу развития событий.





— Нет, мои силы никак не связаны ни с вашими зомби, ни даже с вашим миром.





Это… многое бы объяснило, если бы было правдой.





— Не связаны с нашим миром? — недоуменно посмотрела на него Клэр, вслух озвучив возникший у всех нас вопрос. — В смысле… ты пришелец, что ли?





«Или попаданец»… — промелькнуло у меня в голове. Какова вообще вероятность того, что в одном городе, примерно в одно время случится сразу два похожих происшествия? Она очень мала. Поэтому, прежде чем делать выводы, послушаем ответ.





— Судя по вашей реакции, вы не слишком знакомы со сверхъестественными вещами, — заметил он. — Как давно, говорите, у вас зомби-апокалипсис?





— Несколько дней, — ответил я. — Есть тут одна мегакорпорация, которая любит экспериментировать.





— И ничего другого в таком духе у вас раньше не бывало?





Клэр кивнула, а я пожал плечами. В самом деле, не рассказывать же мне, что Амбрелла уже ставила эксперименты на людях раньше и было несколько утечек, вызвавших массовую гибель людей? Я такого знать не должен, поэтому и промолчал. Конечно, немного чувствую себя лицемером по отношению к девочкам, но, думаю, просто другой мир — это не то же самое, что и парнишка, утверждающий о том, будто получил мистические знания об игре, чудесным образом похожей на то, что происходит вокруг.





— Это объясняет ваше неверие, но я буквально из другой вселенной, — продолжил тем временем Марк. — И сюда меня закинул мой враг. Таким образом, кидая меня в разные миры, он пытается меня ослабить и убить. Это… я уже сбился со счету, какой это мир. И да, в моем мире всякой сверхъестественной дичи, от банальных зомби, до магии, хоть жопой жуй. А силы свои я получил от отца — это просто особенность нашего вида.





— Так вот как ты смог удержать того урода на полу? Это часть твоих сил? — спрашиваю, сразу же вспомнив тот момент. Неважно, насколько ты силен — без точки опоры ты не сможешь удержать кого-то в таком положении, если он сам достаточно силен, чтобы поднять тебя, как пушинку.





— Да, это что-то вроде манипулирования массой, я могу сделать себя и другие предметы легче или, наоборот, тяжелее… — пустился он в объяснения, но почти сразу натолкнулся на недоверчивый взгляд Клэр, выступавшей эдаким скептиком в разговоре. Я лично, при всем желании не смог бы удивляться так сильно по вполне понятным причинам. — Вижу, на слово вы мне не поверите… Шерри, можно твою руку?





Девочка поколебалась, но все же вложила свою ладошку в его.





— Ой! — и через мгновение действительно взлетела, неловко барахтаясь в воздухе.





— Охренеть… — а вот это меня уже проняло. Все-таки, одно дело слышать, но видеть — совсем другое.





Клэр была полностью солидарна со мной, во все глаза таращась на то, как малышка парит над полом.





— Хи-хи! — она даже начала баловаться, изображая из себя супермена.





— Не отпускай! — предупредил Марк, и, подыгрывая, прошелся с ней по комнате под звонкий девичий смех.





В этот момент мне захотелось просто по-человечески пожать ему руку. Для малышки это было неплохим снятием стресса после всего пережитого, и пришелец тоже это понимал, если судить по тому, как он смотрел на нее пару раз во время разговора.





— Леон, ты видишь то же, что и я? — неверяще спросила Редфилд.





— Летающую девочку? — со смешком отвечаю, повернувшись к девушке. — У нас тут зомби, секретные агенты на каблуках, здоровенные серые мужики, — кивок в сторону Марка, — пришельцы. Так чему удивляться? Просто расслабься и получай удовольствие.





Глава 23(частично филлер)


Все хорошее когда-то кончается. Закончилось и время полетов для Шерри. С непривычки у девочки закружилась голова, и Марку пришлось опустить ее обратно на пол, но даже так впечатлений она набралась на две жизни вперед и сидела довольная, как объевшийся семечек хомячок.





— Так, если у вас всех разные фамилии, как так получилось, что вы оказались вместе? — спросил Марк, когда все расселись по своим местам. — Кстати, Кеннеди, а ты, случаем, не родственник президента?





Вот теперь я точно верю, что он из другого мира. В этом главы правительства с такой фамилией не было, соответственно никто не подшучивал надо мной, что я однофамилец застреленного президента.





— Какого президента? — пока я прикидывал, как сыграть в дурачка, за меня ответила Клэр, неподдельно удивившись вопросу гостя.





— Хм… у вас не было Джона Кеннеди? — хмыкнул парень, сам, кажется, не сильно удивленный таким поворотом. — Тогда второй вопрос снимается.





— Отвечая на твой первый: случайно, — откидываюсь на спинку кресла, заложив руки за голову, и смотрю в потолок. — Просто оказались в одно время в одном месте, а дальше, сам понимаешь, лучше держаться вместе.





— А я искала брата, — поделилась своими мотивами Клэр — Он тоже служил в полиции Раккун-Сити и пропал пару месяцев назад.





— Что самое забавное, мы как-то умудрились пройти мимо кордонов военных, — добавил я. — Судя по тому, что мы увидели, тут все закрутилось еще несколько дней назад. Город уже должен быть в плотном кольце из парней с большими пушками, но они, похоже, хреново выполняют свою работу.





— А я потеряла папу, — улыбка сошла с лица Шерри, уступив место грустному выражению, — и маму тоже.





— Зато тебя нашли мы, — закончила девушка, с улыбкой потрепав малышку по голове.





— И маму тоже найдем, — добавил я, тоже улыбнувшись девочке и получив слабую улыбку в ответ, а потом повернулся к Марку: — Мать Шерри работает в лаборатории под городом, туда мы и держим путь.





Естественно, я не стал упоминать, что Аннет Биркин почти наверняка имеет отношение к инциденту. Если призадуматься, этой женщине вообще нужно выдать премию матери года за то, что умудрилась проебать дочь. А еще, не знаю, чья это была гениальная идея — засунуть в медальон образец G-вируса и повесить его ребенку на шею, — ее или Уильяма, но за такое их обоих удавить мало. Хотя последний уже получил свое.





Взгляд метнулся в сторону цепочки на шее малышки, уходящей под одежду.





С этой хренью надо будет что-то сделать. Придумать бы только, как забрать медальон так, чтобы не обидеть. Все же это подарок от родителей, которыми девочка очень дорожит и совершенно точно не знает о том, что он с сюрпризом внутри.





Звон бьющегося стекла откуда-то с первого этажа ознаменовал конец нашей увлекательной беседы. Все как один повернули голову к окну.





— Походу, публика уже в сборе, — констатировал я, поднимаясь.





— Тогда давай поприветствуем их как следует, — присоединился ко мне и Марк.





Вооружившись верной сковородкой (кто-то точно переиграл в пубг) и еще одним пожарным топором, найденным на лестничной клетке, мы спустились вниз и приступили к делу. После тирана обычные зомби казались мне просто мясом на убой. Особенно после того, как я лишился некоторой зажатости и скованности в действиях и перестал осторожничать там, где это не требуется. Бой со здоровяком наглядно показал мне, чего я стою, заставив выложиться на полную, и теперь мне стали лучше понятны собственные возможности.





На обычных мертвецов их хватит сполна.





Некоторое время все шло в целом нормально: мы с Марком мочили зараженных, расписывая их по улице, как кегли, даже умудрялись переговариваться да обмениваться шуточками, продолжив диалог, начатый еще в доме. Потом, в какой-то момент, когда толпа зомби неплохо так прохудилась, на нас вышла небольшая стая мутировавших собак.





— Ф-а-а-а-к, — выругиваюсь, стоя спиной к Марку. — Опять эти твари…





Не то чтобы они представляли для нас двоих какую-то реальную угрозу, но вот… особенная нелюбовь у меня развилась именно к ним, среди всех прочих местных тварей.





— Хм?.. — обернулся напарник и сразу заметил, чему я так обрадовался. — Мило…





— Ага… — хмыкнул я, перехватывая топор поудобнее, пока дворняги, следуя своей привычной стратегии, обступали нас, утробно рыча. — Это та самая шаурма, которая не только требует поимки, но еще и пытается сожрать тебя в ответ…





И приласкал обухом топора первого песика прямо в прыжке, увернувшись от второго, который уже угодил зубами в подставленную Марком сковородку. Как и в прошлый раз, долго изображать охотников псины не стали, почти сразу поддавшись жажде крови и бросившись на нас в безумной по своей ярости атаке.





Впрочем, это им не сильно помогло. Ловкости и скорости мне вполне хватало, чтобы поспевать за противником, да и Марк ожидаемо не подкачал. Сразу виден опыт сражения с самыми разными противниками, и я уверен, что собаки — далеко не самые грозные из них. Пару раз в промежутках между прыжками уродцев умудрились просочиться и человеческие зомби, но общую картину боя это никак не изменило.





Буквально через минуту все было кончено. Последнего Марк добил, когда тот с перебитым хребтом упорно полз к нему, все еще пытаясь сожрать.





— Ну и ебанина, — с явным отвращением в голосе сказал парень, лишив подобия жизни последнего четвероногого.





Могу понять, что уж там.





— Спасибо ебучей Амбрелле, — прокомментировал я, оглядываясь. — Из-за них тут и не такое уебище встретить можно.





— Раккун-Сити… Амбрелла… — вдруг начал перечислять напарник с задумчивым выражением лица. — Где-то я это уже слышал…





Чего? Да не… не говорите мне…





— Обитель зла? — решаю закинуть удочку и посмотреть, что получится.





— Точно, был такой фильм с этой… как ее…





Да ну нахер.





— Милой Вовович? — уточнил я, на что Марк кивнул. — Не… фильмы — хуйня, игра — топ.





— В кого ни плюнь — в попаданца попадешь… — как-то даже устало покачал он головой. Не в первый раз, видимо.





— Мда… — чешу голову в ответ, — а я думал, что кукухой тронулся… а оно вон как.





— До вас этот придурок с телепортом кидал меня в мир Пацанов, — пояснил Марк. — Так что я уже не слишком удивляюсь. Я и сам своего рода попаданец…





— Да я заметил, — хмыкаю, еле сдерживаясь от смеха. Ситуация была настолько абсурдной, что почти что не верилось.





Ну, теперь-то я хотя бы знаю, что не сошел с ума и нас таких, оказывается, много. Не удивлюсь, если это все — один большой фанфик от какого-нибудь придурка.





— Получается, ты и сам знаешь о тайнах этого мира. И, похоже, получше меня, я-то про игру вообще только краем уха слышал. — Вдруг задал серьезный вопрос Марк: — Как оцениваешь ваши шансы на выживание?





— Кое-что мне известно, — кивнул я. — Там мы выжили. И тут выживем.





— Рад слышать.





— Ну и раз ты уже в курсе событий, то тебе стоит кое-что знать, — решаю сообщить Марку, пожалуй, самую важную информацию, которая поможет ему выжить: — Девочкам я не говорил, но часов через двенадцать сюда прилетит ядерная ракета, и, если у тебя есть способ свалить до этого времени, сваливай. Если нет, можешь пойти с нами. Там, куда мы направляемся, будет подземный поезд, который увезет нас в безопасное место.





— Я… учту, спасибо.





После этой минутки откровений нам оставалось только добить оставшихся зомби, чем мы и занялись, быстро закончив и вернувшись к девушкам, что все это время с беспокойством посматривали на нас сверху. Клэр при этом держала наготове свой револьвер, готовая в любой момент прийти на помощь, если это потребуется.





Все оставшееся время, что мы провели в этой квартире, я укладывал в голове полученную информацию. Вырисовывалась довольно интересная картина: оказывается, мой случай не единственный и есть еще как минимум два человека, точно так же оказавшихся в шкуре выдуманного персонажа. Ну или слившихся с ним в той или иной пропорции. И хоть название «Пацаны» ничего не затронуло в моей памяти, Марк произнес его так, будто это что-то известное. Не удивлюсь, если он сам родом из какого-то комикса, просто не знает об этом, как, собственно, не знаю и я.





Что это все значит лично для меня? Да ничего, в общем-то. Я не умею и вряд ли когда-нибудь научусь скакать между мирами, а еще сильно сомневаюсь, что кроме Марка мне еще попадутся залетные визитеры. Поэтому вся эта история останется просто довольно интересным эпизодом в моей жизни, если она, конечно, не оборвется где-нибудь на улицах Раккун-Сити. Хотя, насчет того, что последнее не случится, у меня теперь несколько больше уверенности, чем раньше.





В конце концов, каждый из нас пошел своей дорогой. Мы с девочками двинулись дальше по дороге к подземному комплексу Амбреллы, а Марк, отказавшись от повторного приглашения присоединиться, — в тот дом, из которого пришел, ждать, когда появится окно для возвращения домой. Напоследок парень получил от нас несколько советов о том, что в зараженном городе делать можно, а что все-таки не стоит, основанных на наших недолгих, но богатых на приключения похождениях. В частности, это касалось еды и воды, которые следовало брать только в запечатанном виде, внимательно проверяя дату изготовления, чтобы, не дай бог, пришелец не утащил с собой Т-вирус куда-нибудь еще. Моя совесть просто не пережила бы подобного.





И вот, распрощавшись и пожелав друг другу удачи, мы разошлись. Не знаю, что там ждет пришельца, а вот у нас впереди занимательный конкурс «как сбежать из-под ядерного взрыва: инструкция для чайников», а перед этим почти что туристическая прогулка по довольно сильно обезлюдевшему, или… хм… «обеззомбившему» кварталу к следующей известной точке маршрута — оружейному магазину «у Кендо», чью красную вывеску было видно еще из окна нашего временного жилища.





Глава 24


Путь занял совсем немного времени. Ближайший квартал оказался свободен от зомби, а больше нас задержать было и некому. Конечно, все равно нужно было глядеть в оба, чтобы не проворонить неожиданную встречу с нежелательными последствиями в виде стрельбы и громких звуков, но в целом обстановка располагала к тому, чтобы немного подумать. Если конкретно, то о тактической боеголовке, про которую я рассказал Марку перед нашим с ним расставанием. Белый пушной зверек ведь неотвратимо приближается, и надо валить из города, пока тут все не превратилось в мелкодисперсную ядерную пыль. И времени осталось не так чтобы очень много, потому что вокруг стремительно темнеет, а взрыв произошел на рассвете.





Выходит, что времени у нас осталось часов девять-десять, чтобы убраться, не больше. И даже не придется объяснять девочкам желание смазать пятки салом, ведь и так понятно, что находиться в Раккун-Сити сейчас добровольно захотел бы только безумец.





Вроде меня. Ведь я же за каким-то чертом сюда поперся.





Взгляд, брошенный украдкой на спутниц, пока мы идем по пустым улицам мертвого города, наполнил сердце теплом. Я пришел сюда для них. Как минимум двух человек я, скорее всего, смогу спасти. В этом подземном комплексе Амбреллы есть эвакуационный поезд. Именно на нем наше трио, собственно, и спаслось в тот раз. Там, правда, были еще разборки с отожранным в край Биркиным, догонялки с его женой и Адой, мать ее, Вонг и прочие трудности на пути к побегу, но, если смогли тогда, сможем и сейчас. Нужно просто снова пройти по уже ранее пройденной дорожке. Все просто, понятно, и я вполне уверен теперь в своих силах, спасибо Марку за пример и Тирану за тест-драйв.





Вот только… этого недостаточно. Что-то внутри меня препятствует тому, чтобы просто уйти. Я ведь могу сделать больше. Спасти больше.





Кто знает, сколько народу смогло выжить и укрыться по укромным местам по всему Раккун-Сити? Одному только богу известно. Их могут быть сотни, возможно тысячи. И что, прикажете просто обречь их всех на смерть? Один такой выживший, кстати, должен встретиться нам совсем скоро, владелец оружейного магазина с большой красной вывеской. Как мне смотреть ему в глаза, зная, что любые слова, что скажу ему, перестанут иметь для него значение, когда сюда прилетит гребаная ракета?





Нет… нет, совесть сожрет меня изнутри, если я хотя бы не попытаюсь. И у меня даже есть представление, что я могу попробовать сделать. У военных, помнится, было одно условие, при котором они не станут уничтожать город: образец вакцины против Т-вируса. Получив ее, они могли дать добро на ввод войск для зачистки без риска распространить заразу по всей стране. Сейчас эта штука хранится во второй лаборатории Амбреллы, что находится недалеко от центральной площади, но, если ничего не сделать, попасть в руки правительства ей не суждено. Одна крыса, отзывается на имя «Коля», должен будет этому поспособствовать. Если ему не помешать. Но это сложно. Оказаться в нужное время в нужном месте — весьма сложная задача, как и найти способ связаться с военными. Хотя последнее все же проще: рабочая радиостанция должна остаться в участке, да и в комплексе N.E.S.T, в который мы держим путь, должны быть способы связаться с внешними миром.





С этим местом также связан второй вариант действий, на первый взгляд более простой. Хотя как посмотреть. Аннет Биркин, без сомнений, хороший ученый и в теории могла бы сделать антидот для Т-вируса. В конце концов, она смогла состряпать противоядие против намного более непредсказуемой и агрессивной версии.





Но на этом ее положительные качества заканчиваются. Как мать она провалилась. Вручить своей дочери бомбу замедленного действия в виде кулончика — признак идиотизма, не говоря уже о том, чтобы проебать ее, когда начался бардак. Любая нормальная мать должна позаботиться о ребенке, но госпожа Биркин предпочла дрожать над G-вирусом.





Нет, я понимаю, штука архиопасная, но вот эти ее заявления в духе «моя прелесть!» и агрессивная защита сей адской микстуры ото всех подряд выглядят крайне странно. Ведь, если G-вирус настолько страшен, проще его тупо утилизировать, вместо того чтобы кружиться вокруг наседкой.





Как будто она… ждала чего-то. Или кого-то, чтобы забрать результаты исследований и свалить. Не просто же так она сидела безвылазно в лаборатории, забив на дочь, вместо того чтобы… да хотя бы запустить поезд и уехать на нем в неведомые дали.





Либо у нее действительно была какая-то тактика и она ее придерживалась, либо у женщины просто слегонца засвистела фляга от пережитого. Разбираться будем на месте.





Ах да, еще неплохо бы не дать ей убиться об своего муженька. Или об Аду Вонг. Шпионка тоже гарантированно будет там, в поисках способа спереть G-вирус. Еще одна проблема, которую предстоит решить.





Так я и дошел до оружейного магазина, загруженный мыслями о грядущем.





Первоначальный маршрут не предполагал того, что нам придется заходить внутрь — нужное место находится через дорогу, но сейчас путь туда заблокирован.





Власти затеяли ремонт, так что бетонная площадка напротив ганшопа, под которой расположен вход в канализацию, оказалась разобрана, и перед нашими глазами предстал котлован глубиной метров в восемь, заполненный бетонными блоками, строительным мусором и прочими штуковинами, среди которых не было ни одной лестницы, чтобы спуститься вниз. И, поскольку прыжок с такой высоты из нас троих переживу только я, туда мы не пойдем.





— Слишком высоко, — вторя моим мыслям, прокомментировала Клэр, встав на краю и заглянув в яму. — Придется идти через этот магазин.





— Ага, похоже, что так, — соглашаюсь с ней и направляюсь к двери, приготовив к бою пистолет. — Держитесь позади. Я сначала проверю, не опасно ли там.





— Окей, — согласилась девушка и вместе с Шерри отошла в сторону от дверного проема, пока я аккуратно заходил внутрь, стараясь издавать меньше шума.





Внутри все было завалено мусором, оставляя для движения вперед лишь узкую полосу свободного пространства, а еще в нос сразу ударил сильный человеческий запах.





Его легко можно отличить от вони мертвецов, так что ошибки быть не может: владелец этого места, скорее всего, еще жив. Только вот встреча с ним вряд ли принесет мне удовольствие, если все сложилось так же, как в той истории, что я помню. Убитый горем мужчина, потерявший жену и почти лишившийся дочери, — плохой собеседник, а если учесть, что он еще и вооружен, то ситуация становится вдвойне сложной.





Где-то с полминуты я шел по специально оставленному хозяином магазина пути, на котором мне не встретилось ни единого, даже на вид полезного, предмета. Наверное, таким образом он решил не только защититься от неповоротливых зомби, что скорее ноги себе переломают, чем нормально тут пройдут, но еще и от мародеров, которые увидят, что поживиться нечем, и уйдут, не рискуя соваться внутрь.





И, видимо, я пересек некую черту, после которой становится понятно, что я не залетный мимокрокодил, а целенаправленно пришел именно сюда, так как нагромождение хлама закончилось, сменившись вполне обычным на вид узким коридорчиком, а вместе с тем мне в спину уперся ствол дробовика.





— Опусти пушку, парень, — произнесли сзади хриплым, чуть дрожащим от стресса и волнения голосом.





Глава 25


Уперся в спину — не совсем верное выражение. На самом деле мужчина выскочил из-за угла в паре метров от меня. Я заметил его раньше, но не стал ничего делать, чтобы не спровоцировать. Выстрела в спину тоже не боялся. Даже если мужик нажмет на спуск, я это переживу.



— Стой, где стоишь, — пригрозили мне вновь.





— Спокойно, я просто прохожу мимо… — поднял руки, в одной из которых лежал пистолет так, чтобы их было хорошо видно.



— Что-то слишком часто вы тут ходите. А я, вот, что-то нихрена не верю в совпадения, — прервал меня мужик, качнув стволом дробовика.



Слишком часто? О чем это он?



— Сначала та дамочка в плаще, а теперь ты. В течение часа. И оба просто проходите мимо? Чушь. — мужик продолжил свой весьма агрессивный спич, а заодно и дал мне понять, что имеет ввиду.



Ада Вонг. Значит, она уже в комплексе. Ну да, у нее-то не было задержек в виде здоровенных серых человечков. Это значит, надо спешить, пока они с Аннет там все не разнесли во время разборок. Но стоп, он упомянул только о «дамочке в плаще»… значит ли это, что журналиста с ней уже не было?



— Я не…



— Просто. Оставьте. Нас. В ПОКОЕ!!! — не дав мне договорить, вдруг процедил он, натурально прокричав последнее слово.



Что называется, прорвало. Несложно догадаться, что успел пережить этот человек. Помнится, у него были жена и дочь. Одной он уже лишился, а вторая, скорее всего, постепенно обращается прямо сейчас. Тут у кого угодно нервы сдадут, этот человек еще неплохо держится, если сходу не начал палить, а всего лишь хочет прогнать чужаков из своего дома. У меня у самого наверняка бы фляга засвистела, если бы с моими близкими случилось что-то плохое и жизнь сломалась в один миг. На счастье, у меня нет семьи. В обычной жизни в этом немного хорошего, но сейчас я даже благодарен судьбе, что так получилось. Сейчас на мне и так лежит ответственность за Клэр и Шерри, так что дополнительные переживания мне и даром не нужны.



— Папа..? — дверь за спиной продавца скрипнула, и из-за нее показалась маленькая девочка, его дочь, как подсказала мне память. Ей было не больше десяти, она стояла в проходе, сжимая в руках плюшевого медвежонка, и с испугом в глазах смотрела на отца.



(тут она, естественно, выглядит куда хуже, но если подключить воображение, легко можно представить ее в более здоровом состоянии)





Хм, а выглядит она не так плохо, как в игре. Взгляд еще вполне осмысленный, да и речь нормальная. Хотя признаки заражения уже видны: на ногах стоит нетвердо, хотя это может быть и от недосыпа или недоедания, но вот почерневшие местами кровеносные сосуды уже ни на что не спишешь. Но все равно, это не тот маленький практически зомби, что я помню. Может быть, еще не поздно что-то предпринять?



Нет… не думаю, что получится. Нет никакой гарантии, что в этой лаборатории найдется лекарство, а если оно там и будет, не факт, что выйдет его доставить вовремя. Не говоря уже о том, что если доза окажется единственной… смогу ли я выбрать между маленькой девочкой и целым городом? Вот что-то совсем не уверен в ответе на этот вопрос, слишком много во мне сострадания, наверное, намного больше, чем нужно для трезвого расчета. Поэтому молчим и даже не заикаемся о помощи этим людям, да и сами стараемся не думать.



— Эмма? — услышав голос дочери, мужик моментально переменился в лице. Улетучилась и вся злость из голоса. Убрав дробовик за спину, он подошел к девочке и обнял, присев на колени. — Что ты здесь делаешь? Я же просил тебя держаться в укрытии…



— Прости… — прильнув к груди родителя, ответила малютка. — Ты стал ругаться, и я испугалась.



— Не стоит, ангелочек… — голос отца звучал мягко, сильно контрастируя с еле сдерживаемой истерикой минутой ранее. — Папа сильный, с ним все будет в порядке. А вот тебе лучше отдохнуть, а то простуда не уйдет.



Простуда… ну да, не говорить же ребенку, что он скоро умрет. Не представляю, как тяжело ему это дается.



Бросив настороженный взгляд в мою сторону, владелец магазина отвел дочку назад внутрь комнаты, оставив дверь чуть приоткрытой. Изнутри послышались приглушенные голоса. Наверное, он успокаивал девочку и обещал, что скоро вернется. Ему ведь еще придется выйти и разобраться со мной.



И пока он это делал, я услышал позади себя чьи-то шаги.



— Леон? — это была Клэр, которую, скорее всего, привлекли голоса. В руках девушка неизменно держала револьвер, настороженно вглядываясь в пространство перед собой. Из-за угла рядом с ней высунулась головка Шерри, что с беспокойством поглядывала в мою сторону. — Что происходит? Я слышала, как кто-то кричал…



В этот момент дверь опять скрипнула и к нам вышел торговец, закрыв за собой. Дробовик был при нем, и это заставило Клэр насторожиться и тут же направить на него оружие. Мужик, в свою очередь, в долгу не остался и тоже прицелился в девушку.



— Еще одна, — выплюнул он. — Как будто бы одного мне было мало.



— Клэр, — обращаюсь к подруге, вытянув в ее сторону руку и плавно махнув той вниз. — Опусти пистолет.



— Но…



— Опусти, — с нажимом повторил я, и девушка неохотно подчинилась. — Мы вам не враги. И не хотим никому навредить.



На несколько долгих секунд повисла тишина. Мужчина явно не доверял нам, но открытое отсутствие враждебности с моей стороны, казалось, сбило его с толку, и он не совсем понимал, что делать дальше. До тех пор, пока не заметил Шерри. Тогда его лицо дрогнуло и руки, удерживающие пушку, опустились.



— Ладно. Идите, куда шли, — буркнул он полумертвым голосом и развернулся. — Только не задерживайтесь.



— Ваша дочь. Давно с ней это случилось?



Блять. И кто меня за язык тянул?! А если он психанет?



— Вчера, — на удивление тихо ответил мне мужик переполненным горечью голосом, даже не развернувшись, как будто ждал вопроса. — Я… недосмотрел. Эти твари снаружи добрались до нее. Я… я не смог защитить жену, и теперь… — Ты же коп, да? Может быть, хоть ты мне скажешь, какого хрена это происходит, а?! За что это все нам?!



Очень непросто было не отвести трусливо глаза в сторону. Умом я понимал, что здесь нет моей вины, но вот душой… ей не объяснишь. Она просто болит, и все.



— Ни за что. Просто ублюдки в Амбрелле решили сыграть в бога. — Быть честным — это единственное, что я могу сейчас сделать для этих людей. Это не принесет им облегчения, но лучше, чем ничего. — Я не смогу вернуть вам семью, но… я сделаю все, чтобы отомстить. За них и за всех, кто погиб в этом городе ради чьей-то наживы. Я знаю, где искать.



— Хорошо, если так, — наградив меня долгим пристальным взглядом, он наконец кивнул. — Идите. Оставьте нас.



И, не говоря больше ни слова, ушел, закрыв за собой дверь. Еще одна трагедия Раккун-Сити. Еще одна сломанная судьба.



— Пойдем, — прогнав не вовремя нахлынувшую хандру, я первым сделал шаг к выходу, увлекая за собой девчонок. Скоро наступит момент, когда мы, возможно, сможем сделать что-то, чтобы жертвы этих людей не были напрасными.



***



Группа вооруженных людей в униформе и с опознавательными знаками корпорации Амбрелла двигалась по улице, заваленной трупами зараженных.





Около часа назад им доложили о стрельбе в этом районе, и по счастливому совпадению в этом же направлении последний раз была замечена их цель. Тела были повсюду, десятками валяясь по всей округе, как будто бы тут поработал целый отряд. Но на деле это не так. Просто объект в этот раз оказался особенным.



— И это он в одиночку сделал? Крепкий парнишка, — впечатленно присвистнул один из оперативников, очень крупный мужчина в тяжелом бронежилете, противогазе, фильтр которого располагался сбоку, и пулеметом в руках.



— Неудивительно, — хмыкнул другой боец, вооруженный штурмовой винтовкой. Его отличительной особенностью были глубокий капюшон поверх противогаза и необычная фактура униформы, как будто та была сложена из множества шестиугольников. — На записи он мертвяков простой арматурой разделывал.



— Разговорчики, — следующий голос принадлежал командиру группы — женщине, чьи волосы были связаны в пучок на затылке, а сквозь стекло маски можно было различить симпатичное лицо. — Эрудитка, докладывай.



— Большая часть повреждений нанесена тяжелым тупым предметом, — отозвалась девушка в полумаске, с азиатскими чертами лица и черными волосами, подстриженными под каре. — Окончательная смерть наступила не больше часа назад.



— Значит, мы близко. Ускоримся.



Некоторое время отряд двигался молча, практически не издавая звуков. Картина перед их глазами оставалась неизменной: все те же разруха и трупы зараженных людей и изредка животных. Но вот, спустя несколько минут ходьбы им встретилось кое-что намного интереснее.



— Черт меня дери… эта же сто третья модель. Так и знал, что надо было брать гранат побольше, — пробасил здоровяк, остановившись возле массивной серокожей туши. Не узнать в ней тирана смог бы только слепой. К удивлению оперативников, эта практически неостановимая машина для убийств, настоящий живой танк, была мертва. Причиной смерти стал кусок стального прута, торчащий прямо из сердца. Не помогла даже вторая стадия мутации, в которую гигант успел перейти.



— Стоит ли нам вызвать подкрепление? — спросил другой боец.



— Нет, — отклонила запрос командир. — Продолжаем движение.



Кем бы ни был этот из ниоткуда возникший уникум, Волчья Стая ему не по зубам. Но в штаб нужно все-таки доложить. На случай, если возникнут трудности.





Глава 26


Как единожды емко выразился комиссар Жюбер, мы в дерьме! Потому что канализация, как ни парадоксально, оставалась канализацией. Со всеми вытекающими… последствиями. В виде вони, грязи и текущего под ногами на расстоянии примерно двух-трех метров потока говна. Да не простого, а с Т-вирусом, ведь именно отсюда крысы растащили эту заразу по всему городу. Нет, началось все цивильно: мы вошли в обыкновенный круглый бетонный тоннель и топали ногами по земле-матушке. Я уж было уверовал, что так оно и продолжится до самого конца, но, к сожалению, ошибся. Это был всего лишь предбанник перед настоящим царством мочи и дерьма. Вонь стояла просто неописуемая. Девочки брезгливо морщились, хотя это как раз неудивительно, но вот то, что мое обострившееся обоняние выкинет неожиданный фортель, я как-то совсем не ожидал. Для меня стало очень неприятным сюрпризом то, что вместе с нормальными запахами и весь «изысканный букет ароматов», присущий этому месту, я тоже ощущал гораздо сильнее. Пришлось приложить немалые усилия, чтобы просто не опорожнить желудок, но кое-как, с горем пополам, я все-таки сдержался. Хотя первые минут пять были особенно тяжелыми, да. Потом, кажется, мой организм отреагировал на раздражитель, и мощь моей нюхалки резко снизилась. А может и нет, просто рецепторы настолько сильно забились, что случилась перегрузка и те просто вырубило.





Как бы то ни было, я в любом случае рад, что мне полегчало.





— Мд-а… Если ты и раньше ходила тут со своей матерью, Шерри, то я снимаю перед тобой шляпу, — скосил я взгляд на белобрысую девочку, что, аккуратно переставляя ножки, дабы не вляпаться в сюрприз, шла за мной.





А заодно и стало чутка понятнее, как она вообще смогла добраться до подвала полицейского участка. Уже есть, так сказать, опыт передвижения по пересеченной местности в экстремальных условиях. Можно только диву даваться, как Аннет Биркин, фанат, мать ее, науки, не побрезговала пользоваться этим маршрутом, да еще и дочь с собой таскать.





— Раньше тут было чище, — ответила та, даже не поведя бровью. Я же говорю, девчонка — кремень.





— Ага, охотно верю, — покачав головой, продолжаю следить за дорогой, мысленно проклиная вонючих корпоратов, построивших свой тайный бункер в городском отстойнике.





— Кто вообще додумался построить лабораторию в таком месте? И куда смотрели власти? — Клэр, похоже, пришла к той же мысли, что и я. Девушка шла, зажав одной рукой нос и рот, непонятно как умудряясь не испачкать свой новенький красно-белый мотоциклетный костюм. Смотрелся он на ней, стоит признать, просто отпадно, то и дело притягивая взгляд. Все нужные места были обтянуты плотной тканью, подчеркивая фигуру, вот только любоваться прекрасным меня не сильно тянуло. И не только потому, что тут воняет и ситуация в целом не располагает к романтике, но еще и по причине маленьких таких «спойлеров» из подкинутых неведомой силой воспоминаний.





Где-то тут должна ошиваться ящерица. Здоровенный такой крокодилище, навскидку метров семи в длину и с пастью размахом в половину человеческого роста. Другой я даже сошелся с ним в битве смертельной и даже выиграл, красиво взорвав башку при помощи удачно подвернувшейся трубы с газом. Но я нынешний не желаю полагаться на удачу. Поэтому львиная доля моего внимания направлена на сканирование пространства вокруг на предмет огромной ящерицы размером с грузовик. Сомневаюсь, конечно, что смогу пропустить его появление, но чем раньше получится заметить чудище, тем больше времени будет на реакцию. По-хорошему, стоит вообще постараться избежать столкновения, но тут уж пятьдесят на пятьдесят: либо прокатит, либо нет. Тем более что, как бы я ни вслушивался, всматривался или внюхивался, никого засечь пока не получалось. Надеюсь, так оно будет и дальше и, желательно, не по причине того, что эта тварь хорошо прячется.





— Очевидно, все куплено. — Однако беседу мне все эти мысли поддерживать не мешали. — Насколько я понял, Амбрелла правит этим городом много лет и почти все тут происходит только с их разрешения. Вспомни хотя бы шефа Айронса. Он ведь явно понимал, кого ловит, когда пришел за Шерри.





— Это как-то… — собеседница резко задумалась. Даже зависла на секунду, если судить по тому, что звук ее шагов прекратился.





Неужели никогда не задумывалась о таких вещах? Нет, скорее, просто верила в хорошее… ну, до недавнего времени. Теперь-то суровая реальность показала себя юной студентке во всей красе.





— Неправильно? — поворачиваюсь и смотрю девушке в лицо. Та отвечает мне нахмуренными бровями и слабым кивком. — Да, так и есть, но таков уж современный мир. Деньги решают все, а у Амбреллы их столько, что хватит еще на десять Раккун-Сити.





— И поэтому они решили уничтожить город? — возмутилась Клэр, всплеснув руками. — Что-то вроде: «какая нам разница, построим еще один!», так, что ли?





— Сомневаюсь, что это получилось специально. Они не стали бы так подставлять под угрозу свою репутацию. Сама подумай, целый город превратился в кладбище. Ничто не стоит того, если существование всей компании ставится под угрозу, так что, скорее всего, тут действительно произошел несчастный случай.





— И почему тогда они ничего не делают? Допустим, им плевать на судьбы простых людей, но на свою-то нет!





— Хороший вопрос, Клэр, хороший вопрос… — На самом деле, я знаю на него ответ. Амбрелла решила извлечь максимум выгоды из чрезвычайной ситуации и заняла наблюдательную позицию, собирая тонны информации о том, как показывают себя ее проекты в полевых условиях. На черном рынке с руками оторвут кого-то вроде тирана или тех же ликеров, которых, к слову, мне пока так и не довелось встретить (надеюсь, и не придется). Это поможет отбить затраты на попытку замять инцидент. Правда вот, у них нихрена не получится, в конце концов корпорация погрязнет в судебных разбирательствах и в итоге развалится. Ну а я приложу руку к тому, чтобы ускорить этот процесс. Тут как раз впереди целый клондайк с информацией по их делишкам, надо только найти способ добраться до нее.





Разговор утих, и мы продолжили путь, петляя меж узких технических коридорчиков, мимо труб и кучек сырого мусора. Все шло нормально, предполагаемый аллигатор не появлялся, других опасностей по пути тоже не встречалось. Только неизменная вонь была нашим спутником, но и к ней мы быстро привыкли. Но при всем при этом меня не отпускало чувство тревоги, которое с каждой минутой становилось все сильнее и сильнее. Поначалу я списал это на мандраж и опасение таки встретить ящерицу-переростка, но вскоре стало ясно, что дело в чем-то другом. Но я никак не мог понять, в чем именно, как бы ни старался. В какой-то момент это чувство стало настолько сильным, что я больше не смог это терпеть.





— Погодите… — останавливаюсь сам и останавливаю девушек взмахом руки, в очередной раз вслушиваясь в окружающие нас звуки. — Что-то не так.





— Что случилось? — Клэр отреагировала правильно: встала спиной к стене, вытащила револьвер и начала оглядываться по сторонам в поисках опасности. Шерри повторила за старшей, только еще и спряталась у нее под боком. Ну а я это время напряг все свои органы чувств в попытке понять, что же так сильно не дает мне покоя. Поблизости не было видно или слышно ничего, кроме далекого журчания воды да звука работы агрегатов где-то вне нашего поля зрения.





— Пока не знаю…





Но ведь не может чуйка бить тревогу просто так? Значит, что-то есть…





Точно! Запах! Кроме благоухания нечистот и тухлого воздуха в нос попало еще кое-что.





Человек. Из-за приглушенного обоняния и общего фона местных ароматов он остался практически незаметен, но это точно именно он так воспалил мою паранойю.





Где же источник?





Медленно вожу головой из стороны в сторону. Со стороны это, наверное, выглядит странно, но мне сейчас не до заботы о своем имидже… вот оно! У нас за спиной.





Поворачиваю туда голову и… ничего не вижу. Но ведь запах-то есть! Значит, надо смотреть внимательнее.





— Эм. Леон? — спустя несколько минут тишины и моего зырканья в одном направлении, маленькая Шерри забеспокоилась. Да и Клэр смотрит на меня с немым вопросом.





Вместо ответа просто игнорирую их и продолжаю искать…





Вот оно! Часть стены позади нас как будто смазана. Текстура поверхности в одном месте не совпадает. В ту же секунду, как я это заметил, шевеление «марева» вдруг стало заметнее и до моих ушей долетел механический щелчок взведенного затвора.





— Ложись! — резко срываюсь с места и валю девчонок на землю, и в ту же секунду над нами пролетает автоматная очередь. Прямо так, лежа в куче-мале, выкидываю вперед руку с пистолетом и стреляю несколько раз наугад. Наградой мне был вскрик и звук удара чьего-то тела о стену, а потом и звук быстро удаляющихся шагов.





Я задел его.





— Бежим! — помогаю девочкам подняться и тащу обеих за собой вперед, чтобы скрыться за ближайшим углом, а в голове при этом проносится вопрос: «Как же я спалился?!»





И как назло, где-то за стеной, на небольшом отдалении раздался глухой рев.





Ну, пиздец. Теперь мы между двух огней.





Глава 27


Этот сраный невидимка оказался не один. Через минуту он вернулся и привел с собой друзей — целый отряд головорезов, одетых не просто в характерную экипировку Амбреллы, а кастомную, индивидуальную для каждого, что могло говорить о некотором статусе данных индивидов в организации. И это было очень хреново, что мы и прочувствовали на себе практически сразу. В спину нам полетело столько свинца, что хватило бы на небольшой вагон, а отстреливаться пришлось из пистолетиков, что, согласитесь, вообще нифига не равноценно. Был, конечно, еще и дробовик, и он даже неплохо себя показывал, немного тормозя наступающих спецназеров, но панацеей, к сожалению, не был.





…мать! — в стену рядом попало несколько пуль, и мне вдогонку прилетело несколько осколков кирпича. Не глядя сую ствол пистолета назад и посылаю парочку в ответ, прежде чем скрыться за поворотом.





Блядство. Задняя часть рубашки, походу, в лоскуты, а спина неприятно щиплет. К счастью, не так уж и сильно, все-таки теперь я покрепче обычного человека.





— Ты в порядке?! — Клэр была тут как тут. Девушка подошла ко мне, с беспокойством в глазах оглядев со всех сторон. Конечно же, она сразу заметила мою ободранную спину и отреагировала соответствующе. — Боже… да ты ранен!





— Все потом, — отмахнулся я, жестом руки подгоняя девушку вперед. — Не останавливаемся.





Рвано кивнув, Клэр последовала указанию и, взяв Шерри за руку, побежала вперед по длинному коридору. Я двинулся следом. Пока уроды не добрались до угла, за которым мы скрылись, надо воспользоваться передышкой и разорвать дистанцию по максимуму.





Однако нас ждало разочарование. Впереди оказался тупик. Это была какая-то квадратная камера с трубами по периметру и решеткой, пересекающей пол посередине. Под ней тек ручей нечистот примерно двумя метрами ниже.





— О нет… — обреченно простонала Клэр, увидев, куда мы угодили. — Это плохо.





— Не то слово, — соглашаюсь с ней, пробегая глазами по помещению в поисках выхода, пока за спиной доносился быстро приближающийся к нам топот нескольких пар ног.





— Какого хрена им от нас надо? — Клэр тоже это отлично слышала. По лицу ее можно было легко понять, что она очень напугана. Но держится молодцом благодаря экспресс-обучению на стрессоустойчивость, пройденному буквально за половину суток.





— Думаю, за мной, — делюсь мыслями, не останавливаясь в поисках. — Я каким-то образом попался Амбрелле на глаза. Скорее всего, где-то стояли камеры и они увидели, на что я теперь способен.





— Смотрите! — неожиданно воскликнула Шерри, указав куда-то пальцем.





Ты ж моя умница! Под самым потолком притаилась решетка вентиляционной шахты, и по размеру она как раз подходит для того, чтобы туда пролез человек. Девочка заметила ее первой, за что ей огромное спасибо.





— Молодец, — хвалю малышку и в два прыжка добираюсь до решетки, зацепившись пальцами за нижний край. — Сейчас я… — и выдергиваю ее с мясом, — вот так.





Девушки, не тратя время, полезли туда — сначала маленькая, а потом и взрослая. Если рассуждать логически, то вентиляционная сеть должна пронизывать всю подземку, включая гнездо, так что у них есть отличные шансы попасть, куда нужно.





Однако только самим. Мне придется остаться.





— Ты не идешь? — заметив, что я не присоединился, Клэр развернулась на четвереньках и высунула голову наружу.





— Задержусь ненадолго. Встретимся позже.





— Не умри, — не став спорить, коротко бросила она и поползла дальше.





Эти ребята от меня точно не отвяжутся, а с хвостом в виде девчонок ни сбежать, ни убить их не выйдет. А вот если буду только я, то… есть варианты.





Оставшиеся несколько секунд я потратил на поиски укрытия. Не нашел. Трудно спрятаться на ровном месте. Поэтому отряд наемников Амбреллы я встречал, подперев спиной стенку, с гордо поднятой головой и голой задницей. Они заходили грамотно, профессионально, сразу же взяв меня в полукольцо и под прицел автоматов. Если кто-то и удивился тому, что после беготни я вдруг просто встал и встретил их лицом к лицу, то виду совершенно не подавал.





Какое-то время никто ничего не делал, и у меня появилась возможность рассмотреть своих противников в подробностях. Их было шестеро, поровну мужчин и женщин.





Первым мое внимание привлек товарищ в глубоком капюшоне, из-под которого выглядывала лицевая маска противогаза с фильтром посередине и большими окулярами синего цвета. Именно он следил за нами в маскировке и заставлял мою чуйку биться в истерике. За что ему, кстати, большое спасибо, иначе нас бы и дальше вели сколько им нужно, вплоть до гнезда, и напали бы тогда, когда были готовы, а не на скорую руку.





Рядом с ним стояла стройная азиатка с весьма симпатичным лицом, которое практически не скрывала лицевая маска. Не было видно только подбородка и губ, спрятанных за респиратором, зато хорошо были заметны глаза, угрюмый прищур которых не сулил мне ничего хорошего. Из снаряжения больше всего выделялся навороченный рюкзак на спине с явно непростым содержимым и армированный микрокомпьютер, закрепленный на левом предплечье.





Дальше шел мужик-косая сажень в плече. Ростом он превосходил всех своих сокомандников, хоть и не дотягивал немного до меня, но зато был заметно шире, заодно являясь то ли пулеметчиком, то ли подрывником, то ли вообще и тем и тем в одном лице, если судить по обилию подсумков под гранаты на его броне и легкому пулемету в руках.





При виде другой дамы у меня в голове почему-то заиграла губная гармоника, а бодрый арийский голос пропел: «Вас фоле бе дринкен!». Не знаю, специально ли она так подобрала снаряжение, или же это случайность, но я прям видел в ней хрестоматийного штурмовика второго рейха, только слегка осовремененного. Да что уж там, даже волосы ее были истинно-арийского цвета, что, вкупе с торчащей из-за спины рукоятью тесака и формой противогаза, давало практически стопроцентное попадание в образ.





Пятый персонаж тоже вызывал ассоциацию с определенного рода специалистами, только уже не реальными, а из компьютерной игры (хотя насчет того, что на самом деле есть реальность, я начал сильно сомневаться). Те, кто играл в Splinter Cell, сразу заметят сходство, особенно если посмотреть на прибор ночного (готов поспорить, что не только ночного) видения. Только цвет окуляров отличался и был не зеленым, а таким же, как и у всего отряда, — синим. Готов отдать левую руку, что этот молодец отвечает у них за наблюдение и разведку.





Последней была женщина. Самая обычная из них всех, если рассуждать, опираясь только на внешность. К слову, вполне ничего, как на мой вкус, хотя до своей же сокомандницы, той, чье лицо тоже открыто, немного не дотягивает. В ней вот буквально не было ничего примечательного, и кроме общей для всех Амбрелловской униформы, перекрашенной из красно-черного в черно-синий, глазу зацепиться было не за что. Но я ни в коем случае не собирался ее недооценивать, ни в коем случае. Передо мной стоят матерые вояки и, раз уж эта дамочка среди них, то заслуженно занимает свое место. Более того, думается мне, она и вовсе их лидер, потому что в экипировке остальных прослеживается намек на специализацию, где-то больше, где-то меньше, а у нее все, в общем-то, стандартно. Мою догадку подтверждает еще и то, как она держится: чуть позади всех, чтобы лучше видеть помещение, и, если что, раздать указания в зависимости от обстановки.





Поэтому, когда именно она первой со мной заговорила, я почти не удивился.





— Бросай оружие и иди с нами, если хочешь жить.





Ммм… французский акцент. Да у нас тут мадемуазель родом прямиком с берегов Темзы. Или это в Англии? Неважно.





Глава 28


— Бросай оружие и иди с нами, если хочешь жить.





А я… стоял. Поза расслабленная, руки в боки, морда кирпичом. Слабоумие и отвага, ага.





Почему? Потому что.





Успешная драка с тираном придала мне очень много уверенности в себе. Я его завалил. Пусть не в одиночку, а с помощью Марка (надеюсь, он в порядке), но даже так у меня были все шансы если и не уложить его, то свалить уж точно. А тут в меня тычут стволами обычные люди. Да, это крутые спецы, матерые и прошаренные, но им все же не сравниться в чистой разрушительной мощи со сто третьей моделью. Может показаться, что я зазнался, опьянел от новой силы, или что-то в этом духе… но нет, ничего подобного. Я все еще дико хотел жрать, испытывал неприятное покалывание в спине после попадания туда осколков и вообще в целом чувствовал себя неважно. Но все же что-то… назовем это инстинктом, подсказывало мне: они не смогут меня убить.





— Долго и счастливо? — отвечаю вопросом на вопрос, даже не подумав о том, чтобы бросить дробовик. Он мне слишком сильно нравится, чтобы выкидывать, так что, увы для француженки, нет.





— Возможно, — лаконично ответила та. — Зависит от твоего поведения.





Я задумался. Точнее, сделал вид, потому что изначально не собирался играть по их правилам. Мне нужно было немного заговорить им зубы, так как я, кажется, придумал способ выбраться из щекотливой ситуации путем сто первого приема каратэ. Заруба с ними на мужика и до смЭрти мне тут не нужна. Даже если я перебью всех, то мое состояние после этого будет, мягко говоря, дерьмовастым, все-таки пять стволов в упор — это не шутка, а я при всем своем великолепии прочностью тирана не обладаю, и продырявят меня с гарантией в сто процентов.





Так что нападение-смерть-убийство пока откладывается — слишком рискованно просрать все полимеры, позже, а вон тот участок на полу выглядит так, будто провалится, если по нему хорошенько стукнуть.





Эх, по итогу, как бы я ни старался этого избежать, но в дерьмеце искупаться придется. Как вообще черепашки-ниндзя умудрялись тут жить и процветать? Непонятно…





— Знаете, день сегодня такой длинный и жаркий, что от начала до конца полная хуйня получается, каждую минуту. Так что я даже не знаю, что и сказать, — продолжая удерживать скучающее выражение морды, выдаю наконец, возведя глаза к потолку.





Здоровяку с пулеметом такой ответ, видимо, не пришелся по душе, и тот шагнул вперед, нарушив идеальный полукруг, в котором стояли его товарищи, держа меня на прицеле. Я уж было понадеялся, что таким образом он перекроет обзор кому-то из них, но нет, встал так, чтобы никому не мешать. Чертов профи.





— Конечно-конечно, ты подумай еще, мы ведь, мать твою, не настаиваем… — дуло его ствола оказалось направлено мне прямо в лицо. — Просто вежливо, пока что, вежливо просим.





— Что я слышу, мне предлагают сделать выбор без выбора? Да вы прям сама любезность, — вскидываю бровь в ответ на его действие, вообще никак не показывая, что на меня повлияла угроза и сделав при этом маленький шажок в сторону прохудившейся решетки.





— Стараемся, а теперь бросай пушку и пакуйся в наручники, или мы сами спеленаем тебя как младенца, заткнув тебе рот, чтобы ты наконец-то понял, что молчание — золото, — ответил мне тот же наемник с раздражением в голосе. Походу, начал терять терпение. Да и остальные тоже недобро так посматривают. В смысле, еще «недобрее», чем до этого.





Значит, едем дальше.





— Ладно, понял-принял. Сдаюсь. — Отпускаю дробовик, и тот падает на пол, а сам поднимаю руки вверх. — Но чур вязать меня будет она. — Чтобы тут же нацелить одну из них на азиатку.





Ну а что, она реально тут самая симпатичная.





— Я? И с чего бы? — та, естественно, была весьма удивлена.





— Ну смотри. Она, — начинаю на пальцах ей объяснять ход своих мыслей, ткнув той же рукой в командиршу, — у вас главная, ей не по чину. — Теперь указываю на двух наиболее «ниндзявых» членов команды. — Эти двое какие-то мутные, я бы им даже денег не занимал, не то что жизнь свою доверить. А этих двоих я вообще боюсь. — Досталось и двум другим наемникам. — Остаешься только ты — симпатичная стройная азиаточка. Только твоим нежным ручкам я готов довериться.





— Ха, слышала, Эрудитка? У тебя нежные ручки, — хохотнул пулеметчик. — Пацан, этими ручками она с легкостью вскроет тебе черепушку и даже глазом не моргнет.





— Хорошо придумал, но, к твоему несчастью, решения тут принимаю я. Вектор, действуй, — закончила за всех командирша, махнув головой на меня своему подчиненному.





Ну вот, не получилось… ну, я хотя бы попытался.





Назывался Вектором, кстати, тот самый тип в капюшоне, что шпионил за нами и которого я окрестил мутным. Услышав приказ и кивнув, он закинул автомат на плечо и извлек из-за пояса некое устройство, подозрительно напоминающее пневматический шприц. Готов поспорить, что это конская доза какого-нибудь снотворного или еще какая хрень позабористее. Мало ли что еще там напридумывали яйцеголовые в Амбрелле кроме биологического оружия? Занимаются фармацевтикой как-никак.





Так вот, с этой стремной штуковиной он и двинулся ко мне.





— Без фокусов, — еще и предупредил, перед тем как сначала выкинуть из кобуры мой пистолет, а затем и нож, после чего приставить инструмент к моей шее.





Немедля он положил палец на кнопку спуска. Правда вот, нажать у него на нее не вышло. Мне только и надо было, чтобы кто-нибудь из них подошел поближе.





Он мгновенно все понял, но среагировать никак не успел: слишком сильно я превосходил его в скорости. Поэтому и вывернуть руку со шприцом так, чтобы наемник его выронил, было проще простого, как и дернуть за ремень винтовки, развернув того спиной к себе.





Удар локтем в голову я с легкостью заблокировал, а дальше просто заломал обе руки парня за спину, попутно заменив свой выброшенный пистолет тем, что был у него.





— Извините, я передумал, не очень то хочется быть подопытной крысой, — сообщаю остальным наемникам, что, к их чести, не стали стрелять с риском попасть в своего.





— Ну и чего ты хочешь этим добиться? Тебе все равно некуда отсюда бежать, — спросила лидер отряда, удерживая меня на мушке, но пока не давая приказ атаковать.





— Две вещи, — спокойно отвечаю, медленно перемещаясь вместе с заложником с каменного пола на так нужную мне решетку. — Теперь вы потеряли полный контроль над обстановкой — это первая, ну а вторая… теперь мне меньше угрожают ваши пушки, вы ведь не станете стрелять в союзника, правда?





— Сделаем, если потребуется, не обольщайся, — огрызнулась француженка. — Тебе все равно не уйти от нас, Леон. Лучше просто сдавайся.





— Воу, вы даже имя мое знаете? — даже не удивился, на самом деле. — Могли бы тогда для начала познакомиться нормально. Впрочем, уже не сегодня. — Мои ноги наконец-то встали на нужное место. — Передайте Вескеру, или кто там вас за мной отправил, что, если что-то хочет от меня, пускай тащит сюда свою сраку самостоятельно. Досвидульки!

Поднимаю и с силой опускаю ботинок на стык между плитой и железными прутьями, и последние проваливаются вниз под нашим с Вектором весом. В начале падения успеваю оттолкнуть наемника от себя, попутно спионерив у него еще и автомат, а дальше в гордом одиночестве лечу вниз и с плеском вонючей сточной воды во все стороны приземляюсь на обе ноги, чтобы тут же рвануть вперед по каналу в направлении комплекса NEST. По дороге засовываю пистолет в кобуру и перехватываю винтовку двумя руками. К сожалению, за спину ее не убрать — ремень порвался, так что потаскаем так. Зато у нее целых два магазина в сцепке, наверняка еще и полных, ведь ребятки стопроцентно должны были перезарядиться до того, как зайти ко мне.





В спину мне летел мат и автоматные очереди, выбивающие фонтанчики воды совсем рядом. К счастью, никто не попал и я успел целым и невредимым пропасть из вражеского поля зрения. Даже за угол успел свернуть.





Отпускать меня не собирались. Сзади прозвучало шесть последовательных «плюхов» воды, что означало спуск амбрелловцев сюда, вниз. Однако у меня уже есть неплохая фора, а так как бегаю я точно быстрее, им меня не догнать.





Что делать с ними потом, подумаю тоже потом, когда найду девочек.





Или нет…





За новым поворотом я увидел следующую картину: крокодил кушает.





Поправочка: очень большой и очень, сука, страшный крокодил кушает какую-то… то ли креветку-переростка, то ли еще хер пойми что.





И, кажись, местная диета его немного так задолбала, потому что, когда я встретился с ним взглядом, в его рептильих глазах промелькнула живая искорка радости и воистину гастрономического интереса.





Рев вместе с порывом ветра из огромной пасти, куда я мог бы влезть в полный рост, не пригибаясь, тоже был сугубо позитивным.





Так, бежим нахер обратно!





Ну я и побежал. Гена побежал за мной. Его огромная туша развила весьма впечатляющую скорость, должен сказать, потому как он от меня вообще не отставал. Наоборот, он догонял! И весьма быстро!





Меньше чем через минуту на горизонте показались и амбрелловцы. Естественно, рев они тоже слышали и были во всеоружии, но такую гигантскую тварь встретить точно не ждали.





— Валите нахер, если жизнь дорога!!! — ору им, чтобы убрались с дороги и, о чудо! В едином порыве ребятки развернулись и вдарили по тапкам.





Правда, бег по колено в воде, он, как бы… не очень быстрый.





К счастью, канализационная сеть Раккун-Сити весьма разветвленная, так что выход из ситуации нашелся и тут. Как раз между мной и наемниками есть один лючок в стене, в который туша крокодилыча просто не пролезет. В него я и нырнул, едва избежав пасти твари, что клацнула буквально сантиметрах в тридцати перед моими ногами.





Все, я в домике.





Правда, одного не учел: шахта, в которую я попал, оказалась не прямой, а под сильным углом, поэтому, только приземлившись, я тут же бодренько поехал по скользкому кирпичу куда-то вниз.





А где-то там, наверху, уже начался бой, о чем мне дали понять звуки выстрелов, оглушительный рев и даже парочка взрывов гранат.





Ну и ладно, пускай дерутся. Главное, что меня там нет. А пока едем и смотрим, какой в итоге будет конечная остановка.





Глава 29


И-и-и-и… я приехал… прикатился… прискользил… в общем, не важно, как это называется, но слабо контролируемый спуск на нижний уровень канализации наконец-то закончился. Ага, закономерным падением в кучу мусора.





Отплевавшись, отряхнувшись и выругавшись про себя, встаю и осматриваюсь: вокруг нихрена нового, все то же самое, что и раньше, только уже без гигантского крокодила и солдат охреневшей мегакорпорации. Кстати, насчет них: выстрелов больше не слышно, но я не уверен, почему именно. Тут либо ребяток уже сожрали, либо они оказались настолько круты, что сами смогли завалить зверя или как минимум убежать. Хотя, с учетом того, что времени прошло совсем немного, я бы поставил на расстояние и толщину стен, из-за которых не могу услышать, что творится наверху.





Ну и ладно. У меня есть дела поважнее, чем делать ставки на победителя в битве мочи с говном. Гораздо больше волнует состояние полицейской формы. Оно плачевное. После всех перипетий — драки с титаном, побега от амбрелловцев и веселого спуска по говняно-водной горке — более-менее целыми остались только штаны с ботинками да, пожалуй, тактические перчатки. Бронежилет, рубашка, майка — в общем, все, что было наверху, теперь можно назвать разве что ссаными тряпками. Учитывая место, где я нахожусь, наименование более чем актуальное.





Ненавижу канализацию.





Остатки верхней одежды были безжалостно сорваны и закинуты в самый дальний угол, подальше от глаз, вследствие чего я остался щеголять голым торсом. К слову, уже не таким тощим, как недавно, хотя худоба все еще сильно заметна. Да и спина уже зажила…





Просто поражаюсь тому, что может теперь мое тело — такие способности к восстановлению… неудивительно, что Амбрелла захотела меня поймать. Вкупе с мощной физухой и остальными преимуществами из меня выходит прямо-таки эталонный сверхчеловек (не по Ницше, слава господу), та самая следующая ступень эволюции, которую пытался вывести экспериментальным путем их глава. И я уверен наверняка, что они будут не одни такие, так что моя уверенность в том, что после Раккун-Сити надо залечь на дно, стала еще крепче. Перспектива превратиться в лягушку со стола школьников на уроке естествознания меня как-то совсем не привлекает.





Итак, теперь мне нужно как-то попасть в Гнездо. Оно должно быть как раз где-то в той стороне, куда ведет тоннель, в который я свалился. Остается только вопрос того, найдется ли где-то там вход… впрочем, стоя на месте я этого не выясню.





Поэтому, проверив доставшееся мне от наемника оружие и убедившись в его сохранности, я пошел вперед, удерживая в руках трофейную штурмовую винтовку.





Оружие, должен сказать, было весьма крутым: АР платформу в нем узнать можно было только по характерной кнопке принудительного досылания патрона в патронник, да по рогатой! рукоятке взведения, установленной в верхней части аппера. Остальные же части я вообще не мог распознать, ни разу не видел таких образцов ни в полиции, ни на гражданском рынке. Один только прицел с разными спектрами видимости чего стоит. Своих спецов Амбрелла снабжает по высшему разряду, ничего не скажешь. На фоне этого космического бластера обычная беретта-92 без наворотов, которую я так же спер у Вектора, смотрелась как-то блекло, хотя, конечно, это не умаляло того, что пистолет очень хорош сам по себе. Если подумать, то все даже логично: такого калибра пистолет спецам приходится использовать не так чтобы часто, а когда приходится, то случается это на весьма небольших расстояниях, чаще всего. А там никакие примочки хорошему стрелку и не нужны.





И довольно скоро я нашел, на ком можно применить новые пушки.





Шел я в этот момент по колено в воде по прямому тоннелю, освещенному тусклыми лампами накаливания. С потолка капало, где-то вдалеке что-то гудело, а бодренький сквознячок обдувал мне спину. В общем, обстановочка прямиком из фильмов ужасов, где из темноты на главных героев выскакивает какая-нибудь жуткая срань.





И как-то даже не удивился, когда такая срань появилась на моем пути.





Расплескав вокруг себя воду, на поверхность метрах в пяти от меня вынырнуло…нечто. Это был какой-то полурак-полухуй, иначе не скажешь. Посередине была туша, покрытая хитином, на спине которой красовался здоровенный глаз, прямо как в очке у Саурона, а рядышком торчал бутончик на длинном и толстом стебельке, только вместо лепестков у него была зубастая пасть, раскрывающаяся в четыре стороны. Как вишенка на торте — вполне обычная рука, торчащая в бок, разве что размерами несколько больше стандартной.





Короче говоря, босс-куча говна. Который еще пару дней назад был обычным работягой с завода, а теперь стал обычным… да хуй его знает, что это вообще.





— Ну нельзя мне хоть раз не встрять в какое-то дерьмо? — задав в пустоту риторический вопрос, вскидываю автомат и прицеливаюсь в зрачок моргала на теле супостата.





Гнетущую тишину канализации вновь разорвали звуки выстрелов.





Некоторое время спустя





Que Dieu vous bénisse*… — устало выдохнула женщина в прозрачной маске и с туго стянутым на затылке хвостом темно-русых волос. С ее комбинезона вниз скатывались капли зловонной воды, а штурмовая винтовка висела на ремне стволом вниз.





С недавних пор последнее задание перестало нравиться Карине Лепру, больше известной среди USS как Лупо, — командиру Волчьей Стаи, самого лучшего и подготовленного отряда бойцов корпорации Амбрелла. Скажем так, некоторые сомнения присутствовали и раньше: неожиданная переброска из другого района города, чтобы срочно поймать и доставить новую цель, информация о том, что объект обладает способностями, превосходящими человеческие, а потом и увиденные во время выслеживания «художества» искомого человека уже настораживали, а уж труп титана и вовсе удивил. Впрочем, по следам боя стало понятно, что основной урон юнит получил после падения из окна, после чего был добит, что в принципе объяснимо, из-за чего чувство паранойи опытной наемницы несколько улеглось, но…





Реальность опустилась ей на голову ушатом холодной воды.





Этот Леон Кеннеди… оказался un vrai méchant trou du cul**. Заманить их в такую примитивную ловушку, а потом и этот мутант-переросток… повезло еще, что обошлось без потерь.





— Все целы? — Хотя убедиться еще раз не будет лишним.





— Вектор цел.





— Эрудитка… в норме…





— Весельчак цел! Хотя мне чуть было не понадобился еще один протез…





— Берта жива.





— Призрак на месте.





Отряд уцелел, хоть и оказался потрепан. Часть снаряжения оказалась потеряна, либо повреждена в ходе боя, да и сами оперативники получили легкие травмы и адски устали. К счастью, тяжелых ранений и смертей удалось избежать, пригодилось обучение противостоянию БОО*** в тренировочном центре корпорации. Зато туша их противника сейчас лежит неподвижно в мутной воде, добавляя в нее новых красок своей кровью, обильно текущей из многочисленных ран.





Осмотрев слегка заплывшим от утомления взглядом тушу мутировавшего животного, а затем и своих подчиненных, Лупо поняла одно: сейчас они никуда не пойдут. Не после незапланированной охоты. Как опытный и компетентный командир, она должна заботиться о своих людях, а потому выполнение миссии придется ненадолго отложить.





— Отдых две минуты, после ищем место поудобнее и приводим себя в порядок.





К следующей встрече с этим Tête de con**** Волчья Стая должна отдохнуть и приготовиться к любым неожиданностям.





Примечание: Бедная Лупо еще не знает, какие приколы ей заготовлены в будущем, зато знаю я)

Тут должен быть зловещий смех злобного злодея.

И немного расшифровок:

*Черт бы тебя побрал

**Настоящий мерзкий засранец

***Биоорганическое оружие. Термин из мира Resident Evil, появившийся через некоторое время после инцидента в Раккун-Сити.

***Козел





Интерлюдия 2


Где-то в неизвестном месте





Все вокруг было покрыто тьмой. Сторонний наблюдатель не смог бы различить практически ничего, как и понять, где он находится. Комната ли это? Может быть, зал? Пещера? Из-за отсутствия освещения было невозможно понять, есть ли у этого места границы и где они пролегают. Стены, если они, конечно, есть, абсолютно невидимы, будто они поглощают весь падающий на них свет, либо же их вовсе нет, из-за чего неподготовленный человек наверняка запаниковал бы, испугавшись темноты, что скрывает за собой опасную неизвестность. На протяжении миллионов лет люди боялись темноты и приписывали ей жуткие мистические свойства, выдумывали богов и демонов, чтобы хоть как-то объяснить свой иррациональный, ничем не объяснимый страх, и даже когда первый спутник поднялся на земную орбиту, а людские познания об окружающем мире уже давно позволяли объяснить практически любое явление, подсознательная неприязнь к отсутствию света никуда не исчезла.





Но только не для Альберта Вескера. Темнота для него не место, где прячутся монстры, а комфортная и привычная, практически естественная среда обитания, особенно в последнее время, когда многие из его «друзей» и врагов думают, что он мертв. И скрываться в тени, незаметно добиваясь своих целей в ожидании нужного часа, — это то, что ему как раз и нужно.





За пару месяцев с момента своей «смерти» в особняке Спенсера мужчина развил бурную деятельность, как паук, опутав своей сетью практически весь мир — так, чтобы никакая полезная информация не прошла мимо его рук. Помогли старые связи, полученные за годы работы в корпорации и заранее подготовленные для подобного случая средства. Альберт давно собирался пойти своей дорогой, и инцидент в Арклейских горах стал тем самым удобным моментом, чтобы сделать это. Не то чтобы он был недоволен своим местом в компании и не разделял ее истинных целей, но… у него было свое видение, в ряде вопросов кардинально расходящееся с основной линией Спенсера. К тому же он не собирался быть вторым, но планировал выбиться на первое место и в перспективе стать богом нового мира.





Богу обязательно нужна сила. И Альберт уже получил ее часть: единственный человек, которого он мог бы, пожалуй, назвать своим другом, Уильям Биркин, передал ему втайне разработанный вирус-прототип на основе Прародителя, и тот показал себя отлично, не только позволив пережить смертельный удар когтей тирана Т-002, но и пробудив в Альберте нечеловеческие силы и способности, среди прочего: огромная скорость и рефлексы, нечеловеческая ловкость, выносливость, сила, регенерация.





Мужчина до сих пор не мог до конца привыкнуть в открывшимся возможностям. Так хорошо он себя не чувствовал, пожалуй, никогда в жизни.





Однако не обошлось и без подводных камней. Сам вирус был крайне нестабилен, отчего Вескеру требовалось время от времени использовать специальную сыворотку, чтобы держать вирус под контролем. Но как бы иронично это ни выглядело, эта сыворотка и была его самой главной слабостью. Если вколоть больше необходимой дозы, то она начинала действовать как яд.





Вескеру не хотелось быть зависимым ни от чего, к тому же его крайне раздражало несовершенство творения коллеги, да и в целом принимать сыворотку по расписанию было неудобно.





С этим надо было что-то делать. И возможность представилась сама собой. Биркин доигрался и был убит при попытке продать военным уже свое новое изобретение — G-вирус. Крайне неразумный ход с его стороны, Альберт неоднократно предупреждал его не пороть горячку, особенно после того, как они вдвоем устранили Маркуса и стало понятно, что в любой момент на тот свет могут отправиться и они сами. При просмотре записи с нашлемной камеры бойца USS, открывшего огонь на поражение и убившего (ну, не совсем, как выяснилось позже) ученого, он даже испытал что-то вроде сожаления, впрочем не продлившегося дольше мгновения. Уильям подставился сам и поплатился за это сполна.





Это происшествие, так или иначе, послужило толчком к хаосу, вот уже несколько дней бушевавшему в Раккун-Сити.





Самое время половить рыбку в мутной воде.





Образцы Т-вируса Вескера не интересовали — он знал про него все и даже немного больше, но вот его новая разновидность, созданная почившим коллегой, была весьма интересной. Чтобы добыть ее, Вескер отправил своего лучшего агента в зараженный город. Эта женщина показала себя как компетентный специалист, и если не получится у нее, то не сможет никто. Разве что он сам, но этот вариант изначально неприемлем из-за высокой опасности раскрытия. Время для того, чтобы снова открыться миру, еще не пришло. Пока что ничего из запланированного не готово.





И пока Ада Вонг занималась своим делом, Альберт тоже не сидел сложа руки. Используя все имеющиеся ресурсы, он собирал информацию: отчеты о применении БОО, новейшем небиологическом вооружении, активах Амбреллы, компромате на высокопоставленных сотрудников и многое другое. Большинство из всего этого было и так ему известно, но порой попадалось и кое-что интересное.





В исключительных случаях, крайне интересное.





На экране широкоформатного монитора, единственного источника света в помещении, если не считать изменившихся под воздействием прототипа глаз Вескера, уже не в первый раз проигрывалась одна и та же запись: человек, мужчина, одетый в обгорелые лохмотья, с удивительной легкостью расправлялся с группой зараженных Т-вирусом гражданских, используя в качестве оружия металлический прут. Рядом, в небольшом окне, бежали строчки из отчета аналитиков и посланной по его следу Волчьей Стаи. Со множеством крайне интересных подробностей и смелых теорий, основанных на имеющихся данных.





— Крайне… перспективно, — задумчиво произнес мужчина, наклонившись вперед и сложив под подбородком руки, уперев их локтями в стол, затем нажал на кнопку на клавиатуре, после чего последовал короткий сигнал, сменившийся слегка раздраженным голосом молодой женщины:





— Слушаю.





— Снова здравствуй, Ада, — Вескер позволил себе едва заметную улыбку. — Я хочу поручить тебе еще одно дело.





Глава 30


«Ну и мерзость»… — Подумал я, глядя на то, как плоть существа разлетается ошметками во все стороны после каждого попадания. Бронебойно-разрывные боеприпасы — это вам не шутка. Входное отверстие у таких пулек маленькое, как и у обычных, а вот выходное размером с кулак.





Визг при этом стоял такой, что, я едва не оглох, его было слышно даже сквозь стрекот автомата. Сама тварь задергалась, как будто ее шибануло током, неуклюже волоча свое неповоротливое тело по воде туда-сюда, и бешено вращая отростками. В них я, к слову, и целился, конкретно в тот, что с пастью. В него и в глазик, что после первой же пули взял и стек в сточную воду.





Больше патронов тратить не стал. У меня их мало, к тому же и монстрик попался явно G-вирусный, у них у всех отличительная черта — здоровенные оранжевые глаза в разных частях тела. Поэтому тратить на него боеприпасы может быть нерационально еще и потому, что он тупо отрастит все назад.





Не отрастил. Я, наверное, с пару минут стоял с опущенной винтовкой и наблюдал, как его колбасит. В конце концов, он так и помер, расплескав то, что заменяет ему кровь вокруг себя и замерев неподвижно посередине тоннеля.





Не очень живучая сволочь попалась. Но оно и к лучшему. Хотя, обходить я его все равно буду вдоль стеночки, а то мало ли, вдруг шевелиться начнет? Мне таких сюрпризов не надо.





Осторожным шагом крадусь мимо, не спуская глаз с поверженного врага. Тот так и не подал никаких признаков жизни, послушно оставшись лежать, омываемый сточными водами.





Хорошая зверушка. Заводить себе такую я, пожалуй, не буду.





А дальше было… скучно. Ну, в основном. Пару раз мне попадались еще такие же каракатицы, которых я утихомирил тем же способом, правда, во второй раз встреча произошла довольно близко и я выяснил, что твари умеют плеваться говной. К счастью, я оказался достаточно ловок, чтобы увернуться и мне не пришлось проверять на себе действие этих… выделений. Что меня очень даже обрадовало, и не только потому, что я и так уже грязный по самые уши, но еще и потому, что в этой хрени мог содержаться G-вирус, а я крайне сильно не желаю проверять на себе его действие. Превратиться в еще одного глазастика в мои ближайшие планы не входит, как, впрочем, и в долгосрочные. Вообще ни в какие.





Еще завалил парочку обычных зомби, куда уж без них. Судя по одежде, ребята когда-то были из рабочих обслуживания и, возможно, одними из первых подцепили от крыс смертельную заразу. Прервать их страдания и муки вечного голода святое дело, как мне кажется, что я с чистой совестью и сделал. Как-то даже буднично, причем, без страха, что испытывал вначале и без злости, что испытал позднее.





Привыкаю, наверное.





Так я блуждал где-то минут сорок, стараясь найти хоть какой-то ориентир, указывающий на близость лабораторий. Но глазу было не за что зацепиться, кругом и всюду только одинаковые круглые тоннели с текущими по их дну нечистотами, да парочка технических помещений. Все это время меня одолевало беспокойство о Клэр и Шерри. Как они там? Смогли ли добраться? Не попали ли в беду по пути? Они ведь тоже одни и я не смогу защитить их.





Всего этого я не знал, отчего, признаться, изрядно бесился. Уже привык к их компании и чувству поддержки, а сейчас, вот, оказавшись в одиночестве, вновь испытал на себе весь груз того, что легло на мои плечи. Все эти, зомби, мутанты, злые корпорации, да даже чертов пришелец (привет Марк)… удивительно, как я еще не поехал кукухой





...или поехал.





Потому что этот стремный шелестящей-щелкающий звук не вполне естественен для канализации. А еще он приближался. И делал это быстро.





За следующие несколько секунд я успел понять две вещи. Первая: я все же не сошел с ума. Вторая: лучше бы я все-таки это сделал, потому что суровая реальность в очередной раз преподнесла крайне неприятный сюрприз.





— Твою ж… — ругнулся я, но даже не успел закончить фразу из-за скоротечности последовавших за этим событий.





Из-за поворота на меня вылетела стая крупных летающих насекомых. Размером они были где-то с предплечье взрослого человека, с крупной головой, фасеточными глазами и довольно серьезного вида жвалами, с которых капала какая-то слизь болезненно-зеленого цвета. Голов, наверное тридца, посчитать было невозможно. И конечно же, они оказались плотоядными, сразу же попытавшись попробовать на зуб такого аппетитного меня. Из-за численности и малого размера противников стрелять по ним я даже не попытался. Это абсолютно бесполезное занятие и пустая трата патронов. Но народная мудрость гласит: из автомата можно не только стрелять, но еще и неплохо использовать его в качестве дубины. Чем я тут же и занялся, перехватив его за цевье и сбив первых трех тараканов еще на подлете.





А дальше понеслась свистопляска. Уроды кружили вокруг, постоянно атакуя, норовя залезть в глаза и рот, вцепиться в волосы, либо прогрызть дыру в спине. Из кого они такие красивые получились и как оказались под землей, вопрос интересный. Но он был глубоко вторичен ввиду того, что думать об этом мне было тупо некогда. Вместо этого я занимался выживанием.





Будь на месте меня кто другой, уже давно пошел бы на прокорм или стал инкубатором для личинок. Твари кусались больно, места укусов ныли и чесались, а вены вокруг почернели. В глазах слегка поплыло. Появилась одышка. Слабая, но это хватило, чтобы замедлить меня, что повлекло за собой еще больше пропущенных атак. Наверняка, это какой-то яд. Думаю, что простого человека он свалил бы с ног очень быстро, но я каким-то образом держался на ногах, умудряясь вполне успешно отбиваться. В голове даже пронеслась шальная мысль, что я как Кинг-Конг на крыше небоскреба, сражающийся против кукурузников. Те тоже летали вокруг и жалили его из пулеметов, постепенно изматывая и, в конце концов, убив. Но я не хотел умирать. Поэтому эту битву на истощение пришлось выигрывать.





Не знаю, сколько времени прошло, но когда все закончилось, я остался стоять по колено в сточной воде, окруженный плавающими в ней тушками насекомых-переростков. Все тело ныло, и еле-еле отвечало на сигналы мозга, вены вздулись и стали еще чернее, а на коже выступили крупные капли пота в перемешку с кровью из ран.





Да у меня жар! Походу, так организм боролся с токсином, обильно впрыснутым мне внутрь. Когда я уже перестану удивляться возможностям собственного тела?





Хоть мне и стало хреново, я справился. Они сдохли, а я нет. Стою здесь, победитель. На губах играла злая улыбка. Я как…





Стоп. Какой нахер гладиатор на арене? Леон, ты дебил?





Усилием воли прогоняю наваждение, из-за чего в голове резко проясняется и мир вокруг вновь обретает краски.





Осматриваюсь по сторонам: повсюду реальное месиво. Надо сваливать отсюда и продолжать искать путь в гребаное гнездо. Пока отравленная воображалка не выкинула еще одну фортель вроде сравнения с себя с последним самураем или еще какой хрени.





Пока шел, стало немного легче. Только укусы сильно чесались, что говорило о том, что они заживают. Самые мелкие даже успели полностью пропасть, но ценой тому стали опять чутка усохшие мышцы и дикий, просто жгучий голод. Такими темпами я скоро зомби жрать начну, если не найду, где можно прилично перекусить. Пару сочных индеек целиком очень бы не помешали. Или десять. Чтобы наверняка.





В процессе размышлений, все еще пребывая под впечатлением от тяжелой схватки, я не особо следил за окружением, и весьма удивился, когда перед моим лицом возник шлюз. Не простой шлюз, явно новый и высокотехнологичный, если судить по его внешнему виду: ровная поверхность, композитные материалы и практически идеальные стыки между раздвижными частями. А еще сканер для ключ-карты сбоку.





Итак, допустим, я нашел вход в гнездо, пусть и довольно неожиданным образом.





Только есть один вопрос. А как внутрь-то зайти?





Глава 31


Естественно, никакой внешней панели для разблокировки шлюза не было. Да даже если бы и была, то я все равно не знаю, что с ней делать. Я же не герой шпионского боевика, чтобы играючи вскрывать электронные замки и проникать в закрытые зоны как к себе домой. Поэтому откупоривание этой крышки может превратиться в весьма серьезную проблему.





— Ну, посмотрим… — подхожу поближе, прислоняю к стене рядом винтовку, которая, к слову, с честью пережила столкновение с тараканами, из повреждений получив только несколько царапин и испачкавшись в их ошметках, и начинаю осматривать поверхность гермодвери и стену вокруг нее.





По итогу спустя минуту поисков подсказок не обнаружилось. Никаких скрытых панелей, технических портов или чего-то подобного. В общем, ничего, что могло бы облегчить нежелательным гостям проникновение внутрь. Разве что надпись «B7F» по центру, скорее всего, указывала, что это вход на седьмой уровень лаборатории, естественно седьмой сверху, так как объект подземный и нумеровка этажей на нем идет наоборот. Но это явно не поможет мне зайти внутрь.





Итак, как же мне все-таки туда пролезть? Сказать «Сим-Сим, откройся!» и ждать у моря погоды не прокатит, надеяться на чудо тоже, тогда что же делать? Попробовать выбить? Не получится, слишком толстый металл, а я хоть и крепкий, но все еще хрупче стали.





Хм-м-м…





— А что, если… — встаю на колени и достаю нож, приставив лезвие к стыку между переборкой и полом, почти параллельно последнему, насколько хватает толщины рукояти. Если удастся хотя бы чуть-чуть ее поддеть, то дальше можно будет попробовать поднять вверх.





Щель была узкой, но кончик острия туда помещался, однако недостаточно глубоко, чтобы не соскользнуть, если я захочу использовать нож как рычаг.





Надо загнать глубже.





Раскрытой ладонью бью по навершию, затем еще раз, и лезвие неожиданно легко протискивается под дверь примерно на треть. Наверняка это из-за того, что у конструкции имеется небольшой люфт. Всего несколько миллиметров, но мне хватило.





Оглядываюсь по сторонам и замечаю кусок бетонного блока неподалеку, сантиметров в тридцать высотой и где-то вдвое больше в длину. Пригодится как подпорка, мне ведь не нужно поднимать дверь полностью, а только чтобы хватило места мне. Тащу его к себе и оставляю на расстоянии вытянутой руки, чтобы не надо было тянуться. Вот теперь все готово ко взлому по Леонокеннедевски. Взявшись обеими руками за рукоять, аккуратно тяну вверх так, чтобы случайно не сломать ножичек, иначе не только инструмент потеряю, но и придется искать другой путь, потратив на это неизвестное количество времени, которого у меня совсем не бесконечное количество…





Поддается!





Лезвие ножа согнулось и вот-вот лопнет посередине от перенапряга, но эта чертова дверь приподнялась где-то на два сантиметра. Не теряя времени просовываю туда пальцы свободной руки и, приготовившись удерживать ими немалый вес, отпускаю нож и хватаюсь второй рукой.





— Так… погнали…! — цежу сквозь зубы, пока занимаю удобную позицию, прижавшись верхней частью торса к перегородке и широко расставив ноги, чтобы удобнее было их разгибать, помогая себе мышцами спины. — И… раз!





В полицейской академии я занимался в тренажерном зале во время курса физической подготовки и делал там становую тягу. Я не был суперкачком и поднимал средний для тренированного человека вес в сто пятьдесят килограммов, что ощущалось мной довольно тяжко, но вполне терпимо. Так вот, тут навскидку будет под двести из-за веса самой двери и сопротивления механизмов, что с натугой скрипели где-то внутри стены. По факту, конечно же, гораздо больше, но, спасибо моему новому телу, я меня получалось это поднять. С большим трудом, скрипя зубами, воротина ползла ввысь. Мои мышцы были так напряжены, что вены опять вздулись, а кровь ударила в голову, из-за чего у меня ненадолго потемнело в глазах. Ебучее истощение… мне бы недельку отдохнуть, откушаться, восстановить массу, разобраться в новом себе, а не заниматься вот этим вот дерьмом, но кто бы мне дал! Может, если выживу тут, мне это и удастся, ну а пока… есть!





— Гр-р-р-р-р-р!!! — Преодолеть последние несколько сантиметров показались мне сравнимым с повторением подвигов Геракла. Механизм сопротивлялся настолько сильно, пальцы рук уже не выдерживали, из-за чего дверь в какой-то момент выскользнула из захвата, едва их не сломав, но вовремя подставленный кусок бетона не дал ей опуститься полностью, приняв весь вес на себя. В процессе он треснул, брызнув осколками во все стороны, но выдержал и выполнил возложенную на него задачу.





Я же, пока есть время, подобрал с пола нож и автомат, ползком залез внутрь и, только сделав это, облегченно выдохнул, привалившись спиной к стене освещенного тусклым светом неоновых ламп помещения. Чувствовал себя как говно. Как будто двое суток без сна и еды таскал на себе мешки с цементом, а потом еще и пошел набухался самого дерьмового крепкого алкоголя, который только можно найти. Накатила жуткая слабость и тошнота, а перед глазами все плыло. Выглядел — краше только в гроб кладут. Черные от яда насекомых вены, бледная-бледная кожа, как у утопленника, плюс худоба, которая никуда не спешила пропадать с самого моего пробуждения после взрыва того бензовоза. Сложить все это вместе — и меня влегкую можно спутать с очередным зомби, которых полно в этом богом забытом городе.





Похоже, отравление сказалось на мне гораздо сильнее, чем я предположил изначально, плюс я еще и перенапрягся, откупоривая сраную дверь. И непонятно теперь, когда я хоть немного отойду и отойду ли вообще. Факт выживания в эпицентре взрыва, конечно, внушает некоторый оптимизм, но… время не ждет. Я могу просто не успеть сделать то, что хотел, и умереть тут кучей разных способов, пока буду дееспособен. Нужно двигаться, дальше…





Мысли с каждой секундой размышлений становились все более вялыми и текучими, постепенно затягивая меня в пучину беспамятства.





…найти девочек… они уже должны быть…





Сил держать глаза открытыми больше не хватало, и мои веки сомкнулись.





…где-то здесь…





Несколько секунд спустя темнота, накрывшая мое зрение, поглотила следом и разум.





***





И снова я был здесь, в клетке собственного разума, отделенный от внешнего мира. И снова, как и тогда, в машине, я видел образы, отзвуки чужой, далекой жизни, ставшей моей собственной после слияния с воспоминаниями копа-новичка по имени Леон Кеннеди.





Образы сменяются яркими вспышками, словно осколки битого стекла, на которые кто-то посветил фонарем.





Вот я сирота, брошенный на произвол судьбы после смерти родных в мафиозной разборке. Одинокий и подавленный, озлобленный на весь мир. Все те годы мир как будто был обесцвечен, перекрашен в серые тона, как в нуарном фильме. И настрой у меня тогда был соответствующий — депрессия и чувство безнадежности, из которого не было видно выхода, пока однажды полицейский не спас десятилетнего мальчишку от педофила, показав пример того, кем можно стать будущем.





Другая картинка тоже демонстрирует детство. Но уже другое, полноценное и здоровое, с любящими родителями и кучей друзей, окрашенное в светлые тона, как будто круглый год стоит легкая летняя погода и даже ночью кожу греют ласковые лучи солнца… только вот лиц почему-то не видно, да и имен расслышать не получается, как ни старайся. Будто… будто они окутаны пеленой, не дающей ни увидеть, ни услышать то, что за ней скрыто…





Школа. И там и там все примерно одинаково. Драки, проказы, первая любовь… местами эта часть жизни, конечно, разнится, культура отличается, язык, даже молодежный сленг, но в целом это пора, наполненная приключениями и каким-то безбашенным драйвом. И снова в одной части все личное будто отрубили, оставив только эмоции и невнятные образы, которые невозможно узнать.





Университет. Зубрежка, сессии, попойки с однокурсниками, компьютерные игры, много игр, но все это не в ущерб знаниям, ведь знания — путевка в жизнь. Которая сгорела в огне большой беды, настигнувшей всех и разом. Но, что это за беда, почему она случилось и чем все закончилось, непонятно: опять кто-то филигранно срезал часть воспоминаний, оставив только неясные обрывки…





…а параллельно с этим учеба в академии, усердные тренировки, чтобы стать таким человеком, каким мечтаю быть, и наконец-то исполнить мечту — помогать людям.





Мозаика разбиралась, перемешивалась и собиралась снова, перекраивая двоих в одного, убирала что-то, заменяя это другим, дополняла и улучшала… а потом рушила все и начинала заново, добиваясь какой-то ведомой непонятно кому или чему нужной цели…





И вот я снова целый. Леон Скотт Кеннеди. Или нет. Или не совсем. Я — это я, такой, какой теперь есть.





И я опять оказываюсь на пустынных улицах Раккун-Сити, города, когда-то бурлящего жизнью, но теперь охваченного ужасами вспышки Т-вируса. Запах разложения наполняет воздух, и жуткую тишину нарушают только далекие стоны зараженных.





В своих снах я вновь переживаю наполненные адреналином моменты, когда блуждаю по темным переулкам и полуразрушенным зданиям, неустанно преследуемый полчищами хищных зомби. Бремя выживания тяжело ложится на мои плечи, и каждое решение, которое я принимаю, является вопросом жизни или смерти.





Совсем недавние события проносятся перед глазами стремительно, как на перемотке, тем не менее четко откладываясь в памяти. Каждая деталь, шаг за шагом, пока я снова не оказываюсь на седьмом уровне ГНЕЗДА, обессиленный и отравленный.





И все возвращается на круги своя. Видения следуют друг за другом со вспышками света. Я уже сбился со счета, сколько их было, неспособный остановить это или вообще сделать хоть что-либо.





Пока в один момент особенно яркая вспышка не затопила сознание целиком, а вместе с ней пришла боль.





— А?! — Которая и привела меня в чувства. Правда вот, дергаться не следовало. Тело очень неприятно отозвалось на резкое движение. А еще… я что, связан? Выяснить это помешала дезориентация, головокружение и нестерпимая резь в глазах от яркого луча фонарика в чьих-то руках. В нос ударил запах медикаментов, как в больнице.





Медикаменты… оковы… меня что, поймали?





— Спокойно, — сквозь шум в ушах донесся до меня чуть хрипловатый женский голос. — Вы в безопасности.





Фонарик отключился и, проморгавшись, я смог разглядеть говорившую. Ей была женщина средних лет в лабораторном халате, со светлыми волосами, стянутыми в хвост.





— Где я? — Кажется, я понимаю. Но лучше удостовериться. — И кто вы?





— Аннет Биркин, — представилась она. — Ваша подруга и моя дочь очень просили помочь вам, и я не смогла им отказать.





На ее губах на миг мелькнуло что-то вроде скупой улыбки. Ну а я… а я устало откинулся обратно на кушетку, на которой и был закреплен ремнями.





Глава 32


— Как я здесь оказался? И как давно? — спросил я, после того как немного пришел в себя и в голове более-менее прояснилось. Хотелось бы знать, сколько я пробыл вот так, а то вдруг до ядерного взрыва осталось пять минут. Он, помнится, был на рассвете…





Заодно и изучил помещение, в котором нахожусь. Больничной палатой оно, конечно же, не являлось, так как никто не будет ставить туда широкий стол с несколькими мониторами, но в остальном похоже: такой же запах, цветовая гамма, а также медицинское оборудование, датчики от которого присоединены к моему телу, как и несколько игл из сразу трех капельниц. Я до этого момента даже не знал, что так можно, думал, больше одной не ставят.





Похоже, взялись за меня действительно всерьез.





— Два часа назад, — последовал ответ от ученой, которая пересела со стула возле моей койки за рабочий стол и стучала пальцами по клавиатуре, уставив глаза в монитор, на котором отображалась некая конструкция, напоминающая своим видом цепочку ДНК.





А, ну нормально. Время еще есть.





— И это довольно забавная история, — продолжила она между делом. — Охранная система засекла проникновение на седьмом уровне. Я бы не обратила на это внимание: сами понимаете, что сейчас вокруг происходит. Всякой… — пощелкала пальцами в воздухе, — живности по комплексу бродит достаточно. Однако любопытство Шерри не знает границ. И вот вы здесь, — закончила женщина объяснение, и при упоминании дочери в ее голос стало заметно больше тепла. Видно, что свое чадо она очень любит, просто души в нем не чает. Но тогда, извините меня, какого хуя ты умудрилась проебать ребенка, зная, что за пиздец вокруг происходит? Я еще молчу про то, какой подарочек ты ей всунула в медальончике на красивой цепочке.





Да уж, правду говорят: умом женщин не понять. А тут у нас два в одном — не только женщина, но еще и ученый, а это вообще ядерная смесь.





Возвращаясь немного назад и обобщая ее слова, если бы не малышка, то наша доблестная мать года забила бы болт, оставив меня валяться там же, где и был. Действительно, мало ли какая тварь залезла внутрь, на всех смотреть что ли? Думаю, на вид от зомби я не сильно отличался, так что меня бы и не сочли за нормального человека, если бы не Шерри, которая, конечно же, сразу узнала меня. Приятно, черт возьми. Кстати говоря, а где она сама?





Ответ пришел сразу же, как только появился вопрос. Нужно было только повернуть голову в другую сторону, чтобы увидеть девочку спящей на соседней кушетке, укрытую пледом. Слава богу, никаких травм у нее не было, значит, сюда они дошли целыми, если вспомнить, что Аннет упоминала еще и «мою подругу», когда я очнулся. К слову о ней…





— А где Клэр? — спрашиваю Аннет, после того как не обнаружил присутствие девушки рядом.





— Вернется с минуты на минуту, — ответила она, не отрываясь от своего занятия.





— Ясно, — откидываю голову на подушку и жду.





На разговоры нас обоих не тянуло, поэтому ожидание проходило в тишине. Заодно у меня появилось время обдумать текущую ситуацию, и выходило так, что она весьма щекотливая: Аннет Биркин гарантированно знает, что я необычный человек, — специалист ее уровня просто не может не заметить странность в том, что какой-то парень пережил множественные ядовитые укусы насекомых-мутантов, и не сделать из этого определенные выводы. Даже дурак бы что-то заподозрил, что уж говорить про нее. А даже если каким-то образом она вдруг заболела избирательной тупостью и пропустила этот момент, то все стало бы понятно после взятия крови на анализ. Вспоминая все, что я знаю об этой мадам, я начинаю справедливо беспокоиться о безопасности своей задницы. Напомню, что ее муж работал на высоком посту в Амбрелле, что уже как бы намекает. Потом он не поведя бровью убил своего наставника на пару с Вескером, а не так давно собирался продать правительству страны, развязавшей самое большое количество войн в истории, новое оружие, как бы не пострашнее ядерного, опять же без зазрений совести и кинув прошлых работодателей в довесок.

Вот такой вот интересный послужной список у Уильяма Биркина. Здорово, правда? Что-то мне подсказывает, что из всей его семьи в курсе событий не была только Шерри в силу возраста. Жена наверняка помогала и поддерживала мужа во всех начинаниях, что возвращает нас к тому, что сейчас она сидит рядом со мной, знает обо мне и вполне может продать меня кому-нибудь. Вместе с G-вирусом в придачу, ага. Не просто так же она сидит тут и чего-то ждет, вместо того чтобы свалить?





Единственное, что меня останавливает от того, чтобы просто встать и свернуть ей шею, — это Шерри. Ну и то, что встать не могу. Но это не точно. Никогда не считал себя жестоким человеком, но сейчас руки прям чешутся.





Но вот наконец время ожидания вышло, как и моя борьба с искушением радикально себя обезопасить, ведь входная дверь распахнулась и на пороге появилась Клэр собственной персоной. Вид у нее был весьма усталый, что неудивительно, но в целом девушка выглядела посвежевшей. Наверняка приняла душ, о чем говорят слегка влажные волосы и чистая кожа. Да и одежда сменилась на темно-синий комбинезон со значками Амбреллы на правом плече и левой части груди, тоже чистый. Скорее всего, новенький из местных запасов.





Из интересного в руках у нее был вакуумный пакет литров на пять с какой-то жидкостью внутри. С чем именно, я прочитать не смог, потому что мог видеть только оборотную сторону с инструкцией, составом и прочими мелочами. Моего пробуждения Редфилд не заметила, так как ее глаза были направлены на Аннет.





— Я принесла еще один пакет с питательной смесью… — обратилась она к сидящей на стуле женщине и в этот же момент боковым зрением таки заметила, что я в сознании и смотрю на нее, приподняв голову с подушки.





Пакет был тут же брошен на стол, а сама девушка уже через секунду оказалась возле меня, вцепившись в мою руку так, будто от этого зависит ее жизнь.





— Не шумите… — долетел ей в спину возглас громким шепотом от Аннет, но я бы не сказал, что он нужен.





— Ты напугал нас до чертиков… — прошептала она, водя большим пальцем по тыльной стороне моей ладони. — Когда мы нашли тебя, ты так плохо выглядел… я уже подумала…





— Не дождетесь, — позволяю себе ухмылку, внутренне испытывая огромную радость из-за того, как сильно и искренне Клэр переживала за меня.





— Дурак, — стукнули меня по лбу кулаком. — Лучше скажи мне, как себя чувствуешь? Нигде не болит? Может, ты голоден?





— Я… — Немного помедлил с ответом, ведь с удивлением обнаружил, что, в общем-то, все не так уж плохо. Даже лучше, чем несколько минут назад, когда я только проснулся. Уж не знаю, сам ли я такой или же это доктор Биркин расстаралась для дочки, наверное все вместе. Главное то, что такая скорость восстановления меня очень радовала. — Лучше, чем думал, хотя все равно так, будто меня бульдозер переехал. А что касается остального, то слушай…





Дальше я вкратце пересказал Клэр свои приключения, упомянул и крокодила, и хреновину с глазом, и насекомых. Клэр в ответ качала головой, еще пару раз обозвала меня дебилом, добавив, что надо быть осторожней. Я на это только улыбался, наблюдая за тем, как меняются эмоции на ее лице. А еще наслаждался теплом рук, которые девушка и не думала убирать с моих. Когда наступил момент, в котором поведать мне было больше нечего, проснулась Шерри, после чего я был буквально завален обнимашками и залит слезами под веселым взглядом Клэр и осторожно-заинтересованным Аннет.





Потом, когда страсти улеглись, настала моя очередь спрашивать. Путь девушек, как выяснилось, тоже был непрост. По пути им встретилось несколько зомби, которых в мое отсутствие было уже не так просто завалить, но далеко не это было самым страшным. Хреново было то, что им встретился Доктор Биркин, тот, который Уильям. И преследовал он их весьма настойчиво, я бы даже сказал — целенаправленно. Есть у меня догадки, почему именно: из игры я помню, что полноценными носителями G-вируса могут быть не только лишь все, а лишь некоторый процент людей. И кто лучше подойдет, чем родственник одного из тех, кто подошел? Думайте сами.





Так или иначе, изрядно побегав, девушкам удалось удрать, не без помощи Аннет, заметившей их по камерам и помогавшей на расстоянии. Ну а дальше вы и сами знаете: сигнал о пересечении периметра и нахождение меня.





Итого мы имеем здоровенного неубиваемого мутанта где-то в относительной близости. Соседство, скажем прямо, нежелательное, подталкивающее к единственному, как мне кажется, верному решению: добраться до поезда и отправить на нем девочек отсюда куда подальше. Но это, как и все остальное, было дело совсем недалекого будущего, а пока меня ожидал ряд весьма интересных новостей обо мне родимом…





Глава 33


Сперва я отправился в душ отмываться от налипшей на меня за все это время грязи. На мои опасения насчет того, что вода может быть заражена, Аннет ответила тем, что система водоснабжения для персонала комплекса отдельная от городского водохранилища и никак не пересекается ни с ним, ни с канализацией. Так что я впервые за долгое время полностью смог привести себя в порядок, и если бы не уже привычное недомогание после укуса, то можно было бы даже сказать, что чувствовал себя отдохнувшим. Ну а так, просто чистым, что, в принципе, тоже весьма неплохо.





Переодевшись в такой же костюм из полиэтиленового пакета, который теперь носила Клэр, я вышел из душа и зашел в лабораторию, где меня уже ждали три женщины перед еще одним компьютером с экраном еще большего размера, чем предыдущий. Матерь года сидела в кресле с колесиками, а Клэр и Шерри расположились в паре метров от нее на стульях. Видимо, чтобы не мешать.





— Мисс Редфилд сообщила мне о том, что с тобой случилось. Пока ты был в беспамятстве, я взяла на себя смелость проверить твою кровь, — сказала Аннет, жестом пригласив меня подойти поближе.





Как я и думал, она решила меня исследовать. Правда, не ожидал, что и девчонки приложат к этому руку. От моего укоризненного взгляда Клэр поежилась, но все равно упрямо ответила на мой взгляд своим, пусть в нем и были извиняющиеся нотки. Впрочем, на ее месте я бы поступил так же, поэтому просто молча пожал плечами, дескать, все нормально, и последовал приглашению ученой. Моя подруга не знала всего того, что знаю я, и сделала единственно правильное, на ее взгляд, действие — обратилась к компетентному специалисту, когда ее друг, то есть я, был при смерти и подвержен воздействию страшного биологического патогена. Не могу ее за это винить.





Впрочем, это не отменяет возможных больших проблем. Хотя все это пока что вилами по воде писано и может быть просто приступом паранойи — будем смотреть.





А доктор Биркин тем временем продолжила:





— Начну издалека. В шестьдесят шестом году основателями Амбреллы в западной Африке, в болотистой местности недалеко от города Киджуджу, был обнаружен подземный город неизвестной древней цивилизации. Его населяли Ндипайя, местное племя аборигенов, которые ревностно охраняли некий священный цветок, в переводе с их языка носящий название «Лесница к солнцу», или «зоннентреппе‎», как его позже назвали исследователи, — дополняя рассказ, женщина переключала изображения на мониторе, демонстрируя все перечисленное, отдельно задержавшись на этом самом цветочке. Ботаником не был, поэтому не мог определить, к какому именно семейству растений он относится, но выглядел он как восемь широких сросшихся лепестков неправильной формы на толстом стебле. По цвету они менялись от оранжево-красного до желтого, образуя эдакую неполноценную радугу. — Как понятно из названия, этот цветок носил священное значение в культуре племени. Они заметили, что цветы, которые росли в пещерах, были ядовитыми, в отличие от тех, что росли в других местах, и — неизвестно когда, кто и при каких обстоятельствах сделал это первым — начали их есть. Большинство умирало в муках, но были и исключения: редкие выжившие обретали сверхчеловеческие способности и могли претендовать на титул бога-короля, — на этом моменте блондинка ненадолго оторвалась от экрана и повернулась к нам. — Естественно, никакой магией здесь и не пахнет, всему виной РНК-патоген, содержащийся в этих цветах. Его назвали «Прародитель», ведь именно он послужил основой для создания Т-вируса. Его отличительной чертой было то, что он воздействовал не выборочно, а на абсолютно любые живые организмы, рекомбинируя их ДНК. По сути, ломал имеющуюся структуру и собирал ее заново. Зачастую такие конструкты оказывались нежизнеспособными, но особи с уникальным набором генов обретали долголетие, невероятное физическое здоровье и кратное повышение интеллекта. Ничего не напоминает?





— Это опасно?





— Хотите сказать, что я выиграл в генетической рулетке?





Вопросы мы вместе с Клэр задали одновременно, заставив ученую поморщиться и протереть уставшие от недосыпа глаза.





— Нет, не опасно. И даже не заразно, патоген полностью встраивается в гены носителя при успешном слиянии. Весь без остатка, так что заражать просто нечем, — ответила женщина сначала Клэр, а потом, чуть повернув голову, и мне: — И да, все говорит о том, что так и есть. Но вот что странно: по словам мисс Редфилд, тебя укусила зараженная Т-вирусом девушка. — Вышеобозначенная кивнула, подтверждая свои слова. — Хоть этот штамм и создан на базе прародителя, все же он им не является. У него есть ряд четких признаков, неизменных от случая к случаю. Кроме твоего. Взгляни, на центральной схеме изображена цепочка ДНК обычного человека, зараженного Т-вирусом. На левом — вождя племени Ндипайя, убитого при захвате их святилища, а на правом — твоя. Обрати внимание на то, как похожи последние две и насколько сильно они отличаются от первой. — Последними на экране появились три схемы в виде характерной спирали, на которых ярко-красными цветами были видны измененные участки. — Твой организм идеально подходит для Прародителя, настолько, что, даже будучи измененным, тот не был отвергнут, не убил, а идеально подстроился под тебя.





И все действительно выглядело так, как говорила ученая. Я практически ничего не понимал, но по аналогии, как на тех картинках, где надо найти десять отличий, собственно, их и нашел.





Примерно что-то такое я себе и представлял, если быть честным. Конечно, мне не были известны все эти подробности про Прародителя и волшебные цветики-семицветики в далеких джунглях, но общее направление мысли уловил чисто по косвенным признакам. Я ведь и правда стал крепче, быстрее и сильнее. Насчет ума, правда, не уверен, точнее насчет умения поглощать знания, но вот скорость реакции принятия решений точно увеличились, так что и тут, скорее всего, есть попадание.





И тут же я поймал себя на мысли, что мне хочется знать и понимать больше. Не дело это как-то — ничего о себе не знать, да и в целом, с учетом того, чем я в будущем буду заниматься, пара докторских степеней по вирусологии мне определенно не помешает. Займусь этим в обязательном порядке, если выживу.





— Ясно. И что конкретно посоветуете как специалист?





— На данный момент? Процесс ассимиляции вируса все еще идет, — на секунду задумавшись, ответила женщина. — Все, что тебе сейчас нужно — это побольше строительного материала. Побольше сытной белковой пищи, так же подойдет зеленая Арклейская трава, желательно в виде раствора.





— Это ее вы мне поставили в капельницу?





— Да. Для быстрого восстановления это лучшее средство.





Я слышал об этой штуковине. Но, признаться, сомневался в ее реальности. И вообще перестал о ней думать, когда не увидел ее кусты на каждом углу, как это было в игре. Оказывается, я ошибался. Могу понять логику: травка растет только в Арклейских горах, если я правильно помню, и раздавать ее всем подряд никто не будет. По крайней мере, пока ее не научатся выращивать массово.





Шерри, что до этого все время молча слушала взрослых, вдруг подошла ко мне и дернула за рукав, с поистине детской непосредственностью во взгляде выдала неоспоримый тезис:





— Теперь ты точно как Капитан Америка из комиксов. Только не замораживайся во льдах…





— Ты читаешь комиксы? — Тут я, признаться, несколько удивился. Все же комиксы в наше время — занятия не совсем для девочек, и от Шерри я такого не ожидал. Впрочем, что я вообще о ней знаю? Практически ничего.





— А почему нет? — пожала она плечами в ответ. — Надо же чем-то заниматься, когда мама и папа работают.





На словах об отце мордашка Шерри заметно погрустнела, да и в глазах Аннет мелькнуло что-то такое, печальное, впрочем, что у одной, что у второй, ненадолго. Похоже, что у них это семейное — проще переживать стресс. Правда, от поглаживания по голове младшую из четы Биркин это не уберегло. А еще радует, что ни она, ни Клэр не проявили ко мне неприязни после столь интересных известий, только беспокойство и облегчение, когда узнали, что никакой опасности для меня нет. Хотя, наверное, было бы странно увидеть от них негатив после всего, что мы успели пережить вместе.





Да и в целом, умозаключение Шерри разрядило обстановку, немного подняв всем настроение.





— Спасибо за помощь, — отрываю взгляд от девочки и перевожу его на Аннет, что следила за нашим взаимодействием с нечитаемым выражением лица.





— Не стоит. Я не могла отказать Шерри, — почти один в один повторила та жест дочери, слегка улыбнувшись, — к тому же…





— К тому же? — А вот сейчас мне ее тон не понравился. Подозреваю, что речь пойдет о том, чтобы я согласился на… добровольные и «совершенно безопасные» исследования, которые будут проходит под ее четким контролем.





Продолжить этот во многих смыслах неприятный разговор не дало одно событие: из динамиков на стенах прозвучал приглушенный писк, тут же заставивший ученую оторваться от подбора слов в попытке убедить меня согласиться на… что бы там она ни хотела мне предложить, и крутануться в кресле, обратившись лицом к монитору. Пальцы блондинки быстро нажали несколько клавиш на клавиатуре, и перед нашими глазами предстала любопытная картина: некая дама азиатской наружности как к себе домой зашла сквозь парадный вход в УЛЕЙ. По виду девушки можно было сказать, что прогулка не была легкой: плащ она где-то потеряла, оставшись в красном коротком платье со следами грязи, чулки на ногах были местами разорваны, а прическа растрепана. Работника пера и ручки с ней, к слову, тоже не было. Уж не знаю, куда именно он делся, надеюсь только, что не помер где-то в подворотне. А то обидно будет — зря спасал, получается.





— Вот же… — злобно фыркнула Аннет, впившись убийственным взглядом в фигурку на экране. — Даже пропуск нужного уровня достала.





— Это же та агент ФБР, разве нет? — спросила Клэр, тоже узнав в неожиданной вторженке Аду Вонг.





— Агент? ФБР? — Аннет на это только усмехнулась. — Никакой она не агент, это наемница, шпионка. И она здесь за тем, что принадлежит мне.





Черт, ну ни минуты покоя. Я уже надеялся, что сейчас быстро уболтаю доктора бросить маяться дурью и по-быстрому выбраться отсюда, но проблемы решили свалиться как снежный ком на голову. Снова. Я, признаться, успел забыть про Аду и выкинуть ее из головы. Как теперь понятно, зря.





Э-э-эх… и когда уже все будет идти так, как я того хочу, а не через жопу?





Глава 34


Последняя фраза, а точнее то, как она была произнесена, мне совсем не понравилось. У дамочки явно какие-то проблемы с башкой, и, судя по тому, как вмиг посмурнела Шерри и говоряще так, с намеком глянула на меня Клэр, рассказали мне об их встрече с Аннет явно не все, опустив некоторые, скажем так, не очень приглядные детали ввиду присутствия в тот момент рядом самой ученой. Готов поспорить, она была не очень то рада видеть мою подругу даже при условии того, что вместе с той была ее дочь, да и мне решила помочь совсем не по доброте душевной.





Впрочем, все это можно будет выяснить и позже, а пока нужно как-то разобраться с текущей проблемой.





А «проблема» чувствовала себя в гнезде, как дома, преспокойно двигаясь по коридорам гнезда, как будто делает это каждые выходные. Она успела без проблем разблокировать парочку дверей при помощи тонкого браслета на запястье, пока не пропала из поля зрения камер, далеко не все из которых уцелели на данный момент.





— Нельзя дать ей заполучить образец. — Ученая, тем временем, не обращая на нас внимания, встала с кресла и пошла в сторону двери.





Ее поведение резко изменилось, просто в одно мгновение. Если до этого она казалась немного холодной, но все же спокойной и адекватной женщиной, то сейчас превратилась в дерганное подобие самой себя. У меня начинает складываться впечатление, что вся выдуманная мной теория заговора на ее счет — хрень, и на самом деле Аннет просто сорвалась и получила психологическую травму.





Ну не могут здоровые люди вот так вот переключаться, как по выключателю, не могут!





— Кстати об этом. — Бросаю ей вслед. — А почему он все еще существует?





Женщина резко остановилась, как в невидимую стену врезавшись, и медленно развернулась, так же медленно попятившись назад.





— Почему ты спрашиваешь об этом? — Охрипшим голосом спросила она, незаметно, как она думала, потянувшись рукой под белый халат.





Рядом со мной незримой тенью встала Клэр, заслонив собой Шерри, с тревогой наблюдавшую за разворачивающейся сценой. Жест доктора биркин был настолько «неуловимым», что они обе поняли, что может натворить эта глупая женщина.





Нет, это реально беды с башкой. Она всерьез начинает меня в чем-то подозревать, так еще и готова начать пальбу при собственном ребенке.





Хорошо, что меня учили, как действовать в таких ситуациях.





— Аннет. — Поднимаю руки в успокаивающем жесте. — Вы не хотите стрелять, когда тут Шерри.





Взгляд ученой тут же метнулся к девушке, смотрящей на мать испуганными глазами





— Что вам нужно? — Все ещ нервно, но частично взяв себя в руки, произнесла Аннет, снова повернувшись ко мне.





За спиной послышались два синхронных еле слышных выдоха облегчения.





— Просто узнать, почему вы не избавились от очень опасного биологического оружия.





— Я должна была собственными руками уничтожить результат многолетнего труда моего мужа? — Спросила она, повысив голос на пару тонов.





— А вы не видели, что с ним стало? — Возразил я. — Вы действительно хотите, чтобы ЭТО продолжило существовать?





— Нет, но…





— Тогда почему? Вы ведь умная женщина и прекрасно знаете, кто и зачем может его применить. — Не даю ей оформить мысль до конца и продолжаю словесное наступление. Не уверен, что взывать к совести лучшее решение, но другого варианта у меня нет. — На вашем месте я давно бы сжег все образцы, которые есть, взял дочь под мышку и бежал бы подальше. Но вы почему-то здесь. Чего вы ждете, Аннет?





Было видно, что светловолосая женщина плевать хотела на мои вопросы и вбила себе в голову что-то негативное, по типу «сгорел сарай, гори и хата», собравшись сделать что-то не очень хорошее по отношению к лазающей по комплексу шпионке. На последнюю мне было, в общем-то, насрать, но вот память подсказывала, что их конфронтация закончится смертью Аннет, а позволить Шерри потерять еще и мать я совсем не хотел. Даже при условии того, что она не вызывает у меня ни капли симпатии.





И тут девочка опять продемонстрировала, что уже в таком малом возрасте имеет яйца из более прочной стали, чем многие взрослые мужики. Решительно шагнув вперед, она подошла к Аннет и взяла ту за руку, потянув на себя.





— Мамочка… — Умоляющим тоном проговорила девочка. — все хорошо, успокойся. Пойдем.





Аннет от такого действия своего ребенка натурально впала в прострацию на несколько секунд, не зная, что делать, но, видимо, где-то на задворках сознания, в глубине души, у нее все-таки остался материнский инстинкт, так как она все-таки поддалась на уговоры дочери и, ведомая той за руку, вернулась к креслу и с усталым вздохом опустила в него свою пятую точку.





— Когда солдаты Амбреллы пришли за моим мужем и смертельно ранили его, он вколол себе дозу G-вируса, которую всегда носил при себе. После этого он стал… таким, какой он сейчас. — Удерживая ладошку Шерри, стоящей подле, начала рассказывать ученая. — Все, что я могла сделать на тот момент, это запереться в этой лаборатории, ведь вокруг начался ад. У меня не было никакой возможности выйти наружу и не умереть первые два дня, пока внутри не стало спокойнее, как и связаться с внешним миром. О том, что снаружи происходит тоже самое, я узнала уже постфактум, когда смогла восстановить связь и дозвониться до Шерри.





— И что было потом? — Последовал вопрос от Клэр.





— Я поняла, что одной попыткой они не ограничатся и стала действовать, насколько мне позволяло мое положение.





— Вы попытались собрать оставшиеся образцы. — Догадался я.





— Да.





— И сколько их еще есть?





— Один был у Уильяма, другой находится в лаборатории, на пятом уровне, но путь туда очень опасен, идти придется через зону обитания Растения-43. Я просто не решилась, зная, что это верная смерть. — Блондинка потянулась к ящику в столе, открыла его и достала ту самую брошь, которая раньше висела на шее у Шерри. — Последний был надежно спрятан дома, в этом медальоне.





Хм, я даже не обратил внимание, что у девочки больше нет украшения.





Мы с Клэр переглянулись. Не надо ходить к гадалке, чтобы понять, что девушка думает, о родителях, дающих своим детям поносить кнопку от запуска ядерных ракет.





— Так вот почему ты попросила меня забрать его? — Шерри, однако, отнеслась к этому моменту гораздо спокойнее, да еще и для нас пояснить не забыла. — Я была в школе, когда все началось. Наш дом находится рядом с ней. мама позвонила мне и сказала бежать туда и забрать медальон.





Конечно, дерьмовый выбор, отправить ребенка за такой хреновиной, но был ли у нее выбор? Либо так, либо Амбрелла обшарит весь дом под шумок, перевернет там все вверх дном и таки найдет искомое.





С другой стороны, делать дочь мишенью — тоже такое себе.





Мать года, что тут сказать, даже поколения, пожалуй.





— Как их уничтожить? — Клэр, судя по выражению лица, придерживалась того же мнения, что и я, но вопрос все равно задала правильный.





— Работая здесь, я занималась проектом «Дьявол», разработкой вакцины против G-вируса и успела его завершить, так что это не сложно. Имеющегося запаса достаточно.





— Проблема только в том, чтобы добраться до последнего. — Подытожила девушка.





— Верно. — Кивнула Аннет.





— Расскажите мне больше об этом «Растении-43» — Я же решил узнать о том, с каким новым дерьмом предстоит иметь дело. Все равно, как самому неубиваемому, идти за последней дозой G-вируса придется мне. Да и не позволил бы я никому из этих троих делать это самостоятельно.





— Это специально выращенные и зараженные Т-вирусом хищные растения. Ядовитые, подвижные и довольно умные.





— Как их можно убить?





— Это сложно. У них невероятно высокая стойкость к физическим повреждениям и сильная регенерация. Лучше вообще избегать встречи. По возможности.





Ответ оптимизма, конечно, не внушал. Впрочем, не впервой, управлюсь как-нибудь.





— М-да… ладно, давайте сюда свою вакцину — Почесав голову, и вздохнув, сказал я. — И вы, случаем, не забрали мое оружие?





Пора бы делом заняться, часики-то тикают. Пока ты спишь, враг кача… то есть, пока мы тут лясы точим, Адочка, мать ее, Вонг, уже на всех парах мчится к заветной колбочке с суперотравой. Надо не отстать от нее, а то и вовсе опередить, чтобы ее работодатель мсье Вискас обломался и пошел лесом.





Глава 35


Реакция на последнее заявление была неоднозначной. Никто, за исключением, разве что, Аннет, явно не одобрял мое стремление снова подвергнуть себя опасности, но при этом прекрасно понимали, что деваться нам всем просто некуда, необходимость утилизировать остатки G-вируса дошла до всех, даже до маленькой Шерри. Девочка вообще взрослела на прямо глазах. Оказавшись в таком дерьме, она просто не могла этого не сделать.





Клэр же вообще очень боялась, что я не переживу очередное наше расставание. Вслух об этом не говорилось, но одного ее взгляда было достаточно, чтобы понять ход мыслей девушки.





Поэтому и провожали меня, как в последний путь, едва ли не обмазав в ненавязчивой заботе и напуствиях не лезть на рожон, повторяемых чуть ли не через каждое слово. Не могу их за это винить, ведь и правда выходит так, что я сначала был покусан и взорвался, а потом снова покусан и отравлен. Оба раза вырубился на неопределенное время с риском умереть.





Боги… как подумаешь об этом, так сразу в дрожь бросает. Просто, мать его, незабываемый опыт, впечатлений уйма. Всем советую, и взрослым, и детям.





Оружие мое, кстати, таки забрали. И нож, и пистолет с автоматом, честно спизженные у Вектора были в рабочем состоянии, так что идти мне предстояло не с голой задницей. В итоге, потратив несколько минут на то, чтобы выслушать короткий инструктаж от Аннет, как добраться c уровня B4F, где мы сейчас находились до B5F, лаборатории по изучению G-вируса, я был готов выдвигаться.





В самый последний момент, перед тем, как я уже должен был выйти через разблокированные двери в коридор на поиски приключений, меня остановила Доктор Биркин.





— Вот, возьми еще вот это. — Сказала она, протянув мне рукоятью вверх пистолет. На вид, вполне обычная беретта. Не скажу, что расстроен тому, что у меня будет слегка больше оружия.





Я уже хотел было взять подарок из рук ученой, как она вдруг вытащила магазин и показала мне его целиком. И вот это уже было интересно: на подавателе лежал не обычный патрон, а содержащий в себе жидкое содержимое бледно-голубого цвета.





— Где-то там… все еще ходит мой муж, вернее… то, что от него осталось. — В ответ на мой вопросительный взгляд, дескать, «что это за штуку ты мне тут показываешь»? , пояснила женщина. — Я сделала эти патроны, применив часть вакцины. По задумке они должны его убить, но сейчас я не уверена, мутация могла зайти слишком далеко.





При упоминании мужа на ее лице вновь появились эмоции: глубокая печаль и тоска. Не представляю, каково ей было видеть, как он мутирует под воздействием собственного же изобретения, теряя разум и превращаясь в монстра. Я, конечно, знаю, что эта тетенька и сама далеко не без греха, но… надо быть бесчувственной падалью, чтобы не оценить жест и не посочувствовать чужой потере.





— Спасибо. — Искренне поблагодарил я и принял пистолет из рук ученой, защелкнув магазин и убрав за пояс. Такую ценную вещь нужно поберечь, а то, зная мою удачу, наткнуться на Биркина по пути будет для меня проще простого.





— И пропуск. Высшего уровня, откроет тебе любые двери. — Следом мне отдали такой же браслетик со светящейся полоской, которым пользовалась Ада Вонг на камерах. Только этот, скорее всего, был покруче.





Кивнув, взял и этот подгон, сразу же нацепив его себе на руку, чтобы было удобнее.





Аннет молча кивнула в ответ и отошла назад, а ее место заняла Шерри. Обняв меня за пояс, девчушка уткнулась головой мне в грудь и подняла глаза наверх, встретившись со мной взглядом.





— Возвращайся скорее. — Попросила она чуть дрогнувшим голоском.





— Обязательно. — Улыбнулся я и погладил ее по голове.





— Уверен, что мне не нужно идти с тобой? — Клэр наградила меня беспокойным взглядом, нервно сжимая рукава мотоциклетного костюма. Этот вопрос она задает уже не в первый раз и сейчас, всегда получая один и тот же ответ.





— Нет. Лучше позаботься обо всем здесь и будь готова эвакуироваться, как я там закончу.





Да, я таки уговорил Аннет сесть на поезд и покинуть город. Зная, о чем спрашивать, было нетрудно задать нужные вопросы и внести правильные предложения, так что, как только с G-вирусом будет покончено, можно будет сказать Раккун-Сити «прощай».





— Хорошо… — Не очень-то убежденно пробормотала девушка, а затем вдруг совершила неожиданное действие — подскочила ко мне и порывисто обняла, клюнув губами в щеку.





— Как и всегда. — Улыбнулся, покачав головой, а затем разорвал объятия, развернулся и вышел за дверь, что с тихим шипением заблокировалась у меня за спиной. — Во дела…





Ра так, то я точно выживу. Не буду врать, Клэр мне нравится и было бы интересно посмотреть, что у нас двоих могло бы выйти… если не помешают обстоятельства, конечно. Ведь я все еще вкусный приз, о котором знает уже слишком много народу.





***

Мои шаги эхом разносились по когда-то стерильным коридорам, освещенным тусклым, местами мерцающим от недостатка энергии светом ламп. Стены, когда-то нетронутые, теперь были покрыты следами развернувшегося здесь несколько дней назад побоища: кровь, следы от когтей на стенах, трупы сотрудников и солдат службы безопасности, стрелянные гильзы и, конечно же, запах разложения. Он витал ту повсюду густой пеленой, забивая ноздри и мешая различить что-либо еще. Не так, как в канализации, конечно, но тоже весьма неприятно. Хорошо, что я уже успел привыкнуть и почти избавиться от надоедливого чувства дискомфорта.





Путь на пятый уровень прошел тихо и я до сих пор никого не встретил, ни Аду Вонг, ни Биркина, ни других местных обитателей, вырвавшихся на свободу. С одной стороны, это радовало, а вот с другой, настораживало, ведь паранойя настойчиво стучала в голове, что все это не с проста. К тому же, я уже почти достиг наиболее опасного участка — обиталища цветочка-мутанта, выведенного заботливыми ручками исследователей Амбреллы, чтоб им их оторвать и засунуть в жо… а, ну да. Это уже не требуется, ведь большинство и так уже мертвы.





Идти оставалось всего ничего, буквально один пролет коридора, но кое-что заставило меня остановиться и замереть на месте.





Чувство опасности.





В первые секунды я не понял, с чем оно связано, но чуть позднее до меня дошло: вентиляция. Воздух, выдуваемый из нее все еще работающей системой очистки воздуха нес с собой запах. Знакомый запах, такой же, как в реакторной под полицейским участком и на парковке. Принадлежать он мог только главе семейства Биркин. Но это было еще не все… был и второй, не менее узнаваемый. Его обладатель чуть не угробил нас в том здании — чертов Тиран. Это не мог быть тот же самый, но вот другой — вполне. И я даже могу предположить, что он тут делает. Вероятнее всего, ищет выживших свидетелей, как это было в игре, ну или же убийств его собрата. Ни то, ни другое, хорошо не было, поэтому, сделав себе зарубку в уме держать ухо востро, я ускорил шаг.





В идеале, конечно, чтобы эти два урода схлестнулись между собой и взаимно уничтожились, но что-то мне нашептывает на ухо, что я многого хочу.





С такими мыслями я и подошел к двери, за которой лежала зона содержания Растений-43. Браслет-пропуск сработал на отлично и тихо пиликнувший электронный замок открылся, пропуская меня внутрь.





— Ну, Леон, задача — не пойти на удобрения. Вперед и с песней… — буркнул я себе под нос и решительно шагнул внутрь, сжимая в руках трофейную штурмовую винтовку.





Глава 36


Последнее событие заставило меня задуматься над одним моментом: мое усиленное обоняние работает как-то не так. То есть, в один момент я могу учуять кого-та за сотню метров, а в другой прозевать появление тирана прямо перед носом, как тогда в доме. И это напрягает, когда я сам не знаю, на что способен. Объяснения Аннет, конечно, помогли немного прояснить ситуацию, но только в общих чертах, а не в частностях.





Нужно как можно быстрее научиться разбираться во всем самостоятельно, это теперь просто жизненно необходимо, а то, не дай бог, вместо обоняния вдруг откажет зрение, или вообще случится мутация в хрень со щупальцами. В этом мире такая тема в порядке вещей, но мне, как порядочному человеку, бытие тентаклиевым монстром не очень-то импонирует. Они, конечно, сильнее девочек-волшебниц в среднем по больнице, но это слабое утешение, честно говоря.





Поэтому, как только представится возможность, займусь образованием.





Зона изучения Растения-43 начиналась с переговорного помещения, одна из стен которого была сделана из толстого стекла, через которое было видно, что эта часть комплекса представляла собой большую — оранжерею с длинными застекленными теплицами, в которых растут образцы растения-43. Вернее, так было раньше, теперь же это место походило на джунгли из тех самых фильмов про лесных чудовищ, которые охотятся за незадачливыми туристами. За несколько дней тут все разрослось настолько, что о былом, рукотворном происхождении напоминал только пол, все еще покрытый металлом. Все остальное же, от стен до потолка оплетено густым слоем растительности: лианы, толщиной с руку, широкие листья темно-зеленого оттенка, в общем, как в настоящем тропическом лесу, со скидкой на то, что конкретно эти заросли представляют опасность для жизни куда более серьезную.





В качестве демонстрации серьезности имеется вот этот чувак, прижатый к стеклу с противоположной стороны.





Оранжевый комбинезон химзащиты не уберег бедолагу от становления пищей для гигантского цветка. Наверное, когда все началось, он делал там какие-то замеры, возможно, брал образец, или что-то вроде того, а когда начался анал-карнавал, не успел убежать. Т теперь, вот, сам мог бы стать отличным образцом в какой-нибудь хоррор-выставке. Инсталляция: «не верьте японским мультикам про тентакли, он врут»! В руке у него, кстати, был зажат такой же, как у меня пропуск старшего научного сотрудника. Важный перец. Был.





Пожелав мужику удачи в загробной жизни, я открыл дверь в следующее помещение и сразу же почувствовал, будто реально оказался в тропическом лесу. Тут даже духан стоял соответствующий, видимо, отопительная система климат-контроля дали дуба и теперь тут воздух очень влажный и горячий. И запах травы вперемешку с химикатами, от которого мгновенно захотелось смачно чихнуть, куда уж без него. Ненавижу собственное стабильное обоняние.





Из плохих новостей, через которую лежал мой путь, была заблокирован зарослями, поэтому для начала было нужно их убрать. К счастью, я уже знал, как это сделать. Мы предполагали, что такое может быть, поэтому заранее озаботились способом избавиться от помехи. Правда, для этого придется сделать кружок, а еще подработать садовником. Все дело в том, что ученые, разрабатывая растение, озаботились и созданием специального гербицида, чтобы иметь возможность его уничтожить. Почему его никто не применил, вопрос открытый, но вещество уже готово и хранится на складе в готовых картриджах, мне же только остается распылить его из комнаты управления, лежащей следом за переговорной.





По пути мне встретились местные обитатели.





Твари имели гуманоидное строение, но при этом на сто процентов растительное происхождение, о чем говорили торчащие во все стороны из тела зеленые жгуты и оранжевые хреновины, похожие на плоды, растущие между ними, а также широкую зубастую пасть, раскрывающуюся вертикально. Чем-то это напоминало вампиров из второго Блейда, но весьма отдаленно и, на мой взгляд, более стремно на вид.





Попытка завалить одного, как и предрекала Аннет, оказалась провальной, урод просто отрегенивал все повреждения и снова пер на меня, как ни в чем ни бывало, поэтому я просто… свалил. И дальше старательно избегал встречи с его собратьями. Это было не так-то сложно, потому что скоростью и ловкостью они, подобно обычным зомби, не отличались.





В конце концов, я таки добрался до склада и нашел нужную штуковину с отравой, после чего, тем же путем вернулся назад, где вставил картридж в блок управления опрыскивателем. Запустить его было легче легкого: крутой пропуск Аннет помог и тут, подтвердив мои полномочия, и после нажатия большой красной кнопки, я, вернувшись в переговорную, мог наблюдать, как растение-мутант тает на глазах, растекаясь мутной жижей по полу оранжереи под воздействием гербицида. Не прошло и пяти минут, как почти вся растительность растворилась, наконец-то открыв мне дорогу к G-вирусу.





— Ну, это было как-то совсем просто. — Вслух выговорил я, действительно удивившись тому, что нигде по пути не произошел очередной троллинг. Я просто зашел и вышел, как в Рике и Морти, приключение на двадцать минут, только по-настоящему.





Выждав еще немного, пока клубы едких испарений, оставшихся после удаления сорняка, затянет в вентиляцию, я направился прямиком к переходу в лабораторию по изучению G-вируса, однако остановился на пол-пути, посмотрев через смотровое стекло на труп ученого, теперь свободно валявшегося на полу. Хоть у меня уже есть пропуск, второй может пригодиться. Придется немного вернуться назад, но это не должно занять много времени.





— Ну и вонища… — прошипел я, войдя в оранжерею. После распыления гербицида тут стоял просто наиотвратительнейший запах, резко ударивший по моему и так многострадальному носу. Нужно быстро забирать пропуск и валить отсюда нахрен.





Что я и сделал, в ускоренном темпе дойдя до трупа с нужной мне вещью и забрав ту из его холодной, затянутой в оранжевый прорезиненный материал, руки.





И уже было развернулся идти назад, как услышал приглушенные стеклянной перегородкой шаги за спиной.





— Да твою же мать… — выругался и развернулся, уже зная, что там увижу. — А вот и слоник.





Ожидания не подвели: прямо напротив меня стоял еще один Тиран, которого я почуял недавно. Точно такой же, как и его собрат, отправившийся полетать из окна. И смотрел он прямо на меня, занеся ручищу над головой и тут же опустив ее на стекло, обзаведшееся сетью крупных трещин после первого же удара.





Что я там говорил? Просто, да? Ну вот и договорился. Теперь эту сволочь придется валить, если не хочу, чтобы он таскался за мной по всему Гнезду.





Глава 37


Так, в честной зарубе раз на раз мне его не одолеть. Мы это уже проходили, и тогда даже с помощью напарника мне удалось победить, лишь скинув противника с большой высоты, огнестрельное оружие просто не пробьет его шкуру, хотя, можно стрелять по глазам и тогда какой-то эффект все же будет. Но не критичный, так что тратить патроны, как идиот, не стоит. Лучше всего будет заманить его куда-то, где само окружение поможет мне в бою.





И я даже знаю одно такое место.





Тиран, тем временем, нанес еще новый удар, еще больше увеличив количество трещин в стекле, что стало поводом для меня начать медленно пятиться назад и приготовить пистолет. Винтовку я решил не использовать, мне нужно лишь только, чтобы он удерживал все свое внимание на мне, а для этого хватит и мелкого калибра. Да и глаза повредить, если мне удастся попасть, сможет и пистолетная пуля.





Рука, затянутая в черную бронированную перчатку, в последний раз опустилась на стекло, разбив то в дребезги, после чего ее обладатель, расширив под себя проход, шагнул в оранжерею и устремил на меня взор своих мертвенно-серых глаз.





Жуткое зрелище, должен сказать. Наверное, создателями это тоже задумывалось, как психологический эффект для более эффективного устранения целей. Но для меня совсем не пугающее, ведь я уже представляю возможности и противника, и собственные. Шансы все еще не в мою пользу, но уже далеко не нулевые, как показывает практика.





Делаю два выстрела в голову для затравки, от которых тиран прикрывается рукой, и, развернувшись на пятках, втапливаю по газам, тут же услышав позади тяжелые шаги. Бегу по прямой, никуда не сворачивая, места тут достаточно для того, чтобы поганец хорошо меня видел и ни на что не отвлекался. Правда, вот, из-за длины ног он превосходит меня в скорости, что стало заметно почти сразу, так как поступь, сотрясающая пол, постепенно приближалось по мере набора тираном скорости. Поэтому, когда здоровяк был уже за моей спиной и готов был схватить меня за башку, чтобы раздавить ту, как арбуз, я резко вильнул в сторону, оставив того с носом.





Из-за набранной скорости ушлепок не смог последовать со мной сразу. Законы физики никто не упразднял и хрен-знает-сколько-соткилограммовую тушу на полном скаку без последствий не остановишь. Вот и его во время торможения протащило метров на десять вперед по инерции, а закончился этот балет слона в посудной лавке въезжанием в стро… в теплицу, сопровождаемым веселым звоном разбитого стекла и музыкальным скрежетом сминаемых металлических балок каркаса. Сие великолепное действие позволило мне спокойно сделать небольшую дугу и преспокойно вернуться назад в переговорную через услужливо проделанный моим недругом проход.





Зачем? Да просто потому, что я видел схему помещений гнезда и хорошо все запомнил: оттуда мне будет проще попасть на грузовую платформу с краном, предназначенную для того, чтобы поднимать материалы со склада на нижнем уровне. Я решил не изобретать велосипед и прибегнуть к той же тактике, что и другой Леон в игре. Да да, поиграть в боулинг при помощи закрепленного на кране контейнера с тираном в качестве снаряда. Зачем изворачиваться, если есть уже проверенный способ? Правда, там его применили против разжиревшего Биркина, но сути это в корне не меняет. Да и расположена нужная зона близко, всего уровнем ниже и туда можно спуститься по резервной лестнице в шахте лифта, как раз там, куда я недавно расчистил проход.





Остановившись перед нужной дверью, оборачиваюсь назад и делаю еще несколько выстрелов в тирана, что уже успел раздуплиться и пер в мою сторону. Попадания девятимиллиметровых пуль ожидаемо не нанесли урона, но мне так будет спокойнее. Так я точно уверен в том, что он пойдет за мной и ни за кем больше.





Игра в кошки-мышки продолжилась, теперь перейдя в трехмерное пространство. Мне пришлось проделать путь длиной в четыре лестничных пролета,несколько подсобных помещений и небольшой офис, пока за мной гналось здоровенное уродище, что сносит на пути любые препятствия, будь то перила, металлические двери или тонкие перегородки между кабинками ныне почивших работников офиса.





И вот она, платформа. Здесь все было так же, как в игре: несколько грузовых контейнеров, к одному их которых прикреплен крюк подъемного крана и пропасть по краям. А чуть в стороне желтый пульт управления, к которой я сразу же и направился, вдавив кнопку включения, отчего механизм подъемного устройства заработал, а затем легким движением руки выкрутил рычаг, регулирующий поворот крана до упора вправо и тот послушно начал вращение вокруг своей оси, таща за собой и закрепленный на нем с помощью толстых цепей контейнер.





Однако, тиран не будет стоять и послушно дожидаться, пока его собьет. Придется прибегать к средствам контроля противника, а именно супер современному оружию типа «дрын железный, обыкновенный, слегка ржавый», что лежит неподалеку, как будто кто-то специально оставил его тут персонально для меня. Длиной под полтора метра и толщиной в предплечье, она кажется достаточно увесистым, чтобы проняло даже тирана. Не долго думая, подкидываю его в воздух носком ботинка, ловлю свободной рукой и разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов, где в проход за мной уже вошел мой противник.





Итак, аргумент я подобрал, пора переходить непосредственно к дискуссии.





План был прост, как палка. Примерно такая же, что я держал в руках. Притормозить тирана, чтобы он не смог вовремя среагировать на угрозу в виде многотонной летающий на цепи стальной коробки и, собственно, победить.





Наблюдая, как ко мне приближается враг, я не мог отделаться от мандража. Адреналин, ну или что там теперь мне его заменяет, струился по венам, обостряя чувства до предела. Я был подобен сжатой стальной пружине, готовой в нужный момент выпустить всю запасенную в себе энергию в одном мощном рывке. И этот момент вскоре настал, когда тиран подошел ко мне и сделал широкий замах руками, чтобы схватить надоедливую мошку и раздавить в стальных объятиях. Движение его завершить не позволил сокрушительный удар в колено стальной трубой, мгновенно заставивший гиганта оступиться и провалиться вперед, упершись ручищей в пол, чтобы не растянуться на нем во всю длину. Я же в это время был уже слева от него и опустил трубу прямо на затылок, отчего его голова дернулась и, возможно мне показалось, но… даже был слышен хруст. Как и в колене до этого.





Эх… навевает воспоминания о том, как мы с моим неожиданным другом, которого я вряд ли еще когда-то встречу, вот так же дрались с тем же противником. Вот только тогда я был не один, да еще и, по ощущениям, заметно слабее, чем сейчас. Не помню, чтобы в тот раз мои удары имели настолько ошеломляющий эффект. Неужели терапия Аннет оказалась настолько эффективной? Когда-нибудь я устану удивляться, хотя, в этот раз сюрприз, не стану таить, приятный.





Однако, даже увеличенных сил было мало, чтобы с пары плюх вырубить сто третьего, так что в следующую секунду мне пришлось в срочном порядке уворачиваться от удара тыльной стороной ладони наотмашь, который, попади он в цель, точно лишил бы меня головы. Я даже почувствовал поток воздуха, созданный взмахом, все-таки силища, вложенная создателями в эту тварь просто колоссальная. Правда, вот, ловкости ввиду габаритов не завезли, чем я бессовестно пользовался, на каждую атаку противника отвечая двумя, а то и тремя своими, метя преимущественно в голову, либо же по конечностям, если не получалось дотянуться до башки.





Все это время я смещался к центру платформы, туда, где со следующим оборотом должен был пролететь контейнер. Для меня будет достаточно просто лечь, чтобы не попасть под удар, а вот мой визави так сделать уже не сможет.





Мне же остается только ждать, не попадаться и следить за тем, когда кран пронесет контейнер над местом нашей битвы. И долго мое ожидание не продлилось: вскоре механизм почти совершил полный оборот и я смог заметить приближающийся справа груз, который был всего метрах в десяти от платформы. Место, где он должен был столкнуться с моим противником было выбрано хорошо, но оставался последний штрих — не дать ему защититься. Для этого я сместился так, чтобы тиран оказался лицом ко мне и, соответственно, спиной к контейнеру и спустя уже несколько секунд пара десятков тонн металла на приличной скорости врезалось в урода сзади, заставив оступиться и тем самым только усугубить свое положение, ведь в такой неустойчивой позиции сопротивляться толкающей его прямиком в пропасть силе не смог даже он. Я же, как и планировалось, просто отскочил в сторону, места, чтобы это сделать, было предостаточно, а после стал свидетелем того, как уже осточертевший мне уродец, размахивая конечностями улетает с платформы, чтобы через две-три секунды с грохотом приземлиться внизу.





— Вот так-то, сука… — облегченно выдохнул я, смахнув пот со лба и пошел к пульту, чтобы остановить вращение крана и подвести его к краю платформы. Не хочется оставлять ситуацию на откуп судьбе, я планирую лично убедиться в том, что тварь сдохла.





Потратив пару минут на то, чтобы вывести кран на нужную позицию, я активировал спуск, разбежался и, ухватившись за разматывающуюся цепь, запрыгнул на крышу уходящего вниз контейнера. Нужно довершить дело и разобраться с игрушкой Амбреллы раз и навсегда.





Глава 38


Контейнер шумно приземлился посреди грузового уровня, после чего я спрыгнул рядом и, сняв с плеча автомат, пошел в сторону поверженного тирана. Я заметил его еще на подъезде, в куче металлических и деревянных обломков стеллажа, который он смял своим телом, когда упал. И он все еще был жив, рухнув, на вскидку, метров с пятнадцати-двадцати на бетонный пол.





Ничего не скажешь, Амбрелла хорошо постаралась, выращивая себе вундервафлю на все случаи жизни, живучую, мощную, и до скрежета в зубах целеустремленную тварь, что будет идти за тобой в самое пекло, через тернии, мать его, к звездам, только для того, чтобы раздавить твой череп, как спелый арбуз. К счастью, эта сволочь все же не была неуязвимой, что и демонстрировала сейчас всем своим видом, силясь подняться на сломанных ногах, скребя по полу вывернутой под неестественным углом правой рукой, в то время как левая вообще не двигалась, пробитая в плече толстой стальной пластиной, обломанной у верхнего края.





На мое счастье, управляющий чип в башке тирана не был задет и тот не начал мутировать в свою дикую форму, но даже так, стоило мне появиться в его поле зрения, особенно сильно дернулся в мою сторону, вытянув вперед сломанную конечность.





Как робот, до последнего пытающийся выполнить поставленную задачу. Таким он, в сути своей, и является, просто машина, созданная только лишь для убийства и ничего более. Не знаю, есть ли в его голове хоть какие-то остатки человеческого сознания, эмоций, осознает ли он вообще, чем стал. Скорее нет, чем да, но такое существование, так или иначе, вести нельзя.





И я помогу ему обрести покой.





Приблизившись вплотную, нажатием пальца досылаю патрон в патронник и направляю дуло винтовки прямиком в раскрытую в беззвучном крике пасть тирана. Короткая очередь, звук которой эхом отражается от стен помещения вокруг, возвращаясь в уши неприятным отзвуком и несколько пуль ложатся точно в цель, разрывая мягкие ткани глотки монстра и превращая содержимое его черепа в кашу.





Как я и думал, снаружи крепкий, внутри мягкий. Просто цундере какой-то, чтоб его черти в аду отжарили.





Получив свинцовое угощение на завтрак, тиран в последний раз мотнул головой, уронив ее на обломки стеллажа, да и затих. И только бурая кровь вытекала на пол из полученных ран.





А мне же тут делать больше нечего, а потому, удовлетворенно хмыкнув, я повесил автомат обратно на плечо и пошагал обратно к контейнеру. Придется немного поработать руками и подняться по цепи наверх самостоятельно. Можно было бы и поискать пульт управления подъемником тут, внизу, он, по идее, должен быть, но заниматься этим откровенно не хочется, я и так потратил на возню с мутантом-переростком непозволительно много времени. Прямо сейчас одна элегантная дама в красном платье (до сих пор не пойму, какого хрена она приперлась сюда в нем, настолько любит красный цвет, что ли?) уже почти наверняка близка к месту, где хранится последний образец G-вируса. У меня все еще есть шанс перехватить ее и я не собираюсь его упускать.





***

Возвращение на первоначальный маршрут прошло штатно. Никаких сюрпризов по пути больше не было и я быстро добрался до перехода в лабораторию, где должен находиться G-вирус. Запоздало пришла в голову пришла мысль, что Клэр и Шерри наверняка обзавелись парочкой седых волос на головушках, ведь у них была возможность увидеть мое столкновение с тираном по уцелевшим камерам. Ну… надеюсь, что они успокоились, увидев, что я справился и жаль, что я не могу с ними связаться напрямую, так как рации у Аннет в запасе, к сожалению, не нашлось.





Оттуда, где я находился, до нужного место было недалеко и уже через несколько минут я вошел на территорию лаборатории Р-12А, именно здесь доктор Уильям Биркин работал над своим детищем и здесь же не так давно был застрелен, после чего превратился в сверхопасную хренотень, устроившую форменную резню.





И с первой минуты нахождения тут я начал чувствовать опасность. Это было не только из-за запаха мутировавшей формы ученого, что буквально пропитал местные стены, но и из-за того, что предчувствие настойчиво говорило мне развернуться и топать отсюда куда подальше. За последний день я успел научиться безоговорочно доверять своей новенькой чуйке и в другой ситуации непременно последовал бы зову природы, но здесь и сейчас совершенно другой случай. Слишком многое стоит на кону, да и я сам довольно крепкий парень, многое смогу пережить, так что вместо того, чтобы пойти на поводу и инстинктов, лишь начал внимательнее следить за окружением и продолжил движение вперед.





Первый звоночек прозвучал, когда гермодверь в центральную часть лаборатории, туда, где задержится образец, оказалась открытой. Это могло говорить только о том, что одна шпионка уже прошла здесь и вот-вот доберется до цели раньше меня, о чем сообщил и знакомый запах, который я запомнил еще с нашей встречи на парковке. Гоняться за ней мне бы не хотелось, а потому, я прибавил шагу, тем не менее, не начав ломиться сломя голову, чтобы не попасть в неприятности из-за спешки.





И я не прогадал, ну… почти. Потому что уже на подходе к следующему повороту услышал за углом грохот, сдавленный мат, а потом и звук выстрелов из пистолета, заглушенный спустя мгновение оглушительным ревом не смертельно раненого, но крайне разозленного чудовища.





Ну заебись… кажется, у уже говорил о своем «везении, да»? Сколько раз? Впрочем, это мало что меняет…





Тряхнув головой от досады, выглядываю из-за угла и обнаруживаю перед собой доктора Биркина собственной персоной. Это был точно он, хоть и узнать в нем человека можно было только по общей гуманоидной форме тела и по обрывкам штанов. А так, он уже точно перешел в новую фазу мутации, утратив человеческие черты лица и лишившись белого халата, превратившись в заплывшее нечто с болотно-серой, пестревшей прорехами плотью вместо нормальной кожей и головой, похожей на оплавленную головку протухшего сыра.





О… а человеческая голова осталась, правда, съехала на бок и теперь безвольно свисает с левого плеча, ну а на правом красуется оранжевый глазик, что, кстати, с дикой яростью прожигал взглядом хрупкую женскую фигурку в испачканном и местами порванном красном платье, что со всех ног улепетывала от монстра, держа курс прямехонько ко мне на встречу. Когда наши взгляды встретились, на лице девушки промелькнула удивительная смесь из испуга, когда она увидела, что кто-то встал у нее на пути, облегчения, когда поняла, что это человек, и легкой досады, когда пришла к выводу, что в качестве избавителя от напасти он вообще не котируется. Гораздо больше чувств бедной шпионке меня заинтересовала одна деталь: синяя колбочка с интересным содержимым в ее руке.





Ну что ж…





Сдергиваю с плеча автомат и вскидываю, прицелившись в гигантский глаз.





Побегаем…





Палец жмет на спусковой крючок и остатки магазина улетают в цель.





И пока монстр, схватившись за раненное плечо, из которого на пол брызнула непонятного цвета, но очень дружно пахнущая жидкость, я поприветствовал незадачливую шпионку:





— Не помешал?





PS На Бусти стартанул второй том. Ссылка в профиле и в описании.





Глава 39


Ада, по понятным причинам, не была расположена к общению. Наградив меня только коротким взглядом, девушка пробежала мимо и шустро скрылась за поворотом.





Ну а мне же… а мне мне стоит последовать ее примеру, иначе рискую попасть под горячую клешню глубокоуважаемого доктора Биркина.





Говорят, что бег — это полезно для здоровья, помогает держать организм в тонусе. С этим фактом тяжело поспорить, если ты не идиот, а в Раккун-сити я уже набегался столько, что меня теперь можно считать самым бодрым парнем страны, так что догнать убегающую шпионку не составило труда и уже вместе с ней выбежали через открытую гермодверь, которую девушка тут же закрыла, воспользовавшись добытым где-то браслетом-пропуском и наглухо заблокировала.





— Это его задержит. — Сквозь одышку произнесла она, уставшим взглядом пройдясь по металлической поверхности двери и стоя в полусогнутом положении, упершись руками в бедра.





— Ага. — Согласился я. — Правда ненадолго.





— Что ты вообще тут забыл? — Внимание девушки переключилось на меня. — Разве я не советовала тебе бежать из города?





— Именно этим я и занимался. И так уж вышло, что сделать это можно лишь отсюда. — Не моргнув глазом, соврал я. Ну… почти соврал, ведь свалить я и правда собираюсь, но только сделав парочку действий, объект главного, из которых, к слову, в целости и сохранности покоился в нежных женских ручках и в процессе разговора перекочевал в явно некомплектную к платью набедренную сумочку утилитарного вида. Наверное, приобретенную в процессе «расследования», которое якобы ведет эта шпионка. К слову, об этом… — а куда делся Бен?





— Наши пути разошлись. — Пожали в ответ плечами.





Весьма обтекаемый ответ. Он может означать как простое расставание по обстоятельствам либо желанию одной из сторон, так и смерть исчерпавшего свою полезность репортера. В человеколюбии собеседницы у меня есть очень даже веские причины для сомнения, так что второй вариант наиболее вероятен. Не то, чтобы мне было сильно жалко переобувшегося в воздухе бесхребетника с мутным прошлым, но прецедент все равно неприятный и, скорее всего, стоивший человеческой жизни.





Еще одной в копилку к десяткам тысяч уже потерянных.





Впрочем, все это лишь мои догадки и произойти могло все, что угодно, так что заранее никого ни в чем обвинять я не буду. Особенно вслух.





— Понимаю. — Хмыкаю я — А теперь давай уберемся отсюда, пока наш друг, — киваю на дверь. — не вломился сюда.





— Согласна.

Оперативно, мы покинули помещение и сделали это как раз вовремя, так меньше через минуту в дверь позади с грохотом врезалось что-то тяжелое. Гадать, что это, не приходилось, как и не было сомнений в том, чем может закончится встреча, так что, не сговариваясь, мы оба прибавили шагу. Двигались моим маршрутом, только в обратную сторону, молча, и все это время я наблюдал за спутницей, а та, в свою очередь, за мной.





Жизнь явно потрепала Аду с момента нашей последней встречи. Тогда она была чистенькой, бодрой и свежей, а сейчас выглядела уставшей и потрепанной. Плащ и очки куда-то пропали, а красное платье вымазано в грязи и обзавелось парочкой назапланированных отверстий, сквозь которых виднеются свежие царапины, не слишком глубокие, чтобы угрожать жизни, но все равно доставляющие массу неприятных ощущений. Но несмотря на все это, она держалась твердо, не забывая на ходу оценивать обстановку вокруг и особенно внимательно следить за мной, при этом делая это едва заметно. Я бы даже не понял, если бы сам не спускал с нее глаз.





Понять же, что крутится в голове у этой женщины — задачка не самая простая. Даже в игре об Аде Вонг было ровным счетом ноль информации, ни прошлое толком не было раскрыто, ни происхождение, ничего. Мотивы тоже покрыты тайной, создатели специально окружили ее ореолом этакой загадочности и недосказанности. Пожалуй только один момент более-менее хорошо известен: ей не чуждо чувство благодарности, о чем говорит то, как она несколько раз выручала игрового Леона из смертельной опасности. Хотя, тот для нее делал то же самое, а, кроме того, бы несколько раз обманут и использован в качестве тарана, прущего напролом там, где шпионка в это время тихонечко проскальзывала, собирая плоды его трудов.





В общем, уговорами заставить ее отдать G-вирус и идти своей дорогой вряд ли получится и, скорее всего, придется забирать образец силой. Не думаю, что это будет так уж сложно, но возникает вопрос: что делать с ней потом? Убить? Это можно сделать вообще без проблем и Аннет мне за такое даже руку пожмет, вот только идея убивать лично мне ничего плохого не сделавшую девушку не очень нравится, и думаю, что Клэр и Шерри со мной согласятся. С другой же стороны, отпусти мы ее, и тогда Вескер точно узнает, что бренную землю топчу весь такой распрекрасный я. Узнает и заинтересуется.





Можно, конечно, попытаться доказать, что я не верблюд, притворившись обычным человеком, но что-то мне подсказывает бесперспективность данного решения. Значит, в итоге все равно с «девушкой в красном» придется что-то решать, но как именно — решительно не ясно.





Мда… дилемма.





***

Пока двое уносили свои ноги подальше от противника, петляя по извилистым коридорам разрушенного подземного комплекса, и один думал о том, как ему поступить, вторая тоже предавалась размышлениям.





Ада Вонг не была глупой женщиной, к двадцати четырем годам добившись немалых высот в своей профессии, идиоты, занимаясь такой деятельностью, долго не живут.





И как любой уважающий себя шпион, она хорошо умела собирать и анализировать информацию. И девушке как-то слабо верилось в совпадения, такие как случайно встреченный на задании полицейский новичок окажется в одной кампании с младшей сестрой бывшего оперативника S.T.A.R.S и дочерью семьи Биркин. Последняя хотя бы может быть объяснением тому, как этот парень оказался на глубоко засекреченном объекте Амбреллы, но даже без этого такие люди, да в одном месте — уже повод задуматься. Особенно после того, как этот же полицейский вдруг становится объектом интереса работодателя Ады. Во время последнего сеанса связи он очень настойчиво требовал раздобыть образец крови этого молодого человека, а лучше и вовсе доставить его целиком, даже не объяснив причину, только обозначив, что объект может представлять высокую опасность. При этом голос начальника явственно сквозил нетерпением, очень ему не свойственным, а предложенная награда была вдвое выше, чем за выполнение изначального задания.





Все это оставило девушку с горой вопросов, таких, как: зачем этот Леон Кеннеди пригодился Вескеру, да так, что тот готов рвать и метать, чтобы получить его себе, а также где его искать в большом городе, полном опасных монстров.





Однако, вот он, бежит рядом с Адой, не демонстрируя ни одышки, ни вообще каких-либо признаков усталости, как будто и не бегал вовсе, а просто прогуливался. Этот факт сразу же связался с предупреждением об исходящей от него опасности. При этом он явно подозрительно настроен к девушке, уж она-то, с высоты своего опыта, может определить это по косвенным признакам. Он оценивал ее, как будто бы прикидывая, что с ней делать, если судить по задумчивому выражению, периодически мелькавшему на лице. К тому же, не может не настораживать его скрытый интерес, направленный на добытый с большим трудом образец G-вируса.





Не может же он знать, в конце концов, зачем она пришла сюда? Ведь так? Это было бы уже слишком фантастическое развитие событий.





Эти, и еще несколько других факторов заставляют паранойю опытной шпионки вопить благим матом о том, что тут есть какая-то подстава и эта миссия из просто крайне сложной может превратиться в последнюю.





Но вместе с тем, это еще и вызов ее профессиональным навыкам и неразгаданная загадка в лице бегущего рядом светловолосого парня.





А Ада Вонг любит загадки, вот только как именно подойти к решению этой, пока непонятно.





— «Дилемма» — Пронеслось в голове у брюнетки, пока она и ее спутник, он же ее новая цель, продолжали двигаться вперед по коридору.





Глава 40


Спустя некоторое время стало понятно, что никто за нами таки не гонится и можно выдохнуть и остановиться, что мы и сделали, когда опять оказались в переговорной. Видимо, в противостоянии мутировавшего мужика и толстой стальной двери вышло победителем именно дверь. Сей факт, как таковой, не мог не радовать, хотя особо расслабляться все равно не стоило, практика показала, что подобного рода встречи тут могут случиться в самый неожиданный момент.





Так что, как говорил один инвалид с волшебным глазом, постоянная бдительность!





— Неплохо бегаешь. — Произнесла Ада с явным намеком на то, что я не демонстрирую признаков усталости, присев на краешек стола, что стоял вплотную к стене и облокотившись на эту стену боком.





Девушка выглядела сильно измотанной, но при этом ее глаза цепко изучали меня, заглядывая, будто бы в самую душу. Ненавязчиво так, почти незаметно, да и слова были подобраны правильно и произнесены с легким восхищением, будто бы она правда впечатлена. Если бы заранее не был настороже и не знал, кто она такая, то ничего бы не заподозрил, как не заподозрил Леон из игры. Хорошо, что я уже не он.





— Ты тоже. — Отвечаю ей, указав взглядом на обутые в туфли ноги. — Особенно для той, кто носит каблуки.





— Дело привычки. — Девушка пожала плечами.





— Настолько крепкой, что и в зону боевых действий идти не страшно? Или все агенты ФБР теперь одеваются, как на бродвей?





— Ношу то, что мне привычно. — Как-то даже обиженно прозвучало в ответ. — В отличие от тебя. Где твоя форма, офицер?





— В стирке, запылилась.





Из уст наемницы послышался смешок, следом хмыкнул и я, а спустя пару секунд мы оба негромко смеялись над результатом небольшой пикировки.





Шли минуты. Мы расположились так, чтобы видеть выходы из помещения и неспешно вели беседу, прощупывая друг друга и перекидываясь колкостями, а заодно сбрасывая накопившийся стресс. При этом, как мне показалось, у нас обоих сложилось понимание того, что это всего-лишь своеобразное затишье перед бурей и скоро в этой комнате что-то произойдет. Это было понятно по тому, как держится собеседница, вроде бы и непринужденно, но в то же время готовая в любой момент выхватить из кобуры на бедре маленький пистолет, а после и пустить его в дело, как будто только ожидая удобного момента.





Не скажу, что это неправильная реакция при встрече с незнакомым человеком, оказавшимся непонятно как в месте, где ему быть не должно, но кроме этого тут было что-то еще. Паранойя профессионального шпиона, опыт, позволяющий с легкостью читать мои намерения, или…

Прямой указ от начальника начальника насчет меня.





Если подумать, то раз про мое, скажем так, уникальное состояние узнала Амбрелла, то же самое легко мог сделать и он.





— Так не поделишься историе о том, как ты здесь оказался? Все-таки это место не совсем публичное и просто так сюда не попасть, если не знать, как. — Задала вдруг вопрос Ада. Похоже, время шуток закончилось и пора перейти к более серьезным вещам.





— Ты же не поверишь, если я скажу, что случайно? — Ответил я вопросом на вопрос.





— Только не в этом случае. — Девушка покачала головой, сложив руки на груди крест на крест.





— Я нашел записную книжку в полицейском участке с подробным маршрутом вплоть досюда.





Несмотря тот момент, что я уже примерно знал, куда надо двигаться, точного маршрута я все равно не знал и существование этого блокнота весьма помогло. Уж не знаю, где тот офицер нашел такую информацию, она оказалось как нельзя кстати.





И если так подумать, настоящее объяснение звучит, как прикол. Пробраться на засекреченный объект по картинкам. Да уж.





— Серьезно? — Ада была того же мнения. На ее лице жирными линиями было написано выражение недоверия и замешательства.





— Можешь не верить, но это так. — Мне оставалось просто пожать плечами, дескать, воспринимай это как хочешь.





— Дай угадаю, у тебя нет этой книжки с собой, чтобы показать.





— Нет, но это легко исправить, она тут, недалеко.





— Допустим.Но разве не глупо доверять свою жизнь записям в блокноте, Особенно с девушкой и ребенком на руках? Кстати, а где они? — Шпионка оторвала пяятую точку от стола, встав на ноги и неспешно прошлась туда-сюда, повернувшись в конце фразы ко мне лицом.





— Выбор был невелик. Либо так, либо блуждать в неизвестности. — Ответил я на первый вопрос. — А девочки в относительной безопасности и книжка сейчас у них. — А затем и на второй.





— И каков твой план дальше?





Сказать ей, что не один, я не боялся. Нетрудно ведь догадаться, что вся моя группа будет находиться где-то неподалеку, если не утверждать обратного. Правда, зная обоюдную реакцию друг на друга Ады и Аннет наперед, о последней я решил пока не говорить.





— Сваливать. Тут недалеко есть подземный поезд, сядем на него и прокатимся с ветерком. Кстати говоря, не хочешь с нами? — Поэтому решил частично выложить карты на стол, опустив пару промежуточных действий перед этим, вроде изъятия у собеседницы одной примечательной колбочки. — Ты ведь уже закончила свое расследование?





— С чего ты так решил? — моментально насторожилась она.





— Мы с тобой встретились в сердце секретного объекта Амбреллы. Что бы ты ни искала, это находится здесь, и сдается мне, — поделился я в ответ рассуждениями. — ты это нашла.





— Продолжай.





— Каким бы ни был твой способ эвакуации, его всегда можно сменить на более актуальный, а что может быть проще, чем комфортная поездка?





Ада повременила с ответом, задумавшись на несколько секунд. Я не торопил ее, терпеливо ожидая, пока она не решит, согласиться ли.





Тут, пожалуй, стоит остановиться ненадолго и заключить, что теперь я понимаю, что такого другой я в ней нашел. Девушка, даже будучи одета в потрепанную одежду, была очень красива. У простого пацана, такого, как я, просто не было шансов не влюбиться, а если наложить это на добрый характер и легенду о храброй вершительнице закона, болеющей о судьбах простых людей, которую она мне скормила, попадание стопроцентное.





— Хм… ты прав, но не до конца. — Наконец заговорила Ада. — Я еще тут не закончила, одно дело до сих пор осталось.





— Что за дело? — Я догадывался, какое именно, но все равно решил спросить.





— Как ты уже заметил, Раккун-Сити полон монстров, все это дело рук корпорации Амбрелла, что втайне ото всех создало биологическое оружие — вирус, способный делать из живых существ чудовищ.





Заходишь издалека, да?





— Да, твой друг успел поведать мне об этом. — Кивнул я, жестом предлагая девушке продолжить





— Я ищу ту, кто создает этих чудовищ. Эту женщину зовут Аннет Биркин, и у меня есть информация, что она выжила и до сих пор находится где-то здесь.





Как она все, вывернула, однако. И не скажешь ведь, что сильно солгала. В ее представлении я просто не могу знать все подробности. Правда, я думал, что сама ученая ей не нужна, а только вирус. Как видно, ошибся.





— Ты хочешь, чтобы я помог найти ее?





Ну а зачем еще я ей нужен, если так подумать? Хотя, вариант с Вескером отметать все равно не стоит.





— Да, помоги мне схватить ее и эвакуировать для суда. Поезд, на который ты меня приглашаешь, хорошо для этого подойдет.





А вот тут уже я встал перед выбором, как мне поступить дальше. Можно скрутить ее прямо сейчас, а можно поступить несколько иначе, сыграв в ее игру, а чуть позже, например…





Что конкретно например, я додумать не успел, так как слух уловил звуки шагов со стороны одного из входов.





— Так, давай обсудим это дело позже. — Поворачиваю голову в ту сторону и снимаю с плеча автомат, сняв тот с предохранителя.





— Что такое? — Проследив за моим взглядом и ничего там не найдя, спросила Ада.





— У нас скоро будут гости.





PS На Бусти стартанул второй том. Ссылка в профиле и в описании.





Глава 41


— Как ты узнал? — Шпионка, хоть и не услышала ничего сама, все равно достала пистолет и приготовилась к возможному бою.

— Считай, интуиция. — Девушка хмыкнула. Какое показательное недоверие.

Удовлетворить любопытство девушки можно будет и позже, сейчас же я пытался определить, кого именно к нам принесло ветром. По звуку, шел всего один человек, причем шустро, явно спешил. И это беспокоило, ведь в той стороне лаборатория Аннет и, по уговору, до моего возвращения никто не должен был ее покинуть, если не случится что-то серьезное. Так что всего два варианта — либо всё плохо и мы в ещё большем дерьме, чем хотелось бы, либо кто-то решил посвоевольничать.

Спустя несколько десятков секунд напряженной тишины, настал момент истины и к нам вышла запыхавшаяся и чем-то напуганная Шерри. Только увидев, она тут же устремилась ко мне, вытянув руки и даже не обратив никакого внимания на Аду, что была рядом с пистолетом наперевес, и влетела в меня, как маленький снаряд, шмыгая носом уткнувшись в живот.

— Что случилось? — Поймав малышку в объятия, сразу же спросил я. Девочка слегка дрожала, а из глаз, не смотря на все старания малышки, так и норовили сорваться слёзы.

Так, Аннет и Клэр ни за что не выпустили бы Шерри из безопасного места просто так, а значит… а значит это то, что не нужно быть Шерлоком, чтобы понять, что у нас проблемы.

— Они схватили Клэр и Маму! — девочка всё же не выдержала и две дорожки слёз заблестели на её щечках.

Ох… хреновы наши дела.

— Кто? — Я аккуратно вытер глазки малышки. Да уж, успокаивать детишек — не самая сильная моя сторона.

— Люди из Амбреллы! — Ответила девочка, подняв голову. — Те, от которых мы убегали в канализации.

Вот же… твою мать. Какие живучие пидорасы. Я думал, что кокаиновый крокодильчик отобьет у них все желание нас преследовать, но, видимо недооценил и целеустремленность, и живучесть этих выродков. А может у них было что-то, что позволило им сбежать, никогда не знаешь, что у этих шизиков может заваляться в рукаве.

Но… черт, теперь мы оказались в крайне паршивой ситуации. Им ничего не стоит убить двух женщин в любую секунду, да у них даже задание такое должно быть — зачистка свидетелей, так что Аннет и Клэр уже могут быть мертвы. А, если даже живы, врываться с двух ног, наносить добро и причинять справедливость тоже не вариант, я просто не успею вырубить всех до того, как кто-то из наших пострадает. Может, сделать в ответ заложником себя, вроде я нужен живым.

— Убежать от группы спецназа? — Усмехнулась рядом Ада, убрав пистолет, когда поняла, что вот прям сейчас смертоубийств не будет, и взглянув на малышку. — А ты крепкая девчонка, да? И как тебе это удалось?

Шерри с подозрением посмотрела в ответ, не спеша говорить, но спустя пару секунд не устояла под честным и сочувствующим взглядом шпионки. Мимикой та, конечно, владеет хорошо и умеет к себе располагать…

— Я ждала Леона возле двери, когда они пришли. Никто ничего не успел сделать, Клэр сразу схватили, а мама успела выкинуть меня наружу до того, как меня заметили. — Взгляд Шерри вновь вернулся ко мне. — Я слышала… слышала, что они спрашивали про тебя.

Последнее заставило меня нахмуриться еще сильнее. И даже не потому, что охотятся за мной, это я и так знал, а потому что об этом теперь знает и Ада. Хотя, сейчас этот момент отходит на второй план. Да уж, проблем, которые копятся под табличкой «до востребования» всё больше, а ведь однажды придётся заглянуть в эту шкатулку пандоры.

— Тебя? И зачем же ты им пригодился? — И вот она, тут как тут, задает мне неприятный вопрос. Хитрая казашка моментально зацепилась за интересную ей деталь и смотрела на меня, ожидая ответ. А вот хрен тебе, золотая рыбка, так просто мы не сдадимся.

Ну, Шерри, удружила… хотя винить девочку в том, что та проговорилась нельзя, никто ей на это специально не указывал, а в нынешнем состоянии сама держать язык за зубами она просто не додумалась.

Ладно, будем решать проблемы постепенно…опять. Прямо сейчас мне не хочется усугублять ситуацию, от слова совсем. Не до нее сейчас, я готов отпустить ее на все четыре стороны даже вместе с вирусом в кармане, лишь бы не мешала. Всё-таки выбирая между вирусом и своими я выберу второе. Во-первых, они гражданские, а во-вторых, конкретно мне самому просто-напросто не хочется, чтобы они тут погибли.

— Да кто ж знает? — Да, отмазка так себе, но, в любом случае, открывать ей правду я не собираюсь.

Такой ответ азиатке не очень понравился, но она предпочла не развивать тему дальше.

— Действительно, кто зн…

— Ты спасешь их?

Или просто не успела, так как ее прервала Шерри.

Глядя в эти полные детской надежды глаза, мне хотелось сказать, что да, однозначно спасу, но обманывать малышку не хотелось. Да она и сама неглупая, прекрасно понимает, что не все в жизни так просто, так что такой обнадеживающий ответ ее скорее еще сильнее расстроит. Это ведь как в сериалах с плохим концом, где главные герои терпят неудачу и остаются разбитыми и несчастными, а то и мертвыми, как может приключиться в нашем случае.

— Сделаю все, что смогу. — Поэтому и ответить я решил честно.

Если Амбрелловцам нужен я, то они, скорее всего, не станут никого убивать, пока не получат желаемого. И, видимо, придется преподнести им себя на блюдечке с голубой каемочкой, другого варианта нет. Но идти просто так, с задранными лапками тоже дохлый номер, так я буду в еще более проигрышной ситуации, по сути, лишив себя любой возможности хоть как-то повлиять на судьбу пленниц.

Надо что-то придумать… видел я тут недалеко пару трупов солдат. С гранатами.

Хм…

— Итак… какой план, ковбой? — Неожиданно решила протянуть руку помощи Ада. Девушка деловито проверяла свое снаряжение, бросая на меня короткие взгляды. Наверняка, у неё есть какие-то свои мысли на эту ситуацию. Она явно ждёт именно моих действий, но не сказать, что сама растеряна. Просто хочет скорректировать план от меня. Неприятное чувство, словно мной хотят сыграть в тёмную. Особенно, если учесть то, что мне не совсем понятно, в чем ее интерес оказывать мне помощь. Вирус ведь у нее и ничто не мешает ей просто развернуться и уйти, оставив нас самих разбираться со своими проблемами. Не верю, что тут закрался чистый и светлый альтруизм, ей нужно что-то ещё.

— Идей пока нет, но и бросаться грудью на амбразуру пока желания тоже нет. — Говорить лучше аккуратно. Если я прав, она сама подтолкнет меня в нужном ей направлении. А я ей немного помогу. — Но почему решила помочь? Там ведь отряд вооруженных до зубов головорезов сидит, ты сама об этом сказала.

— Доктор Биркин нужна мне в руках Амбреллы ничуть не больше, чем вам двоим, так что у нас намечается общая цель. — Девушка доверительно взглянула мне в глаза. Что ж, охотно верю. — Да и ты сам тоже чем-то представляешь для них интерес, если верить девочке, поэтому твое попадание в их руки тоже… нежелательно.

Ясно. Хочет загрести жар моими руками. Да и оговорочка от Шерри совершенно точно не дает ей покоя и теперь она хочет выяснить, зачем Амбрелла отправила за мной группу захвата жопки.

Или же… она и так знает. Это могло бы все объяснить. Если я спалился перед руководством корпорации, а я, чего уж там, не гений маскировки, то и перед работодателем Ады тоже мог. Там люди не глупые, дважды два складывать умеют. А значит ей совершенно точно известно, что я немножечко не совсем человек. Вероятно, что я теперь могу являться частью ее задания.

Это хреново в перспективе, но сейчас, пожалуй, даже полезно, ведь у нас появилась дополнительная пара очень умелых рук. Естественно, доверять ей нельзя, но выбор невелик, жизни Клэр и Аннет важнее моей паранойи. Главное, поменьше поворачиваться спиной, чтобы не получить туда удар.

— … ну и не бросать же тебя с ребенком на руках в беде? — Добавила шпионка в конце, едва заметно изменившись в лице всего на мгновение, которого было, все же, достаточно, чтобы я заметил. Эта последняя часть точно была сказана искренне.

По-крайней мере, мне так кажется… или, вернее, мне хочется надеяться, что так и есть.

— Спасибо. — так же искренне поблагодарил я, улыбнувшись в ответ.

И пусть этот союз не просуществует долго, ведь у меня и у нее есть свои вопросы друг к другу, которые, увы, прямо противоположны в своей цели, но, конечно, ни я, ни она не отступимся. Скорее всего, потом мы с ней схлестнемся, и, если повезёт, может и получится решить всё миром, всё-таки, как я заметил, что-то честное есть и в ней.

— Не за что. — Губы азиатки тронула легкая улыбка. — А теперь слушай, тут рядом есть…





PS На Бусти стартанул второй том. Ссылка в профиле и в описании.





Глава 42


Еще с детства, ещё до того, как моя семья погибла в мафиозных разборках, у меня остались воспоминания о рождестве. Запах стряпни, носки для подарков над камином, атмосфера праздника и всеобщего приподнятого настроения, что хорошо чувствовалась даже в не самом дружном семействе, таком, каким было и мое. И не последним по важности элементом во всем этом была и оставалась рождественская елка. Особенно мне нравилось ее наряжать, все эти гирлянды, шарики и звездочки… процесс их водружения на дерево был чем-то таинственным, волшебным, что ли. Как ожившая сказка





А знаете, что я вам скажу сегодня? Нахер сказки. Нахер магию. Нахер елки. И шарики тоже нахер! А все потому, что я сам сейчас похож на увешанный шариками сохнущий кусок дерева, вот только шарики у меня не простые, а, сука, самые, что ни на есть, волшебные. Ведь взрыв — это магия! …или искусство? Похрен.





И нет, я не шахид-смертник. Ну или мне хочется так думать, по-крайней мере. Просто так уж вышло, что суровая взрослая реальность диктует свои, бессердечные как гравитация, условия, и они таковы, что мне нужно, если кто вдруг не забыл, как-то решить вопрос с наемниками Амбреллы, что пришли по мою душу и взяли в плен Клэр и мать Шерри.





Так-то я человек исключительно мирный и добрый. Да. Можно вежливо и мирно попросить их пойти нахер. Но, кажется, такая перспектива их не устроит и они могут даже обидеться, начинив моё тело несовместимым с жизнью количеством свинца, а такая перспектива уже не устраивает меня. Еще хуже, они могут просто убить заложниц. На самом деле, не факт, что они и сейчас еще живы, ведь задача бойцов USS, насколько я помню, одна — убрать свидетелей, которые много знают. Много ли знает сестра члена старс и жена ведущего исследователя по G-вирусу? Думайте сами.





Единственный мой шанс состоит в том, что этим ребятам потребно именно мое тело. Желательно, в живом состоянии, раз они пытались меня поймать.





А раз уж им нужен именно я, то от этого и пляшем. По итогу размышлений на эту тему и родился этот рискованный план, главной фишкой которого было устроить торг, но с небольшой изюминкой, в качестве устрашающего элемента для придания моим словам некоторой весомости. Главное, чтобы среди них не оказалось потомка еврейских торгашей, иначе затея пойдет прахом.





Автором великолепного и надежного, как швейцарские часы, плана, к слову, выступала любительница красных платьев и херовых шуток по имени Ада Вонг. Не скажу, что я прям вот так вот сильно горел желанием превратить себя в ходячую бомбу на ножках, но в короткий срок придумать, как по-другому не дать Амбрелловцам поубивать заложников и, вдобавок, лишить их преимущества, у нас не вышло. Поэтому и пришлось мне заниматься вот такой вот хренью. Благо, «гирлянды» по округе можно было найти предостаточно, мертвые охранники гнезда были готовы безвозмездно поделиться своими запасами.





Добрые какие, однако. Всегда бы так.





Мой маленький поясок смертничка был временно припрятан под курткой комбинезона, пока я, не скрываясь, вышагивал в сторону двери в лабораторию Аннет, всем своим видом крича о том, что вот он я, мол, сдаюсь, каюсь во всех грехах, и вообще шелковый, бери хоть прямо сейчас тепленьким. Вряд ли, конечно, это полностью усыпит бдительность матерых вояк, им по профессии положено смотреть в оба и держать ухо востро, но чтобы подойти на оптимальное для цивилизованного диалога расстояния такой маскировки вполне хватит. Главное, чтобы одна казашка выполнила свою часть плана. А еще бы хорошо, чтобы вдруг не заспавнился дядя Биркин и не испортил вечеринку. Пусть лучше продолжает ползать где-нибудь на нижних уровнях, пока мы не свалим из этого места. Но это уже из разряда фактов, с которыми нужно просто смириться и действовать по ситуации.





До нужного места оставалось уже совсем немного, когда я почувствовал слежку. Мой старый знакомый, тот у кого я упер автомат, притаился в своем камуфляже в уголке и, как только я прошел мимо, пристроился у меня за спиной. Если не по камерам, то теперь так они уже точно знаю, что я приближаюсь, так что стоит ожидать начала представления, каким бы оно ни было.





— …долго нам ещё ждать этого крысёныша, Лупо? — Послышался приглушённый голос из-за угла. Странно, он как будто специально говорит нарочито громко, чтобы я услышал. К чему бы это?





Ан-нет, просто дверь открыта и он не орет, а говорит с нормальной громкостью, а напротив него стоит командирша с недовольным лицом, проглядывающим сквозь маску противогаза.





— Никуда он не денется, девчонка уже должна была передать наше приглашение и оно не оставит ему шансов пройти мимо. — ответила здоровяку любительница французских булок.





Теперь ясно, почему Шерри удалось сбежать. Ей просто дали уйти, чтобы она вернулась со мной.





— Так может я их того, немного доукомплектую, так сказать для большей надёжности? — Не унимался тот, на что Лупо протяжно вздохнула.





— Никакой взрывчатки под землёй, понял меня? Тут все, конечно, построено на совесть, но зная тебя, рухнет с гарантией, так что прижми задницу и жди, а все остальное потом, ты меня понял?





— Понял-понял…





Да, Леон… никакой взрывчатки под землей… представляю себе ее рожу, когда она увидит мои маленькие дополнения к одежде.





— И почему нельзя его просто грохнуть, как остальных свидетелей? Подумаешь, подцепил заразу и не сдох… нам-то платят за трупы! — А вот и шизанутая немка. Говорит откуда-то изнутри помещения, находясь вне поля моего зрения.





— Потому в этом случае плата за труп в десять раз меньше, так что советую поумерить кровожадность. На время. При случае, сломаешь ему ногу другую, полы тут скользкие — споткнулся. Только аккуратно, мы же видели, сколько в нем дури, на десятерых хватит. — Какие агрессивные ребята, однако. Точнее, одна конкретная баба





— Так может я заставлю девчат слегка поголосить? Прибежит пораньше. — Очень агрессивная. — А там мы его и возьмем тепленьким, да доставим большим шишкам, перевязанного подарочной ленточкой. Без ног. Ему ведь не нужны ноги, когда его будут препарировать, правда?





— Неплохая идея, но пока придержим её, я чувствую, что долго ждать не придётся. — Охладила ее пыл Лупо, после чего вдруг повернулась в мою сторону. — Да, Вектор?





Оуу… стильно она все обставила, я оценил. Видимо, получила сигнал от подчиненного и красиво завернула беседу так, чтобы в нужный момент прижать меня к стенке.





— Так точно. — Помня предыдущий опыт, скрытник вышел из камуфляжа не вплотную ко мне, а на расстоянии в пару метров. С моим дробовиком в руках. Забавно, обменялись, получается. — В этот раз без глупостей.





— Повторяешься. — Поднимаю руки вверх, бросив короткий взгляд за спину. — Что теперь?





— А теперь я скажу, что ты молодец, раз пришел без оружия. — Приглашающе махнула рукой с зажатым в ней пистолетом главная. — Проходи, будь нашим гостем.





— Ты слышал. — Коротко бросил сзади Вектор. Что же, трижды мне повторять не нужно.





— Ну что, набегался, сучонок? — Встретила меня хлебом и солью немка, как только я снова оказался в лаборатории Аннет.





Помимо выше представленных тут была азиатка с баллоном на спине, не проронившая до сих пор ни слова, только молча прислонившаяся к стене и внимательно изучающая меня взглядом вивисектора. Последнего же члена группы видно не было, скорее всего, он сейчас стережет пленниц, либо же держит меня под прицелом с безопасного расстояния, хотя последнее как раз маловероятно. Тут просто нет достаточно места для чего-то такого.





Ну или же он просто сдох, повстречавшись с крокодилом Геной в канализации, ведь а отличие от прошлого раза, ребятки выглядели потрепанными. Ящер неплохо их размял, хотя меня смущает тот факт, что все они, за единственным возможным исключением, живы. Ну не могло же мне настолько не свезти и крокодил оказался халтурщиком, ведь не могло же, да?





— Скучала? — Гадать не хотелось, так что я решил «ненавязчиво» и без особых надежд на успех выяснить, оскалившись в ответ на радушное приветствие. — Конечно скучала, я прям слышу бабочек в твоем животе и счастливое личико под этой страшной и отталкивающей маской. А где, кстати, ваш последний? Он настолько стесняется, что решил спрятаться или зеленый змий забрал бедолагу?





Упоминание чудища никому из моих новых друзей по нраву не пришлось, особенно это было видно по тем, чье лицо скрыто не полностью, у французской мадемуазель, вон, даже глаз дернулся, шкаф два-на-полтора приглушенно хрюкнул, а фройляйн дернулась в мою сторону, потянувшись к мачете. У кого-то большие проблемы с контролем гнева, как ее вообще взяли в совершенно точно элитный спецотряд? Или как раз именно за это качество? Кто ж разберет этих психов-любителей зонтиков, количество всяких фриков в их рядах превышает допустимую концентрацию на квадратный метр раз, наверное, в десять, и это тех, о которых мне известно! Если подумать, то у каждого тут должен быть свой личный полк тщательно вымуштрованных боевых тараканов в башке, и к счастью, я не психолог, чтобы понимать такие вещи по первому взгляду. Мне б со своими разобраться, мои-то ведь еще и на гмо сидят с недавних пор.





— Ещё успеете намиловаться, пока наш хороший мальчик послушно будет идти куда мы скажем. — Сходу решила взять быка за рога француженка. Слегка наклонив голову, из-за чего ее завязанные в хвост волосы ненадолго показались из-за затылка, она разглядывала меня полным превосходства и некоторой доли злорадства взглядом, не забывая при этом держать в поле моего зрения пистолет. — Ты же будешь послушным?





— К сожалению, у нас с вами образовалось небольшое, фатальное разногласие. Если коротко, то конструктивный диалог у нас возможен будет только в том случае, пока вы не освободите заложниц. Или так, или никак, вот вам мое условие.





— Да что ты, условие! — В голос засмеялась Лупо. — А не слишком ли нагло? Есть чем подкрепить такую уверенность?





— Ты еще спрашиваешь. — Улыбаюсь, расстегнув молнию куртки и обнажив спрятанные под ней гостинцы. — Как тебе такое, а?





Глава 43


— Как тебе такое, а?





Весельчак тихо и даже слегка восхищенно присвистнул. Остальные тоже весьма впечатлились, я прямо отчетливо услышал напряженное сопение из-под противогазов немки и Вектора, да и невозмутимая азиатка переменилась в лице — ее взгляд из изучающего стал острым, как у готовой к рывку гадюки. Уж про то, что на меня были направлены все стволы в комнате упоминать, я думаю, не нужно, да?





— Мы же с вами не хотим раньше времени посетить райские кущи, верно? Давайте-ка лучше поговорим, как цивилизованные люди. — Одновременно со словами я плавно переместился к стене, так, чтобы видеть всех присутствующих, включая Вектора, который продолжал, не двигаясь, целиться в меня из дробовика,





— Ты же понимаешь, что и сам кони двинешь? — С какой-то странной интонацией обратилась ко мне командирша. Хотя, почему со странной? Так с душевнобольными разговаривают. Глаза под маской смотрели на меня со снисхождением. — Понимаешь. И ни за что этого не сделаешь…





— Да ладно? — Цепляю пальцем шнурок, продетый сквозь кольца гранат, и натягиваю его. Одного маленького рывка будет достаточно, чтобы устроить большой бадабум, главное, держать морду кирпичом, чтобы не показывать, как мне самому ссыкотно. — Но вы же этого не хотите, верно? Вам нужен я, а вы знаете, что нужно мне. Вполне понятные приоритеты, разве нет?





Выдвигая подобные требования, я даже не надеялся на то, что их выполнят. Тут логика такая же, что и во время переговоров с террористами: получить информацию и потянуть время. Причем эту цель, как правило, преследует и та, и другая сторона. Тут ясно, как безоблачный день, что ни Клэр, ни, тем более, Аннет никто освобождать не будет. Ребятушки рассчитывают остаться при своих. Вопрос только в том, где мне ждать подвоха? То, что он будет, не стоит сомневаться, вот только какой именно сюрприз мне преподнесут? Пока-то я не вижу ничего такого, их разведчик уже засветился и теперь стоит светит недовольным хлебальником. Нет, за маской, конечно не видно, но я так чувствую. А значит ждать атаки из невидимости не нужно. Помещение в целом тоже не претерпело изменений. По-крайней мере, внешне, а так, кто знает, что они могли тут напихать незаметного. На мое счастье, мне нашлось, чем удивить оппонентов, веревочку дернуть я смогу очень быстро, если в этом возникнет нужда, поэтому-то план моего захвата так и остановился на первой фазе, где меня встречает Вектор и под прицелом приводит к остальным.





— Возможно. И что ты хочешь? Чтобы мы их отпустили с тобой? И вы спокойно уйдете в закат, покуривая сигару? Сам то веришь, что так получится? — Усмехнулся, тем временем, здоровяк, чей голос из-под противогаза звучал довольно-таки стремно, особенно когда он усмехался.





— Конечно, нет, я же знаю, что черта с два вы от меня отлипнете. — Отвечаю на его выпад. — Освободите девушек, дадите им спокойно уйти, а потом я сниму с себя эту неудобную штуку и мы с вами поговорим о делах наших скорбных.





— И что ты сделаешь, если я скажу хер тебе, молокосос? А потом прикажу их пристрелить? — Задала логичный в своей сути вопрос командирша.





— Я очень расстроюсь. — Я начал потихоньку оттягивать нехитрый механизм подрыва. Ух. блефовать так по полной! Я, сука, в покере хер кому проигрывал. Если ни разу не играл, это же так и считается? М-да, что-то нервишки зашалили. — Смертельно расстроюсь.





Наступила тишина. Секунды потянулись одна за одной, пока мы в тишине играли в гляделки. Пока что выходила суровая ничья, а я, тем временем, пытался понять, в каком месте меня сейчас будут обманывать. То, что это ловушка, ежу понятно, но какая именно? Вот не поверю, что они не придумали для меня какой-нибудь гадости. Наша первая встреча точно им запомнилась, а значит, в рукаве пару карт они держат с очень большой вероятностью.





Наемники в это время переглядывались, как будто общаясь друг с другом без слов. Для меня это частично было на руку, ведь так я дам больше времени для того, чтобы Ада зашла с подветренной стороны и сделала свое грязное шпионское дело, а именно, нашла пленниц, устроила в лаборатории небольшое электрозамыкание. Есть у нее в арсенале такая штуковина, что может удаленно вмешиваться в работу электронных систем. Я же должен буду в этой суматохе как-то выжить и свалить сам. Как раз это и есть самая слабая часть плана, начиная с того, что со мной решили бы тупо не вступать в переговоры и заканчивая тем, что, даже если девушка выполнит свою часть, я, обвешанный взрывчаткой и безоружный, тут тупо сдохну. Однако, я, все же, решил рискнуть, так как не видел другого выхода. Да и не может такой красавчик как я, так банально сдохнуть. Я взрыв так-то перенес, отделавшись, считай, легким испугом.





Некоторое время спустя Лупо и ее команда, кажется, приняли какое-то решение, потому как их пантомима закончилась и женщина обратилась ко мне вслух:





— Что ж… мы согласны.





— Что, вот так просто? — Удивился я. Чувствуется мне, здесь пахнет пиздежом. Слишком быстро она сдалась, почти без боя. Мне это не нравится.





— А чего тянуть? — Женщина развела руками, словно смирившаяся со своей участью монашка перед изнасилованием, и началась часть с невероятной логикой и честностью, в которую я, естественно, охотно поверю. Разумеется-разумеется. -Ты прав, ты нам нужен. И если для того, чтобы ты стал нас слушаться, нам нужно потакать твоему желанию стать сказочным героем, спасающим принцесс из башен, то так тому и быть. Все равно даже если мы отпустим их живыми, долго они не протянут.





— Резонно. — Согласился я, решив оставить при себе мысли о вероятности выживания девушек в полном мертвецов городе, и вместо этого задал главный вопрос. — Так мы договорились?





— Договорились — Наемница кивнула в ответ и дотронулась до рации. — Призрак, приведи наших гостей сюда. Весельчак, поможешь.





Как я и думал, последний охраняет Аннет и Клэр. Значит, они еще живы, что хорошо, но плохо то, что этот крендель наверняка усложнит задачу Аде. Хотя она та ещё мастерица в импровизацию. Раз свистопляска еще не началась, значит она все еще ищет способ его обойти, ну или всплыли ещё какие-то проблемы.





— Ну вот и все, наш маленький рыцарь в сияющих доспехах. — Посмотрев в спину удаляющемуся в глубь лаборатории бугаю, произнесла командирша, не удержавшись от шпильки. — Сейчас сюда приведут твоих прекрасных принцесс и все будут счастливы.





— Ага, жду не дождусь… — Пока, так уж и быть, опустим момент с намёком на «и померли они в один день».





Больше говорить нам было не о чем, поэтому снова наступила тишина. В этот момент предчувствие настойчиво заговорило о том, что сейчас должно что-то произойти, но я был вынужден стоять на месте, ведь оружие четверых оставшихся бойцов было направлено на меня и любое резкое движение могло привести к стрельбе и к большому буму. Правда я, конечно, не собирался устраивать локальный филиал радости эмигранта, но им об этом знать ни к чему.





Чего же она там так долго? Давай же, Ада, докажи, что не зря решил с тобой скооперироваться…





И, как, по волшебству, рация Лупо шикнула, до моих ушей донеслось тихое «какого черта» из ее уст, а в следующий момент свет в помещений мигнул несколько раз и погас.





Я тут же рванул с места, скидывая с себя ставшую в моменте слишком тяжелой куртку с прикрепленным гранатами и скинул на пол, где-то неподалеку грохнул пистолетный выстрел, которому вторила автоматная очередь, и тут же грохнул позади дробовик, озаривший только наступившую тьму вспышкой света и осыпав картечью стену рядом с мной. Не привыкшие к темноте глаза ослепило резкими вспышками, заставляющими плясать зайчат в уголках глаз, частично лишив меня на этот краткий миг зрения, но я не останавливался, повинуясь чутью, развернувшись на месте и, ориентируясь на звук шагов, влетел тараном в Вектора. Наемник не устоял на ногах и мы вместе повалились на пол, я уже занес руку для удара, намереваясь вогнать его противогаз в его же череп, как вдруг…





— Эрудитка! — Громко скомандовала лидерша, и долю секунды спустя сверху что-то несколько раз лопнуло, и меня обдало потоком воздуха… нет, нихера это не воздух. Одного вдоха оказалось достаточно, чтобы легкие оказались в огне и глаза неистово заслезились, когда эта дрянь попала и в них.





Газ… эти суки решили травануть меня газом, спрятали баллоны в нишах за лампами на потолке…





Глава 44


— Эрудитка! — Громко скомандовала лидерша, и долю секунды спустя сверху что-то несколько раз лопнуло, и меня обдало потоком воздуха… нет, нихера это не воздух. Одного вдоха оказалось достаточно, чтобы легкие оказались в огне и глаза неистово заслезились, когда эта дрянь попала и в них.





Газ… эти суки решили травануть меня газом, спрятали баллоны в нишах за лампами на потолке…





Впрочем, даже это не помешало мне отоварить своего недавнего знакомого хорошим ударом. рука-то уже была занесена. А затем ещё раз, чтобы с гарантией. И оба раза я промахнулся. Наемник смог убрать голову из-под обеих атак, извернувшись подо мной, как змея. К сожалению, завершить начатое и таки прибить вертлявого гада мне не дала подошва армейского ботинка, влетевшая мне в бок и сбросившая с него на пол. Эх, гравитация, бессердечная ты сука…





Полежать бы секунд десять, подумать о светлом небе аустерлица, но времени как будто бы не очень много, а вот количество врагов всё ещё не сократилось. Сплюнув вязкую слюну, я рванул в сторону, уходя от… двух проводов? Это что, тазер? Похоже, они реально очень серьезно настроены взять меня живьем.





Как будто в подтверждение этого, не успел я полностью встать на ноги после рывка, мне в висок уже летел конец металлической дубинки, зажатой в руке молчаливой азиатки, который я заблокировал предплечьем. К счастью, мое тело достаточно крепкое, чтобы не замечать такие удары, куда больше меня сейчас беспокоила треклятая отрава из-за которой пришлось задержать дыхание, чтобы банально не задохнуться. Им-то хорошо, все в противогазах, да еще и с ночным видением, раз так легко находят меня в темноте, а вот я вынужден действовать на остатках воздуха в легких, который стремительно заканчивается с каждой секундой потраченного впустую времени.





Очень хреновый для меня расклад, я бы сказал, полная жопа. Я их переиграл, но они переиграли мое переигрывание, и в итоге у нас сейчас ситуация один в четыре у меня и неизвестно что у Ады, но если судить по выстрелам с той стороны, то тоже не все радужно.





Делать нечего, придется прорываться. Дверь прямо передо мной, нужно только до нее добраться.





Слышу, как за спиной кто-то приближается. Оталкиваю ногой от себя нападавшего с дубинкой, а точнее, нападавшую — азиатку, отправив ту в короткий полет, который заканчивается столкновением со столом и кувырком через него же. Столешница такого святотатства не выдержала и надломилась, перевернувшись, а весь хлам, что до этого был на ней, с грохотом посыпался на пол.

В это время я уже развернулся, чтобы встретиться лицом к лицу с немецкой коллегой по цеху моей недавней визави, что собиралась огреть меня по башке обухом мачете. Пропускаю лезвие мимо себя, отклонившись в сторону, а затем хватаю бабищу за лицо и со всего маху впечатываю в пол. Та успела только сдавленно крякнуть прежде чем ее спина познакомилась с холодным металлическим напольным покрытием. Надеюсь, угощение пришлось даме по вкусу и она предпочтет провести время, считая овечек и оставшиеся целыми ребра, подольше, чтобы я смог покинуть сию честную компанию.





Другие, к сожалению, так не считали, потому что, стоило мне только оставить стонущую от боли наемницу, в спину прилетели две иглы еще одного шокера и в тот же момент мое тело пронзил разряд электричества. Внезапная боль пронзила, кажется, от кончиков пальцев до самой макушки, застваив мышцы непроизвольно сокращаться. Но боль отступила так же быстро как и пришла. Возможно, этому поспособствовало то, что я бэтмен, а, может, я просто смог побороть себя и, развернувшись, выдернуть два проводка. Но есть один нюанс, сдержать вдох облегчения, я уже не смог. И это очень, очень не хорошо.





Похоже, та хрень, что они распылили по помещению всё-таки достигла критической консистенции в моём организме, и, разумеется, она тут же взялась за дело, заставив меня почувствовать такую гамму приятных ощущений, что, казалось, легкие вот-вот выпрыгнут из грудной клетки и пойдут гулять, а голова лопнет, как воздушный шарик. Липкая кровь полилась из ушей, носа, и, похоже, даже из глаз, взор покрылся покрылся пеленой, а звуки вокруг словно отделились от меня, скрывшись за толщей воды.





Не имея сил нормально двигаться, дышать, да даже элементарно видеть и слышать, я упал на колени, а потом и вовсе на четвереньки, лишь на голом упрямстве не распластавшись на полу полностью.





И противникам, видимо, не очень-то понравилось такое упорство, потому-как на меня с разных сторон посыпались удары. По бокам, рукам и ногам, спине, но преимущественно в голову. Я даже не мог нормально отбиваться, эта проклятая дрянь, что я вдохнул… она как будто вытянула из меня все соки. Чёрт, как-то чересчур сильно мне хочется спать…





Собрав последние силы, саданул куда-то вверх локтем и, судя по сдавленному вскрику, по кому-то даже попал. В уплывающем сознании промелькнула короткая вспышка злорадства, сменившись набатом с двойной силой обрушившихся на меня ударов.





Качественно вырубают, сволочи… с гарантией…





Сам не заметил, как расслабились руки и закрылись глаза. Только бы не уснуть… где же эти долбанные скрытые силы, о которых все так талдычат в книгах и мультиках?





Не спать…





Не… спать…





Не…





Спать…





Там же. Меньше, чем минутой позже





— Merde, ce connard* чуть не убил Берту… — Прошипела сквозь зубы командир Волчьей Стаи. — Эрудитка, проверь ее.





Примененный ими газ должен был на время нейтрализовать даже тирана! Все было проверено! А этот… монстр бегал и прыгал тут, как горный козел почти три минуты, и в итоге половина группы не боеспособна: двое ранены, одна, судя по всему тяжело, а статус двоих неизвестен. Лупо не могла уложить в голове, как такое может быть. Она видела, на что способны продукты корпорации — страшная вещь, но то были монстры, а тут, с виду, обычный зеленый салага-полицейский. Никаких проблем не предвиделось! Даже эта его выходка с гранатами вполне укладывалась в рамки разумного, но кто мог знать, что ему кто-то помогает? Ведь именно сообщение от Весельчака вынудило ее действовать поспешно: кто-то вырубил призрака и увел пленниц! Прямо у них из-под носа!





Кто именно, еще предстоит выяснить, но это таинственный “некто” - явно не простой бомж с улицы, а очень опытный и опасный специалист. И где только этот пацан смог откопать такого союзника?





Возможно, стоило сдать назад еще после встречи в канализации и того проклятого крокодила… Волчица цыкнула, отбросив малодушное наваждение.





— Жива, но без сознания. — Склонившись над прерывисто дышащим телом напарницы, произнесла Эрудитка, она же — Кристина Ямада, уроженка японии и лучший в данный момент член группы по медицине после недееспособной Берты.И выводы ее были неутешительны: — Сломаны несколько ребер, возможно, черепно мозговая травма. Наверняка повреждены внутренние органы. — Девушка оторвала взгляд от раненой и перевела его на командира. — Больше навскидку сказать не могу.





И это плохо, ведь помимо с таким трудом пойманной дичи им придется теперь таскать и собственного раненого. Такими темпами свободных рук в отряде совсем не останется. Да и терять надежного бойца совсем не хочется.





— Вектор? — Запросила женщина статус следующего подчиненного.





— В норме, только руку зашиб. Удар у него зверский… — Отозвался обычно немногословный боец. Даже он оказался под большим впечатлением, в чем Лупо совершенно не могла его винить.





— Putain! ** Это задание уже обходится нам слишком дорого… — Пробормотала себе под нос женщина, подойдя к ближайшему целому столу, чтобы скинуть с него все лишнее и водрузить на освободившееся место усилитель для радиостанции, припрятанный в кейсе неподалеку. Только с его помощью можно будет добить до своих с такой глубины и доложить о выполненном задании. — Эрудитка, пакуй этого, да покрепче, а я пока вызову остальных. — Но это она сделает чуть больше, а для начала надо убедиться, что добыча никуда не денется и собрать группу вместе. — Весельчак, Призрак, прием!





Однако, никто так и не отозвался ни через секунду, ни через двадцать после запроса. Только шум помех в пустом эфире.





— Да что такое.! — Выругалась командир и повторила вызов. — Весельчак, Призрак, прием, как слышно?





И опять ничего. Ну не умерли же они там?





— Вектор, проверь. — Оставлять дело на самотек Лупо не хотела. — Только осторожно.





Предостережение было лишним, но так ей было спокойнее, а то день выдался на редкость поганый и сюрпризы преподносит соответствующие.





— Есть. — Коротко кивнул боец и, активировав маскировку, выдвинулся на разведку.





Оставалось только ждать его возвращения, и, независимо о того, подтвердятся ли худшие опасения, вызывать эвакуацию.





А потом, когда все закончится, задать боссам несколько вопросов. Очень неприятных вопросов. Такие вещи принято выкладывать сразу. В целом, вопрос можно будет закрыть, некоторым количеством неустоек. Большим количеством.





А пока что нужно позаботиться о Берте, чтобы не умерла во время транспортировки…





Внезапное резкое движение мигом отвлекло внимание наемницы от текущих забот.





Эрудитка, что должна была накидывать кандалы и намордник на находящегося без сознания Кеннеди, сейчас висела на его вытянутой руке, что удерживало ее на весу за горло и изо всех сил старалась выбраться. Но никакие усилия не могли ей помочь, ведь даже идиоту понятно, что человеком существо, схватившее ее, точно не является.





Нет, он не отрастил когтей и щупалец и не увеличился в размерах в несколько раз, став грудой мышц, но эти черные вздутые вены, сеточкой оплетающие видимые участки кожи и злые, налитые кровью глаза говорили сами за себя.





Перед ними не человек, перед ними хищник, внушающий первобытный страх.





— Да что же ты за тварь такая… — не веря своим глазам прошептала в ужасе женщина, потянувшись к пистолету. Она уже многое повидала, за долгую жизнь наёмика. Но это…это точно пополнит её немалую коллекцию ночных ужасов, приходящих в особо паршивые дни. Дни как этот.





Чудовище перед ней отшвырнуло японку в сторону, как пушинку, и та с криком столкнулась со стеной, а Лупо отработанным годами практики движением вскинула пистолет, совместив прямую целика и мушки с башкой озверевшего копа, и нажала на спуск.





Примечания: Французский





* Черт возьми, этот мудак





** Проклятье(или блядство)





Глава 45


Я очнулся от того, что кто-то возился с моими руками, связывая их за спиной. В голове стоял шум, в теле ощущалась легкость. Никакой боли, никакого дискомфорта, они исчезли, будто их и вовсе не было. Дышалось так же легко, как и всегда, нет… даже легче! Ощущения просто отличные! Точно! Я стал самим собой. Да! Я всегда был выше всего, как я только мог забыть об этом? Но теперь всё встало на свои места. Стало понятным. А жалкие потуги низших форм жизни, на фоне моего открытия, сковать меня в цепи даже забавны. Смех да и только. Что они вообще надеятся сделать мне? Мне, тому, кто намного лучше и совершеннее, чем любой из них?





Самка, склонившаяся надо мной, даже не поняла, что произошло. На ее лице читались удивление и страх, когда моя рука схватила ее за хрупкую шею, с легкостью подняв в воздух. Ее жалкие потуги освободиться вызывали лишь смех и я позволил себе на долю мгновения насладиться зрелищем безвольной добычи, бьющейся в лапах хищника.





А для такой букашки, она неплохо сложена… такая мягкая и податливая, да и запах, что уловил мой нос не является… неприятным. Скорее, наоборот, весьма волнующим. Возможно, она еще послужит мне, как мать будущих детей. Моей крови нужно распространиться по миру, а для этого нужно много выносливых самок. Эта сойдёт.





Оставлю ее себе.





Пока что она мне не нужна, букашек вокруг много и они продолжают смешить меня. Да, радуйте своего господина! Несильно отбросив ее от себя дожидаться своей судьбы, я обратил внимание на вторую. Эта тоже боится, даже наставила на меня свое оружие. Вот только всё это бессмысленно, как можно убить бога пылью? Так поступает только загнанная в угол дичь, которой уже нечего терять, хватается за любую соломинку. Восхитительно! Ее ужас для меня слаще нектара, я могу чувствовать его по взгляду, по движению тела, по запаху! Запаху не менее притягательному, даже более, она считает себя сильной. Вот так шутка! Сломать такую будет просто волшебно.





Выстрел пистолета не стал никакой неожиданностью, я прекрасно видел, куда она целится и как ее палец давит на спусковой крючок. Вот только когда пуля покинула ствол, меня уже не было в том месте, куда она должна была попасть. Слишком медленно, низшая.





— А?! — От неожиданности самка дёрнулась, словно слепой котёнок, когда я оказался подле нее. — А-аах.!





Ее лицо скривилось от боли, когда рука, оказавшись зажата в хватке моих пальцев, выронила пистолет, с негромким стуком упавший на пол. Детские игрушки. И зачем я только так сильно на них полагался?





— Глупо было нападать на меня. — Моя вторая рука взяла ее за низ маски и повернула голову ко мне, заставив посмотреть глаза. — Но тебе повезло, мне как раз нужны такие, как ты…





— Ч-что.? — Страх, даже ужас, удивление и растерянность — все эти чувства вспыхивали одно за другим и все вместе, смешиваясь в невероятный коктейль.





— Моему потомству нужно будет от кого-то родиться. — Коктейль упоительного отчаяния. Она отлично подходит. — А пока спи.





Легким нажатием на сонные артерии успокаиваю будущую часть стаи. Отличный улов. Две, конечно, маловато, но я точно знаю, что тут есть ещё. Пора их найти, пока не погибли.





Уходя, обратил внимание на третью самку, что лежала неподалеку на полу. Ранена, но пока держится. Если выживет, хорошо, если нет, то не страшно. Слабые мне не подходят.





Коридоры этого подземного муравейника пропахли смертью и благодаря этому нетрудно было учуять оставшуюся тут жизнь. Она там, впереди, за несколькими поворотами, след еще свеж, и пройти по нему все равно, что шагать по ковровой дорожке. И эта дорожка привела меня к первому следу. Один из наемников лежал на полу перед открытой дверью в подсобное помещение.





Мертв, тело уже начало остывать. На шее виден след от удавки, а само орудие убийства валяется рядом.





Шпионка хорошо постаралась. Подобраться к такому опытному противнику и напасть со спины, до последнего оставаясь незамеченной и убить его так, чтобы остальные ничего не поняли до самого конца, это… впечатляет. Но сейчас она служит той жалкой пародии на сверхчеловека, что совершенно недопустимо.





Нужно будет обязательно поработать на ее лояльностью. Верность этой женщины в конечном итоге будет принадлежать мне…





Последняя мысль почему-то на показалось какой-то неправильной, заставив меня остановиться на месте. Зачем мне ее верность?





Ну а как же, я ведь вершина эволюции! Это ведь естественно, подчинить себе всех этих неполноценных блох, верно?





А зачем, я же не собираюсь мир захватывать! Мне бы просто выжить и девчат вытащить… и завести с ними детей.





…каких детей? Нахрена мне дети?





Сильных и выносливых, как я сам, чтобы было, кому помогать мне править!





… править?





Да что за херня?!





Чувство эйфории и неебически богатырской силы неожиданно исчезло, сменившись внезапно накатившей слабостью. Пришлось опереться рукой о стену, чтобы удержать равновесие. И только сейчас обратил внимание на то, как она выглядела со стороны: бледная и в прожилках почерневших вен, что сейчас медленно принимали нормальный цвет.





А рожа у меня сейчас настолько же «красивая»?





Найденный под ногами кусок металлической пластины с блестящей стороной показал, что да. Из мутного отражения на меня смотрели красные глаза, которые, казалось, подсвечивались изнутри, но постепенно гасли по мере того, как кожа приобретала более-менее здоровый цвет.





Пу-пу-пу… это ж насколько глубока ваша нора, мистер кролик? Я уж было начал думать, что примерно понимаю, что поменялось в моем теле благодаря Аннет… наивный чукотский мальчик. Оказалось, что дела намного страньше, чем можно было предположить. Судя по всему, в момент полной жопы во мне просыпается скрытый альфа самец-доминатор, истинный ариец и великий покоритель вселенной в одном флаконе. Своеобразная защитная реакция.





Иначе я просто не могу объяснить свое поведение несколько минут назад. Все эти мысли и действия… они казались такими естественными! Будто только так и надо! И меня вообще никак не смущало то, что я, вроде как, вознамерился захватить мир при помощи бесконтрольного размножения при помощи добровольно-принудительного сотрудничества все мало-мальски подходящих женщин. Это ж чего такого эти упыри намешали в свою боевую отраву, что меня с нее так не по-детски вштырило? Благо, что помещение с большой концентрацией этой хрени я уже покинул и мой организм протрубил отбой, вернув меня в нормальное состояние.





И сейчас только это и имеет значение, а с остальным можно разобраться потом.





Закончив осмотр тела и размышления о высоком, я заглянул в комнату, где держали пленниц. Свидетельством их пребывания здесь, кроме запаха, были также веревки и две пары наручников, валяющихся на полу. Куда они пошли дальше? Маршрут легко угадывался, ведь двери, не ведущих в тупик, здесь было только две. Через одну пришел я, а за второй обнаружились следы перестрелки. Дыры от попаданий и гильзы на полу, а также следы крови со свежим запахом. Тот, кто ее пролил, тоже был здесь, сидел, привалившись спиной к перевернутому столу. Неровное дыхание, вялая поза и лужа крови под простреленной ногой со следами перевязки.





— К… какого… — хрипло выдохнул он сквозь маску, когда заметил мое появление и потянулся к автомату возле ног, но тут же зашипел от боли и вернулся в прежнее положение. — Как ты, твою мать…





— На твоем месте я бы придержал язык и поберег силы, у тебя их и так осталось мало. — Прерываю его спич на полуслове, присев рядом на корточки и подобрав автомат. -Лучше скажи мне, куда ушли те, кого ты преследовал? И где Вектор?





— Иди… хух… нахер… — говорить ему было тяжело, но послать меня он постарался изо всех сил. Прям даже не знаю, злиться или восхищаться его духом.





Пока слушал его, проверил состояние оружия: патроны в магазине есть, ничего нигде не сломано. Отлично. Мне, по-сути, его ответ был и не нужен, я и так знаю, куда пошли девушки, но было бы неплохо выяснить какие-нибудь детали. Ну а раз их не будет, то…





— Ясно. — Встаю и навожу автомат на голову здоровяка. — Тогда до скорого.





Одиночный выстрел прервал жизнь очередного подсоса Амбреллы, а я не глядя на его труп, развернулся и пошел в другую сторону.





Ада должна была привести Аннет и Клэр в рубку охраны возле центрального лифта. Это помещение укреплено достаточно хорошо, чтобы можно было использовать его, как укрытие какое-то время. Шерри сейчас тоже там. Даже кому-то вроде Тирана будет непросто пробиться сквозь толстые стены и дверь, поэтому можно сильно не беспокоиться об оставшихся в живых наемниках. Теперь-то я знаю, что они мало что могут мне сделать. А в таком состоянии, как сейчас, я уверен, и вовсе не осмелятся.





Для их же блага будет лучше, если затихарившийся инвизер приведет подружек в чувство и они вместе свалят куда подальше.





Глава 46


Надеюсь, я никогда больше не увижу и не услышу ничего про этих ребят. Уж слишком дорого обошлись мне встречи с ними. Главной потерей было драгоценное время, которого до ядерного взрыва остается все меньше и меньше. Сомнений в том, что он произойдет, у меня нет никаких, Амбрелла низачто не оставит столь наглядный пример своей деятельности нетронутым, да и вояки недалеко от них ушли недалеко. Лучший способ скрыть свой провал — расщепить его до молекул. Я, конечно, вмешался в известный ход событий, но руки у меня слишком коротки, чтобы позвонить куда-нибудь в белый дом и сказать: «Эй, парни, можно пожалуйста не взрывать город? От всего сердца прошу, очень надо»!





До рассвета еще несколько часов, и за это время надо успеть свалить как можно дальше с теми, кого смогу забрать, попутно не допустив, чтобы G-вирус ушел в большой мир.





В общем, план тот же, только на реализацию его времени гораздо меньше. Будь неладны эти хреновы наемники, чтоб их…





Как же я тупо подставился, все-таки. После рукопашки с тираном поверил, что бой с обычными людьми будет легкой прогулкой и очень жидко обгадился. Обычные они, может быть и обычные, да вот только элитный отряд USS не может не быть обучен мочить БОО, которым я, по сути, сейчас и являюсь. Народ в корпе сидит все-таки не тупой и занимается разработкой живого оружия уже не первый год. Они явно озаботились тем, как уничтожать собвственные творения и обучили этому своих цепных псов.

Если задуматься, то без этого никак, когда большая часть их продуктов - слабоконтролируемые агрессивные животные.

Если бы не этот "берсерк мод", то все и вовсе могло бы закончится лично для меня уютными застенками какой-нибудь лаборатории в условных гималайях, а для остальных бесславной гибелью.





Все дорогу до комнаты охраны я искренне надеялся, что шум драки, устроенной мной ранее, не привлек Биркина, потому что в таком случае нам будет полная жопа и капут. Этого урода не взять ничем, кроме, пожалуй, вышеупомянутой ядерной ракеты. И я был бы крайне признателен, если бы от нее он и сдох, а мне родимому не пришлось превозмогать неубиваемого монстра, который только сильнее становится, чем больше ему повреждений наносишь.





К счастью, никто на меня из-за угла не выпрыгнул и с потока на голову не упал. Правда, когда я наконец добрался до заветной двери, с удивлением обнаружил, что та заперта. Снаружи. Кое-кто, не будем показывать пальцем, аккуратно так заклинил механизм куском не весть откуда взявшейся арматурины, из-за чего изнутри открыть дверь стало невозможно.





— Да ты на приколе что-ли.? — С усталым вздохом вопросил я в адрес одной любящей красный цвет прошмандовки, закатив глаза к потолку. Рывком вырвав мешающую железку и отбросив в сторону двумя руками ухватился за дверь и с силой сдвину, открывая проход, чеез который из глубины комнаты на меня уставилось три пары глаз, в которых читалась смесь удивления и страха, сменившееся облегчением, как только они увидели, кто пред ними явился.





— Леон! — почти мгновенно и мне в живот с разбегу врезался милый белобысый комочек. — Ты жив!





Хех, раз в меня не тучут палками, значит, не видели и не слышали, как я пошел в разнос. Хорошо. Не хочу объяснять всем, что я не верблюд, пока сам стопрцентно не выясню, что оно действительно так.





— Конечно жив. — Улыбнувшись, погладил ее по голове и посмотрел на остальных. — Вы тут как?





Вектор не обманул: в целом, выглядели девушки нормально, не считая свеженького ушиба на голове Аннет. Клэр, так и вовсе не пострадала. Я бы даже поблагодарил наемника за профессионализм и отсутсвие излишней жестокости, не будь он и его командочка такими мудозвонами.





Помимо этого в глаза бросились мониторы, на которые выходила картинка с камер. Раньше они работали, а теперь в каждом красуется по пулевому отверстию в обрамлении красивой сеточки трещин. Кто-то подстраховался, сделав это дешево и сердито.





— Мы… в порядке. — Внимательно пройдясь по мне взглядом, произнесла Клэр. — А ты?





— Тоже. — Ответил ей, а потом указал кивком в сторону обновленной детали интерьера. — Я так понимаю, нет смысла спрашивать, почему вас меньше, чем должно быть?





— О да, твоя «подружка» — Прервала меня Аннет, добавив в слово «подружка» столько яда, что им можно было бы слона свалить. — Сначала освободила нас и привела сюда, а потом заперла и исчезла, ни сказав ни слова.





— Мы не успели ничего сделать. — Добавила Клэр, виновато потупив взгляд.





Шустро сработано, Ада, весьма шустро. Видимо, поняла, что рядом со мной ловить нечего, а пока меня не было рядом, воспользовалсь моментом и скрылась из поля зрения. А камеры обезвредила, чтобы ее передвижения было сложнее отследить.





икакой лояльности я от нее не ожидал, конечно, но все равно, как-то оно… обидно что ли? Не представляю, что испытал в другой истории оригинальный Леон, когда шпионка сначала охомутала его, использовала, как паровоз, а в конце кинула.





Правда, тогда она все-таки пришла но помощь, подкинув ракетницу в нужный момент. Как и сейчас все-таки выполнила свою часть уговора и обезопасила девушек. А ведь могла просто все бросить и сразу рвануть к своей цели, сэкономила бы кучу времени…





Я тот, кто вечно хочет зла, но вечно совершает благо, да?





Так или иначе, она сейчас на пути к образцу G-вируса и совсем скоро его найдет. В том, что у нее получится, я почему-то не сомневаюсь. Вопрос в том, стоит ли мне что-то с этим делать?





Глядя на собравшихся вокруг меня девушек, понимаю, что нет, не стоит. Можно, конечно, засучить рукава и отправиться «не пущать», но намного важнее спасти целых три жизни, которые на данный момент полностью зависят от меня. Если выбирать между ними и гипотетической возможностью того, что Вескер завладеет G-вирусом, я без колебаний выберу их. Тут даже вопрос, как таковой, не стоит. И плевать, что, в теории, Вескер может наворотить такого, что погибнут миллионы.





К черту это! Не готов я на такой размен.





Тяжело выдохнв, сел на край стола спиной к разбитым мониторам. Решение принято. Нужно только немного перевести дух и можно будет дейтсвовать.





— Леон… — Клэр осторожно села рядом, чуть нахмурившись. — Ты ведь понимаешь, что рискуешь ради нас больше, чем стоило бы?





— Конечно понимаю. — Я усмехнулся, но улыбка вышла кривой. — Только вот есть маленький секрет: я никогда не был особенно разумным человеком.





Она качнула головой, но уголки её губ дрогнули. Шерри тем временем устроилась у меня на коленях, уткнувшись лбом в мою грудь. Смешно… кто бы мог подумать, что вот так, в эпицентре конца света, я буду сидеть с ребёнком на руках и чувствовать, как медленно утихает её дрожь.





— Я знала, что ты вернёшься, — тихо сказала она. — Просто знала.





Я погладил её по волосам и откинулся назад, глядя на потолок. Вот за такие моменты и стоит цепляться. Чёрт с ним, с вирусом, с Амбрелой, Адой Вонг и их планами. Эти глаза важнее.





— Умильно, конечно, — сухо заметила Аннет, сложив руки на груди. Ее взгляд, аправленный на нас был… сложным — Но, может быть, вы отложите нежности на потом? Напоминаю: у нас над головой ядерная угроза и по коридорам шастает мой муж, превратившийся в чудовище.





— Спасибо, что испортили момент, — вздохнул я, даже не пытаясь скрыть иронию.





— Кто-то должен держать вас в реальности. — парировала она и в упор посмотрела на меня. — Ты ведь не собираешься останавливать ее?





— Нет, не собираюсь. — Отрицательно машу головой.





— Ты сделал выбор: защищать их. Хорошо. — Нахмурившись, произнесла она. — Но ты понимаешь, что этим самым выбором мы оставляем ей G-вирус? Кто знает, в чьи руки она передаст?





Мне отлично извесно, кому Ада отнесет образец и чем это может грозить, но я так же знаю, что уже скоро весь город сгорит. А там? Кто знает, может она потеряет колбу или вовсе сгинет, не сумев скрыться.





— Понимаю, — кивнул я. — И знаешь что? Ваши жизни важнее.





Ученая нахмурилась, уже готовая выплеснуть новую порцию язвительности, но в этот момент Шерри подняла голову и прошептала:





— Мам… перестань.





Губы Аннет дрогнули. Одной простой фразы дочери хватило, чтобы броня упрямства накоцец дала трещину. Женщина. потянулась к дочери, и привычная холодность исчезла.





— Я здесь, Шерри, — сказала она неожиданно мягко, нежно потрепав рукой волосы девочки. — Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Никогда.





Я молча наблюдал за ними и в этот момент понял: какой бы ни была Аннет — учёной, гордой, резкой — прежде всего она мать. И это важнее её долга или работы. Жаль только, что эьа ее сторона открылась так поздно и при таких сверных обстоятельствах.





— Значит, мы согласны, — тихо сказал я.





Аннет посмотрела на меня, и впервые в её взгляде не было яда. Только усталость и решимость.





— Да. — Она прижала Шерри ближе. — Вирус… чёрт с ним. Главное — вывести её отсюда.





— И про себя не забудь. — Добавил я. — Шерри все еще нужна мать.





— …конечно, — согласилась женщина, вновь одарив меня устало-разраженным взглядом. — не забуду. А что насчет «Дьявола»? Ты смог его добыть?





— Нет. — С сожалением сказал я. — Мне помешали.





Это многое бы упростило в будущем. Как в отдаленном, так и в Ближайшем. Случись нам опять пересечься с Биркиным, вакцина могла бы помочь утихомирить его на время достаточное, чтобы сбежать.





— Жаль. — протянула Аннет, — но не критично, потом я смогу воссоздать ее из…





Договорить ученая не упела, ведь именно в этот момент по ушам внезапно ударила сирена. Одновременно с этимна стенах вспыхнул тревожный и липкий, как кровь, красный свет.





Вот же…





На пару секунду прикрываю глаза, броясь со вспышкой раздражения едва не перешедшей в гнев.





Ну спасибо, мисс Вонг, вы отлично умеете мотивировать.





***





Немного раньше.





Тени всегда были её естественным окружением. В них можно было исчезнуть, раствориться, быть никем. В них проще всего наблюдать за другими и — что ещё важнее — скрывать самое главное от самой себя.





Каблуки мягко стучали по плитке. Этот звук всегда нервировал окружающих, но Ада никогда его не скрывала. Наоборот. Психология проста: когда люди слышат, что кто-то идёт спокойно, уверенно и без попыток замаскироваться, они начинают сомневаться — а вдруг она здесь по праву? Уверенность пугала сильнее оружия. Конечно, в пустых коридорах мертвой научной базы впечатлять было некого, но привычка… она теперь с ней навсегда.





Кейс в её руке был лёгким, почти невесомым. Внутри — небольшая ампула, размером с палец, но стоившая дороже всего, что она когда-либо держала. G-вирус. Символ жадности, амбиций и безумия. Люди уничтожали друг друга веками ради власти, золота или нефти. Теперь у них появилась новая игрушка.





Ада усмехнулась. Официально она работала на Вескера. Но его планы её никогда не волновали. Ни его амбиции, ни его иллюзии контроля. Шпионку вроде неё не покупали и не вербовали — её нанимали. И пока деньги текли, она играла роль. Но внутри всегда оставался вопрос: ради чего всё это?





Она знала ответ, хоть и не любила признавать его даже мысленно.





Свобода.





В мире, где сильный жрет слабого, а корпорации и государства постоянно играют в перетягивание каната, разменивая жизни, как семечки, мало кто может похвататься тем, что может реально выбирать сторону.





Ада могла. Это и было её свободой.





Девушка дошла до технической панели. Металлическая дверь встретила её холодным блеском, код ввёлся сам собой — привычка пальцев. Внутри оказался небольшой пульт, весь утыканный кнопками и рычагами, но взгляд сразу упал на одну-единственную. Красная, круглая, за стеклом.





Смешно: годы исследований, миллиарды долларов, целый город, похороненный в крови — ради сотни миллиграммов вещества и пары тысяч терробайт на жестком диске. И всё это можно стереть одним нажатием.





Она наклонилась, и в отражении стекла мелькнули её глаза. Холодные, внимательные, чужие. Иногда Ада думала: а что там под этой маской? Есть ли ещё та женщина, которая когда-то умела верить?





В памяти всплыло лицо Леона.





Этот мальчишка…





Она видела, как он дрался. Слишком быстро, слишком сильно для обычного новичка полиции. Его тело двигалось с хищной грацией, а глаза иногда вспыхивали таким блеском, что даже она, привыкшая к чудовищам в человеческом облике, ощущала дрожь.





Подобное она видела лишь у одного человека. У Альберта Вескера.





— Ты ведь тоже не до конца человек, да? — пробормотала она почти беззвучно, иронично приподняв бровь.





Возвращаясь назад, догадка напрашивалась давно, косвенных признаков было предостаточно. Но, почему-то единая картинка сложилась только после чуть ли не прямой демонстрации. И где была ее хваленая наблюдательность?





Она прекрасно знала: «Амбрелла» обожала свои эксперименты, и вполне вероятно, что Леон Кеннеди — невольный результат одной из их авантюр. Может быть, это дар. Может быть, проклятие. Но факт оставался фактом: он выжил там, где любой другой погиб бы десятки раз.





И этим привлек внимание тех, кого не следовало.





Ада скользнула кончиком ногтя по стеклу, ощущая холод.





Сможет ли он пережить столь пристальный интерес? Или вообще это ночь? Останется ли верен себе?





Девушка хмыкнула.





— Хотя какая, к чёрту, разница. Пока ты жив, у тебя есть выбор. А пока у меня есть выбор — я помогу тебе его сделать.





Каблук ударил по стеклу. Хруст. Осколки посыпались на пол. Палец лёг на кнопку.





— Прости, Леон, — сказала она тихо. — Но давай-ка я подтолкну тебя в правильную сторону.





Нажатие.





Сирена ожила, словно пробуждённый зверь. Красный свет мигнул, превращая стены в пульсирующие артерии. Голос системы заговорил холодно и безэмоционально:





«Система самоуничтожения активирована. Пожалуйста, покиньте объект немедленно».





Ада стояла и слушала, как сигнал тревоги расползается по этажам. Сейчас он услышит его. И побежит. И, может быть, успеет.





Она провела пальцем по кейсу, словно по драгоценности. G-вирус был её билетом к следующей игре, следующему шагу, следующему контракту.





Но, уходя прочь, она всё же позволила себе шёпот, который никто не услышал:





— Если выживешь… думаю, мы еще встретимя.





И растворилась в темноте, оставив позади вой сирен и вспыхивающий алый свет.





Глава 47


«Внимание. Система самоуничтожения активирована. Пожалуйста, покиньте объект немедленно».





Безжизненный механический голос прорвался через непрекращающийся рев клаксонов, как ледокол через арктические льды.





— Самоуничтожение?! — Клэр вскочила. — Ещё этого не хватало!





— Классика, — процедила Аннет, хмурясь. — Амбрелла никогда не оставляет улик. Но почему именно сейчас?.. — но тут ее лицо осенилось пониманием, перешедшим в злость. — эта сука…





Тоже поняла, чьих это рук дело, да?





Впрочем, сейчас не так важно, кто виноват, главное, что делать.





— Ладно, слушайте внимательно, — сказал я, поднимаясь и ставя Шерри на ноги. Одной рукой подобрал отобранный у наемников автомат, прислоненный тут же к столу, а второй достал из-за пояса пистолет и протянул его Клэр взамен утерянного. — У нас мало временя. Двигаемся к лифту и оттуда сразу на поезд. Я впереди, Аннет, ты в центре в месте с Шерри, Клэр прикрывает нам. спины.





— А если не успеем?.. — шёпотом спросила Шерри. Как и положено ребенку, девочка задала тот вопрос, котроый не решаются озвучить взрослые.





Я присел, глядя ей прямо в глаза.





— Успеем. Я обещаю.





Девочка кивнула, и я снова почувствовал, как её ладонь вцепилась в мою руку.





.





— Верно, — Клэр встала рядом, перехватив пистолет. — обязательно успеем.





Приободренная общими усилиями Шерри слегка повеселела и подбежала к матери, крепко взяв ту за руку.





Ещё раз, напоследок, оглядел пустую комнату охраны. Гаснущие мониторы, разбитые камеры, запах пластика металла, и недоеденного обеда. Всё это скоро станет пеплом.





— Все поняли, как двигаемся? — напоследок спросил я и, дождавшись нестройных кивков, добавил: — Тогда поши.





Коридор встретил нас гулом сирен и миганием красных ламп. Их свет дробился на металлических стенах, окрашивая всё вокруг в тревожный алый цвет. Казалось, что само здание превратилось в гигантский механизм, который умирая подгонял нас вперёд.





К лифту подошли быстро. Он был всего метрах в пятидесяти от охранной рубки и после произошедших тут недавно боев поблизости не осталось живности. не-живности тоже.





В пути задумался о том, что где-то там могло что-то сломаться и и самый быстрый и легкий путь вниз окажется закрыт, но опасения мои были напрасны: панель горела мягким зеленым светом, ярко выделяясь на фоне окружающей красноты. Все-таки некоторые вещи Амбрелла делает хорошо. Им бы в строители, а не клепать биооружие.





— Вот он, — выдохнула Клэр, ускоряясь.





Я первым ударил ладонью по кнопки. Двери заскрежетали, медленно раздвигаясь. Внутри кабина освещалась красными аварийными лампами, и от этого казалась более тесной, чем есть на самом деле.





— Быстро внутрь, — приказал я.





Мы втиснулись все разом: я впереди, Клэр сзади, Аннет и Шерри между нами. Двери закрылись, отсекая нас от внешнего мира, даже сирена, и та стала тише, завязнув в толстых стенах шахты и прочных металлических дверях самого лифта, что, дрогнув, начал спускаться.





Красный свет мерцал, отражаясь на наших лицах. Никто не сказал ни слова — только короткие взгляды друг на друга. Всё было ясно и без слов: отныне каждую секунду нужно ценить, как последнюю.





Из-за усталости я едва не пропустил момент, когда кабина с металическим стуком втала на месте и, дрогнув, замерла. Двери со скрежетом поползли в стороны, и нас окатило струёй горячего воздуха. Сирены и здесь не смолкали, гулко отдаваясь в металлических стенах.





Мы вышли на платформу. Подземный ангар раскинулся перед глазами, освещённый уже нормальными белыми лампами. Ряды кабелей и рельсов уходили вглубь, по стенам бежали тонкие линии труб. Но главным в этой картине был он — тяжёлый поезд с логотипом «Амбреллы», стоящий на путях. Бронированный по самое не могу локомотив(или как он там называется? головной вагон?) и три вагона на прицепе.





— Вот и оно, — Говорю, двигаясь к услужливо опущенному трапу у открытой двери в кабину.





Внутри за стеклом мерцали лампочки приборов. Панели управления были включены, система ждала запуска. Пахло маслом, металлом и лёгкой гарью — словно сам поезд тоже чувствовал надвигающийся конец.





Все выгядоло так, будто состав подготовили к отправке заранее. Но почему тогда никто на нем не уехал? Не хватило времени?





Впрочем, не важно. Их потеря — наша находка.





— Мы успели… — выдохнула Клэр, её плечи заметно расслабились, но глаза оставались насторожёнными.





Аннет не сказала ничего. Она крепко держала Шерри за руку, и только по её дрожащим пальцам было видно, каких усилий ей стоило сохранять спокойствие.





Я огляделся: пусто. Ни людей, ни мутантов. Лишь вой системы, напоминающий о том, что времени у нас немного.





— Ладно, идем внутрь. — Махнув рукой на опущенный из кабины машиниста трап, первым поднимаюсь по ступенькам внутрь. Панель управления встретила меня россыпью кнопок и тумблеров, соседствующих с парочкой вполне современных сенсорных дисплеев. К сожалению, я не машинист, чтобы бысро понять назначение каждой из них, но к счастью этого и не требовалось. Электричество стабильно текло по сверхпроводящим рельсам к двигателям, запасные батареи полностью заряжены. Оставалось только отпустить тормоза.





— Поезд готов к отправлению, — произношу, оборачиваясь. — Никто ничего не забыл? Как только тронемся, обратного пути уже не будет.





— Потерю любимого халата и кружки для кофе, которая у меня еще с колледжа, я как-нибудь переживу. — чуть дрогнула уголками губ Аннет, продолжавшая обнимать дочь. — Всё, что нам осталось, — уехать отсюда.





Надо же, кто-то может в юмор.





Последней на борт поднялась Клэр. В последний раз взглянув вглубь осточертевшего всем нам подземного комплекса, девушка без колебаний откинула трап и заперла дверь.





Дождавшись этого момента я повернулся и нажал на рычаг. Поезд дёрнулся. Колёса заскрежетали, вагон содрогнулся и медленно пополз вперёд.





Пока девушки разместилиь в вагоне на закрепленных вдоль стен довольно удобных на вид креслах, я остался стоять в кабине. Положив руки на панель управления, и чувствовал, как напряжение постепенно сменяется тяжёлым облегчением. Мы вырвались. Пусть я и не сделал все, чего хотел: не достал «Дьявол», и не смог даже подступиться к тому, как сохранить антидот от Т-вируса, я хотя бы смог вытащить этих троих.





Уже неплохой результат, как по мне.





Через несколько минут тишины под мелькающие в окнах размытые очертания подземного тоннеля, в кабину вошла Клэр, облокотившись на дверной косяк.





— Я проверила другие вагоны. — Она говорила спокойно, но в её глазах читалось то же, что и в моих: ожидание подвоха. — Везде чисто.





— Хорошо, — кивнул я. — Но держи оружие под рукой.





— Теперь уж точно всегда буду держать пистолет подушкой. — усмехнулась девушка. — После такого-то…





В соседнем вагоне Аннет устроилась на сиденьи, устроив голову Шерри у себя на коленях. Девочка задремала, мило сопя, пока мама держала её за руку, словно боялась, что стоит отпустить — и та исчезнет.





Я тихо вошёл к ним.





— Как она?





— Справится, — ответила Аннет. Её голос был жёстким, но я уловил дрожь. — Она у меня сильная.





Я кивнул. Сильная — да. Но всё равно ребёнок. Слишком много ужаса для маленькой головы.





Решив больше не тревожить остатки семьи Биркин, вернулся в кабину.





Клэр сидела напротив, на краю панели управления, задумачиво теребя руками молнию на картке.





— О чем думаешь? — Интересуюсь, устроившсь рядом.





— О брате. — Ответила девушка. — Выжил ли он.?





Точно, она ведь за этим и пришла в Раккун-Сити — найти Криса или хоть какую-то информацию о нем. Жаль, что не могу ей рассказать, что ее брать пережил вечеринку в особняке спенсера и сейчас активно наводит шорох где-то за пределами города, пытаясь хоть что-то сделать с последствиями. Мы с ним вживую еще не встречались и мне нечем будет прикрыть свои знания. Придется ограничиться обобщенными фразами.





— Если он хоть в половину так крут, как ты, то точно не пропадет. — Двигаюсь ближе и приобнимаю девушку за плечи.





— Он у меня очень крутой. — Тепло улыбнулась она, повернув ко мне голову. Наши глаза встретились. И мне сразу же вспомнился недавний короткий поцелуй. Хоть он и случился действительно недавно хронологически, но по ощущениям прошла целая вечность.





Удивительно, как быстро и одновременно долго может тянуться время.





Несколкосекунд мы молчали — только гул колёс да тихое дыхание Шерри в соседнем вагоне.





— Знаешь, — первой нарушила тишину Клэр, — сейчас… даже странно, что всё так спокойно.





— Тишина пугает сильнее, чем выстрелы, — кивнул я.





Она посмотрела на меня — долго, пристально, будто собиралась что-то сказать и не решалась. Потом всё же выдохнула:





— Леон… я не очень хороша в слова и, тем более, в признаниях… в общем, в прошлый раз мы не успели. Может, стоит попробовать ещё раз?





И прежде чем я понял, что именно она имеет в виду, её ладонь скользнула к моей, а губы осторожно коснулись моих. Не неловко и поспешно, как раньше, а мягко, уверенно, будто так и должно было быть.





Я ответил. На короткое мгновение мир исчез: не было зомби, ни мутантов, ни солдат Амбреллы». Даже моя собственная «сверхъестественность» отошла на мгновение на второй план. Только мы двое — живые, настоящие, упрямо вырывающие кусочек нормальности посреди кошмара.





Когда мы отстранились, Клэр улыбнулась чуть смущённо:





— Вот теперь правильно.





Я хотел пошутить, но не успел. Поддавшись моменту и расслабившись, как-то упустил из виду, что в страшных историях после небольшого затишья, когда все, казалось бы, уже спаслись, обычно наступает полная жопа.





О чем вселенная не постеснялась мне сообщить огромной силы ударом в стену одного из задних вагонов, скрежетом разрываемого металла, искрами, визгом трущихся о рельсы колес, перепуганными криками Шерри и Аннет, и схватившейся за меня, как за спасательный круг Клэр, вместе с которой мы и упали на ушедший внезапно из-под ног пол.





Интерлюдия 3


Неизвестное количество времени назад





Существо шаталось по затопленным тоннелям, оставляя за собой след из крови и грязи. Каждое движение давалось тяжело: тело было разорвано, прожжено огнём и свинцом, мышцы рвались под собственной массой и срастались вновь, кости ломались и вставали на место, по всему телу открывались глаза и тут же лопались от перенапряжения.





Но оно не останавливалось.





Внутри него жил голод — бездонный, болезненный, всепожирающий. Оно чувствовало, как каждая клетка, каждая жила и каждый нерв жаждут поглотить что-то, что даст хоть мгновение облегчения, хоть слабый прилив силы. И это голодное желание шло не только к питанию: оно стремилось к выживанию, к совершенствованию, к бессмертию через разрушение всего вокруг. Существо двигалось вперёд, ведомое этим инстинктом, полностью утопившем разум в кровавом тумане. Лишь иногда сквозь мрак вспыхивало что-то человеческое: обрывок мысли, образ, крик в глубине души. Но эти искры мгновенно гасли, поглощённые звериной яростью. Мир свёлся к запахам, звукам и чутью.





Именно оно и привело его сюда, в коллектор, где лежала туша гигантского крокодила. Недавно он царил в этих тухлых водах, теперь же был лишь бесформенной грудой мёртвой плоти. Изуродованная, прострелянная, пропитанная гарью и порохом, но всё ещё полная сырого, вязкого потенциала. Для существа это было не падалью — это было сырьём.





Зарычав, оно бросилось к туше, к одной из ран, где не было твердой чешуи, и вонзило зубы в мягкое мясо. Оно рвало и ело, не разжёвывая: мощные мышцы глотки работали, как насос, затягивая в себя тяжёлые куски. Тёплая кровь текла по подбородку к груди, смешивалась с чёрной слизью, которую выделял вирус.





Оно чувствовало нутром, что скоро начнет меняться, как уже делало это раньше. Чтобы выжить и победить там, где до этого не смогло. Плоть этого трупа поможет.





Где-то в глубине на миг вспыхнуло человеческое — образ девочки. Его девочки. Теплые глаза, маленькая ладонь. И вместе с этим — ужас.





"Я не должен! Шерри.. я не могу"…





Но почти сразу туман сомкнулся, и инстинкт ударил с новой силой. Инстинкт требовал не только есть, но и плодиться, оставлять потомство, заражать. Она была идеальной целью. Родственник. Станет полноценной, а не как жалкие подделки.





Существо выло, рвало и глотало дальше, пока от Аллигатора не остались лишь хрящи и костяные обломки. Вскоре и они были поглощены. Вокруг остались только ржавчина и вонючая канализационная вода.





И тогда оно взвыло снова, но уже от боли, когда его плоть стала вздуваться и струиться, обволакивая его, затягивая в плотный кокон. Внутри него было жарко, всё дрожало от напряжения. G - вирус делал свою ужасную работу - улучшал, как он умеет. Суставы крепли, мышцы становились плотнее и туже, подгоняясь под новые движения. Уязвимые места перестраивались, обзаводясь защитой.





Но существо ничего из этого не чувствовало. Оно спало.





И в этот момент откуда-то из глубины тьмы вновь показался он. Простой человек, гениальный ученый, амбициозный интрига. Любящий муж и отец. Уильям Биркин.





Ему тоже снился сон. Уильям н стоял в центре огромного зала, залитого светом, вокруг него — коллеги, политики, военные, журналисты. Всё пространство было заполнено их вниманием, каждый жест, каждый взгляд подчёркивал его величие. Мир признавал его достижения, его гений, его власть над новым миром, который он создавал. Он сделал невозможное: G-вирус был только началом, Блистательный ум и неограниченное финансирование позволили Уильяму воистину расправить крылья, и теперь он — не просто учёный, а повелитель новой эры процветания и благоденствия для всего человечества.

Вспышки фотокамер, аплодисменты, восторженные комментарии, все внимание было направлено на него и только него.

Семья стояла рядом: жена, сжимая его руку, и маленькая дочь, глядящая на него с восторгом и доверием. Их глаза сияли гордостью, любовью и восхищением. Уильям улыбался, ощущая, что наконец достиг того, о чём мечтал всю жизнь. Сердце переполнялось теплом: он свободен, признан, любим. В воздухе витала сладкая уверенность, что никакая угроза, никакой враг не сможет потревожить его.





Он обводил взглядом зал и ловил мельчайшие детали — шепот удивления, зависть и страх в глазах врагов, восторг и уважение в глазах союзников. И тут его мысли непроизвольно обратились к двум фигурам, чьи имена когда-то означали для него угрозу: Альберт Вескер и Освальд Спенсер. Раньше они мешали каждому его шагу, плели интриги, подтачивали его репутацию, подставляли и уничтожали любые попытки продвинуться вперёд.





Теперь же они стояли далеко внизу, словно наблюдая со дна за вершиной, на которой он царил. Их глаза были полны зависти, бессилия и отчаяния. Вескер, с его ледяным холодным взглядом, и Спенсер, с почти безумной решимостью, могли лишь видеть, как человек, когда-то униженный ими и всеми вокруг, стал тем, кто держит в руках власть над жизнью и смертью. Они могли лишь наблюдать и мучительно осознавать своё поражение.





Он позволил им быть здесь именно для этого: чтобы смаковать этот момент, ощущать, как их зависть и бессилие питает его триумф. Уильям наслаждался каждым взглядом, каждым жестом страха и уважения. Его сердце наполнялось гордостью и сладкой горечью: никто не сможет стереть то, что он достиг. Всё было идеально: признание, слава, власть, любовь семьи. Он чувствовал себя почти неуязвимым, словно весь мир подчинялся его воле.





Но затем что-то изменилось. За спиной мелькнула тень. Он замер, сердце дернулось, но зал продолжал аплодировать, лица коллег и гостей казались не изменились, будто никто не заметил ничего странного. И тогда, мгновенно, буквально изниоткуда возникло оно — Чудовище. Огромное, уродливое, почти невообразимое существо. Оно появилось так внезапно, что казалось, будто тьма сама взорвалась и выплюнула это чудовище.





— Что… — попытался сказать Ученый, но захлебнулся собственными словами.





И кровью.





Удар пришёл мгновенно. Вот монстр стоял в отдалении, а вот он уже находится вплотную, погрузив массивные когти на лапе в грудь мужчины. Все было так стремительно, будто тварь вообще не собирается подчиняться законам реальности.

Холод, острый, как лезвие, пронзил каждую клетку, и мир вокруг растаял в криках, крови и ярости. Ученый хотел позвать на помощь, но слова застряли в горле, да и сам зал пресс-кнференций, где он был секундой ранее исчез вместе со всеми людьми, оставив место непроглядной тьме, из которой на него взирали бесчисленное количество желтых глаз с вернтикальным зрачком. Они отличались друг от друга. Разный размер, форма, некоторые сливались друг с другом, как клетки под микроскопом, но в одном они сходились все до единого: они смотрели с голодом, яростью и презрением.





Но вся их ненависть не могла и на долю процента сравниться всего с одной парой. Такой же, как у него, на лице у чудовища, что почему-то выглядело, как гротескная изуродованая пародия на его собственное.





— Кто... тх.. тхы..? - из последних сил прохрипел мужчина.





Но ему никто не ответил, вместо этого сознание начало стремительно уплывать куда-то во тьму, пока окончательно не расворилось в небытии.





Уильям Биркин исчез навсегда.





И в этот же момент где-то там, в реальном мире когтистая лапа пробила истончившуюся, засохшую оболочку кокона. Теперь она была покрыта чешуей, которой не страшны ни огонь, ни пули, а никуда не исчезнувший огромный глаз обзавелся не менее прочной склерой, как у поглощенного недавно крокодила.





Уильям Биркин уснул на веки, но G-мутант пробудился. Издав яростный рев, он окончательно разорвал кокон и выбался наружу. Сильнее, чем когда-либо.





Он глубоко вдохнул, и воздух вокруг наполнился запахами, которые раньше неуловимо ускользали. Сквозь ржавчину, гарь и сточную воду проступал другой аромат — яркий, отчётливый, неуловимо знакомый. Это был запах, который пробуждал нечто большее, чем инстинкт: память о родстве, изуродованная вирусом и извращённая голодом.





Был еще один: тоже знакомый, но едва заметный и незначительный. Неинтересный





И третий: сильный, опасный. Он помнит его, того, кто принес больше всего боли.





Соперник!





Все три следа вели в одну сторону, и монстр незамедлительно рванул туда, выжимая все силы из обновленных, мышц.





Охота продолжилась.





Глава 48


То, что мы не просто на кочку налетели (на рельсах, ага), я понял по тому признаку, что когда моя спина ударилась об пол под аккомпанемент сдавленного «ойка» Клэр, нас еще и протащило к стене.

— Цела? — Первым делом интересуюсь, в порядке ли девушка.

— Угх. да… — со стоном перекатилась она с меня, сев на попу. — Что это было?

— Ничего хорошего. — Отвечаю ей поднимаясь на ноги, не забыв при этом и про двух других пассажиров. — Аннет?

— Мы не пострадали! — Женщина тут же показалась в дверях, ведя за руку перепуанную Шерри.

Хорошо, отделались лишь легким испугом, но зуб даю, это ненадолго. Не нужно быть гением, чтобы понят, кто нас так ярко поприветствовал.

И, будто в подтверждение моих слов, со стороны заднево вагона вновь раздался скрежет, сопровождаемый громким невнятным завыванием.

— Это он… — Глаза бывшей жены чудовища расширились в ужасе и она еще сильнее прижала к себе дочь, обратив свой взгляд на единственного человека, который может их защитить здесь и сейчас — на меня.

Найдя взглядом отлетевшую в угол при ударе штурмовую винтовку, которая до этого стояла прислоненной к панели, подбираю ее и выхожу из рубки в Вагон.

— Оставайтесь тут и закройте дверь. — Бросаю за спину, сняв оружие с предохранителя.

Но не успел я сделать и пары шагов вперед, как чья-то рука впилась мне в плечо, развернув назад. Это была Клэр. Ей явно было страшно: на лице читалось беспокойство, а пальцы дрожали от напряжения, но взгляд был упрям.

— Один с ним драться пойдешь?

— Тебя я туда точно не пущу. — И, не дав ей возразить аккуратно убираю руку со своего плеча. — Я живучий, не забыла? Рзберусь с ним и вернусь, а ты пока охраняй их.

— Я… хорошо. — Девушке явно было, что сказать по этому поводу, но она сдержалась и отступила. — Не смей умирать, слышишь?!

— И обязательно вернись! — Добавила вдруг Шерри.

Аннет, к счастью, промолчала. Хоть кто-то тут понимает, что сейчас не время для слезливых обещаний.

Еще раз взглянув на всех троих, подмигиваю им с ободряющей улыбкой, и, не сказав больше ни слова, выхожу вперед, навстречу гребанной ошибке природы, что все никак не хочет оставить нас в покое.

Дверь в кабину за спиной с шипением закрылась, а следом последовали глухие щелчки запираемого замка.

Хорошо. Так и безопасней, и они не увидят, что я собираюсь делать.

Перейдя в следующий вагон, задерживаюсь для того чтобы дернуть за находящийся в тамбуре рычаг и тут же слышу, как с метеллическим стуком передний вагон вместе с кабиной и находящимися внути девками отсоединяется и начинает удаляться вперед. Не теряя ни секунды, сразу же дергаю за находящийся тут же стоп-кран.

Лишившийся локомотива поезд дергается по иннерции и резко начинает тормозить, а к звукам крушащего все на пути монстра где-то спереди добавляется резкий скрип переставших вращаться колес, трущихся об рельсы.

Теперь остались только я и он. Нас разделяла лишь перегородка между вагонами, которую этот ублюдок, я уверен, запросто вскроет.

Почему я так поступил? Почему отпустил девушек, а сам остался тут, драться с непобедимым чудовищем? Да потому что я не уверен, что справлюсь. Слишком много «но» может произойти. Он может меня убить и добраться до них, и тогда все мертвы. Может вообще проигнорировать и сразу ворваться в кабину, и тогда все тоже мертвы. А если и нет, то в ходе боя может сломаться поезд и тогда мы, даже если победим, не выйдем из радиуса подрыва ни системы самоуничтожения «Гнезда», ни, тем более, боеголовки.

Поэтому я принял, как мне кажется, самое лучшее решение: остаться самому и утянуть за собой Биркина. У меня наибольшие шансы и успешно пережить встречу с ним, есть уже такой опыт. Ну и не подохнуть в ядерном огне тоже возможность есть… чисто в теории.

Идти ему навстречу не стал, остался ждать со своей стороны вагона, направив автомат на закрытую дверь в следующий. Звуки тяжелыш шагов и скрежет металла за ней с кждой секундой были слышны все отчетливее, но создавалось такое ощущение, будто тварь специально нагоняла ужаса.

Однако, я не боялся. Я теперь тоже не совсем человек, а еще тупо морально устал после всего дерьма, начиная от укуса в самом начале, заканчивая «безобидным» пранком восходящей звезды ТикТока по имени Ада Вонг. Так что очередной урод, пусть в этот раз и уже знакомый, не вызвал никаких чувств, кроме глухого раздражения.

Гораздо больше меня заботит, чтобы девки успешно спаслись.

Но вот секунды безмолвного ожидания закончились: в дверь с постучались, если, конечно, можно считать стуком вылезшие с той стороны широкие когти, пронзившие сантиметра два, а то и два с половиной прочнейшей броневой стали, как нож бумагу. Следом за этим обладатель когтей одним движением вырвал преграду и отбросил за спину, а после шагнул вперед, дав себя рассмотреть.

И после этого все сомнения в том, что я мог поступить неправильно, развеялись окончательно, ведь теперь Биркин совсем не был похож на ту бесформенную кучу говна шириной во весь вагон, которую мы с Клэр смогли упокоить в другой истории.

Сейчас напротив меня стоял хищник. . Эта тварь очень, очень опасна, опаснее всех, кого я встречал раньше.Об этом сообщили все мои инстинкты, и новоприобретенные, и старые, еще человеческие, криком во всю глотку: «Бей или беги»!

Но вместо этого, пока урод изучал меня, я изучал его.

Он стал меньше. Заметно меньше, ужавшись, наверное, на треть от прошлого размера. Тело покрывала чешуя, гибкая на вид и почти гарантированно очень прочная, а из-за спины по полу волочился гибкий и длинный хвост с уродливым шипом на конце. Чем-то он был похож на Ящера из просмотренного в детстве сериала о Человеке-Пауке, только намного более уродливого, со все еще кривой рожей, в которой теперь совсем не осталось человеческих черт, за то была полная пасть острых зубов, с которых капал вязкая черная слюна. Непропорционально большая правая рука тоже уменьшилась, хоть и была все еще больше левой, а глаз на ней обзавелся защитной пленкой, как у крокодилов.

Крокодилов… блять!

Да он же сожрал того Алигатора! А вот это вот уменьшение габаритов, вместо раздутия в несколько тон визжащей зубастой биомассы — это же под меня! Быстрый и сильный противник, с таким мне будет труднее бороться, в купе с его охренительной живучестью.

— Адаптировался, с-сука… — раздраженно шепчу сквозь крепко сжатые зубы.

Тварина получила пизды в прошлый раз, запомнила меня, и подготовилась ко второму раунду. И сделала это на одиннадцать из десяти.

А ведь я даже не его главная его цель. Он идет за Шерри, чтобы превратить ее в свою копию. Не знаю, почему, не догадался спросить Аннет, но он не может тупо перезаражать всех и превратить в себе подобных, как делают носители Т-вируса. Ему нужен кто-то особенный для размножения, родная дочь подойдёт идеально. И пусть смысл в это выражение вложен другой, никак не связанный с педофилиией и инцестом, менее отвратительным он от этого не становится.

Не знаю, как, но я просто обязан его завалить, любой ценой, или хотя бы задержать до прилета ракеты иначе мое геройство будет лишено смысла: он просто выследит девушек по запаху, и тогда им конец.

Похоже, пока я думал, у Биркина начало заканчиваться терпение и он сделал новый шаг в мою сторону, и я не думая прицелился в наиболее уязвимое место на его теле — глаз.

Выстрел.

Не пробил!

Ушлепку это очень не понравилось, и он, взревев, как динозавр, рванул ко мне, в один прыжок преодолев почти все расстояние между нами. Все это время я безостановочно стрелял, но ни одна пуля не пробила чешую. От удара когтистой лапой ушел, поднырнув под нее перекатом вниз, и, развернувшись на одном колене, высадил уроду в спину остатки магазина.

Не успела последняя гильза упасть на пол, в меня стремительной тенью метнулся хвост, метя наконечником в шею.

Слишком быстро!

Еле успел подставить под удар автомат и сместиться немного вбок. Благодаря этому и остался цел, но даже так сила удара была такова, что безвозвратно испорченное покореженное оружие вырвало у меня из рук, а самого впечатало плечом в стену.

От удара в плече хрустнуло, а в глазах на мгновение потемнело, и этого времени уроду хватило для новой атаки.

А у меня его для контратаки уже не оставалось — тварь обрушилась на меня, будто лавина из мускулов и чешуи. Весь вагон заходил ходуном от её веса, пока в меня летели поочередно то размашистые удары лапами, то стремительные тычки хвостом. Боевой нож, легший в руку после потери автомата пока так и не смог найти время, чтобы отведать вражескую кровь.

Но вот, спустя казавшиеся бесконечными секунды, мне удалось подгадать момент и нырнуть под очередной размах лапы, и чувствуя затылком, как когти со свистом рассекли воздух в сантиметрах от головы, вонзил клинок уроду в бочину. Чешуя треснула, нож ушёл в плоть, брызнула чёрная вязкая кровь, заливая ладонь и пол, но Биркин даже не пошатнулся — лишь взревел так, что стёкла в окнах дрогнули, и обрушил на меня хвост.

Я успел проскользнуть в сторону, и удар лишь снёс металлическое сиденье, вырвав его с корнями. Искры посыпались, как дождь. Монстр не уставал: один широкий замах следовал за другим, и каждый мог превратить меня в отбивную. Его движения были грубыми, но скорость — нечеловеческая. Инстинкты дикого зверя подсказывали ему, куда целиться, и я ловил себя на мысли, что всё меньше успеваю реагировать.

Мне приходилось крутиться, скользить по полу, перекатываться под сломанные поручни. Несколько раз я использовал кресла как щит, бросая их под когти, и чудовище разносило металл в клочья, пока я пытался подобраться ближе. Каждый раз, когда клинок находил мясо между пластинами чешуи, я вырывал у него клочок силы. Но сам за эти секунды терял гораздо больше: дыхание сбивалось, мышцы горели, ладонь сжимала рукоять ножа так, что суставы побелели.

Я понимал: если бы не проклятый «Прародитель» в моей крови, меня уже раздавили бы в лепёшку. Удары, от которых хрустели переборки вагона, рвали бы обычного человека на куски. Но тело заживало на ходу, порезы затягивались, кости не ломались окончательно. Мышцы работали быстрее, чем могло позволить здравое тело. И всё равно я отставал. Он был зверем. Я лишь человеком с временным кредитом.

Стиснув зубы, я метнулся вперёд, и лезвие на миг нашло слабое место в его шее. Чёрная борозда пролегла по чешуе, кровь закапала густыми каплями. Биркин отшатнулся, но в этом движении чувствовалась злость, а не боль. Всего лишь царапина.

Затем его глаза — и те, что на башке, и то, что на плече — вспыхнули в унисон каким-то первобытным, звериным торжеством.

Меня подловили. Гандон вспомнил, как думать.

Хвост взметнулся тенью и я не успел увернуться. Острая костяная шпора вошла сбоку, пробив меня насквозь, и с чудовищным рывком подняла вверх.

Воздух вышибло из лёгких, изо рта вырвался хрип и кашель. Силы начали резку утекать вместе с кровью из раны.

Мир качнулся, и жгучая боль разорвала всё изнутри, будто меня пронзили раскалённым ломом. Сознание плыло, края зрения окутывала чёрная дымка…

И вдруг что-то щёлкнуло. Не в костях, не в хвосте — глубже, прямо под кожей. Вены на руках и шее вспыхнули багровыми жгутами, кровь забурлила, как кипяток. Боль растворилась, смытая приливом силы, такой чужой и в то же время родной.

Зрение исказилось: мир вспыхнул новыми красками. Я видел каждую трещину в его чешуе, каждую каплю слизи, что стекала с клыков. Слышал, как бешено колотится сердце чудовища, как скрипят суставы, когда он напрягается. И видел как мои собственные вены на руках стремительно чернеют.

Всё стало ясным. Боль исчезла. В груди проснулось уже знакомое первобытное существо, требующее только одного — разорвать этого ублюдка на части.

И в этот раз я не стал его прогонят, а встретил с распростёртыми объятиями.

Биркин замер. Его глаза встретились с моими, и в них мелькнуло — не страх, нет — но тревога, непривычное колебание. Он почуял перемену.

Я ухмыльнулся, чувствуя, как клыки скользнули по губам, а дыхание превратилось в глухой рык.

— Раунд два, пидрила…





Глава 49


Несмотря на то, что я всё ещё висел, прошитый насквозь хвостом, а мой противник был практически невредим, я испытывал лишь азарт.

Схватка против наёмников была интересной, но те были обычными людьми. Они могли бояться, могли допускать ошибки, что и произошло после того, как я сбросил ограничения.





Сейчас же напротив меня стоял настоящий противник. Сильный, живучий, яростный. Настоящее испытание для проверки сил. Ухмылка на моём лице плавно перетекла в оскал.





Одной рукой крепко, до скрипа, сжал едва не выпавший на пол нож и вонзил его ровно в то же место, что и до этого, а затем, что есть силы, дёрнул на себя, вырвав приличный кусок плоти и вызвав настоящий фонтан воняющей болотной гнилью крови.





В это же время второй рукой хватаюсь за хвост и, помогая себе ногами, рывком выдёргиваю его из груди с влажным, хлюпающим звуком.





Теперь на пол потекла уже моя кровь, но ни она, ни сквозная дыра в груди размером с кулак не стали проблемой. Уже мгновение спустя я почувствовал, как моя плоть начала срастаться.





Мне это нравится всё больше и больше!





А вот Биркину, кажется, не очень.





Ублюдок взревел так, что металл стен застонал, но я лишь рассмеялся в ответ, обнажив клыки.





— Не один ты теперь тут можешь лечиться, хуесосина!





Перехватив нож, бросаюсь вперёд, поднырнув ему под руку и вонзаю лезвие в бок. Успеваю сделать длинную борозду и отпрыгнуть в сторону ещё до того, как он среагировал и ударил по мне хвостом.





Такой медленный…





Оттолкнувшись ногой от стены вагона, атакую снова. И потом снова. И ещё раз.





Я крутился вокруг него и жалил, так же как шершень кружится вокруг пчелиного улья, по одной выдёргивая оттуда беспомощных пчёл.





Он почти не успевал отвечать: тяжёлые лапы и хвост лишь рассекали воздух или ломали металл вокруг. Каждое моё движение оставляло на его теле новые отметины: рваные порезы на боку, глубокая борозда через плечо, прокол под рёбрами. Каждая рана быстро заживала, но он тратил на это силы, становясь медленнее и слабее.





Я видел это. Чувствовал каждой клеткой, каждой чёрной жилой, проступающей под кожей: я дожал его.





Иногда мне прилетало в ответ, и тогда уже я тратил драгоценную энергию на заживление. Но размен был далеко не в его пользу.





Ну или мой затуманенный боевым ражем разум так считал.





В один момент Биркин рванулся вперёд, пытаясь схватить меня обеими лапами разом. Но я уже был выше — прыгнул, оттолкнувшись от перил, и обрушил нож сверху вниз, вонзив его в плечо твари. Лезвие заскрежетало о кость, а я, повиснув на рукояти, оскалился прямо в его морду.





Ответом стал удар головой. Его морда врезалась мне в лицо, и я с треском влетел в окно, почувствовав, как нос превращается в кашу. Осколки бронированного стекла впились в спину, а следом — сильный удар о камень. На секунду всё потемнело. Но этой секунды хватило, чтобы раны начали затягиваться, нос снова встал на место, а в голове прояснилось.





Поднимаю голову и вижу, как урод вылезает из вагона вслед за мной. Оскалившись, вскакиваю на ноги и вновь бросаюсь в атаку.





Бой продолжился уже в тоннеле, где у меня было намного больше пространства для манёвра. Я продолжал кусать его, потихоньку отщипывая кусочек за кусочком, но Биркин, казалось, совсем не замечал этого. Да, он стал не таким шустрым, как в начале, стал меньше нападать и больше защищаться, но его живучесть и выносливость никуда не делись.





Я же снова стал уставать. «Прародитель» внутри меня всё ещё подгонял тело, сшивая порезы и подпитывая мышцы, но цена была очевидна — силы уходили быстрее, чем я успевал их восстанавливать.





И этот хренов мутант заметил изменения. Он больше не бросался вперёд бездумно. Теперь он ждал, давал мне изматывать себя, словно древний зверь, знающий, что жертва сама обессилит.





Ну а я не мог позволить себе действовать экономно — понимал, что остановка равна смерти.





Зарычав от раздражения и гнева, сжимаю зубы так, что скулы хрустнули, и снова иду в атаку, обходя защитный выпад лапищей и вонзая нож в его живот. Но только для того, чтобы снова попасться на старый трюк: меня встретили ударом хвоста — резким, хлёстким, как взмах кнута. В этот раз меня не насадили, как шашлык на шампур, но всё равно приголубили с такой силой, что моё тело вынесло через окно вагона и впечатало в стену тоннеля. Осколки стекла полетели наружу, часть из них вгрызлась мне в спину, а удар, от которого камень треснул, осыпавшись пылью, лишь вогнал их в плоть ещё глубже.





Только чудом мне удалось приземлиться на ноги после столкновения, а не упасть на землю, как мешок с дерьмом.





— Чёрт… — прошипел я сквозь зубы, выплёвывая кровь и чувствуя, как с хрустом встают на место сломанные рёбра и заживают порезы под звон падающих на землю осколков.





Монстр рванулся следом, желая добить меня, пока я не пришёл в себя полностью, и я едва успеваю перекатиться, избежав массивных когтей, что оставили глубокие борозды в камне там, где секунду назад была моя голова.





Двумя длинными прыжками разрываю дистанцию между нами и замираю, шатаясь на уставших ногах. Стараюсь перевести дыхание. Биркин, к моему удивлению, тоже не спешит продолжать натиск. Просто развернулся и смотрит на меня своими глазищами с вытянутыми зрачками — с вызовом, даже с превосходством, заставляя скрипеть зубами от досады.





Я проигрываю, стоит это признать. Почти все накопленные за короткое время отдыха силы потратились на, хм… назовём его «боевой режим». А этот мудак, мало того что изначально был намного выносливее, так ещё и нажрался биомассы крокодила, в котором было тонн десять чистого веса, если не больше.





Говоря словами геймеров, я просто не вывожу размен по ресурсам. Уже сейчас, спустя пару минут боя, жрать хочется так, будто в желудке открылась чёрная дыра. Такими темпами, если не закончу этот бой быстро, то просто высохну, как мумия. Или он всё же поймает меня и разорвёт пополам.





Но в голову упорно не желала приходить ни одна идея, как это осуществить.





И ровно в этот момент вселенная решила, ради разнообразия, подыграть уже мне: по коридору прокатился глухой, тяжёлый звук — гул такой силы, что в ушах зашумело, а земля под ногами заходила ходуном. Воздух задрожал, мелкий щебень посыпался с потолка, лампы вдоль стены мигнули и разом погасли, оставив нас в зыбкой полутьме.





Система самоуничтожения! Как вовремя!





Я забыл о ней в пылу битвы, но она всё же сработала. Может, мне и не хватит сил прикончить ублюдка в честной драке, но тоннель — да. Тоннель способен раздавить даже такое чудище.





Биркин замер, приподняв голову. Даже это чудовище почуяло неладное. Его уши дёрнулись, глаза метнулись к потолку, откуда теперь сыпалась каменная крошка.





Я, наоборот, ощутил прилив странной надежды.





— Чувствуешь, мразь? — прохрипел я, выплёвывая кровавую слюну. — Вот и пиздец тебе.





Нам обоим, если на то пошло. Но главное — девки уже уехали достаточно далеко, и их точно не заденет. Не думаю, что «Гнездо» проектировали идиоты: они должны были учесть время, нужное, чтобы поезд успел уйти перед обрушением комплекса.





Сейчас мне остаётся только одно: задержать этого урода достаточно долго, чтобы нас обоих здесь похоронило.





Биркин зарычал, будто понял меня, и бросился вперёд, не желая ждать, пока потолок сделает своё дело. Я встретил его — не отступая, не уходя в сторону, а бросившись навстречу и врезавшись в массивную тушу плечом. Вложил в это движение все оставшиеся силы и даже немного сверху. Когда мы столкнулись, мои кости затрещали, ломаясь и срастаясь снова, мышцы рвались, а органы будто перемешались в кашу. Инерции у него было побольше, чем у меня, а потому я быстро проиграл силовое противостояние, и меня потащило по полу, стирая спину в кровь.





Еле как уворачиваюсь от обрушившихся сверху когтей, в ответ зарядив ногой по морде и вырвавшись из захвата. Следом ножом отбиваю прилетевший хвост.





Каждое движение давалось с огромным трудом и через жгучую боль. Я уже готовился к тому, что этот размен атаками станет для меня последним, но…





Над головой, сквозь гул, послышался стон рвущейся арматуры. Камень застонал, и с верхотуры сорвался первый крупный кусок бетона. Он ударил рядом, подняв столб пыли и отделив нас друг от друга. Пока я прикрывал лицо рукой от бетонной крошки, Биркин ревел от разочарования, что не смог прикончить меня.





Трещины множились, по потолку прошёл раскатистый хруст, будто гигант ломал позвоночник горе. Вслед за этим рухнула целая секция плит, погребя под собой часть тоннеля и смяв гармошкой вагон. Тоннель затрясся, словно подземный зверь пытался выбраться наружу.





Мне лишь чудом повезло не попасть под раздачу, а вот моему врагу — намного меньше.





Где-то впереди сквозь грохот бетона и скрежет железа я услышал влажный хруст, а когда пыль чуть рассеялась, я увидел его: туловище и ноги исчезли под каменным монолитом, наружу торчали только одна рука и голова. Монстр рвался, выл, когтями скрёб бетон, но даже его чудовищной силы оказалось мало.





Я сделал шаг. Потом ещё один. В глазах двоилось, в животе всё сжималось от голода и усталости, но я чувствовал: вот он, момент, шанс положить этому конец.





Мутант, видя моё приближение, зашипел, словно змея. Его жёлтый глаз метнулся ко мне. Свободная рука дёрнулась, хватая воздух, но я встал так, что он не мог до меня дотянуться.





Хватаю его за голову обеими руками и тяну, вложив в рывок всё, что у меня остаалось.





Череп под ладонями оказался скользким, покрытым вязкой кровью и слизью. ублюдок рванулся, пытаясь цапнуть меня клыками, и на миг наши взгляды встретились — его жёлте, крокодильи глаз и мои, полные чёрного бешенства. И в его взгляде теперь преобладал животный ужас.





Сжимаю хватку сильнее. Суставы на пальцах хрустят, мышцы ревут, сухожилия натянуты, будто готовая лопнуть в любую секунду струна.





Биркин не хотел дохнуть. Он дергался, бил лапой, когтями скребя по камню ирастирая его в труху в тщетной попытке вырваться. Из его пасти вырывался сиплый рёв, в котором смешались ярость и страх — страх, которого он, похоже, не чувствовал никогда прежде.





— Сдохни, ублюдок! — прорычал я, ощущая, как из глаз брызнули капли крови.





Кости под руками начали поддаваться. Сначала лёгкий треск, словно лопнула ветка. Потом другой. Звуки множились, пока не превратились в оглушительный хруст, перекрывающий даже грохот рушащегося тоннеля.





С последним рывком я дёрнул. Шея разошлась с влажным, рвущим душу звуком. Голова оторвалась, оставив за собой фонтан чёрной, густой крови, которая обдала меня с ног до головы.





Крик чудовища резко перешел в бульканье и оборвался. Его рука, торчавшая из-под плиты, ещё раз дёрнулась, пальцы выгнулись в судороге — и бессильно разжались.





Я остался стоять, тяжело дыша, держа в руках его окровавленную башку, которая ещё мгновение назад ревела на меня. Теперь это был просто кусок плоти с мёртвым глазом, уставившимся в пустоту.





Не сдержав отвращения выкидываю вонючий кусок плоти подальше в тоннель и стою дальше, смотря на собственные окровавленные руки с выступающими черными венами. Стою — и не могу поверить в то, что только что сделал.





Я убил его. Убил этого гандона. Насовсем. Вот этими вот руками.





Погружённый в собственные мысли, не сразу заметил, что сверху больше ничего не падает, да и в целом стало как-то тихо.





Ещё одна хорошая новость: обвал тоннеля я тоже пережил. Но что делать дальше?





Ответом на этот вопрос стал широкий луч света, пробивающийся через пролом в бетонном своде. Сквозь него даже было видно небо, на котором всё ещё мерцали звёзды.





Хм, значит, время до рассвета ещё есть. Что ж, предпочту встретить его наверху. Только полежу немножко. Буквально пять минуточек.





Глава 50


Там же. Десять минут спустя

Чертовски хочется спать. И есть. Нет — даже не есть, а ХАВАТЬ. А ещё всё тело болит так, будто я попал на разделочный стол к шеф-повару, и тот как следует прошёлся по мне молотком для мяса с головы до пят, не забыв при этом скрупулёзно отделить каждую мышцу от костей.





Отходняк от схватки пришёл незаметно: вот я, заряженный адреналином и чем бы то ни было ещё, что «Прародитель» влил в мою кровь, отрываю Биркину голову… а вот, уже через пять минут, сижу внутри вагона на чудом уцелевшем кресле, пытаясь не потерять сознание от боли во всём теле — даже в тех его частях, которые, по идее, болеть не должны.





Не уплыть в пучину беспамятства помогает только один фактор — голод. Воистину всепожирающий. Организм, выжженный и опустошённый, требует восполнить резервы, и ему, кажется, абсолютно плевать, откуда брать топливо. Потому что за прошедшие десять минут я уже не в первый раз ловлю себя на том, что смотрю на обезглавленное тело своего врага, торчащее из-под плиты, с очень понятным интересом.





И даже всерьёз задумываюсь о том, чтобы попробовать.





Интересно… это будет считаться каннибализмом, если он уже не человек? А если я сам — больше не человек?





Запах его крови не давал покоя. С одной стороны — смертельный яд, сплошная опасность. Но с другой — манящий аромат силы, густой, тягучий, обещающий новые возможности. Такое существо… если вкусить его плоть… часть его могущества перейдёт ко мне. Я почти чувствовал это нутром.





— Нет! — вырывается хриплый шёпот. — Ты не будешь жрать дерьмо, Леон! Даже если очень хочется… даже если кажется, что будет вкусно! Хватит!





Неимоверным усилием воли вырываюсь из транса, в который сам же незаметно и погрузился. И вовремя: я уже стоял на колене возле трупа, ладонью зачерпнув густую чёрную кровь и поднеся её слишком близко ко рту.





Запах ударил в нос с новой силой, заставив инстинкты взвыть от жадности, а желудок забурлить в предвкушении. Я рыкнул и заставил себя перешагнуть через эту грань. Встал, стряхнул липкую жижу с пальцев и для надёжности оторвал кусок рубашки, вытирая руки до боли в коже. Тряпка тут же пропиталась, но хоть так меньше этой дряни останется на теле. Рубашку всё равно уже не спасти.





Надо валить отсюда. Чем быстрее я выберусь на поверхность, тем меньше шансов, что сорвусь окончательно и уподоблюсь каким-нибудь дикарям, что устраивают кровавые ритуалы и жрут чужие сердца.

Но пожрать что-то найти надо будет. Не хочу помирать голодным.





Отбросив грязную тряпку и отвернувшись от тела Биркина, я не заметил, как несколько оставшихся пятен его крови впитались в мою кожу. Точно так же, как не замечал этого во время боя. Сей факт, как и его последствия, стунут мне известны сильно позже, а пока все мои мысли занимал поиск удобного способа добраться до дыры в потолке, чтобы выбраться на поверхность.





Еще через несколько минут





— Па-а-арня в го-о-ры тяни-и-и… рискни-и…





Не буду описывать, как я выбрался наверх. Честно. Эта история достойна отдельной книги, выпуск которой заблокирует любое мало-мальски адекватное издательство за гремучую смесь отборного мата сразу на двух языках.





— Ы-ы-э-эгх…





И первым, кого я встретил наверху, оказался самый обычный зомби. Он и десяток его собратьев шатались в сторону провала в подземку — наверняка привлечённые моим «спичем», ибо я, как уже упоминал, в выражениях не стеснялся и голос тише делать не пытался.





— Как же я рад тебя видеть, братишка! — искренне улыбаюсь упырю в лицо. А через секунду мой кулак со смачным хрустом проламывает ему челюсть и выбивает половину башки.





Нет, ну правда! Эти ребята — такие простые и понятные! Никаких тебе неожиданных возвращений, вторых фаз, спонтанных эволюций или хвостов, что пробивают тебя насквозь. Просто сломай им лицо — и они сдохнут. Красота! Я реально успел соскучиться по простому крошилову зомбаков после череды неуязвимых ублюдков.





И ведь вовремя. Мне как раз нужно было отвлечься и выпустить пар, а тут такой подарок!





Следующие пару минут я натурально отводил душу. Несчастные заражённые даже близко не могли мне что-то противопоставить. Я бы, может, даже посочувствовал… если бы они не были тупыми, безмозглыми людоедами, жаждущими отгрызть мой кусок мяса.





Интересно… а это вообще считается издевательством над усопшими, если они сами на меня лезут?





Глупые вопросы в голову лезут в последнее время.





Пока размышлял, успел добить последнего мертвеца, одним ударом отправив того пораскинуть мозгами на потрескавшемся асфальте.





— Ну вот и всё, парни, концерт окончен, — пробормотал, вытирая кулак о рукав, который давно уже не подлежал стирке.





Очистив руку, наконец, позволяю себе оглядеться.





Тишина. Только ветер гуляет между обугленными остовами домов, подвывая сквозь пустые оконные проёмы.





Самоуничтожение «Гнезда»… гром, тряска, обрушившиеся тоннели — я ожидал увидеть над городом настоящий апокалипсис. Гигантский кратер, огненные столбы, завалы на каждом углу. Но нет. Картина вокруг выглядела почти такой же, какой была до спуска по землю: разрушенной, обгорелой, но не хуже, чем она и так стала во время активной фазы эпидемии. Дома зияли пустыми глазницами окон, улицы были завалены перевёрнутыми машинами и телами, а воздух всё ещё держал в себе горьковатый запах гнили и пепла.





А еще, похоже, я оказался в другой части города. Ни одного знакомого здания. Никаких ориентиров, по которым можно было бы понять, где я нахожусь. Неудивительно, если подумать: поезд шел довольно быстро. Правда, я не ожидал, что тоннель будет пролегать под Раккун-Сити, вместо того, чтобы отвернуть сразу за его пределы.





Впрочем, для меня это ничего не меняет.





Где-то за горизонтом, над крышами, небеса начали сереть. Первые лучи рассвета прорезали темноту, окрашивая руины в холодные блеклые тона. Новый день. Но для Раккун-Сити этот день должен был стать последним. Как и для меня. Даже если прямо сейчас рвануть куда угодно, бежать, не останавливаясь, всё равно не выйти за пределы зоны поражения.





Вместо паники внутри разлилось странное спокойствие. Тело ломило, желудок выл от голода, но разум вдруг стал кристально ясным. Бессмысленно рваться в пустоту, где меня всё равно накроет взрывом. Лучше выбрать место и встретить конец на своих условиях.





Поднимаю голову в поисках места поближе к небу и натыкаюсь взглядом на несколько задний поблизости. Одно из них, самое высокое, поднималось этажей на десять, и его крыша уходила в бледнеющее небо.





— Отлично… — пробормотал я и двинулся к нему, лавируя между разбитыми машинами.





Каждый шаг давался с трудом. Казалось, что ноги налиты свинцом, а позвоночник готов сложиться в гармошку от усталости. Но цель впереди тянула меня, как магнит.





Когда я добрался до входа и начал карабкаться вверх по лестницам, рассвет уже прорезал половину неба. Лучи, ещё слабые, но настойчивые, играли в пыли, что витала в воздухе.





Наконец — крыша.





Здесь, наверху, воздух казался чуть свежее, чем внизу, где стояла вонь от пожаров и мертвой плоти. Подойдя к самому краю, сажусь на бетонный бортик, свесив ноги вниз. Передо мной раскинулся город — мёртвый, но всё ещё величественный. Разрушенные улицы тянулись к горизонту, где небеса уже загорались алым и золотым. Тот самый рассвет, который я, вероятно, вижу в последный раз.





Странное чувство. Я ведь понимаю — конец близко, и никакой счастливый финал мне не светит. Но вместе с тем внутри есть что-то похожее на удовлетворение. Я выжил дольше, чем следовало, сделал больше, чем мог рассчитывать.





Вспомнил Аду. Чертова Ада... образец у неё. Я не смог её остановить. Хотел — но в глубине души, наверное, и не слишком старался. Она всегда играла по своим правилам, и я — чёрт побери — позволил ей уйти с тем, за чем охотились все. Это мой провал. С другой стороны, пусть кактится.





Зато я спас Клэр. Спас Шерри. Даже Аннет — и то получила шанс закончить свою трагедию по-своему. Они ушли живыми. А я остался здесь, чтобы подышать этим дерьмовым воздухом и ждать финального фейерверка. Вроде честный обмен.





А ещё… я завалил Биркина!





Усмехнувшись, вытираю со щеки засохшую чёрную кровь. Это уже само по себе звучит так, что не стыдно будет сказать вслух, если там, наверху, действительно кто-то слушает. Я — один-единственный человек(ну почти), тот, чей пуь в игре должен был быть совсем другим, а в этой реальности вовсе закончиться тем укусом на дороге моим присоединением к орде живых мертвецов, размазал по тоннелю то неубиваемое нечно, которым стал гений корпорации, сумевший обмануть смерть. Пусть и совсем не так, как хотел.





Прям как в сказках про рыцарей, драконов и принцесс.





Выдохнув, прикрываю глаза на миг. Чувствуя, как солнце теплеет на лице.





— Да, — пробормотал я в пустоту. — Не самый плохой итог.





И неважно, сколько сил это стоило, и что теперь мне остаётся только ждать огненного дождя.





И я ждал.





Секунды тянулись мучительно долго, превращаясь в минуты. Я почти слышал, как тикают воображаемые часы, отсчитывая последние мгновения моей жизни. Белая вспышка, ударная волна, огненный гриб, накрывающий всё живое. Я готовился к этому, водя взглядом по небу в поисках инверсионного следа ракеты. Вот уже солнце поднялось над горизонтом, освещая город мягким, приветливым светом, но...





А где?





Всмысле... как так? Я же прям как истинный самурай! Наделал дел и пришел откинуться, чтобы с последствиями разбирались другие! Сеппукку там... все дела...





Так какого хрена?





Это ж насколько жирную бабочку я должен был раздавить, чтобы серьезные джентельмены наверху вдруг передумали стирать Раккун-Сити в пыль? Ничего не понимаю...





С одной стороны, чувствую облегчение, ведь какие бы жертвенные мысле об исполнившем свой долг до конца герое меня не посещали, жить все-таки хочется. С другой же, гаденькое чувство подвоха никуда не делось, а потому я упорно продолжал сидеть на бортике и ждать... хоть чего-то.





Но даже спустя еще десяток минут небеса не разверзлись, Лунтик не родился, машины не восстали из пепла ядерного огня, и даже Ктулху так и не пробудился от вечного сна!





— Все страньше и страньше... — бормочу себе под нос перекинув ноги и спрыгнув обратно на крышу. От души зевнув, потянулся под хруст позвонков и суставов, а после еще раз, уже по-новому оглядел с высоты улицы города.





Сначала взгляд ни за что не цеплялся: все та же картина стихийного бедствия, живые мертвецы тут и там, горящие дома и брошенные автомобили.

Уже готовый бросить эту затею и отправиться просто по направлению к выходу из города, я все же кое-что заметил — группу зданий в паре кварталов от меня. Зданий с характерной бело-красной эмблемой в форме зонтика.





Интересно. Туда и пойду.





Раз уж вселенная, боги, демоны, тот самый Ктулху или кто там еще у них есть, наблюдает за моей судьбой и пока не хочет моей смерти, я не стану отказываться от предоставленного шанса и еще побарахтаюсь.





Подведем итоги


И так, мы с вами наконец-то дошли до контрольной точки и прошли второй резик. Это был долгий и тернистый путь. Приходилось, по тем или иным причинам, ставить работу на паузу, но все-тики мы здесь!

Пора браться за третью часть, но для этого будет нужен второй том.

Вот, собственно, и он, так что можно начать прямо сейчас!





