1


- Куда прешь, кукла? Ты меня чаем обваришь!

Замираю на месте. Передо мной двое парней. Рыжий длинный смотрит со злостью.

Я едва не врезалась в него, когда выходила из-за стойки с подносом.

Чашки на блюдцах звенят. У меня дрожат руки.

- Полегче, - спортивный брюнет одергивает друга. - Вообще-то это моя одногруппница.

Его темный взгляд проходится по моему лицу, и я улавливаю в нем легкую насмешку.

В это время рыжий продолжает недовольным тоном:

- Ты что, Алекс, тоже на «подавашку» учишься?

Он имеет в виду мою работу официанта.

- Закрой рот, - говорит Алекс уже серьезнее.

В его голосе слышатся опасные нотки, и рыжий мгновенно захлопывает рот. Он выглядит даже немного напуганным.

- Да я не про тебя…

- Просто закройся, Данила.

Брюнет поворачивается ко мне. Говорит спокойно:

- Мне средний американо без сахара, а ему - раф с ванилькой, - он хмыкает и кивает на дальний столик в углу.

- Саш, какая еще ваниль…

- Как ты любишь.

Алекс убеждается, что его друг проходит вперед. Даже слегка подталкивает его - вроде бы по-дружески, но в то же время как-то недобро.

Идет следом пружинистой походкой.

Смотрю на его широкую спину в толстовке и часто моргаю, чтобы унять эмоции.

Я работаю здесь несколько месяцев и ни разу никого не облила! Просто парни слишком быстро отошли от раковины, и этот Данила шел напролом, как таран!

Слава богу, все вроде бы утряслось…

Иду за стойку баристы. Четкими выверенными движениями готовлю напитки и возвращаюсь к гостям.

Ставлю перед ними кофе, задаю дежурный вопрос:

- Может быть, десерты или сэндвичи?

- Мне хот-дог! - тут же оживляется рыжий.

Встречаюсь глазами с темным взглядом Алекса.

В этой бархатной глубине есть что-то странное, что я не могу понять… Но через секунду его глаза становятся обычными.

- Мне ничего, - он качает головой и толкает друга локтем.

Данила прокашливается:

- Извините меня... я не хотел орать, просто не ожидал.

Я пожимаю плечами.

- Хорошо.

Ухожу за хот-догом.

Как странно… Нахамил мне Данила, но трепещу я перед тем, кто за меня вступился…

Алекс. Он же - Александр Антонович Щербинский. Наследник самой влиятельной семьи в нашем городе.

Им принадлежат торговые центры и офисные здания. Отели на Енисее и базы на Байкале. Говорят, сейчас они на Алтае что-то строят.

Наверное, поэтому Алекс и пошел на «Гостиничный сервис и туризм». Главный бизнес их семьи.

Удивительно, он правда учится. Посещает пары, сдает работы.

Щербинский не отличник, но у него цепкий ум и особая насмотренность. Видно, что он объездил много стран и знает турбизнес не по учебникам.

Когда он отвечает на занятиях, его интересно слушать.

Добавим сюда спортивную фигуру и классную внешность… Легко догадаться, кто у нас на потоке - цель номер один для всех девушек.

Многие мечтают быть с ним. Кто-то уже успел побывать в его списке «быстрых связей».

Алексу 21 год, он красив и богат. Логично, что пока он не ищет серьезных отношений.

Когда придет время, отец выберет ему в жены дочь какого-нибудь бизнес-партнера.

Именно так я сказала подружкам, когда они спросили мое мнение о нем. Они назвали меня «душнилой».

И ладно.

Я грею хот-дог и несу его Даниле. Пока иду, скольжу взглядом по нашему кафе.

«Лампа» - уютное место с теплым светом, деревянной отделкой и неизменным ароматом свежего кофе.

Здесь всегда приятно находиться. Но сейчас мне не по себе…

Как только я приближаюсь к столику, Алекс сразу поднимает на меня взгляд. Я иду под его пристальным вниманием и чувствую себя очень странно.

Действительно, как кукла - именно так меня назвал Данила. Появляется какая-то неестественная скованность в движениях.

Когда я ставлю тарелку и отхожу обратно к стойке, между лопатками буквально жжет - прямо через ткань формы.

Его взгляд…

Раньше я читала в книгах о таком ощущении и не верила, но сейчас чувствую его кожей.

В это время в кофейню заходит компания девушек. Заметив парней, они начинают громко щебетать и рисоваться.

Я кое-как разбираюсь с их заказами. Стараюсь не запутаться, и полностью отвлекаюсь на работу.

Когда девчонки наконец садятся, я замечаю, что Алекс остался за столиком один. Его друг ушел, а Щербинский сидит перед пустой чашкой.

На немного ватных ногах я подхожу к нему.

- Значит, ты здесь работаешь, Эльза? - он заговаривает первым.

Я так и знала, что он не помнит мое имя.

- Элина, - говорю на автомате.

- Я в курсе, как тебя зовут, - он смотрит на меня в упор. - Но Эльза тебе идет больше. Слишком голубые глаза.

Чувствую, как краснею. У меня действительно немного необычная внешность - натуральная блондинка с очень светлыми глазами.

Нет, я не считаю себя особенной… К тому же старший брат постоянно твердит, чтобы я была скромнее.

- Да, я работаю здесь, - включаю профессиональный тон. - Как вам наше кафе? Понравился кофе?

- Кофе действительно вкусный, - Алекс кивает. - Буду заходить к вам почаще.

Щеки горят еще сильнее. Это просто верх глупости.

- Да, конечно, будем рады вас видеть, - беру себя в руки.

Он едва заметно усмехается.

- Что-то еще? - спрашиваю я.

Алекс качает головой:

- Нет, мне пора.

Счет они уже оплатили онлайн, поэтому я начинаю собирать пустую посуду на поднос.

Кофейня маленькая, я здесь одна, и мне нужно быстро вернуться за стойку. Я не могу долго стоять у его стола.

Да и не хочу?..

Уже из-за стойки украдкой поглядываю на него. Алекс встает и своей уверенной походкой направляется к выходу.

Мимоходом он бросает на меня взгляд, и я тут же отвожу свой...

Когда возвращаюсь к его столику, чтобы протереть, замираю. Рядом с чеком лежат купюры - очень щедрые чаевые!

Мне становится жутко неудобно, но догонять его поздно.

Честно говоря, деньги мне очень нужны!

Но ведь Алекс - молодой парень, и он, скорее всего, сам живет на деньги родителей.

У них огромная семья. Его отец - тот самый олигарх, которому принадлежит полгорода. Еще у него есть мама и много старших братьев. Даже не знаю точно, сколько их.



Моя семья совсем небольшая: я, мама и старший брат.

Папа погиб, когда я училась в первом классе. В наследство он оставил мне свои голубые глаза, а нашей семье - трехкомнатную квартиру. Еще машину, на которой брат ездит до сих пор.

Мама всю жизнь много работала. Она бухгалтер. Но в последние годы ее здоровье сильно барахлит.

Как только я поступила в университет, сразу нашла подработку.

Студентов неохотно куда-то берут… Только поэтому брат разрешил работать в кофейне.

Он очень строго ко мне относится, хотя мне уже двадцать.



За этими мыслями я снова погружаюсь в работу. И не сразу замечаю, что передо мной кто-то стоит.

Только вдруг улавливаю знакомый аромат. Что-то очень свежее - микс цитруса и морской соли.

Я пару раз была на море, в детстве. Но этот запах помню до сих пор.

Поднимаю взгляд и смотрю на Алекса с немым вопросом. Может, он решил взять попить что-то еще…





2


- Забыл сказать, - произносит Алекс, глядя мне прямо в глаза. - Запиши мой номер телефона.

Я растерянно хлопаю ресницами.

- Зачем?

- Ну, вдруг Данила придет еще раз и начнет хамить, - спокойно отвечает он. - Или кто-то еще.

- Я сама могу за себя постоять…

- Не сомневаюсь. Но вдруг все-таки понадобится.

Не могу понять, он серьезно или издевается? С другой стороны, он ведь за меня вступился. А я даже спасибо не сказала.

Плюс мы одногруппники.

- Хорошо… - достаю телефон из-под стойки.

Вбиваю цифры и подписываю – одногруппник Алекс.

- Боишься забыть, что за Алекс? – он хмыкает.

Ничего я не забуду, конечно же. Но брат…

- Так удобнее… И, спасибо.

- За что? - темная бровь взлетает.

- Что заступился… и, - распахиваю глаза, вспоминаю, - чаевые! Они слишком большие! Возьми.

- Это Данила оставил в качестве извинения.

- Мм…

Смотрю на него с сомнением. Но у Щербинского невозмутимый вид.

- Всё, Эльза. Теперь я точно ушел. Меня ждут.

- Хорошего дня…

Парень лишь усмехается.

Смотрю на экран телефона. На сохраненный контакт. Чувствую странное волнение.

Кафе сейчас почти пустое. Только один парень сидит в самом углу, уткнувшись в ноутбук. Он на меня даже не смотрит.

В такие моменты нам разрешают заглянуть в телефон по делу.

Я быстро открываю чат нашей группы в университете. Вдруг там что-то важное?

Расписание часто меняется, а я не хочу пропускать консультации. Не могу себе позволить завалить сессию!

Только собираюсь убрать телефон, как экран загорается. Звонит брат. У меня внутри вздрагивает.

Я сразу нажимаю на кнопку ответа.

- Да, - говорю тихо.

- Почему так быстро взяла трубку? - голос брата звучит резко. - Ты что, не на работе?

Я вздыхаю. Начинается.

- Конечно, на работе. Просто телефон был в руках.

- С кем ты там переписываешься? - в его тоне теперь недоверие.

Мой голос становится тихим и подавленным.

- Ни с кем. Просто проверяла чат группы. Вдруг новости по учебе.

- Ну-ну, - бурчит он. – До скольки ты сегодня?

- До закрытия. Я сегодня последняя.

- Ладно. Я за тобой заеду. Раньше времени никуда не уходи.

- Как я уйду раньше?

- Не оговаривайся! Все, мне пора.

Раздаются короткие гудки. Я молча смотрю на погасший экран.

Иногда мне кажется, что брат совсем меня не знает.

Хотя он видел, как я росла. Он помогал маме нянчиться со мной, когда я была совсем маленькой. Особенно после того, как погиб папа.

Папа разбился на машине. Мне было семь.

Я многое забыла, воспоминания как будто стерлись. Но я помню, что папа был очень веселым. Он приходил вечером с работы и часто приносил нам подарочки. Не только мне, но и брату тоже.

Брат папу не любил. Он не его родной сын. Мама вышла замуж за папу, когда Игорю было девять лет.

Я не знаю, обижал ли папа брата, но вряд ли. Папа старался для нас.

Он работал на основной работе, а по ночам таксовал. Поэтому и разбился - слишком много времени проводил за рулем. Он хотел, чтобы у нас все было.

Игорь до сих пор говорит о нем плохо. Называет его «распиздяем». Говорит, что у меня плохие гены.

Мне очень больно это слышать. Я хочу защитить память отца, но не могу.

Маму я не расспрашиваю - она сразу начинает плакать. Она так и не смогла забыть любимого мужа, тоскует по нему. Чтобы не расстраивать ее, я просто молчу.

Брат никогда меня не бил и не обзывал. В детстве он мог психануть, но сейчас такого нет.

Он просто очень строгий. И холодный.

Я не могу ему противостоять. Да, я подрабатываю и могла бы себя прокормить. Но вот снимать жилье… С этим уже труднее. Это очень дорого в последнее время.

И я не могу оставить маму. Она часто болеет, ей нужна помощь.

Брат тоже ей нужен. Дело не только в материнской любви, но и в физической, материальной помощи.

И я, если честно, боюсь, что брат когда-то психанет и просто уйдет из дома. Тогда станет еще хуже для нас.

Получается замкнутый круг. Я очень хочу, чтобы в нашей семье был мир. Я все для этого делаю. Слушаюсь, работаю, учусь.

Но брат все равно относится ко мне как… Тоже как к «распиздяйке». Как будто у меня ветер в голове.

Я убираю телефон в карман фартука. Настроение совсем пропало.

Тру стойку, хотя она и так чистая.

***

Алекс

Выхожу из кафе. Свежий воздух немного остужает голову.

Черт, надо было сказать Элине, чтобы она сделала мне дозвон со своего телефона. Тогда бы и у меня был ее контакт.

Впрочем, ладно. Шансы еще будут.

Хотя, если честно, вся эта затея кажется тупой. Зачем мне ее телефон?

Блять… Вспоминаю, как Данила на нее рыкнул. Она так вздрогнула и отшатнулась. В тот момент я понял, какая она беззащитная.

И просто не мог промолчать.

На хуй… Ничего такого я не сделал! Просто проявил участие к одногруппнице.

Иду к машине. Учебы сегодня нет, значит, можно поехать в зал на тренировку.

У нас в семье просто. С самого детства досуг - это учеба и спорт. Отец так воспитывал. Мы привыкли.

Позже к этому добавилась работа.

Завожу мотор. Я за рулем с восемнадцати лет.

Машина не была подарком от папы за красивые глаза. Это просто необходимость. Отец хотел, чтобы я и мои братья были мобильными и везде успевали.

Телефон вибрирует. Хмыкаю - ну вот, кстати, о делах. Звонит отец.

Я уже догадываюсь, что он скажет.

У нас есть крупный отель за городом. Там рядом лес, река и отличная лыжная трасса.

В новый год там был просто безумный круговорот людей. Я торчал там безвылазно.

Сейчас праздники прошли, но народу все равно много.

Беру трубку.

- Да, пап.

- Почему ты не на рабочем месте? - голос отца звучит холодно.

Видимо, заезжал с проверкой.

- Я был в городе.

- Дуй в отель. Там зашиваются, людей не хватает.

Не спорю.

- Хорошо, скоро буду.

Я и сам люблю наш бизнес. Не хочу, чтобы семейное дело страдало.

Тем более сейчас многие сотрудники уехали к родным или болеют. По городу ходят вирусы.

Еду за город. А потренироваться можно и в конце смены. В отеле есть отличный спортзал.

У меня будет на это вся ночь… Усмехаюсь своим мыслям, жму на газ.

Еду по зимней трассе. Перед глазами то и дело возникает лицо Эльзы. У нее голубые глаза - прямо как сегодняшнее небо в морозный, солнечный день.

На самом деле ее зовут Элина, но это не важно. Мама в детстве включала нам добрые мультфильмы, и этот образ засел у меня в голове.

Я не влюбляюсь в персонажей, да и вообще никогда не влюблялся. Не собираюсь этого делать и сейчас.

Внутри что-то колет от этой мысли. Какая-то нестыковка. Но я не копаюсь в себе.

Думаю о том, что Данила все понял. К этой девушке лучше не лезть.

Недавно я уже дал это понять одному приятелю из универа. Тот хвалился, что затащит ее в постель. Но пусть держит свой орган подальше.

У меня есть чуйка на такие вещи: Элина невинна.

Ей двадцать, но у нее наверняка не было серьезных отношений, несмотря на прелестную внешность.

Ругаю себя за эти мысли. Зачем я вообще об этом думаю? Врубаю музыку погромче и стараюсь отвлечься.

Доезжаю до отеля. Несколько секунд гордо любуюсь.

Красивое здание из коричневого кирпича, в несколько этажей. Обрамленное лесом. Повсюду висят новогодние украшения, людей много.

Вхожу через служебный вход.





3


Отец уже уехал. У него привычка старой закалки - лично проверять все объекты.

Ему за шестьдесят. В общей сложности у него шесть сыновей. Мы с братом-близнецом Лёхой - младшие.

Есть еще Антон, Андрей, Арсений. Самый старший, Артур, не от нашей матери.

Вспоминаю о маме. Вдруг отчетливо чувствую, как мне ее не хватает. Хотя, как говорит отец, я уже «здоровый бык».

Мама сейчас живет у океана на нашей вилле. Она всегда мечтала зимовать в тепле. Когда мы выросли, она наконец получила такую возможность.

Мы очень ее бережем. Особенно после того, как она сильно болела…

То время было для меня настоящим адом! Сейчас все хорошо, но я все равно скучаю.

Снова ругаю себя за «сопли», стискиваю зубы и иду работать.

Переодеваюсь и выхожу к стойке администраторов. Сегодня проведу остаток дня здесь.

Мне улыбается Лилечка - наш старший администратор. Стройная брюнетка с идеальным макияжем и высоким хвостом. Она сразу начинает строить мне глазки. Не знаю, есть ли в этом что-то личное или она просто красуется.

Отец в этом плане тверд: никаких интрижек на рабочем месте. Да мне и самому нахуй надо…

Поэтому у нас с Лилей только дружеский стёб.

Она подходит ко мне и шепчет, чтобы не услышали гости:

- Значит, сегодня ты в моем распоряжении?

- Угу, я весь твой, - отвечаю в тон ей.

- Люблю быть главной, - Лиля хихикает.

- А я не люблю подчиняться, - усмехаюсь.

Лиля снова смеется. Кивает на место рядом с собой.

Я встаю за стойку и включаюсь в работу. Но лицо «Эльзы» все равно иногда всплывает в памяти.

Много народа вечером в их кафе?..

Подходят гости - молодая пара. Оформляю их быстро, выдаю ключи и улыбаюсь дежурной улыбкой. Когда они отходят к лифтам, образуется небольшой перерыв.

- А я думала, ты уедешь куда-нибудь на праздники, - говорит Лилия, поправляя стопку анкет.

- Как будто не знаешь моего отца, - хмыкаю я.

Она понимающе улыбается. Всем известно, что отец не дает нам расслабляться.

- Плюс у меня сессия на носу, - добавляю.

- Всегда знала, что ты хороший мальчик, Алекс.

- Я польщен, - отвечаю с легким сарказмом.

Смотрю на нее мельком. Лилии около двадцати пяти. Я никогда не спрашивал про ее возраст или учебу. Кажется, она куда-то уходила раньше, может, учится на заочном или уже закончила.

Если честно, меня это мало интересует. Как и она сама.

В голове снова всплывает образ Элины.

Ловлю себя на мысли, что мне совсем не хочется «проваливаться» ни в какую девушку. От этого одни проблемы и трудности!

Я вижу это на примере своего брата Арса. Он сейчас по полной разгребает ситуацию со своей избранницей.

Девушка она отличная, мне нравится его выбор. Но вот эти все заморочки… Нет, я бы для себя такого не хотел.

Лилия тем временем подходит чуть ближе, нарушая мое личное пространство.

- Знаешь, после смены я планировала заказать пиццу в служебку. Составишь компанию? - она смотрит на меня своими темными глазами, явно флиртуя.

- У меня другие планы, Лиль, - отвечаю я, не отрываясь от монитора. - Сначала работа, потом зал. И белковый ужин.

- Ты слишком правильный, - вздыхает она, но в голосе слышится азарт. - Ну ладно, «отличник». Посмотрим, на сколько тебя хватит.

- Будешь пытать меня запахом пиццы?

Лиля хохочет. Я больше ничего не говорю.

Просто смотрю на входные двери. На улице темнеет, и огни гирлянд становятся ярче. Вечер обещает быть долгим.

Поток людей не уменьшается, и мне это даже на руку - нет времени на лишние мысли.

В перерыве Лилия трещит про капризного гостя из пятого номера, а я киваю, делая вид, что внимательно слушаю.

Ухожу в себя, это всегда помогает держать дистанцию от остального мира.

Но только не от Эльзы из маленького кафе.

Я быстро нахожу ее профиль в социальной сети и пишу: «Забыл взять твой номер телефона».

Проходит несколько минут, прежде чем прилетает ответ: «Зачем?»

Она прекрасно понимает, кто ей пишет - у меня реальный профиль с моими фотографиями.

Я усмехаюсь. Ни одна из моих знакомых, да и незнакомых девушек, не ответила бы так на мое желание взять номер.

Но от этой девчонки с глазами цвета морозного неба можно ожидать чего угодно.

Пишу в ответ: «Ну а вдруг это не тебе, а мне понадобится помощь?».

На этот раз ответ приходит быстрее: «Даже интересно, какая».

«Экстренная чашка хорошего кофе?»

Теперь Эльза медлит с ответом.

Почему-то кажется, что она сейчас смеется, или мне просто хочется так думать. Черт возьми, почему я вообще гадаю над ее реакцией?

Я просто хотел занять себя во время перерыва…

Наконец, экран мигает: «Неужели Александру Щербинскому некому приготовить кофе в любое время дня и ночи?».

Понятно... Намекает с издевкой, что я сыночек большого босса, окруженный прислугой?

А может, она просто искренне удивляется? Думаю, скорее второе.

«Такой кофе мне точно никто не сделает», - отвечаю я.

Она совсем меня не знает. Видела бы меня сейчас за стойкой, где я только что принимал десятки постояльцев.

Я работаю на объектах отца с того возраста, как вообще смог что-то делать. И далеко не на высоких должностях.

Решаю сменить тактику: «Хорошо, вдруг мне что-то понадобится по учебе».

И тут я попадаю в цель. Элина, судя по всему, очень отзывчивая.

Она отвечает «хорошо» и присылает свой номер. Никаких шуток про учебу - она знает, что я реально учусь.

У нас в семье это закон. Несмотря на огромный капитал отца, которого хватит на несколько жизней, мама настаивает, чтобы мы получили образование.

Старшие братья определились сами: Антон - программист, Андрей с детства грезил архитектурой.

Нас, младших, пришлось немного «пнуть» в нужном направлении. Арсений выбрал менеджмент, я остановился на гостиничном деле и туризме. Леха пошел в колледж на автомобильную специальность - железки всегда были его страстью.

Я сохраняю номер Элины. На губах играет странная улыбка.

Зависаю над экраном, не зная, что написать.

Обычно слова даются мне легко. А сейчас они словно застревают!

Хочется просто черкнуть «спасибо, пока», но внутри что-то сопротивляется - мне не хочется заканчивать этот разговор.

Думаю спросить, как прошла ее смена... Звучит банально, даже тупо. Но мне правда интересно!

В конце концов, я Алекс Щербинский: если чего-то хочу, я просто беру и делаю.

«Как прошла смена?» - отправляю я.





4


Ответ прилетает быстро: «В целом нормально».

«Никакие орки, кроме Данилы, к тебе не заглядывали?» - снова ловлю себя на том, что мне действительно важно это знать.

«Нет, все было спокойно», - пишет она.

Я печатаю «отлично» и уже собираюсь добавить что-то еще, как вдруг экран мигает новым сообщением: «Ну все, пока, пришел мой брат».

И она тут же выходит из сети.

Это кажется странным. Во-первых, приписка про брата - она отправила ее, будто мы дружим сто лет, и я в курсе всех ее семейных дел. А я понятия не имею, кто ее брат, и какие у них отношения.

Либо это настолько важный момент, что она не могла продолжать переписку. И сообщила на автомате.

В любом случае, это почему-то откладывается у меня в памяти.

Подходит Лиля, ставит передо мной стакан с кофе.

- Держи, отличник, - улыбается она.

- Спасибо, Лиль.

Она начинает выспрашивать про мои планы, потом переключается на маму - она видела ее здесь, в отеле, когда та приезжала в Красноярск. Интересуется, была ли мама в городе на новый год.

Я отвечаю скупо. Маму обсуждать не хочется.

Попиваю кофе и мысли снова соскальзывают к Лине. Что за брат? Почему она так резко прервалась?

Тут в холл вваливается шумная компания девушек, явно настроенных на активный отдых. По закону подлости они направляются прямиком к моей стойке.

Натягиваю улыбку и включаю режим профессионала. Оформление, ключи, анкеты - время летит незаметно.

Когда поток людей редеет, и день окончательно клонится к вечеру, я решаю воспользоваться добротой Лилечки.

- Лиль, я отойду на пару часов в зал? Засиделся что-то, - говорю, подходя к ней.

- Опять бросаешь меня скучать? - она картинно дует губы.

- Ну пожалуйста, - строю ей «глазки кота из мультика».

Черт, слишком много мультфильмов!

Но это работает. Главный администратор заливается умиленным смехом и машет рукой:

- Иди уже, качок.

Захожу в раздевалку. У меня всегда наготове форма - в личной кабинке.

Переодеваюсь и выхожу в зал. Тут хорошо: запах резины, металла и свежего воздуха.

Я начинаю тягать железо, с каждым подходом выплескивая лишнюю энергию. Вес помогает сосредоточиться, вытеснить из головы ненужные мысли.

- Вижу, ты не особо уработался за стойкой, - раздается за спиной насмешливый голос.

Поворачиваться не надо, узнаю Лёху.

Мой брат-близнец. Мы сильно похожи, но те, кто нас знает, отличают мгновенно.

У Лёши на лице застыло полуагрессивное выражение, будто он постоянно сражается с невидимым противником.

Я его не боюсь, конечно, но никогда не понимал - зачем так усложнять себе жизнь?

Мне ближе состояние покоя и индифферентного отношения к жизни.

Короче говоря, на многое похуй.

Мы с Лёхой единственные из братьев, кто до сих пор живет в особняке родителей. Не съехали еще.

Отец говорит, что мы «не доросли». Но я думаю, ему просто не хочется оставаться одному.

Мама почти не выезжает с их виллы за границей.

Отец сам к ней летает, но бизнес и его властный характер не позволяют надолго покидать Красноярск. Он хочет всё и всех контролировать.

Вот и нас держит при себе.

- Как там на лыжне, Лёх? Техника не барахлила? - спрашиваю, вытирая пот полотенцем.

- Железо не люди, оно не тупит, - бурчит, подходя к турнику. - В отличие от твоих туристов.

- Эти люди тебя кормят, как сказал бы отец, - я ухожу к тренажеру на верхнюю тягу.

Лёха хмыкает, даже не глядя в мою сторону:

- Ты не отец, так что не пизди.

- Как сказала бы мама… - подначиваю его. - Лешенька, как ты разговариваешь с братом?

Он усмехается еще злее, и в его голосе проскальзывает старая, хорошо знакомая мне горечь:

- Ну еще бы! Она за тебя точно вступилась бы! Только здесь нет твоей мамулечки, и лучше тебе заткнуться.

Я просто смеюсь. Угрозы Лёхи на меня не действуют, это наш привычный фон.

Брат проходит вглубь зала, бросает полотенце на скамью и буднично спрашивает:

- Ты же вроде хотел позвать Данила с собой? Или он тут где-то крутится?

- Нет, я его не взял, - отвечаю, настраивая вес под себя. - Он меня еще в городе заебал.

Хм-м.

Я ведь действительно собирался прихватить Данила с собой, но после инцидента с Элиной передумал.

Несмотря на то, что друг потом извинялся и сказал, что просто «погорячился», видеть его сегодня мне не хотелось. Совсем.

Поэтому я даже не сказал ему, что поехал в загородный отель. Хотя он сто раз просил брать его с собой при каждой возможности.

***

Элина

Тот факт, что Щербинский мне написал, поразил меня даже больше, чем его поведение в кафе.

Там все можно было объяснить: я его одногруппница. Данил повел себя по-идиотски, и Алекс просто хотел замять инцидент.

Чаевые - просто жест вежливости, чтобы не плодить негатив вокруг своей персоны.

Но то, что он сам нашел меня в соцсетях и попросил номер... Это уже за гранью моего понимания.

Зачем ему мой номер? Какую помощь я могу ему оказать? Где он, и где я…

Честно пытаюсь выкинуть это из головы, забот и так хватает. Но каждый раз, заходя в сеть, я первым делом проверяю входящие.

Ругаю себя за эту глупость - он ведь больше не писал и, скорее всего, не собирается.

Он уже забыл, а я продолжаю крутить это в мыслях. А ведь нужно думать об учебе - сессия на носу!

Проходит пара дней. Я хлопочу по дому, помогаю маме. Подрабатываю и в любую свободную минуту открываю учебники.

А сегодня вместо смены в кофейне я еду в университет на консультацию.





5


Приезжаю пораньше и вижу у аудитории нескольких одногруппниц. Они пришли с зачета, по которому у меня автомат.

В группе я всегда держусь нейтрально.

У нас уже нет школьной иерархии, никто никого не гнобит. Но все же есть своя «элита» и аутсайдеры. Я где-то посередине.

Подруг у меня почти нет - просто физически не хватает времени на дружбу и тусовки.

Вежливо здороваюсь, и девочки продолжают прерванный диалог.

- Щербинский вообще ненавидит кофе, - уверенно говорит одна из них, зеленоглазая блондинка с модным дымчатым окрашиванием волос. - Я как-то звала его на чашечку, так он отказался категорически!

Я, не подумав, вставляю:

- Странно. Он совсем недавно был в кафе, где я работаю. Пил кофе с удовольствием.

Блондинка замирает. В ее глазах вспыхивает настоящая ярость. И тут до меня доходит - я сказала лишнее.

Как говорит мой брат: «Сначала ляпнула, потом подумала».

Скорее всего, Алекс просто технично ее отшил, а она придумала себе удобное оправдание. Мол, он просто не любит кофе!

А я сейчас разбила ее иллюзию…

Хлопаю ресницами, чувствуя себя неловко. Извиняться сейчас было бы еще глупее.

- Ну... может, он просто зашел с другом за компанию, - бормочу.

- К тебе-то понятно, почему он заходит, - раздается сбоку высокий, насмешливый голос Арины. Она высокая, крупная, рыжая - заметная личность. И никогда не лезет за словом в карман. - Ты сейчас у него под прицелом внимания.

Слово «сейчас» она подчеркивает особенно, намекая на мимолетность этого интереса.

Я теряюсь:

- В смысле? Что ты имеешь в виду?

Арина довольно ухмыляется, видя мою реакцию:

- Да ладно тебе. Он сам сказал Рудневу, чтобы тот даже не смел смотреть в твою сторону.

Руднев - наш местный тусовщик. Любимчик всех компаний. Из обеспеченной семьи, как и Алекс. Совсем не понимаю, при чем тут он и я.

- Руднев? - переспрашиваю я, чувствуя, как внутри сжимается.

- Да, Руднев. Он забился, что переспит с тобой, - пожимает плечами Арина. - А Щербинский ему чуть глотку не перегрыз. Конечно… Посмел встать на пути к его «добыче».

Меня окутывает ледяной ужас. Я стою, не в силах пошевелиться.

Какие-то споры, разборки между парнями, и я в роли «добычи»... Меня пробирает дрожь.

- Ну ладно тебе, Арин, - вступается маленькая темненькая Ксюша. - Чего ты так говоришь? Просто парни угорали, наверное...

- А что? Пусть знает, - отрезает Арина.

Блондинка, которую отшил Алекс, уже готова расплакаться.

Я сама едва сдерживаю слезы. У меня и так забот выше крыши, а теперь еще эти слухи.

Главное, чтобы это не дошло до брата! Он взрослый, с моими одногруппниками не пересекается, но мало ли…

От мысли, что может устроить мой брат, если узнает про такие «споры», мне становится по-настоящему не по себе.

Из-за угла появляется преподаватель и жестом приглашает нас в аудиторию.

Иду следом за остальными. Чувствую себя так, словно меня облили ледяной водой. Что вообще происходит вокруг меня?

Мы заходим в аудиторию и рассаживаемся по местам. Преподаватель начинает что-то говорить, но я почти его не слышу.

В ушах стоит гул. Сердце колотится. Кажется, его слышно даже на задних рядах.

Я пытаюсь переварить то, что узнала.

«Добыча»? Спор на то, кто со мной переспит? Каждое слово из недавнего разговора обжигает, и я никак не могу настроиться на учебный лад.

Но ситуация становится еще хуже. Дверь распахивается, и в аудиторию заходит Алекс Щербинский.

Он уверенно идет к парте, за которой я сидела одна.

Под пристальные взгляды девчонок и кивки парней небрежно усаживается рядом со мной.

Мне хочется провалиться сквозь землю! К щекам приливает жар.

Я заставляю себя поднять голову и натыкаюсь на его внимательный взгляд. Сначала в его глазах проскальзывает усмешка, но она мгновенно исчезает. Он смотрит на меня как-то иначе - пронзительно, будто пытается заглянуть в самую душу.

- Все в порядке, Эльза? - тихо спрашивает.

Я прикусываю губу до боли.

В этот момент мне до безумия хочется выплеснуть ему все: рассказать про сплетни, про Руднева, спросить прямо - правда ли это?

Но страх сковывает горло. Я понимаю, что он вряд ли станет говорить об этом серьезно. Скорее всего, он просто застебет меня. А если девчонки это придумали, я окажусь в идиотском положении.

Или, что еще хуже, мой вопрос натолкнет его на мысли, о которых он раньше и не задумывался.

Пожимаю плечами и едва заметно киваю:

- Конечно.

Утыкаюсь в тетрадь, делая вид, что очень внимательно слушаю преподавателя, хотя перед глазами плывет.

Алекс сидит так близко, что я чувствую исходящее от него тепло.

Он наклоняется к самому моему уху, так, чтобы его слова предназначались только мне одной.

- Тебя же всю трясет, - шепчет он.

Его голос звучит непривычно мягко, и от этого по коже пробегает волна мурашек.

Мне снова хочется все рассказать… Поделиться эмоциями.

Но я вовремя прикусываю язык. Кто он мне? Совершенно посторонний человек!

Красивый, уверенный в себе - из тех, о ком брат говорит: «Эля, не доверяй таким. С твоей внешностью им от тебя нужно только одно. Поиграют и выбросят».

Я ежусь и стараюсь смотреть в тетрадь.

- Ничего… Просто я немного замерзла.

На мне действительно тонкая кофточка из трикотажа, и это звучит логично. Но на самом деле меня знобит изнутри…

Вдруг Алекс начинает двигаться.

Краем глаза вижу, как он стаскивает с себя свою фирменную серую толстовку. Расправляет ее, берется за горловину и протягивает мне.

- Надевай.

Я испуганно отшатываюсь.

- Ты что? Я не буду! Зачем? - шепчу.

На нас уже начинают поглядывать одногруппники. Даже преподавательница на секунду отрывается от доски.

Алексу все равно.

- Тогда хотя бы накинь на плечи, - настаивает он.

- Нет… перестань. Надень сам, ты же в одной футболке остался! - я пытаюсь протестовать, но он просто качает головой.

Сам накидывает толстовку мне на плечи. Она огромная, тяжелая и еще хранит тепло его тела.

В ту же секунду меня окутывает его запах - смесь лимона, свежести и чего-то очень… мужского. Надежного.

Хоть Алекс совсем молодой парень.

Но дальше происходит еще более странное… Я чувствую защиту. Это так глупо! Но мне вдруг кажется, что я в домике.

Впервые за долгое время кому-то не все равно, что я чувствую. Кто-то просто взял и позаботился о моем комфорте.

Мне становится еще страшнее от этих новых эмоций, но в то же время… совершенно не хочется отдавать эту вещь.

Кажется, эта огромная толстовка стала моей броней…

Я плотнее укутываюсь в мягкий флис, вдыхаю запах и пишу то, что диктует преподаватель.





6


Консультация по «Организации гостиничного дела» идет бодро.

Вера Андреевна, женщина строгая, с идеально уложенным каре и в безупречном сером костюме, сегодня благодушна. Она что-то увлеченно обсуждает с Алексом.

- Щербинский, ваша идея с автоматизацией системы лояльности звучит здраво, но как вы планируете внедрять это в малых отелях? - спрашивает она, поправляя очки.

Алекс отвечает уверенно. Приводит примеры, о которых в наших учебниках не пишут.

Я наблюдаю, как мои одногруппницы слушают его, буквально открыв рты. Для них он - недосягаемая звезда. Наша специальность не считается престижной, и такие, как Алекс здесь - редкость.

В нашей группе есть еще дочь довольно крупного бизнесмена, Мия. Она ходит на пары, но вот экзамены у нее возникают в зачетке сами собой…

Пока она, как сейчас, выкладывает сторис с горнолыжного курорта.

А Щербинский торчит здесь, на консультации. Хотя в аудитории едва набралось полгруппы.

Ну вот, Вера Андреевна заканчивает и прощается с нами.

К Алексу тут же подскакивает та самая блондинка, которая недавно жаловалась, что он не пошел с ней на кофе.

- Алекс, слушай, я совсем не поняла момент с классификацией номеров... Объяснишь? - она улыбается самой ослепительной улыбкой.

Алекс мягко подталкивает ее в сторону преподавательницы.

- Вера Андреевна расскажет тебе лучше, - бросает он. - Я сам в теории несилен.

Я быстро собираю вещи и выхожу в коридор.

Надеюсь незаметно исчезнуть, но Алекс догоняет меня почти у самой лестницы. Вокруг никого.

- И что это было, Эльза? - он заглядывает мне в лицо.

- В смысле? - я стараюсь не смотреть на него.

- Что тебя так напугало в начале консультации? Неужели лицо Веры Андреевны?

Вот его настойчивый интерес начинает меня пугать! И одновременно злить.

- А ты на психолога учишься или все-таки на туризме? - огрызаюсь.

Алекс усмехается, в его глазах вспыхивают искорки азарта.

- Ого, Эльза умеет показывать зубки.

Я закатываю глаза и ускоряю шаг. В этот момент его окликают приятели с другого факультета. Они стоят в конце коридора.

Алекс останавливается, а я понимаю, что его тяжелая толстовка все еще висит на моих плечах.

- Алекс! Забери кофту! - кричу, пытаясь ее снять.

Он оборачивается, подмигивает мне и машет рукой:

- Оставь. Тебе идет.

Я замираю. Он что, возомнил себя звездой, чтобы я хранила его одежду?

С одной стороны, мне безумно хочется оставить эту уютную вещь, зарыться в нее дома и просто чувствовать тепло…

Но тут же в голове всплывает лицо мамы. Она точно не оценит такую обновку.

А уж если ее увидит брат... Это будет не просто расспрос, это будет скандал.

Я быстрым шагом догоняю Алекса, хватаю его за локоть и буквально вкладываю толстовку ему в руки.

- Нет, лучше забери. Спасибо.

Встречаюсь с ним взглядом и вижу в его глазах отчетливую толику разочарования.

Он смотрит на меня так, будто пытается разгадать сложную загадку.

- Почему? - тихо спрашивает. - Что происходит? Почему ты не можешь просто взять вещь?

- Почему тебе интересна моя жизнь? - спрашиваю я в лоб.

Алекс стопорится. Он явно не ожидал такого прямого вопроса.

Его друзья уже подходят к нам, прерывая этот странный момент.

Я не жду ответа. Разворачиваюсь и почти бегом ухожу к гардеробу, чувствуя на своей спине его тяжелый, недоуменный взгляд.

Почти бегу к выходу из университета, стараясь не оглядываться. В руках больше нет той приятной тяжести - толстовка осталась у него.

С одной стороны, я чувствую облегчение. Но с другой... меня грызет странное, липкое разочарование. Я лишилась вещи, которую на самом деле хотела бы оставить себе. Да еще и поступила неблагодарно.

В его глазах я успела заметить обиду. Или мне просто так показалось?

Наверное, я слишком самонадеянная. Кто я такая, чтобы Алекс Щербинский (богатый, популярный парень, за которым толпами ходят девушки) всерьез расстроился из-за какой-то кофты?

Он, скорее всего, думать об этом забыл через минуту.

А я все прокручиваю этот момент в голове, чувствуя себя виноватой. Ведь он, по сути, поддержал меня. Даже не зная, что произошло…

К вечеру я добираюсь до кафе.

Работа - мое спасение. Принимаю заказы, разношу кофе, протираю столы.

Постепенно мысли об Алексе уходят на второй план. Усталость наваливается на плечи, но с ней приходит и странное успокоение. Жизнь снова встает на привычные рельсы.

Сейчас закончу смену, заберу свои честно заработанные деньги и пойду домой.

Дверь кафе открывается, и колокольчик над входом весело звенит. Я даже рада - не люблю сидеть без дела, когда в зале совсем нет народа.

До конца рабочего дня еще прилично времени.

Сначала я вижу девушку. Очень симпатичная брюнетка, стройная, примерно моя ровесница. Выглядит мило и стильно.

Я уже ожидаю, что следом за ней зайдет какой-нибудь парень. Это просто очередная парочка, решившая посидеть в уютном месте.

Но когда я перевожу взгляд на того, кто идет за ней… У меня перехватывает дыхание.

Это Алекс Щербинский.

Я замираю на месте. Внутри все сжимается от волнения и дикого смущения. Он здесь.

Но тут же меня обжигает другая мысль - он не один. Он пришел с этой красивой брюнеткой.

В горле пересыхает. Мне становится горько от того, что еще минуту назад я переживала из-за его «обиды».

Какая же я наивная!

Конечно, у него есть своя жизнь, девушка, и мой отказ для него - просто мелкий эпизод.

Я стараюсь дышать ровно. Глупо трепетать перед ним сейчас, когда он на свидании с другой.

Опускаю взгляд на стойку, пытаясь собраться с силами. Нужно просто выполнить свою работу!





7


Внутри все дрожит от этого внезапного столкновения.

Девушка, которая пришла с Алексом, выглядит мило. Она очень красивая, но в ней нет ни капли пафоса или высокомерия.

На ней нет тонны макияжа, она одета просто: спортивная курточка, белая шапка, брючки - обычный повседневный стиль.

И от этого мне становится еще печальнее. Это совсем не тот типаж, с которыми Алекса обычно видят в коридорах. И я вдруг ловлю себя на мысли: в такую девушку он может быть влюблен по-настоящему.

Я тут же одергиваю себя - это абсолютно не мое дело!

Алекс пропускает спутницу вперед, но у самой стойки выходит первым.

- Добрый вечер, - говорит он, и в его голосе слышатся низкие, бархатистые нотки.

Мне кажется или он поздоровался со мной как-то по-особенному?

Я смущаюсь и одновременно злюсь на себя. Глупо искать подтекст в словах парня, который пришел в кафе со своей девушкой.

Беру себя в руки и отвечаю:

- Добрый вечер. Что бы вы хотели?

Алекс отвечает немедленно, глядя мне прямо в глаза:

- Нам нужен самый лучший чай. Такой, который одновременно успокаивает и возрождает жизни. Есть у вас что-то подобное?

Он делает небольшую паузу и склоняется ко мне чуть ближе, добавляя более тихим, доверительным голосом:

- Для важных гостей.

Я пугаюсь этой внезапной близости. Зачем он так ведет себя? Его спутница стоит совсем рядом!

Но размышлять некогда, нужно работать. Я стараюсь, чтобы мой голос звучал уверенно:

- Могу предложить авторский чай с ягодами. Если хотите, добавим бергамот. И к чаю, возможно, выберите что-то из десертов.

Указываю рукой на витрину, где за стеклом выставлены наши пирожные. Но девушка тут же встревает:

- Нет-нет, десерт я не хочу, мне кусок в горло не полезет.

«Наверное, она не привыкла к таким простым заведениям, - проносится у меня в голове. - Любит изысканные десерты, а не наши обычные эклеры».

Я вообще не понимаю, зачем Алекс привел ее сюда. Разве это место для свидания такого парня?

Но тут я ловлю ее улыбку. Она такая добрая и открытая, что меня внезапно обдает теплом. В ее глазах нет брезгливости, скорее какая-то затаенная грусть.

Я не выдерживаю и улыбаюсь ей в ответ.

- Пожалуйста, просто черный чай с ягодами, без бергамота, - просит она.

- Хорошо, через пять минут все будет готово. А вам? - я перевожу взгляд на Алекса.

Сама не знаю, зачем я так подчеркнуто называю его на «вы»…

Наверное, из-за работы. А может, подсознательно не хочу, чтобы эта девушка поняла, что мы знакомы.

Алекс усмехается, глядя на меня очень пристально, и произносит:

- Мне то же самое, что и моей невестке.

Я вижу, как брюнетка закатывает глаза, а у меня внутри как будто что-то с силой разжимается. Невестка!

Значит, она жена его брата или родственница. Не его невеста, не девушка. Просто родня!

Я чувствую, как на моем лице непроизвольно расплывается улыбка, и тут же мысленно костерю себя за это. Какое мне дело?!

Но на душе вдруг становится так легко…

Алекс и его спутница отходят к самому дальнему столику.

Они быстро снимают куртки, вешают их на вешалку и сразу же погружаются в разговор.

Это явно непустая болтовня. По лицу девушки видно, как она взволнована: ее выражение то и дело меняется с грустного на испуганное. Алекс же, напротив, кажется максимально сосредоточенным. Он говорит тихо, но с таким напором, будто пытается убедить ее в чем-то важном. (от авт: Подробности в моей книге «Ты – мой подарок»)

Я стараюсь лишний раз не смотреть в их сторону. Не хочу, чтобы они подумали, будто я подслушиваю или пытаюсь вникнуть в их личные дела.

Но когда чай готов, мне все равно приходится подойти к их столику.

Стараюсь действовать быстро и незаметно. Ставлю чашки на стол.

Брюнетка уже совсем не скрывает эмоций - у нее в глазах стоят слезы, и она, кажется, даже не замечает моего присутствия.

А вот Алекс на секунду поднимает на меня глаза. Этот короткий взгляд кажется мне наполненным какой-то искренней благодарностью.

Я возвращаюсь за стойку и чувствую, как внутри все путается. Зачем я это делаю? Зачем додумываю за него эти взгляды и эмоции?

Вполне возможно, я все понимаю неправильно!

Мне никогда не было свойственно вот так размышлять о парнях…

Брат всегда боялся, что я потеряю голову, что меня обманут или обидят, но на самом деле я ни разу ни в кого по-настоящему не влюблялась.

Да, были симпатии… Еще мне могли нравиться красивые актеры или блогеры. Я могла кем-то залюбоваться.

Но чтобы кто-то будоражил мои мысли и чувства… Такого не было никогда.

В кармане вибрирует телефон. Пришло смс от брата: «Сегодня заеду за тобой. Будь готова вовремя».

Сообщение мгновенно приводит меня в чувство.

Вот она - моя настоящая жизнь. Строгий контроль, дом, учеба, работа.

Я снова погружаюсь в привычную рутину, стараясь выкинуть Алекса из головы.

Проходит еще немного времени, и я замечаю, что за их столиком чашки уже пусты. Правила работы диктуют мне подойти и спросить - не хотят ли гости чего-нибудь еще?

Глубоко вдыхаю. Поправляю фартук и снова направляюсь к ним в дальний конец зала.





8


Подхожу к их столику и негромко спрашиваю:

- Вам повторить чай?

Девушка лишь качает головой - кажется, у нее совсем нет сил говорить. А вот Алекс смотрит на меня с той самой легкой насмешкой, которая меня раздражает.

- В другой раз, Эльза, - бросает он.

Мне безумно хочется закатить глаза, и я не сдерживаюсь.

Замечаю, как в глазах брюнетки вспыхивает интерес. Она переводит взгляд с Алекса на меня и обратно, будто пытаясь разгадать, что между нами происходит.

Я быстро отворачиваюсь и ухожу за свою стойку. Стараюсь выглядеть максимально невозмутимо.

Мне нужно работать. Не хватало еще, чтобы посетители заметили мои эмоции.

Хотя какие? Между мной и этим парнем нет и не может быть никакого «особого» общения!

Это просто случайность! Ошибка, которую нужно поскорее забыть.

Вижу, что Алекс и его спутница встают из-за стола. Они направляются к выходу.

Я уже готова облегченно выдохнуть, но вдруг Щербинский замирает у самой двери.

Он что-то говорит брюнетке, оставляет ее там и решительным шагом возвращается к моей стойке.

Достает из кошелька крупную купюру. Кладет передо мной.

- Спасибо за чай, - коротко благодарит.

Я смотрю на деньги и лихорадочно соображаю, хватит ли у меня сдачи в кассе. И тут же вспоминаю: они ведь уже расплатились! Мне на терминал пришло уведомление об онлайн-оплате.

- Вы оплатили счет, - напоминаю я, двигая купюру обратно к Щербинскому.

Но Алекс даже не смотрит на деньги. Его взгляд прикован к моему лицу.

- Это за отличное обслуживание, - заявляет без тени сомнения.

Чаевые - это нормально. Любой бариста или официант им рад, и я не исключение.

Но сейчас мне становится не по себе. Сумма слишком большая для двух чашек чая.

Я хмурюсь. Внутри закипает какой-то протест.

- Это слишком много, Алекс. Я просто делала свою работу.

Он молчит, и слова сами собой срываются с моих губ прежде, чем я успеваю их обдумать:

- Мне не нужны деньги твоего отца.

Мир вокруг как будто застывает.

Я вижу, как взгляд Алекса мгновенно темнеет, становясь почти черным. На его мощном подбородке ходят желваки.

Он явно разозлился, и я не знаю, что мне делать: пугаться, что я снова его обидела, или радоваться, что теперь он точно ко мне не подойдет.

Мы смотрим друг другу в глаза, и этот невыносимый момент прерывает его родственница.

Она подходит к стойке. Встает рядом с Алексом и смотрит на меня в упор.

- Поверьте, - негромко, но твердо говорит она, - парни из этой семьи не сорят деньгами отца. Они сами работают почти с пеленок.

Я ошарашена этой фразой. Перевожу взгляд с нее на Алекса.

- А вы работаете и правда очень хорошо, - добавляет брюнетка, и ее голос теплеет. - Спасибо за чай, он действительно мне помог.

Этот комплимент заставляет меня невольно улыбнуться, но я все еще чувствую себя полной дурой.

Смотрю на Алекса, ожидая колкости или гневной тирады, но он больше не говорит ни слова. Ни плохого, ни хорошего.

Он просто разворачивается и выходит из кафе вслед за невесткой.

Дверь закрывается, колокольчик напоследок звякает. Я остаюсь стоять за стойкой, сжимая в руках полотенце.

Я уже сто раз пожалела о том, что ляпнула про деньги отца!

Слова вырвались на эмоциях, и теперь мне кажется, что я всё испортила…

Хотя что именно «всё», я и сама не могу объяснить.

На душе скверно. Это чувство вины преследует меня до самого конца дня.

***

Алекс

- Слушай, родственница, может, тебе из журналистов в адвокаты податься? У тебя талант защищать безнадежных парней, - усмехаюсь, открывая перед Агнией дверцу машины.

Она тихонько смеется, устраиваясь на сиденье:

- С вашей семьей, Алекс, юридическое образование мне точно не помешает!

Теперь мы оба смеемся. Колючее напряжение, которое я притащил с собой из кофейни, немного рассеивается.

Я не врал Элине - Агния правда моя невестка. Пусть официально они с братом еще не расписаны, но всё решает сердце. А мой брат Арсений уже давно и безнадежно отдал свое этой девушке.

Честно говоря, пример брата меня не очень воодушевляет… Я бы не хотел вот так сильно влюбляться, до полной потери контроля.

Я вижу, как Арсения ломает… Как меняется вся его жизнь из-за этих чувств…

Половину пути мы болтаем, а вторую едем в тишине.

Агния начинает дремать. Я же снова и снова возвращаюсь мыслями в кофейню.

Да, я разозлился на Элину. Меня задела ее реплика про «деньги отца». Триггернуло.

Мне всегда казалось чертовски несправедливым, что люди видят во мне только мой статус!

Они не видят личность, не видят заслуги. Проще ведь все списать на фамилию. Получил «автомат» в универе? Папа позвонил декану. Выиграл соревнования? К Щербинским просто лояльны.

А то, что я пашу в спортзале до темноты в глазах, что я посещаю все пары и реально учусь… Даже когда хочется все бросить!

Что я, как правильно заметила Агния, работаю в семейном бизнесе почти с пеленок - этого никто не замечает.

И мне чертовски обидно, что Элина оказалась такого же мнения обо мне.

С другой стороны, блять... Я знаю, какой у меня бывает взгляд, когда я в ярости. Кажется, я ее напугал.

Этого совсем не хотелось. Все вышло через одно место, и теперь уже назад не отмотаешь.





9


Я завожу Агнию домой, передаю с рук на руки охране ее отца и разворачиваюсь в сторону нашего особняка.

Мы живем довольно далеко от города, но я уже привык лететь по ночной трассе. Стараюсь возвращаться позже - и пробок меньше, и меньше времени придется проводить в доме.

Отец до сих пор говорит: «Мелкие пока поживут со мной». Для него мы с моим братом-близнецом Алексеем все еще дети.

Да и для всей семьи тоже - для мамы, для старших.

Тот же Арсений старше нас всего на три года, а он уже воспринимается как взрослый мужчина. Заместитель отца.

А мы с братом для всех - «мелкие». Хотя нам скоро двадцать один!

Иногда до боли хочется это переломить, заявить о себе. А в другой момент я думаю: «Да ну его, буду просто наслаждаться жизнью».

Только в последнее время вообще перестал понимать, чего я хочу, и как мне жить дальше…

Я ставлю машину в подземный гараж и поднимаюсь в дом. В гостиной сидят отец и брат.

Вхожу в просторную комнату. Свет приглушен и делает классическую обстановку мрачной, как в старых замках. Хоть фильм ужасов снимай.

Батя с Алешей уже переоделись в домашнее - оба в темных спортивных костюмах, сидят с чашками кофе.

По голосам слышу: разговор идет бодрый, и, судя по всему, опять о делах.

- Ты много болтаешь, а прибыль падает, - доносится до меня голос отца, когда подхожу ближе.

- А я и говорю, надо снижать расходы! - горячо отвечает Алеша. - Зачем эти премии после Нового года? Дали один раз и хватит. На год вперед надо все урезать. Неужели они так охрененно работают?

Я эту песню уже слышал. Алеша пытался пропихнуть идею еще в декабре, когда Арсений уехал, и я на время мотался на Горный Алтай.

Отец нас с юности приучает к делу, сразу бросает в пекло на ответственные должности.

Кому-то покажется неправильным, но это частный бизнес. Батя сам решает, кого куда ставить.

Зато опыта у сыновей вагон. Вон, Арсений в свои двадцать четыре уже матерый управленец. Андрей архитектурным отделом рулит так, что даже старые спецы его зауважали.

Правда, нам с Алешей пока реально важных дел не доверяют. Мы на подхвате. Зато «черную» работу в отелях и туркомплексах знаем изнутри…

Вера Андреевна, преподша, в восторге от того, как я шарю в организации гостиничного дела.

Еще бы я не шарил, блять! Я там днями пропадаю. Это, считай, мое основное занятие.

Подхожу к ним и вставляю свои пять копеек:

- У нас и так текучка бешеная в отелях, Алеш. Если еще и премии урежешь - работать будет некому.

Отец тут же переключается на меня, взгляд цепкий, тяжелый:

- Вот ты бы обеспечил нам приток новых кадров. Учишься в университете на этой специальности, а толку? Зря только штаны там протираешь.

Я усмехаюсь, садясь в кресло:

- Вообще-то я реально учусь, пап.

- Баловство! - ворчит он. - Мать захотела, вот и возитесь с тетрадками. Моя бы воля - я бы тебя прямо сейчас отчислил и впряг в работу по полной.

- Нет-нет, папа, я хочу доучиться.

На мгновение ловлю себя на мысли, что думаю сейчас совсем не о лекциях. Перед глазами всплывает лицо Элины и ее небесный взгляд.

Тут же отгоняю эти мысли.

- В общем, поузнавай среди своих, - продолжает отец. - Может, кто работу ищет. Нам нужны неприхотливые сотрудники, молодые.

- Единственное, их придется на сессии отпускать, на занятия...

- Как-нибудь с управляющими этот вопрос решишь, - отмахивается батя. Он допивает кофе, выглядит уставшим. Поднимается, бросает нам короткое «доброй ночи» и уходит к лестнице.

Мы с братом остаемся одни. Алеша тут же меняется в лице, подается вперед:

- Слышь, а что у вас там с Рудневым случилось? Говорят, ты с ним из-за какой-то бабы сцепился?

- Не бабы, а девушки, - поправляю я его, чувствуя, как внутри снова начинает закипать раздражение. - Это моя одногруппница.

- И какое тебе до нее дело? Трахаешь ее?

Я смотрю на него в упор:

- А тебе-то какое дело?

- Да мне никакого, но ты меня с друзьями ссоришь.

Не выдерживаю и смеюсь:

- Это Руднев тебе друг? Да он друг твоей банковской карточки.

Алеша сужает глаза, его лицо становится злым:

- Не перегибай.

- Да пиздец, Алеш! Ну реально! Не из-за Руднева же нам тут отношения выяснять.

- Так что за девчонка? - не унимается брат. - Она с тобой? У вас что-то серьезное?

- Она ни с кем.

- Так а чего ты тогда лезешь? Держи себя в руках. Руднев нам полезен, он кучу народа знает! С ним тусить прикольно. Он нас в любую компанию впишет.

- Ты серьезно? - качаю головой. - Нас и так везде ждут.

Алеша кривится:

- Значит, ничего не расскажешь?

- Тебе там знать нечего. Пойду я, пожалуй, тоже посплю.

- Ты позоришься сам и меня перед пацанами подставляешь, - бросает он мне в спину.

Я останавливаюсь у двери, поворачиваюсь и смотрю на своего брата:

- Прими уже факт, что мы два разных взрослых человека. Мы с тобой не сиамские близнецы, напоминаю.

Разворачиваюсь и ухожу к себе.





10


«Трахаешь ее?» - голос брата до сих пор звенит в ушах, перекрывая шум воды в душе.

Гребаный Алёша, вечно он лезет не в свое дело.

Я прикрываю глаза. Нет, я ее не трахаю. Но, черт возьми, как же я этого хочу.

Хочу видеть, как эти ее огромные голубые глаза заволакивает не страх, а густой туман наслаждения. Хочу слышать, как она тихо, надрывно стонет подо мной.

Я хочу стать тем, кто раскроет ее чувственность.

Уверен на все сто - она девственница.

Забавно, ведь я никогда не гонялся за невинными девочками. Наоборот, всегда нравились опытные, раскрепощенные. Которые сами знают, как доставить удовольствие.

У меня уже есть приличный опыт, но я знаю: с Элиной все будет в десятки раз крышесноснее.

Мысли соскальзывают к картинкам.

Я представляю ее грудь в своих ладонях… То, как сжимаю ее нежные соски, прикусываю их на грани боли. Заставляю ее выгибаться.

Представляю ее розовую, аккуратную киску. Хочу пробовать ее на вкус… Чувствовать, как она дрожит от каждого моего движения.

Член наливается, становясь каменным. Это состояние уже не перебить ни мыслями о делах, ни холодной водой. Я обхватываю его ладонью и яростно дрочу.

Перед глазами только она.

Наша близость - от первой, робкой и нежной, до жесткой, когда она уже мне доверится. Сама захочет.

Я низко стону, задыхаясь от этих фантазий, и наконец выплескиваю напряжение… Буквально иссушая себя.

После долго стою под холодными струями. Смываю с себя эту слабость.

Выхожу, насухо вытираюсь и падаю спиной на кровать, глядя в потолок.

В памяти всплывает разговор с Рудневым.

Тот самый, когда ясно дал ему понять - к Элине подходить нельзя. Не просто просил, я угрожал.

Руднев лишь усмехнулся, подняв руки: «Саш, да расслабься. Там тяжелый случай. Брат - цербер, сама она какая-то зажатая, зашоренная. Мне просто экзотики захотелось. Она точно не в твоем вкусе! Не советовал бы на нее время тратить».

Он не стал со мной ругаться. Руднев парень не глупый.

Вечно на мели - отец не бедный, но с его матерью в разводе и сыну выдает строго определенную сумму.

Попытки замутить свой бизнес заканчиваются крахом. Ему жизненно важно иметь в друзьях таких, как я. Тех, кто может заплатить за него в баре или перехватить денег до конца месяца.

Из-за девушки он со мной ссориться не будет. Очень вряд ли. Зря Алёша дергается.

***

Элина

Уже больше недели я не появлялась в университете. Еще идет сессия, а по многим предметам у меня вышли «автоматы».

Я изо всех сил старалась выбросить Алекса из головы. Убеждала себя, что та история с толстовкой и с «деньгами отца» его совсем не зацепила.

У него слишком яркая, насыщенная жизнь. Еще бы он думал о такой ерунде…

В университет я не хожу, но работу никто не отменял.

Наоборот, я набрала побольше смен: пока девчонки сидят над учебниками и сдают экзамены, у меня отличная возможность подзаработать.

Сегодня выдался чудесный день. Солнце светит совсем по-весеннему, заливая все вокруг.

Я стою за стойкой в нашей кофейне и искренне радуюсь этим огромным панорамным окнам - через них так приятно наблюдать за улицей.

Настроение идеальное… Пока не замечаю фигуру, от которой у меня внутри все мгновенно сжимается.

В кофейню входит мой старший брат.

Если посмотреть на него со стороны, он совсем не выглядит пугающим. Обычное телосложение, никакой горы мышц или звериного оскала. У него тонкие, даже изящные черты лица.

Мы оба пошли в маму - она у нас красивая. Брат унаследовал эту приятную, мягкую внешность.

Но на подсознательном уровне я всегда жду от него удара. Очередных нотаций, контроля или претензий.

- Привет, сестренка, - говорит он, расстегивая темную куртку и обводя заведение оценивающим взглядом. - Сделай-ка мне средний американо.

- Привет... - шепчу я и послушно принимаюсь за заказ.

Брат никогда не пользуется моим положением: он всегда оплачивает кофе строго по прайсу.

Вот и сейчас он молча пикает картой у терминала и встает в ожидании напитка.

В кофейню заходят пара старшеклассников. Смотрят на цены и, видимо, решают, что для них дороговато. Уходят. Мы снова остаемся одни.

- Что-то ты зачастила со сменами, - как бы невзначай роняет брат. - Вот решил проверить, как ты тут.

В груди закипает обида. Он мне не поверил. Пришел не кофе попить, а убедиться, что я действительно на работе.

Я горько вздыхаю - это чувство «под колпаком» уже просто невыносимо. Но спорить бесполезно, выхода я пока не вижу.

- Конечно, работаю, - стараюсь, чтобы голос не выдал эмоции. - Девочки на сессии. Пользуюсь случаем, чтобы подзаработать лишнюю копейку.

Я снова бросаю взгляд в окно, надеясь отвлечься. Но…

К кофейне подходит девушка. Яркая брюнетка в светлой шапочке и куртке. На лице радостная улыбка.

Мое сердце падает куда-то в пятки. Я узнала ее. Это родственница Алекса.

Только не сейчас…





11


Раздается мелодичный звон колокольчика, оповещающий о новом посетителе. Вскидываю глаза и вижу ту самую брюнетку.

Она делает шаг внутрь, но тут же притормаживает. Словно натыкается на невидимую стену. Замирает у входа.

Брат ее не замечает. Он стоит к ней спиной и продолжает своим обычным назидательным тоном давать указания:

- После работы - сразу домой. Я сегодня заскочить не смогу, но у матери спрошу. Чтобы в восемь была дома.

Я стараюсь отвечать как можно тише. Надеюсь, что гостья ничего не услышит:

- Сейчас на улице очень скользко, Гош... я могу долго идти, задержаться не по своей воле.

- Максимум на пятнадцать минут, - отрезает Игорь, даже не глядя на меня. - И все деньги за смену отдай маме. Что-то ты вчера мало положила.

Внутри снова закипает от несправедливости. Я чуть прибавляю громкости, стараясь защититься:

- Я дала на хозяйство! Мама сказала, что этого хватит. Остальное я откладываю… Я ведь коплю на новый телефон!

Эта фраза действует на брата далеко не успокаивающе. Он резко вскидывает брови, в глазах возмущение:

- Какой еще телефон? Зачем? Позвонить мне или матери - и старого хватит, а в интернете тебе делать абсолютно нечего. Переписываться там с кем-то собралась?

Я опускаю веки и медленно выдыхаю, пытаясь успокоиться.

Боковым зрением снова ловлю взгляд брюнетки. Слышала она? Поняла, как я живу?

Только в этот момент Гоша замечает, что в кафе мы не одни. Оборачивается и в упор смотрит на родственницу Алекса.

Конечно, он понятия не имеет, кто она такая. Для него это просто «упакованная» гостья.

Увидев красивую и хорошо одетую девушку, брат мгновенно сбавляет обороты.

Ставлю перед ним стакан с кофе.

- Я за тобой в оба глаза смотрю, не забывай, - бросает Игорь напоследок, уже тише.

Забирает напиток и выходит на улицу.

Родственница Алекса медленно подходит к стойке. Она смотрит на меня с такой добротой и мягкостью... Улыбается, тихо говорит:

- Привет, Элина.

От ее дружеского тона у меня внутри все начинает вибрировать. Горло перехватывает, а на глаза сами собой наворачиваются слезы.

В голове пульсирует одна мысль: так больше нельзя, нужно что-то менять, куда-то бежать... Но я совершенно не знаю, что делать и как вырваться из этой клетки.

Пытаюсь нацепить профессиональную маску, хотя голос предательски срывается:

- Простите... - я делаю паузу, сглатывая ком. - Сейчас... что вы будете заказывать?

Девушка явно видит мое состояние.

Она не делает заказ, а вместо этого внезапно протягивает руку и накрывает мою ладонь своей теплой ладонью.

Невестка Алекса тянется к подставке на стойке, достает несколько салфеток и протягивает их мне.

- Это был твой брат? - спрашивает она тихо.

Я молча киваю.

Мне не очень хочется обсуждать свои семейные проблемы с незнакомым человеком. В то же время внутри так накипело, что слова сами просятся наружу.

К тому же в кафе сейчас никого нет - это «мертвое» время между обедом и ужином. Посетителей почти не бывает.

- За что он так с тобой? - мягко продолжает гостья.

Я не выдерживаю, всхлипываю:

- Он считает… я должна жить в строгих рамках, пока не закончу университет… Никаких парней, никаких прогулок - сразу домой.

Брюнетка выглядит искренне изумленной:

- Неужели ты давала повод? Ты не кажешься легкомысленной.

Я поднимаю голову и смотрю ей прямо в глаза:

- Нет. Просто брат говорит, что у меня своих мозгов нет из-за возраста. Что он лучше знает. А я должна просто слушаться…

Гостья опешивает.

Она что-то обдумывает и задает вопрос, который я сама себе задаю каждый день:

- Почему ты это терпишь?

Я тяжело вздыхаю.

- А что я могу? Я на втором курсе. Подрабатываю, но денег хватает только на самое необходимое и на помощь маме. Мама растила нас одна, она очень много работала. Но последние два года у нее проблемы со здоровьем. Теперь мы ей помогаем, мы ведь уже взрослые. И с братом я не хочу ругаться. Когда маме плохо, только он может ей помочь... Поднять ее, если вдруг упадет. Если он съедет, как мы будем?!

Моя речь получается очень эмоциональной. Девушка не перебивает, она лишь понимающе кивает и поглаживает мою ладонь.

Постепенно я успокаиваюсь. Мне так не хватало этого простого человеческого участия.

Я не могу открыться одногруппницам, а близких подруг у меня нет - единственная школьная подруга уехала. Я осталась совсем одна.

- Ты с Алексом учишься на гостиничном менеджменте? - спрашивает невестка Алекса, явно желая разрядить обстановку.

- Гостиничное дело и туризм, - отвечаю уже охотнее. - Я всегда хотела путешествовать.

Это чистая правда. Когда папа был жив, мы иногда ездили на море или просто выбирались за город. Он обожал дорогу, новые места.

И хотя я была совсем маленькой, я до сих пор помню то чувство восторга и свободы.

Мне очень хочется вернуть эти ощущения в свою жизнь…

Девушка не комментирует мой выбор, она о чем-то задумчиво молчит. Я понимаю, что пора возвращаться к работе.

- Давайте я все-таки сделаю вам чай, - говорю, вытирая остатки слез. - Все в порядке, спасибо вам большое.

Она улыбается мне:

- Хорошо, сделай. Только при одном условии: давай перейдем на «ты».

В душе словно цветы расцветают от этого предложения. Я широко улыбаюсь в ответ:

- Хорошо.

- Меня, кстати, зовут Агния, - представляется она. - А то в прошлый раз Алекс постоянно называл меня «невесткой». Я встречаюсь с его старшим братом.

Упоминание Алекса заставляет мое сердце пропустить удар. Внутри снова что-то трепещет, но уже совсем по-другому… Не так, как при брате.





12


Чтобы скрыть смущение, я быстро принимаюсь за работу.

Завариваю для Агнии ароматный черный чай с лесными ягодами. Провожаю ее к столику и ставлю чашку.

В этот момент в кофейню заходит молодая пара. Они начинают громко спорить, какой кофе им выбрать, и я полностью окунаюсь в свои обязанности.

Когда Агния допивает чай и собирается уходить, я лишь могу помахать ей рукой на прощание. За стойкой уже собралась очередь.

Но на душе у меня впервые за долгое время стало чуточку светлее…

Проходит около получаса с тех пор, как уходит Агния. Я продолжаю обслуживать посетителей.

В кофейню вваливается большая компания студентов из колледжа - у них как раз закончились пары.

Они заказывают понемногу, но постоянно спорят между собой. Рисуются друг перед другом.

То и дело меняют заказы: «хочу это», «нет, лучше другое».

У меня идет кругом голова. Я вижу, что за ними стоит какой-то молодой мужчина в капюшоне.

Опасаюсь, что он сейчас начнет возмущаться из-за того, что все так долго.

Но гость, на мое счастье, терпеливо ждет.

Наконец студенты расступаются и уходят. Парень подходит к стойке…

Я не могу удержаться от вскрика:

- Ай!

Алекс Щербинский усмехается и смотрит на меня с довольным темным прищуром.

- Испугалась, Эльза?

Этот его тон и обращение вроде бы должны раздражать, но они в секунду успокаивают.

Все мои недавние переживания о том, что он обижается, злится или расстроен из-за моего отказа, моментально исчезают.

Он снова здесь… Он снова называет меня Эльзой.

Эмоции, конечно, глупые! Но я ничего не могу с собой поделать.

- Просто не ожидала, - выдыхаю.

- Почему? Я очень люблю кофе, - говорит он.

- Хорошо… Какой для тебя сделать?

- Давай, пожалуй, большой американо. И какой-нибудь сэндвич с мясом. Я дико голоден.

Я киваю и радуюсь, что наш разговор идет в безопасном русле. Но Алекс тут же переводит его на другую тему:

- И как, тебе нравится здесь работать?

Вопрос вроде бы нейтральный, но звучит как-то более лично. Но я отвечаю:

- В целом, да, здесь уютно. Иногда бывает много посетителей, но не всегда.

- А как по оплате?

Неловкий вопрос. Моя зарплата, скорее всего, покажется наследнику бизнес-империи крошечной.

Но я успокаиваю себя: это честные, заработанные деньги. В конце концов не у всех есть богатые отцы. А у меня сейчас вообще никакого нет.

- Зарплаты хватает на самое необходимое, - отвечаю.

Пока готовится кофе, я поворачиваюсь, тянусь за сэндвичем в холодильник. Спрашиваю, разогреть ли его. Алекс молча кивает и продолжает:

- Не хотела бы попробовать что-то новое?

Замираю и мгновенно краснею. Щербинский вдруг ухмыляется и поясняет низким голосом:

- Имею в виду в плане работы.

- Я поняла! - пыхчу в ответ. - Но что я могу попробовать? Я ведь учусь.

- Мой отец ищет сотрудников в свои отели, - говорит Алекс. - Нужны люди, которых я знаю. Ответственные и неглупые.

- Но мы же учимся, - сомневаюсь.

- Отец будет относиться к этому с пониманием. И ты знаешь, что преподаватели тоже лояльны к тем, кто работает по специальности. Плюс они очень уважают моего отца. Если будет информация, что ты работаешь в нашей сети отелей, к тебе будет совсем другое отношение. Ты ведь хорошо учишься! Сможешь все: и учиться, и работать. И все сдавать.

Я задумываюсь. Тогда Алекс вносит последний аргумент:

- Зарплата будет раза в три больше, чем у тебя здесь.

Для меня это очень весомо.

Я понимаю, что мне нужно посоветоваться с семьей… Но, с другой стороны, я уже взрослый человек!

Мне вдруг так хочется самой принять решение.

Я поднимаю взгляд и говорю:

- Да, Алекс, я согласна.

***

Алекс

- До скольких ты работаешь сегодня? - спрашиваю я, прислонившись к стойке.

Элина протирает чашку, не поднимая на меня глаз.

- До восьми.

В голове сразу возникает картина ее возвращения домой.

- По темноте и гололеду пойдешь домой? Или вас отвозят на такси?

- Нет, не отвозят, - отвечает она. - Но мне идти недалеко.

- Я подъеду, тебя заберу, - просто говорю я.

Не вопрос, а решение.

Элина вскидывает на меня взгляд, ее голубые глаза распахиваются.

- В смысле? Зачем? Не надо.

Игнорирую ее протесты.

- Провожу домой и заодно зайду к вам, познакомлюсь с твоими.

Ее лицо становится совершенно белым. Кажется, она в полном ужасе.

- Нет-нет, не надо, - медленно качает головой.

- Я в курсе, что у тебя строгий брат и, скорее всего, строгая мама, - говорю я. - Но так нужно.

- В смысле? Зачем? С какой стати ты ко мне придешь? - голос Элины звучит растерянно.

- Как одногруппник, - начинаю я, останавливая ее поток возражений. - Ну и не только. Как человек, который предложил тебе работу. Ты ведь сегодня собираешься говорить им про это?

Она кивает.

- Ну, да… Ведь нужно скорее выйти?

- Да, выходить нужно быстро, - подтверждаю.

- Зачем тебе приходить? - повторяет Элина, все еще не понимая.

- Я хочу кое-что им объяснить и кое-что пообещать, - отвечаю, глядя ей прямо в глаза.





13


Думаю про себя: зачем я вообще туда попрусь?..

Если случится скандал, и Элину выгонят из дома? Я что? Собираюсь забрать ее?

Да, блять, собираюсь. Хотя, на самом деле, хочется другого исхода.

Пришла пора познакомиться с этим братом…

Нет, я не собираюсь чистить ему морду. И бравировать статусом отца тоже не собираюсь. Хотя, может быть, немного и придется. По крайней мере, я скажу, кто я такой.

Щербинских знают в городе, ее мама точно. И она будет иметь представление, кто к ним пришел.

Никаких физических конфликтов с ее братом я не хочу. И, конечно же, не потому, что я его боюсь. Это смешно.

Нас, Щербинских, воспитывали не просто по-мужски.

Отец готовил нас как преемников большой империи. Одному Богу известно, с чем нам придется столкнуться.

Например, на нашего старшего брата, Артура, покушались в его собственном доме. Только его способность к самообороне спасла ему жизнь.

Нас растили не просто в атмосфере спорта. Нас тренировал бывший спецназовец, и если бы пришлось, я мог бы уничтожить этого ее брата за несколько минут.

Но, конечно же, я этого делать не буду. Переиграю его по-другому. Не дам ни единого шанса до меня доебаться.

Элина все еще качает головой.

- Нет-нет, - повторяет она, не переставая.

Я использую свою коронную улыбку.

- Не волнуйся, Эльза. Меня воспитывала очень хорошая женщина. И я умею быть очень хорошим, воспитанным парнем. Ты даже представить не можешь, каким.

Смотрю на часы.

- В общем, в 19:30 я буду у тебя. Когда выйдешь из кафе, ты меня увидишь.

Элина только приоткрывает ротик и снова распахивает глаза. А я уже разворачиваюсь и выхожу из кофейни.

Пока мне нужно уладить свои дела, чтобы вечером быть полностью свободным.

Поеду в один из наших небольших отелей на набережной. Отец поручил мне лично проверить его - в последнее время накопилось много плохих отзывов.

Нужно убедиться, что в номерах есть все необходимое, что уборка на должном уровне. Мелочи, но из них складывается репутация.

Сажусь за руль, машина послушно отзывается. По дороге набираю маму. Она сейчас живет в теплой стране.

Голос мамы в трубке тоже излучает тепло.

- Привет, солнышко, - слышу я, и на душе сразу становится легче. Улыбаюсь.

- Привет, мам, - отвечаю. - Хотел с тобой посоветоваться.

- О чем? - тут же откликается мама, ее голос полон внимания. - Конечно же, я тебя слушаю.

Делаю глубокий вдох.

- Я сегодня поеду к девушке. Познакомиться с ее семьей.

На другом конце трубки наступает пауза. Короткая, но ощутимая. Затем раздается ошеломленное:

- Ты что?

Я поспешно объясняю.

- Нет, не в том плане, в каком ты подумала. Она просто моя одногруппница, и я хочу взять ее на работу.

Мама закашливается. Представляю, как она хмурит брови.

- Что?

- У нее строгая семья, и я хочу произвести на них благоприятное впечатление. Просто прийти и сказать, что предоставлю их сестре и дочери работу, что все будет в порядке, что я посмотрю за ней. Как считаешь, это нормально?

Мама задумчиво тянет:

- А вечер - не поздно для таких визитов?

- Ее брат работает директором отдела в торговом центре, - поясняю. - Он каждый день приходит поздно.

- То есть ты знаешь его график работы? - в мамином голосе удивление.

- Да, - подтверждаю я.

Подтверждаю и мамину фразу, и что дело пахнет пиздецом. Да, я пробил эту информацию через людей из нашей охраны.

Следующий вопрос заставляет меня еще больше напрячься.

- А девушка, это точно просто одногруппница? - мама будто ухмыляется. - Может быть, еще один мой сын влюбился?

- Нет! - тут же протестую. - Эту прерогативу оставим Арсению, мне такое не надо!

Я начинаю всячески отпираться. Пытаюсь убедить, что это чисто деловые намерения. Мама посмеивается.

- Ну что же, тогда сходи. Только долго не засиживайся.

- Ну конечно. То есть ты даешь добро? - переспрашиваю, чтобы быть уверенным.

- Если у тебя спокойные и добрые намерения, почему бы и нет? - отвечает мама, и в ее словах слышится мудрость. - Только имей в виду, что люди не обязаны отвечать тебе тем же. Но если ты шел к ним с добром, то твоя совесть чиста.

- Да, мама, так и есть, - говорю, чувствуя прилив нежности. - Спасибо большое, ты лучшая.

- Это вы у меня самые лучшие, - заключает она.

Прощаюсь с мамой, но ее слова остаются со мной. Хорошо, что я позвонил. Теперь чувствую себя увереннее.

И ведь действительно, я не соврал! Проверенные люди, ответственный персонал - это очень важно.

Мой отец, при всем его жестком, порой негативном характере, всегда предпочитает хорошим сотрудникам платить. Достойно платить. Давать премии.

В принципе, он учит этому и нас. Единственный, кто постоянно против, мой брат-близнец Алеша.

Я подъезжаю к одному из наших отелей. Он довольно-таки старый, один из первых отелей отца. Вроде как уже не вписывается в общую сеть, но он атмосферный. Очень аутентичный.

В принципе, он пользуется популярностью. Да и отец к нему душой прикипел.

Отель стоит прямо на набережной. Сделанный будто в каком-то стиле из прошлого. Напоминает советские здания. Простой, бело-серый, с небольшими окнами.

Но в то же время что-то в нем есть необычное… Что-то цепляющее.

А уж гости старшего поколения его просто обожают. От них и летят вроде не злые, но грустные отзывы о недоделках и проблемах.

Паркую машину, захожу внутрь.





14


За стойкой администратора стоит высокий блондин, лет тридцати пяти. Это сам управляющий.

Увидев меня, он слегка напрягается. Мой визит без предупреждения - так велел отец.

- Добрый день, - киваю ему. - Где у нас свежие отчеты по расходам за последние три месяца? Потом пройдусь по этажам.

Администратор прекрасно знает меня и достает папки.

Я начинаю просматривать цифры, а затем поднимаюсь наверх. Коридоры выглядят чистыми, но я загляну в каждый угол.

Захожу в номера. Вижу пыль, пятна на шторах, плохо вымытые стаканы. В одном номере засорен сток в душе.

Это мелочи, но их слишком много. Сотрудники, которых я встречаю, смотрят на меня с тревогой.

Закончив осмотр, я направляюсь в кабинет управляющего. Он тоже довольно запущенный. На подоконнике слой пыли.

Он уборщицам платит вообще?..

- Что это такое? - киваю на пыль, а потом на список своих претензий. Мой голос звучит жестко. - Почему отель запущен? Почему я нахожу столько недочетов? Что вообще здесь происходит?

Управляющий на миг пугается. Его взгляд вздрагивает, но тут же становится наглым.

Он задирает свой длинный тонкий нос.

- Все согласно бюджету. Состояние зависит от финансирования.

Мои зубы стискиваются. Неужели он думает, будто я поверю в эту чушь?

- А если я запрошу сводку по расходам и реальному положению дел в отеле?

Управляющий не смущается. Он смотрит на меня с легкой улыбкой.

- Знаете, Александр Антонович, - он делает упор на мое отчество, - вы слегка оторваны от реальной действительности.

Мой внутренний зверь начинает ворочаться. Такая наглость!

- В каком смысле? - уточняю, хотя уже догадываюсь.

- Было бы лучше, если бы ваш отец прислал с ревизией кого-то более опытного, - произносит блондин, и я точно понимаю, на что он намекает.

Он считает, что отец отправил меня только потому, что я его сын. А не потому, что я - внимание, сука, сюрприз! Плюсом к этому разбираюсь в деле!

Агрессия, которую я с трудом сдерживаю, бурлит внутри. Это не просто раздражение, это что-то более глубокое, личное.

Но я заставляю себя оставаться спокойным.

Сокращаю расстояние между нами, подхожу почти вплотную. Смотрю ему прямо в лицо.

- Мой отец сам знает, кого и куда отправлять, - говорю тихо, но так, что каждое слово отчетливо слышно. - А я знаю, куда отправлю тебя, если ты не наведешь порядок в отеле. И поверь, это будет не просто увольнение. Ты будешь молить о том, чтобы тебя уволили.

Наглость сползает с лица управляющего. Он бледнеет, его глаза расширяются.

Я вижу, он понимает серьезность моих слов.

Похлопываю его по плечу.

- Работаем, Николай.

Пусть думает. Пусть боится. Нам нужен результат, а не оправдания.

Выхожу из отеля, глубоко вдыхаю прохладный воздух. Набираю отца.

- Привет, бать. Закончил тут.

- Ну и как? - голос отца, как всегда, без лишних эмоций.

- Засранный отель. Управляющий - мудила.

- И что с ним?

- Поговорил. Думаю, он понял.

- Правильно.

Я отключаюсь. Сажусь за руль, врубаю музыку.

Выкидываю всё из головы.

Привык уже к предвзятому отношению, а уж на мнение какого-то слизняка мне тем более похуй.

Вспоминаю, что Даня звал посидеть где-то. Поговорить, поужинать. Набираю ему, чтобы встретиться немного раньше.

Все равно не рассчитываю, что меня будут кормить у Эльзы. Да и вежливо откажусь, если предложат.

Так что можно спокойно пересечься с другом, а потом успеть за ней.

Заезжаю в еще одно место по работе, пока мысли сами собой идут в сторону Элины.

Куда бы ее пристроить? В маленький отель, где тихо и спокойно? Или в большой, где она может набраться опыта… Увидеть, как все работает?

В маленьких отелях я редко бываю, вот как сейчас. В основном тусуюсь в крупных, и львиную долю времени провожу в загородном. Том самом, где работает администратор Лилечка.

Точно. Пристрою Элину под крыло Лили. Пусть там побольше опыта наберется, да и оплата будет соответствующая.

И я буду там появляться… Присмотрю, чтобы мою одногруппницу никто не обидел. Чтобы все было тип-топ.

Уверяю себя, что это просто взаимовыгодное дело. Может быть, чуточку доброе.

Никакого подтекста, конечно. Просто одногруппница. Ну, может, чуточку приятельские отношения…

Хотя какие к черту приятельские, когда мысли постоянно соскальзывают не в то русло?

Насколько она красивая. Нежная. Трепетная.

Эту волну, которая накатывает, я вроде бы глушу, но она все равно пробивается.

Заканчиваю дела, выруливаю к сетевой кафешке.

Обычное место, таких тысячи. Внутри шумно. Где-то группа подростков громко смеется, за другим столом офис-менеджер торопливо ест мясной ролл.

Иду к любимому столу Данилы. Он сидит там, но не один. Рядом с ним Руднев. Черт.

Но не идти же назад.

Я подхожу к столику, стараясь сохранять на лице привычное спокойствие.

Данила, как обычно, выглядит небрежно. Он высокий и хотя одет в неплохие вещи, в нем всегда читается какой-то раздолбайский дух.

Руднев - русоволосый, остроносый. Чем-то напоминает то ли коршуна, то ли напыщенного индюка.

Всегда на понтах, в дорогих брендах. Словно вся его личность держится на этих шмотках.

Я тоже не выгляжу как бич, но к гардеробу отношусь проще. Для меня важнее аккуратность и свободный, удобный стиль. Насколько это позволяет ситуация.

Раньше мне было абсолютно плевать на Руднева и его манеру одеваться. Но сейчас ловлю себя на том, что разглядываю его слишком пристально.

Я не хочу признавать, что это из-за Элины. Но я словно примеряю: смогла бы она повестись на такого типа?

Уверен - он ей совершенно не подходит. Руднев привык использовать девушек. Он разбивал сердца тем, кто куда опытнее Элины.

Она слишком наивная и беззащитная. Перед таким игроком, как он, у нее просто нет шансов.

С этими мыслями я плюхаюсь на сиденье.

- Привет, - бросаю коротко.





15


Данила тут же вскидывает брови.

- Случилось чего?

- Нет, - отмахиваюсь. - Просто мотался по делам. Управляющие в отелях немного достали.

Руднев усмехается, в его голосе слышится привычный сарказм.

- О, проблемы высшего света. Тяжелая участь наследника?

Знаю, откуда этот яд. Его родители в разводе, и отец не подпускает его к делам.

Я даже не смотрю в его сторону. Обращать внимание на подначки - ниже моего достоинства.

- Пойдем, может, в бар завалимся после ужина? - предлагает Данила. - Посидим нормально.

Я качаю головой.

- Не, у меня дела.

- Какие еще дела вечером? - Данила не унимается.

В другой ситуации я бы не обломался и сказал все, как есть.

Но я не хочу давать им лишнюю информацию об Элине. Особенно Рудневу. Не хватало еще, чтобы по универу пошли слухи.

- Не твоего ума дело, - отвечаю со смешком, вроде как по-дружески.

Данила посылает меня матом, но тоже ржет. А вот Руднев мгновенно щурится.

- Что это за секреты от братвы, Алекс?

Я морщусь от этого обращения.

- Ты что ли «братва»? - смотрю ему прямо в глаза. - Может, мне еще отчет тебе составить?

У Руднева в зрачках что-то недобро промелькивает. Он явно чувствует, что мое отношение к нему изменилось, и это ему совсем не нравится.

Даниле абсолютно плевать на чьи-то там двойные смыслы и мои терки с Рудневым.

Он, как ни в чем не бывало, затягивает нас в разговор.

Обсуждаем новую прошивку для его тачки и закрытую вечеринку, на которую его позвали на выходных.

Напряжение потихоньку рассеивается под бодрый треп. Мы быстро уничтожаем свои бургеры, и, подкрепившись, я прощаюсь с парнями.

Пора за Элиной.

Приезжаю к кофейне на полчаса раньше.

Знаю, что она не уйдет с рабочего места ни минутой ранее, но и опоздать я не могу - она просто сбежит.

Жду у дверей, на всякий случай оглядываюсь: вдруг брат тоже решил ее встретить? Но улица пуста.

Ровно через тридцать минут Элина выходит в светлом пуховичке. Она запирает дверь, возится с сигнализацией.

Я тут же выхожу из машины. Иду к ней, словно хочу подстраховать… Хотя она делает это каждый день сама.

Правильно мне Агния подсказала: надо забирать ее отсюда, чтобы не оставалась одна так поздно.

Элина оборачивается, замечает меня и вздрагивает.

По-моему, меня она пугается гораздо больше, чем любых опасностей ночного города. Прямо отшатывается.

- Все-таки приехал, - бросает с каким-то обреченным вздохом.

- Не надо бояться, - говорю спокойно. - Я же сказал, что иду с добром.

- Это абсолютно не нужно, Алекс.

Я подхожу ближе, сокращая дистанцию.

- Твоя семья может не понять, куда ты на самом деле устраиваешься. Могут не поверить. Неужели ты сама не думала, что просто случится скандал, и вы все рассоритесь? А я попытаюсь эту ситуацию спасти.

Принцесса-Эльза смотрит на меня скептически. Сверху, хотя я выше.

- Ты? - в ее голосе столько сомнения, что это даже забавляет.

Я ухмыляюсь.

- Ну, ты недооцениваешь мои способности дипломата и оратора.

Элина закатывает глаза с легкой ухмылкой, и мне это дико нравится. Градус ее настроения меняется - от испуга к насмешливости.

Она вздыхает:

- Ну ладно, пойдем. Хуже вряд ли будет.

Показываю ей на машину, пропуская немного вперед. Когда подходим, открываю дверцу и жду, пока сядет, прежде чем закрыть.

Запрыгиваю на водительское сиденье. Элина возится с ремнем безопасности - видимо, на таких машинах она ездит нечасто.

Наклоняюсь к ней, чтобы помочь защелкнуть замок. И в этот момент меня накрывает.

Я чувствую ее запах - кофейно-шоколадный, с примесью ванили. Сладкий, тягучий аромат.

Мне до безумия хочется попробовать эту конфетку на вкус прямо сейчас.

Задерживаюсь у ее лица, скольжу взглядом по нежной коже, по губам.

Я практически тянусь к ней за поцелуем, но вовремя щелкает тормоз в голове: если это сделаю, вечер не спасти.

Оставаясь в нескольких сантиметрах от ее губ, я просто заглядываю ей в глаза, подмигиваю и медленно отклоняюсь назад, на свое место.

Слышу, как Элина отчетливо выдыхает.

И этот вздох звучит не столько с испугом, сколько с чувственностью.

Теперь мне нужно изо всех сил постараться, чтобы от этого звука у меня прямо сейчас не встал.

Глубоко вдыхаю и завожу мотор. Поехали…

Веду машину, изредка поглядывая на Элину.

Она сидит на пассажирском сиденье, напряженная и тихая. Глядит куда-то в лобовое стекло. Видно, что она все еще сомневается в моей затее.

- Расскажи мне немного о своих родных, - прошу, плавно поворачивая руль.

Элина поворачивает голову и скептически смотрит на меня.

- Почему я должна рассказывать? Алекс, я ведь не просила тебя ехать со мной. Ты сам настоял на этом знакомстве.

Я усмехаюсь, не отрывая взгляда от дороги.

- Но ты же в итоге согласилась? Значит, пути назад нет.

Подмигиваю ей, чтобы разрядить обстановку.

Она закатывает глаза, но я вижу, как ее плечи наконец расслабляются.

Напряжение сменяется какой-то легкой, почти игривой атмосферой. Элина сдается и начинает говорить:

- Ну, хорошо. Моя мама - бухгалтер. Сейчас она работает совсем мало, потому что у нее есть проблемы со здоровьем. Пожалуйста, Алекс, не надо касаться этой темы в разговоре.

Киваю, сразу становясь серьезным.

- Разумеется. Я не совсем тупой, как тебе, возможно, кажется.

Элина снова фыркает, но продолжает:

- Мой брат, Игорь. Ему двадцать девять лет. Он работает директором в крупном отделе в торговом центре. Он не смог получить высшее образование, потому что, когда заканчивал школу, у нас в семье была плохая ситуация. Ему пришлось сразу идти работать. Но он стал по-настоящему хорошим специалистом в своем деле.

Я слушаю ее и анализирую. Почти тридцать лет, директор. Человек, который с юности привык нести ответственность за семью и решать проблемы.

Он прошел суровую школу жизни и явно не из тех, кто доверяет первому встречному. Особенно парню вроде меня.

С ним будет сложнее всего. Он будет видеть во мне угрозу для сестры или просто избалованного богатого наследника.

Мне придется постараться, чтобы он хотя бы выслушал мои аргументы.

- Понял, - говорю я, трогаясь на светофоре. - Значит, директор. Это серьезно.

Мы едем по вечерним улицам.

В какой-то момент понимаю, что совершаю ошибку. Иду в гости к семье с пустыми руками! Я достаю телефон и набираю номер.

- Добрый вечер. Вы еще работаете?

Слышу в трубке знакомый женский голос.

- Да, Алекс.

- Подготовьте средний сет десертов в нашем фирменном стиле. Есть в наличии?

- Как раз осталась пара свежих наборов. Вам в праздничную упаковку?

- Нет, просто в нашу стандартную, с логотипом отеля. Скоро буду.

Элина смотрит на меня во все глаза. В ее взгляде читается удивление.





16


Нам не пришлось делать большой крюк. Я притормаживаю у входа в кондитерскую, которая поставляет десерты для всей нашей сети. Элина удивленно вскидывает брови.

- Это еще зачем?

- Здесь делают фирменные сладости для наших отелей, - поясняю. - Мы дарим их партнерам и гостям. Я хочу показать твоим родным качество нашей работы не на словах, а на деле. Надеюсь, они едят сладкое?

Элина неопределенно пожимает плечами.

- В целом, да. Но ты не обязан был...

- Все отлично, - перебиваю я ее и выхожу из машины.

Внутри кондитерской меня встречает Злата. Милая блондинка, давно здесь работает.

Она выходит из-за прилавка, поправляет волосы и улыбается мне самой сладкой улыбкой. В духе, так сказать, заведения.

Злата старше меня лет на десять, а то и меньше.

И обычно я бы не отказался от легкого флирта, чтобы развеять скуку и просто потешить самолюбие…

Но сейчас мне абсолютно все равно. Голова забита Элиной.

Я быстро забираю коробку. Вежливо благодарю, пресекая любые попытки завести беседу, и выхожу.

Возвращаюсь в машину, ставлю коробку на заднее сиденье. Элина провожает ее взглядом.

- Я свое слово держу, - произношу, заводя мотор.

Элина снова сопит - это у нее в привычке, когда не находит, что возразить.

Оставшийся путь мы преодолеваем быстро.

- Какой подъезд? - спрашиваю, заезжая во двор кирпичных девятиэтажек.

Элина показывает на нужный вход. Дом средний - не элитный, но вполне ухоженный.

Я знаю, что эта квартира принадлежала ее отцу. Мой приятель из охраны накопал на нее информацию…

На мгновение мне становится не по себе. Если Элина узнает, что я собирал на нее досье, она придет в бешенство. Я и сам не до конца понимаю, зачем это сделал.

Просто после того, как я увидел ее в той кофейне, после всех этих странных мыслей о ней... Мне нужно было знать, с кем я имею дело.

Разумеется, я не собираюсь использовать это против нее или кому-то рассказывать. Хотя бы это я знаю точно.

Мы выходим из машины. Возле самого подъезда я на секунду задерживаю ее руку в своей. Слегка поглаживаю ее ладонь большим пальцем, пытаясь передать хоть каплю своего спокойствия.

- Не волнуйся, - говорю тихо. - Я здесь не для того, чтобы ссорить тебя с семьей. Наоборот, я сделаю только лучше.

Элина вырывает руку, но уже без прежней злости.

- Я уже говорила тебе, что ты слишком самоуверен, Алекс.

- Комплиментам я всегда рад, - усмехаюсь.

Она в очередной раз закатывает глаза, и мы заходим в подъезд.

Атмосфера между нами становится более легкой, почти игривой, но ровно до того момента, пока мы не останавливаемся перед дверью ее квартиры.

Элина замирает. Она глубоко, судорожно вздыхает, и я вижу, как у нее начинают подрагивать плечи.

В этот момент у меня странно сжимается сердце.

Я никогда не считал себя слишком сердобольным или чувствительным, но ее страх как будто пропускаю через себя…

Что там, за этой дверью? Почему она так боится?

Вроде бы благополучная семья, но этот моральный прессинг, о котором она говорила, кажется, зашкаливает. Я снова пытаюсь взять ее за руку, чтобы поддержать. Но она тут же отшатывается.

Кто-то уже может смотреть в глазок…

Ну, погнали. Брякает замок.

Дверь открывается, и на пороге появляется мама Элины.

Она такая же миниатюрная и худенькая, как дочь, - те же хрупкие плечи и мягкие черты лица. Заметно, что она выглядит немного уставшей и болезненной, но это ее не портит. Наоборот, в ней чувствуется какая-то особенная домашняя теплота. Она вовсе не кажется строгой или неприветливой, скорее - немного растерянной.

Я смотрю ей в глаза и отмечаю, что они у нее не такие, как у дочери… Серо-зеленые, без той пронзительной синевы.

- Мама, это Алекс, - быстро говорит Элина, переводя дыхание. - Алекс, это моя мама, Ольга Евгеньевна.

Я слегка наклоняю голову и улыбаюсь своей самой располагающей улыбкой.

- Очень приятно, Ольга Евгеньевна.

- Взаимно, - отвечает мама, но в ее голосе слышится неуверенность.

Она явно насторожена моим визитом.

Мы заходим внутрь и снимаем обувь. Я невольно оглядываюсь.

В квартире очень чисто, буквально стерильно. Но обстановка как будто замерла на уровне пятнадцатилетней давности: старые обои, тяжелые занавески, массивная мебель.

Я подмечаю это не потому, что хочу оценить их достаток - мне на это плевать.

Но я привык работать с интерьерами отелей, и глаз автоматически фиксирует детали.

- Помойте руки и идем ужинать, - приглашает Ольга Евгеньевна.

- Большое спасибо, но я поужинал с друзьями. Мы заранее договаривались, - вежливо отвечаю я. - От чая не откажусь, если вы не против…

Протягиваю коробку с десертами.

- Кстати, есть повод. Это фирменные сладости из нашей кондитерской при отеле. Хотел, чтобы вы попробовали.

Мама Элины смотрит на коробку с легким удивлением, которое тут же сменяется улыбкой.

- Большое спасибо, как интересно... Проходите, пожалуйста.

Обстановка пока вполне доброжелательная.

Мы проходим на кухню. Она маленькая, «подуставшая» от времени, но невероятно уютная. Везде какие-то кружевные салфеточки, аккуратно сложенные полотенца, на подоконнике - горшки с цветами. Все дышит заботой.

Я сажусь за небольшой круглый стол у окна. Ольга Евгеньевна начинает быстро сервировать стол, а Элина, помыв руки, принимается ей помогать.

Она двигается быстро, привычно перехватывая тарелки и расставляя чашки.

Я ловлю себя на том, что просто залюбовался ею.

Раньше мне было абсолютно все равно, какая девушка хозяйка и как она смотрится на кухне. Меня это никогда не интересовало. Но сейчас, глядя на то, как Элина хлопочет рядом с матерью, я чувствую странное тепло.

В этом есть что-то настоящее, чего я не видел в своем окружении.

Но идиллия длится недолго. Я слышу, как в коридоре открывается входная дверь. Тяжелые шаги, звук брошенных ключей.





17


Игорь пришел.

Я вижу, как Элина замирает с чайником в руках, и ее плечи снова напрягаются.

А лицо Ольги Евгеньевны светлеет при звуке двери. Мама искренне рада приходу сына.

- Вот и Игорь! - говорит она, и в ее голосе столько тепла, что становится понятно: Ольга обожает своих детей.

Внимательно наблюдаю. Интересно, она действительно не замечает, как сильно Игорь давит на сестру, или просто привыкла к такому порядку вещей? Пока я не делаю выводов, просто фиксирую факты.

Элина, скорее всего, предупредила их обоих, так что мой визит не был сюрпризом.

Я слышу, как в коридоре стихают шаги, шум воды в ванной, и спустя минуту Игорь заходит на кухню.

Он похож на мать и сестру - та же худощавость, тонкие, почти аристократичные черты лица. Сразу видно, что по материнской линии у них сильные гены.

Но есть и отличия: глаза у него не синие и не зеленые, а светло-карие, и волосы заметно темнее, чем у Элины.

Встаю из-за стола - это жест уважения и одновременно способ обозначить свои границы. Протягиваю руку.

- Алекс.

Игорь не игнорирует жест, но его рукопожатие короткое и сухое.

- Игорь, - бросает он.

Его ладонь холодная, но это не холод волнения. Скорее, это холодная вежливость человека, который крайне скептически настроен ко всему происходящему.

У меня, наверное, от отца эта мужская чуйка. Когда я вижу парня, за секунды прикидываю расклад сил: слабак передо мной, или кто-то, способный на зубы.

Игорь - далеко не слабак. Несмотря на внешнюю худобу, в нем чувствуется стержень.

Этот парень крепко стоит на ногах и явно имеет на все свое мнение. Продавить такого авторитетом семьи или деньгами не получится.

Но я люблю сложности. Отец всегда говорит, что победа над сильным противником стоит в десять раз дороже.

Мы обмениваемся короткими, оценивающими взглядами. Напряжение в воздухе можно резать ножом.

Но Ольга Евгеньевна разряжает обстановку.

- Так, мальчики, давайте за стол. Чай уже готов.

Она начинает суетиться, накрывая. Появляются симпатичные чашки с мелкими цветочками - старые, но очень бережно сохраненные.

Мама ставит в центр мой десерт. Это небольшой шоколадный торт, покрытый идеальным глянцевым кремом и украшенный золотистой эмблемой нашей сети. Каждый кусок в индивидуальной фольге.

На этой старой кухне он выглядит как пришелец из другого мира, но мама Элины расставляет тарелочки с таким воодушевлением, что атмосфера постепенно становится уютной.

Мы садимся за круглый стол. Я - напротив Игоря, Элина - рядом с мамой. Начинается этап вежливого чаепития.

Берем ложки, пробуем торт. Я чувствую на себе внимательный взгляд Игоря. Он ест, но то и дело наблюдает. Каждое мое движение, каждый жест под его прицелом.

- Очень вкусный десерт, Алекс, спасибо, - мягко благодарит Ольга Евгеньевна, пытаясь начать беседу.

Я киваю, чувствуя, как внутри нарастает азарт. Пора переходить к делу, ради которого я здесь. Но сначала - еще один глоток чая…

Отставляю чашку в сторону и решаю, что время светских бесед о десертах закончилось. Поговорим о главной цели моего визита.

- Ольга Евгеньевна, - начинаю, стараясь, чтобы голос звучал максимально уверенно и при этом не дерзко. - Я пришел сегодня не просто так. Я хочу предложить Элине работу в нашем крупном отеле на должности администратора стойки регистрации.

На кухне мгновенно повисает тишина. Элина замирает, глядя в свою тарелку, а ее мама обеспокоенно переглядывается с Игорем.

- Работа в отеле? - тихо переспрашивает Ольга Евгеньевна. - Но ведь Элина учится... Как же она будет все успевать? Работа на ногах, люди разные...

Я киваю, показывая, что услышал ее опасения.

- Прекрасно вас понимаю. Но наша сеть отелей дает возможность для работы студентов. Это приказ отца. График будет гибким, мы всегда идем навстречу в период сессий и зачетов. Более того, работа в нашей сети - это отличный старт. Нас знают в городе и в округе. Репутация наших отелей, нашей семьи - это гарантия, что к Элине будут относиться с уважением будущие работодатели.

Игорь, который до этого молча наблюдал за мной, издает короткий скептический смешок.

- Репутация семьи, значит? - он откидывается на спинку стула и щурится. - Звучит красиво. Только обычно такие предложения не делают официанткам из кофейни просто за красивые глаза. В чем подвох, Алекс?

Я выдерживаю его взгляд.

- Подвоха нет, Игорь. Мне нужны надежные люди, которые умеют общаться и быстро схватывают суть. Элина как раз из таких. А что касается «красивых глаз» - в нашем деле важен и профессионализм, и располагающая внешность.

- Но учеба... - снова подает голос мама. Видно, что она колеблется. Мои слова про гибкий график и имя отца явно на нее подействовали. - Элине очень важно получить диплом.

- Ольга Евгеньевна, обещаю вам, что учеба не пострадает, - я слегка подаюсь вперед. - Наоборот, Эльз… Элина получит практический опыт, который не дадут ни в одном университете. И, конечно, зарплата будет значительно выше того, что она получает сейчас. Это поможет чувствовать себя увереннее и помогать вам.

Я вижу, как при упоминании помощи маме Элина едва заметно вздрагивает. Это ее слабое место - она хочет быть полезной семье.

Мама Элины смотрит на сына, как бы ища поддержки, но Игорь лишь молча барабанит пальцами по столу. Не сводит с меня подозрительного взгляда.

Он явно мне не верит, но и открыто возражать пока не спешит.

- Ну, если вы обещаете, что с учебой проблем не будет... - Ольга Евгеньевна наконец слабо улыбается. - Наверное, стоит попробовать. Элина у нас очень ответственная.

Я чувствую, как внутри разливается волна удовлетворения. Первый барьер пройден.





18


- Вот и отлично, - тепло улыбаюсь маме Эльзы, - я лично прослежу, чтобы ее стажировка прошла максимально комфортно.

Перевожу взгляд на Элю. Она выглядит так, будто с ее плеч сняли огромный груз, но при этом она все еще насторожена.

А Игорь... Игорь продолжает молчать, и в его глазах я читаю предупреждение: «Если ты ее обидишь, я тебя из-под земли достану».

Что ж, Игорь. Вызов принят.

Мы продолжаем чаепитие, и атмосфера на кухне становится чуть теплее, хотя холод от Игоря все еще ощущается кожей.

Но главное сделано - мама дала добро. Осталось закрепить успех.

Сидя за столом, я ловлю себя на мысли, что мой отец или старшие братья предложили бы Игорю выйти покурить. Ха-х.

Но сейчас другие времена, да и не факт, что Игорь вообще курит. И пугать его маму лишний раз не хочется.

Нужно действовать тоньше. Я незаметно достаю телефон под столом и открываю приложение. Один тап по экрану - и во дворе раздается приглушенный, но отчетливый звук моей сигнализации.

Мама Элины и сама Элина тут же замирают, оглядываясь в сторону прихожей.

- Ой, это у тебя? - спрашивает Ольга Евгеньевна, всплеснув руками.

- Похоже, что у меня, - спокойно встаю, кивая Игорю. - Пойдем, глянем, что там с тачкой. У вас вообще район спокойный?

Мама тут же начинает причитать:

- Да-да, у нас все хорошо, тихо! Одни пенсионеры кругом живут... Но мало ли, молодежь сейчас такая...

Элина распахивает глаза. Она явно мечется между испугом за машину и догадкой, что это все - спектакль.

Пока ее мама отвлекается на звук, я быстро сжимаю ладонь Элины под столом. Ловлю ее взгляд и одними губами произношу: «Все в порядке».

Мы с Игорем выходим из квартиры. В лифте едем молча. Напряжение такое, что кажется, тросы сейчас лопнут.

Как только выходим из подъезда на свежий вечерний воздух, Игорь останавливается и смотрит на мою машину. Она стоит совершенно целая и безмолвная.

- По поводу авто - был просто повод, - ровным голосом произносит он.

- А ты догадливый, - усмехаюсь.

- Врать ты умеешь ловко, - парирует Игорь.

- Да ладно, брось. Ты же сам хотел поговорить наедине.

- Ты еще и мысли читаешь? - он щурится, в его взгляде нет и капли дружелюбия.

- А по существу будет что сказать? - спрашиваю я, подходя ближе.

Игорь мгновенно меняется. Лицо становится жестким, взгляд - тяжелым.

- Если по существу, то я вижу тебя насквозь. Все твое блеяние по поводу работы - не что иное, как вранье. Тебе от нее что-то нужно, и это явно не «ценный сотрудник на регистрацию».

- Я бы попросил разговаривать со мной повежливее, - чувствую, как внутри закипает.

Игорь делает шаг ко мне.

- У тебя есть младшая сестра?

- Почему ты так строго к ней относишься? - перебиваю. - Она уже давно совершеннолетняя.

- Я еще раз спрашиваю: у тебя есть младшая сестра?

- Нет, - сухо отвечаю я. - У меня только братья есть и старшие.

Игорь криво усмехается.

- Ну тогда человеку из такой семьи, - он делает акцент на последнем слове, - не понять семью, которая уже прошла через дерьмо и не хочет новых бед.

Я понимаю, на что он намекает. Не только на отсутствие сестер, но и на нашу фамилию, на влияние моего отца, на пропасть между нами.

Это срабатывает как триггер, но я стараюсь подавить эмоции.

- Вообще-то я такой же человек, если ты успел заметить. Руки, ноги, голова…

- А мозги в этой голове есть? - Игорь прищуривается. - Зачем ты привязался к Элине? Сам прекрасно понимаешь, что ничего хорошего из этого не выйдет. Она не из твоего мира, Алекс.

- И кто это будет решать? - мой голос звучит тише, но жестче.

- Значит, все-таки у тебя есть на нее виды, - кивает Игорь, подтверждая свои мысли. - Слушай сюда. Даже если у тебя сейчас «добрые намерения», твой отец все равно не даст выйти из этого ничего хорошему. Он раздавит ее и нашу семью, просто чтобы ты не «пачкался» об обычных людей.

Я смотрю на него и понимаю: этот парень не просто защищает сестру. Он по-настоящему боится за нее, и в его глазах этот страх обоснован.

Понимаю, что сейчас мне его точно не переубедить. Слишком много между нами барьеров, слишком много недоверия. Разговор зашел в тупик, и продолжать его здесь бессмысленно.

- Попрощайся за меня перед своими, - говорю, кивая в сторону их окон. - Я поеду. Не буду затягивать этот вечер.

Игорь криво хмыкает, в глазах мелькает тень одобрения.

- Правильное решение, Алекс.

Я уже собираюсь уйти, но останавливаюсь и смотрю ему прямо в глаза.

- И не дави на сестру. Она тоже приняла решение. Элина хочет работать и зарабатывать, это ее право.

Игорь сначала молчит, переваривая мои слова, но потом бросает коротко и жестко:

- Я буду наблюдать за этой ситуацией.

Делаю пару шагов к машине, но внутри что-то не дает. Я разворачиваюсь и возвращаюсь к нему. Мне действительно непонятно его поведение.

- Почему ты так себя с ней ведешь? К чему эта строгость? Это же дикость какая-то, совсем не современно. Разве она заслужила такое отношение?

Игорь смотрит на меня как на дурачка.

- Я сам знаю, в чем нуждается моя сестра, - чеканит он. - Особенно с такими генами.

Я недоуменно вскидываю брови.

- У вас, вообще-то, одни и те же гены. Ты ее брат.

- Не совсем одни. Только наполовину, - вырывается у него, и он тут же поджимает губы, словно сказал лишнее.

В моей голове складываются пазлы. Я вспоминаю обрывки информации из того досье, что мне прислали.

- Ты имеешь в виду ее отца? - спрашиваю, понизив голос. - Что с ним было не так? Насколько знаю, он был порядочным человеком.

Игорь даже не удивляется тому, что я знаю. Он просто пропускает это мимо ушей, его взгляд становится ледяным.

- Слушай, парень, тебя это точно не касается. Забудь все, что слышал, и не лезь в наше прошлое.





19


Брат Элины разворачивается и, не оглядываясь, идет к подъезду. Его спина напряжена, а походка резкая.

Я стою у машины, провожая его взглядом.

С отцом Элины явно связана какая-то история, о которой не пишут в официальных справках…

С одной стороны, это действительно не мое дело. Я пришел сюда ради работы Элины, а не ради ее семейных тайн. Но с другой стороны... я вдруг отчетливо осознаю, что хочу узнать правду. Мне нужно понять, что за тени преследуют эту голубоглазую девушку…

Я сажусь в машину, завожу мотор и выезжаю со двора.

***

Элина

Слышим звук двери. Игорь входит в кухню один. Его лицо кажется каменным, а взгляд - еще более хмурым, чем обычно.

Я тут же вскакиваю со стула. Сердце колотится.

- Что ты ему наговорил? Ты его оскорбил, да?

Игорь только хмыкает и бросает ключи на тумбочку.

- Такого оскорбишь. Если он что-то втемяшил себе в голову, то просто так не отступится.

Мама качает головой и начинает собирать тарелки.

- Ну что ты такое говоришь, Игорь? Алекс - разумный молодой человек. Пришел, все вежливо объяснил. Почему ты так волнуешься?

- Вижу, и тебя он тоже очаровал, - огрызается брат, глядя на маму.

Я не выдерживаю. Сжимаю кулаки, внутри закипает протест.

- Никто никого не очаровывал! Ты же сам понимаешь - такие шансы выпадают раз в жизни!

Смотрю брату прямо в глаза. Голос немного дрожит, но я стараюсь говорить твердо.

- Кто меня еще возьмет на такую работу? Он мой одногруппник, он меня знает. Его отца все уважают в универе. Такого шанса больше не будет. Я соглашусь!

Игорь прищуривается. В его голосе слышится горечь.

- Значит, теперь ты ничего не обсуждаешь с семьей? Просто ставишь перед фактом?

- Мне уже двадцать лет! - почти выкрикиваю. - Я могу сама решать свою судьбу!

Брат смотрит на меня долгим, укоризненным взглядом. Кажется, он хочет сказать что-то резкое, но тут снова вмешивается мама.

- Так, все, хватит, - мягко говорит она. - Давайте успокоимся. Был такой приятный вечер, не надо все портить.

Она начинает вытирать стол.

- Завтра у всех рабочий день. Давайте уберемся и будем готовиться ко сну.

Игорь молчит. Я вижу по его лицу, что он недоволен, но ради мамы он решает отступить. Молча выходит из кухни.

Мы быстро наводим порядок.

Мама уходит к себе, пожелав спокойной ночи. Брат, слава Богу, тоже скрылся в своей комнате, плотно закрыв дверь.

Я долго стою под душем. Теплая вода помогает немного расслабиться, но мысли об Алексе не отпускают. Что же они все-таки сказали друг другу на улице?

Иду в свою спальню. Она у нас самая крошечная в квартире, но сейчас кажется лучшим местом на свете. Мне нужно побыть одной.

Я ложусь в кровать и непроизвольно тянусь к телефону. Руки сами открывают соцсеть.

Сердце делает испуганный кувырок. На экране висит новое сообщение.

Я сразу чувствую - это он! Как в каком-то любовном романе, угадываю это еще до того, как прочитаю имя. Это действительно Алекс.

«Ну, как там? Чем закончился семейный совет?» - пишет он.

Я закусываю губу. Палец быстро бегает по буквам.

«Лучше скажи, чем закончился ваш разговор с моим братом».

«Неужели он не поделился?» - прилетает ответ. - «Наверняка наговорил обо мне кучу "хорошего"».

Я вздыхаю. Решаю не юлить и написать правду.

«На самом деле, да. Так и было».

Тут же спохватываюсь. Не хочу, чтобы он думал, будто все совсем плохо.

«Зато ты понравился моей маме».

«Я и не сомневался», - пишет Алекс. - «А ты?»

Закатываю глаза и отправляю смайлик, который делает так же.

«Какой же ты самоуверенный!»

«Ну, именно таким я тебе и нравлюсь», - мгновенно отвечает он.

У меня перехватывает дыхание. Щеки начинают гореть.

«Кто тебе вообще сказал, что ты мне нравишься?»

«Ну, тогда напиши прямо, что я тебе НЕ нравлюсь», - парирует он. - «Синеглазая Эльза из сказки умеет врать?»

Я замираю над экраном. Написать это - значит нагло соврать самой себе. Я не могу.

«Не ведусь на провокации», - наконец отправляю я.

«Ну, хорошо», - отвечает Щербинский. - «Слив засчитан. Врать ты правда не умеешь».

Я смотрю на экран, и улыбка сама собой появляется на губах. Но следующее сообщение заставляет меня погрустнеть.

«А если честно, тебе самой нравится, как с тобой обращается брат?» - спрашивает Алекс.

Надо как-то отшутиться, перевести тему… Но почему-то именно ему мне хочется сказать правду.

«Нет, не нравится», - печатаю я. - «Это сложно…»

«По сложным семейным историям я эксперт, поверь мне», - тут же отвечает он. - «Хотя ты, наверно, не веришь. Тебе кажется, что с деньгами отца я всегда счастлив».

Я прикусываю губу.

«Нет! Я так не думаю».

Вспоминаю тот разговор в кофейне, когда он оставил чаевые. Я сказала - не нужно давать мне деньги отца… Я его задела.

Мне до сих пор стыдно.

«Кстати, извини за тот случай в кафе. Когда я сказала про деньги отца. Я просто ляпнула от неожиданности».

«Да брось, я уже забыл про это», - прилетает ответ.

«Ой, значит, я напомнила? :)))»

«Ну, мне приятно получить от тебя извинения», - пишет он.

Я чувствую, как теплеет в груди.

«Щербинский!»

«К твоим услугам», - отвечает Алекс, и я прямо вижу его дерзкую ухмылку. «Кстати, послезавтра после занятий поедем в отель. Сбрось мне свои документы, я перешлю их кому нужно».

Я немного сомневаюсь.

«Может, мне самой отправить? Так не будет удобнее?»

«Нет. Отец просил меня найти персонал, так что лучше я сам отправлю. Пусть мне зачтется».

«А кто-то еще из нашей группы поедет?» - спрашиваю с каплей волнения.

«Я кинул клич в общий чат. Пару девчонок заинтересовались. Если созреют, тоже пройдут собеседование».

«Они тоже поедут с нами?»

«Честно говоря, я без понятия», - пишет Алекс.

Перечитываю его последнюю фразу и чувствую странный укол радости. Он даже не знает, поедут они или нет. Его это не волнует.

А ради меня был весь этот план… Приезд к моей маме, уговоры брата.

Я для него особенная? От этой мысли сердце начинает биться чаще.

«Ладно, синеглазая Эльза, спи», - пишет он. - «Увидимся в универе. Только не делай вид, что мы не знакомы».

«Посмотрим на твое поведение. Спокойной ночи, Алекс».

«Сладких снов».

Я выключаю телефон и прижимаю его к груди. В комнате тихо, только слышно, как за окном шумит город.

Закрываю глаза, и передо мной снова встает его лицо. Его уверенность, его напор. То, как он защищал меня перед Игорем.

Алекс пугает меня и притягивает одновременно.

Засыпая, я ловлю себя на мысли, что жду послезавтрашнего дня больше всего на свете! Кажется, моя жизнь начала меняться. И мне это очень нравится…





20


Утро всегда отрезвляет. Вчерашняя переписка кажется почти нереальной. Неужели я так просто с ним общалась?

Смотрю на себя в зеркало. Обычная девушка - растрепанные волосы, сонная физиономия.

Алекс - это другой уровень. Другой мир. С чего я взяла, что он захочет связаться с такой простушкой, как я?..

Собираюсь на смену в кофейню. В голове крутится мысль: сегодня я должна сказать, что ухожу.

Странно, но я верю Алексу. Сама не знаю почему. Он не стал бы так стараться, ехать к нам домой и спорить с Игорем, если бы это было просто шуткой. Я чувствую, что в отеле все получится.

Хочу поступить честно. Наша хозяйка, Марина, - очень милая женщина. Она всегда шла мне навстречу. Но ее маленькая кофейня не может конкурировать с крупными сетями по зарплате.

Зато она очень лояльна. Если кто-то из девчонок уходит, а потом хочет вернуться - Марина всегда принимает обратно.

Если есть место, конечно.

Прихожу на работу пораньше. Запах свежемолотых зерен обволакивает, как всегда.

Но сегодня я чувствую себя здесь чужой. Словно я уже перешагнула какой-то невидимый порог.

Хозяйка как обычно заехала утром. Проверяет поставку молока. Я подхожу к ней.

- Марина, мне нужно кое-что сказать. Сегодня мой последний рабочий день.

Она удивленно поднимает глаза.

- Вот так сразу, Элин? Что-то случилось?

- Мне предложили работу в крупном отеле, по специальности. Я не могу упустить этот шанс.

Марина вздыхает, но в ее глазах нет злости.

- Жаль. Ты хорошая работница. Но я тебя понимаю, расти надо.

Я киваю, чувствуя облегчение. Первый шаг сделан.

А вот новое утро начинается с легкой паники перед шкафом. Мне кажется, что все, что у меня есть, либо слишком простое, либо детское!

Меряю любимое платье, но оно кажется вызывающим. Потом джинсы и оверсайз-худи - нет, слишком небрежно…

В итоге, ругая себя за глупость, останавливаюсь на темно-синих широких брюках и светлой закрытой блузке. Волосы стягиваю в тугой хвост.

Просто, скромно, по-деловому.

Еду в университет. Сегодня первая пара после каникул. Хотя какие там каникулы - я всю неделю пахала в кофейне.

В аудитории уже шумно. Я захожу и невольно ищу глазами его. Алекса нет. Зато в центре внимания - «золотая троица» нашего курса.

Блондинка Саша так и сияет. Та, что сохнет по Алексу и не скрывает этого… Чего это она такая довольная?

Рядом с ней Ксеня, маленькая и хрупкая, и высокая, статная Арина. Они что-то бурно обсуждают.

- Я тоже с вами! - звонко говорит Ксюша. - Поговорила с мамой, она сказала, что заставит среднего брата забирать сестренку из садика. Деньги сейчас лишними не будут.

- Ну и отлично, - кивает Арина. - Будем вместе в отель гонять.

Александра обводит всех взглядом.

- А кто-то еще из наших собирался? Кажется, Щербинский звал кого-то. Не знаете?

Глубоко вздыхаю и подхожу к ним.

- Я буду работать в отеле.

Лицо Саши тут же кривится, словно она съела лимон. Но вслух она ничего не говорит.

- Здорово! - улыбается Ксюша. - Столько наших в одном месте!

Арина морщит нос и окидывает меня оценивающим взглядом.

- Ты... тоже будешь работать? - она делает странный акцент на этом слове. - Значит, у вас с Щербинским все-таки не срослось?

Она хихикает, прикрыв рот ладонью. Подруги тут же на нее цыкают.

- Ну я же шучу! - оправдывается Арина. - Я и не думала, что они могут замутить.

Меня это задевает, но я решаю держать лицо. Прохожу мимо них и сажусь за парту к Ксюше. Там как раз свободно.

В глубине души мне хотелось, чтобы Алекс пришел и сел рядом со мной.

Но я тут же отгоняю эти мысли. Если он сядет с кем-то другим, мне будет обидно. Лучше сразу лишить себя надежды.

Алекс заходит в аудиторию на последней минуте. Как всегда, эффектно.

Девчонки оживляются, кто-то машет ему рукой. Он едва заметно кивает всем сразу, но его взгляд на секунду зависает на мне.

Я упорно смотрю в тетрадь, но чувствую его шаги. Они стихают прямо за моей спиной. По звуку понимаю - он опустился на сиденье сзади меня. Оно было свободным.

В аудиторию заходит преподавательница по «Экономике гостиничного предприятия», строгая Ольга Петровна.

- Здравствуйте, садитесь, - сухо говорит она. - Сегодня у нас сложная тема: «Расчет себестоимости гостиничного продукта». Работать будем по парам.

Она обводит класс взглядом и хмурится.

- Девочки, опять вы скучковались. Так дело не пойдет. Элина, пересядь назад к Щербинскому. У него как раз пусто. Меньше будете болтать!

Упс… Я медленно встаю, собираю вещи и чувствую на себе испепеляющий взгляд Саши.

Пересаживаюсь за спину, на соседний стул от Алекса. Вдыхаю знакомый запах его парфюма.

- Ну привет, - тихо шепчет он, двигая ко мне методичку. - Кажется, сама судьба за нас, Эльза.

Я открываю тетрадь, чувствуя, как кончики пальцев начинают дрожать.

***

Алекс

Пол ночи я крутил в голове разговор с ее братом.

Игорь - тот еще тип! Тяжелый, упрямый. Я все думал, как помочь, как оградить Элину от его давления…

С одной стороны, мысли кажутся мне дико тупыми. Это ее семья, ее брат. Они как-нибудь сами разберутся! Да и не факт, что она вообще хочет, чтобы я лез в их дела.

Она гордая. Поскромничала бы точно.

Но с другой стороны... я ловлю себя на том, что думаю об этой голубоглазке все чаще.

И дело уже не только в эротических фантазиях, хотя и в них тоже, чего скрывать.

Мне хочется ее защитить…

Это для меня в новинку. Я сам не понимаю, чем она меня так зацепила?

Она красивая да, миниатюрная. Но дело совсем не в этом.

От нее исходит какое-то невероятное тепло…

Я сравнивал ее с холодной Эльзой, но на самом деле лечу на ее тепло, как чертов мотылек на лампочку.

В аудитории я специально сел сзади. Смотрел на ее затылок и на эту Ксюшу рядом с ней.

Честно, я готов был просто поднять ее под мышки и пересадить куда-нибудь подальше, лишь бы быть ближе к Элине! Бред.

И тут Ольга Петровна сыграла за мою команду.

- Элина, пересядь к Щербинскому.

Да! Внутри я ликую, хотя на лице - маска вежливого безразличия. Элина садится рядом.

Я тут же чувствую ее запах - ваниль и карамель. Сладкий, уютный. У меня аж слюна набирается, честное слово. Она пахнет как самый вкусный десерт в мире.

- Ну привет, - шепчу я. - Кажется, сама судьба за нас, Эльза.

Начинается контрольная. Экономика гостиничного дела - это мое, я в этом вырос. Но я двигаюсь ближе к ней, якобы чтобы подсмотреть в ее тетрадь.

На самом деле мне просто нужно чувствовать ее рядом.

- Так, - шепчу ей на ухо, замечая, как у нее по шее бегут мурашки. - Расчет себестоимости номера. Ты считай амортизацию, а я возьму на себя операционные расходы. Идет?

Она кивает, стараясь не смотреть на меня. Ее пальцы быстро бегают по калькулятору.

Я разглядываю ее профиль, сосредоточенную складку между бровями. Черт, она такая милая, когда серьезная.

Иногда «случайно» касаюсь своим плечом ее плеча. Элина вздрагивает, но не отодвигается. Места за партой мало, и это мне только на руку.

- У тебя тут ошибка, - тихо говорю я, накрывая ее руку своей, чтобы показать цифру в тетради.

Кожа у нее нежная и теплая. Я задерживаю руку чуть дольше, чем нужно. Она замирает, и я чувствую, как ее дыхание учащается.

- Исправь, - улыбаюсь, неохотно убирая руку. - А то не возьмут тебя в крутой отель из-за плохих оценок.

Она что-то ворчит под нос про мою несносность, но исправляет. До конца занятия мы работаем почти вплотную.

Я наслаждаюсь этой близостью, ее смущением и тем, как она старается сохранять серьезный тон.

Вот же пиздец, Алекс!





21


Звонок звучит слишком быстро. А я бы просидел так еще пару часов.

На следующей лекции Элина демонстративно отсаживается подальше. Думает, это поможет? Меня игра в кошки-мышки только забавляет.

Я вижу, как она бросает быстрые взгляды в мою сторону и тут же отворачивается. Мелкая упрямица.

Последний семинар проходит быстро. Предмет новый, спрашивать с нас пока нечего. Препод отпускает всех на час раньше.

Как только встаю, ко мне тут же подплывает Саша.

Симпатичная, ухоженная, всегда при параде. Она явно не прочь развить наше общение в более неформальной обстановке, чем универ. Раньше я бы, может, и присмотрелся к ней. Провел бы вечер-другой.

Но сейчас... Сейчас все мое внимание занято ванильно-карамельной конфеткой.

Сам в шоке, но другие меня просто не трогают.

- Алекс, ты сейчас в отель? - мурлычет Саша. - Забросишь нас с девчонками?

Я представляю полную машину галдящих девиц и понимаю: нет, спасибо. Мне нужна только одна пассажирка.

Та, которая, скорее всего, будет молчать полдороги, пока я ее не разговорю.

- Я вызову машину из отеля, - отвечаю. - Наши ребята как раз мотаются по делам в город, они вас подхватят. А там разберемся.

Саша надувает свои пухлые губки.

- Ну ладно. Далековато добираться, конечно… Но я сейчас на права учусь, папа обещал машину подарить.

Я окидываю ее взглядом. Дорогие шмотки, идеальный маникюр.

- А тебе точно нужна эта работа?

- Хочу получить опыт, как и ты, - Саша поправляет волосы. - Ты ведь тоже не нуждаешься в деньгах, как некоторые в нашей группе. Но работаешь.

«Как некоторые». Она явно намекает на Элину. Меня это неприятно укалывает.

Обычно я не такой мягкотелый, но за Элину становится обидно.

- Ну, раз так, то встретимся в отеле, - отвечаю скупо.

Саша возвращается к подругам. Я вижу, что Элина уже собирается уходить вместе с ними. Надо действовать. Подхожу к их стайке.

- Элин, можно тебя на минуту? Есть вопрос по твоим документам.

Она вздрагивает, в глазах - испуг. Мы отходим чуть подальше в коридор.

- Расслабься, - улыбаюсь, когда мы оказываемся вне зоны слышимости. - С документами все ок. Просто хочу, чтобы ты поехала со мной. Скучно одному в машине.

Элина распахивает глаза.

- Ты мог бы подвезти девчонок…

- По правилам нельзя в машину сажать четверых пассажиров, - я подмигиваю. - Ты разве не знала?

Она пожимает плечами.

- Я не училась на права.

- Ну вот, теперь знай, - я не могу сдержать смешок.

Элина послушно идет за мной к выходу. Я чувствую спиной взгляды ее подруг. Но мне плевать.

Мы подходим к парковке возле университета. Я открываю Элине дверь, она садится в кресло, и я обхожу машину. Когда забираюсь на водительское сиденье, то первым делом бросаю взгляд на нее.

Принцесса уже сама пристегнулась. В прошлый раз у нее никак не получалось справиться с этим ремнем, а сейчас - секунда, и готово. Почему-то это маленькое наблюдение вызывает у меня дурацкое чувство удовлетворения. Пусть привыкает.

Привыкает к моей машине, ко мне. Я тихо усмехаюсь собственным мыслям.

Элина тут же поворачивается ко мне, в ее глазах недоумение.

- Я что-то смешное сделала?

Завожу мотор и кошусь на нее:

- Почему сразу ты? Зачем ты себя принижаешь? Что за привычка?

Элина забавно насупливается и скрещивает руки на груди.

- Нет у меня никакой привычки! А ты что, психолог что ли?

- Ну, какие-то элементарные знания у меня имеются, - улыбаюсь я, выезжая с парковки. - Так что, если есть проблемы - обращайся, проконсультирую.

Она закатывает глаза, но я вижу, как уголки ее губ подрагивают.

И вот мы оба смеемся.

- А если серьезно, - добавляю спокойнее, - просто будь увереннее в себе. У тебя все получится.

- Ой, ну точно психолог, - подхватывает она мой тон. - Знаешь, из тех, которые собирают огромные залы, берут с людей кучу денег, а потом говорят: «Ребята, удачи! Просто верьте в себя, и все будет хорошо!».

Я громко ржу.

- Ну да, типа того. Запишешься ко мне на курс?

Отмечаю про себя, что, когда Элина расслабляется, она становится классным и веселым собеседником.

Чтобы закрепить эффект, я включаю музыку - легкую и ненавязчивую.

- Может, расскажешь, что именно мне придется делать в отеле? - спрашивает Элина через пару минут.

- Будешь работать на стойке регистрации, - объясняю я. - Для начала, конечно, помощником. Тебе все покажут и научат. У нас есть главный администратор, Лилия. Работает в отеле уже сто лет, отличный профи. Она станет твоим наставником.

- А ты? - быстро перебивает Элина.

Задерживаю на ней взгляд. Почему-то мне нравится этот вопрос.

- Я тоже там постоянно бываю. Это, можно сказать, мое основное место работы. Разруливаю конфликты или беру на себя текучку, когда ребята зашиваются. Так что буду рядом. И тоже буду делиться опытом.

- И давно ты так работаешь? - в ее голосе слышится удивление.

- Лет пять уже точно, а может и больше. Мы с братьями начали помогать отцу очень рано. Сначала по чуть-чуть, буквально пару часов в неделю, но со временем он стал нагружать нас по полной. Так что в этом бизнесе я давно.

Элина тихо вздыхает и смотрит в окно на мелькающие деревья.

- А я в отелях даже гостем почти не бывала, - признается она. - Только в детстве несколько раз.

Я ободряюще улыбаюсь ей.

- Это вообще ничего не значит, Элин. Если человек объездил полмира и пересмотрел кучу отелей, это не делает из него хорошего сотрудника. И наоборот. У тебя есть реальный опыт работы. Ты умеешь встречать клиентов радушно? Умеешь. У тебя наверняка были и конфликтные ситуации в кофейне. Это гораздо важнее, чем то, сколько раз ты сама бронировала номер.

Вижу, как она понемногу расслабляется. Уже не так сильно сжимает сумочку на коленях.

- Да, ты работала в маленькой кофейне, - продолжаю. - Но пришло время расти и осваивать что-то масштабное. Ты быстро вольешься, вот увидишь. А твой личный опыт как гостя тут вообще никакой роли не играет!

Элина поворачивается ко мне и улыбается. Черт, я правда чувствую себя каким-то мотивационным тренером. Готов стоять рядом с ней, хлопать по плечу и твердить, что она со всем справится.

А раньше у меня никогда не возникало такого желания - ни с друзьями, ни с братьями.

Я всегда был довольно похуистичным типом. А тут... чувствую, как во мне что-то меняется.

Или это только рядом с ней?

Похоже, мне самому скоро понадобится тот самый психолог, о котором мы шутили.

Потому что сам я не знаю, как объяснить эту внезапную потребность опекать ее и защищать от всего мира.





22


Элина

Я смотрю на Алекса и понимаю, что у него здорово получается меня поддерживать. Если бы он решил стать психологом, у него бы точно вышло.

Несмотря на всю его шикарную внешность, легкий налет «мажористости» и какую-то мужскую брутальность, внутри него есть что-то очень теплое и доброе. Мне кажется...

Тут же одергиваю себя: может, я все это просто напридумывала? Может, он вежлив со мной, как с одногруппницей?..

Но все равно на душе становится спокойнее.

Правда, ровно до того момента, пока мы не подъезжаем к самому зданию отеля. Тут мое сердечко снова пускается вскачь.

Отель Щербинских... Я много о нем слышала, он популярен. Но я никогда не видела его, даже снаружи. Сейчас я смотрю, как завороженная.

Пять этажей из добротного темно-коричневого кирпича. Здание не выглядит как ультрасовременное, но кажется очень респектабельным, солидным и невероятно ухоженным.

Алекс косится, ловя мою реакцию.

- Ну как, нравится? - спрашивает он, когда мы въезжаем в ворота.

- Конечно! - выдыхаю я.

Парень довольно улыбается. Видно, что мой восторг ему приятен.

Он выглядит гордым за семейное дело, и я его понимаю - на его месте я бы тоже гордилась таким потрясающим отелем.

Мы заезжаем на подземную парковку.

Немного досадно, что мы не поднялись по парадному крыльцу, но я быстро соображаю: мы здесь сотрудники, и нечего мешаться гостям.

Алекс прав, я умею работать и понимаю правила игры. Я не жду, что вокруг меня будут бегать. Сама готова бегать, если надо!

Выхожу из машины и иду за Алексом к лифту. Мы поднимаемся на этаж ресепшн, и когда двери открываются, у меня перехватывает дыхание. Зал шикарный.

Все в глубоких темных тонах, повсюду зеркальные поверхности, блеск стекла и полированного камня.

Несмотря на то, что праздники закончились, и новогодние украшения убрали, здесь все равно витает атмосфера уюта и тепла. Мягкие коричневые кожаные диваны так и манят присесть, в углах стоят кофейные аппараты, есть маленькие бары.

Я замечаю небольшую кофейню и девушку за стойкой. У меня на мгновение сжимается сердце - совсем недавно я стояла точно так же! Этот миг наполняет чем-то родным, и я чувствую себя капельку увереннее.

Но мое место теперь не там. Мое место - впереди, за огромной, внушительной стойкой администраторов.

Мне становится страшно. Как я справлюсь?

Но тут же вспоминаю: за моей спиной никого нет. Если я хочу добиться своих целей, если хочу, чтобы мои мечты сбылись, я должна быть смелой. Мне нужно учиться, пробовать новое и не бояться.

Алекс оглядывается, проверяя, не отстала ли я. Когда равняюсь с ним, мне становится легче. Рядом с ним все кажется не таким пугающим.

Мы подходим к стойке не с центра, а сбоку, через служебный проход.

За отдельным рабочим местом, стоит высокая брюнетка. Очень симпатичная, эффектная, но почему-то с первого взгляда она меня отталкивает. В ней чувствуется какая-то холодность.

«Глупости, - думаю я, - это просто нервы. Я воспринимаю ее как угрозу, потому что сама чувствую себя неопытной».

Девушка бросает на меня строгий, изучающий взгляд. Она буквально сканирует меня с головы до ног. На секунду я опускаю глаза, но тут же заставляю себя поднять голову.

Я иду вслед за Алексом, ожидая, когда он нас познакомит. Ведь Алекс подходит прямиком к этой девушке.

- Ну как оно сегодня, Лиль? Привет! - тон у него бодрый и совсем свойский.

Лиля переводит на него взгляд, и ее лицо мгновенно меняется. Ледяная маска тает, глаза теплеют и становятся какими-то... игривыми.

- Да как всегда, сам не знаешь, что ли? - отвечает она с легкой обреченностью, но при этом кокетливо улыбается.

Я стою позади и чувствую, как внутри начинает ворочаться что-то неприятное…

Мне кажется, эта девушка явно симпатизирует Алексу! И это наблюдение меня почему-то злит.

«Так, Элина, стоп, - приказываю себе. - Это вообще не твое дело. Лишние эмоции сейчас ни к чему, думай о работе».

Алекс тем временем вспоминает обо мне.

Он оборачивается и слегка подталкивает меня вперед, мягко поглаживая по спине.

От его жеста меня бросает в жар. Несмотря на то, что все мои мысли должны быть заняты первым рабочим днем, я не могу игнорировать его прикосновение.

Впрочем, оно придает мне сил. Дрожь в коленях наконец утихает.

- Вот, привел тебе новую сотрудницу, - говорит Алекс. - Элину. Она способная и перспективная. Удели ей повышенное внимание.

Непонятно, серьезный у него тон или продолжение стеба.

Взгляд Лили снова падает на меня. Теперь он кажется еще строже и холоднее, чем в первый раз. Она прищуривает свои темные глаза. На секунду поджимает губы.

- Понятно. И где же ты раньше работала? - спрашивает тоном, не терпящим увиливания.

Да уж, тут мне похвастаться нечем.

- У нее цепкий ум и отличное образование, - вступает за меня Алекс. - Элина учится в лучшей группе нашего университета. В моей, между прочим, - он усмехается.

Лилия коротко фыркает, оценив шутку, и ее напряжение немного спадает.

- А если серьезно, - продолжает Алекс, - к тебе еще три девушки подъедут. Так что я, вообще-то, решаю кадровые проблемы. Будь благодарна! С тебя отгул.

- Спроси выходной у своего папы, - парирует Лиля с усмешкой.

- Умеешь ты бить по больному, - Алекс хмыкает и качает головой.

Я стою и слушаю их перепалку, понимая, что они работают вместе уже очень давно. Они приятели, у них свои шуточки…

Пока я гадаю, что мне делать дальше и какое задание получу первым, Алекс вдруг спрашивает:

- Как там обед? Еще не закончился?

Лиля бросает взгляд на свои смарт-часы.

- Ну, еще минут тридцать.

- Отлично, мы как раз успеем перекусить. Элина, идем.

Я замираю на месте. Лиля тоже. Наступает немая сцена.

Алекс уже делает шаг в сторону, но, заметив нашу реакцию, оборачивается и переводит взгляд с одной на другую.

- Что?

- Вообще-то у нас так не принято, - чеканит Лилия. - Ты должен рассказать своей однокурснице о правилах. Персонал не ест в ресторане для гостей.

- Разумеется, я все расскажу, - спокойно отвечает Алекс. - А что не расскажу я, то добавишь ты. Но, во-первых, обед для персонала уже прошел. А во-вторых, как она сможет отвечать на вопросы гостей о ресторане, если сама там ни разу не была?

Лилия замолкает. Видно, что крыть ей нечем - то ли она признала его логику, то ли просто не хочет спорить с сыном владельца.

Она молча кивает. Но бросает на меня такой ледяной взгляд, что мне становится не по себе.





23


Стараясь не смотреть на Лилю, иду вслед за Алексом. Внутри щекочет от предвкушения и неловкости одновременно.

Мы входим в ресторан, и я непроизвольно замедляю шаг.

Зал очень просторный, но здесь нет давящего пафоса. Столы тяжелые, из добротного темно-коричневого дерева, а черные стулья с мягкими сиденьями и спинками так и манят сесть. Все вокруг пронизано вкусом и каким-то домашним уютом.

- Какой здесь потрясающий интерьер, - не выдерживаю. - Наверно, работали суперпрофессионалы!

Алекс кивает, явно довольный моей реакцией.

- Конечно. Отец всегда нанимает лучших, но за всей сферой дизайна у нас следит мой брат Андрей. Он архитектор по образованию и, как сам говорит, художник по состоянию души.

- Какой он молодец, - бормочу.

В этот момент мне становится стыдно. Насколько же я была несправедлива к Алексу и его братьям! Раньше я думала, что они просто типичные «мажоры», которые прожигают жизнь на деньги отца.

А на самом деле парни трудятся, получают образование и по-настоящему вкладываются в семейное дело.

- Ну что примолкла? - усмехается Алекс. - Пойдем скорее, а то обед закончится.

Мы подходим к раздаче шведского стола.

Всё выглядит очень аппетитно и лаконично: горячие супы, несколько видов гарниров и мяса. Запах стоит просто божественный!

Я выбираю свой любимый томатный суп - густой и ароматный. Еще беру немного говядины и спагетти. Понимаю, что впереди длинный рабочий день, и мне точно понадобится энергия.

Алекс кладет себе отбивные с картошкой и салат.

Мы устраиваемся за небольшим столиком у окна. Солнце мягко подсвечивает зал. За соседним столом я замечаю пожилую интеллигентную пару. Они о чем-то весело болтают с мужчиной в поварской форме.

Тот выглядит как добрый дедушка из сказки - полноватый, с открытым лицом. Все трое смеются, как старые добрые друзья.

Алекс тоже улыбается, глядя на них.

- Это Гаврилыч, наш шеф-повар, - шепчет он мне.

Я немного удивляюсь. «Гаврилыч»? Звучит как-то… Ведь этот человек гораздо старше Алекса.

Неужели он так выражается потому, что повар работает на их семью? Не могу поверить.

Но Алекс тут же поясняет, будто прочитав мои мысли:

- Гаврилыч - мой большой друг. Я у него в подчинении года три проработал, когда еще совсем мелким был и на кухне помогал.

Я киваю, и на душе становится теплее. Значит, мальчишки действительно начинали с самых низов, с должностей помощников. Мне кажется это очень милым и правильным.

А то, что Алекс сохранил такое отношение к наставнику, говорит о нем многое…

Ох, Элина! Снова ты в облаках!

Тем временем повар разворачивается и замечает нас. Его лицо буквально расцветает.

- Ой, сынок! Дорогой! Наконец-то я тебя застал! - он широко распахивает объятия.

Алекс встает, и они крепко обнимаются.

- Вообще-то я тут часто бываю, - хмыкает парень. - Просто ты вечно занят уважаемыми гостями, а я так... по-скромному на кухне перехватываю.

Повар качает головой:

- Ну а как же? Порядок прежде всего! - Его взгляд падает на меня, и он хитро прищуривается. - А это что же, ты свою девушку привел сегодня? Всё показать?

Я чувствую, как мои щеки заливает густой румянец. Алекс усмехается, и, хотя он не спешит спорить с таким определением, все же поясняет:

- Это наша новая сотрудница, ее зовут Элина. Мы вместе учимся в одной группе.

Мужчина понимающе кивает самому себе и улыбается мне еще теплее.

- А-а, понятно. Очень приятно, очень приятно!

Он берет мою руку и в изысканном, но шутливом жесте склоняется над ней в поцелуе. Сразу видно, что у него прекрасное воспитание и есть чувство юмора.

- Мне тоже приятно познакомиться, - отвечаю я, не в силах сдержать улыбку.

- Андрей Гаврилович, - представляется он.

- Элина, - повторяю свое имя.

Мой новый знакомый кивает.

- Ну, мне пора, - говорит он, похлопывая Алекса по плечу. - Ты забегай, Шурка, забегай!

Я сначала не соображаю, о ком это он. А потом в голове щелкает: Александр - Саша - Шура... Шурка! Это такой старый вариант имени, как в старых фильмах.

Хихикаю, повторяя под нос:

- Шурка...

Алекс тут же прищуривается и делает серьезное лицо:

- Так! Это дозволено только Гаврилычу! - предупреждает он, но в глазах пляшут смешинки.

Я заливаюсь смехом, и он, качая головой, тоже начинает посмеиваться. В таком приподнятом настроении беремся за еду.

Мы оба жутко проголодались после лекций. Так что первые несколько минут просто наслаждаемся обедом.

Когда с голодом покончено, Алекс начинает вводить меня в курс дела.

- Шведский стол у нас работает на завтрак, обед и ужин, - объясняет он. - На завтрак выбор самый большой, потому что почти все гости берут номера с включенным завтраком. На обед мы предлагаем пару супов и три-четыре горячих блюда. Днем людей меньше: кто-то уходит гулять, кто-то катается на лыжах. Некоторые предпочитают есть в небольших кафешках на территории… Поэтому обед у нас без большого выбора, но качественный.

Я киваю, впитывая информацию.

- И на ужин не так много позиций, как бывает в огромных отелях за границей, - добавляет Алекс. - Отец умеет вести бизнес, этого у него не отнять. Он всегда дает четкие рекомендации менеджерам. В итоге гостям комфортно, а продукты не пропадают.

Молча слушаю его. Поражаюсь, как глубоко он вник в семейное дело.

Когда мы заканчиваем, то возвращаемся к стойке регистрации. Там уже стоят девчонки из нашей группы - они только что приехали. Увидев нас с Алексом вместе, они тут же кидают на нас любопытные взгляды.

Щербинский подходит к ним совершенно непринужденно.

- Голодные? - спрашивает он.

Мне нравится, что он беспокоится об их комфорте тоже.

Но девочки отмахиваются:

- Нет! Пока водитель ехал, мы успели поесть в кафешке возле универа, - отвечает за всех Арина.

- Ну и отлично, тогда до перекуса доживете, - кивает Алекс и поясняет для всех нас: - Между обедом и ужином у персонала есть время, когда можно сходить на кухню - выпить чай с выпечкой.

Тут в разговор вмешивается Лилия. Она смотрит на Алекса с каким-то профессиональным вызовом.

- Так, Алекс, я забираю всех новых сотрудниц, - она делает акцент на слове «всех». - Я сама им все объясню. А ты пока встань к Петьке, он там уже зашивается с целой командой лыжников.

Мы все оборачиваемся к стойке. И правда - возле одного-единственного администратора столпилась толпа народу в спортивных костюмах с кучей сумок. Бедный парень за стойкой выглядит загнанным.

Алекс шутливо берет под козырек:

- Слушаюсь, босс! Пойду переоденусь и на подмогу.

Он подмигивает мне и уходит, а я остаюсь стоять рядом с девочками и Лилией. Уф, легкая часть дня закончилась и начинается работа!

Лилия поправляет идеально сидящий черный пиджак и усмехается.

- В общем, вы поняли. Здесь нет поблажек никому. Даже самим Щербинским.

Она говорит вроде бы с юмором, но смотрит при этом прямо на меня.





24


- Нет-нет, не надо нам никаких послаблений! - стараюсь отвечать дружелюбно.

- Мм, хорошо, - одобряет Лилия, - а опыт у вас есть, девочки? Кто-то работал в гостиничном бизнесе?

- Я работала кофейне.

Мой ответ Лилю явно не впечатлил. Кривит губы. Смотрит на моих одногруппниц.

Те зависли…

Ксюша что-то лепечет про подработку официанткой, а Александра вообще молчит, разглядывая свой безупречный маникюр. У нее обеспеченные родители, и не было необходимости работать.

И тут выступает Арина…

- Я два лета провела на турбазах, - уверенно заявляет она. - Прошлый сезон была на Байкале, в «Золотых песках», а до этого - в Горном Алтае.

В глазах Лилии вспыхивает интерес.

- На «Золотых песках»? Надо же! Я там работала лет пять назад, когда только начинала! И как там сейчас? Кто в управлении?

Ну все. Профессиональный разговор вперемешку со сплетнями. Мы с Ксюшей и Сашей стоим рядом, чувствуя себя лишними. Лилия и Арина нашли общий язык, и наставница, кажется, уже сделала выводы о том, кто здесь самый перспективный.

- Хм, - наконец вспоминает о нас Лиля, - поступим так... Сначала я покажу вам нашу систему бронирования. Будем изучать программу, регистрацию, расчеты. Садимся вокруг компьютера! Давайте, девчат, поживее!

Главная покрикивает, но это как раз приводит нас в тонус.

Мы теснимся у ее стойки. Двигаем себе высокие стулья.

- Арина, будешь мне помогать, - распоряжается Лилия, - думаю, ты быстро все освоишь и, если что, потом подскажешь девочкам. А после перекуса поможете мне… У меня бардак в архиве... Хлама много, выкидывать ничего нельзя - у нас с этим строго! Будете наводить порядок и переписывать все папки.

Ксюша рядом со мной тихо вздыхает. Работа в архиве звучит как наказание.

Но я ловлю себя на мысли, что рабочий день идет вполне неплохо. По крайней мере, нас учат делу.

Лилия объясняет устройство программы. Периодически ее дергают - то горничные, то сотрудники с регистрации.

В эти моменты инициативу берет Аришка, и объясняет она толково.

Стараюсь сосредоточиться на экране, но мой взгляд то и дело летит в сторону…

Там, за стойкой, стоит Алекс.

Он в белой рубашке с закатанными рукавами, что-то обсуждает с гостями. Вот он оборачивается, и наши глаза встречаются.

Уф…

Алекс подмигивает мне и усмехается, а потом тут же возвращается к делам.

В этот миг внутри меня что-то взрывается мелким, теплым фейерверком. Внизу живота становится щекотно - те самые «бабочки», о которых пишут в книгах!

Мне не по себе от такой бурной реакции, но в то же время... так приятно. Чувствовать всё это…

Замечаю, что Лилия тоже проследила за моим взглядом. В ее глазах такое острое недовольство, что мне хочется стать невидимкой.

Я тут же утыкаюсь в монитор… Не хватало в первый день разозлить наставницу тем, что смотрю на сына босса!

Время до перекуса пролетает незаметно.

- Идемте в столовую для персонала, - объявляет Лилия.

Мы спускаемся на цокольный этаж. Зал для персонала простой, но очень уютный и чистый. Несколько столов, кофемашина.

Видно, что к сотрудникам здесь относятся по закону и просто по-человечески.

- Мы едим по очереди, - поясняет Лилия. - Сначала работники кухни, потом мы. Места всем хватает. Арин, пойдем сюда…

Они уходят к дальнему столику, уже как старые подруги. К ним пристраивается Саша.

Мы с Ксюшей берем свою посуду и садимся за свободный стол подальше от них.

- Ох, Элин, - шепчет Ксюша, прихлебывая чай, - я так давно хотела поработать по специальности! Но Лилия... Она очень строгая, да?

- Главное, что мы здесь, Ксюш. Прорвемся.

Тут я вспоминаю улыбку Алекса. И бабочки в животе снова вспархивают…

Мы быстро допиваем чай. На перекус нам дали свежие слойки с яблоком и корицей.

Выпечка божественная, но насладиться толком не выходит. Лилия встает из-за стола почти сразу, как допивает кофе. Здесь явно не привыкли рассиживаться.

- Все, девочки, закончили, - бросает она.

Идем за ней, но не в главный холл, а вглубь служебных коридоров. Лилия петляет по переходам, пока не останавливается перед темной дверью.

Открывает ее, включает свет. Мы оказываемся в довольно мрачном, пыльном помещении.

Вдоль стен массивные шкафы, забитые папками, в углу - пара потрепанных стульев и старый стол. Похоже на какой-то склад.

Лилия вышагивает перед нами, словно полководец перед строем.

- Так, план такой. Этот шкаф берете на себя вы, Александра и Ксюша. Разбирайте папки, заносите данные в базу на ноутбуке. А вот этот стеллаж достанется тебе, Элина.

Да уж… У девочек один шкаф на двоих. А я одна.

- Арину я забираю с собой, - Лилия едва заметно улыбается. - У нее есть опыт, она будет помогать мне с регистрацией групп.

Аришка гордо задирает нос и уходит за наставницей. Саша и Ксюша переглядываются с легкой завистью, а я просто молча подхожу к своему шкафу.

Спорить в первый же день не лучшая идея. Да и Лилия не обозначила сроки. Может, там все не так страшно?

Приступаем к работе… Девочки открывают каждую папку, проверяют и вносят фамилии гостей, даты в таблицу. А мне для начала бы просто отделить анкеты от хлама, которым завален мой стеллаж.

Работа муторная, но за разговорами время летит быстрее.

- А вы заметили, как Щербинский тут себя ведет? - внезапно говорит Саша, листая документы. - Как реальный профессионал! И ведь его отец - хозяин… А он банально торчит за стойкой, регистрирует людей... Так быстро у него получается! И улыбка эта его...

Ксюша хихикает, подталкивая Сашу локтем.

- Ну, заметно, что он тебя впечатлил больше, чем сам отель. Слушай, а ведь вы - Александр и Александра… По-моему, это судьба! А еще он…

Саша заливисто, счастливо смеется, явно смакуя эту мысль. Ксюша продолжает шутить.

Я чувствую, как папка в моих руках едва не летит на пол…

Те самые бабочки в животе теперь испуганно мечутся.

Мне больно слышать эти разговоры! Хоть я пытаюсь убедить себя, что это просто шутки одногруппниц.

Решаю полностью уйти в работу...





25


Девчонки заканчивают шкаф быстрее. Логично - их ведь двое.

- Ой, я так пить хочу! Не могу! Ну просто умираю… - жалуется Ксюша, потягиваясь.

- А мне в туалет нужно срочно, - хнычет Саша. - Элин, тебе чуть-чуть осталось, мы пойдем?

Ох, я только за.

Киваю, не отрываясь от полок. Одногруппницы уходят, и в архиве воцаряется тишина.

В такой атмосфере заканчиваю последнюю папку. Ввожу данные и с чувством облегчения закрываю ноутбук.

Уф, даже настроение поднялось!

Выхожу в главный холл, ожидая увидеть девочек у стойки, но там пусто. Только Лиля стоит на своем месте. Что-то печатает, сосредоточенная.

- Лилия, - подхожу к ней. - Я закончила. А где все наши?

Главная поднимает на меня взгляд. Он совершенно невозмутимый, но в глубине зрачков я вижу какой-то триумф. Что-то не так…

- Стажерки? Их только что увез шофер в город. Работа окончена, ты тоже можешь быть свободна.

У меня внутри холодеет.

- Как увез? А я? Почему меня не подождали?

- У нас строгий график, Элина, - сухо отвечает наставница. - Водитель не обязан никого ждать. Все взрослые люди.

Стою в полном шоке. Она сделала это специально?

- Но... как мне теперь добраться?

Лилия пожимает плечами, даже не скрывая злорадства.

- Ну, в тридцати минутах ходьбы отсюда есть остановка. Возможно, тебе повезет, и ты поймаешь маршрутку.

Полчаса по лесной дороге, зимой и в темноте. Я как будто уже чувствую это холод. Накатывает страх.

И в этот момент за спиной раздается знакомый низкий голос:

- Ну что, Эльза, отработала?

Оборачиваюсь и вижу Алекса.

- Да, я закончила, - стараюсь, чтобы мой голос звучал ровно.

Алекс кивает и теперь смотрит на Лилю.

Та примолкла, ее триумфальная маска на мгновение дала трещину.

Она явно не ожидала, что «наследник империи» решит лично проконтролировать мой уход.

- Отлично, - произносит Алекс и продолжает, как нечто само собой разумеющееся. - Я сегодня тоже не остаюсь на ночное. Сейчас поедем.

Его тон не терпит возражений. Лилия открывает рот что-то сказать, но передумывает и смыкает яркие губы. Она бросает на меня быстрый, колючий взгляд.

Алекс кивает в сторону раздевалок:

- Иди собирайся. Жду тебя.

Быстро переодеваюсь, беру сумку и выхожу к служебному входу. Алекс там. Мы молча идем на подземную парковку.

Когда забираюсь на пассажирское кресло и привычно пристегиваюсь, меня накрывает волна облегчения…

Сейчас я могла идти леску к остановке, которой, возможно, и не существует! А вместо этого - мягкая кожа кресла, тепло и… Алекс.

Он заводит мотор и плавно выезжает с парковки.

- Ну как день? - спрашивает, выруливая на трассу. - Напряженный? Вижу, ты немного устала.

- Да, - честно признаюсь я. - Система бронирования довольно сложная. Столько нюансов...

Решаю не жаловаться на Лилию и ее задание со шкафами. Ни к чему это.

- Ничего, - Алекс мельком смотрит на меня и улыбается. - Ты точно разберешься. Я в тебя верю, Эльза.

Прикусываю губу, чтобы не разулыбаться слишком широко. Мне так приятно слышать это от него!

Алекс включает музыку погромче - какой-то качественный, обволакивающий бит - и больше ни о чем не спрашивает.

Город несется навстречу огнями фонарей. Пробки уже разошлись, и авто летит по пустым улицам.

Мне безумно нравится этот вайб: скорость, ночной Красноярск за окном и парень рядом, от которого у меня в животе снова начинается танец бабочек.

Я даже перестаю себя одергивать. В этот момент мне просто нравится быть здесь. С ним.

Доезжаем до моего района быстро.

Алекс тормозит не у самого подъезда, а чуть подальше. И хорошо… Не хочу, чтобы соседи или брат с мамой увидели меня в машине.

Музыка затихает. Алекс поворачивается ко мне.

- Скажи честно... не скучаешь по своей кофейне? Не жалеешь, что ушла оттуда в наш муравейник?

Я пожимаю плечами. Опускаю взгляд.

- Конечно, по кофейне я буду скучать. Ты сам видел, какая она уютная… Но я рада, что попала на стажировку к вам. Мне все нравится. Эта атмосфера, масштаб...

Поднимаю глаза на него.

- Спасибо, Алекс, что пригласил. И поверил в меня.

Набираю воздух, чтобы сказать что-то еще. Поблагодарить. Но слова застревают в горле…

Алекс вдруг сокращает расстояние между нами.

Его рука ложится мне на затылок, пальцы зарываются в волосы, и он наклоняется. В следующую секунду его губы накрывают мои.

На меня словно накидывают сеть. У меня никогда не было такого... взрослого поцелуя.

И не факт, что он мог быть с таким парнем.

В первую секунду я захлебываюсь в эмоциях. Его близость… Удивительный вкус - смесь холодного воздуха, кофе и… чего-то безумно брутального. Особенный вкус, его.

Мой разум отключается, уступая место душе. Я закрываю глаза и отвечаю ему, подаваясь вперед.

***

Алекс

Элина вспыхивает. Буквально.

Она неопытна - это заметно. Возможно, для нее это вообще первый поцелуй.

Но то, как она внезапно тянется ко мне, просто обезоруживает.

Она отвечает. Ее язычок едва касается моих губ, и этот жест, такой невинный и одновременно отчаянный, бьет по нервам. Я едва не рычу от удовольствия. Эмоции, которые исходят от нее, прошибают меня насквозь.

Стараюсь сдерживаться. Мне хочется буквально искусать ее губы, прижать ее к себе, но я борюсь с этим порывом. Не хочу пугать ее своим опытом.

Впервые в жизни мне плевать на технику и на то, какое впечатление произвожу. Я просто растворяюсь в ней.

Мои рецепторы сходят с ума, и я все-таки не выдерживаю - низкий, вибрирующий стон вырывается прямо в ее губы. В ответ Элина издает короткий, едва слышный всхлип…

Мы целуемся долго, жадно, будто пытаемся напиться друг другом. Время в теплом салоне машины застывает.

Не знаю, через сколько мы отстраняемся. Одновременно.

Тяжело дышим, глядя друг другу в глаза. В ее синем взгляде столько всего: растерянность, восторг и... нарастающий страх.

На ее лице отражается целая гамма чувств, и я вижу, как Элина буквально тонет в них. Она хочет что-то сказать, но только судорожно хватает ртом воздух.





26


- Принцесса... - шепчу, пытаясь накрыть ее ладонь своей.

Но Элина начинает дергать ремень безопасности.

- Мне пора... Нужно идти... - бормочет, не глядя на меня.

Я вижу, как дрожат ее пальцы, и помогаю отстегнуть защелку.

Она буквально выскакивает из машины. Дверь захлопывается с глухим стуком, и я только успеваю видеть тонкую фигурку, бегущую к подъезду.

Провожаю ее взглядом до самой двери.

Откидываюсь на спинку сиденья и закрываю глаза. Черт.

Я никогда не жалел о поцелуях. Для меня это было чем-то легким, приятным бонусом к вечеру. Но этот... стал для меня раскатом грома.

То, что будет дальше, теперь имеет для меня огромное значение…

Не знаю, сколько так сижу в тишине. Достаю телефон, нахожу ее контакт в мессенджере.

Пальцы дергаются, когда набираю текст:

«Ответь, ты нормально поднялась в квартиру?»

Проходит минута. Наконец, прилетает:

«Да».

Всего две буквы, но мне становится легче. Она хотя бы меня не игнорирует.

Завожу мотор и резко бью по газам. Машина срывается с места, а я пытаюсь заглушить скоростью тот коктейль, который все еще бурлит во мне - где-то между сердцем и низом живота.

Дорога не помогает погасить эмоции. Хотя часто использую ее в этом смысле - когда злюсь или психую.

Видимо, сейчас эмоции другие…

На этот раз я абсолютно зря нарушаю наказ мамы не превышать безопасную скорость.

В доме уже спят. Отец ложится очень рано и так же рано встает.

Слава богу, он в какой-то момент махнул рукой на нас. Больше не требует, чтобы мы вставали и завтракали вместе с ним.

В комнате Алеши тоже тихо. И если честно, мне абсолютно плевать, дома ли брат, и чем он занимается.

Я быстро прохожу в свою комнату, закрываю дверь. Сразу отправляюсь в душ.

Там снова даю волю эмоциям. Но теперь уже другим…

Снова и снова ладонь обхватывает напряженную плоть. Перед глазами мелькают картинки с Элиной в главной роли.

Как я ласкаю ее нежный ротик. Сначала языком, а потом...

Удивительно, но трепетное отношение к этой девушке отлично уживается во мне с пошлыми мечтами в ее сторону.

***

Идут дни.

Элина меня избегает. Она ведет себя не как студентка второго курса, а как супер-шпионка.

Я вспоминаю наш поцелуй снова и снова, а эта принцесса словно выстроила между нами ледяную стену.

Невидимую, но безумно крепкую...

На учебе она отсаживается как можно дальше. Идет к любителям последних рядов.

И никогда не поднимет взгляд, чтобы пересечься им со мной.

Есть еще отель, но там история повторяется. Синеглазка нутром чувствует мое приближение. Кажется, я только заношу ногу через порог, а Элина тут же исчезает.

Происходит это каким-то волшебным образом. Потому что она из сказки?

Меня это злит, вернее… расстраивает. Хотя такая эмоция за мной раньше практически не наблюдалась.

Усугубляется все тем, что мне некогда за ней охотится. В компании сущий ад.

Отец разругался с нашим средним братом Арсением.

И как это часто бывает, мы только сейчас заметили, что на Арсе многое держалось.

Он закрывал часть обязанностей в плане руководства. Хоть тоже еще довольно молод, но у него талант в этом деле. Его слушались.

Теперь все это рухнуло на наши плечи…

Алеша больше разбирается в технике. Что, как и где работает - это все к нему - аттракционы, подъемники, служебный транспорт.

Но только не директорская работа.

Андрей - человек творческий. Он может рыкнуть, если его довести, но вообще он добряк и больше находится в своем внутреннем мире.

Как можно догадаться, основной удар приходится брать на себя мне.

Я не слишком добрый, и в целом у меня подвешен язык. Но возраст никуда не денешь! Для многих я просто юный хозяйский сынок.

Приходится каждый раз подтверждать свой авторитет…

Да, у меня прекрасно получается, но это требует сил. Ритм жизни стал просто безумным.

Я почти не бываю в отеле и все чаще пропускаю учебу. Живу на разрыв между главным офисом и объектами. Домой прихожу только спать.

И надо понимать, что Элину не вижу. Думаю, моей синеглазке это только на руку.

А может… она все-таки немного скучает?

Но кто по мне точно соскучились, так это Руднев и Данила.

Если Даню еще можно понять - мы раньше часто болтались вместе, - что от меня нужно Рудневу, я в упор не соображаю.

Мы так-то редко пересекались, только в больших общих компаниях. Тот ужин, где были он и Данила, не в счет - я тогда вообще не понял, зачем он приперся.

Но сейчас им приспичило, чтобы я явился завтра вечером на тусовку.

Повод, признаю, неплохой - день рождения у Коли Белого.

Пацан он нормальный, всегда в центре компании. Ему исполняется двадцать три, и он уже кое-чего добился.

У Коли нет высшего образования, но он пашет в детейлинге - обслуживает крутые тачки, ему доверяют. При этом умудряется тусоваться с друзьями. Иногда мне кажется, что он вообще не спит.

Впрочем, я сейчас тоже практически перестал спать.

Приходится очень рано вставать из-за завала в компании. А до глубокой ночи не могу сомкнуть глаз. То кручу в памяти наш поцелуй, то залипаю на ее немногочисленные фотографии в профиле.

Становлюсь каким-то чертовым хлюпиком! Пиздец!

И естественно, мое состояние не укрылось от внимания Алеши.

Брат-близнец видит меня насквозь. Мало того, что я веду себя как привидение, так еще и наотрез отказался идти к Белому.

Это выбесило Лешу. Весь рабочий день он держался, но стоило нам остаться один на один, как его прорвало.

Ужинаем вдвоем. Отпустили домработницу на выходной и заказали фастфуд.

Я надеялся просто отключить мозг: поесть, поиграть во что-нибудь или залипнуть в сериал, если получится сосредоточиться.

Но у брата на вечер другие планы - он решил поделать мне мозг.

- Какого хуя ты отказался идти к Белому? - резко спрашивает, вскрывая пакет с едой.

Устало выдыхаю.

- У меня нет никакого настроения, - говорю честно, хотя знаю, что этот ответ его не устроит.

- С чего этот депресняк? Из-за той блондинки?

Я отрываю взгляд от контейнера и смотрю на брата в упор.

- Тебя это ебет?

- То, что мой брат сливает свою жизнь непонятно из-за кого? Представь себе, да.

Кивает, словно подтверждая свои догадки.

- Значит, из-за нее. Ну ты и дебил, Алекс. Понимаешь же, она не заслуживает, чтобы заморачиваться?! Таких навалом!

- Давай ешь и хватит пиздеть, - прошу мрачно.





27


Брат продолжает вещать о том, что я должен взяться за ум и жить старой жизнью.

Молча показываю ему средний палец и снова принимаюсь за курицу.

После напряженного дня я чувствую зверский голод и не хочу думать, почему Лёша до меня докопался.

Потом ухожу в свою комнату. Настроение испорчено окончательно.

Но после горячего душа просто падаю в кровать и моментально засыпаю.

В бешеном графике, который устроил нам отец, есть свои плюсы - у меня проходит бессонница.

Утром встаю раньше брата. Не завтракаю, а сразу отправляюсь на пробежку.

Мне нужно выплеснуть эмоции и зарядиться.

Пью кофе в местной пекарне, принимаю душ и еду в офис.

Приехал пораньше, и это пошло на пользу - закрыл несколько дел, спокойно изучил документы. Принял пару менеджеров, которые пришли отчитаться и задать вопросы.

Замечаю, что они ведут себя со мной серьезно, начинают воспринимать как часть управления.

Хотя я все равно чувствую себя не в своей тарелке. То и дело мысли возвращаются к отелю.

Заступить бы туда хотя бы на одну смену, чтобы разгрузить мозг.

И, если уж быть совсем честным, чтобы увидеть там Элину…

Но пока я вижу только своих братьев.

Лёха ходит с недовольной рожей. Слава Богу, он занят стройкой и постоянно уезжает на объекты.

Это его стихия.

Там его скверный характер даже играет на руку. В разборках со строителями.

В обед мы обычно собираемся в офисе. Сегодня Андрей пишет в чат и зовет вместе пообедать.

Я не против пообщаться со старшим братом, хотя он редко проявляет инициативу. Андрей вечно занят своими чертежами, рисунками, книгами или спортом.

И раз выпала такая возможность, решаю не отказываться.

Правда, я совсем не подумал о том, что Алешу он тоже позвал. Во что теперь выльется этот обед, предсказать трудно…

Андрею почти двадцать семь, и он уже девять лет живет один. Сначала учился в столице, потом вернулся и поселился в квартире недалеко от офиса.

Это старый уютный райончик в центре: старинные дома, когда-то принадлежавшие купцам, и куча маленьких кафе на первых этажах.

Андрей отреставрировал квартиру на втором этаже в старом доме и теперь водит нас в свое любимое заведение прямо под боком.

Мы приехали порознь. Алёша сразу с объекта, а я из офиса вместе с Андреем.

Заходим первыми.

Кафешка очень светлая. Хотя весна только приближается, здесь уже витает что-то летнее.

На столах и окнах стоят цветы, а в углу на лежанке мирно спит золотистый кот. Атмосфера домашняя и уютная.

С Андреем здесь здороваются лично. Официантки ему улыбаются, даже пожилая уборщица приветливо кивает в приветствии. Видно, что брата тут знают и любят.

Черт, даже гордость берет!

Такой обед располагает, чтобы отвлечься и нормально пообщаться.

Обсудить ситуацию Арсения… Хоть у меня своих проблем выше крыши, я переживаю за брата. Хочется, чтобы они с отцом скорее помирились.

Отец совсем разлютовался. Явно перегнул палку в отношении Арса.

Но любые мои вопросы или попытки начать разговор папа пресекал на корню.

Мы проходим к столику. Андрей говорит, что меню здесь простое, но почти каждое блюдо вкусное.

- Можешь заказывать что угодно, не ошибешься.

Я пробегаю глазами по списку и понимаю, что не отказался бы от обычной пюрешки с котлетой.

Давно не ел домашнюю мамину еду… Вдруг здесь будет хотя бы немного похоже?

- Ну, маму никто не превзойдет! Но попробуй, - улыбается Андрей.

Он выбрал себе грибной суп-пюре.

Мы поглядываем на дверь в ожидании Алёши. Наконец он заходит - слегка запыленный, хоть догадался оставить куртку в машине.

На нем клетчатая рубашка, джинсы и грубые ботинки. Лёша - здоровый бык. В спортзале проводит времени не меньше, а иногда и больше меня. Я в последние недели туда набегами…

Официантки посматривают на брата с интересом, несмотря на его недружелюбный вид.

Он не подходит к нам сразу, лишь показывает в сторону туалета - пойдет помоет руки.

Я невольно напрягаю челюсти. Андрей замечает это и тихо спрашивает:

- Снова в ссоре?

- Не важно, - морщусь в ответ.

- Ну ничего, сейчас пожрете, подобреете и помиритесь, - философски замечает старший.

Я хмыкаю довольно скептически. Вряд ли тарелка пюре исправит то, что напиздел этот говнюк.

Алёша возвращается к столу и садится на свободное место. На меня смотрит криво, а с Андрюхой держится более-менее уважительно.

Меню он листает небрежно. Андрей повторяет ему, что здесь все качественное и можно брать любое блюдо.

Брат долго не выбирает. Когда подходит официантка, он просто тыкает пальцем в стейк и просит нарезать побольше овощей.

Лёша фанатично следит за формой.

В итоге заказываем: Андрею - суп, мне - пюрешку и пару котлет, Алёше - мясо. И на всех местный клюквенный морс по рекомендации старшего.

Нам приносят напитки довольно быстро, и в воздухе повисает тяжелое молчание.

Андрей переводит внимательный взгляд с меня на Алёшу. Видит, что мы оба не в духе, и выразительно вскидывает брови.

Я тоже присматриваюсь к старшему брату. Отмечаю, что он стал заметно крупнее, раздался в плечах - видимо, тоже часто зависает в спортзале.

Хотя какие у него могут быть заботы? В голове только архитектура и бытовые дела.

Вот уж кто никогда не влюблялся, и не факт, что влюбится в кого-то, кроме своей работы.

Слишком уж он разумный!





28


Тем временем Андрей продолжает нас разглядывать и наконец произносит:

- Кстати, сегодня звонил отец. Он скоро возвращается.

Андрей выдерживает паузу. Присматривается к нашей реакции, но не получает ее.

Он снова подергивает бровями, не скрывая иронии:

- Не вижу бурного восторга. Понимаю, что по папеньке вы не успели соскучиться… А порадоваться, что не надо будет торчать в главном офисе? Мм?

Мы с Алешей только хмуро переглядываемся.

- Ну хорошо, тогда еще одна новость, - Андрей делает глоток морса. - Через несколько недель, скорее всего, прилетит мама. Она закончит кое-какие дела по здоровью и тоже будет здесь.

Тут у меня непроизвольно срывается улыбка с губ. В голове проносится мысль - я мог бы познакомить маму с Элиной.

Правда, эта идея тут же кажется мне полубредовой.

Алексей снова не показывает никакой радости. Хотя я уверен, что в глубине души он соскучился по матери больше всех нас - он всегда был к ней привязан.

Андрей делает последнюю попытку разрядить обстановку:

- Ну хорошо, тогда я вас буду хвалить. Вы большие молодцы! Быстро освоили, по сути, незнакомый вам фронт работ. Без вас я бы точно не справился.

Смотрю на него скептически.

Прекрасно знаю этого упоротого архитектора… Если ему что-то нужно, он сделает всё и справится один.

Несмотря на его порой задумчивый вид, Андрей - человек-машина.

Брат усмехается, поймав мой взгляд:

- Ну хорошо, справился бы. Но спал бы раза в два меньше.

Я улыбаюсь и отвечаю с легким, наигранным пафосом:

- Да не стоит благодарности. Все-таки это наше общее дело.

Заканчиваю серьезно. Андрей постукивает пальцами по столу.

- К слову о делах. Вы теперь можете вернуться в отели. Там, наверное, тоже накопились задачи.

Алеша наконец включается в беседу:

- Я пару раз заезжал в большой загородный. В целом там все работает. В городских тоже порядок.

Надо же! Когда успел?..

Я заглядываю в телефон.

- Тогда напишу Лильке, что смогу завтра выйти на дежурство. Обрадую ее. Она жаловалась, что какой-то вирус всех свалил. Приходится вызывать совсем новичков на ночные смены.

Андрей кивает:

- Да, я слышал - соседка говорила, что сейчас многие болеют гриппом. Весна начинается.

Алексей не проникается общей проблемой.

- Новички? Это девки из твоей группы? - едко бросает он.

Я чувствую, как закипаю. Когда он наконец уймется?

Взмахиваю рукой:

- Полегче. Это студентки самой лучшей группы университета.

- Знаю я, кто там учится, - кривится Алеша. - Те, у кого ветер в голове.

Я отрываю взгляд от телефона и серьезно смотрю брату прямо в глаза:

- На меня намекаешь?

Алексей качает головой, не отводя взгляд:

- Ты прекрасно понял, о чем я.

- Пацаны, хорош!

Андрей вмешивается, тихо шикнув и оглядываясь по сторонам.

В кафе как раз начинает собираться народ на обед, и на нас уже оборачиваются.

Андрею неудобно - он ходит сюда почти каждый день, и ему совсем не хочется прослыть неадекватом из-за наших терок.

- Ты бы лучше на учебу сходил, - продолжает Алеша. Звучит заботливо, но я-то знаю, что за этим стоит. - Тебя там, наверное, потеряли. Снова преподаватели матери писать будут.

Он явно преувеличивает. Мама просто дружит с одной преподавательницей и иногда спрашивает о наших делах.

Сам Алексей закончил колледж и в этом году поступил на вечернее в другой, технический институт. Там у родителей нет знакомых, так что он ни у кого не под колпаком.

Учится ровно. Без особых успехов, но и без лютых проебов. О его учебе вообще мало кто что-то слышал.

Парировать мне нечем. Да и, если честно, не хочется.

- С учебой разберусь. Но в отеле действительно нужно разгрести дела.

Алеша криво усмехается:

- Или в отеле будет проще подкатывать яйца к этой нищенке? Там-то она обязана тебя слушаться. Дай ей уже в рот и успокойся…

Я чувствую, как в висках начинает бешено пульсировать кровь.

Вижу перед собой лицо, почти идентичное моему, но во мне не екает ни капли сожаления.

Мой кулак прилетает прямо в это самое, почти мое лицо.

Удар получается настолько сильным, что брата отшвыривает назад вместе со стулом.

У меня в голове не появилось мысли сначала встать или вызвать его на улицу. Адреналин и злость мгновенно впрыснули в кровь.

Официантки поднимают громкий визг.

Кто-то в зале говорит: «Это же Щербинские!…»

Может, потому возрастной охранник не спешит кидаться к нашему столику.

Алеша вскакивает и бросается на меня, но я уже этого ожидал.

Уворачиваюсь от его удара, делаю быстрый удушающий захват и рычу ему в самое ухо:

- Еще хоть одно слово про нее...

Андрей понимает, что сами мы не одумаемся. Он силой оттаскивает меня от Алеши.

Затем толкает брата ладонями в грудь и кричит:

- Убирайся отсюда! Остынь!

Я решаю уйти первым. То, что произошло - отвратительное зрелище, и здесь явно не место для такого.

Брат промолчал дома, а на людях устроил эту стычку.

Специально? Или у него просто накипело именно сейчас.

Андрей не преследует меня - видимо, занялся Алёшей. Поэтому я вылетаю из кафе без малейших препятствий.

Мне кажется, что вокруг стоит невыносимый гул. Мир словно вибрирует, а может, это просто кровь с такой силой шумит у меня в организме.

Рука ноет после встречи с лицом брата. Внутри все еще горит ярость.

Я задаю себе только один вопрос - как он посмел? Как он мог говорить о ней так?

Прыгаю в автомобиль и захлопываю за собой дверцу. Как будто сам блокирую себе выход, чтобы не вернуться и не навалять ему еще раз.

Цепляюсь в руль так, что пальцы белеют. Перед глазами только лицо брата и, словно бегущая строка, его слова.

В его понимании Элина не стоит ничего, а в моем она стоит всего того, что у меня было раньше!

Именно сейчас я понимаю, что это не просто физическая тяга, не просто прихоть. Синеглазка пустила корни глубоко мне под кожу…

То, что я сделал с братом - это еще очень легкое из всего, что могло произойти.

***

Элина

Вроде бы я точно так же живу, работаю, учусь. Хожу по улицам родного города.

Но как будто бы я сама и картинка вокруг меня безвозвратно изменились.

Я избегаю Алекса. Делаю это настолько хорошо, насколько могу, но в то же время каждую свободную минуту вспоминаю его, наш поцелуй.

Как он коснулся сначала моих волос, а потом губами - моих губ…

Это был мой первый поцелуй. Но все равно я понимаю, что он был особенным.

Мое сердце заходится, а руки дрожат только от одного воспоминания... А что, если бы он повторился?

Это пугает. Я все время хочу вернуться в реальность. Вновь и вновь напоминаю себе, что между нами пропасть. Кто он - и кто я?

С ужасом думаю, что для него этот поцелуй - просто игра, эпизод, и он уже забыл о нем!

А может быть, он считает меня сумасшедшей дурочкой? Которая слишком много себе нафантазировала и остро восприняла обычный момент, который бывает между парнем и девушкой.

Да, я убеждаю себя и много чего боюсь, но в то же время как будто сама себя не слушаю…

Внутри меня распускается что-то абсолютно новое.

Я стараюсь держаться подальше от Алекса, но когда думаю о нем…

Должна бы радоваться, что его в последние дни не бывает в отеле, но я безумно скучаю.





29


На учебе мне удается сохранять спокойный вид.

Я стараюсь максимально сосредоточиться, и сейчас это получается гораздо лучше. Причина простая - Алекс практически не бывает в университете.

Это играет в плюс… И так приходится отпрашиваться и пропускать лекции ради работы, поэтому я совсем не хочу запускать задания, копить «хвосты».

Но если в университете я держусь, то дома держать лицо получается не всегда…

Мама уже заметила, что я хожу как в воду опущенная. Она несколько раз пыталась меня расспрашивать, но я лишь твержу, что пока не привыкла к новой работе.

- Ничего страшного, мам, - говорю, пряча глаза.

Мама внимательно смотрит, словно видит насквозь. Но не давит - просто жалеет и по-матерински обнимает меня. От ее тепла мне правда становится легче.

А вот брат сочувствия не проявляет. В один из вечеров он дожидается, когда мама уходит отдыхать в свою комнату. Мы остаемся на кухне вдвоем.

Игорь не ходит вокруг да около, а говорит сразу в лоб:

- Ты сама не своя. Что там происходит в отеле?

Я морщусь от резкого тона. Пытаюсь увиливать.

- Почему сразу в отеле?

Брат не дает увести себя в сторону, жестко перебивает:

- Потому что именно это поменялось твоей жизни, а все остальное осталось по-старому.

- Ничего не произошло в отеле, - стараюсь говорить уверенно. - Просто я еще привыкаю к этой работе. Конечно же, я заморочена новыми обязанностями и делами.

Брат скептически щурится. Его взгляд буквально сверлит меня:

- Что там этот Алекс? Не цепляется к тебе?

Отворачиваюсь от раковины. Бросаю кухонные дела, и складываю руки на груди:

- Почему он должен ко мне цепляться? Он ведет себя адекватно с нами. Не задирает нос, что он сын хозяина. Алекс держится с нами на равных, со всеми одногруппницами.

Специально подчеркиваю, что я не одна, кого Алекс пригласил на работу.

Но этот аргумент играет против меня. Игорь тут же за него цепляется:

- А он ко всем одногруппницам домой приходил? Упрашивал их семьи.

На секунду я чувствую себя загнанной в угол, но внезапно в груди поднимается волна возмущения.

Наверное, чуть ли не впервые в жизни я решаюсь ответить брату так…

Смотрю ему прямо в глаза и отвечаю вопросом на вопрос:

- Гош, а для чего ему идти к ним? С какой целью?.. Саше родители все разрешают. Она из обеспеченной семьи, и у нее нет нужды работать, но ее все равно отпустили без разговоров. Аришке попробуй что-то скажи - она уже два лета не живет дома и подрабатывает, набираясь опыта на турбазах. Наверно, сразу после универа на руководящую должность попадет! - перевожу дух. - Была небольшая проблема у Ксении - ей нужно забирать младшую сестренку из садика. Но в семье договорились, что будет водить средний брат. Все семьи, Гош, восприняли это как хороший шанс! Мы получаем опыт и в то же время зарабатываем деньги. Да еще преподаватели, услышав фамилию Щербинский, сразу отпускают с занятий.

Я пристально смотрю на брата. Кажется, ему совершенно нечем крыть мои доводы.

Он молчит, только вижу, как на его подбородке от напряжения ходят желваки.

Наконец, Игорь находит, что сказать.

- Этот мажор мог просто забить! Ему какое дело? - говорит брат с тяжелым сарказмом. - А он потратил свое драгоценное время, чтобы припереться сюда к нам, в отдаленный район.

Слова в сторону Алекса заставляют возмущение внутри закипеть еще сильнее. Оно клокочет в груди, требуя выхода.

- А ты не думал, что «мажор» просто захотел мне помочь?! - я намеренно выделяю это слово голосом. - Не только дать работу, как одногруппницам, но и просто по-человечески прийти и поговорить с вами?

На лице брата появляется злая улыбка.

- Ты реально в это веришь? Ну ты и наивная. Думаешь, у него нет никакого личного интереса?

После нашего поцелуя я понимаю, что брат может быть прав…

У Алекса действительно был не просто человеческий порыв или желание закрыть вакансии подходящими людьми. Возможно, он приезжал к нам из личной симпатии.

Заявлять об этом сейчас - очень рискованно, но внутри меня все кипит и дрожит.

Нервотрепка последних дней сказалась… И эмоции к Алексу.

Я вздергиваю подбородок:

- А даже если так? Даже если есть что-то личное у него ко мне?

Эти слова срабатывают как спущенный курок. В глазах Игоря вспыхивает ярость.

Он делает несколько быстрых шагов ко мне. Я невольно сжимаюсь - кажется, что он сейчас поднимет на меня руку.

Но брат никогда этого не делал и не делает сейчас. Он просто замирает в опасной близости и почти по слогам произносит:

- Даже думать не смей.

Я нахожу в себе силы сделать шаг назад.

- Гош, прекрати!

Но брату есть что сказать, и он не останавливается. Его голос звучит глухо и угрожающе:

- Даже если ты задержишься в его постели… Его отец никогда не позволит развиться чему-то серьезному. И неизвестно, как он будет бороться с тобой.

- С чего ты вообще это взял?!

- Как только он узнает, из какой ты семьи... - Игорь не договаривает, лишь повторяет напоследок. - Даже думать не смей!

Мне становится тяжело дышать в этой кухне, наполненной напряжением.

- Гоша, хватит! Я спать! - кричу.

У самой двери оборачиваюсь и добавляю тише, стараясь не разбудить маму:

- Я не такая наивная, как ты думаешь. И уже давно не маленькая. Когда ты, наконец, это поймешь?

Брат ничего не отвечает, но его взгляд говорит красноречивее любых слов.

Практически бегу в свою комнату.

Хочу закрыться от всего мира, даже в душ выходить нет желания. Я сажусь на кровать, сгибаю ноги и крепко обнимаю их, сжимаясь в комок.

Рука сама тянется к телефону на покрывале.

Открываю мессенджер, и в голове проскакивает совершенно бредовая мысль - а вдруг написал Алекс? Но вижу только новые уведомления в рабочем чате отеля.

Лилия пишет - завтра в ночь нужен дежурный из новичков. Добавляет, что гостей сейчас не слишком много, поэтому даст немного поспать.

Я еще ни разу не оставалась на ночную смену, хотя Аришка с Ксенией уже дежурили.

Саша не горит желанием работать в это время и молчит.

А я, недолго думая, печатаю в чат: «Я могу выйти».

Да, это дополнительные деньги… Но на самом деле я просто хочу сбежать из дома, чтобы не слышать и не видеть брата.

Мне и раньше было тяжело от его тотального контроля, а сейчас, когда в душе полное смятение, это становится просто невыносимым.

Маме на новом лекарстве вроде бы лучше, приступов давно не было. На одну ночь я вполне могу отлучиться.

***

Смена проходит спокойно, как и обещала Лиля. Гостей мало, и мы с Аришкой легко справляемся.

Ближе к полуночи, главная подходит ко мне:

- Элина, ты можешь идти поспать в служебку. Там, где диван. А мы тут с Ариной побудем.

Лиля, скорее всего, просто хочет отправить меня подальше, чтобы спокойно поболтать с Аришкой - они очень сдружились.

Но мне только на руку.

- Хорошо, спасибо...

Спускаюсь на цокольный этаж.

Здесь тепло и тихо, я уже начинаю зевать, как сон мгновенно испаряется… вместе со светом. В отеле вырубается электричество.

То ли аварийный генератор не сработал, то ли он не рассчитан на служебный отсек. Но я оказываюсь в темноте.

Я еще плохо ориентируюсь в этих лабиринтах, поэтому решаю просто развернуться и идти в обратную сторону.

Глаза понемногу привыкают к мраку. Ругаю себя за то, что оставила телефон заряжаться на стойке.

С другой стороны, он был разряжен в ноль. Старый аппарат уже почти не держит батарею.

Ничего не остается, кроме как двигаться на ощупь. Дойдя до поворота, я замираю в сомнении - идти прямо или свернуть направо?

И в этот самый момент из-за угла на меня буквально наваливается крупная мужская фигура.

Сильные руки мгновенно сжимают меня в объятиях. Я вскрикиваю от неожиданности, но леденящий ужас тут же сменяется трепетом.

Над самым ухом раздается знакомый, низкий тембр:

- Шш, Эльза...





