Глава 1. Острова в огне.


Извиняюсь за долгое ожидание. Книга долго ждала свое часа и надеюсь я вас не разочарую.





100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два месяца после начала терорра.

Три недели до дня Черного Солнца, полтора месяца до прилета кометы Созина.





Одинокий остров посреди океана, неподалеку от Архипелага.





— Так, слушаем меня внимательно. — произнес Сокка, развернув на каменном столе, только что созданном Тоф, схематичную, нарисованную от руки карту Страны Огня. — План у нас такой. Высаживаемся здесь. Прячем Аппу. Ждем, пока Зуко купит для нас одежду, а затем идем туда вместе и узнаем все, что нам нужно: положение дел на островах, где можно купить подробные карты, настроение населения, расположение военных баз и заводов и тому подобное…

«Общение с генералом Хау не прошло даром», — подумала Катара, с гордостью глядя на повзрослевшего и возмужавшего брата, практически на коленке составлявшего план проникновения на земли народа Огня.

— Зуко, на тебе самая большая ответственность, — сказал мозг команды Аватара, повернувшись к изгнанному принцу. — Тебе нужно добыть одежду для нас всех, не вызвав никаких подозрений. Уверен, что справишься? Ты же принц и никогда не путешествовал по Архипелагу.

— Уверен, — ответил нахмурившийся Зуко, внимательно запоминавший каждый аспект предлагаемой стратегии, в котором ему предстояло сыграть решающую роль. — Еще в то время, когда я охотился... кхм, искал Аватара, мне приходилось много общаться с начальниками портов, артелями грузчиков, наемниками и простыми солдатами. Думаю я сумею выдать себя за человека из народа.

Последнее было особенно важно. Ведь у команды было всего две причины, по которым они напросились в качестве разведчиков на Архипелаг: подготовить почву для грядущего вторжения, таким образом сведя будущие потери к минимуму, а также найти одного человека, ставшего слишком важным как для золотой троицы, так и присоединившихся к ним Тоф и Якона. И для этого им нужно было оставаться инкогнито, до последние не выдавая своего присутствия на островах.

— Только не вздумай сбежать к папочке, — фыркнула сидевшая напротив Бейфонг. — Найдем, поймаем, свяжем и сломаем ноги.

Показательный хруст костяшек и "садистская" улыбка лишь дополнили картину, от которой мог побледнеть даже взрослый мужчина.

— И не собирался, — ответил ей принц, не поддавшись на провокацию. — Я тоже хочу закончить эту войну. Без лишней крови и смертей. С вами это получиться гораздо быстрее.

На лицах Катары и Якона отчётливо промелькнул весь испытываемый ими скепсис, однако оба промолчали, не желая устраивать очередную ссору и обижать Аанга, искренне верившего в исправление опального принца.

— Хорошо, — кивнул юный Аватар, бросив одобряющий взгляд на их нового товарища. — Мы верим в тебя, Зуко. Ты справишься.

Слова, произнесённые уже не один раз, но очень ценимые юным наследником престола. Ведь за всю жизнь в него верили всего три человека: матушка, дядя и теперь Аанг.

«Людям нужно, чтобы в них верили, Сокка», — невольно все вспомнили один из первых уроков своего наставника, случившийся после их прибытия на Великие болота, когда один из них поинтересовался, почему ему продолжали уделять внимание, не смотря на отсутствие успехов в овладении копьем. — «Иначе они замыкаются в себе, перестают верить в других. Становятся лишь тенью самих себя, не способных ни любить, ни сострадать».

«Может, поэтому Азула такая злая?» — подумала Катара, припомнив те немногочисленные рассказы Зуко о своей семье.

— Кхм-кхм… — отвлекло их от размышлений говорящее покашливание Сокки. — Мы так-то здесь план обсуждаем.

— Уже в пятый раз, — раздражённо протянула Тоф, вытянув руки, потянувшись и с хлопком упав на спину. — Мы всё запомнили, Сокка. Хватит занудничать!

— Эй! — искренне возмутился парень, всплеснув руками. — Я ради вас стараюсь. Вдруг вы что-то забудете? Или появятся какие-нибудь вопросы? Что тогда?

— Придумаем на ходу, — ответила наследница Бейфонгов, сев и обхватив колени руками. — Мы же не дураки. С такой легкотней точно справимся.

— Согласен, — подтвердил её слова Якон, несколько раз кивнув.

— Есть такое, — поддакнул Аанг, гоняя меж пальцев небольшую воздушную змейку.

— Я и с первого раза всё запомнил, — нанес очередной удар по самолюбию самоназначенного командного стратега Зуко.

— Это правда, Сокка, — положив руку ему на плечо, добила своего брата Катара, едва сдержав улыбку от его обиженного и насупленного вида. — Все всё уяснили. Может, пора выступать?

— … — Обладатель стильного (по его мнению) лишь бросил раздосадованный взгляд на свои многочисленные заметки, а затем, махнув ладонью, сказал:

— Делайте что хотите.

Каждый в команде понимал: их друг по настоящему обиделся, что они не оценили его искренних порывов, однако никто не собирался его успокаивать или просить прощения. Ведь пройдет пара часов, и он вновь станет веселым раздолбаем и балагуром, совершенно забыв о произошедшем. Таков уж был Сокка — их карманный стратег, инженерный гений, неплохой воин и вечный источник позитива в одном лице.

— Пойдем? — спросила, вставшая на ноги Катара, обращаясь к шрамированному принцу. Именно ей была поручена задача доставить Зуко на ближайший остров и там, дождавшись, пока тот купит ей какую-нибудь одежду, помочь с дальнейшими покупками. Изначально на эту роль предлагали Якона как самого сильного и опытного покорителя воды, но тот отказался, аргументируя это тем, что в этот раз им понадобится не его сила, а общительность и обояние Катары, к тому же умеющей неплохо читать людей и торговаться.

Никто возражать не стал, и уже через несколько минут пара из принца и принцессы двух народов неслась по морским волнам на небольшой льдине.

Сам остров и деревня прибытия были выбраны не случайно. Расположенный на удалении от большинства торговых маршрутов и не имеющий прямого сообщения с остальным Архипелагом, этот островок жил поставками еды в небольшой полувоенный-полуторговый порт, расположенный неподалеку. С одной стороны, это означало, что там точно не удивятся появлению чужака, ибо торговцы всё равно изредка наведывались в эти места, а с другой — в них вряд ли будут подозревать шпионов или членов команды Аватара, чьи портреты уже давно висят во всех крупных и малых колониях Народа Огня.

Там не будет патрулей, шпионов тайной службы или, не дай духи, агентов внутренней полиции, которую возглавлял род Тай. Простой медвежий угол, о котором вспоминают лишь когда нужно собрать налоги и провести замену экипажей. Идеальное место, чтобы начать свое путешествие, не привлекая излишнего внимания.

«Спасибо тебе, дядя. Без тебя я бы вряд ли о нем вспомнил», — Зуко в очередной раз поблагодарил единственного оставшегося на его стороне родственника.

Воспоминания об Айро отдались тупой болью в душе принца. Он очень хотел, чтобы тот отправился с ним на Архипелаг. Однако Царь Земли и Совет Пяти, узнав, кто всё это время скрывался в стенах Ба Синг Се, отказывались просто так отпускать знаменитого Дракона Севера. Лишь заступничество Аватара и его вера в изменения, произошедшие с Зуко, спасли их сначала от казни, а потом тюрьмы.

«Надеюсь, с ним всё хорошо», — подумал принц, параллельно испаряя большую часть брызг, прилетавших на него. — «Царь вроде неплохой человек. Недалекий и наивный, но добрый. По крайней мере, чай ему нравился, значит дядя точно найдет с ним общий язык».

— Хм… Зуко, — отвлек его от размышлений задумчивый голос Катары. — Ты уверен, что там точно простая деревня? Не военный порт? Не угольная шахта?

— Нет, — ответил парень, бросив недоумевающий взгляд на нахмурившуюся девушку. — Там точно должна быть простая деревенька рыбаков. Мы заглядывали туда полтора года назад, пополнить припасы.

— Тогда нам нужно поторопиться, — сказала смуглая покорительница, отчетливо побледнев, что на ее темной коже смотрелось еще хуже. — Она горит.

— Что?! — шокировано воскликнул Зуко, но, повернув голову в сторону суши, увидел огромный столб черного, маслянистого дыма, поднимающийся из-за камней бухты. — И вправду горит…

Сказать, что он был шокирован, — значит сильно преуменьшить силу испытываемых им эмоций. Да, он знал, что Страна Огня не идеальна. Да, знал о природных бедствиях, иногда опустошавших целые регионы. Вулканические острова в районе экватора. Что тут удивляться? Знал он и о существовании теневого мира, бандитов, бедняков и коррупции на местах, с которыми его дед и отец отчаянно боролись, не собираясь терпеть "вредителей" в собственном доме.

Но одно дело — знать, другое — видеть собственными глазами. Особенно на своей родине, которая, благодаря протекающей медленно промышленной революции и притоку ресурсов из колоний, была самым безопасным местом в мире, благодаря слухам и пропаганде едва не получив статус Рая.

К такому просто невозможно быть готовым.

— Катара, быстрее! — воскликнул он, переваливаясь вперёд и вцепившись пальцами в льдину. — Мы должны помочь!

— Конечно! — девушка была с ним полностью солидарна, невольно спроецировав происходящее на свою деревню, недавно тоже горевшую.

«Правда, виновник сейчас рядом со мной», — мельком отметила она, бросив короткий взгляд на взволнованного парня, а затем ещё быстрее закрутила руками, стрелой помчавшись к горящему поселку, представлявшему из себя непримечательную рыбацкую деревушку, коих тысячи можно встретить как на Континенте, так и на Архипелаге.

Несмотря на уже упомянутую промышленную революцию и создание быстроходных, не зависящих от ветра, стальных кораблей, рыболовный промысел в Стране Огня за последний век не претерпел никаких особых изменений. Всё те же мелкие, латаемые в сырых сараях лодки, всё те же одинокие, обветренные всеми ветрами рыбаки и всё те же примитивные методы, применяемые по всему миру уже тысячи лет. Лишь сети, благодаря механизации ткацких заводов, были более качественными и мелкоячеистыми, позволяя рыбакам вытаскивать больше рыбы за раз.

Почему так?

Ответ прост, хоть и неочевиден. Паровые двигатели, основа и главная движущая сила местной промышленности, были слишком массивными и тяжёлыми, требуя для обслуживания несколько смен покорителей.

Ответьте, кто в своём уме будет использовать настолько дорогое и тяжёлое в создании оборудование для ловли рыбы? Или уламывать гордых и высокомерных магов, дабы они проводили годы на провонявшем солью и потрохами корабле? Особенно в условиях постоянной войны и нехватки торгового и военного флота.

Вот-вот. По этой причине механизация и все блага цивилизации, даже спустя столько лет, мало проникли в жизнь простых людей, создав огромный разрыв между провинцией и столицей.

Но вернемся к деревне. Построенная из серого, выцветшего дерева, она ярко пылала под отчаянные крики ее жителей, которые, словно обезглавленные курицы, бегали между домами и пытались хоть что-то сделать. Некоторые, самые спокойные и организованные, работали ведрами и лопатами, пытаясь затушить пожар или не дать ему распространиться дальше. Другие стояли на коленях и кричали в отчаянии от осознания того, что их дом, со всем их скарбом, запасами еды и семейными реликвиями, накопленными поколениями их предков, сгорает, обращаясь в пепел.





Третьи же просто… дрались?

«Чего?» — одновременно пронеслось в головах Зуко и Катары, стоило им своими глазами увидеть, как двое мужиков крепко сцепились прямо посреди пожарища и мощно друг друга месили, пуская в ход все: руки, ноги, головы, валявшиеся под боком деревяшки… Не обращая внимания на подступавший со всех сторон огонь.

— Что происходит… — шепотом произнесла девушка, на мгновение потеряв концентрацию и чуть не упав со льдины. Ведь таких "драчунов" было много.

То тут, то там острый взгляд волшебницы замечал, как люди, должные спасать свои дома и родных, встречаются, останавливаются, замирают и начинают драку, не обращая внимания на окружение.

Это было ненормально. Противоестественно. Пугающе...

— Что вы творите?! — с перекошенным лицом натурально взревел Зуко, выпуская из сомкнутых кулаков два мощных огненных потока и пулей улетая вперед, прямо в центр пылающей деревни, со стороны напоминающей настоящий ад.

Огонь, крики, разрушения, безумие… Лишь реки крови не хватало.

— Фух… — глубоко выдохнув, принц ощутимо напрягся. Ци в его теле забурлила, напряглась и единым порывом вырвалась наружу, дабы охватить бушующее вокруг пламя и заставить его погаснуть.

Что получалось с трудом. Будто ему мешал другой покоритель, или дерево было чем-то заранее пропитано. Если не все вместе.

«Не важно. Нужно спусти людей», — подумал Зуко, достигнув главной цели: огонь немного ослаб, перестав обжигать двух рыбаков, сцепившихся возле небольшого сарая.





— Хватит! — во мощь своей глотки рявкнул парень, одним движением расцепив драчунов за шиворот. — Прекратите драться! Вам нужно спасать свою жизнь!

— Это он! Это он во всем виноват! — закричал один из них, выглядевший как старый, сморщенный мужчина с хорошо сохранившимися зубами. — Это он все поджег! Это он пытался увести мою Юрико!

— Да не трогал я твою жену, старый ты козел! — воскликнул в ответ второй рыбак, бывший гораздо моложе и опрятней. — Наоборот, это она ко мне приставала!

— Нет! — взревел мужик, попытавшись опять кинуться на него, но Зуко держал крепко. — Она не могла! Она не такая!..

Бабах…

Принцу надоело это слушать, и он, не мудрствуя, просто стукнул их головами друг о друга, надежно вырубив, после чего взвалил на плечи и отнес на окраину деревни, где передал адекватным односельчанам. Те хоть и поблагодарили его, но их взгляды, полные злости и подозрения, сильно насторожили парня.

«Что же тут произошло…»

Вот только думать времени не было. Нужно было спасти как можно больше людей, раз полностью погасить огонь у него не выйдет, а других покорителей, способных помочь, рядом не оказалось.

Следующая пара дерущихся оказались женщинами, сцепившимися во дворе и обвиняющих друг друга в порче улова и поджоге. Пришлось тоже их вырубать и нести за пределы деревни, хотя поднимать руку на слабый пол (даже если это Азула) Зуко очень не любил.

Он уже хотел кинуться к третьей в этот раз троице, как заметил огромную волну, постепенно набегающую со стороны моря.

«Катара!» — сразу понял принц, радостно улыбнувшись. Там, в середине волны, в воздушном пузыре, голубоглазая девушка мастерски гнала ее вперед, усиливая или ослабляя определенные водяные потоки. Благодаря этому вода, обрушившаяся на деревню, попала точно на источники возгорания, потушив большую часть огня и почти не задев простых жителей.





— Чудо! — сразу воскликнула одна из женщин, со слезами на глазах смотря в сторону моря.

— Спасены… — выдохнула бледная старушка, обессиленно упав на колени.

— Мама! Мама! — кричала маленькая девочка, бегая по развалинам в поисках родителей.

— Духи с нами! — выкрикнул несколько рыбаков, вскинув руки. Катара, предусмотрительно, не стала попадаться им на глаза, спрятавшись на дне и доверив грядущие переговоры Зуко.

— А где Хуэй? Где эта хитрозадая скотина?!

— Заткнись! Это же ты поджег мой дом! Иди сюда, я тебе вмажу!

— Эй, соберитесь! Нужно позаботиться о лодках и улове! Без него мы помрем с голоду!

— Что здесь произошло? — спросил Зуко, подойдя к крепкому, высокому мужику, судя по раздаваемым приказам, бывшему старостой этого поселения.

— А? — недоуменно воскликнул он, смерив парня подозрительным взглядом. — А ты кто такой?

— Меня зовут Му. Я с острова Линжи. Шел в город к лекарю. Увидел дым и решил помочь, — спокойно и без спешки ответил Зуко, указав пальцем на левую половину лица, заранее скрытую за белыми повязками. Может, местные не были интеллектуалами, но о том, что наследному принцу родной отец оставил ожог на полголовы, слышали точно.

— Точно? — насупившись, спросил староста, угрожающе нависнув над Зуко. — Был тут у нас один иноземец. Тоже хотел помочь, а принес только несчастья, ссоры и огонь. Ты, случаем, не из таких?

— Не верю я ему, — послышался голос справа, принадлежавший тому самому старику, которого он вырубил и спас в самом начале. — Мало того, что не дал мне морду Кую начистить, так еще и врезал со всей дури. Гнать его надо отсюда!

— Да!

— Да!

— Пошел вон, мордатый! — проорал один из обгорелых рыбаков и попытался схватить Зуко за руку. Однако тело принца действовало быстрее разума. Едва заметное движение — и рука грубияна выгибается, заставив того осесть на землю и подвывать на одной ноте.

— Хорошо, я уйду, — ответил опальный наследник трона, обводя деревенских тяжелым, пронизывающим до самого нутра взглядом, добавив к этому небольшой выброс Чи. Обычно этого хватало, чтобы запугать и заставить себя слушать даже солдат-ветеранов, однако рыбаки были слишком злы и даже не заметили воздействия, продолжая сжимать кулаки и медленно заводиться.

«Еще немного, и они бросятся на меня», — понял Зуко, развернувшись и широкими шагами направившись в сторону берега.

Что вообще сейчас вообще произошло? Как начался пожар? Почему люди дрались, наплевав на собственные жизни? И откуда такая агрессия в его сторону, хотя все видели, как он пытался помочь?

Все эти мысли калейдоскопом крутились в голове у принца, быстро сменяя друг друга.

«Может, все из-за страха и растерянности?» — задавался вопросом парень, идя между высоких прибрежных скал, в которых они и должны были встретиться с Катарой. — «Огонь, страх, драка… даже лучшие воины были бы не в себе, не то что простые люди. Может, просто подождать и вернуться попозже?..»

— Дяденька! Дяденька! — отвлек его от размышлений громкий детский голос.

— Что случилось? — спросил Зуко, резко обернувшись и увидев запыхавшуюся девочку лет пяти, устало опирающуюся на колени.

— Я… фух… хотела сказать вам… эх… — тяжело дыша и запинаясь, проговорил ребенок, смотря на принца большими черными глазами. — Спасибо. Вы спасли мою маму. Она с тетей Лу длалась.

— Не за что, — сказал парень, присев на одно колено и погладив малышку по голове. Его умиляла ее легкая шепелявость. — Это был мой долг.

— Это все плотивный Хуэй! — всплеснув руками, воскликнул ребенок, недовольно надув щеки. — Это все он виноват!

— Хуэй? — заинтересованно спросил он, припомнив, что уже слышал это имя в деревне. — Кто это?

— Плохой, плотивный дядя, — ответила девочка, одними глазами умудрившись показать степень той самой приторности. — Плишел к нам в делевню луну назад. Начал со всеми длужить, со всеми лазговаривать. А как выйдет на улицу, так у него лицо холодное, а глаза стлашные. Это из-за него все ссолы начались. Он всем друг про друга гадостей наговорил.

— Думаешь, это он устроил пожар? — склонив голову набок, уточнил Зуко, обдумывая слова ребенка. Выходило, что в деревне появился некий неизвестный, начавший систематически стравливать местных. Но зачем? Кому это нужно? Деревенька ведь маленькая и бедная. Брать с нее нечего.

— Точно он. — Кивнул ребенок, скрестив руки перед собой. — Он плохой. Мама говолила, что из-за таких, как он, леденцов нет и остлова голят.

— Что? — недоуменно переспросил Зуко, вцепившись в плечи девочки. — Что ты сказала?

— Леденцов нет. — Со вселенской обидой сказало дитя, опустив взгляд в пол. — Дяди-толговцы не плиезжают. Боятся.

— А острова? Что с островами? — уточнил принц, чувствуя, как интуиция нашептывает о чем-то плохом. Чем-то, что точно не понравиться.

— Голят. — Беспечно ответил ребенок, не обратив внимания, как побледнел спаситель ее матери. — Мама говолит, все голит. И столица, и большие, и малые голодки. Папа считает, что Лорд Огня лазгневал духа Аватара Локу, и тепель тот мстит.

— А остальные? — поинтересовался Зуко, пообещав задать несколько вопросов Аангу. — Что говорят коменданты или военные?

— Не знаю. — Пожав плечами, ответила девочка. — Они все в голоде. Ищут еду.

— Ищут еду? — переспросил принц, не понимая, о чем ему говорят. Ведь каждый порт и крепость имели свой запас на случай неурожая или сбоя поставок. Пару недель, а то и месяц без еды они должны были продержаться.

— Ага. — Кивнула девочка, дернув головой. — Там голод. Как и во всей Стлане Огня.

— …

Ошибался. Как сильно я ошибался.

Именно такие мысли мелькали в голове у Зуко, пока он пытался осознать услышанное. Да, ребенок вполне мог где-то приврать или недоговорить, а принц что-то не так понять, но даже так, если ее слова про "голод" и всю "Страну Огня" верны, то их миссия только что претерпела сильные изменения.

«Нужно сообщить Аангу», — решил Зуко, мягко, но настойчиво отправляя своего информатора обратно домой, а сам начал усердно искать Катару, дабы та поскорее доставила их к остальной команде.

Им нужно было многое обсудить.





***





То же время.





Окраина деревни.

Пока Зуко и Катара пытались спасти деревню и не нарваться на драку с жителямит, за ними внимательно наблюдал одинокий человек. Простое красное ханьфу, перевязанное красным поясом. Соломенная шляпа. Поношенные сандали. Черные, перевязанные в короткий хвост, волосы.

Обычный путешественник и бродячий торговец, коих сотни путешествуют по Архипелагу в поисках интересных мест, новых клиентов или приключений.

Однако все портили две вещи: колкий, внимательный взгляд черных глаз, неотрывно наблюдавший за происходящим, и тонкий стальной ошейник, вплотную прилегавший к коже и большую часть времени скрытый высоким воротником.





— Жаль. Не получилось, — прошептал он, разглядывая пожарище и немногочисленные уцелевшие лодки, спасенные Катарой. Это означало, что рыбный промысел продолжится, и голод, начавшийся в соседнем порту, усугубится недостаточно сильно.

Однако он не выглядел расстроенным. Наоборот, ведь в отличие от напуганных и необразованных рыбаков, он все видел. Молодой парень, шестнадцати лет, со скрытым шрамом на половину лица и мастерски владеющий покорением огня, и молодая девушка с темной кожей и магией воды. Одного этого было достаточно, дабы понять: команда Аватара прибыла на Архипелаг, что меняло многое.

Очень многое.

— Господин Улинь будет доволен, — оскалившись, произнес подстрекатель, прежде чем исчезнуть в неизвестном направлении.





Глава 2. Город, лишенный надежды.


100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два месяца после начала терорра.

Три недели до дня Черного Солнца, полтора месяца до прилета кометы Созина.

Два дня спустя.





Порт Лао-Ши, остров Мингаку, северный регион Архипелага.





Сказать, что новости, принесенные Зуко и Катарой, шокировали каждого в команде, значило сильно преуменьшить действительность. Непонимание, радость, горе, надежда, опасения, догадки... Такой гремучий коктейль бурлил в крови даже флегматичного Якона, что уж говорить об эмоциональном Аанге, мечущемся Зуко и паникующем Сокке, даже не пытавшегося скрыть эмоции.

Ведь как так? Все его планы, задумки, сценарии пошли крокобобру под хвост, даже не успев столкнуться с реальностью. Десятки вечеров, столько же свитков. Все было перечеркнуто известием о горящих островах, стравливании мирных жителей, голоде, неизвестности и, как вишенке на торте, странном человек, из-за которого всё это произошло.

Перед командой Аватара во весь рост встали три извечных вопроса: что происходит? Кто виноват? И что делать? И ни на один из них не было ответов.

Решение, ко всеобщему удивлению, предложила Тоф, всё это время сидевшая в стороне и о чём-то усиленно думавшая.

— Может, не будем суетиться и всё же проникнем в город? — предложила она, привычно ковыряясь в носу, одним этим действием выбешивая одновременно и Катару, и своего приёмного брата, считавшего своим долгом следить, чтобы наследница дома Бейфонгов вела себя достойно. — Походим, посмотрим, сами сделаем выводы?

Предложение было обдумано, обсуждено и принято, после чего вся честная компания отправилась к городу, на окраине которого все испытали на себе несколько... открытий. Во-первых, одежду изначально можно было банально украсть, стоило воспользоваться талантами Тоф и Якона, способных скрыться чуть ли не на ровном месте. Да, в воровстве не было ничего хорошего, но это было лучше риска раскрыть их истинные личности. А во-вторых — отсутствие нормальных, фортификационных укреплений, как в том же Царстве Земли, вынуждающих идти к воротам и проверять документы.

— А где стены? — поинтересовался Якон у Зуко, стоило им проникнуть внутрь и смешаться с толпой, бродящей по улицам вечернего порта. — Неужели город совсем не защищён?

— В них нет необходимости, — ответил ему принц-изгнанник, лишь пожав плечами. — Архипелаг был объединён ещё пятьсот лет назад, во времена Аватара Зето. Войн и восстаний после этого практически не было. Из-за этого мы давно перестали строить стены, если это не военные заводы или порты, пустив эти средства в медицину или образование.

— Вот как… — недоуменно протянул приёмный Бейфонг, вспоминая все увиденные им за всю жизнь города. Родной Агне Кель, Рыбожуравль, Танку, Омашу… Все они были окружены таким толстым кольцом стен, что со стороны казались практически неприступными, в чём за последние сто лет не раз убеждался Народ Огня. Даже его новый дом — Гаолинь, хоть и не был обнесён непреодолимыми стенами, был окружён высокими и отвесными отрогами гор Кайлао, бывших лучше любой крепости, построенной человеком.

И это он еще не вспоминал Ба Синг Се, чьи стены навсегда остались в его памяти. Как и уничтожение единственного в истории оружия, способного их пробить.





***





Flashback





P.O.V. Якон





100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Два с половиной месяца спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Три месяца назад.





Окрестности Ба Синг Се, столичная провинция, Северо-восток Континента.





«Никогда бы не подумал, что покидать Северное Племя воды будет настолько тяжело», — думал я, недовольно наблюдая, как огромная процессия, собравшаяся проводить нас, несмотря на их недавний отказ помочь с вызволением отца.

Трусы.

За те неполные полтора месяца, которые я, сестра, Аанг, Сокка и Катара провели в Агне Келе, многое произошло.

Я выучил несколько новых стилей, заслужив звание полноценного мастера к 12 годам, не посрамив отца. Аанг тоже не отставал, научившись сносно покорять воду и наладив контакт с духами Луны и Океана, которые помогли ему лучше осознать его роль как Аватара. Сокка едва не начал встречаться с Юи, но, узнав о помолвке принцессы с наследником какого-то местного рода и надвигающихся событиях, решил первым разорвать отношения, оставшись друзьями, под одобрительные слова вождя.

«Не только труса, но и дурака», — думал я тогда, наблюдая со всем со стороны и не вмешиваясь. — «Он разве не знает, что Сокка — наследник самого уважаемого вождя Южного полюса? Променял золото на камень».

Катара отличилась больше всех. Она всегда была пробивной, не терпящей границ и готовой идти до конца ради собственных убеждений. Стоило ей услышать, что в Северном Племени воды женщин не обучают покорению, кроме целительства, как в далёкое путешествие были посланы: все ученики, все учителя, все мастера, все их предки и все остальные, пытавшиеся ей что-нибудь указывать.

Младшим такое не сильно понравилось, и "девчонке" предложили на деле доказать, на что она способна.

«Глупцы», — подумал я тогда, стоя в стороне и не собираясь вмешиваться. Отец ещё в первые недели заложил Катаре хорошую базу, показав основы покорения воды. Затем была библиотека Ванг Ши Тонга, где она нашла немало свитков с древними или утерянными стилями воды, прошла короткое обучение в болотном племени и тренировки со мной, сильнейшим покорителем воды своего поколения.

Это не хвастовство. Констатация факта. Ведь иначе я не смог бы покорять кровь, игнорируя полнолуние. Катара не просто не отставала от меня, но в некоторых дисциплинах, таких как смена форм и работа водяными хлыстом, превосходила.

Двадцать учеников, решивших её проучить, вморозили в лёд за тринадцать ката, а пытавшегося помочь им мастера — за пятнадцать. После этого наставник Пакку, бывший единственным, о ком отец всегда отзывался с уважением, забрал свои слова назад и решил стать её учителем.

Позже произошла странная история. Случайно выяснилось, что бабушка Катары родом из Северного Племени Воды и раньше была помолвлена с Пакку, но сбежала прямо перед свадьбой. Из-за этого тот так и остался холостым, а затем признал Катару как внучку и обучил своим личным техникам собственного сочинения.

Я в этом не участвовал, ведь был занят здоровьем Тоф. Ослабевшая после доставленного мной письма, она умудрилась подхватить сильную простуду и слегла на две недели. Все это время я и Югода боролись за ее жизнь: сбивали жар, вливали жизненную силу и замедляли кровоток. Сил это отнимало море, и только когда сестра пошла на поправку, я заметил, что сбросил 6-7 цзиней веса (п.а. 1 цзинь = 500 граммам).

Пришлось быстро восстанавливаться, затем брать остальных ребят за шкирку и срочно покидать Северный полюс. Нельзя было еще сильнее рисковать здоровьем сестры.

После этого была история с Омашу, окончательно подтвердившая правдивость слов, написанных отцом; путешествие на север, к башне Механиста, чтобы проводить его клан в безопасное место на территории Царства Земли; долгие догонялки с тремя злобными девушками-огневиками, и теперь, спустя месяц пути, мы наконец увидели легендарные Внешние Стены Ба Синг Се.

— Вау! — восторженно воскликнул Аанг, смотря на них с широко раскрытыми глазами. — Какие они высокие…

— Потрясающе, — Катара от него не отставала.

— Какой же они высоты? — задумчиво пробормотал Сокка.

— Один ли (п.а. прим. 500 метров), не меньше, — сразу ответила лежащая на моих коленях сестра.

— Да нет, — воскликнул он в ответ, скептически посмотрев на Тоф. — Не может такого быть. Где ты тут целый ли увидела?

— Напоминаю, Сокка, она вообще ничего не видит, — вместо сестры ответил я, решив поддержать небольшую шутку.

— А… Да… Точно… — смущенно пролепетал наш друг, отведя глаза. Но стоило ему заметить довольную мордашку Тоф и мою слабую улыбку, как он на пару тонов покраснел и воскликнул:

— Опять ваши шуточки!!!

— Пха-ха-ха-ха… — во весь голос рассмеялась Тоф, а затем к ней присоединились Аанг и Катара, тоже повеселившиеся от увиденного.

Я же остался спокоен. Не спорю, подобный юмор хорош и способствует укреплению дружбы, но меня он веселил мало. Не знаю почему. Сестра считала, что это отсутствие чувства юмора, Аанг и Катара — излишняя угрюмость, Сокка и отец все списывали на серьезность.

«Может, они правы. Не знаю», — думал я, наблюдая за постепенно увеличивающимися стенами, на которых становились видны башни-бастионы и многочисленные кучки булыжников, с такого расстояния кажущиеся безобидными кучками щебня. Людей даже упоминать не стоит.





— Что будем делать? — спросил Аанг, как только мы подлетели достаточно близко, чтобы солдаты, дежурившие на постах, нас заметили и начали махать.

— Давай облетим вдоль стены. Поищем бур, — предложил Сокка, достав свои записи и показав на северо-восточный участок стены, бывший единственным местом, где армия Народа Огня вплотную подошла к городу. — Если предсказания мастера Шайнинга верны, то его уже достроили и могут повести на штурм.

— Хорошо, — кивнул посерьезневший монах и направил Аппу на север, прямо вдоль стены, внимательно вглядываясь в безымянную каменную равнину, окружающую город.

Чтобы найти цель, нам потребовалось меньше часа. Сложно проглядеть черную стальную громадину в несколько десятков чжанов (3,3 метра) высотой и несколько сотен — длиной, сопровождаемую шестнадцатью новейшими танками Народа Огня.





— Дядя Механист перестарался, — сглотнув, заметил Аанг, ощутимо побледневший.

— Тут скорее Народ Огня превзошел себя, — заметил Сокка, выражением лица не отличавшийся от Аанга.

Я их понимал. Ползущий под нами бур являлся крупнейшей из известных мне машин, построенных Народом Огня. Если верить копиям чертежей, полученных от Механиста, чтобы все его механизмы работали исправно, внутри должна была размещаться целая бригада инженеров и несколько сотен покорителей. Первые следили за сохранностью механизмов, вторые были источником энергии, ведь углем или начавшей недавно использоваться нефтью прокормить это чудовище было невозможно.

— Ты точно справишься, Тоф? — спросила у сестры обеспокоенная Катара.

— Без понятия, — пожав плечами, ответила вставшая с моих коленей Тоф. — Пока не почувствую, не пойму.

— Хорошо, — кивнул я ей, а затем посмотрел на Аанга. — Снижаемся?

— Угу, — качнув головой, ответил он, направив Аппу прямо к основанию бура, которому до Ба Синг Се оставалось преодолеть несколько миль пути.

Наш план был прост и не требовал напоминаний. Конструктивно творение Народа Огня состояло из двух оболочек: внутренней, где размещались различные механизмы, например трубы охлаждения или "топливный" отсек, и внешней, рабочей, поддерживаемой несущими балками. Сам бур занимал лишь первую секцию конструкции, примерно треть от общей длины остальной машины.

Именно он был нашей целью. Если быть точнее — Тоф.

Стоило Аппе достаточно снизиться, как в сторону бура и выскочившего десанта рванули я, Аанг и Катар, чтобы отгонять магов огня и не мешать работать сестре.

Та, оказавшись на гребне бура, сначала глубоко вздохнула и нанесла мощнейший удар по его основанию.

«Вот это сила!» — невольно подумал я, наблюдая видимые глазом волны, разошедшиеся по всей конструкции.

— Тоф, ну как?! — закричал оставшийся в седле Аппы Сокка. — Сможешь сломать?!

— Ты ещё спрашиваешь?! — широко оскалившись, ответила сестра, а затем, по щиколотку вбив ступни в металл, добавила: — Дай мне минуту, и я расколю это корыто!

Минута у Тоф была. Солдаты Народа Огня пытались помешать, но их главной целью был Аватар, а не маленькая, незаметная девочка, замершая на вершине бура.

Зря.

Крак…

Творение Механиста имело множество слабых мест: несущие балки, системы охлаждения, водоотводы, котлы, паровые насосы… Прикрытые толстым слоем брони, они были хорошо защищены от атаки снаружи, но против покорителя металла, которую даже отец признавал настоящим гением, у них не было и шанса.

Сейсмочувствительность, точное знание слабых мест и последовательности их разрушения, достаточно времени на подготовку. У Тоф были все условия для успешного разрушения.

Бур заскрежетал, заискрился, из него начал валить пар, изнутри течь вода, и в следующий момент он начал медленно оседать на землю — опоры, удерживающие его на месте, раскололись, не в силах вынести обрушившуюся на них тяжесть.

Бам…

Бам…

На этом Тоф не остановилась. Используя всю свою силу, всю свою энергию, она пустила огромные трещины по самому буру, перекрутила внутренние механизмы и обрушила внутреннюю оболочку.

В тот день машина, которая разрабатывалась и строилась Народом Огня последние три года, оказалась полностью сломана за три минуты, даже не добравшись до цели. Ба Синг Се был спасен.





The end.





***





То же время.

То же место.





Поиски места, где можно было отдохнуть и собрать слухи, не затянулись. Под эти требования идеально подходил главный городской постоялый двор, представляющий собой целый квартал, где прибывшие купцы, путешественники или горожане могли снять комнату, отдохнуть и выпить чарку неплохого рисового вина.

— Чего желаете? — спросила у них подавальщица, одетая в традиционные одежды Народа Огня. Юная и жизнерадостная, что было видно по искренней, а не дежурной улыбке, она выглядела достаточно болезненно из-за бледной кожи, слегка впалых щек и темных мешков под глазами.

— Нам четыре миски огненных хлопьев, четыре порции копчёного морского слизняка, тарелку колбасок-комодо и один большой чайник чая, — сделал на всех заказ Зуко и в конце, бросив взгляд на жалобные глаза Аанга, добавил: — Еще порцию океанских кумкватов и миску сиреневых ягод.

— Как пожелаете, — попытавшись благожелательно улыбнуться, ответила девушка. Неудачно. — С вас одна серебряная и пять медных монет.

— Дорого, — недовольно заметил Зуко, которому сегодня опять была доверена роль переговорщика.

— Извините. Сейчас везде так, — ответила служанка, глубоко поклонившись. — С тех пор как начался Кровавый террор, Лао-Ши испытывает большие проблемы с едой.

— Да? — удивился Сокка под неодобрительные взгляды остальных. — Мы не знали.

— Странно, — округлила глаза девушка, спрятав ладони в широких рукавах. — Он уже два месяца идет. Неужели вы о нем не слышали?

— Мы только недавно прибыли из Колоний и пока мало знаем о происходящем дома, — опять взял слово Зуко, незаметно вкладывая в ладонь подавальщицы два серебряных кругляшка и поминая добрым словом слишком длинный язык их командного стратега. — Сама понимаешь — война, диверсанты, перебои со снабжением и плохое сообщение с домом. Ты же не будешь против отобедать с нами и рассказать, что происходит?

Грубая манипуляция. Очень грубая и примитивная. Однако девушка, в последние недели живущая впроголодь и каждый день работавшая по шестнадцать часов, дабы наскрести еды для себя и родных, даже ничего не заподозрила. Запах свежего морского слизняка и солоноватый привкус комодских сосисок выбили из нее любые подозрения.

— Итак, что думаете? — через два часа спросил Сокка, когда обед закончился и они поднялись в одну из комнат, арендованных на три дня вперед.

— … — В ответ последовала лишь тишина. Хоть речь подавальщицы, по имени Хон Нян, не изобиловала какими-то возвышенными речевыми оборотами и часто прерывалась на пережевывание очередного куска мяса или плошки риса, но ее рассказ, основанный на историях немногочисленных купцов и ее собственном опыте, пробирал до дрожи.

Если кратко, то на Архипелаге последние два месяца творился настоящий Ад. В городах постоянно взрывались заводы и мануфактуры, нарушая цепочки производства и оставляя сотни людей без работы, а десятки отправляя в могилы. В портах рушились дамбы и пирсы, утягивая под воду целые районы или корабли, в зависимости от места аварии. В жилых кварталах в любой момент мог из ниоткуда появиться пожар, затронув как богатых, так и бедных. Всё это нарушало привычный уклад жизни — рушило хорошо налаженные внутренние торговые связи и всеобщую безопасность, бывшие гордостью и основным экономическим стимулом этой страны.

В деревнях было не лучше. Основная местность на Архипелаге — горы, изобилующие огромным количеством долин, редко пригодных для земледелия. Вот только за последние два месяца их количество резко сократилось. Обвалы, паводки, наводнения, землетрясения, все те же вездесущие пожары… Сложная и высокоэффективная система ирригации, построенная ещё во времена Аватара Року и позволившая провести всеобщую урбанизацию страны, быстро рушилась, обрекая тысячи людей на голод или разорение.

Ведь, несмотря на регулярные поставки еды, поставляемой из Колоний, цена на рис сильно возросла, делая богатых еще богаче, а бедных ещё беднее.

Но самое страшное творилось за пределами городов — на дорогах, в лесах и на многочисленных мелких островах, в великом множестве разбросанных вокруг Архипелага. Люди там не просто пропадали.

Нет.

Они могли исчезнуть на несколько недель, что бы затем вернуться, но не такими, как были раньше. "Другими", как им шепотом поведала Хон Нян. Зачастую они ничего не помнили и вместе с тем становились гораздо злее, агрессивней и опасней… Часто именно они становились причиной пожаров, аварий и других катастроф, случавшихся в городах. Просто в один момент вернувшийся мог прийти на какой-нибудь склад масла и без причины швырнуть туда зажжённый факел, не обращая внимания на вспыхнувший огонь, полностью наплевав на свою жизнь.

И если первые недели простые люди и правительство не обращали на это внимания, списывая происходящее на случайность, то когда подобное приняло массовый характер, даже до последнего дурака дошло — происходящее не случайно. На поиски зачинщиков бросились все: тайная полиция, армия, флот, внутренняя стража и даже наёмники за солидное вознаграждение. Привлекли даже благородные кланы Тай, Юэй и Цзянь, обычно используемые для задержания особо буйных покорителей и охраны правящей семьи.

Помогло ли это?

Нет. От слова совсем.

Взрывы и пожары как были, так и остались. Оползни и наводнения тоже никуда не исчезли. Люди как исчезали, так и продолжили исчезать, несмотря на все усилия Хозяина Огня и его приближённых.

Кровавый террор, как его прозвали в народе, лишь продолжал набирать обороты, постепенно разрушая Архипелаг изнутри.

— Это ужасно, — первой решила высказаться Катара, сжав кулаки до белых костяшек. — Кто бы это ни сделал, это отвратительно. Простые люди страдают! Мы должны что-то сделать!

— Разве? — в противоположность ей, без особых эмоций, уточнил сидевший в углу комнаты Якон, склонив набок голову. — Разве нам это не на пользу? Народ Огня с каждым днем слабеет, теряя людей и технику. Если эта Хон Нян не соврала, еще несколько месяцев и нам даже армия Царя Земли не понадобится. Они сами сдадутся.

— Что ты несешь, Якон?! — возмущенно воскликнула девушка, всплеснув руками. — При чем здесь старики, женщины и дети, которые просто живут в этих деревнях и городах? Они просто живут, никого не трогая. Война их не касается!

— Не согласен, — покачал головой второй покоритель воды в команде. — Они граждане Народа Огня. Они платят налоги. Работают на их заводах. Создают оружие. Растят будущих солдат. Не напрямую, но они участвуют в войне.

— Все не так, — ответила Катара, вцепившись пальцами в подол платья. — Они просто живут, работают и никому не хотят зла. Скажи, разве если кузнец выкует топор для рубки дров, а им убьют человека, то он тоже убийца?

— Нет, — дал ответ приемный Бейфонг, скрестив руки на груди. — Но если он кует клинок, то должен понимать: им вряд ли будут косить рожь или срезать ветки на деревьях.

— Это не значит, что простые люди тоже должны страдать, — до боли сжав челюсть, прошептала девушка, не в силах подобрать достойный ответ. — Это глупо. Несправедливо…

— Это война, Катара, — сказал Якон, тоже поморщившись. Сейчас собственная правота не доставляла ему удовольствия.

— Мы все равно поможем им, Якон, — неожиданно вмешался в их разговор молчавший до этого Аанг. Удивительно спокойный и тихий, с отросшими черными волосами, скрывавшими его узнаваемые татуировки, он словно стал старше и… мудрее? Трудно было объяснить.





— Уверен? — откинув голову на стену, спросил водник. — Они могут стать нашими врагами.

— Неважно, — ответил юный Аватар, посмотрев ему прямо в глаза. — Любая жизнь ценна. Друг, враг, незнакомец — неважно. Мы поможем всем, кому сможем, а если они повернутся против нас — победим, сохранив жизнь.

— Это будет трудно, — заметил стоявший у двери Зуко, все это молчавший и лишь слушавший разговор. Как будущий правитель страны, он понимал, что должен помочь своему народу, но как бывший изгнанник и враг Аватара, находящийся в команде фактически на птичьих правах, ему лучше было молчать. — Даже с твоей силой.

— Знаю, — грустно улыбнувшись, произнес Аанг, слегка склонив голову. — Но на то я и Аватар, чтобы делать невозможное.

Это были хорошие слова, красивые. Заставившие принца облегченно выдохнуть, а Катару почувствовать приятное тепло в груди.

— Кхм-кхм… — привлек к себе внимание Сокка. — Не хочу отвлекать вас, но мы не забегаем далеко вперед? Прежде стоит узнать источник угрозы, а лишь затем решать, разбираться с ним или нет.

— Кстати, да, — заметила сидевшая рядом со сводным братом Тоф. — У кого-нибудь есть идеи, что это может быть? Я слабо могу представить что-то, способное устроить подобное в целой стране.





— Не знаю. Может, это какой-то особенный покоритель, способный гипнотизировать людей? — сделал первое предположение Сокка, задумчиво почесывая подбородок. — Как те парни из Дай Ли. Только не землей, а огнем.

— Возможно, — кивнул глубоко задумавшийся Зуко. — Дядя рассказывал мне, что потенциал покорения безграничен. Нужно лишь правильно его раскрыть.

— Но это происходит одновременно, по всему Архипелагу, — заметил несостыковку Якон. — Неужели вы думаете, что таких магов может быть много? Неужели Хозяин Огня о таком бы не знал?

— К тому же остается вопрос обвалов и наводнений, — присоединилась к брату Тоф. — Для первого больше подойдут покорители земли, для второго — воды. Как с этим справятся огневики, я даже представить не могу.

— Тоже верно… — глубокомысленно отозвался Сокка, начав ходить туда и обратно по комнате, усиленно делая вид, что думает. Привычная картина, на которую мало обращали внимание.

— А может, все проще? — внезапно сделал предположение Аанг. — Может, во всем виноваты не люди, а духи?

— О чем ты, Аанг? — спросила подошедшая к нему Катара.

— Может, все это устроили духи, которых Народ Огня обидел, — сказал он, пожав плечами. — Может, местные жители построили какой-нибудь завод на священном месте или вырубили древний лес, разозлив могущественного духа и тот принялся им мстить.

— …Возможно, — после недолгого молчания кивнул Сокка, а затем неожиданно зевнул и задумчиво посмотрел на кровать, установленную в углу комнаты. — В любом случае, это только предположения. Нужно походить по городу, поспрашивать других людей, увидеть подобные "дела" своими глазами. Может, узнать про местных духов или прочую мистическую дребедень…

— Эй! — искренне возмутился юный Аватар, с такой формулировкой тоже попадающий под определение «дребедени».

— …и уже потом решить, что делать, — закончил свою короткую речь командный стратег. — А до этого нам нужно отдохнуть и выспаться. Остальные дела будем решать завтра. Согласны?

Спорить никто не стал, и команда молчаливо разошлась по своим комнатам. День, хоть и прошел мирно, но забрал у них много сил, а завтра обещало быть не менее насыщенным на встречи и события.





Глава 3. Жестокость.


100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два месяца после начала террора.

Три недели до дня Черного Солнца, полтора месяца до прилета кометы Созина.





На следующий день.





Гостиница, Порт Лао-Ши, остров Мингаку, северный регион Архипелага.





Пробуждение для команды Аватара было тяжелым. Волнение, непривычная еда и акклиматизация били даже по нервам брата и сестры Бейфонгов, что уж говорить о юном принце, которого в случае раскрытия ждала долгая и мучительная казнь, или Аватаре, взвалившем себе на плечи новую задачу и понятия не имеющем, как ее решать. Они ворочались, просыпались, не могли заснуть, мучались от кошмаров и догадок, еще сильнее нагружая вымотанный длинным перелетом разум. Ничего удивительного, что под утро одна половина команды выглядела как свежеподнятые зомби, а другая — как уставшие в край могильщики, которым предстояло их хоронить.

— Так… — протянул Якон, стоило им разобраться с простенькой яичницей с рисом, запив ее горячим зеленым чаем. — Вы в порядке? Ходить сможете?

— Да-а-а-а… Все хорошо… Сейчас я только просну-у-у-у… — устало протянул Аанг, потягивая руки и "радуя" весь обеденный зал звуком похрустывающих костей. — Ух, ...усь.

— Плохо спал, Быстрые ноги? — гадливо улыбнувшись, уточнила Тоф, закинув локти на стол.

— Нет. — заторможенно ответил монах, едва продрав начавшие слипаться глаза.

— Точно? — уточнила главная язва команды, поигрывая бровями.

— Да. — ответил он, попытавшись уверенно кивнуть, но вместо этого чуть не ударился головой об стол, чуть не вырубившись на полпути. — Все хорошо, Тоф. Можешь за меня не волноваться.

— А кто сказал, что волнуюсь? — вздернув бровь, спросила наследница Бейфонгов. — Просто не хочется выйти на улицу и увидеть, как ты пускаешь слюни с задранной головой. Как Зуко.

— Чего?! — шокировано воскликнул Аанг, резко повернувшись в сторону сидящего рядом принца, который и правда заснул, закинув голову назад. Из его рта и вправду стекала тонкая струйка слюны. Вот только крик шокированного Аватара был настолько силен, что не только разбудил не выспавшегося Зуко, но и заставил того резко отпрыгнуть, треснувшись головой об сидящего по другую руку Сокку.

Тоже дремлющего с открытыми глазами.

Бабах…

Ничего удивительного, что они сразу столкнулись, переплелись и на пол упали два скрученных и ругающихся тела, смотрящих на Аанга как на врага народа.

— Так дело не пойдет. — сказал Якон, вставая и помогая двум принцам враждующих народов распутаться. — Вы слишком вымотались. Идите-ка лучше спать. Я, Тоф и Катара обо всем позаботимся.

— Нет (х3). — одновременно произнесли парни, как только осознали, что их хотят нагло отодвинуть не у дел. На тот факт, что своим видом они уже привлекли внимание каждого присутствующего в гостинице, они даже не обратили внимания.

— Мы пойдем с вами. — воскликнул вскочивший Аанг, глядя прямо в глаза Якона. — Нам нельзя терять время.

— Всё правильно, но давайте успокоимся, — кивнул тот, одним взглядом попросив всех сесть и прислушаться к нему. Лишь после этого он продолжил прерванный разговор. — Ребят, вам нужно нормально выспаться. Хотя бы несколько часов. Вы же засыпаете на ходу.

— Ничего страшного, — ответил Зуко, помотав головой, сумев кое-как прогнать сонливость. — Со мной всё в порядке. Я справлюсь.

Только вот его слова никого не убедили. И Катара, и Якон, и даже Тоф по одному голосу чувствовали, насколько их друзья (и брат) были вымотаны бессонной ночью, включавшей в себя: волнение, переживания, составление новых планов, за которые один любитель ирокезов получил по шее.

— Повторюсь, вы слишком вымотались, — надавил на них взглядом маг крови, ради такого дела даже привстав со скамейки. — И привлекаете внимание.

Кивок в сторону многочисленных взрослых, прислушивающихся к происходящему, оказался настолько красноречивым, что трое парней одновременно уткнулись в тарелки, покраснев до кончиков ушей.

— Давайте так, — обессиленно выдохнув, продолжил Якон, обводя их усталым, полным понимания взглядом. — Вы сейчас идёте наверх. Спите и набираетесь сил. Мы же быстро пройдёмся по городу и как только найдём что-то интересное, позовём вас. Договор?

— Договор, — после небольшой паузы ответил Аанг, окинув старого друга и товарища (хотя знакомы они были не более полугода) весьма сложным взглядом. Ведь тот даже не заметил, как начал рефлекторно повторять интонацию и стиль речи их наставника, ради которого они, в том числе, прибыли на Архипелаг.

«Между ними гораздо больше общего, чем он думает», — пришло в голову юного Аватара, пока он, Зуко и Сокка поднимались наверх, в сторону выделенных им комнат.

— Думаешь, они справятся? — спросил идущий позади изгнанный принц, умудрившись одним голосом передать собственное волнение. — Город большой, и они не знают местных традиций. Если что-то произойдёт…

— Хороший же ты парень, Зуко, что бы там ни думала Катара, — неожиданно сказал Сокка, прервав того на полуслове и приобняв за плечи, заставив не ожидавшего такого парня удивлённо вылупиться. — Не волнуйся. Они не так уж беспомощны. Тоф способна найти дорогу в любом лабиринте, а Якон знает больше о людях, чем ты и я вместе взятые. Про мою сестру даже говорить не стоит…

— ... — Лишь кивнул Зуко, еще во времена своей погони за командой Аватара, уяснив, насколько компанейской и дружелюбной может быть Катара. Однако это не мешало ему продолжать волноваться, а чувству ответственности, взращенному дядей и недавним "перерождением духа и тела", назойливо свербеть где-то на окраинах обессиленого разума.

Ведь для него члены его новой команды были не просто товарищами, чье доверие ему еще только предстояло завоевать, но и "гостями", которых он привел на свою родину. А какой из него хозяин, если он даже не может помочь прибраться в собственном доме? Это сильно угнетало юного покорителя огня, чье внутреннее пламя натурально затухало, что сказывалось как на духе, так и на теле.

Что, естественно, не скрылось от глаз Аанга. Тот, уже открыв большую часть чакр, не мог не заметить потоков Чи, бушующих внутри их нового спутника.

— Зуко, тебе нужно научиться доверять другим, — сказал он, положив ладонь на плечо принца. — Не нужно все делать в одиночку.

Эти слова, а также небольшой импульс внутренней энергии, внесший баланс в разболтанную систему Чи, смогли достаточно успокоить Зуко, дабы тот послушно последовал в свою кровать, набираться сил перед грядущими испытаниями.

Тем временем, оставшись втроем — Якон, Тоф и Катара — не стали сразу расходиться. Вместо этого было принято решение:

— Катара, отправляйся в порт, — сказал маг крови, сложив руки на груди и хорошенько все обдумывая. — Там крутится много рыбаков и моряков. Они единственные, кто сейчас обеспечивает город продовольствием. Если кому-то что-то и известно, то это им.

— И все? — уточнила девушка, уже успевшая изучить Якона и знавшая, что тот не ограничивается одной задачей.

— Да, — кивнул тот, бросив взгляд на крупный баул с разнообразной, лежащий рядом со столом. — Еще одно доказательство, что Аанг не выспался и нуждался в отдыхе, иначе вспомнил бы об этом в первую очередь. Нужно покормить Аппу и Момо. Тот остров хоть и отдален от берегов, но там даже рыбы нет.

— Точно. Как я могла забыть… — промолвила Катара, от досады хлопнув себя по лбу, ведь, так то, тоже страдала от недосыпа.

— Мы с Тоф осмотрим город, — не обратив на это внимание, продолжил Якон. — Это не потребует много времени. Тебе же лучше пока подождать здесь, нанять носильщика и отправиться в порт. Нам не нужны лишние подозрения.

— Зачем так осторожничать? — недоуменно спросила покорительница, отпив глоток уже остывшего чая. — Это же простой город в глубинке Страны Огня. Не думаю, что…

— За нами следят, — перебила её Тоф, окинув гостиницу взглядом своих слепых, белых глаз. — Со вчерашнего дня. Трое человек.

— Четверо, — поправил её сводный брат, кивнув в сторону стойки, где сидела молоденькая администраторша, изредка бросавшая на него заинтересованные взгляды. После чего нагнулся над Катарой и тихо прошептал ей на ухо:

— Прибудь мы раньше, это было бы правдой. Но сейчас все друг друга подозревают. Мы, как чужаки, первые на очереди. Поэтому будь осторожна. Опасность может поджидать на каждом шагу. — После чего, встав, вместе с сестрой направился наружу, вслух рассуждая, где лучше купить яблоки в меду: на рынке или всё же в кондитерских, у резиденции коменданта?

— Давай к резиденции , братик… — Подхватив мотив, заканючила Тоф, повиснув на рукаве Якона. — Она ближе, а у меня ножки болят…

— Вот актёры, — фыркнула Катара, оставшаяся одна и решившая допить остывший чай, незаметно подогретый с помощью покорения воды.

Брат и сестра тем временем не стали терять время и медленно направились в сторону рынка, постоянно болтая ни о чём и останавливаясь у каждой лавки, дабы обсудить товары или поторговаться с некоторыми купцами.

Зачем это делалось?

Ответ прост — сейсмочувствительность. Хоть Тоф и видела большую часть города в режиме реального времени, однако большую часть информации её мозг мягко отфильтровывал, дабы не перегрузить адаптивный, но всё ещё растущий мозг подростка, который от такого количества информации гарантированно словил бы инсульт. Цены, слухи и более глубокое понимание традиций Архипелага были лишь приятным бонусом, которые Якон активно наматывал на ус, прекрасно помня слова своего отца, что знания никогда не будут лишними.

Из-за этого двум Бейфонгам приходилось двигаться достаточно медленно, дабы дать покорительнице земли время не только отфильтровать большую часть белого шума, но и найти самых "беспокойных" и подозрительных личностей — тех, чьё сердцебиение было быстрым, прерывистым, хотя тело находилось в относительном покое.

И уже вскоре она их нашла, хоть и не в том виде, как ожидала.

— Около мэрии. Тринадцать человек. Все покорители, — сказала она, чуть передёрнув плечами. — Вокруг них толпа. Злая. Пойдём посмотрим?

— Почему бы нет? — Пожав плечами, ответил Якон, чуть ускорив шаг. — Может, узнаем что-нибудь новенькое.

Их прогулка не заняла много времени. Чтобы пересечь несколько улиц не самого крупного городка, им потребовалось всего десять минут, прежде чем перед ними предстала круглая площадь, под завязку забитая народом. Очень злым и голодным народом, в большинстве своём одетым в потёртую и много раз заштопанную крестьянскую одежду, что выдавало в них беженцев, прибывших в город со всех окрестных деревень. Они кричали, негодовали, хулили последними словами стражников и чиновников, поливали помоями коменданта порта, требовали крова и еды и, самое главное, — решить проблему с террором, недавно охватившим острова.

— Какие они сдержанные, — заметила Тоф, намекнув на то, что, несмотря на злость толпы, они не позволяли себе ничего лишнего. По сути лишь просили, не прибегая к особо жёстким оскорблениям. — В Царстве Земли местного мэра уже давно бы в помоях искупали.

— Поверь, сестра, будь их воля, они бы это сделали, — ответил ей Якон, оперевшись спиной на один из домов. — Проблема в магах, стоящих перед домом коменданта.

— Они так опасны? — Приподняв бровь, уточнила Бейфонг, сложив руки на груди.

— Элита, если верить форме, — сказал ей сводный брат, внимательно оглядывая ровную шеренгу, полностью состоящую из покорителей, облачённых в тяжёлую броню, с узнаваемыми "трёхглазыми" шлемами. Они стояли и словно чего-то ждали, пропуская мимо ушей большую часть оскорблений, направленных в их сторону.





— Половина — мастера. К тому же у них в руках знамёна с чёрным пламенем и золотой вышивкой.

— И что это должно значить? — Проворчала себе под нос Тоф, поморщив его.

— Что тебе нужно было лучше слушать учителей на уроках, а не спать после твоих ночных загулов, — ответил ей Якон, даже не пытаясь скрыть собственного сарказма.

— Ты что, опять включил мамочку? — За что получил в ответ колючий, злой взгляд. — Хватит мне об этом напоминать. Кто ж знал, что подобное может пригодиться.

— Оте… — Хотел было ответить Якон, но оборвал себя на полуслове, поняв, что чуть не ляпнул. И при ком. — Кхм… Сочетание чёрного, золотого и бордового цветов — символ правящей семьи.

— Ого, неужели сюда сам Хозяин Огня явился? — Спросила Тоф, сделав вид, будто не догадалась, что хотел сказать её сводный брат. Хотя они оба прекрасно осознавали, насколько это бесполезно. Когда один инстинктивно чувствует всю кровь вокруг, ощущая любые изменения в теле человека, а вторая способна натурально читать людей с помощью испускаемых ими вибраций, становилось практически невозможно полноценно лгать или недоговаривать.

— Вряд ли, — ответил Якон, переводя взгляд с одного мага огня на другого, пытаясь как следует прочувствовать их, найти хоть какое-то несоответствие. Словно нечто нашептывало ему: здесь что-то не так. Беда близко. — Скорее всего, дальний родственник или порученец Хозяина, но для простых людей это мало что меняет. Тронь хоть кого-нибудь из резиденции — и сразу станешь личным врагом Хозяина Огня.

— И что им за это будет? — наклонив голову вбок, уточнила Тоф.

— Самая страшная из смертей. Сжигание на костре, — дал ответ маг крови, резко сощурившись. Ведь среди покорителей огня началось движение: один из них, главный, если судить по более качественному обмундированию, вышел вперед и с силой воткнул знамя в землю, полыхнув обжигающим оранжевым пламенем.

После такого над всей площадью воцарилась гнетущая тишина.

— Жители и беженцы города Лао-Ши, успокойтесь! — возвестил он хорошо поставленным, луженым голосом. — Меня зовут Лубань. Я командир охраны генерала Дженя, посланного самим Хозяином Огня дабы спасти этот город!

— Да? Что-то не верится! — воскликнул кто-то из толпы, отчего было невозможно опознать обладателя голоса. — Где вы были последние два месяца, когда наши поля горели, а скотина дохла?!

— Да! Где вы были?!

— Почему только сейчас?!

— Мы жрать хотим!

— Наши дети голодают!

— Сделайте что-нибудь!

— Сделайте!

Фьюить…

Бабах…

Огненный шар, взорвавшийся в небе, как вспыхнувшие кулаки остальных солдат, подействовал на толпу крестьян отрезвляюще. Они резко вспомнили, кто перед ними стоит и что они могут с ними сделать.

— Тишина! — рявкнул командир, чей голос потерял любой намек на "любезность". — Мы прибыли помочь вам, смерды неблагодарные. Наша задача проста: как можно быстрее найти источник всех бед и вырвать его с корнем. Эту миссию нам доверил сам Хозяин Огня, и мы исполним ее с честью! До этого времени вам нужно сидеть на заднице ровно и не мешать нам! Расходитесь по своим домам или стройте землянки. Главное — не мешайте нам работать. Все, кто будем путаться под ногами…

— Странно, — отвлек Якона напряженный голос Тоф. — Почему их сердца бьются так быстро?

— О чем ты? — тот не сразу понял, о чем речь.

— Те три мага, — ответила юная Бейфонг, показав пальцем на трех покорителей, стоявших в разных частях строя. — Они нервничают. Хотя остальные полностью спокойны.

— И вправду, — кивнул покоритель крови, прислушавшись к собственным чувствам. — Что это может зна…

Ответ он получил даже раньше, чем успел закончить предложение. Все три покорителя, не сговариваясь, сделали шаг вперёд, встали в стойки и… накрыли ничего не подозревающую толпу настоящей огненной волной.

— А-а-а-а!!!

— Спасите!

— За что?!

— Больно!

— Что вы творите, ублюдки?! — взревел Лубань, разворачиваясь и одним движением прерывая высвободившийся поток. — Взять их!

Остальные воины не стали стоять столбом, доказав своё звание элиты, быстро атаковав и скрутив неожиданных предателей. Но прежде чем они успели хоть что-то сделать, им в глаза ударил настоящий фонтан крови, а головы преступников отлетели вверх, прямо в беснующуюся толпу.

Виновники оказались мертвы.

— Чувствуешь? — перекрикивая поднявшийся гомон, спросила Тоф.

— Да, — кивнул Якон и вместе с сестрой рванул с улицы, мастерски уклоняясь от бегущих и спотыкающихся людей. Их тела, натренированные годами практики, с лёгкостью обошли хаос обезумевшей толпы, а затем рванули в одну из подворотен, по которой пытался убежать маленький плюгавый мужичок, замотанный в грязный подранный плащ.

Чем же он заинтересовал двух Бейфонгов? Дело в том, что он был одним из трёх наблюдателей, не спускавших с них глаз после прибытия в город. И он был единственным, чьё сердцебиение не ускорилось после случившегося на площади. Словно он был заранее предупреждён о грядущем и был в курсе, что должно было произойти.

— Стоять! — рявкнула Тоф, умудрившаяся первой нагнать беглеца благодаря земляному скольжению — едва заметному смещению поверхности, из-за которого казалось, что девушка не бежит, а натурально скользит по серому камню улиц.

— ****** *****! — Эффект, правда, был обратный. Обернувшийся мужичок только прибавил ходу, стоило ему увидеть в качестве преследователя маленькую слепую девочку с ОЧЕНЬ суровым выражением лица.





И у него даже были шансы оторваться благодаря знанию местных закоулков и многолетнему опыту побегов, но вырвавшаяся изо рта фраза, задевавшая честь и достоинство Поппи Бейфонг, решила судьбу.

— Что ты там сказал про мою маму?! — рявкнула взбешённая Тоф, выдвинув ногу и со всей силы запустив в беднягу такой мощный каменный дождь, что половина снарядов пробила некоторые дома насквозь, открыв вид на соседнюю улочку.

— *****! — Мужичку повезло. Он чудом умудрился избежать большей части камней, отделавшись лишь лёгкими ранениями, однако новая вырвавшаяся фраза ещё сильнее осложнила ему жизнь.

— Прибью, гадёныш! — Натурально взревела наследница Бейфонгов, остановившись и сцепив ладони, послав в окружающие стены мощный заряд Чи.

Крак...

Из-за чего те резко сомкнулись, сдавив беглеца прямо вдоль туловища, выдав такой хруст, что даже находившийся неподалёку Якон зябко поёжился.

— Поймала! — Радостно воскликнула Тоф, нависнув над побеждённым врагом и всем весом придавив того к земле.

— Молодец, сестра, — саркастично сказал Якон, приблизившись к ней с помощью техники "Водного моллюска", пять щупалец которого использовались для передвижения, а три — для удержания случайных свидетелей, своими глазами видевших творящееся действо. — Ты не только половину органов ему в кашу превратила, но и чуть не спалила нас перед всем городом.

— Есть такое, — не стала отрицать очевидного гениальная покорительница земли. — Но ты же слышал его слова про маму. Как я могла его отпустить?

— Это единственное, что тебя оправдывает, — заметил маг крови, приземлившись рядом с ней и положив потерявших сознание свидетелей в сторону. — Ладно, займись заметанием улик. Я же подлечу нашего беглеца.

— Хорошо, — не стала спорить Тоф, отойдя в сторону и начав приводить улочку в порядок, пользуясь своим мастерским контролем покорения земли. Потом её ждала другая работа, не менее тяжёлая и кропотливая: в кратчайшие сроки обработать и загипнотизировать трёх человек, используя технику, выученную лишь недавно и через силу. Всё же Дай Ли, даже несмотря на своё проигрышное положение, сопротивлялись до последнего, отказываясь делиться величайшими секретами своего мастерства.

— Так, просыпайся и смотри сюда. Ты ничто, лишь мелкий лист, плывущий по реке жизни… — К их сожалению, Тоф не зря называли одним из гениальнейших магов своего времени. То, на что элита тайной полиции Ба Синг Се тратила годы упорной учёбы и тренировок, ей понадобилась неделя тщательного наблюдения и анализа с помощью сейсмочувствительности.

Ведь как говорил её учитель:

«Главное — понять принцип, а остальное придёт само».

Так и случилось. Прошло всего полчаса, и три прохожих, случайно увидевших то, чего не следовало, не помнили последние несколько часов своей жизни, искренне считая, что провели их в своих кроватях.

— Как он? — Спросила выдохнувшая Тоф, обернувшись в сторону брата, который почти закончил свою работу.

— Всё в порядке, — ответил парень, стоя над отключившимся шпионом. — Были небольшие проблемы с органами, но я справился.

Тут он многое недоговаривал, ведь Тоф, слишком перестаравшись, раздробил в кашу не только органы, но и половину ребер. Из-за этого Якону пришлось задействовать все свои навыки, начиная "банальным" исцелением и заканчивая микроконтролем кровеносных сосудов, дабы избежать внутренних кровотечений. О том, насколько это трудно, можно было судить по используемой им воде, потерявшей прозрачность и приобретшей насыщенный розовый цвет. Это был своеобразный символ того, насколько тяжелой была операция. Ведь даже такой монстр покорения воды, как Якон, не смог все сделать идеально.





Но главное было сделано: так желанный ими информатор был найден. А значит, оставалось лишь отнести его в гостиницу и провести экспресс-опрос, дабы выяснить, что за ерунда творится на Архипелаге и кто несет за это ответственность.





***





В то же время.





Закрытая таверна где-то в трущобах, Порт Лао-Ши, остров Мингаку, северный регион Архипелага.





Тем временем в одной из многочисленных забегаловок, обычно используемых только местными работягами, собралась очень пестрая компания. Мужчины и женщины разных возрастов, социальных статусов и происхождения молча сидели под светом тусклых восковых ламп, медленно переводя взгляды друг на друга.

Единственное, что их объединяло, — тонкие стальные кольца, плотно прилегающие к шее, которые неназванные люди старались всеми силами спрятать.





— Итак, как всё прошло? — Взял слово один из них, крепко сжимая обеими руками чарку с вином.

— Нормально. Всё в рамках ожидаемого, — ответил ему одна из женщин, полчаса назад наблюдавшая за происходящим на площади из окна своего дома. — "Болванчики" выполнили свою задачу. Теперь народ ещё больше обозлился на правительство и вояк, а последние будут вынуждены начать проверку в поисках несуществующих предателей.

— Всё, как мы и планировали, — сказал второй мужчина, протирая изрытую язвами лысую голову. — Проблема в том, что один из наших наблюдателей, приставленных к команде Аватара, попался.

— И как много он знает? — спросила следом одна из неизвестных.

— Немного, — ответил лысый, сцепив руки в замок. — Лишь про своё задание, расположение одного из укрытий и про грядущую операцию в регионе Аньхой.

— Одним словом, ничего важного, — с облегчением выдохнула женщина, почти распластавшись по столу, как вдруг первый заговоривший со всей дури ударил по нему кулаком.

— Довольно! — рявкнул он, яростно оглядев каждого из присутствующих. — Мы больше не можем это откладывать. Либо решаемся, либо нет.

За что получил пять недовольных, полных сомнения и опаски, взглядов.

— Ты серьёзно? — спросила последняя участница разговора. — Выступить против господина? Натравить на него команду Аватара? Его учеников? Это самоубийство!

— У нас нет другого выхода, — возразил говоривший, проведя рукой по седой шевелюре и посмотрев ей прямо в глаза. — Ты сама понимаешь. Скоро за этот регион возьмутся всерьёз. Охраны станет больше. Проверки — жёстче. Люди настороженней, а значит, наши успехи резко сократятся. Тебе надо говорить, что это значит?

— Меньше успехов — меньше хороших новостей, — начал проговаривать логическую цепочку лысый. — Меньше хороших новостей — меньше внимания столичного филиала. Меньше внимания столичного филиала — меньше вероятность, что у нас получится встретиться с лидером. Особенно сейчас, когда он опять пропал в мире духов и почти не показывается на людях.

— А без этой встречи мы рано или поздно обречены на смерть, — сказал седой, аккуратно дотронувшись до холодного металла ошейника. — Нужно что-то делать. И если план господина Улиня выгорит, мы наконец-то избавимся от лидера. Снова станем свободными. Разве ради этого не стоит рискнуть?

Воцарилось молчание. Бывшие бандиты, а ныне главные враги Народа Огня, внимательно обдумывали сказанное, взвешивая все за и против, дабы решить — рискнуть или продолжить плыть по течению, надеясь на чудо.

Ответ был закономерен.

— Тогда меняем наши планы, — сказал седой, вставая и оглядывая взбодрившихся товарищей. — Ждём, пока команда Аватара прибудет в Аньхой, а затем показываем им во что превратился их учитель. Во всех красках.





Заметка на полях для фанатов Темпера: вышла моя первая ОВА. Кому интересно почитайте.





Глава 4. Новое поколение. Часть 1. Поступление.


100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два месяца после начала терорра.

Две с половиной недели до дня Черного Солнца, полтора месяца до прилета кометы Созина.

Три дня спустя.





Безымянные холмы, неподалеку от города Мулат, провинция Аньхой, остров Линдин, северный регион Архипелага.





— Итак, что будем делать? — спросил недовольный Сокка, усевшись рядом с дрыхнущим Аппой и почесывая растрепанные влажные волосы. Холодный душ, устроенный злой Катарой, которую он спросонья назвал Юи и попытался обнять где не следует, не лучшим образом повлиял на настроение командного стратега. В отличии от всех остальных…

Хотя даже без этого настрой у парня был аховый, ведь информация, полученная благодаря Якону и Тоф, чуть не заставила его схватиться за голову. Мало ему было беспринципных Дай Ли, доставивших им кучу проблем во время пребывания в Ба Синг Се, и инфантильного царя, до последнего отказывавшийся поверить в их слова, теперь кто-то подобный объявился на Архипелаге. Тайная организация, устраивающая террор, провокации, и даже атаки на мирных жителей, стравливая последних с правительственными войсками.

Да, может, похищениями и промывкой памяти они не занимались (и то не факт, учитывая произошедшее на площади того порта), но их цель, состав и возможности всё ещё оставались для Команды Аватара тайной за семью печатями. С Дай Ли было легче: они знали имя их лидера, знали об его желаниях и слабостях, знали о возможностях его подчинённых. Это в купе с помощью Бая Бейфонга, дедушки Тоф, оказавшегося очень уважаемым и влиятельным придворным, помогло им одержать быструю и безоговорочную победу.

Но теперь…

Единственное, что они знали, — это то, что есть некая Организация. Есть Лидер, которого все, включая верхушку, до одури боятся. Что он обладает какой-то особой, сверхсильной магией и способен взрывать головы даже на расстоянии в сотнях ли от себя. На том моменте вся их компашка разом побледнела, особенно Якон, прекрасно представляющий, насколько сложно взорвать человеку голову. Одно дело — управлять кровью и контролировать отдельные части тела, что юный покоритель мог делать даже в новолуние.

Вот только взрывать…

У каждого живого человека есть Чи. Вне зависимости от того, покоритель он или нет. У кого-то больше, у кого-то меньше. Всё зависит от родословной и самого человека, а точнее, его стиля жизни. Так, маги, благодаря постоянному использованию жизненной силы, за счёт которой и совершалось покорение, постоянно увеличивали свои запасы, живя гораздо дольше простых смертных.

Последние тоже могли развивать свою Чи. Яркий тому пример — клан Тай, который благодаря своему уникальному боевому искусству мог ограниченно управлять этой энергией и совершать вещи за гранью человеческих возможностей.

К чему все эти слова? Даже в самом слабом старике есть капля Ци, способная с просто невероятной силой и эффективностью противостоять любой внешней энергии. Именно поэтому даже Якон, гений магии крови, был способен контролировать только определенную часть тела, а Фен, одна из лучших палачей Народа Огня, могла использовать бесцветное пламя только полчаса в день.

Взрывать головы, находясь за сотни ли от человека? Либо во главе безымянной Организации стоял настоящий монстр, по силе превосходящий даже Аватара, либо применялась сложная и очень тонкая магия, что тоже не принижало опасность неизвестного Лидера.

— Без понятия, — ответила Тоф, развалившись на заранее высушенной Яконом траве и пожевывая свежую соломинку. — Мы ничего не знаем. Мы ничего не понимаем. Единственное, что нам известно — это некая крупная школа, в которой эти чудики хотят устроить какую-то гадость.

— Зуко, может, у тебя есть идеи? — обратился к замершему в стороне принцу Сокка. — Ты же наследник этой страны. Должен многое о ней знать.

— Бывший наследник, — поправил его шрамированный, уточнив важный момент. — Но идеи и вправду есть. Пока мы летели сюда, я вспомнил, что здесь, в окрестностях Мулата, находится крупная закрытая академия для детей военных и гражданских чиновников.

— Детей-военных? — переспросил его Аанг, недоуменно на того посмотрев. — Народ Огня даже детей призывает на войну?

Такая постановка вопроса сразу заставила Зуко ощутимо смутиться, но тут ему на помощь пришел Якон.

— Такие места существуют и в Царстве Земли, — заметил он, помешивая ароматный булькающий бульон, подогреваемый силой Катары. — Это распространенная практика, когда детей высокопоставленных дворян и торговцев отправляют в военные академии, дабы в будущем они могли построить военную карьеру.

— Но это неправильно! — возмутился Аанг, сжав кулаки. — Растить людей воинами, чтобы те убивали других, плохо!

— Согласен, — кивнул принц, к удивлению остальных согласившись с юным Аватаром. — Только ты должен понимать, что изначально подобные места создавали не ради завоевательных войн. Изначально в людях, вышедших из таких школ, взращивали верность к своей стране и народу, приучая быть их защитниками, а не захватчиками, отнимающими земли у других племен.

— Защитники, а не захватчики, — поддакнул стоявший рядом Сокка, задумчиво потирая подбородок. — Хорошо звучит.

— Возвращаясь к школе, — не обратил на это внимания Зуко. — Хоть мои слова и прозвучали так, будто там готовят только солдат Народа Огня, в первую очередь это место, куда адмиралы и генералы могут отправить своих детей, не беспокоясь об их безопасности. Эта Организация, видимо, узнала об этом и планирует атаку на школу.

— Атаковать детей… — задумчиво протянул Аанг, а затем резко вспыхнул. — Вот уроды!

Что из его уст прозвучало как самое страшное оскорбление.

— Согласен, — кивнул Якон, добавляя в их будущий обед щепотку соли. — Нужно что-то делать. Война войной, но убивать простых людей, а тем более детей нельзя.

— Что? — спросила, вставшая с травы, Тоф. — Сидеть и наблюдать, что там происходит? Тупость несусветная.

— Почему? — уточнил поникший Аватар, который уже достал из-за спины планер и хотел предложить подобную идею.

— Ты забыл, что произошло на площади в том городишке, Быстрые ноги? — хмыкнула Бейфонг, повернувшись в его сторону. — Те уроды смогли попасть даже в охрану посла Хозяина Огня. Если захотят, они и внутрь этой школы проникнут.

— И что ты предлагаешь, Тоф? — встала на защиту Аанга Катара, выйдя вперед.

— Честно? Не знаю, — ответила девочка, пожав плечами. — Сидеть и ждать — не вариант, а проникнуть внутрь…

— Не получится, — перебил ее хмурый Зуко, сложив руки на груди. — Кроме меня никто из вас не сможет нормально сойти за местного. Вас раскусят через пару дней.

— Это почему?! — возмутилась Катара, всплеснув кулаками. — Думаешь, мы не умеем маскироваться? Или держать язык за зубами?

— Нет. Дело в другом, — покачал головой изгнанный принц. — Может, в Колониях или на окраине Архипелага этого не заметят, но в элитной школе, где работают лучшие учителя и учатся сливки общества Народа Огня, вас раскусят сразу. Даже не по акценту или плохо продуманной легенде, а по глазам.

— Глазам? — переспросила девушка, не сразу поняв, о чем идет речь.

— Цвету глаз, присущему каждому народу, — вместо Зуко ответил ей Якон. — У Народа Огня обычный цвет глаз — золотой или карий. В крайнем случае — серый. Наши с тобой голубые глаза будут слишком выделяться.

— Хм-м… значит, остаются Аанг и Тоф, — заметил Зуко, окидывая взглядом замершую парочку.

— Не вариант, — сразу отверг идею маг крови, закрыв сестру собственным телом. — Тоф слепа. Это видно сразу.

— Ее даже на порог не пустят, — согласно кивнул обладатель шрама на половину лица. — Но вот с Аангом…

От его задумчивого тона все разом повернулись, внимательно осматривая юного Аватара, сидевшего на камне и задумчиво разглядывающего небо.





— Его серые глаза нам даже помогут, — продолжил Зуко, задумчиво водя указательным пальцем по подбородку. — Скажем, что приходимся дальней родней клана Тай.

— Благодаря волосам татуировок на голове почти не видно, а руки можно скрыть специальными повязками, — добавил Якон, скрестив руки на груди.

— Хорошее владение покорением огня уберет все остальные вопросы, — подвел итог Сокка, мысленно уже начав составление плана по внедрению самого опасного врага Народа Огня в одно из его самых охраняемых учебных заведений. Вот только ни он, ни вся остальная команда даже не представляли, сколько проблем и трудностей принесет им это решение.





***





Два дня спустя после того разговора.





Все те же безымянные холмы, неподалеку от города Мулат, провинция Аньхой, остров Линдин, северный регион Архипелага.

С добычей всех необходимых документов и первичной легализацией проблем не возникло. Когда у вас в команде есть покоритель крови и маг земли, обученный техникам гипноза, поймать и обработать одного из чиновников местной администрации не представляло особых сложностей.

Проблемы начались потом.

Да, команде Аватара повезло: школа принимала не только элиту Народа Огня, но и детей простых мирян, живших в нескольких соседних городах. Сделано это было специально, еще позапрошлым Хозяином Огня — Созином, дабы элиты не отдалялись от своего народа и учились чувствовать границы дозволенного.

Вот только это не значило, что зачислиться в эту школу было легко. Кроме идеального табеля по успеваемости и отсутствия выговоров в личном деле, нужно было пройти собеседование тет-а-тет с директором, ибо последнее слово о зачислении всегда оставалось за ним.

— Что будем делать? — за день до злополучного разговора спросил Сокка. — Кроме Аанга, там должны будут присутствовать "родители". Есть идеи, кто это может быть?

— Будто у нас есть выбор, — устало вздохнув, ответил Якон. — Матерью будет Катара. Больше некому. Отцом — Зуко. Только он знает достаточно об Архипелаге, чтобы ответить на все сложные вопросы.

— Хорошая идея, но ты кое-что забыл, — заметила принцесса Юга, указав сначала на собственное лицо, а затем на шрам Зуко. — Как бы я ни старалась, но сойти за мать Аанга я не смогу, а шрам нашего принца не узнает только слепой.

— Не проблема, — ответил ей юный Бейфонг, над ладонью которого сформировался шарик с водой. — Дайте мне пару минут.

— Что ты хочешь сделать?.. — спросила насторожившаяся Катара, резко побледнев, увидев предвкушающую улыбку своего товарища.

— Применить один интересный навык, которому я научился благодаря одной массажистке из Ба Синг Се, — сказал Якон, чьи пальцы покрылись тонким слоем воды, которая местами потемнела, а кое-где — посветлела. — Не волнуйтесь, это не больно. Сначала. Но потом все будет хуже. Гораздо хуже.

В ту ночь над холмами неподалеку от Мулата долго раздавались возмущенные крики и стенания, а вся оставшаяся команда Аватара опасливо посматривала на своего друга целую неделю, не желая ощутить подобное на себе. Только Тоф не просто не уменьшила количество подколок над своим сводным братом, а наоборот, увеличила, добавив ему новое прозвище.

Морщинистые ладошки.





***





На следующий день.





Комната ожидания, тайная элитная школа Народа Огня, окраина города Мулат, провинция Аньхой, остров Линдин, северный регион Архипелага.





Горячее южное солнце немилосердно палило над крышами аньхойской Королевской академии имени адмирала Чао, однако в приемной, ведущей в кабинет директора, воздух казался ледяным. Это был холод, исходящий от "госпожи Каи" — высокой, статной женщины, облаченной в яркие дорогие одежды, под маской которой пряталась юная покорительница воды.

Катара стояла, чуть прищурив свои ярко-голубые глаза, сильно выделявшиеся на общем серо-коричневом фоне. Её лицо, обычно молодое и жизнерадостное, застыло в маске высокомерного недовольства, а едва заметные морщины и складки придавали ей еще больше строгости и стати. Создавалось полное впечатление, что здесь сидела суровая и уверенная в себе госпожа, чей возраст выдавали лишь те самые, недавно упомянутые, морщины.

Забавно, но это был не грим. Это был сложнейший комплексный эффект, ставший возможным благодаря уникальной технике, созданной Яконом. Тот, пользуясь своим контролем над кровью и жизненной силой, сумел закупорить несколько сосудов, а также откачать избыток жизненной силы, благодаря чему дица Зуко и Катары, которым в этом году едва исполнилось шестнадцать и семнадцать соответственно, умудрялись выглядеть так, словно им недавно пошел третий десяток.

Удивительная техника, вызвавшая восторг у каждого в команде Аватара, вот только самим "актерам" было не до восторга. Техника перекрывала ряд важнейших кожных капилляров, отчего их лица невероятно болели, а скулы, где скапливалась неиспользованная кровь, горели лихорадочной, нездоровой краснотой. От чего создавалось впечатление, будто пришедшие на встречу мать и отец друг друга терпеть не могут.

К тому же Зуко приходилось еще хуже. Его шрам, замаскированный с помощью тонны пудры и полностью обескровленный, дабы не потел, ужасно болел, медленно подтачивая его и так не железобетонное самообладание. Ничего удивительного, что еще на подходе к школе они с Катарой начали ругаться и обмениваться колкими репликами.





— Перестань так на меня смотреть, — прошипел он сквозь зубы, не разжимая губ. — Ты выглядишь так, будто хочешь меня придушить, а не любящая супруга.

— Я изображаю строгую жену, вынужденную срочно устраивать ребенка в школу, — парировала Катара, и её взгляд стал еще острее. — А ты ведешь себя как старик с несварением. Стой смирно и не мельтеши. Не хватало, чтобы директор что-то заподозрил.

Аанг, стоявший между ними, кожей чувствовал, как между его друзьями натурально проскальзывают искры. Да, они и раньше ругались, но такого накала страстей он не помнил со времен событий в Ба Синг Се.

— Ребята, вы выглядите… убедительно. Очень. — Попытавшись уменьшить градус, сказал он, рефлекторно поправил высокий воротник, скрывающий татуировки, и неловко кашлянув. — Почти как настоящие сердитые взрослые.

— Мы и есть взрослые! — Одновременно рявкнули Зуки и Катара, чуть не заставив бедного Аватара забиться в ближайший угол. Слишком раздраженными, даже злыми, ему показались собственные товарищи.

Слава Духам, ждать им осталось недолго. Через несколько минут двери кабинета директора распахнулись, приглашая их зайти внутрь. В самом кабинете, как и ожидалось от подобного места, пахло старым пергаментом и дисциплиной. Шкафы, заваленные документацией, которая была скрупулезно разобрана. Широкий стол с писчими принадлежностями. И небольшой, строгий стул, за которым сидел ранее упомянутый директор, которого звали Акон.

Сам чиновник, бывший сухопарым мужчиной с цепким взглядом и тонкими, мозолистыми пальцами, окинул посетителей профессиональным, подозрительным взором, ища намеки на будущие проблемы. Первым его осмотру подвергся ребенок, оказавшийся стандартным мальчиком 12 лет, выделившимся лишь серыми, подвижными глазами. Но затем его взор задержался на Катаре. Та не отвела взгляда — в ее глазах, полных злости и раздражения, читалась такая властная суровость, что еще не старый чиновник невольно выпрямил спину.

— Господин Ли, госпожа Кая, — Акон кивнул, уперев ладонь в кулак, выполнив традиционное приветствие. — Рад видеть вас в наших краях. Предлагаю сразу перейти к делу.

— Как пожелаете. — Кивнула Катара, царственно пройдя внутрь и окинув кабинет пренебрежительным взглядом, зародив у мужчины ряд подозрений.

— Если верить документам, вы прибыли с южных островов по делам и хотите перевести своего сына… — Тут директор кинул короткий взгляд на документы, лежавшие на правой оконечности стола. — Кузана, на обучение в нашу школу.

— Именно так, — голос "господина Ли", вставшего по правое плечо от "жены", прозвучал низко и вибрирующе. Он слегка приподнял подбородок, начав смотреть на директора сверху вниз, создавая определенное впечатление, должное сыграть им на руку. — Наша семья часто разъезжала по стране, поэтому наш сын долгое время был предоставлен самому себе. Мы с супругой считаем, что это расслабило его. Ему нужна… твердая рука. Такая, как ваша.

Небольшая, аристократическая лесть сработала идеально. Акон приосанился, переключив все внимание на разговор, а не на попытку понять, кто стоял перед ним. Простые купцы или чиновники, путешествующие по стране, или аристократы под прикрытием, исполняющие какую-то важную миссию. Наверняка тайную и от самого Хозяина Огня.

Забавно, но что-то подобное Сокка и Якон планировали, когда прописывали характеры их "персонажам" и продумывали весь грядущий разговор, дабы дать Аангу идеальный старт в его новой школе.

— Про твердую руку я не шутил. Наша семья всегда отличалась пылким темпераментом, — добавил Зуко, стараясь всеми силами абстрагироваться от зуда под гримом. — Я сам выходец с Угольного острова, а моя жена приходится дальней родней южной ветви клана Тай. Сами понимаете, какая это гремучая смесь.

Тут директору оставалось только кивнуть. Весь Народ Огня знал про горячую кровь жителей Угольного острова, способных дать в нос даже высокопоставленным чиновникам, а про женщин клана Тай и говорить не стоит. Тот факт, что из семи наследниц этой семьи еще никто не вышел замуж, а счет поколоченным поклонникам уже скоро пойдет на сотню, говорил о многом.

— Мы хотим, чтобы Кузан научился направлять свою энергию в правильное русло, — вступила в разговор Катара, положив ладонь на плечо вздрогнувшего Аватара. — На службу Хозяину Огня.

Акон лишь кивнул и, выйдя из-за стола, подошел вплотную к Аангу. Тот замер, почувствовав себя мышкой перед голодным питоном.

— У мальчика странный взгляд, — заметил директор, поправив очки в тонкой оправе. — Слишком спокойный для выходца из семьи с таким… — он посмотрел на раскрасневшихся "отца" и "мать", — природным жаром.

— Это семейное, — отрезала Катара, скрестив руки под грудью. Её глаза сверкнули опасным блеском. — Внешнее спокойствие скрывает бурю. Поверьте, стоит ему почувствовать себя в своей тарелке, как вся академия вздрогнет. Энергии в нем на семерых.

Чиновник на мгновение замялся. Он не знал почему, но эти мужчина и женщина пугали его больше, чем любая инспекция из столицы. Было в их глазах что-то опасное, сильное, будто он стоял перед каким-нибудь важным генералом или вообще — членом правящей семьи. Своей чуйке он привык доверять. Именно она позволила ему всего в 40 лет занять должность директора элитарнейшей академии с вполне очевидными карьерными перспективами.

Ведь еще несколько лет, и его переведут в столицу, где тот сможет занять важное положение в Совете Образования, а при определённой удаче — вообще возглавить его, став одним из министров при Хозяине Огня. Ерепениться сейчас и рисковать своим будущим?

Еще чего.

— Безусловно, — сказал Акон, прочистив запершило в горле. — Кузан, ты же у нас покоритель. Будь добр, покажи мне базовую стойку.

Аанг послушно сделал выпад, ударив кулаком и сместив свой центр тяжести на ноги. Безупречно. Мощно. Чистая техника Народа Огня, отточенная часами спаррингов с Зуко, в глазах чиновника стала ещё одним аргументом в пользу высокого прохождения этой семейки. Ибо, обучив покорению огня целые поколения аристократов и простых людей, он научился понимать, где грубая техника, а где искусство, выпестованное целыми поколениями.

— Впечатляет, — признал Широ. — Хотя я не увидел огня.

— Это было бы лишним, — заметил Зуко, бросив на Аанга короткий взгляд. — Мы запретили ему использовать покорение вне тренировочного зала. Лишний риск — признак дилетанта.

«Значит, он слишком силён», — сразу понял подоплёку директор, ещё раз окинув взглядом эту странную троицу: высокий, напряжённый мужчина, в чьих движениях отчётливо сквозила привычка повелевать, жёсткая женщина с глазами цвета штормового океана и мальчик, который улыбался слишком ярко и искренне для этого места.

— Хорошо. Я принимаю его, — решил он не лезть не в своё дело, проигнорировав все странности. — Запомни, Казан, занятия начинаются через два часа после восхода Солнца. И… госпожа Кая, — тут Акон на мгновение замялся. — Возможно, вам стоит обратиться к лекарю. Ваш румянец… выглядит весьма необычно.

На что Катара лишь одарила его ледяной улыбкой, от которой у бедного чиновника отчётливо пошли мурашки по коже.

— О, не беспокойтесь, господин директор. Это просто избыток жизненной энергии. Мы очень… горячая семья.

Когда они вышли за ворота академии и свернули в один из многочисленных лесов, окружающих учебное заведение, она резко выдохнула, перестав держать лицо, перекосившееся от испытываемой ею боли. Зуко недалеко от неё ушёл: пошатнувшись, он прислонился к ближайшему дереву и стал жадно хватать ртом воздух, пытаясь соскрести с лица ненавистный грим.

— Больше… никогда… — выдохнул принц, расстёгивая верхнюю пуговицу халата. — Чтоб ещё раз подпустил к себе Якона… Я думал, что помру…

— Зато он поверил! — жизнерадостно сказал Аанг, похлопав его по плечу. — Ты видел его лицо? Он вас боялся. Как Сокка и планировал!

— Вот пускай он в следующий раз и идёт, — ответила Катара, с помощью целебной магии приводя в порядок собственное кровообращение. — А то нашлись… выдумщики.

На что Зуко яростно закивал, вскоре получив аналогичное лечение, а Аанг лишь завёл руки за спину и радостно улыбнулся. Ведь своей главной цели они достигли — он поступил в академию, а значит, когда таинственная Организация нападёт, он будет рядом и сможет всех спасти. Как и полагается настоящему Аватару.





***





Так и началась долгая неделя, в течение которой юный Аватар должен был каждый день просыпаться и идти на уроки наравне с детьми Народа Огня.

Для самого Аанга школа стала настоящим испытанием, ибо сильно контрастировала с его первоначальными ожиданиями. Изначально, входя под своды этого учебного заведения, он ожидал увидеть суровую муштру, угнетение и полное подавление личности, но обнаружил нечто куда более сложное: сочетание строжайшей дисциплины и искренней, почти семейной заботы.

Уроки начинались с ритуального поклона портрету Хозяина Огня, с зачитыванием всех необходимых клятв и государственного гимна, что могло сильно помочь им в будущем при поступлении на государственную или военную службу.





Здесь пропаганда была не криком, а фоновым шумом, естественным, как дыхание. Например, та же учительница истории с благоговением рассказывала о "великой миссии" их народа, заключающейся в распространении просвещения и процветания по всему миру. В её словах не было злобы, обращённой к другим народам. Только глубокая, искренняя убеждённость в том, что мир без руководства их нации погрузится в хаос. Для юного Аватара, последнего выжившего воздушного кочевника, было невероятно болезненно видеть, как уничтожение его собственного народа преподносится как "вынужденная мера ради порядка".

Однако, когда сухая идеология заканчивалась, начиналась настоящая жизнь. Аанг с удивлением заметил, с какой теплотой учителя смотрят на своих воспитанников. В свободное от зубрежки время строгая наставница могла мягко поправить воротник ученику или с гордостью потрепать по плечу ученицу, у которой наконец-то получилось выполнить сложнейшее ката покорения огня. Это была любовь, но любовь очень специфическая — не как к детям, а как к будущим героям, которым предстоит повести Народ Огня дальше, в прекрасное светлое будущее.

Даже отношения между учениками были необычными. Вместо разделения на богатых и бедных, талантливых и бездарностей, аристократов и плебеев, как об этом рассуждал Якон, Аанг видел единый, хорошо спаянный коллектив, где не было изгоев или одиночек. Было ли это заслугой учителей или стараниями самих учеников, но это не могло не подкупать. Особенно такого человека, как Аанг, старавшегося видеть в людях только хорошее. Всего через несколько дней в его глазах ученики стали не будущими врагами, с которыми ему когда-нибудь придётся бороться, а простыми детьми, окутанными уютным коконом лжи, делавшим их преданными тираничному, лживому режиму.

Так, сидя на уроках музыки, когда флейты выводили пронзительные мелодии, звуки гуциней пронзили воздух, а барабаны мягко ревели, Аанг на мгновение забывал, что он — Аватар, посланный в стан потенциального врага. В такие моменты школа казалась ему не тюрьмой, где всем медленно промывали мозги, а тихой гаванью.

Местом, где он мог быть не Аватаром, последним магом воздуха, а простым мальчишкой с обычными мечтами, обычными заботами, обычным, ничем не выделяющимся детством. Но как только взгляд падал на гобелен с изображением Хозяина Огня, с вышитой на заднем плане кометой, его сердце сжималось. Он видел любовь учителей, видел дружбу ребят, но понимал: вся эта красота и верность построены на костях его народа и стремлении сотворить то же самое с остальными. Это отрезвляло и напоминало: насколько бы хорошими ни были местные ученики и преподаватели, они служили человеку, мечтавшему захватить весь мир и поработить остальные народы.

И что самое поганое — они не видели в происходящем никакой проблемы. Это расстраивало и угнетало.

Так дни сменялись днями, начав постепенно перерастать в рутину, пока школу не потрясла ужасная новость. Директора Акона нашли мертвым в собственном кабинете, а на его место срочно присылали нового преподавателя, должного его заменить.





Глава 5. Новое поколение. Часть 2. Пламя


100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два с половиной месяца после начала террора.

Полторы с половиной недели до дня Черного Солнца, меньше полутора месяцев до прилета кометы Созина.





Неделю спустя.





Королевской академии имени адмирала Чао, окрестности города Мулат, провинция Аньхой, остров Линдин, северный регион Архипелага.





Новость о гибели директора Акона стала настоящим шоком для всей школы: как для учителей с немногочисленными поварами, уборщицами и прачками, так и для самих учеников. Первые уважали директора, умудрявшегося совмещать управляющую должность, справедливо распределяя блага и премии между остальным коллективом, и учительскую, качественно обучая детей более продвинутому покорению огня. Тот факт, что за десять лет его практики из академии выпустились четыре признанных мастера, многого стоил.

Со школьниками была та же самая история. Да, многие ворчали или хулили директора, называя его занятия скучными, неинтересными или слишком жёсткими, вот только это была банальная подростковая бравада, нежелание хвалить "угрюмого и противного" взрослого. В этом не было ничего страшного, ибо таковы дети, бунтующие и ограниченные своим маленьким, надуманным миром.

Вот только стоило им чего-то лишиться, как понимание обрушивалось снежным комом, набатом ударяя по их неокрепшей психике.

— Ты как, Санна? — спросил Аанг у девочки, сжавшейся в комочек в углу кабинета и тихо плакавшей.

— Всё, хмык, хорошо, Кузан… — ответила обычно неунывающая обладательница двух пучков, посмотрев на Аватара красными, опухшими глазами. — Просто… хнык… Мне так грустно… Директор… Он был хорошим человеком. Учил меня магии. А я… хнык… почти не слушала его, а некоторые занятия вообще прогуливала. А теперь его нет… Мне так плохо, Кузан...

— … — Аанг не стал ничего говорить. Лишь молча присел рядом, приобнял одноклассницу за плечо и позволил той выплеснуть всю накопленную грусть и печаль, которой оказалось слишком много.

Ибо для большинства детей, живущих здесь на полном пансионе, возвращаясь домой всего раз в году, на новогодние каникулы, Акон был не просто директором. Он был крёстным отцом, который присматривал за ними, давал наставления, молчаливо поддерживал, улаживал споры, а когда нужно — мирил, прибегая к самому универсальному средству: кулаку.

Оттого для большинства детей, хоть и воспитанных в высокопоставленных, аристократических семьях, такая потеря стала настоящим ударом. Особенно сейчас, когда они своими глазами увидели, как тело их директора, раздувшееся, фиолетовое, воняющее трупным ядом, вынесли на центральный атриум школы и быстро сожгли, боясь распространения неизвестной заразы.

«Мне тоже было плохо, когда я увидел Гиацо» — Подумал Аанг, вспомнив человека заменившего ему наставника, друга и отца.

Все, начиная миссис Кван, заместительницей Акона и преподавательницей истории, заканчивая самым несмышлёным и наивным школьником, понимали: в стенах Академии произошло отравление, а значит, неприятности, недавно настигшие весь Народ Огня, могут скоро нагрянуть и к ним.

Неизвестно откуда.

Неизвестно с какой стороны и от кого.

Но одно Аанг понимал — его беззаботным школьным дням, которые он провел в этих стенах, в один момент пришел конец.





***





Тот же день, вечер.





Лагерь команды Аватара, окрестности города Мулат, провинция Аньхой, остров Линдин, северный регион Архипелага.





— Итак, они проявили себя, — сказал Сокка, не открывая сосредоточенного взгляда от костра. — Наконец-то.

БАМ!!!

За что сразу получил черпаком по башке и два недовольных, злых взгляда.

— Наконец-то?! — Возмутилась Катара, ещё раз замахнувшись на старшего брата. — Ты хоть понимаешь, что несёшь? Человека убили. Хорошего человека. А ты радуешься?!

— Ты поняла, о чём я! — Воскликнул обладатель сбившегося набок ирокеза, в панике прикрываясь руками. — Я не это имел в виду!

— Ах, не это имел в виду? — Обманчиво ласково прошипела обладательница спокойных голубых глаз и ни капельки не спокойного гонора. — Тогда, может, мне тебе ещё пару ударов прописать, чтобы ты наконец научился следить за своим языком?

— Нет! Нет! Катара, не надо… — Закричал Сокка, начав отползать назад, в попытках скрыться от заслуженной кары. Однако справедливость оказалась быстрее.

Бам…

Звук ещё одного удара разнёсся над холмистыми равнинами Аньхоя.

— Началось, — фыркнул Якон, наблюдая за очередными догонялками между братом и сестрой. — Как же они надоели… Каждый день одно и то же.

— Ты так говоришь, словно наш карманный стратег получает ни за что, — заметила сидевшая рядом со сводным братом Тоф, покачивая только что помытыми и отскребанными ногами. Не самая любимая её процедура, но дядя давно приучил её к этому, используя два ультимативных аргумента. И если первый — "Если кожа огрубеет, ты станешь хуже видеть" — она ещё со скрипом принимала, то фраза "Ты же девочка" действовала на неё как красная тряпка для быка.

— Но бить-то его зачем? — Спросил покоритель крови, чей вопрос совпал ещё с одним столкновением чужого черепа и черпака. — У него и так голова каменная. Сколько ни бей, лучше не станет.

— Высокого же ты мнения о собственном товарище, — заметил сидевший напротив Зуко, с помощью собственного огня пропекающий куски заранее замаринованного мяса, не обращая внимания на творившееся вокруг непотребство. Уже привык, ведь за прошедшую неделю, пока Аанг ходил в школу, они были предоставлены сами себе.

Разговоры по душам, совместные тренировки, редкие ссоры, составление планов на будущее… Такая рутина позволила не только получше притереться друг к другу, отбросив даже те немногочисленные вопросы и претензии, оставшиеся между ним и остальной командой со времён Ба Синг Се. Теперь он мог смело признать — даже Катара, самая колючая и осторожная из всей группы, была готова доверить ему спину, даже несмотря на постоянное ворчание и бросаемые недовольные взгляды.

«А ведь именно она дала мне шанс. Без нее остальные меня бы точно не приняли», — невольно подумал Зуко, вспоминая события месячной давности: чайную, приглашение во Дворец, Дай Ли, Хрустальные пещеры и встречу, окончательно изменившую его судьбу.

Судьбу не просто изгнанного принца, желавшего одобрения отца и любви сестры, а будущего правителя, прекрасно осознавшего, в какую яму катится его страна.

И все это благодаря одной девушке, сейчас бегающей с половником и пытающейся огреть им своего старшего брата.

«Интересно, она хоть понимает, как после этого выглядит все ее ворчание и недоверие?» — подумал Зуко, переведя взгляд с догнавшей свою добычу Катары на хмурого Аанга, тоже наблюдавшего за этой картиной. — «Тяжело тебе с ней придется. Очень тяжело».

— Все! Хватит! — Через пять минут воскликнул обессиленный и знатно поколоченный Сокка, падая на свой спальный мешок. — Я все понял! Был не прав!

— Тото же, — сказала Катара, возвращая злополучный половник на место.

— Но это не отменяет главного, — заметил командный стратег, подняв указательный палец. — То, что мы так долго ждали, наконец началось. Организация сделала свой ход.

— Сделала, так сделала, но нам от этого не лучше, — фыркнула юная Бейфонг, скрестив руки на груди. — У нас нет ни одной догадки, что они задумали.

Что было правдой.

Ведь последнюю неделю они не сидели сложа руки. Используя сильнейшую облачность, царившую в небе над провинцией, они облетели огромные территории центрального острова Архипелага, желая узнать, что это за Организация, какие у нее планы и методы действий.

Итоги были неутешительными: пять крупных городов, пятнадцать сел, тринадцать деревень. Нигде не было и следа неуловимых карателей, а вот злых, как черти, жителей, разгулявшихся бандитов и агентов местного аналога Дай Ли — предостаточно. Настолько, что лицо Сокки даже появилось на листовках розыска, а Катаре и Тоф пришлось бежать, используя подземное плавание, после чего бедная южанка пол дня вычесывала песок из волос.

Вместо получения хоть какой-то информации они лишь привлекли к себе внимание, ибо теперь к городу стали медленно стягиваться информаторы, коих оба Бейфонга чувствовали за милю.

— Единственная наша зацепка — слова того шпиона и вчерашняя гибель директора, — сказал Сокка, сцепив ладони в замок.

— Уверен, это только начало, — кивнул Якон, благодарно принимая от Зуко кусок мяса и закидывая его в рот.

— Убийство — только начало. Дальше пройдет основное действие, — согласился с ним командный стратег, чей разум прогонял десятки самых разнообразных идей и предположений.

Вот только была одна проблема: Сокка был в первую очередь изобретателем и тактиком, способным разработать план любой сложности практически на коленке. Но анализировать и пытаться предсказывать действия других людей… у него получалось, и весьма неплохо, при одном условии.

Если "враги" действовали в рамках самого Сокки, которые были весьма узкими. Так, он бы никогда не смог предсказать случившееся на площади в порту, ибо ему такое даже в голову не пришло.

Взять в заложники военных, заставить тех ударить огнем по толпе, а затем каким-то образом оторвать головы…

Сокка, добрый и отзывчивый парень, которому в этом году только исполнилось семнадцать, до такого бы не только не додумался. Ему подобное было противно на самом глубоком, личностном уровне.

— Есть идеи, что будет дальше? — спросил он, скрестив руки на груди, обращаясь к Зуко и Якону.

— Должны прислать проверяющую комиссию, — ответил принц, нахмурив брови, от чего его шрам стал выглядеть еще более угрожающе. — Они проведут расследование, а затем назначат нового директора из старших преподавателей.

— Сколько это займет? — уточнил Сокка, в уме просчитывая дни.

— Обычно — от одной до трех недель. Все зависит от дальности и важности места. Но в случае Академии — от двух до четырех дней, — после недолгих раздумий ответил Зуко, впервые на своей памяти благим словом припоминая те немногие уроки по народному и управленческому праву, которые ему палками вбивали сначала наставники во Дворце, а затем дядя во время их скитаний.

— Долго, — заметил Якон, оперев голову на ладонь. — До Солнечного Затмения осталось всего одиннадцать дней, а мы до сих пор не провели разведку столицы и Врат Азулона. Без них атака царской армии рискует захлебнуться.

— … — Сокке было нечего ответить. С одной стороны, сказанное Яконом было чистой правдой, а с другой — просто взять и бросить детей, которых какие-то уроды решили обречь на гибель… В первую очередь ему подобное не позволяла совесть, а во вторую — Аанг, который скорее откажется от вторжения, чем бросит этих людей.

— Мы не бросим их, — сказал юный Аватар, решительно выйдя вперед. — Дождемся, когда Академия окажется в безопасности, а затем полетим в сторону Столицы. Времени у нас достаточно. Мы никого не бросим.

На этом их маленькое совещание было окончено. Никто не стал даже возражать последнему магу воздуха, молча разойдясь по своим спальникам и начав готовиться ко сну. Причина подобного была проста: хоть разум и играл не последнюю роль в решениях команды, но последнее слово всегда оставалось за сердцем и совестью, олицетворением которых с самого начала был Аанг.

Ибо важно было не просто победить врага, но и в конце не стать хуже него.





***





На следующий день.





Королевской академии имени адмирала Чао, окрестности города Мулат, провинция Аньхой, остров Линдин, северный регион Архипелага.





То, что дело нечисто, Аанг понял еще утром. Когда сразу после утренней клятвы перед портретом Хозяина Огня, которую юный Аватар привычно пропустил мимо ушей, их повели не на плац, отрабатывать ката покорения огня, а на атриум, расположенном у входа в академии. Там ровными рядами были выстроены все ученики школы, начиная самыми младшими, которым едва исполнилось 10, и заканчивая выпускниками 16-17 лет. Рядом с ними замерли учителя, не сводя напряженных взглядов с названных гостей.

— Кто это? — шепотом спросил последний маг воздуха, обратившись к своей подруге, которую вчера успокаивал.

Названными гостями оказались солдаты. Солдаты Народа Огня в количестве ста пятидесяти штук, во главе которых стоял высокий, облаченный в богатые, торжественные одеяния.

— Не знаю, — ответила девочка, крепко сжав кулаки. — Но они мне не нравятся.

Причина подобного была понятна. Если большая часть прибывших была детям знакома и понятна, ибо служила в местном гарнизоне, приходясь некоторым отцами или братьями, то вот сам чиновник и его сопровождающие в количестве пятидесяти штук вызывали здравые опасения. Красные глаза, хмурые лица, сжимающиеся и разжимающиеся ладони, напряженные позы, обнаженное оружие, взведенные арбалеты… Все это создавало ощущение, словно перед детьми замерли не люди, а бешеные тигробыки, только и ждущие шанса рвануть в атаку.

«Они странные», — подумал Аанг, невольно сдвигая центр тяжести, словно готовясь к неминуемому бою. Его интуиция, сплетенная из собственного опыта и сотен предыдущих жизней, буквально орала: дело дрянь! Грядет беда!

И стоило неизвестному чиновнику шагнуть вперед, как она стала в три раза громче.

— Меня зовут Линь Шан. Я особо уполномоченный инспектор, посланный правящим двором и самим Хозяином Огня, — возвестил он, раскинув руки, от чего широкие рукава повисли почти до земли. — Моя задача проста! Расследовать гибель директора Акона, найти виновного и сурово наказать. Правосудие будет быстрым, точным и кровавым.

Подобные слова не понравились никому из присутствующих, начиная учителями и заканчивая отцами-солдатами. Ведь даже школьникам становилось не по себе, когда жадные, полные безнаказанности и высокомерия, красные глаза с залегшими под ними черными мешками задевали их даже краем. Прибавьте к этому густые брови, оттопыренные уши, растрепанные, сальные волосы, длинный нос с горбинкой и неаккуратную редкую бородку — и получим человека, отталкивающего на каком-то инстинктивном, подсознательном уровне.





— Кхм, прошу прощения, господин Линь Шан, — вперед выступила преподавательница истории, поправив свои круглые очки в тонкой оправе. — Мы не ждали вас так скоро, поэтому не успели должным образом подготовиться.

— Это не имеет значения! — Взмахнув рукавом, рявкнул чиновник, сделав шаг вперед. — Повторюсь, я здесь ради правосудия. Быстрого и беспощадного. Кто последней заходил в кабинет покойного?

— Эм… Что? — С недоумением переспросила миссис Кван, нахмурив брови.

— Кто последний заходил в кабинет директора Акона, прежде чем его нашли мертвым? — С отчетливо слышимым недовольством переспросил инспектор, подчеркнуто жестко сцепив руки за спиной. — Ну? Неужели вы даже этого не узнали?

— Нет… Просто… — Не зная что сказать, произнесла заместитель почившего, прежде чем из толпы донесся голос.

— Это была Соха, — крикнул низкий, престарелый мужичок, преподававший в академии музыку. — Она испортила дорогую цитру, поэтому я отправил ее на дисциплинарное разбирательство.

— Дисциплинарное разбирательство, значит? — Повторил навострившийся Линь Шан, мигом став похожим на касатку, учуявшую кровь. — Вот и мотив! Выведите сюда эту Соху! Немедленно!

— Но господин инспектор… — Хотела было возразить преподавательница, как из задних рядов старших классов показалась высокая молодая девушка, облаченная в простые тренировочные одежды, обладавшая копной густых, вьющихся волос. Она даже слова не успела произнести, прежде чем два красноглазых солдата подхватили ее под руки и подвели к чиновнику, смотревшему на нее горящими, голодными глазами.

— Так значит, ты Соха? — Спросил он, наклонившись над ученицей, в уголках век которой уже начали собираться слезы.

— Д-да, — с трудом, заикаясь, ответила она, вцепившись пальцами в подол платья.

— Зачем ты отравила директора Акона? — Если до этого на площади и были слышны редкие перешептывания, в основном исходившие от самых маленьких детей, еще не умеющих читать атмосферу, то теперь здесь воцарилась полная тишина.

«Какого духа?» — Ругнулся про себя Аанг, едва сумев сдержать себя в руках. Не в последнюю очередь благодаря новообращенным друзьям, крепко удерживающим его за руки. — «Да он же ее сразу обвинил. Даже вопрос задал так, что любой ответ прозвучит как оправдание».

— … — Ничего удивительного, что ошеломленная Соха даже ничего сказать не смогла. Лишь продолжила смотреть в глаза инспектора, задыхаясь от страха, паники и злости. Ибо мысли, как у Аанга, были у всех. Даже самых недалеких.

— Даже не стала отрицать, — ухмыльнувшись, сказал Линь Шан, еще ниже склонившись над девушкой. — Это хорошо. Значит, осознаёшь свою вину. Осталось последнее — расскажи мне, зачем ты это сделала и откуда у тебя взялся такой дорогой и редкий яд?

— Я не… — попыталась было оправдаться девушка, как её прервали на полуслове.

— Г-господин, — послышался позади взволнованный грубый голос. Его обладателем оказался высокий, широкоплечий мужчина с толстыми, грубыми пальцами и частично выбритым черепом, оставляя волосы только по бокам и сзади. Хороший меч, уверенная походка и самое главное — небольшой знак отличия, прикреплённый к нагрудной пластине доспехов, даже Аангу, вообще не разбиравшемуся в военной науке, дали понять, что перед ними командир того отряда, приведённого из ближайшего города.

— Кто ты? — воскликнул чиновник, резко обернувшись к неизвестному.

— Прошу прощения, — поклонившись, ответил сотник, прижав руку к груди. — Меня зовут Дзе. Я отец Сохи.

— О! — радостно воскликнул инспектор. — Ещё один подозреваемый!

— Послушайте меня, — выйдя вперёд, сказал мужчина. — Не сочтите за оскорбление, но ваши обвинения беспочвенны. Соха — хорошая ученица и дочь. Она бы никогда не совершила подобного.

— Это не тебе решать, а правосудию в моем лице, — ответил Шан, довольно хмыкнув. — Лучше возвращайся к своим людям, командир, пока я добрый. Ещё немного, и ты сам окажешься рядом с дочуркой.

— Я не уйду, — твёрдо ответил Дзе, не отступая ни на шаг. — Я останусь вместе с дочерью.

— Как хочешь, — фыркнул чиновник, махнув рукой, и всё те же мордовороты вышли вперёд, ударив его под ноги, заставив встать на колени. — Разберёмся с тобой потом.





После чего развернулся в сторону старшеклассников, кидавших на него злые, полные неприязни взгляды.

— Уверен, преступница не могла действовать в одиночку, — сказал он, ещё сильнее растянув губы в тонкой, по-настоящему мерзкой улыбке. Аангу даже к шестому чувству не пришлось прибегать, дабы понять — сейчас произойдёт что-то очень плохое. — Выведите вперёд весь её класс. Они являются обвиняемыми и понесут заслуженное наказание за произошедшее.

Вот тут терпение учителей лопнуло.

Прежде чем люди инспектора смогли приблизиться к испуганным детям, перед ними возникла миссис Кван, широко расставив в стороны ладони, на которых загорелось яркое, обжигающее пламя.

— Ни шагу дальше, — сказала она, глядя в глаза опешивших солдат. — Это не расследование, а какой-то цирк. Не знаю, кто вас послал, но выметайтесь отсюда немедленно. Я не дам своих детей в обиду.





— Вы хоть понимаете, что прямо сейчас идёте против власти самого Хозяина Огня? — поинтересовался инспектор, чьи слова обращались даже не к учителям, а к замершим за его спиной воинам Народа Огня. Ибо назревающий конфликт почувствовали все: начиная наставниками, незаметно уводившими детей внутрь академии, заканчивая Аватаром, уже приготовившимся давать сигнал к началу.

— Понимаю, — тяжело, сквозь зубы процедила миссис Кван, чьё пламя даже на мгновение погасло, идеально отражая состояние его создательницы. — Но в первую очередь я клялась защищать детей, а уже после — исполнять долг перед своей страной. Я учитель, а не крючкотвор.

— Как пожелаете. Вы сами выбрали свою судьбу, — разведя руками, заметил Линь Шан, а затем, махнув ладонью, приказал:

— Взять их! Немедленно!

И одновременно с этим в небо устремился огненный шар, запущенный Аангом.

Бабах…

Взрыв которого и стал сигналом для всей остальной команды. Всего через пятнадцать секунд из-под земли появился весь состав команды Аватара, и в атриуме Академии завязался настоящий бой.

— Бей их! — воскликнул Сокка, с ноги влетая в самую гущу.

Пыль, поднятая сотнями сапог, почти сразу смешалась с гарью, создав амбре, привычное любому, кто хоть пару раз побывал на поле боя.

Против Аанга и Ко выступила почти сотня солдат Народа Огня, пока остальные во главе с Дзе и миссис Кван делали всё возможное, дабы вывести из-под удара самую большую ценность.

Детей.

— Сжечь всё! Живее, бездельники! Почему дети ещё не в кандалах?! — орал чиновник, чей голос, постоянно срываясь и давая петуха, разносился над площадью, перекрывая даже гул пламени.

Сокка, с самого начала находившийся в центре этого хаоса, выглядел на удивление сосредоточенным. Многочисленные уроки, взятые в столице Царства Земли, не прошли даром. Отныне качественный меч, подаренный прошлым патриархом Бейфонгов, казался продолжением воли. Пока Линь Шан захлёбывался в крике, пытаясь организовать достойный отпор, ведь командир стражи перешёл на сторону их "врага", стратег команды Аватара двигался как юный хищник, почувствовавший добычу.

Ювелирным взмахом меча он подсёк сразу два древка вражеских алебард, а затем, как учил его мастер Шайнинг, использовал инерцию противников, дабы столкнуть их лбами. В его руках клинок не просто рассекал воздух, словно пел, плетя свою, только ему ведомую мелодию.

Парень не просто рубил — он фехтовал, парируя удары тяжёлых палашей лёгким поворотом кисти и тут же нанося точный удар эфесом в забрало шлема.





— Эй, крикун! У тебя голос лопнет раньше, чем мы сдадимся! — воскликнул Сокка, перекатываясь под струей огня и подсекая ноги следующему солдату. Да, он не был магом или талантливым воином, как те же воительницы Киоши, но, как говорил его наставник — "с кем поведешься, от того и наберешься".

Пробыв слишком много времени в окружении монстров, Сокка и сам начал становиться таким.

Останые члены команды от него не отставали.

Зуко и Катара, сражавшиеся рядом, работали как единый механизм. Так, когда псевдо-инспектору (а в том, что это была подстава Организации, не сомневался никто) удалось кое-как организовать единый залп, способный накрыть большую часть школы, принц мгновенно выступил вперед. Шаг, перенос центра равновесия к солнечному сплетению и удар двумя кулаками вперед — от чего огненный болид, тянущий на уровень опытного и талантливого мастера, отправляется в небо, взрываясь настоящим каскадом огней.

Его напарница тут же подхватила инициативу. Черпая воду из декоративного фонтана, расположенного в центре атриума, она превратила её в огромные водяные хлысты — одну из сложнейших техник своей стихии. Используя их, она с легкостью сбила с ног целый ряд гвардейцев, а затем приморозила их сапоги прямо к каменным плитам, надежно обездвижив.

Аанг парил над землей, сбивая с ног самых ретивых, пока Тоф больше играла от защиты, своим покорением отклоняя большую часть шальных огненных шаров, шрапнели и даже метательных ножей, которые "нападавшие" использовали весьма свободно.

Последней линией обороны был Якон. Почти не двигаясь, он стоял в задних рядах и внимательно наблюдал, где его сила могла понадобиться больше всего.

Линь Шан это заметил и, истолковав по-своему, решил использовать свой последний козырь: десять арбалетчиков, оставшихся в тылу.

— Убить того щенка! Убить их всех! За Лидера! — исступленно кричал он, даже не заметив, как юный покоритель пришел в движение, начав плавно двигать руками и остальным телом.

Пальцы стрелков, собиравшихся выпустить болты, вдруг окоченели, а их тела резко парализовало и развернуло, от чего те начали целиться друг в друга, не в силах сопротивляться невидимой воле.

Это стало последней каплей. Оставшиеся солдаты начали сдаваться, а Линь Шан — затравленно озираться по сторонам, не в силах поверить в происходящее.

— Нет! Нет! Нет!!! Не хочу! Не надо! — истерично заорал он, вцепившись пальцами в тонкий, едва заметный стальной ошейник, доселе невидимый под воротником его ханьфу. — Я не хочу умирать! Не-е-ет!!!

Неожиданно Тоф замерла.

Она узнала. Узнала то ощущение, которое она испытывала всего неделю назад, за секунду до того, как три покорителя Народа Огня оказались обезглавлены.

— Эй! У этого идиота что-то на шее! — крикнула она, со всех ног рванув к задыхающемуся мужику, уже упавшему на колени и находившемуся в полуобморочном состоянии.

Было понятно: ещё немного, и он банально умрёт от удушья, прежде чем невиданная штука отрубит ему голову.

— Не сегодня, железка! — прорычала юная Бейфонг, вцепившись пальцами в скрипящий металл и резко разведя руками в стороны. Раздался оглушительный скрежет, заставивший скривиться всех, кто присутствовал на площади. Ошейник с резким звоном лопнул, разлетевшись на осколки, оставив пару царапин на лице Тоф, а инспектор обессиленно рухнул, жадно глотая воздух и зажимая рукой кровоточащую шею.

— Тоф! — крикнула Катара, подбежав к подруге и начав быстро залечивать нанесённые раны.

Однако сама слепая не обращала на это никакого внимания, ибо только что она своими пальцами почувствовала то, что уже не надеялась ощутить: металл, изменённый не кузнечным молотом или паровой машиной, а покорением. Покорением металла, которым во всём мире владело всего два человека.

Она и её дядя, ради которого они и прибыли на этот духами забытый Архипелаг.

***

Это же время.

Где-то в одном из подвалов города Мулат.

— Вы видели что произошло?

— Она освободила его. Сорвала ошейник.

— Значит не только Лидер может управлять металлом.

— Это наш шанс! Нужно выкрасть ее и заставить снять ошейники.

— Не просто выкрасть. Получив такой рычаг влияния мы сможем переманить на свою сторону часть Организации.

— Мы? А как же господин Улинь?

— А что Улинь? Он станет лишь винтиком в нашей машине. Вы же не думаете, что узнав про наш козырь, он не попытается его сохранить?

— Да

— Ты прав.

— Верно.

— Угу.

— Тогда решено. Тот дурак знал только о готовящейся атаке на завод. Там то мы эту девчонку и поймаем.

***

День спустя.

Где-то в Катакомбах под Столицей Народа Огня.

— Вот как… Значит они решили сыграть в свою игру.

— Каковы будут приказы, господин Улинь?

— Не будем им мешать. Пусть попытаются. Все равно скоро это станет неважным.

— Неужели Лидер…

— Да, он все же нашел проход в Мир Духов. Еще немного и Архипелаг познает ужас, по сравнением с которым наш маленький террор покажется детскими шалостями.

— Глоть… Надеюсь нас не зацепит.

— Не должно. Но на всякий случай мы немного подстрахуемся. Слейте информацию о заводе во Дворец. Добавим еще одну переменную в грядущее действо.

— Как прикажите, господин Улинь.





Глава 6. Огонь, сталь и кровь. Часть 1. Завод.


100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два с половиной месяца после начала терорра.

Декада до дня Черного Солнца, меньше полутора месяцев до прилета кометы Созина.





На следующее утро.





Поляна, лес где-то в глубине провинции Аньхой, остров Линдин, северный регион Архипелага.





— Так, давай-ка ещё раз, — Устало произнесла Тоф, на голову возвышаясь над обессиленным и почти потерявшим сознание лже-чиновником. Рядом стояла остальная команда с Момо и Аппой, с большим интересом следя за ходом допроса. — Как тебя назвали родители?

— Бабун, — ответил бывший главный инспектор, светя огромным фиолетовым фингалом под глазом. Каменный кулак Бейфонг, обезвредившей самозванца, оказался достаточно тяжёл, от чего скула бедняги за ночь раздулась почти вдвое.

— Чем ты занимался последние пять лет? — продолжала по второму кругу задавать вопросы девочка, работая по всем законам хорошего дознавателя, вышедшего из рядов Дай Ли. Меняя формулировки и запутывая свою жерт... кхм, своего пленного.

— Обманывал… людей… на рынках, — медленно, словно сквозь плотную пелену, ответил мужчина, ещё сильнее свесив голову. — Обещал золото. Просил деньги. Забирал себе.

— Обыкновенный мошенник, — фыркнул стоявший рядом Зуко, скрестив руки на груди. Его лицо, и так не самое располагающее, было искажено в гримасе сильнейшего недовольства. Как будущему правителю ему не приносило удовольствия наблюдать за паразитом, обворовывающим его подданных.

— Как ты попал в Организацию, Бабун? — не обратив внимания на подобные комментарии, продолжила допрос Тоф.

— Босс привёл, — произнёс Бабун, тряхнув головой. — Надели мешок. Затолкали в какое-то тёмное место. Надели ошейник. Сказали следовать приказам.

— И ты? — протянула Бейфонг, подавшись вперёд.

— Послушался. Сразу, — ответил он, пожав плечами. — Правильное решение. Гогу сопротивлялся. Отрубило голову.

— Кто надел на тебя ошейник?

— Не знаю. Было темно. Он ничего не говорил. Все называли его Лидером.

— Чёрт… — ругнулась себе под нос Тоф, скрипнув зубами, но потом вновь взяла себя в руки и продолжила допрос. — Кто отдавал тебе приказы?

— Мой босс — Дунджо, — ответил преступник, чей голос стал ещё тише. Это было сигналом — гипноз почти выдохся, и нужно было побыстрее заканчивать.

— Что ты знаешь об Организации и её Лидере? — спросила наследница Бейфонгов, сжав маленькие кулачки.

— Мало, — сказал лжеинспектор, которого начало мелко потряхивать. — Их много. Вся тень Народа Огня. Они сеют хаос. По приказу Лидера. Не знаю зачем…

— Что дальше? Что они будут делать дальше? — резко вклинился в разговор Аанг, чьё терпение подошло к концу.

— Завод… Они уничтожат завод Джанг Ху… — Бабуна уже откровенно трясло, а из носа прямо на землю начала капать кровь. — А затем… затем…

— Что затем? — воскликнул Аватар, схватив беднягу за воротник.

— Конец… Настанет конец… — прошептал он, прежде чем окончательно потерять сознание. Его глаза закатились, тело обмякло, а изо рта пошла пена.

— Катара! Лечение! Срочно!!! — воскликнул Якон, вместе с девушкой подбежав к пациенту и начав экстренно приводить его в порядок, на полную используя свои навыки исцеления и контроль крови, пока на заднем фоне...

Бабах...

Тоф отчитывала нетерпеливого воздушника, бесцеремонно влезшего не в своё дело.

— Сколько раз я тебе говорила? Не вмешиваться, Быстрые Ноги! — говорила она, возвышаясь над стоящим на коленях Аангом, потирающим свежую шишку. — Гипноз — очень сложная и опасная штука. Любая неосторожность может плохо кончиться.

После чего, повернувшись к бессознательному мужчине, дополнила:

— Повезёт, если он только головной болью отделается, а не забудет пару лет жизни. Как бы вообще дурачком не стал...

— Не такая большая потеря, — заметил стоявший рядом Сокка. — Может, людей обманывать перестанет.

— Сокка! — разъярённой змеёй прошипела Катара, одним взглядом передав всё, что думает об умственных способностях своего брата. Ее взгляд, обеспокоенный и теплый, не сходил с Аанга, который после таких откровений весь скукожился и ушел в себя, занявшись самоедством.

— Хорошо, хорошо, это была шутка, — всплеснув руками, сказал командный стратег, состроив вид оскорблённой невинности. Это помогло. Частично. По крайней мере юный Аватар перестал смотреть на Бабуна как на мученика. — Так что будем делать дальше?

— Двинемся на юг, к Джанг Ху, — сказал Зуко, развернувшись и направившись к Аппе, чьё седло уже было подготовлено, а вещи команды собраны и погруженны. — Нужно предотвратить атаку. Это крупнейший металлургический завод в стране, стоящий на одной из важнейших артерий центрального острова. Мне страшно представить, что эти психи могут с ним сделать.

— Согласен, — кивнул Якон, который вместе с Катарой уже закончил с их внезапным пациентом. — Вот только до дня Чёрного Солнца осталось всего десять дней, а у нас ни предместья Столицы не разведаны, ни Врата Азулона. Нужно поторопиться, иначе готовящееся вторжение может обернуться провалом.

— Но мы не можем игнорировать мой народ, — возразил ему принц, развернувшись. — Каждый раз эти уроды делали такое, что у нас кровь стыла в жилах. Бойня в центре города, похищение детей. Теперь что-то такое, что даже один из них называет "концом". Нужно их остановить. Немедленно.

— Здесь я с Зуко согласен, Организацию следует остановить. — Вмешался в разговор Сокка, встав между двумя спорщиками. — Но и Якон прав. Оставлять армию Царства Земли без разведки тоже нельзя. Царь и так оказал нам невероятное доверие, выступив против воли Совета Пяти. Поэтому предлагаю разделиться. Я, как картограф, Аанг, разведчик, и Катара исследуем порт Столицы и Врата, а вы, двое, вместе с Тоф отправитесь на завод. Встретимся через три дня в городе Шу Дзинг. Он как раз находится посередине между двумя этими точками.

— А если кто-то из нас не появится? — подняв руку, заметила Тоф.

— Тогда ждём два дня, а потом поступаем по обстоятельствам, — ответил южанин, ободряюще улыбнувшись. — Вряд ли мы встретим кого-то, способного доставить нам проблем. И даже если подобное случится, то мы сможем улететь на Аппе, а вы... я слабо представляю, кто может вас одолеть.

Воцарилось недолгое молчание.

— Звучит как план, — ухмыльнувшись, сказал Якон, вставая и разминая плечи. — Мне нравится.

— Мне тоже, — кивнула Катара.

— Убьём двух зайцекролей одним камнем, — ухмыльнулась Бейфонг, врезав кулаком об ладонь. После этого все повернулись к Аангу, всё это время молчавшему и сидевшему с задумчивым видом.

— … — Тому была причина. Его интуиция, усиленная благодаря недавно открывшимся чакрам и памяти прошлых жизней, отчётливо нашептывала: что-то тут не так. Какая-то неправильность царапала ему череп, но хоть как-то интерпретировать и понять её причину он не мог. Поэтому пришлось пойти на единственный возможный вариант.

— Хорошо. Но будьте осторожны, — сказал он, внимательно осмотрев всех своих друзей и товарищей, особенно задержав своё внимание на двух Бейфонгах, вывавших в нём больше всего опасений. — У меня плохое предчувствие.

— Поняли. Тогда отправляемся, — кивнул Зуко, подходя вплотную к Тоф, которая уже начала концентрировать Чи в ногах.

— Удачи вам, — одновременно пожелали им Аанг, Катара и Сокка, прежде чем земля вспучилась, пошла волнами и поглотила троицу, утянув на дно, там, где по огромным рекам, оставшимся после извержений вулканов, Якон мог доставить их в любой конец острова.

Первое раздельное путешествие команды Аватара началось.





***





Где-то в пути, во время небольшого привала.





— Ты уверена, что не стоило им рассказывать?

— Ты про что?

— Про ошейник.

— Нет. Не стоило. Особенно Зуко. Представь, как он отреагирует, если узнает, что дядя может быть замешан во всем этом ужасе?

— Тоже верно. Но это не выход. Рано или поздно, но они узнают.

— Лучше поздно, когда мы найдем причины, почему он так поступает, и сможем придумать оправдание.

— Это какие, к примеру?

— Может, его держат в плену или взяли под контроль с помощью какой-нибудь страшной техники?

— Ты сама в это веришь? Отца? Взяли в плен? Ты не хуже меня знаешь о его возможностях. Наверняка он уже вырвался на свободу и ищет нас.

— Или управляет этой страшной Организацией. Ты об этом подумал? Что будет, если это окажется правдой и дядя Шайнинг будет тем, кто устраивает все эти ужасы?

— Тогда я просто спрошу: зачем? Уверен, у отца найдется достойный ответ.

— Достойный ответ? На подобное? Ты слишком сильно в него веришь, Якон.

— Что в этом странного? Я — его сын, он — мой отец. Такова обязанность любого ребенка — верить в своих родителей.

— … — На что Тоф промолчала, решив оборвать разговор. Ей тоже хотелось сказать что-то подобное. Что она тоже верит в своего дядю. Того, кто стал ей вторым отцом, наставником, обучил покорению кристалла и металла, позволил обрести зрение, превосходящее большинство ныне живущих и никогда не останавливался перед тем, что вернуть ей настоящее.

Но то, что творили те люди... Не поддавалось осмыслению.

Ужас ради ужаса. Террор ради террора.

От подобных мыслей юной наследнице Бейфонгов становилось страшно. Ибо она не могла дать ответа, как бы она поступила, узнай, что ее дядя, ее любимый, идеальный дядя стал монстром, по вине которого погибли тысячи невинных людей.

«Ладно. Сомнения лишь помешают и ослабят в самый ответственный момент», — решила она, вспомнив один из многочисленных уроков наставника, вставая и готовясь продолжить путешествие. — «Решу, когда доберусь до него, а до этого буду действовать по обстоятельствам».

Вот только ни Тоф, ни Якону было невдомек, что лежащий неподалеку Зуко, чье дыхание было ровным и глубоким, не только не спал, но и отчетливо слышал все сказанное, запоминая и мотая на ус.

Уже вскоре их путь продолжился, но атмосфера, царящая между ними тремя, неуловимо изменилась.





***





Полтора дня спустя.





Деревня Шу Дзинг, одноименная река, главный остров, центральный район Архипелага.

— А здесь… миленько, — пытаясь скрыть смущение, произнес Зуко, придерживая ладонями за борт старой, потрескавшейся лодки. Ее хозяин, забавный старикан по имени Док, щеголявший пивным пузом и гладкой проплешиной на макушке, лишь понимающе хмыкнул, прекрасно понимая подоплеку слов гостя.





Ведь река, по которой они плыли, больше напоминала вонючую, застойную канаву, захлебывающуюся собственной рвотой. Вместо чистой, прозрачной воды, которыми раньше славились эти края, в русле медленно ползла густая, сальная жижа, похожая на помойное масло, перемешанное с нечистотами. Сама поверхность была затянута переливающейся радужной пленкой, постоянно пузырившейся и лопающейся, испуская тошнотворный дух гнили и паленой химии.

Так себе зрелище...

Даже ее берег, от которого они отчаливали, был изуродован слоями склизкого, серо-буро-малинового ила, наступать в который было опасно для кожи. Химический ожог был гарантирован. И, как вишенка на этом давно испортившемся и заплесневелом торте, повсюду плавали ошметки мусора, обглоданные скелеты рыб и ржавые обломки, застревающие в бортах лодки.

Прибавьте к этому тяжелый, едкий туман, висящий над руслом и его окрестностями, выедающий глаза и забивающий легкие гарью — и получим картину, которую этот мир не видел… Да никогда не видел, ибо до этого людям просто не позволяли настолько загаживать окружающую их природу.

Одним словом — это была не река, а сточная яма, в которой мог выжить только какой-нибудь монстр, и то не факт.

— Гнилью здесь пахнет, — в отличие от принца, юная Бейфонг не страдала излишней скромностью. Ее обоняние, обостренное слепотой, прекрасно улавливало то амбре, что стояло над рекой. — И мусором. И навозом. И химией... Да что у вас здесь происходит?

— Сестра… — попытался было укорить ее Якон, вот только сам местный житель даже не думал обижаться.

— Завод тут у нас, юная леди, — сказал он, показав пальцем вверх по течению реки. — Самый большой металлургический завод во всем Народе Огня. Из оставшихся…

— Оставшихся? — заинтересованно потянул Зуко, повернувшись к лодочнику.

— Да, юный господин, — кивнул Док, грустно улыбнувшись. — После всех неприятностей, обрушившихся на нашу страну, только наш монстр остался в строю. Это и погубило нашу деревню.

— Погубило? — спросил принц, напрягшись. — А можно поподробнее?

На что старик лишь устало вздохнул и сказал:

— Раньше наша рыбацкая деревня процветала. Мы ловили рыбу, мидий и других речных гадов, а затем продавали их в ближайшие города. Все изменилось пару лет назад, когда выше по течению построили крупный металлургический завод. Сначала мы радовались — покупатели стали ближе, не нужно было ничего никуда везти, но потом река стала загрязняться, улов стал меньше, а в самой деревне начался голод и болезни.

— Ужас! — С круглыми глазами произнёс Зуко, бросая на виднеющуюся неподалёку деревню взгляд, полный жалости и сожаления. — Как вы выжили?

— С трудом, — хмыкнув, ответил лодочник, передёрнув плечами. — Многие ушли, некоторые умерли, а оставшиеся научились выживать, живя на отравленной воде и рыбе. Но недавно всё стало хуже.

— Начался террор, — произнесла свои "догадку" Тоф, чьи маленькие плечи невольно поникли.

— Да, — кивнул Док, в чьём правом глазу отчётливо блеснула одинокая слеза. — Работа завода не прекращалась ни на миг. Цеха расширялись. Про нормы выбросов забыли совсем. Река превратилась в одну огромную свалку, до которой никому нет дела.

— Как так? — Удивлённо спросил Зуко, чей правый глаз (левый они предусмотрительно замотали) расширился до предела. — Река Шу Дзинг — один из притоков Куньлуня, главной водной артерии острова, у чьей дельты находиться Столица. Если эта гадость попадёт в неё, пострадают тысячи людей.

— Вы говорите как генерал Мунг, — хмыкнув, заметил Док, продолжая мерно работать веслом. — Он раньше управлял заводом и говорил, что такие выбросы могут привести к катастрофе. Вот только армии срочно нужен был металл, поэтому генерала уволили, а на его место назначили какого-то столичного мутного управляющего, который сразу увеличил производство.

— Мутного? — Сразу зацепилась за нужное слово Тоф. — Что вы имеете в виду?

— Да странный он какой-то, — почесав живот, ответил мужик. — Весь такой дёрганный, суетливый. Постоянно носится по заводу, следит, дабы новые цеха в строй входили, и орёт на всех окружающих.

— Вы многое о нём знаете, — заметил Якон, постучав пальцем по борту и в очередной раз поморщившись, когда ветер прогнал через них очередное облако зловония. — Откуда такие знания, если не секрет?

— Да какой секрет? — Пожав плечами, воскликнул лодочник. — У нас один офицер часто заходит к вдове Ман. Всю зарплату у неё оставляет. Половина деревни на эти деньги живёт.

— Вот как… — Задумчиво прошептал Зуко, чувствуя невероятный стыд за происходящее. Знать, что ты наследник и будущий правитель самой богатой и развитой страны на планете, и не иметь возможности ничем помочь собственным подданным было невыносимо. Хотелось кричать от бессилия, но принц хорошо помнил уроки своего дядюшки. Горячая, прожигающая сердце злость была подавлена, а на её место пришла холодная, рациональная ярость, говорившая одно:

"Рано или поздно он изменит эту страну, чего бы ему это ни стоило".

— Помяните моё слово, молодые люди, скоро и этот завод взлетит на воздух, — не стал щадить его чувства Док, погрозив кулаком в сторону горизонта.

— Вы так в этом уверены? — вместо Зуко спросил Якон, уперевшись локтем о нос лодки. — Неужели думаете, что проклятие террора и его настигнет?

— Какое проклятие? — пренебрежительно фыркнул говорливый лодочник. — Побойтесь духов, молодой человек. Вся вина будет на новом управляющем. Погнавшись за быстрыми результатами, он совсем забыл об основательности. По словам Лина, того офицера, там всё сейчас на соплях держится. Механизмы работают на пределе, рабочие трудятся в три смены, а механики не успевают чинить сломавшиеся механизмы. Они этому управляющему уже все уши прожужжали: "Ещё немного — и конец", "ещё немного — и конец"! "Все взлетим на воздух, вместе с половиной завода!" — явно кого-то спародировал Док. — Но управляющему плевать. Главное — результат, остальное не важно.

— Подозрительно… — одновременно прошептали и Тоф, и Якон. Грядущая диверсия Организации, единственный оставшийся рабочим завод, стоящий на важнейшей водной артерии Архипелага, странный управляющий, которому плевать на собственную безопасность. По отдельности это не несло никакой угрозы, но вместе… наводило на определённые подозрения.

— А вы разве не боитесь, что катастрофа на заводе затронет и вас? — задал ещё один вопрос Якон, у себя в голове уже почти разгадав план организации.

— Нет, — беззаботно ответил мужик, задорно усмехнувшись. — Раньше — может быть. Но сейчас, когда нас вновь защищает Цветочная леди, нам никакие напасти не страшны.

— Цветочная леди? — растерянно переспросил Якон, однако прежде чем их новый знакомый успел ответить, лодка с ощутимым толчком ткнулась в причал, сигнализируя о прибытии к месту назначения.

— Надеюсь, поездка вам понравилась. К сожалению, мне пора. Увидимся позже! — скороговоркой проговорил Док, прежде чем задорно подпрыгнуть и исчезнуть среди многочисленных проходов и домов рыбацкой деревни.

На что трое членов команды Аватара лишь недоумённо переглянулись и, покинув лодку, отправились изучать деревню, состояние которой оказалось весьма… противоречивым.

Само поселение представляло собой жалкое, кособокое скопище гниющей травы, досок и свай, вбитых прямо в ядовитую жижу. Оно мало чем напоминало остальные ухоженные города и деревни Народа Огня, больше походя на медленно тонущее кладбище, где люди доживают свои дни среди жутких куч мусора и нечистот.

Хижины, почерневшие от сырости и копоти, жались друг к другу, словно старые калеки, пытаясь отгородиться от пронизывающей всё и вся вони. Многие крыши просели и почернели от копоти, приносимой со стороны завода; стены оказались изъедены плесенью, а в многочисленных щелях копошились настоящие полчища вредителей. Тараканы, крысы, пауки, блохи, клещи... все они умудрялись плодится и, одновременно с этим, выглядеть гораздо болезненней своих "коллег" по цеху. Местная "атмосфера" не щадила даже их.

Вместо улиц здесь были скользкие, шаткие настилы, опасно потрескивающие при каждом шаге. Покрытые слоем вечной пыли и грязи, они одним своим видом отбивали любое желание на них наступать. Под ногами же, в многочисленных просветах между досками, лениво плескались немногочисленные рыбешки, умудрившиеся выживать даже в этой маслянистой гадости.

Не последнюю роль в этом играли многочисленные объедки, рваные сети и мертвая рыба, приплывавшая со стороны завода. Водные обитатели, прирученные выживать в любых условиях, уже давно перешли к старому-доброму падальщичеству и каннибализму, активно пожирая себе подобных.

Даже воздух тут казался форменной отравой: плотный, пыльный, воняющий тысячами противных запахов. Здесь каждый вдох казался натуральной пыткой — попыткой вдохнуть комок ржавой ваты прямо через нос.





Но, несмотря на это, люди, бродившие по настилам с землистыми, нездоровыми лицами, словно отказывались умирать. В их глазах, уставших, грязных, пораженных десятком разнообразных болезней, горело какое-то необъяснимое, упрямое пламя. Их одежда была кучей бесформенного тряпья цвета сточной канавы, но они с любовью, заплатку к заплатке, латали её, перешучиваясь через узкие проходы между хижинами.

Редкий солнечный свет, пробиваясь сквозь черные, дымные облака, становясь каким-то болезненно-желтым, тускло отражался в их широких, щербатых улыбках. Они смеялись, улыбались, с готовностью смотрели в завтрашний день, хотя на их столах почти не было риса, а на ужин приходилось есть рыбу и моллюсков, в которых гнойной жижи было больше, чем самого мяса.

Как в этом кошмаре можно было жить и улыбаться, не понимали ни Зуко, ни Тоф, выросшие с бриллиантовой ложкой во рту и знавшие слово "бедность" только из книжек, ни Якон, проведший первые семь лет своей жизни на помойке.

Пришлось долго и упорно бродить по этому гадюшнику, дабы наконец понять причину. Ею оказалась та самая Цветочная леди, о которой недавно упоминал лодочник. Она оказалась духом реки Джанг Ху, известной своей добротой и способностью исцелять. Раньше, по словам рыбаков, её часто можно было увидеть в этих краях. Ночью, когда на небе всходила растущая луна, она танцевала на водной глади, помогая и исцеляя всех страждущих. Позже, когда на реке построили завод, она исчезла, бросив своих последователей, но недавно появилась вновь, начав активно помогать бедным рыбакам.





Ярчайшее доказательство тому — вода, на которой стояла сама деревня. Она была гораздо чище и безопаснее, в отличие от того ужаса, что тёк вокруг (хотя и оставалась достаточно грязной). Именно благодаря этому жители всё ещё были живы, а в их сети регулярно попадала свежая рыба. Да, почти дохлая, а выпив местную воду, можно было на целый день свалиться с поносом, но это было лучше, чем смерть от того яда, в который Народ Огня превратил реку.

В тот момент троица очень пожалела, что рядом с ними не было Аанга — Аватара и единственного в отряде, у кого был опыт взаимодействия с духами. Хотелось поговорить с этой Цветочной леди, попросить совет, узнать, знала ли она что-нибудь об Организации, но, пораскинув мозгами, Зуко и Якон отказались от этой идеи.

Добрый дух, помогающий рыбакам? Прекрасно.

Проблем не приносит? Ещё лучше.

Ведь их задача была в другом — разведать территорию завода и не допустить, дабы нечистоты, скопившиеся внутри его цехов, каким-то образом попали в реку. На этом их миссия должна была закончиться, и они бы двинулись на Восток, на соединение с остальной командой, готовиться ко дню Чёрного Солнца.





***





Несколько часов спустя. Ночь.





Металлургический завод, река Шу Дзинг, главный остров, центральный район Архипелага.

— Вот мы и здесь. Какие планы? — спросил Зуко, внимательно осматривая металлическую громаду завода. Огромные каменные цеха, десятки дымящих труб и стальных каналов, соединяющих производственные цепочки, в ночной темноте напоминали огромное морское чудовище, ощенившееся дымом и гарью.





Вершина промышленной революции Народа Огня во всём его мрачном великолепии.

— Нужно найти управляющего и допросить его, — сказала Тоф, шлёпая по холодному полу босыми ногами. — Наверняка он член Организации, а их план — нарастить завод, а потом разом его подорвать, отравив воду и землю всего главного острова.

— Нельзя этого допустить, — кивнул ей Якон, шагая справа от неё. — Могут пострадать тысячи невинных людей, и ещё больше — лишиться дома. Нужно остановить их.

— Вы правы, — кивнул Зуко, на чьём лице сама собой воцарилась непрошеная улыбка. Ему было приятно, что его друзья, с которыми он знаком меньше пары месяцев, так пекутся о благосостоянии его народа. Это воодушевляло, давало силы идти вперёд и верить, что всё будет хорошо.

Вот только жизнь редко идёт по нашим планам.

Шух...

Стоило им выйти из коридора и попасть в центральную галерею, где рабочие собирались в начале смены, как в них полетели два ярких огненных шара.

Голубой и ярко-красный.

На такой скорости, что принцу едва удалось их отразить.

— Зараза… — прошептал он, сразу поняв, КТО явился по его душу.

— Ну зачем так жестоко? — послышался сверху мягкий, полный сарказма и желчи голос. — Я же так рада тебя видеть, малыш Зузу.

— Азула, — обречённо выдохнул Зуко, встретившись с такими жёлтыми, сияющими в темноте глазами.

Долгожданная встреча брата и сестры наконец-то состоялась.





Добрый вечер, уважаемые читатели. Надеюсь глава вам зашла. Если хотите большего у меня только что вышла новая книга по миру Толкиена. Заходите в профиль и читайте в свое удовольствие.





Глава 7. Ожидаемый ответ. Часть 2. Горячая встреча.


100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два с половиной месяца после начала терорра.

Девять дней до дня Черного Солнца, меньше полутора месяцев до прилета кометы Созина.





Несколько секунд спустя.





Металлургический завод, река Шу Дзинг, главный остров, центральный район Архипелага.





Огонь от первой атаки еще не успел развеяться, как обе стороны уже были готовы к бою. С одной стороны была троица из команды Аватара: Зуко, занявший классическую атакующую позицию покорения огн, ; Тоф, решившая сразу зайти с козырей и окружившая себя десятком летающих железяк, выдранных из пола, и Якон, чей водяной хлыст, созданный благодаря запасному бурдюку, носимому за спиной, лишь делал вид, что стоит спокойно, вместо этого готовясь прибегнуть к магии крови.

Со стороны принцессы тоже собралась незаурядная компания.

Тай Ли, седьмая наследница клана Тай, обученная всем боевым искусствам своей семьи, стояла беззаботно, оперевшись руками на поручни и помахивая длинной косой. Детская, задорная улыбка, большие карие глаза, легкие, воздушные одежды, оставлявшие открытыми живот, предплечья и лодыжки.





Она больше напоминала молодую и наивную госпожу, вышедшую на прогулку по родному городу. Однако оба Бейфонга не обманывались ее смазливой внешностью. Они помнили, какую охоту эта троица вела за ними по пути в Ба Синг Се и как самого Якона чуть не скрутили, когда он по неосторожности подпустил эту акробатку слишком близко.

Вторая девушка тоже оказалась им знакома. Высокая, худощавая, одетая в закрытые, церемониальные одежды. Острые черты лица, желтые глаза, старомодная прическа с челкой, закрывающей лоб, двумя помпонами и длинными прядями, лежащими на плоской груди.





Хотя последнее один принц не признал бы даже под пытками, здраво опасаясь реакции своей бывшей невесты. Та бы не вспылила, нет. Просто вместо этого в теле Зуко появилось бы двадцать новых дырок благодаря многочисленному колюще-режущему арсеналу, который та держала у себя под одеждой.

Описывать Азулу смысла не было. Принцесса Народа Огня, как всегда, выглядела идеально. Отглаженная военная форма с иголочки, идеально чистая, белая кожа, яркие золотые глаза, черные волосы, уложенные в боевую прическу, специально созданную для женщин-военных, дабы не подпалить волосы. Ее даже можно было назвать красивой, если бы не выражение первостепенной стервы и садистки, царящее у нее на лице.

— Итак, что ты тут забыл, мой маленький Зузу? — спросила она, высекая ногтями искры из поручней. — Этот завод принадлежит отцу. Неужели ты захотел испортить его игрушку?

— Азула… — сквозь зубы процедил принц, крепко сжимая кулаки. Но, глубоко вдохнув и выдохнув, взял эмоции под контроль, успокоившись. — Мы здесь из-за Организации. Есть подозрение, что местный управляющий — предатель. Он хочет перегрузить завод, а затем устроить диверсию, дабы отравить сначала Шу Дзинг, а затем Куньлунь.

— О, так вы здесь за предателем? — удивлённо приподняв брови, принцесса подперла пальцем щеку. — Какая… неожиданность, не правда ли, Фен?

— … — На что последняя, четвёртая девушка в их компании, ничего не ответила. Что было неудивительно: за те пять раз, что команде Аватара приходилось сталкиваться с приспешницами Азулы, она не произнесла ни слова. Лишь молчаливо выполняла приказы, сверля их взглядом мёртвой рыбы.

Однако не стоило её недооценивать. Пламя, которым она владела, хоть и было слабее, чем у её госпожи, но обладало одним неприятнейшим свойством. Ожоги, оставшиеся после него, невыносимо болели и почти не заживали, заставляя Катару, лучшую целительницу в их отряде, часами сидеть над пострадавшими и вливать в них свою жизненную силу.

— Как всегда немногословна, — с сожалением произнесла Азула, в чьих глазах резко исчез любой намёк на шутку, сменившись арктическим холодом. — Ты хоть слышишь себя, Зуко? Ты, изгнанник, врываешься на важнейший металлургический завод в компании друзей Аватара и говоришь, что пришёл сюда ради помощи?

— Больше похоже на какую-то шутку Тай Ли, — заметила стоявшая справа Мей, скрестив руки на груди. — Неудачную. Как всегда.

— Эй! — возмутилась упомянутая особа, сжав кулачки.

— Это правда! — вмешался в их привычную пикировку Зуко, немного выйдя вперёд. — Мы хотим помочь. Может, мы и враги, но простые люди ни в чём не виноваты! Азула, послушай меня. Отрава в реке убьёт тысячи и еще больше покалечит. Разве ты, как и я, не желаешь процветания Народу Огня?

— Желаю. Ещё как желаю. Ведь это мои будущие слуги и подданные, — изучая идеальный маникюр, заметила принцесса, сдув с него незаметную пылинку. — Вот только тебе я не доверяю ни на грош. Ты тот, кто служит Аватару. Одному из двух наших главных врагов. Ты не заслуживаешь, чтобы тебя даже слушали.

Шух…

В одно движение она спрыгнула с балкона, с которого наблюдала за происходящим, ловко приземлившись на ноги перед замершей троицей.

— Поэтому я возьму тебя в плен и сама узнаю все ответы, — сказала она, зажигая на ладони свой любимый голубой огонь, пока за её спиной появились остальные члены её свиты. — Но не волнуйся. Твои слова будут приняты к сведению. Предатель будет найден и сурово наказан.

— Чёрт, — процедил сквозь зубы принц, рефлекторно отступая на шаг.

— Меняем план, — прошептал Якон, вместе со сводной сестрой поравнявшись с принцем. — Разделяемся и ищем управляющего. Если подозрения подтвердятся — берем в плен. Встречаемся в деревне.

— Поняли, — одновременно сказали Зуко и Тоф, а затем их троица рванула в ближайшие коридоры, максимально ускоряя себя с помощью огня, металла и воды.

— За ними! — Рявкнула Азула и сама рванула в погоню, желая нагнать и показать старшему братцу, кто больше всех достоин занять трон Хозяина огня.

Сражение на последнем металлургическом заводе Народа Огня началось.





***





Две минуты спустя.





Проходная для рабочих, металлургический завод, река Шу Дзинг, главный остров, центральный район Архипелага.





Первый бой завязался между не самыми подходящими противниками. Мэй стояла на узком железном мостике, нависающим над проходом. Ее тонкий, изящный силуэт казался почти неподвижным на фоне красных огней резервного освещения.

Напротив нее, в самом центре широкого коридора, Тоф уверенно впечатала босые пятки в металлический пол. Вибрации, разошедшиеся по заводу, давали ей безупречную "картинку" происходящего: каждый закоулок, каждая ступенька, каждый заклепочный лист, который, в теории, можно было использовать как оружие, и, конечно, каждое движение пальцев ее противницы.

— Какая удача. Отплачу тебе за прошлый раз, — бросила Мэй, и ее рука метнулась вперед с неуловимой скоростью. Три бритвенно острых ножа прорезали воздух, опасно блеснув в свете ламп. Тоф даже не шелохнулась. Как и в прошлую их встречу, состоявшуюся в одном из лесов в окрестностях Ба Синг Се, она планировала подчинить металл ножей, а затем использовать их против бывшей хозяйки, хорошенько над той поиздевавшись.

Однако что-то пошло не так.

Шух…

Лишь удача и превосходные боевые инстинкты позволили ей избежать смерти, отделавшись лишь царапиной на щеке.

— Что за фокусы? — воскликнула Тоф, смотря в сторону Мэй расширившимися глазами. Она не просто не смогла подчинить металл. Она его даже не почувствовала. Будто он был полностью инертен к ее силе.

— Наша последняя разработка против тебе подобных, — ответила та, запустив еще несколько длинных игл, заставив свою противницу уйти в глубокую оборону. — Платина. Самый чистый металл.

— Будто тебе это поможет! — отозвалась Тоф, топнув ногой, превратив пол под ногами Мэй в широкую волну. В ответ метательница ножей лишь изящно отпрыгнула, в полете выпуская целые веера клинков из рукавов. Она целилась не в саму слепую девочку, а в ее ноги и конечности, заставляя ту постоянно перемещаться. Клинки вонзались в пол, потолок, стены, редкие работающиеся, высекая искры и постепенно уменьшая маневренность Бейфонг, опасающейся бегать там, где торчит острый кусок металла.

Однако это не значит, что бой стал односторонним.

— Зараза… — процедила Мэй, едва увернувшись от каменной пули, приземлившись на массивную шестерню. Тоф в ответ ухмыльнулась. Может, платина ей и не давалась, но она собственным телом чувствовала, как весь остальной металл вокруг дышит. Резким взмахом рук она вырвала из стен два массивных двутавра. Тяжелые балки, повинуясь ее воле, закрутились вокруг нее, создавая подобие грохочущего щита, а затем одна из них, словно гигантский молот, устремилась в сторону Мэй.

— Попробуй увернись от этого! — с азартом выкрикнула Тоф, сопровождая удар мощным выдохом. Мастерице плаща и кинжала пришлось проявить максимум ловкости дабы уклонится. Она скользнула под летящей балкой, чувствуя кожей жар металла, и на лету выхватила два длинных стилета. Ее лицо оставалось непроницаемым, но в ее холодных глазах мелькнул такой же боевой азарт. Она знала, что для ее противницы обычное железо — игрушка, с которой она может творить что ей вздумается, но ее козырь — платина, созданная для противостояния с другим повелителем металла, — был ее слепым пятном.

Единственная причина, по которой Тоф еще могла уворачиваться, — это мастерское чтение ее пульса и движений, благодаря чему она могла более-менее предсказать, куда полетят ее кинжалы, и защититься.

Но это не могло длиться вечно. Рано или поздно она допустит ошибку, и победа будет за ней.

— Слишком слабо, — холодно отрезала Мей, готовя новый бросок.

На что Бейфонг резко вскинула руки, и тяжелые стальные створки главных ворот проходной, рядом с которыми они оказались, сорвавшись с петель, с грохотом сложились вокруг нее, создав непроницаемый заслон.

Да, это было правдой. Она не видела оружие противницы напрямую, но ее чувства, отточенные за тринадцать лет жизни в темноте, отчетливо передавали эту "пустоту" в пространстве. Мей, воспользовавшись моментом, когда внимание Тоф было сосредоточено на воротах, совершила серию стремительных рывков по узким козырькам над турникетами, продолжая использовать свой кажущийся бесконечным боезапас.

— Достала! — выкрикнула Тоф, полыхнув Чи и ударив кулаком в ладонь. Стены проходной буквально взорвались изнутри. Металлические шкафчики с одеждой рабочих и листы обшивки сорвались с заклепок, устремляясь к центру и закручиваясь в гигантский стальной вихрь. Ее соперница оказалась заперта в сужающемся кольце из рваного железа в тесном вестибюле.

Поражение — сказал бы любой посторонний наблюдатель, но точно не тот, кто хорошо знал Мей. Даже не изменившись в лице, она хладнокровно выхватила шесть тяжелых платиновых стилетов и приготовилась пробиваться. Ее движения напоминали танец: каждый бросок был точно выверен, дабы попасть точно в одну из летающих панелей, отклонить ее на считанные сантиметры и на мгновение создать прореху, достаточную для ловкой и юркой фигуры.

— Сила есть — ума не надо? — ледяным тоном спросила Мей, оказавшись перед не ожидавшей подобного Тоф, запустив в нее тяжелый двугранный штырь.

Закаленная платина с легкостью пробила слабое место в бывших воротах, пролетев дальше, прямо в сторону юной Бейфонг. Та собственной кожей почувствовала, как холодный металл срезал прядь ее волос, намертво вонзившись в бетонную стену прямо за ее головой.

На секунду воцарилась тишина, прерываемая лишь треском разбитого стекла в кабинке вахтёра.

— Скорее кровожадности! Только по этой причине твои ноги ещё не переломаны! — яростно огрызнулась Тоф, и под её ногами, без жеста, без стойки, на чистом контроле вздыбилась земля, пробивая плитку пола.

На одной воле и паре движений плечами и тазом, следуя заветам своего наставника, она создала мощнейшую ударную волну, которая прошла сквозь арматуру фундамента, сбивая не ожидавшую подобного Мэй с ног. Та на мгновение потеряла равновесие, соскальзывая с козырька, но в падении успела использовать трос с крюком-кошкой, зацепившись за верхнюю перекладину турникета, и повисла в воздухе, тяжело дыша. Бейфонг же продолжила стоять внизу, окутанная облаком цементной пыли, а её руки оказались покрыты толстым слоем металла, среди которого угадывались даже клинки самой Мэй.

— Значит, решила использовать моё оружие против меня? — выдохнула она, глядя на соперницу сверху вниз. — Неплохо.

Обе девушки замерли. Проходная вместе с основанием превратилась в руины: вырванные с корнем стальные балки, груды искорёженного металла и осевшая пыль. Тоф чувствовала каждое движение Мэй по вибрации натянутого троса, а Мэй понимала, что у её противницы достаточно сил, дабы обрушить на неё весь потолок здания.

Они обе были еще полны сил и понимали: бой только начался и закончится ой как не скоро.





***





В тоже время, в соседнем цеху.





Литейный цех сталелитейного завода, не остывавший ни на секунду, встретил брата и сестру оглушительным гулом и невыносимым жаром, который для обычного человека был почти невыносим, однако для покорителей огня казался лёгким летним бризом. Огромные чаши, наполненные бурлящим чугуном, неподвижно висели под потолком, заливая пространство багровым свечением, ожидая, когда вернутся рабочие и продолжат свою работу.

Зуко стоял на массивном стальном мосту, а его лицо, изуродованное бордовым, запекшимся шрамом, застыло в суровом сосредоточении. Азула замерла напротив, на узком техническом парапете. На её губах играла та самая пугающая, садистская ухмылка, а в пальцах уже плясали искры холодного синего пламени.

— Значит, ты отказываешься сдаваться? Прекрасно! Давно пора показать, кто из нас по-настоящему достоин титула Хозяина Огня! — бросила она, прежде чем вступить в неминуемый бой.

Её движение, отточенное годами усердных тренировок, было точным и быстрым, как бросок ядовитой змеи. Сгусток синего огня прорезал полумрак цеха, оставляя за собой едва заметный ионизированный след. Зуко встретил атаку мощным круговым движением рук, разводя пламя сестры в стороны. Жар от столкновения был настолько силён, что краска на ближайших опорах мгновенно вздулась и обуглилась.

Принц сразу понял: в отличие от него Азула стала гораздо сильнее с их последней встречи. Он и так едва держался с ней на равных, пользуясь преимуществом в виде начавшихся раньше тренировок и обучения у Дракона Севера, но теперь бой стал гораздо опаснее и непредсказуемей.

— Я не хочу с тобой драться, сестра! Я здесь, чтобы спасти людей! — прорычал он, делая выпад вперёд, выпуская серию мощных огненных сфер, перемежая их низкими ударами ног, посылающими волны пламени по настилу.





Вот только Азула даже не пыталась защищаться. Её походка, природная гибкость, чувство боя… всё это позволяло девушке буквально проскальзывать сквозь его атаки, медленно заманивая того вглубь цеха, к печам.

В место откуда не сбежать и не скрыться.

Одним элегантным прыжком она взмыла вверх, оттолкнувшись от неподвижного чана, и обрушила сверху на брата сплошной поток синего пламени, заставляя его уйти в глухую оборону.

— Ну так сделай это! Сдайся, дабы я смогла поскорее схватить Аватара! — насмешливо крикнула она, приземляясь на тонкую цепь крана.

Дыхание принца стало тяжёлым. Глубокий вдох, медленный выдох. Всё, как учил его дядя, дабы в кратчайшие сроки восстановить дыхание. Тяжёлый, горячий, с отчётливым запахом гари, воздух литейного цеха даже помогал, чуть ускоряя восстановление сил.

В очередной раз он убедился: Азула была талантливее, быстрее, техничнее его самого. Она доминировала, контролируя пространство и заставляя его тратить силы на бесконечные блоки. Каждое её движение было направлено на то, чтобы унизить его, показать пропасть между "неудачником" и "избранной".

«Но и я не тот, кем был прежде», — подумал Зуко, резко вскинув руки, вырывая струю огня прямо из открытого зева плавильной печи. Огромный огненный хлыст метнулся к Азуле, заставив ту на секунду потерять самообладание. Принцесса едва успела выставить щит, который под напором пламени, усиленного жаром раскалённого металла, начал опасно прогибаться.

Синее и оранжевое пламя смешались в ослепительном вихре, освещая лица противников. Девушка стиснула зубы, её глаза опасно сузились. Да, превосходство всё ещё было на её стороне, но выходка брата знатно её разозлила.

— И это всё, на что ты способен? Дешёвые фокусы? Посмотрим, как ты справишься с этим! — процедила она сквозь зубы, готовя пальцы для своего самого опасного приёма. Воздух вокруг неё начал трещать. Атмосфера в цехе наэлектризовалась до предела, мелкая металлическая стружка на полу задрожала, притягиваясь к её рукам. Зуко замер, увидев характерное круговое движение её кистей. Он сразу понял, что сейчас будет.

Сильнейший прием покорения огня.

Молния.

Синий разряд с треском разорвал полумрак, чуть не оглушив их обоих. Принц едва успел принять стойку, пропуская электрический поток сквозь себя и перенаправляя его в массивную стальную колонну. Цех содрогнулся от грохота, а по всему зданию посыпались снопы искр. Азула, не давая ему передышки, взмыла в воздух, используя реактивную струю из ступней, и обрушилась сверху.

— Опять твои фокусы?! — выкрикнула Азула, приземляясь в опасной близости. Она пригнулась, сместила центр тяжести и, резко распрямив спину, нанесла серию коротких, жалящих ударов двумя пальцами. Каждый её выпад оставлял на одежде Зуко прожжённые дыры, а на коже — многочисленные ожоги, в которых оставались частички чужеродной Чи.

Принцу пришлось пятиться, едва успевая блокировать предплечьями этот шквал атак. К тому же практически сразу он почувствовал боль. Ту самую невыносимую боль, о которой рассказывали ему Аанг и Сокка, попадавшие под атаки новой подчинённой Азулы.

Именно эта боль не позволила ему уследить за ногами сестры, и та резким движением выбила ему опору из-под ног, заставив бессильно упасть на колено.

— Это конец, братец, — едва не пропела она, занося руку для решающего удара.

Инстинкты Зуко взвыли, тело взяло второе дыхание, а адреналин устремился по венам. За то мгновение, которое потребовалось сестре на произношение прощальной фразы, он ударил ладонями по стальному полу, создавая огненный купол, на секунду ослепивший Азулу. Эта секунда стала решающей. Пользуясь её замешательством, он быстро перекатился назад, к рычагам управления, и не думая дёрнул один из них.

Принцу повезло — огромный чан с жидким чугуном качнулся, преграждая принцессе путь и обдавая её невыносимым жаром.

— Не сегодня, сестрёнка, — выдохнул Зуко, пытаясь восстановить сбитое дыхание, на что Азула лишь рассмеялась — звук, от которого по спине пробежал холодок даже в этом пекле.

Она не стала обходить внезапное препятствие, ища другой путь.

Она его просто уничтожила.

Сосредоточив всю мощь в одной точке, она пробила дно чана сконцентрированным лучом синего пламени. Поток жидкого металла хлынул вниз, превращая внутренности завода в настоящий ад на земле, с невыносимым жаром и инфернальным свечением.

Сама Азула в этом хаосе казалась натуральным демоном: её волосы растрепались, форма сияла подпалинами, а в глазах плясало такое безумие, смешанное с холодным расчётом, что у любого наблюдателя со стороны пробежал бы табун мурашек.





— Никуда ты от меня не уйдёшь! — выкрикнула она, дождавшись, когда весь металл схлынет и ей откроется путь.

Зуко встретил её в лоб.

Их кулаки столкнулись, породив взрывную волну, выбившую оставшиеся немногочисленные стёкла. Брат и сестра замерли в клинче, тяжело дыша друг другу в лицо. Синее пламя Азулы постепенно пожирало оранжевый огонь Зуко, медленно, но неотвратимо прижимая его к полу. Она доминировала, наслаждаясь моментом его слабости, чувствуя, как брат постепенно выматывается под её натиском.

— Сдайся же наконец, братец! Ты же слабак, — ядовито прошептала Азула, готовя финальный разряд прямо в упор. Зуко смотрел ей прямо в глаза, не отводя взгляда. Его шрам казался ещё темнее в свете литейных печей. Он знал, что проигрывает во всём: опыте, мастерстве, запасах Чи, но его воля была непоколебима. Несмотря ни на что, он собирался сражаться до конца, даже если бы это стоило ему жизни.

Настал решающий момент. Азула наконец сломала его стойку и, пользуясь секундным замешательством, резко оттолкнула его назад, готовясь нанести завершающий удар. Но в этот момент одна из повреждённых балок перекрытия, подточенная их яростным боем, с грохотом рухнула вниз, подняв настоящее облако копоти и пепла.

— Да вы издеваетесь? Откуда у этого предателя столько удачи? — донёсся из пыли уставший голос принцессы, которую эти совпадения окончательно достали.

Когда серая взвесь немного осела, они снова стояли друг против друга по разные стороны завала. Мир вокруг них рушился: механизмы трещали, цех горел, а несущая колонна, по которой недавно угодили молнией, начала опасно крениться, рискуя обрушиться в любой момент.

Азула стояла ровно, в идеальной боевой стойке, хотя её дыхание было прерывистым, а Зуко вынужденно опирался на обломок стальной трубы, готовясь к следующему раунду, который обещал стать последним.





***





В тоже время, где-то соседнем на складе.





Воздух на складе, в отличие от всего остального завода, был застоявшимся и холодным, а тишина — неестественной, пугающей. В центре широкого пролета, окруженный высокими штабелями стальных балок, спокойно замер Якон.

Казалось, словно он неподвижен, ведь с начала боя он не сделал ни шага, лишь его ледяные голубые глаза медленно перемещались, отслеживая цели. В его правой руке пульсировал водяной хлыст — тонкая, толщиной с палец, но прочная струя воды, способная по его воле рассекать сталь.

Напротив него замерли две его противницы. Тай Ли балансировала на самом краю деревянного ящика, её поза была расслабленной, а на лице сияла широкая, почти искренняя улыбка, резко контрастирующая с обстановкой. С другой стороны, словно тень, заходила Фен. Её фигура казалась размытой из-за дрожащего марева, поднимающегося от рук, а шаги напоминали крадущегося хищника. Бесцветное пламя, почти невидимое глазу, лишь слегка искажало пространство вокруг её кулаков, словно маскируя свою коварную природу.

— Слушай, может быть, сдашься? — Склонив голову набок, спросила Тай Ли, заведя руки за спину. — Не хочется причинять боль такому милашке.

— … — Приемный Бейфонг ничего не ответил. Лишь взмахнул хлыстом, оставив на полу идеально ровную трещину.

— Хочешь по-плохому? Хорошо! Тетя Тай Ли тебе устроит, — звонко выкрикнула бывшая акробатка, прежде чем сорваться вперед, практически паря над полом, кулаками нацелившись на центра Чи Якона.

Одновременно с ней в атаку перешла бывшая палач Народа Огня. Её ладони выдвинулись вперед, защищая от возможных атак, а ноги быстро понесли вперед, прямо к её цели. Стоило отдать ей должное: будучи больше гражданским специалистом, она не пренебрегала тренировками, от чего её походка стала практически бесшумной, что в купе с бесцветным пламенем делало из неё идеального убийцу.

Однако Якон даже не шелохнулся. Легким, почти ленивым движением кисти он взмахнул хлыстом. Вода с противным свистом разрезала воздух, описав идеальную дугу. Удар был такой сокрушительной силы, что тяжелый ящик, с которого только что спрыгнула Тай Ли, развалился надвое, словно бумажный, а Фен пришлось резко уйти в перекат, чувствуя, как капли воды мгновенно испаряются, едва соприкасаясь с её невидимым пламенем.

— Эй, это было опасно! — бросила Тай Ли, приземляясь на одну руку и тут же отпружинивая назад, подальше от жадного водяного лезвия. Ее напарница хранила гробовое молчание, предпочитая словам действия. Она просто продолжала наступать, нанося быстрые, точные удары, прибегая к классическим приемам покорения огня. Огненные шары, волны, лезвия… Все это настоящей лавиной летело в юного покорителя воды, бессильно расшибаясь об его защиту, что задевало даже такую сломанную личность как Фен.





Когда же она приблизилась достаточно близко, дабы вновь воспользоваться бесцветным пламенем, и Якон попытался захлестнуть её шею водяной петлей, палач просто выставила вперед ладонь. Произошла вспышка пара, и хлыст юного покорителя воды на мгновение потерял форму, давая ей шанс в один удар закончить этот бой.

Шлеп…

— Хс-с-с-с…

Вот только парень, даже не моргнув, мгновенно восстановил его из влаги, витавшей в воздухе, одним ударом отогнав опасную женщину. Именно отогнав. Не убив, ведь он прекрасно понимал свою задачу — сдерживать этих двоих здесь, пока Тоф или Зуко доберутся до кабинета и получат необходимые им данные.

Поэтому он просто игрался, вообще не прибегая к магии крови или каким-то затратным техникам. Зачем, если обе противницы были бойцами ближнего боя, против которых у него было универсальное оружие?

— Вот засранец мелкий! — воскликнула Тай Ли и сделала вид, что обиделась, уклоняясь от очередного всплеска, который срезал пуговицу с её воротника.

Ведь синеглазый гаденыш (по ее мнению) доминировал, даже не двигаясь с места. Его хлыст рубил всё: массивные стеллажи, бетонные опоры, штабели труб. Он методично разрушал склад, превращая его в настоящий лабиринт из обломков, в котором только он знал дорогу. Контроль уровня мастера позволял и не такое, а полное отсутствие взаимодействия между двумя его противницами делало его работу еще легче. Слишком сильно различались характеры Фен и Тай Ли, дабы образовать хоть какую-либо синергию и никакой профессионализм этого компенсировать не мог .

Нет, будь Фен в связке с Азулой или Тай Ли с Мэй, даже юному покорителю крови пришлось бы тяжко. Но сейчас он просто развлекался, наслаждаясь своим полным превосходством и экономя силы.

Как оказалось позже — не зря.

***

В пылу битвы троица из команд Аватара и Азулы сами не заметили, как сильно повредили завод. Ведь Док не шутил, когда говорил, что здесь всё держалось на соплях. Цеха горели, основание крошилось, склады с перерезанными несущими балками медленно оседали вниз.

Еще немного, и своими усилиями они бы сами обрушили его в реку, но тут, когда две из трех битв уже подходили к финалу, по земле словно прошла волна. Теплая, едва видимая, она пронеслась по заводу, заставив всех на мгновение замереть, прежде чем…

— Гр-р-р-р-а-а-а-а-а!!!

Из-под земли раздался громкий, пробирающий до костей рев, заставивший всех разом напрячься. В следующий момент из реки вынырнула огромная стометровая лапа, состоящая из грязи, тины и многочисленных отходов, нанеся точный удар в центр комплекса.

Это стало последней каплей.

Завод начал стремительно, как карточный домик, сворачиваться и уходить под воду, унося за собой каждого, кто не успел скрыться: охранников, немногочисленных работников и обе команды, которые слишком поздно осознали происходящее.

Уже через полминуты на месте завода остался перепаханный пустырь, а в реку Шу-Дзинг попали тысячи тонн химикатов, грязи и помоев, начав медленно спускаться вниз по течению и превращаясь в настоящую экологическую катастрофу для Народа Огня.

Вот только сейчас жителям было не до этого. По всей территории Архипелага начались многочисленные бои и столкновения, где с одной стороны участвовали люди, а с другой — появившиеся из ниоткуда духи.

Событие, которое войдет в историю как Парад Сотни Демонов, началось.





Глава 8. Духи. Часть 1. Оскверненный дракон.


100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два с половиной месяца после начала террора.

Восемь дней до дня Черного Солнца, меньше полутора месяцев до прилета кометы Созина.





Утро того же дня.





Врата Азулона, предместья столицы, главный остров, центральный район Архипелага.





— А-а-анг… Аа-анг… Просыпайся… — Сознание возвращалось с трудом. Словно он, ослабший, измотанный, лишившийся магии и забывший как плавать изо всех сил пытался прорваться сквозь тяжелую водяную завесу. Неудачно. — Вста-а-а-авай… У на-а-а-с пробле-е-е-емы... Вста-а-а-авай, А-а-анг…

А ведь всё так хорошо начиналось...

В предместья столицы они прибыли достаточно быстро и незаметно, за что стоило сказать спасибо прошедшим недавно дождям и низко сидящим облакам, ставшим их идеальным укрытием. Оттуда, с неба, контролируя тучи с помощью покорения ветра и воды, они начали свою разведывательную миссию.

Он помнил, как Аппа бесшумно скользил в разреженном воздухе, повинуясь малейшему натяжению поводьев в его руках. Как он сам сидел практически неподвижно, напрягая всё своё тело, дабы стать единым целым со своим бизоном и не позволить ему случайно покинуть пределы маскировочного облака, которое с таким трудом создала Катара.

Изначально сама идея Сокки использовать подобную технику наткнулась на такое непонимание и презрение со стороны обоих магов, что тот чуть с бизона не сиганул, опасаясь быть побитым. Причина такой реакции была проста: одно дело — создавать водяной туман, будучи рядом с рекой или озером, другое — делать это в открытом небе, где единственная доступная вода — такие же облака, изменение и вытягивание которых было очень заметно с земли.

Выход нашелся. Не самый приятный для Аппы, но самый действенный. На спину бедного бизона водрузили несколько десятков крупных бурдюков с водой, пользуясь которыми юная покорительница могла создать маленькое, самоподдерживающееся облачко, похожее на грозовую тучку.

Он помнил, как там, внизу, в чаше колоссального потухшего вулкана, раскинулись центральные районы столицы. Старый, заставший еще времена Аватара Року город подчинялся строгому перфекционизму, которым даже в его эру славились архитекторы Народа Огня. Ровные радиальные проспекты, расходящиеся от центра подобно солнечным лучам, насквозь пересекали кольца клановых кварталов, которые легко можно было отличить друг от друга благодаря уникальной форме крыш и цвету черепицы. Тот еще кич, должный сыграть не последнюю роль в их планах.

Сокка, прильнув к свитку и подложив под него дощечку, лихорадочно зарисовывал сложную сетку дорог. Аанг не понимал, что он там делает, но, судя по тихому бормотанию, в его фантазиях по широким магистралям уже двигались танки Царства Земли, а среди тихих пагод, соединенных узкими жилыми переулками, где черепичные крыши домов знати смыкались, образуя темные лабиринты, неслись элитные части царской армии.

Каждое здание здесь было крепостью с крепким каменным фундаментом, стальными дверями и широкими коридорами, специально созданными для удобства покорителей огня, но с наступлением дня Черного солнца всё это превратится в детскую площадку, где будут резвиться маги земли.

И помочь осуществиться подобному должен был детальный и проработанный план, составленный с помощью гениальных мозгов Сокки.

«Надеюсь, всё случится быстро. Без лишних жертв», — подумал Аанг, невольно сместив взгляд вбок, туда, где в самом центре, на возвышении, высился дворец Хозяина Огня. Эта громада, сравнимая по размерам с половиной его бывшего храма, где когда-то жила четверть всего народа Воздушных кочевников, со стороны напоминала огромного монстра, прилегшего на передние лапы и теперь с интересом наблюдавшего за копошением муравьев в своих владениях.

Сокка фиксировал всё: сложную систему внешних галерей, переходы между флигелями, окна и балконы, через которые можно было проникнуть внутрь, сады и тренировочные площадки, спрятанные между складками башен. Всё, что могло помочь им в грядущем штурме, сохранив как можно больше жизней с обеих сторон.

Ведь все, начиная с Совета Пяти, должного руководить операцией, заканчивая самим Аангом и Царем, понимали: даже если лишить Народ Огня магии, у них всё еще останутся тысячи простых солдат, обученных сражаться и противостоять простым покорителям. Про таких уникумов, как подруги принцессы — Мэй и Тай Ли, даже упоминать не стоит.

Закончив с дворцом, Аватар плавно, дабы не попасть в потоки восходящего воздуха, направил Аппу вниз по склону вулкана. Туда, где аристократические кварталы редели, постепенно сменяясь сначала торговыми, потом жилыми и, в конце, промышленными районами, вплотную прилегавшими к пропахшему копотью и золой порту столицы.

В отличие от изящных дворцов и пагод, это был грубый, но величественный гигант, выгрызенный прямо в прибрежных скалах. Десятки доков из серого камня были забиты линкорами, чьи стальные корпуса тускло поблескивали в маслянистой воде залива, а десятки грузовых барж пришвартовывались и отчаливали, доставляя в город тысячи тонн товаров, продовольствия и людей… Одним словом, всё, в чем так нуждался второй по величине город мира.

Сокка, словно одержимый, наносил на карту точки расположения угольных терминалов и гигантских паровых кранов, захватив которые можно было ускорить развертывание царской армии в разы, а его острые глаза, привыкшие замечать любую мелочь в бескрайних пустошах Южного полюса, разглядывали линкоры и их экипажи. Он хотел понять — готовы ли корабли к бою или их можно будет взять тепленькими.

Все ради будущего. Все ради завершения этой бессмысленной войны.

Однако время было ограничено, поэтому, дождавшись, когда у их стратега закончится творческий угар, их троица отправилась дальше, к последней точке их маршрута. Первому и самому серьезному рубежу обороны, слава о котором гремела даже за пределами Архипелага.

Легендарным Великим вратам Азулона.

Расположенные у выхода в залив, они обдувались всеми ветрами, отчего Катаре пришлось сильно попотеть, дабы усилить контроль, делая облако вокруг Аппы максимально плотным и серым, и слиться с предгрозовым небом.

Сами Врата со стороны мало напоминали ту конструкцию, о которой думаешь, когда только слышишь это слово. На первый взгляд, это просто были три декоративные статуи, установленные на выходе из залива. Две из них представляли собой величественных драконов, лежащих на брюхе и смотрящих точно вперед, на третью скульптуру, представлявшую собой огромного, высотой под сотню чжанов (примерно 300 метров), лорда Азулона, прошлого Хозяина Огня, при котором эта хитрая система и была построена.

Почему хитрая? Дело в том, что постройки, выглядевшие как простые украшения, на самом деле были сложными механизмами, роль которых становилась понятна, только если хорошенько приглядеться. Так, из пастей драконов свисали толстые, толщиной с человеческую руку, черные цепи, чьи концы крепились к ладоням статуи Азулона. Лишь один раз взглянув на них, Сокка понял: стоит царскому флоту приблизиться ко входу в залив, как проход в него перекроют, а катапульты и покорители огня, спрятанные в хорошо замаскированных береговых батареях, начнут расстреливать их как мишени в тире.





Но это можно было исправить, если знать слабые места конструкции. Для этого нужно было хорошенько приблизиться к центральному узлу всей этой системы — этой самой статуе — и подметить пару деталей.

С трудом, но он и Катара смогли проделать это, потратив много сил и Чи, однако когда они почти приблизились к цели, по ним прошла теплая, щекочущая волна, а затем…

— ГР-Р-У-У-У-Р!!!

...снизу пришел страшный удар, сначала отправивший в неконтролируемый полет, а затем — в темноту.

— А-а-анг… Аа-анг… Очнись… Пожалуйста!

И вот теперь его кто-то пытается разбудить, постоянно тряся за плечи, используя голос Катары. Стоп. Катары?

— Блерх… — Резко очнулся Аватар, выплевывая целую лужу, пока на заднем фоне бушевали молнии и слышались чьи-то истошные крики.

— Аанг! — После чего его крепко вжали в горячую кожу, через которую чувствовалось, как с огромной скоростью бьется паникующее сердце. — Ты жив… Ты в порядке… Слава Духам…

— Фух… — Юный кочевник выдохнул, а затем резко вдохнул, благодаря чему перед глазами прояснилось. Они двое, он и Катара, сидели на берегу залива, пока вокруг бушевал мощнейший шторм с белоснежными молниями и черными тучами, а мимо носились толпы людей, которые пытались хоть что-то сделать. Рыбаки и ловцы бросали свои лодки, брали под руки жен и детей и бежали вглубь острова, подальше от побережья. Чиновники, одетые в богатые красные одежды с золотой вышивкой и громоздкими головными уборами, сейчас съехавшими и поистрепавшимися, старались всеми силами организовать эвакуацию, дабы никого не затоптали или не забыли, пока немногочисленные вояки под руководством… Сокки?.. пытались отбиться… от огромного злобного змея, беснующегося посреди залива.

«Откуда он здесь?!» — подумал Аанг, не в силах оторвать взгляд от величественного зверя. Огромный, в два раза больше тех, кого он видел на острове Киоши, с шикарной гривой и покрытый черной чешуей, он походил на какое-то божество, чьей воле подчинялись волны и небо.

Словно он не живое существо, а…

«Дух» — отчетливо, шестым чувством, понял Аватар, осторожно вставая и одновременно с этим ставя плачущую Катару на ноги.

— Что здесь произошло? — спросил он, глядя в покрасневшие, но всё такие же прекрасные голубые глаза.

— Не знаю… — Кое-как взяв себя в руки, ответила девушка. — Всё произошло внезапно. Мы подлетели к статуе. Вдруг через нас прошла какая-торая волна, а затем из моря вынырнул он, отшвырнув Аппу на берег. Нам с Соккой повезло, но ты ударился головой о седло и упал в воду, потеряв сознание. Я едва успела тебя спасти.

— Спасибо, — признательно произнес Аанг, зажмурившись и крепко обняв свою спасительницу, отчего так и не заметил, как она покраснела. — Не знаю, что происходит, но нужно что-то делать. Это не просто монстр, а дух. Я как Аватар должен разобраться с ним.

— Что? Как?! — воскликнула Катара, махнув рукой в сторону побережья, чья береговая линия была исполосована ударами молний и длинного хвоста, а десятки кораблей, начиная с мелких рыбацких лодок и заканчивая бронированным линкором, были выброшены на берег и расколоты в хлам. — Как ты с ним справишься? Тут даже состояние Аватара не поможет. Он слишком силен!

— Знаю, но я должен что-то сделать, — твердо ответил ей монах, уже потянувшись вбок, дабы привычно перехватить свой любимый посох, как вдруг понял: его тут нет, а значит, он остался без своих любимых крыльев.

— Ты случаем не это ищешь? — послышался сбоку довольный голос Сокки, державшего в руке кажущийся простым длинный посох. Слегка покоцанный и насквозь промокший, как и сам командный стратег, они вдвоем представляли не самое лучшее зрелище, но это было лучше чем ничего.

— Сокка! — радостно воскликнул Аанг, в порыве чувств сначала крепко обняв друга, а затем выхватив сразу же раскрытый планер. — Рад, что ты в порядке. Надо спешить. Мы остановим этого духа во что бы то ни стало!

И он уже собирался взлететь, как его грубо схватили за руку и дернули назад.

— Постой, — сказал удивительно серьезный Сокка, глядя ему прямо в глаза. — Ты не можешь сунуться к нему без плана. Может быть, ты и Аватар, но точно не всемогущий.

— Но… — хотел было возразить монах, но его оборвали.

— У меня есть план, как от него избавиться, но для этого нам нужна помощь, — произнес южанин, после чего сделал шаг в сторону, открыв вид на трех огневиков, всё это время стоявших сзади.

Их оказалось трое. Высокие, широкоплечие, шагающие легкой пружинистой походкой, свойственной всем опытным покорителям огня, самым сильным из которых оказался мощный старик, идущий впереди. Седые волосы, густая борода, многочисленные морщины, изрезавшие лоб, жесткие мозолистые ладони, твердый уверенный взгляд человека, привыкшего отдавать приказы и видеть их исполнение.





«Генерал», — одновременно поняли Аанг и Катара, уже имевшие дело с подобными представителями армии Народа Огня.

— Меня зовут генерал Фанг, — выйдя вперед, сказал он своим глубоким, пробирающим до костей голосом. — Ответственный за оборону Великих врат Азулона. Это ты Аватар?

— Эм… Да, — немного смутившись, неуверенно ответил Аанг, рефлекторно спрятав руки за спину.

— Хм… Я думал, ты будешь больше, — недовольно буркнул Фанг, одной фразой заставив выпасть в осадок всю Золотую Троицу. — Знаешь, будь дело иначе и не разрушай один морской змей доверенное мне побережье, я бы приказал схватить тебя и доставить к трону Хозяина Огня…

Тут все невольно напряглись, отчетливо почувствовав угрозу. Даже Сокка, который этих огневиков привел.

— …однако сейчас ситуация другая, — скрипнув зубами, продолжил генерал, бросив взгляд на море, где в кольца змея попал очередной крупный торговый корабль, стремительно идущий ко дну. — В первую очередь я служу своей стране и народу. Для него беснующийся на побережье монстр, перекрывающий проход в стратегически важную гавань, — гораздо большая угроза, чем Аватар.

— Хотите сказать… — неверующе произнес Аанг, чьи глаза начали стремительно расширяться.

— Да, я хочу предложить союз, — кивнул Фанг, хлопнув в ладони. — Нам нужна помощь. Без вашей силы нам не изгнать змея в море. Взамен мы отпустим вас и не станем преследовать...

— Хорошо. Мы согласны, — даже не дав ему договорить, воскликнул Аватар. — Но нельзя терять время. Нужно спасти как можно больше людей.

— Тут ты прав, мальчик, — довольно ухмыльнувшись, ответил генерал, а затем повернулся к стоящему в стороне Сокке. — Твой друг уже помог нам, организовав оборону. Благодаря ему часть моих людей смогла спастись до того, как их позиции накрыло молниями. Но, по его словам, у него есть план не просто убежать, а победить этого зверя. Это так?

— Да, — кивнул парень, чьи руки от сосредоточенных на нем взглядов начали мелко подрагивать. — Я слышал, как Аанг говорил, что это не просто зверь, а дух. Верно?

— Угу, — кивнул тот, бросив еще один взгляд на змея, чью природу он наконец узнал. Имуги. Древний дух, о котором он читал в храмовой библиотеке за несколько лет до своего побега. Страж морей и океанов, повелитель волн и молний. Но если в легендах его описывали как благородного и милостивого духа, то сейчас это была извивающаяся гора черной плоти и чешуи, чье тело переливалось маслянистым, ядовито-зеленым блеском.





Мгновение — и он со всей силы ударил хвостом по прибрежным утесам, отчего твердый гранит рассыпался в пыль, а земля вздрогнула так, что вся их компания едва удержалась на ногах. Воздух, до этого чистый и освежающий, начал отдавать озоном и гнилой водой.

— Тогда у нас есть выход, — потерев ладони, сказал Сокка, повернувшись к своей сестре. — Катара, наш мастер ведь учил тебя технике духовного исцеления? Ну, когда ты создавала кучу струй и заставляла их светиться.

— Да, но я её почти не отрабатывала! — кивнула растерянная девушка, поежившись от пробежавшего по спине холодка. — Я не знаю, смогу ли применить её против такого монстра!

— Сможешь, — не слушая возражений, заявил её брат, задорно ухмыльнувшись. — Я в тебя верю.

После чего он повернулся к всё это время молчавшему генералу и заявил:

— Генерал Фанг, нам нужны ваши люди. Если мы сможем обессилить, а лучше — обездвижить этого духа, моя сестра сможет его изгнать, и вам больше не придется волноваться за своё побережье.

Тот ничего не ответил. Лишь окинул Катару задумчивым взглядом, а затем грязно выругался. Настолько, что даже у двух телохранителей, стоявших за его спиной, отчетливо покраснели уши. Про бедное Золотое Трио даже говорить не стоит.

— Фух. Доверить свою судьбу девчонке? Узнай об этом Северный Дракон, точно бы засмеял, — выдохнув, произнес он, скрестив руки на груди. — Но выбора нет. Давай, парень, задействуй свой план. Не подведи меня.

На что тот лишь кивнул, и они разошлись по своим позициям. Уже через минуту солдаты генерала перегруппировались и, выйдя на передовую, приготовились к сложной битве, внимательно слушая команды их нового командира — молодого парня из Южного племени Воды.

Узнай об этом их сослуживцы, точно нарекли бы их предателями или сумасшедшими. Однако выбора не было. Если они хотели выжить и защитить доверенное им побережье, нужно было поступиться принципами и объединиться с тем, кто, по легендам, на противостоянии с духами собаку съел.

Даже если этим кем-то окажется Аватар.

— Рассредоточиться! Не сбиваться в кучу, если не хотите стать поджаренным гарниром! — сорванным голосом орал Сокка, перекрывая рёв духа. Он стоял на вершине одной из скал и усиленно думал, как доставить как можно больше неприятностей одной злобной ящерице. Его мозг работал на пределе, просчитывая все возможные варианты. Он видел, как солдаты генерала Фанга по привычке пытаются выстроиться в боевые клинья, дабы дать слитный залп, вот только это было самоубийством против такого огромного противника. — Генерал! Ваши люди должны бить по суставам хвоста! Не вместе! Вразнобой! Главное — отвлекайте его от Катары любой ценой!

Фанг, чьи глаза постоянно щурились от бьющих на горизонте молний, коротко кивнул и махнул ладонью, смело выйдя вперед. Строй покорителей послушно разомкнулся, и в сторону духа полетели струи концентрированного пламени. Дух взвыл, его огромная пасть, усаженная рядами кривых клыков, распахнулась, изрыгая облако едкого пара.

В этот момент сверху, в темноте, воспользовавшись тем, что молнии на мгновение перестали бить, на морского змея спикировал Аанг. Он не использовал магию для атаки — он сам стал приманкой. Маг воздуха пролетел всего в паре ладоней от желтых глаз имуги, одним выдохом создавая мощные воздушные хлопки и оглушая неготового к подобному зверя.

В ответ дух начал яростно клацать челюстями, пытаясь поймать верткую цель, но юный монах в очередной раз доказал своё звание мастера покорения воздуха. Совершая немыслимые кульбиты на своем посохе-планере, он каждый раз ускользал впоследний раз, уводя внимание монстра в сторону моря.

— Так держать, Аанг! — крикнул Сокка, метая свой бумеранг в место, о котором ему заранее сообщил его лысый товарищ. Оружие со свистом описало дугу, с сухим стуком ударив в уязвимое место, где одна из чешуек росла в обратном направлении.

Обратная драконья чешуя. Слабое место, о котором изредка упоминалось в легендах и где броня монстра была наиболее тонка.

Миг — и тело темного духа изогнулось, а из пасти донесся громкий, обиженный рев. Впервые за многие тысячи лет ему смогли причинить настоящую боль. Да, маленькую, больше похожую на удар мизинцем о дверной косяк, но даже этого хватило, дабы имуги на мгновение замер, готовясь к следующей атаке.

Этого затишья Сокке хватило, чтобы подбежать к расчету тех немногих тяжелых баллист и требушетов, которым повезло пережить буйство монстра.

— Эй, вы! Заряжайте тросы! Нам нужно прижать его голову к земле! — Видя, как солдаты до сих пор колеблются, не решаясь выполнять его приказы, он сам навалился на рычаг лебедки, чувствуя, как мышцы спины наливаются свинцовой тяжестью. Через несколько секунд к нему присоединились оба телохранителя генерала Фанга, решив помочь смелому парню и параллельно с этим начав материть нерадивых подчиненных на чем свет стоит.

Аанг в это время кружил в эпицентре бури. Он не просто видел, он кожей чувствовал всю ту ярость и боль, которую транслировал дух. Каждый его маневр был рискованным: одно неверное движение, одна ошибка — и чешуйчатый хвост раздавил бы его, как назойливое насекомое.

Он видел, как внизу, за каменным выступом, замерла Катара. Её фигурка казалась крошечной и беззащитной на фоне беснующегося колосса. Любой порыв, любая случайная атака, любая капля яда могла оборвать ее жизнь, что неимоверно бесило одного юного монаха. Аанг стиснул зубы и, задействовав огромный, даже по его меркам, объем Чи, вызвал мощнейший нисходящий поток, который на мгновение смог прижать имуги к прибрежным камням, давая Сокке и солдатам секунды на подготовку захвата.

Звяк…

Кланг…

И пять стальных тросов улетели в море, вонзившись в каменистое морское дно, а затем резко натянулись, приковав не ожидавшего подобного духа к скалам. Казалось бы — победа, вот только молнии с небес продолжали бить по людям, едва успевавшим уворачиваться, а ядовитое дыхание и кровь, вырывающиеся из глотки духа, отравляли всё, к чему прикасались.

Это не ускользнуло от внимательного взгляда Сокки. Он видел, что Аанг, продолжавший летать прямо перед мордой монстра, еще не отошел от обморока, а последний порыв потребовал слишком много сил и напряжения. Фанг и его воины тоже были не лучше. В отличие от монстров, собравшихся в команде Аватара, они были простыми людьми с очевидными пределами. Постепенно они выдыхались: их огонь становился слабее, а движения — всё заторможеннее.

«Немного. Еще немного», — думал парень, крепко удерживая корпус требушета. Им нужно было продержаться еще чуть-чуть, пока Катара не вспомнит уроки мастера и не сможет использовать ту технику.

Вот только имуги не собирался давать им времени на отдых. Он резко вздыбился, и один из стальных тросов с оглушительным звоном, от которого у всех заложило уши, порвался. Его обрывок опасно полоснул по камням, высекая искры и ослепляя не готовых к подобному людей.

— Не отпускать! Навались! — прохрипел Сокка, хватаясь за рычаг соседнего, целого орудия. Его мышцы горели, а сапоги скользили по залитому маслом и кровью камню, но он видел, что голова духа на мгновение оказалась прижата к земле. — Генерал Фанг, сейчас! Залп по основанию шеи! Не дайте ему вздохнуть!

Старому вояке не было нужды дважды повторять. Всего один приказ — и солдаты Нации Огня, воодушевленные собственным успехом, выстроились в полукруг. Генерал, чье лицо ощутимо посинело от яда, а борода встала дыбом от статического электричества, нанес резкий удар кулаками в воздух.

Мощнейшая волна пламени накрыла морду имуги, ослепляя его и заставляя ядовитый туман рассеяться. В этот момент Аанг, почувствовав, что дух дезориентирован, совершил невероятное: он сложил планер и камнем бросился вниз, сконцентрировав всю доступную Чи в ногах для финального ката.

Мгновение и удар…

Бабах…

Земляная волна. Простейшая техника покорения земли, которую он выучил в первую неделю своего обучения. Слабая и практически непригодная.

Вот только выполненная Аватаром, вложившим в неё треть собственного резерва прямо перед носом чудовища, она вызвала такие разрушения, что заставила духа беспомощно потеряться в пространстве. Ведь мозг, созданный по образу и подобию змеиного, был просто не предназначен для подобных нагрузок.

Однако у всего есть своя цена.

— Сокка, я больше не удержу его! — выкрикнул Аанг, падая на ближайший камень и тяжело дыша. Его тело ныло, на голове вздулась крупная фиолетовая шишка, а запас Чи близился к дну.

Стратег, мгновенно оценив ситуацию, пришел к единственно верному решению: воспользоваться старой, уже зарекомендовавшей себя тактикой — нанести удар в слабое место. Плавное движение руки, и меч, подаренный ему из царской сокровищницы, блеснул в свете молний.

Сокка не думал. Он делал. Раз — и его тело рвануло вперед, сделало прыжок и, оказавшись на теле зверя, начало ловко лавировать между извивающимися кольцами хвоста, рискуя быть раздавленным в любое мгновение. Два — и удар пришелся точно в цель: меч глубоко вошел в ту единственную неправильную чешую, и дух издал звук, похожий на скрежет ломающегося льда. Парень понимал: так просто этого монстра не убить, поэтому нужно было нанести точный удар, дабы вызвать болевой шок и заставить имуги замереть еще на несколько мгновений.

Вот только на что они могут повлиять, особенно в битве такого масштаба? В битве, где даже у объединившихся покорителям огня потребовалось бы несколько часов, дабы сжечь ненавистного духа?

Ничего и всё. Ведь в тот момент, когда хаос битвы готов был возобновиться, его озарил свет.

Катара, подготовленная и настроенная, вышла из тени скал. Никакого волнения, никакой суеты. Она двигалась с привычной грацией, словно совершала одно из многочисленных, хорошо отработанных ката, а вода, извлеченная из моря и фляг павших солдат, вращалась вокруг неё идеальными кольцами, светясь нежно-желтым, почти белым огнем.





Идеальный настрой, идеальная подготовка, идеальное исполнение.

Всё, за что её считали бы лучшей покорительницей Северного племени Воды, если бы не существование одного монстрика.

— Спи, — прошептала она, направив ладонь вперед, и её голос, полный спокойствия и доброты, перекрыл рев пожаров.

Миг и десятки водяных колец окружили тело змея, начав напитывать его светлой положительной энергией. Было видно, что техника давалась девушке с трудом: Катара чувствовала, как её собственные жизненные силы утекают вместе с этой водой. Как скверна внутри духа отказывается уничтожаться, всеми силами сопротивляясь. Её руки дрожали, с лица градом лил пот, а колени подгибались, но она продолжала стоять и лечить.

Лечить глубоко отравленного и нуждающегося в помощи пациента.

И так, в один момент качество перешло в количество.

Свет, окутывающий имуги, стал невыносимым, а его черная чешуя начала стремительно осыпаться, превращаясь в чистую прозрачную энергию. Дух, испытывая невыносимые страдания, в последний раз содрогнулся, его тело в последний раз дернулось, попытавшись вырваться, и обмякло, теряя материальность.

В тот момент огромные глаза змея, секунду назад полные безумия, наполнились спокойствием. Тем самым спокойствием, которое описывали в легендах и которое ожидалось увидеть у сущности его калибра. С тихим вздохом, полным облегчения и радости, он в последний раз поднял голову к небу и рассыпался на миллионы искр, которые медленным потоком устремились вверх, к заходящему солнцу.

В след за этим, почти сразу же, Катара упала в обморок, растратив все силы, а Аанг и Сокка бросились к ней, на ходу подхватывая оружие на случай вероятного столкновения. Однако его не произошло. Солдаты генерала Фанга в восторге кричали в небеса, радуясь, что пережили этот день и враг, достойный звания легенды, был сражен их руками.

Сам генерал уже собирался направиться к юным героям, дабы поблагодарить их и предложить место, где они могли бы отдохнуть, как…

Шух…

…что-то изменилось.

Глоть...

Это не была угроза, жажда крови или нечто подобное, что часто описывали в романах по боевым искусствам или в старых легендах о героических воителях и магах. Просто в один момент все выжившие повернули головы вбок — туда, где располагалась чудом уцелевшая статуя прошлого Хозяина Огня Азулона. Там, на самой вершине, стоял ОН.

Не человек. Нет. Точно нет. Хотя и очень похожий.

Высокий рост, красный халат, длинные черные волосы и безликая белая маска, закрывающая всё лицо. Тот, кто по ощущениям ничем не уступал Имуги.





Он не стал ничего произносить или показывать. Лишь сделал короткое, идеально выверенное ката, и песок, собранный со всех окрестных пляжей, собрался в единое целое…

Бабах…

...и за считанные секунды перерезал многометровую металлическую статую пополам.

«Дух… Еще один дух», — подумал каждый из присутствующих, увидев собственными глазами, как фигура буквально рассыпалась и исчезла, не оставив после себя ни следа.

Лишь двое подростков видели и понимали истинную суть происходящего. Ведь увиденное ими ката они уже много раз наблюдали в исполнении одного человека. Того, ради которого они и прибыли на Архипелаг.

Того, кто обучил их основам покорения и понимания мира.

Того, кто, несмотря на все слова, стал им нечто большим, чем Наставник. Другом и товарищем.

В тот момент Аанг и Сокка видели его.

Шайнинга Бейфонга.





Глава 9. Духи. Часть 2. Город славит своего героя.


100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два с половиной месяца после начала террора.

Шесть дней до дня Черного Солнца, меньше полутора месяцев до прилета кометы Созина.





Два дня спустя.





Окрестности города Шу Дзинг, главный остров, центральный район Архипелага.





— Сокка, повтори ка, пожалуйста, а то я боюсь, что не расслышала. Что ты хочешь с этим сделать? — со странной интонацией спросила Катара, подёргивающийся глаз которой наблюдал за тем, как её старший брат, ставший настоящим героем среди части войск Народа Огня, с восторгом бегал вокруг крупного метеорита, только что упавшего на окраине интересующего их города.

Дымящийся, крупный, он бы тоже привлек ее внимание, если бы не спешка, обусловленная отсутствием у них лишнего времени.

— Забрать с собой, конечно, — радостно воскликнул парень, продолжая внимательно постукивать свалившийся с небес булыжник, натурально сияя, когда выходил звонкий металлический звук.

— Забрать его? — повторила вопрос Катара, скрестив руки на груди.

— Ага, — продолжал отвечать Сокка, вообще не замечая подвоха, в отличии от двух своих товарищей.

— С собой? — У девушки отчетливо дернулся глаз.

— Угу.

— На Аппе? — На скуле выступила жилка.

— Верно.

— В центр вражеского города, где нас будут всеми силами искать? — Её кулаки сжались, в глазах отчетливо промелькнула концентрированная жажда убийства, а у сидевших неподалеку бизона и монаха волосы встали дыбом.

— Ага. — Вот только Сокка, слишком увлекшийся разглядыванием своего нового трофея, так увлекся, что не заметил надвигающуюся опасность, за что сразу поплатился.

Бабах…

Чи — удивительная энергия. Во всех смыслах. Многие философы и величайшие маги прошлого, желавшие прославить свое имя в веках, часто пытались придумать своё, уникальное и самое точное определение этой материи, но со временем приходили к одному и тому же результату.

Жизненная энергия. Именно она позволяла покорителям брать под контроль стихии, а мастерам боевых искусств — творить вещи, на которые нормальное человеческое тело просто физически не способно. Но всё это было взаимосвязано. Так, невесты клана Тай всегда ценились на брачном рынке аристократии Народа Огня, ведь маги, рожденные от них, чаще всего были гораздо сильнее своих сверстников, а покорители, обладавшие большим запасом Чи, могли неосознанно, на одних эмоциях, повторять некоторые приемы мастеров БИ.

К чему всё это? К тому, что маленький, кажущийся хрупким кулачок Катары врезался в голову её брата с силой кузнечного молота, заставив её мотнуться и…





Звяк...

…врезаться лбом в сам метеорит, заставив его глаза закатиться и медленно сползти под округлившиеся глаза Аанга. В такие моменты его любовь подвергалась серьезному испытанию, ибо чувства чувствами, но желания попадать под подобный удар у него не было.

— Эм… А ты не переусердствовала, Катара? — тихо спросил он, высунув голову из-за Аппы, невольно ставшего его живым щитом.

— Нет, — с железобетонной уверенностью ответила девушка, хотя исцелением по синеющей шишке пару раз прошлась. — Ему полезно. Будет знать, как подобные глупости предлагать.

— Но Аппа бы справился… — попытался было встать на защиту друга Аанг, но, встретившись с предупреждающим взглядом голубых глаз, замолк, не желая спорить с уверенной в своих словах девушкой.

Как оказалось, зря…

— Это для меня и Тоф, — через пол часа сказал Сокка после пробуждения, одной фразой заставив, казалось бы, непробиваемую Катару смутиться и отвести взгляд. — Здесь есть металл, который на земле почти не встретишь. Если мы выкуем из него оружие для меня, а Тоф — снаряды для её покорения, то значительно увеличим собственную боеспособность, что особенно важно перед грядущими столкновением с духами. Ты это понимаешь, сестра?

— Эм… Да… — с трудом произнесла Катара. Понять её можно было: она всё еще мерила происходящее по старым привычкам своего брата, который в ее глазах остался все тем же раздолбаем с Южного Полюса, но сейчас, после произошедшего у Врат Азулона и понимания того, с КЕМ они могут столкнуться, Аанг и Сокка стали гораздо серьезней.

— Хорошо. — Кивнул парень, не став держать обиды на сестру. Сам понимал, как он выглядел со стороны. — Давайте, не будем терять время. Цепляем тросы и летим в город. Наверняка нас там уже заждались.

Никто спорить не стал. Всего за полчаса метеорит был закреплен, вещи собраны, и Аппа, недовольно ревя от нового груза, взлетел в небо, откуда открывалась картина, редкая для Архипелага.

Шу-Дзинг, раскинувшийся на бескрайней равнине с протекающей по ней рекой, казался одиноким островком порядка в океане наступающего хаоса. Его высокие стены, построенные еще в те древние времена, когда власть Хозяев Огня над островами была не абсолютной, сложенные из темного камня и красного кирпича, стали той самой границей, отделившей горожан от того ада, который творился снаружи.

Там, за пределами городских застав, где денно и нощно вели дозор мобилизованные армейские части, горизонт утопал в ядовито-оранжевом мареве, ведь в бескрайних лесах и полях бушевали сверхъестественные пожары, начавшиеся после вторжения злых духов несколько дней назад. Аанг пытался медитировать, добивался ответов от своих прошлых воплощений, даже хотел попасть в Мир Духов, однако всё было бесполезно. Словно Архипелаг превратился в одно огромное око бури, где его власть как Аватара прекратила работать. В этот момент он чувствовал себя настоящим слепцом, бродящим в дыму от сожженных лесов и полей, как это было здесь, на равнине Шу-Дзинг.

Но, к удивлению всей Золотой Троицы, внутри городских стен царило удивительное, почти пугающее спокойствие. Здесь не было ни пепла, ни запаха гари. Улицы, как всегда выстроенные по строгой линейке с учетом всех законов местной архитектурной школы и фэншуя, оставались чистыми и ухоженными, а жители продолжали заниматься своими повседневными делами, словно за этими стенами мир не пылал желтым пламенем.

Они смеялись, веселились, собирались и пировали в многоярусных пагодах с их острыми, загнутыми кверху крышами, а дети и подростки спокойно купались в местной реке, разрезающей город пополам, даже не беспокоясь, что в глубине мог притаиться какой-нибудь злобный дух и утащить их на дно.

Настоящая идиллия, одно существование которой вызывало множество вопросов.





Единственным отражением всей этой ситуации были солдаты городского гарнизона. Нервные, уставшие, постоянно посматривающие на городские башни, где были заранее заготовлены костры и сигнальные роги на случай внезапного нападения.

— Мне кажется или это выглядит не слишком здоровым? — спросила Катара, идя по одной из многочисленных улиц ранее упомянутого города. Они смогли легко проникнуть внутрь, оставив Аппу в сарае недавно заброшенной фермы, где оказалось достаточно еды, воды и свежего воздуха для спокойно жизни пятитонного бизона, а затем создали подкоп под стенами, воспользовавшись техниками покорения земли.

Сама улица, по которой они шагали, больше напоминала полноценный фестиваль с десятками палаток, веселых артистов и смеющихся детей, которые тянули за собой родителей, желая поучаствовать еще в одном конкурсе. Это настораживало и заставляло чувствовать себя не в своей тарелке.

— Есть такое, — кивнул ей Сокка, шагая рядом и с удовольствием вкушая свежайшую танхулу, параллельно с этим пытаясь понять, что здесь происходит. В его голову настойчиво лезли мысли о массовом гипнозе или о том, что все жители Шу-Дзинга одновременно сошли с ума, но даже для этого сумасшедшего мира это было слишком.





— Может, в реке появились страшные водяные черви, которые проникли им в головы? Или на самом деле всё это иллюзия, все здесь мертвы, а мы ходим среди оживших трупов? Или здесь бродят духи-оборотни, держащие всех в страхе и заставляющие улыбаться?

Шлеп...

— У… у… у-а-а-а-а!!! — Естественно, подобные слова не могли не услышать прохожие, среди которых одна впечатлительная маленькая девочка, до этого радостно уплетавшая мороженое, а теперь смотрела на него глазами, полными слез, и громко ревела.

— Ты что творишь?! — взревел её разъяренный отец, одной рукой схватив парня за шкирку. Высокий, с широкими плечами, бицепсами шириной с ногу обычного человека и обветренной загорелой кожей — в нём сразу узнавался человек, больше привыкший работать с мехами и молотом, чем напрямую с людьми. — Ты зачем детей пугаешь? А?!

— Эм, простите… Я не хотел. Это вышло случайно, — начал было оправдываться Сокка, вот только любящий папаша не собирался отпускать его просто так.

— Я тебе покажу "случайно"! — сказал он, сунув под нос парня массивный пудовый кулак. — Ты зачем подобные гадости рассказываешь? Хочешь нам настроение испортить? Посеять панику? Очернить великое имя мастера Пиандао?

— Что? Нет! — воскликнул Сокка, задрыгав ногами, пока Катара на пару с матерью пыталась успокоить плачущего ребенка, а Аанг беспомощно мотал головой, силясь придумать способ выбраться из этой ситуации без драки. К подобному его жизнь не готовила. — Я даже не знаю, кто такой мастер Пиандао!

— Чего?!! — Поправочка: раньше мужик просто говорил, а вот сейчас он взревел. — Ты не знаешь мастера Пиандао? Спасителя нашего города? Того, кто отогнал того ужасающего духа? Издеваешься? Да я тебе сейчас все зубы выбью, чтобы знал, как издеваться над героями!

Он уже занес кулак, заставив Сокку отчетливо запаниковать, а Аанга — начать готовиться к применению покорения, как вдруг ему на плечо легла рука.

— Подождите немного, — сказал высокий черноволосый подросток с наполовину перевязанным лицом, в котором Золотое Трио сразу узнало Зуко.

— А? — обернувшись, спросил кузнец. — А ты кто?

— Я старший брат этого болезного, — ответил принц, кивнув на бледного, словно бумажный лист, Сокку. — Мне хотелось бы попросить прощения за его поведение. Понимаете…

Тут его голос стал тише, и в нём отчетливо проскользнули нотки сожаления и безнадёги.

— Он у нас дурачок. — Сказано это было с такой интонацией, что главный стратег команды Аватара чуть от возмущения не задохнулся. — Вечно всё забывает, придумывает, рассказывает свои фантазии. Мы его даже на улицу почти не выпускаем, опасаясь за его здоровье. Лишь сегодня, в честь великой победы мастера Пиандао, решили сделать исключение, и вот…

Глаза у мужика расширились, и, переведя взгляд на дрыгающегося парня с выпученными глазами и съехавшим набок ирокезом, он признал:

— Да, с такой прической у него точно не всё в порядке с головой.

Лишь жесткий щипок за спину в исполнении Катары не позволил Сокке разразиться долгой тирадой на тему его внешности, поэтому, когда его поставили на землю, отряхнули и искренне извинились, он мог лишь кривиться и молча провожать глазами семью кузнеца, которой расторопный Аанг успел купить новую порцию мороженого.

— Да что не так с моей прической?! — воскликнул он, эмоционально всплеснув руками.

— Всё, — коротко ответила Катара, пройдя мимо вслед за Зуко, уводящим их в сторону от центральных районов.

— …Я тоже тебя люблю, сестра, — после небольшой паузы ответил Сокка и, театрально свесив голову, поплелся за своими друзьями, бормоча под нос, как его все не любят и как он скучает по Юи. Единственной, кто его ждет и понимает.

Одним словом — ничего нового.





***

Час спустя.





Темный угол пельменной "У Джина", внешний район Шу Дзинга, главный остров, центральный район Архипелага.





Встреча сокомандников прошла бурно. Катара с удовольствием обняла Тоф и Якона, чуть не задушив их в своих объятиях. Зуко обменялся крепким рукопожатием с Соккой, а Аанг был просто рад всех видеть, особенно после всех приключений, свалившихся на обе их группы.

— Значит, вы не просто смогли провести разведку, но и объединились с солдатами Народа Огня, отбили нападение древнего злого духа, а под конец вообще изгнали его? — закидывая в рот очередную пельмешку, спросила Бейфонг, чьи плечи и грудь были туго перевязаны бинтами. — Да, как всегда Быстрым Ногам достается самое веселое.

— А что насчет сообщения Царю Земли? — уточнил один важный момент Зуко, выглядевший не лучше. Оказалось, повязка была сделана не ради маскировки, а из-за многочисленных ран и песка, чуть не стерших кожу на его шраме. — Вы смогли передать ему сообщение?

— Да, — кивнул Аанг, с сожалением огладив правое плечо, где обычно любил дремать его второй питомец. — Момо уже отправился в путь. Уже послезавтра Совет Пяти будет знать обо всем, что здесь творится.

— А творится тут какая-то чертовщина, — заметил Сокка, закончив набивать желудок пельмешками и обведя взглядом вторую команду, в которой даже Якон умудрился получить раны. — Давайте рассказывайте, что произошло на заводе.

— Засада, — ёмко ответил маг крови, до хруста сжав кулаки. — Когда мы прибыли туда, желая узнать о члене Организации, который, видимо, был управляющим этого места, на нас напала сестра Зуко с подружками.

— Азула, — чуть ли не с ненавистью прошипела Катара, которой принцесса во время одного из столкновений едва не сожгла лицо.

— Она самая, — кивнув, продолжил Якон, цедя крепкий, успокаивающий зеленый чай, в котором мяты было даже больше, чем самой воды.

— И? — спросил Аанг, подавшись вперед. — Чем всё закончилось?

— Катастрофой, — жестко рубанул приемный Бейфонг, чьи плечи отчетливо передернулись. — Сначала через нас прошла та самая волна, а затем из реки вылезла огромная грязевая рука и в один удар обрушила завод. Итог: все окрестности отравлены, сотни людей погибли, а в тех местах теперь бушует неизвестное чудище, делающее жизнь вдоль реки невозможной. Мы сами еле спаслись. Не сохраняй я на всякий случай силы, то не успел бы вытащить сестру и Зуко из-под завалов.

— А Азула? — склонив голову набок, поинтересовался Аватар. — Что с ней произошло?

— Спас, конечно, — пожав плечами, ответил юный покоритель крови. — Её и троих её подружек. Хорошо хоть не сопротивлялись. Без травм все равно не обошлось, но все живы, иначе как бы я потом в глаза отцу бы смотрел? Нас еще тогда толпа каких-то бандитов атаковала, желая похитить принцессу, но я их быстро обездвижил и забыл. Незачем мне знать об интригах, творящихся во дворце Хозяина Огня.

После этого за столом установилось неловкое молчание. Под недоумевающие взгляды остальной команды Аанг, Сокка и Катара быстро переглянулись и молчаливым голосованием возложили всю ответственность на самого честного и дипломатичного.

— Насчет твоего отца, Якон… мастера Шайнинга… — неуверенно потянул Аанг, сразу заметив, как ощутимо напряглись оба Бейфонга. — Кажется, мы видели его. Там, около Врат Азулона.

Звяк…

— Что?! — воскликнула разъяренная Тоф, треснув обеими ладонями по столу.

— Почему сразу не сказали? — нахмурившись, спросил Якон, с виду державшийся гораздо лучше своей сестры, если бы не чай, мгновенно вскипевший и испарившийся.

— Видите ли… Мы не уверены, что это был он, а не какой-то человекоподобный дух, — вжавшись в стул, ответил юный монах, выставив руки перед собой, словно серьезно опасаясь, что его ударят. — Он появился всего на несколько секунд. Высокий, в красном ханьфу и белой маске, идеально выполнил ката "лезвия песка", в одно движение перерубил огромную стальную статую и исчез, рассыпавшись на песчинки. Мы подумали на мастера лишь по той причине, что выполненная им техника была один в один как у него.

— …это правда? — после небольшой паузы уточнил Якон, посмотрев на брата и сестру с Южного полюса и, получив утвердительный ответ, осел на стуле. — Тогда вы правы. Это наверняка был не он.

— Брат? — недоуменно переспросила Тоф, прекрасно зная, насколько важным для юного мага крови было нахождение своего приемного родителя.

— Тоф, я лучше кого-либо знаю пределы силы отца, — протерев глаза, ответил он. — Признаю, в последнюю нашу встречу, до того как его взяли в плен, его можно было смело назвать самым сильным магом земли на свете. Благодаря открытию чакр он превзошел даже царя Буми, но срубить простейшей техникой несколько тонн стали… На подобное, на моей памяти, был способен только Аанг в режиме Аватара.

— Хочешь сказать?.. — с отчетливо слышимым отчаянием спросила юная Бейфонг, в уголках глаз которой блеснули слезы.

— Нет. Отец точно жив. Я это знаю, — твердо, словно вообще не сомневаясь, сказал Якон, скрестив руки на груди. — Об этом говорит тот ошейник, найденный на лжеинспекторе, и этот песчаный дух, обладающий его техниками. Наверняка он как-то в этом замешан, и нам предстоит это выяснить.

— Ошейник? — зацепился за его слова Сокка, нахмурившись. — Что за ошейник?

— Помните, как в конце боя Тоф рванула к тому фальшивому чиновнику? Оказалось, что у него на шее был плотный стальной ошейник, готовый в любой момент сжаться и оторвать ему голову, — ответил Якон, создав для наглядности на ладони маленькое водяное кольцо, которое затем резко сомкнулось, окрасившись в красный. — Он был полностью цельным, без намека на шов или ковку. Единственный способ создать нечто подобное…

— …покорение металла, — шокировано произнесла Катара, бросив обеспокоенный взгляд на спокойного Зуко. — То есть вы думали…

— Что дядя может быть лидером или членом той самой Организации, устроившей весь этот кошмар, — пожав плечами, сказала Тоф, закидывая в рот очередную острую пельмешку. — Ты уж прости, Горячая Морда. Мы хотели тебе сообщить, но не знали, как ты на это отреагируешь.

— Ничего страшного. Я всё понимаю, — усмехнувшись, ответил принц. — Сам бы на вашем месте поступил так же…

— Вот видите! — радостно воскликнул Сокка, встав из-за стола и привлекая к себе всеобщее внимание. — Раз между нами нет никаких обид, может, наконец расскажете, что здесь происходит? Почему в городе так спокойно и что это за мастер Пиандао, из-за которого мне чуть все зубы не выбили?

Вопрос на самом деле был достаточно актуальным, ведь Золотое Трио своими глазами видело, во что превратился Архипелаг после внезапного появления злых духов. Все деревни, поселки, большие и малые города, включая столицу, оказались под атакой самых разнообразных духов. Где-то это были безобидные создания, слоняющиеся по окраинам и пугающие не готовых к подобному крестьян, а где-то появлялись настоящие монстры, по силам мало чем уступающие Имуги, и устраивающие настоящее опустошение.

Так, потухший вулкан, в котором находились старые районы столицы, оказался частично разрушен, а из его жерла регулярно вылетали молнии и огненные шары, словно жившие там мастера бились не на жизнь, а на смерть.

После этого видеть, как целый город, окруженный кольцом пожаров и развалин, празднует, славя неизвестного им героя, было в высшей мере странно.

— Давайте я отвечу, — подняв руку, произнёс Зуко. — Для начала вам нужно знать, кто такой Пиандао. Это лучший мастер меча из ныне живущих на островах, чьей силой и мастерством восхищался даже мой отец. Поговаривают, что оба его родителя были выдающимися покорителями, мечтавшими возвыситься и основать новый аристократический род, но, к их обоюдному сожалению, их единственный сын родился без магических способностей. Поэтому они решили от него избавиться и оставили на пороге приюта.

— Какой ужас… — прикрыв ладонями рот, прошептала Катара. Для неё, как и для всех сидящих за столом, подобное было настоящим скотством, о совершении которого они даже подумать не могли.

Тем временем Зуко продолжил:

— Поговаривают, что в детстве Пиандао был очень нервным ребёнком, поэтому по наставлению учителя, преподававшего в его приюте, начал заниматься живописью и каллиграфией. В будущем это сильно помогло ему в освоении искусства меча. Затем, в возрасте десяти лет, мастер отправился в специальный лагерь для новобранцев, где обучают будущую элиту армии Народа Огня. Именно там и раскрылся его талант фехтовальщика.





В этот момент все невольно бросили взгляд на Сокку, который в их команде был единственным неодаренным и пытался компенсировать это за счёт владения различным оружием, начиная со стандартного меча и булавы, с которыми его познакомил Хакода, заканчивая бумерангом — исключительно его задумкой, не раз выручавшей их команду, когда они оказывались загнанными в угол.

— В дальнейшем это способствовало его быстрому росту в армии, во время службы в которой он разработал свою уникальную технику сражения на мечах, — вернулся к рассказу Зуко, мысленно поблагодарив дядю за его постоянные истории. Если бы не он, то о Пиандао принц знал бы не больше своих товарищей. — По слухам, он участвовал во многих битвах, но ни разу не проиграл, а затем, когда ему это наскучило, отправился путешествовать по миру, изучая искусство боя и покорения различных народов.

— Это, конечно, всё очень интересно, но можно ближе к делу? — поерзав на стуле, спросила Тоф, не заметив… кхм, не увидев четырех осуждающих взглядов.

— Да, точно, — откашлявшись, произнес Зуко. — По слухам, он пару лет назад вернулся домой в Шу-Дзинг, и когда его попытались арестовать за дезертирство, он в одиночку одолел больше сотни воинов, среди которых половина были покорителями, никого при этом не убив.

— Сильно, — задумчиво констатировал Якон как обладатель самых разрушительных и смертоносных способностей, которые постоянно приходилось сдерживать.

— Так значит, он одолел духа, напавшего на город? — подавшись вперед, спросил Аанг, у которого натурально загорелись глаза. Сильный мастер, способный помочь им одолеть злобных духов. Что может быть лучше?

— Не совсем, — покачав головой, ответил Зуко. — Он сумел его отогнать, сильно ранив. Однако духи — не люди, и его раны скоро затянутся. Он может вернуться в любой момент.

— Значит, этот Пиандао отбросит его вновь. Нам-то что волноваться? — махнув рукой, спросила Тоф. — Главное другое: нужно понять, откуда взялись все эти злобные духи и как в этом замешан дядя и эти уроды из Организации. Уверена, без них тут не обошлось.

— Согласен, — кивнул Якон, сложив руки на груди. — Наверняка главной причиной была та волна, которую мы все почувствовали. Сможем найти её источник — и узнаем, откуда это началось.

— Легко сказать, — растрепав собственную прическу, заметил Зуко. — Придется облетать все окрестные земли и расспрашивать людей. Это займет слишком много времени.

— Может, тогда сами все узнаем? — спросил Сокка и, увидев пять недоумевающих лиц, пояснил:

— Что? В этом ничего трудного. Зная направление, расстояние и построив на карте окружность, можно с легкостью определить эпицентр. Нужно лишь уточнить третью точку для большей точности.

— Думаю, можно спросить у местных. Они не откажут, — заметил Якон, на лице которого впервые за весь вечер появился хоть какой-то намек на улыбку. Ведь, будучи воспитанным одним из самых образованных и умнейших людей своего времени (как он сам считал), в людях он больше всего ценил не силу или мастерство покорения, а интеллект и мудрость. Ведь в чем смысл большой силы, если ты не сможешь её правильно использовать?

Вот-вот. А Сокка за тот год, который они путешествуют вместе, не раз доказывал свою ценность, иногда превосходя не только свою сестру или их с Тоф, но и самого Аватара, сердце их команды.

Это заслуживало искреннего уважения. Уважения, которого за всю его жизнь заслужило меньше людей, чем пальцев у него на руке.

Он уже хотел предложить встать и отправиться проводить расчеты, дабы не терять время зря, однако в этот момент над городом разнесся тяжелый, пробирающий до костей звон.

Бом…

Бом…

Бом…

Звонили древние колокола, установленные на вершинах городской ратуши. В былые времена их звон означал, что эти места почтил своим вниманием сам Хозяин Огня или неподалеку были замечены враги, но сейчас это могло значить одно.

К Шу-Дзингу приближались темные духи, и команда Аватара не могла это проигнорировать. Даже если у этих людей был защитник, они были обязаны помочь.





Глава 10. Духи. Часть 3. Шахматное сражение.


Всех с праздником в честь этого долгожданная глава.





100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два с половиной месяца после начала террора.

Шесть дней до дня Черного Солнца, меньше полутора месяцев до прилета кометы Созина.





Десять минут спустя.





Окрестности города Шу Дзинг, главный остров, центральный район Архипелага.





На то, чтобы перебраться через городские стены и добраться до полей, где должно было произойти грядущее сражение, у команды Аватара не заняло много времени. Комбинация сил Тоф и Аанга, позволившая буквально перескочить все препятствия, а затем Якона и Катары, создавших вокруг остальной команды туманную завесу, схожую по текстуре с окружающим город дымом, была безотказной.

Там их ждала странная картина. Тридцать рослых покорителей огня, с ног до головы облитых водой, стояли позади высокого смуглокожего мечника, державшего в руках простой, без всяких украшений цзянь и тонкие металлические ножны. Тоже промокшего до последней нитки.

— Что это с ними? — шепотом спросил Сокка, когда они залегли в складках местности и стали внимательно наблюдать за происходящим. — Почему они мокрые?

— Если верить слухам, тот дух, который напал на город, мог управлять каким-то твердым огнем, — ответил ему лежавший рядом Зуко. — Настолько горячим, что по сравнению с ним пламя других покорителей ничего не стоит.

— И как же они его победили? — уточнила Тоф, сидевшая в позе для медитации и пытавшаяся почувствовать приближение ранее упомянутого духа. Однако её сейсмочувствительность молчала, показывая лишь бешено бьющиеся сердца покорителей Народа Огня и белый шум, исходящий от города. — Я всё понимаю, он герой, гениальный фехтовальщик и всё такое, но огонь мечом не отразишь, как и камень, воду, воздух…

Тут все взгляды скрестились на принце, ведь похожим вопросом задавались все, особенно Сокка, по настоянию мастера Шайнинга постоянно участвовавший в спаррингах со своими друзьями и… постоянно проигрывающий. Даже Аангу, который всегда поддавался и никогда не бил всерьез.

— Я и сам не знаю, — немного смутившись, ответил Зуко, отвернув лицо в сторону. — Но по слухам, мастера, полностью овладевшие своей жизненной энергией, могут вкладывать её в своё оружие, делая его частью себя и разрушая чужие потоки Чи.

— Как в случае с контролем крови, — неожиданно осенило Якона, чьи голубые глаза засияли от пронзившей его догадки. — Когда чужая энергия пытается проникнуть в чужое тело, начинается противостояние, где преимущество оказывается на стороне родной Чи. В теории, если полоснуть по огню мечом, наполненным живительной силой, то тот мгновенно опадет, ведь лишится поддерживающей его энергии…

— Ты думаешь, этот мастер смог достигнуть подобного? — удивленно спросила Катара, бросив еще один взгляд на Пиандао. Да, тот выглядел величественно, даже сурово, а по одной только стойке юная покорительница могла понять, что перед ней опытный мастер боевых искусств, но так виртуозно манипулировать Чи… На её памяти лишь трое приблизились к подобному уровню.

Её дедушка, мастер Пакку, чьи личные тренировки ей однажды довелось увидеть.

Царь Буми, подчинивший половину камня в Омашу, будучи частично обездвиженным и закованным в стальной гроб.

И их первый полноценный наставник, мастер Шайнинг, который управлял металлом, землей, кристаллом и песком словно продолжением своего тела.

— Сейчас мы это узнаем, — вместо Якона ответил Аанг, чье лицо впервые за долгое время стало серьезным. — Он здесь.

Юный Аватар оказался прав. Не прошло и нескольких секунд, прежде чем выгоревшее поле близ Шу-Дзинга превратилось в настоящий кипящий котел. Земля окончательно высохла, пошла трещинами, из которых следом ударили настоящие фонтаны огня…

Нет, не огня. Лавы. Той самой лавы, которую можно было увидеть только в жерлах бодрствующих вулканов, способной за считанные минуты поглотить целые острова или города, как это было с деревней Макапу в окрестностях одноименного вулкана.

И посреди этих багровых разломов стоял он. Дух. Неподвижный, жуткий в своем безмолвии. Его красное, такое узнаваемое ханьфу ярко выделялось на фоне черного пепла, длинные черные волосы жили своей жизнью, извиваясь в потоках раскаленного воздуха, а белая безликая маска с двумя черными прорезями навевала такую жуть, что простой человек наверняка бы предпочел убежать, чем сражаться против этого существа.





Которого Аанг и Сокка сразу узнали.

— Это он, — одновременно прошептали они, не сводя взгляда с загадочной фигуры. — Он появился у Врат Азулона.

«Но ведь он использовал песок. Почему лава?» — задался вопросом Аанг, благодаря своему происхождению неплохо разбиравшийся в способностях духов. Обычно духи обладали только одной ярко выраженной способностью, напрямую соответствующей их аспекту.

Чтобы один дух, даже злой, контролировал две стихии… О таком он слышал впервые.

Однако отвлекаться времени не было. Против обладателя безликой маски, которого все после молчаливого голосования решили называть Безымянный, выступили тридцать полноценных мастеров покорения огня во главе с лучшим фехтовальщиком Народа Огня. Еще было неизвестно, на чьей стороне преимущество.

— Залп! — скомандовал мастер Пиандао, и воздух содрогнулся.

Тридцать потоков пламени слились в один ревущий таран, сметающий всё на своём пути. Даже Азула, сильнейший маг огня из ныне живущих и обладательница уникального голубого пламени, не смогла бы остановить подобное, однако дух, чья мощь, по словам Якона, не уступала силе самого Аватара, лишь медленно начал свое движение.

Он не просто повел рукой перед собой, одновременно с этим сместив центр тяжести. Он начал исполнять низкое тягучее ката, напоминающее формы магии земли, но с пластикой текучей воды. Широким шагом он перенес вес тела вперед, и земля перед ним резко вздулась, словно нарыв. Вслед последовал резкий выпад ладонью вперед, и почва лопнула, выпустив струю жидкого камня, мгновенно поглотившая огонь и сведя атаку на нет.

И это было только начало тяжелого боя, не на жизнь, а насмерть.

Покорители огня бились отчаянно, используя все, чему их учили, но их противник словно двигался, а вальсировал в танце, прекрасном в своей смертоносности. Его движения были выверены и ритуальны: резкий разворот корпуса порождал круговую волну магмы, а рубящий удар рукой заставлял лаву расплескиваться, разлетаясь настоящим веером острых лезвий из раскаленного камня и обсидиана.

Его противники же, помня сотни часов тренировок и сражений, постоянно уворачивались, вовсю пользуясь той маневренностью, что была даровало им покорение огня, но этого было мало. Раскаленные потоки, послушные каждому жесту существа, постепенно, одного за другим, выбивали их из общей формации, ослабляя последнюю и открывая духу всё больше пространства для маневра. Всего за пять минут большая часть покорителей была выбита — часть воинов получили страшные ранения или потеряли сознание, улетев куда-то за пределы битвы, а оставшиеся пали смертью храбрых, будучи погребенными под толстым слоем раскаленного камня.

Это была быстрая и точная расправа, которой точно не ожидали от обезумевших духов, бушевавших во всех концах Архипелага. Словно перед ними был не дух, а человек, каким-то чудом обретший такую силу и использующий её вместе со старыми тактиками и приемами.

Пиандао прекрасно видел это, сражаясь в первых рядах, вплотную к противнику. В его руках обычный стальной цзянь, выкованный опытным, но не самым выдающимся кузнецом, натурально сиял как в переносном, так и в прямом смысле. Благодаря идеальному контролю своей внутренней Чи этот мечник превратил клинок в продолжение своей воли, способной разрезать всё.

Огонь. Воду. Землю. Воздух.

Молнию и даже магму.

Дух это прекрасно понимал, поэтому не собирался мелочиться. Глубоко присев, он зачерпнул силу из самих недр и одним плавным движением воздвиг огромную, высотой в несколько чжанов (больше десяти метров), стену лавы, стремительно понесшуюся вперед, прямо на стоящего перед ним Пиандао.

Тот даже не напрягся. Мгновение, один стремительный выпад — и его цзянь, доверху напитанный энергией, вошел в раскаленный поток, как нож в масло. Он буквально разрезал магическую структуру вражеского приема, волевым импульсом разделив тот надвое, отчего магма бессильно пролилась по обе стороны, даже не коснувшись его одежд.

Это был только один из эпизодов этой удивительной дуэли.

Пиандао и дух вели себя как искусные дуэлянты, просчитывающие всё на несколько шагов вперед и имеющие контрмеры под любые атаки противника. Лавовые хлысты разрезались, колющие удары отводились в сторону магмовым щитом. Финты, обманки, контратаки — всё это смешивалось в дикой и яростной вакханалии, где каждый из зрителей понимал: одна ошибка могла стоить каждой из сторон не просто победы, а жизни.

И, к сожалению, даже невооруженным глазом было видно, что Пиандао проигрывал.

Медленно и неотвратимо, ведь, в отличие от духа, он был простым человеком без способностей к покорению, ограниченным в силах и доступных приемах.

— Мы должны помочь ему! — воскликнул Аанг, подпрыгивая и первым рванув в бой. Он создал мощный порыв, спасая не ожидавшего такого мастера и хоть немного остужая воздух, давая всем как следует вздохнуть.

Не сговариваясь, вслед за ним рванули и остальные участники команды, специально пропустив вперед Тоф, дабы та, пользуясь покорением, создала каменный заслон, огородив их ступни от лавы.

Однако дух в красном ханьфу даже не запаниковал, когда на помощь к его противнику пришло подобное подкрепление. Он лишь ускорил свои движения, ставшие резкими и хлесткими, взвинтив темп боя на новый уровень.

Шлеп… — взмах ладони по земле, и в сторону двух водников полетел настоящий каскад из жидкого камня, способный продырявить их насквозь. Катара и Якон не растерялись, лишь совместно выдохнули и совершили три синхронных, отработанных многими часами тренировок движения.

Раз — и из стелющегося по полю боя тумана появились высокие ледяные стены, принимая на себя основной жар.

Два — и лед начинает стремительно охлаждаться, заставляя попавшую в него магму густеть и замедляться.

Три — и возведенная защита взрывается, отправляя в духа целый каскад прочнейших ледяных осколков, которым было плевать на царящую в округе жарень.

Однако безымянному духу подобное было безразлично. Он, даже не отвлекаясь от очередной попытки похоронить Пиандао под слоем раскаленного базальта, сместил верхнюю часть туловища, и из-под земли раздался громогласный взрыв, испаривший весь лед подчистую.

То, на что у двоих талантливейших покорителей своего поколения понадобилась двадцатая часть резерва, было стерто всего одним движением плеч.

Однако это не значило, что обитателю Мира Духов тоже приходилось легко. Так, воспользовавшись тем, что Зуко, обнаживший мечи, утопил половину поля боя в огне, Сокка, выждав момент, запустил свой бумеранг, целясь точно в висок их цели. Расчет оказался верным — его оружие, пролетев по сложной дуге, едва не сбрило скальп безликой маски, заставляя духа на мгновение прервать пасс руками, чтобы уклониться.

Этого мига было достаточно для мастера-фехтовальщика, дабы занять наиболее удобную позицию и приготовиться к новой атаке. Мгновение — и белоснежный цзянь, до предела напитанный Чи, разрезал все встречные лавовые хлысты и почти срезал духу голову, если бы тот по колено не ушел в землю, пропустив атаку над собой и мощным уколом лавовой пики отогнав от себя слишком наглого человечишку.





И это был только один из эпизодов набирающего обороты боя, всё больше начавшего напоминать сложную шахматную партию, где ставкой была жизнь, а на кону лежала судьба целого города.

Ход 1. Дух создал 8 сфер из кипящей магмы и собирался запустить их разом, дабы накрыть не готовых к такому членов команды Аватара.

Ход 2. Аанг, едва балансируя на неустойчивом воздушном потоке, создал мощнейший воздушный порыв, смешанный с кристалликами льда, не дав сферам взорваться.

Ход 3. Тоф и Зуко решили дать попробовать духу его собственное лекарство и, напитав огонь и землю собственной Чи, дабы избежать перенаправления, обрушили на него настоящий град из камней и огня, сильно напоминающий его собственные атаки.

Ход 4. Однако Безымянный лишь взмахнул руками и начал с невероятной точностью уворачиваться, совершая такие пируэты и па, что это больше было похоже на танец, чем на боевое искусство, которым он раньше пользовался.

Вот только результата это не отменяло — он прошел спокойно сквозь атаку и, воспользовавшись шоком своих визави, отправил их в полет мощнейшим лавовым взрывом.

Ход 5. И быть бы наследнице Бейфонгов и принцу Народа Огня хорошенько обожженными, если не зажаренными, если бы не Катара, мягко подхватившая их и сумевшая охладить раны, пока Якон, собрав всю доступную им воду, превратил её сначала в пар, а затем резко охладил, заставив замереть всё: и лаву, и созданные из неё кнуты, и даже самого духа, замершего во время очередного ката.

Шах.

— Молодец! Бейте его! — радостно воскликнул Сокка, всё это время прятавшийся в одной из ям и ждавший момента для атаки. Испаряющаяся лава превратилась в плотную завесу пара, дезориентируя существо.

— Хм… — в ответ хмыкнул мастер Пиандао и, набрав разгон, совершил свой резкий решающий выпад.

Фить…

Его стальной цзянь пронзил пелену ледяного тумана, нацелившись прямо в горло злобного духа в надежде одним ударом отсечь тому голову.

Вот только шах не всегда означает мат.

Ход 6. Резко вздохнув, дух совершил мощный выброс чистой неоформленной энергии, разом впитавшейся в землю и сразу превратившей её в настоящее кипящее озеро, сведя старания Якона на ноль.

Но на этом его ход не закончился. Дух, видя несущийся на него клинок, не собирался под него подставляться. Прыжок, щелчок ногами друг о друга — и его фигура резко ушла под землю, вынырнув в противоположном от команды направлении и вызвав напоследок мощнейший взрыв, заставив мастера фехтования тратить силы и отбиваться.

Однако это не значит, что подобный успех никак не сказался на сражении. Словно напуганное, безымянное существо двигалось с еще большей яростью, начав исполнять еще более ломаные, агрессивные ката, совершая все больше ошибок.

Ход 7. Резкий выпад ладонью, отвод ноги назад, мощнейший выброс Чи — и посреди ровного поля, где жители Шу-Дзинга растили рожь и пасли скотину, появился натуральный вулкан, пышущий жаром и исторгающий в небо столб черного удушливого дыма.

— Монстр… Настоящий монстр… — просипел Сокка, чья смуглая кожа в тот момент сравнялась с белоснежной бумагой.

Ход 8. Именно подобная демонстрация силы заставила команду Аватара и Пиандао стать серьезными, отбросив любую легкомысленность (в основном Аанга и Тоф) и вместе рвануть в бой, но уже как единое целое, а не поодиночке, как это было раньше.

Ход 9. Так Аанг, взлетев как можно выше, начал создавать огромный нисходящий поток, который не только быстрее охлаждал лаву, но и прижимал к земле дым, не давая ядобитому пеплу заслонить небо.

Зуко же, обливаясь потом и активно ругая собственную устойчивость к теплу, из-за которой его назначили основным нападающим, рвался вперед, постоянно атакуя духа и почти не обращая внимания на защиту.

Ведь последней в отряде занимались Тоф, Якон и Катара, замораживая землю и устраивая натуральные карстовые провалы, дабы лишить безымянного его главного источника силы — лавы, которой тот пользовался, как покоритель воды — водой (простите уж за тавтологию). Хлысты, волны, стены, капли — всё это разнообразие летело в их сторону, грозя очень неприятными, если не смертельными ранами. Ведь если вода может просто оставить синяк или вообще не задеть, то магма, пролетев даже в паре пальцев от кожи, оставит такой ожог, что только срочное исцеление и поможет.

По этой причине Сокка, как самый слабый, постоянно держался в отдалении, отдавая команды и подмечая любые мелочи, по которым можно было сделать вывод, когда дух откроется и его можно будет атаковать.

«Вот оно», — понял он, когда заметил смещение центра тяжести и выдвинутую вперед правую ногу, сигнализирующую о том, что Безымянный хочет применить волну — одну из своих опаснейших техник, вынуждавшую на мгновение замирать, дабы перенаправить Чи. — «Сейчас».

Ход 10.

Шух...

Выбраться наружу, осмотреться, занести руку назад и запустить бумеранг с такой силой, что тот, прочертив свистящую дугу, с глухим стуком ударил врага в плечо прямо в тот момент, когда он замер в самой неудобной для уклонения позе.

Хруст… — В тот момент командному стратегу показалось, словно хруст ломаемой кости услышали даже в соседнем городе.

Однако это был далеко не конец.

— Давайте! — закричал он, бросив взгляд на их козырь. Единственного, кто мог в одно движение победить этого злого духа.

Ход 11.

Пиандао, всё это время прятавшийся сзади, в специально созданном для него тумане, на полную воспользовался шансом, предоставленным ему Соккой. Шаг, второй, третий, разбежаться и, воспользовавшись созданным прямо под ногами трамплином, рвануть вперед, прямо к безвольно замершему духу, переводящему взгляд со сломанной руки на них и обратно.

Атака получилась идеальной.

Его цзянь, окутанный плотным сиянием Чи, прочертил в воздухе тонкую линию и вонзился в грудь Безымянного. Сталь глубоко вошла в красную ткань, но из раны, к облегчению Якона и Тоф, вместо крови брызнул черный ихор, похожий на нефть и отливавший зловещим фиолетовым оттенком.

Дух и вправду оказался духом, а не замаскированным человеком.

Шах.

В этот момент все замерли, ожидая, что противник наконец падет, что эта битва наконец закончится, ибо силы большинства были почти на дне. Вот только дух даже не покачнулся.

Он просто посмотрел на торчащий в его груди клинок сквозь прорези белой маски. Рана была глубокой, смертельной для обычного человека, но на это чудовище она словно не оказала никакого влияния. Его движения не замедлились, а сила не ослабла — напротив, жар вокруг стал еще сильнее, а его черные волосы зашевелились, словно живое пламя. Безымянный дух медленно, почти театрально поднял руки, и всё поле вокруг начало плавиться с удвоенной силой, заставляя не готовых к такому ребят стремительно ретироваться, дабы не сжечь собственные легкие.

Ход 12.

Взмах ладонями, согнуть колени и совершить земной удар кулаком. Три движения — и огромный пламенный болид несется вперед, грозя не просто сжечь всё на своем пути, но и достигнуть города, пробить стену и устроить огромный пожар.

Ход 13.

Мастер не мог этого допустить. Сталь его клинка взяла новую ноту, и валун, больше похожий на настоящее дьявольское колесо, разделился на две части, опалив всех новой волной жара.

Ход 14.

Этого короткого обмена было достаточно, дабы Якон наравне с Соккой понял: физическая оболочка здесь лишь прикрытие и бороться с духом нужно по-другому.

Миг — и он резко сменил стойку, а его движения вместо хлестких и быстрых стали медленными и круговыми. Техника духовного исцеления, в отличие от Катары отработанная и доведенная до совершенства, начала стремительно набирать обороты.





— Прикройте его! Любой ценой! — выкрикнул Сокка, первым побежав в сторону мага крови.

Ход 15.

Всего несколько мгновений потребовалось команде Аватара и Пиандао, дабы встать живым щитом перед Яконом, прикрыв его всеми доступными способами.

Безымянный же, словно почувствовав угрозу своей сути, обезумел. Припав к земле и став больше напоминать животное, чем человека, он обрушил на героев целый каскад лавы, атакуя со всех сторон.

Кое-как Тоф и Аанг, объединив усилия, воздвигли многослойную полусферу из спрессованного камня, принимая на себя чудовищные удары.

Зуко, вовсю применяя свои небольшие задатки в магии тепла, извлекал жар из лавы и выбрасывал его в небо, пока Катара из последних сил держала тонкий водяной барьер, не давая ядовитым газам и пеплу подобраться слишком близко.

Пиандао, чье лицо стало серым от усталости, стоял вплотную к Якону и на пару с Соккой срезал все внезапные атаки, прорывавшиеся сквозь остальных покорителей.

Двадцать секунд.

Всего двадцать секунд, показавшиеся им вечностью.

Ровно столько потребовалось Якону, дабы насытить воду собственной жизненной энергией и запустить вперед огромный водяной смерч, светящийся ярким золотистым светом, который за считанные мгновения окружил духа, не давая ему вырваться.

В тот миг свет залил всё поле.

Началось противостояние. Хватит ли юному Бейфонгу силы и воли? Сможет ли он удержать чудовище, способное в одиночку сражаться даже с полностью обученным Аватаром, получившим помощь от своих прежних жизней?

Ответ пришел быстро. Бурление лавы начало медленно стихать, а сама она покрылась тонкой базальтовой коркой, словно лишившись большей части своего жара. Сам же безликий дух замер, его красное ханьфу медленно поблекло, а черные волосы перестали извиваться.

Все поняли. Вот он.

Шах и мат.

С огромным трудом, на грани полного истощения, Якону удалось усмирить гнев безумного духа, чья сущность начала медленно рассеиваться, превращаясь в сотни маленьких светящихся точек.

«Победа. Наконец-то», — подумала вся команда, включая уставшего мастера, державшегося на ногах лишь благодаря силе воли и природной вредности.

И тут произошло то, что заставило всех замереть, не в силах поверить в увиденное. На последних секундах, когда разрушение почти перешло на голову и руки, дух неожиданно совершил последний жест, шокировавший всех.

Легким движением руки маска оказалась снята, и из-под неё на них посмотрело такое знакомое, а для двоих из них — вообще родное лицо.

— Вы справились… Молодцы, дети... — с доброй, по-настоящему отеческой улыбкой произнес Шайнинг Бейфонг, прежде чем прикрыть глаза и рассыпаться, исчезнув где-то в небесах.





***





На следующее утро.





Поместье мастера Пиандао, окрестности города Шу Дзинг, главный остров, центральный район Архипелага.



— Плохо. Еще раз, только медленней, — разносились над плацем уверенные, полные власти и опыта слова. — Ты похож на крысу-ящерицу во время гона. Такой же быстрый, тупой и неповоротливый.

— Я стараюсь! — искренне возмущался Сокка, держа обеими руками черный затупленный цзянь.





— Но ваши объяснения ни черта не понятные! Что значит "двигайся как волкосуслик во время охоты"? Что значит "будь подобен дереву под порывами ветра"? Можно нормально объяснить, что со мной не так?!

— Глупец, — жестко отрезал Пиандао, хлестанув длинной травинкой по камню. — Не всё в этом мире можно объяснить простыми словами. Многие вещи нужно чувствовать. Понимать. И слова здесь не помощники. Как мечник ты должен думать широко. Должен быть выше реального мира!

— И давно они так? — поинтересовался Зуко у сидящей в беседке Тоф, с интересом "наблюдавшей" за происходящим.

— Часа два, — откинув голову назад, ответила Бейфонг. — Большие Мозги заметил здесь меч, решил потренироваться, это заметил мастер, и началось. Уже который час спорят о фехтовании.

— Спорят? — искренне удивился принц, присаживаясь рядом. — Сокка с мастером Пиандао? Я думал, он не силен в мечах.

— В мечах — нет, в оружии — да, — поправила его Тоф, назидательно вздёрнув указательный палец. — Технику ему ставил мой дядя, непризнанный мастер копья и посоха, но его… подход сильно отличается от этого мечника.

— Вот и спорят, — сразу понял, в чем дело, Зуко, тоже устроившись поудобней и став наблюдать за бесплатным представлением.

— И как эта ерунда поможет в настоящем бою?! — возмутился Сокка, взмахнув мечом. — Бой — это тактика и стратегия. Строгий расчет. В нем нет места всяким фантазиям.

— Нет, — возражал ему Пиандао, умудрившийся незаметно потерять свой независимый и строгий вид. — Сражение подобно текучей воде. Потоку, где каждая мель и завихрение есть испытание сил мечника. Если просчитывать каждый удар и каждую стойку, ты просто пойдешь на дно, не в силах совладать с потоком.

— Это называется инстинкты и интуиция. Не нужно приплетать к ним какие-то возвышенные названия, — не сдавался Сокка, упрямо скрестив руки на груди. — А насчет ваших слов — просто нужно уметь думать быстро, и подобных проблем не будет.

— Ты и вправду так думаешь? — спросил мастер, слегка нахмурившись.

— Да, — встретившись с ним взглядом, твердо ответил командный стратег.

— Тогда ты не откажешься доказать свои слова в спарринге, — предложил Пиандао, кивнув в сторону тренировочных клинков, находившихся в одной из ближайших стоек. — Ибо только в бою рождается истина.

— Я не против, — вообще не думая, ответил Сокка, широко выпятив грудь и даже не помышляя о поражении. — Поверьте мне, я выиграю вас в три движения!

Шлеп…

— Ой, дурак…

Поэтому для него остались тайной те два шлепка, раздавшиеся со стороны беседки, откуда за ним наблюдали его друзья.

Друзья, в очередной раз пожелавшие, дабы остальные об этом не знали.





Глава 11. Партия. Часть 1. Тоф.


100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два с половиной месяца после начала террора.

Шесть дней до дня Черного Солнца, меньше полутора месяцев до прилета кометы Созина.





Полчаса спустя.





Главное здание, поместье мастера Пиандао, окрестности города Шу Дзинг, главный остров, центральный район Архипелага.





— Итак, может, поведаете мне, что Аватар, принц Народа Огня и их друзья забыли в этих землях? — спросил мастер Пиандао, безмятежно натачивая меч, пока в стороне с кучей синяков и ссадин постанывал Сокка, чьи раны осторожно обрабатывала Катара, тихо спрашивавшей каким местом он думал, вызвая на бой мастера клинка.

— Эм… Как бы это сказать… — неизвестно отчего смутился Аанг, почесывая затылок. — Мы тут… Как бы… Э-э…

— Простите, но мы не можем вам рассказать, — вместо него ответил Зуко, не сводящий с мастера напряженного взгляда. — Может, мы и сражались вместе, но сейчас вы — наш враг.

— Почему же? — приподняв бровь, уточнил фехтовальщик. — Неужели каждый, кто рожден на островах, сразу становится вашим врагом? От тебя, юный принц, такое звучит вдвойне странно.

На что Зуко нечего было ответить, ведь сказанное было правдой. Не ему, фактически предателю, тому, кто обернулся против собственного народа, говорить такое. Однако…

— Мы все равно не можем, — сказал сидевший в стороне Якон, по чьей белой коже было понятно — от вчерашней потери Чи он так и не восстановился. — Это не только наша тайна.

— Да? — деланно удивившись, произнес мастер. — Тогда предлагаю пока забыть этот вопрос и перейти дальше. Скажите, вы играете в Пай-шо?

— Что?! — одновременно воскликнула команда, ожидая чего угодно, но точно не такого вопроса.

— Пай-шо, — повторил Пиандао, щелкнув пальцами, после чего его единственный слуга и ученик зашел внутрь, занеся массивную деревянную доску, разбитую на многочисленные квадратики и области. — Игра такая. Неужели никто из вас не умеет играть?

— … — В ответ ребята промолчали. Они искренне не понимали, что происходит и что от них здесь хотят. Лишь слабость их товарища и уважение перед сильным мастером не давали им послать его куда подальше и уйти, продолжив искать источник творящихся во внешнем мире изменений.

— Хм, вижу, вы не стремитесь отвечать, — поскребя короткую бородку, заметил Пиандао. — Тогда предлагаю сделку. Сыграем на желание. Выиграю я — вы отвечаете на мой вопрос. Выиграете вы — то же самое сделаю я.

И, видя полное отсутствие реакции, добавил:

— Например, откуда разошлась та волна, породившая злых духов, или когда здесь был тот человек, скрытый под маской духа.

Его последние слова имели эффект разорвавшейся бомбы. Все замерли, осознали, со скрипом повернули головы, а затем у доски натурально материализовалась юная Бейфонг, хмурая и серьезная.

— Давай. Я готова.

— Тоф? Ты что творишь? — воскликнула Катара, подбежав и взяв подругу за плечи. — Ты же слепая. Ты даже фишек не видишь.

— Не проблема, — ответила она, потерев друг о друга два пальца. — Меня дядя научил. Еще давно. Я знаю, как чувствуется каждая фишка.

— Но они были каменными, сестра, — заметил Якон, сев рядом. — Здесь же деревянные. Ты их даже не почувствуешь.

— А на что мне ты? У тебя же глаза еще не отняли? — сморщив брови, спросила Тоф, склонив голову набок. — К тому же я всегда была лучше тебя.

— Это потому, что я не мог подловить тебя на жульничестве, — фыркнул маг крови, на чьем лице появилась довольная ухмылка. — Но ты права. Твой стиль здесь подойдет больше.

— Стиль? — недоуменно переспросила принцесса Южного племени Воды, все это время стоявшая рядом.

— Сама поймешь, — ответил ей Якон, сев ровно по левую руку от сестры, когда по правую был установлен пот — простая деревянная коробочка, где находились все необходимые пятьдесят четыре фишки.

Сам Пиандао на такой уникальный вызов никак не отреагировал, спокойно сев и приготовившись к игре. Ибо собственными глазами видел таланты этой маленькой девочки и не сомневался: в понимании боевой гармонии или тактики, требовавшиеся в игре в Пай-шо, она не сильно уступала ему самому.

Это значило, что победителя определит либо опыт, либо то, насколько хорошо ее собственный учитель объяснил ей основы философии игры.





Первый ход сделала юная Бейфонг.

Тоф даже не касалась доски, дабы понять, где проходит сечение. Ведь в её сознании, отточенном десятками, если не сотнями таких игр, поле уже было расчерчено на идеальные сектора, только и ждавшие, когда их займут пульсирующие в ее руках фишки. Она знала на ощупь каждый цветок, каждый символ, каждый гриф, отчего рука, быстро найдя необходимую фишку, одним четким движением опустила ту на доску.

— Белый Жасмин, четвертое кольцо, вторая ось, — сухо озвучил Якон. Но не для самих игроков, а для Сокки и Катары, которые этой игры никогда не видели и вообще не понимали, что здесь происходит.

Тем временем сам мастер молча взял фишку из своего мешочка и приготовился. Его лицо было неподвижным, а движение — уверенным. Он не думал, а действовал. Жестко, хлестко, ставя свою первую фигуру на поле.

— Красная Роза, южные ворота, — перевел Якон, сразу дав комментарий для своих друзей. — Он идет по прямой к центру. Жесткая атака.

На что Тоф лишь хмыкнула, по первому ходу поняв, что имел в виду ее сводный брат, когда говорил, что ее стиль здесь подойдет лучше. Ведь в отличие от агрессивного Зуко или уступчивого Аанга, её игра была абсолютным синонимом слова "контратака".

Самое то против агрессивной стратегии Народа Огня.

Стук…

— Рододендрон, пятая ось, — монотонно произнес брат. — Путь мастера заблокирован. Атака затихла.

На что Пиандао снова не произнес ни слова. Он лишь слегка изменил угол наклона кисти, выставляя следующую фишку.

Стук…

— Лилия, восточный квадрант. Он обходит ее Рододендрон по дуге, продолжая наступление, — продолжил объяснять Якон, не сводя глаз с доски, где Тоф продолжала воплощать идеальный нейтральный дзинг Земли. Она не гналась за очками, дающимися за гармонию или "съеденными" фишками, как это делал ее противник.

Нет… Вместо этого она создавала "плотность" — стену, способную разбить любую комбинацию и с легкостью вырвать победу даже при малом числе заработанных очков.

Стук…

Стук…

Стук…

Мерно, без спешки, её фишки ложились на доску, выстраиваясь в непроницаемый монолит, дабы каждая атака мастера натыкалась на камень, не в силах пройти дальше. Пиандао медленно и неотвратимо захлебывался, продолжая один за другим терять важнейшие сектора, что было видно даже таким профанам, как Сокка и Катара.

Казалось — вот оно. Победа близка, и скоро они получат ответы на свои вопросы. Вот только в Пай-шо, как и в жизни, никогда нельзя быть полностью уверенным в собственной победе.

Стук…

— Белый Лотос, — впервые за матч заговорила Тоф, положив озвученную фишку на центральный узел.

— Она заперла Золотой сад, главную зону доски, — констатировал Якон. — Теперь розы мастера отрезаны. У него нет пространства для маневра.

— Да! — одновременно воскликнули водные брат и сестра, шлепнув друг друга по ладоням под довольную ухмылку Зуко, тоже решившего, что ход партии предрешен. В отличие от Аанга, не отрывавшего взгляда от доски и нервно посматривавшего на северный угол.

Не зря.

Стук…

Вот рука мечника поднялась над доской, затем — медленно опустилась, но без прежней энергии и задора.

«Его манера сменилась», — мигом поняли все члены команды, разом насторожившись. Исчезла резкость удара, фишка легла на доску почти бесшумно, едва коснувшись поверхности.

— Колесо, третья ось, — голос Якона стал напряженным. — Он не атакует Лотос. Он смещает сектор.

Тоф замерла. На ее визуальной карте произошел мощнейший сдвиг. Пиандао перестал давить, используя привычный стиль Народа Огня. Вместо этого он воспользовался его противоположностью: убрал сопротивление, стал гораздо мягче, начал отступать и, самое главное, перестал атаковать, убрав элемент, на котором держалась вся её стратегия.

— Это же отрицательный дзинг, — шокировано прошептал Аанг, подавшись вперед. — Так меня учил играть Гиацо. Это же тактика Воздушных кочевников.

И словно подтверждая его слова, "колесо", выложенное мастером, повернуло монолитный блок Тоф, сделав тот полностью бесполезным. Отныне Рододендрон, который был её щитом, сдвинулся и перекрыл путь её же Жасмину, с которым она планировала построить гармонию для завершения партии. Но…

Стук…

Стук…

Стук…

Пиандао разрушил эти планы, мастерски обойдя защиту и использовав ту против нее самой.

Стук…

Победитель был предрешен.

— Орхидея, северный предел, — устало выдохнув, произнес Якон, взлохматив собственные волосы. — Мастер завершил гармонию. Ты проиграла, сестра.

— Фух… — в ответ устало выдохнула Тоф, откинувшись на спину и прикрывая глаза, пока в уме у нее пролетали десятки тактик, ходов, вариаций и даже слов, которые можно было сказать, дабы изменить баланс сил. Только вот ничего из этого не помогало. Слишком силен и опытен оказался ее противник, а его умение совмещать отрицательный и положительный дзинг…

Подобное она видела всего один раз — в исполнении ее дяди, и то, по сравнению с игрой Пиандао, это были детские, неловкие попытки в создание новой тактики, которые чаще приводили к поражениям, а не победам.

— Это была хорошая игра, молодая леди, — тем временем сказал мастер, несколькими ловкими движениями убирая фишки с доски и подготавливая ее к новой игре. — Сразу видно, насколько хорошо вы развили нейтральный дзинг. Не воспользуйся я маленькой уловкой в конце, мое поражение было бы неминуемо.

— Не надо меня жалеть, — фыркнув, заметила Тоф. — Вы все поняли после первого хода. У меня с самого начала не было шансов.

— Может быть и так, — не став ничего отрицать, согласился Пиандао, а затем, посмотрев на остальную команду, сказал:

— Раз уж я победил, вы ответите на один мой вопрос?

— …Да. Конечно, — с небольшой задержкой ответил Аанг, нервно сглотнув. — Так что вы хотели узнать?

— Ну, дайте-ка подумать… — с нотками веселья начал размышлять Пиандао, обгладив остриженную бороду. — Сюда вы явились точно не из-за духов — катастрофа началась не так давно, и вы бы не успели о ней услышать. Террор и его организаторы тоже отпадают. Я слышал о ваших приключениях, и вы редко действуете тихо. Значит, остается один вариант — вы лишь недавно прибыли на архипелаг с иной целью.

Тут он показательно задумался, подняв взгляд к потолку, краем глаза наблюдая, как расширились глаза у остальных ребят.

— Не нужно обладать незаурядным умом, дабы понять вашу главную цель — свержение Хозяина Огня и восстановление мира. Но даже Аватар сделать это в одиночку не способен, — продолжил размышлять он, пока всё Золотое трио и Зуко стремительно бледнели. — Значит, вы искали армию. Северное племя Воды малочисленно и закрыто, Южное — разорено, Царство Земли воюет, а его царь — лишь марионетка, которой управляет его собственная тайная служба. Из этого следует вопрос: как вы победили Дай Ли и уговорили царя Куэя помочь вам?

Сказать, что вся команда Аватара, включая даже такие кремни, как Тоф и Якон, была шокирована, значило сильно преуменьшить действительность. Раскрытие плана, упоминание царя, Дай Ли и, самое главное, сам факт их конфликта с этой тайной службой, о котором знали всего пару десятков человек, входящих во властную верхушку Царства Земли, поражали.

И кто это сказал? Не сам Хозяин Огня или его слуги, наверняка имеющие шпионов или соглядатаев внутри Вечного города, а простой мастер-фехтовальщик, который хоть и имел удивительные боевые способности, но был простым затворником, почти не выходящим за пределы собственного дома.

Это настораживало и интриговало. Заставляло размышлять и строить догадки, КТО мог перед ними оказаться. Но чтобы получить хотя бы шанс на ответ на эти вопросы, они должны были исполнить условия сделки, рассказав, как проходило их противостояние с Дай Ли.

Рассказ, по молчаливому согласию, решил начать Сокка как тот, кто внес наибольший вклад в победу над этой организацией.

Все началось сразу после прибытия. Стоило белоснежному летающему зубру приземлиться внутри третьего, верхнего кольца, как их сразу окружили силы тайной полиции, стремясь поймать и "прояснить" личность вторженцев.

Неудачно.

Их фирменные железные цепи, которые они использовали для отлова нарушителей, оказались смяты и перекручены, а сами они — заморожены в крупную глыбу льда, созданную с помощью ближайшего фонтана, не в силах выбраться.

«Вот оно, — подумал бы простой обыватель, увидевший происходящее со стороны. — Поражение. Унизительное поражение Дай Ли. Доказательство того, что они не всесильны и их можно победить».

Однако жители внутреннего района и носа из своих домов не показали, боясь даже не подумать о чем-то подобном. Ибо все, кто знал о тайной полиции, прекрасно понимали: их главная сила не в покорении и техниках, а в хитрости, мобильности, страхе и правильном использовании государственных законов, которые они уже давно переписали под себя и которыми начали пользоваться как щитом.

Тогда случилось то же самое. Как только стало известно, что их товарищи провалились, к месту битвы прибыли другие агенты Дай Ли в сопровождении чиновников и военных, дабы арестовать команду Аватара за вторжение на частную территорию, за сопротивление при задержании и неуважение к представителям царской власти. И на самом деле у них были все шансы: ведь ни Сокка, ни Катара, ни Аанг не знали законов Ба-Синг-Се, а об уважении Аватара к чужим законам было известно еще со времен его посещения городка Чин, где того чуть не сварили в кипящем масле, а он даже не думал сопротивляться.

Вот только их командный стратег, уже знавший о грядущем противостоянии благодаря письму мастера Шайнинга, заранее обо всем позаботился. Стоило главному контрразведчику выступить вперед, дабы зачитать многочисленные обвинения, как ему в нос уткнулся нефритовый паспорт с символом семьи Летающей Свиньи, заставив разом замолчать каждого из присутствующих.

Род Бейфонг. Один из четырех кланов князей-ванов, занимавший в местном табеле о рангах почетное третье место и уступавший лишь царской семье Ба-Синг-Се и ее боковым ответвлениям. Соль земли всего аристократического мира, на которую в былые времена даже смотреть просто так было нельзя. Да, начавшаяся война с Народом Огня сильно надломила эту систему, сделав её почти полностью бесполезной. Аристократия потеряла большую часть своей власти, военные и чиновники возвысились, а сила и талант стали главным мерилом ценности людей.

Но так было только за пределами столицы, где война бушевала уже больше сотни лет. В Ба-Синг-Се же, мирном городе, где большая часть населения даже не знала о творящемся за городскими стенами, эти законы остались неизменными, а значит…

— Я, Тоф Бейфонг, как наследница дома Бейфонгов, прибыла сюда, дабы навестить моего любимого дедушку, — сказала тогда командная оторва, которую через силу заставили выучить эти слова.

— Но, госпожа, вы… — попытался было возразить лидер Дай Ли, но тут вперед выступил Якон, перетянув на себя все внимание.

— Моя дражайшая сестра глаголет истину. Мы прибыли в столицу ради посещения бывшего главы, а ваши люди нас атаковали. Это была самооборона, — высокомерно произнес он, мысленно в очередной раз поблагодарив отца, заставившего заучить все их права и обязанности как аристократов наизусть. — Что касается нашего «вторжения», то как наследница рода ванов мы имеем право вторгаться в любую собственность, если она не принадлежит остальным княжеским семьям или самому царю.

Что было правдой. Это был старый, почти полуторатысячелетний закон, созданный во времена Четвертого объединения Царства, когда ваны были в первую очередь воинами и верными мечами царя, способными вломиться куда угодно ради выполнения собственной миссии. Сейчас эти времена прошли — две из четырех семей были истреблены в ходе уже забытого восстания, а еще одна полностью погибла, обороняя свои владения в городе Така. Остались лишь Бейфонги, решившие выйти из большой политики, переквалифицировавшись из воинов в торговцев и заработав немалое состояние. Однако это не значит, что они отказались от всех преференций. У них все еще был немалый вес в столице среди старой аристократии, продолжавшей держаться за былые традиции, а старый Бао Бейфонг мог в любой момент потребовать аудиенции у царя, и тот бы не смог ему в этом отказать даже под давлением Лонг Фенга.

Именно поэтому Дай Ли пришлось сжать зубы и отпустить их, давая пройти дальше и не смея им препятствовать. На то было несколько причин.

Первая — организация, созданная Киоши, не была всесильной. Да, их было относительно много — почти семьдесят мастеров, каждый из которых обладал уникальными навыками, недоступными простым смертным.





Однако этого было мало. Чиновники, военные, аристократы — если бы каждая из этих фракций смогла объединиться, забыв прошлые обиды, она с легкостью бы стерла Дай Ли с лица земли. Те это прекрасно понимали, поэтому постоянно лавировали на грани их интересов, не заходя слишком далеко и делая все, дабы эти группы оставались разобщенными, не способными пошатнуть их власть.

Да, иногда они могли перегнуть палку, когда ситуация этого действительно требовала, но тогда… Пойти против семьи последнего вана, оскорбить знать, обернуть против себя собственных союзников, которых они привели в качестве свидетелей, заиметь врагов в лице команды Аватара…

Нет. Дай Ли не могли пойти на подобный риск.

И это стало их концом.

Сразу после прибытия в столичную резиденцию Бейфонгов, где их встретил прошлый патриарх, царю была послана просьба об аудиенции с приложенной нефритовой табличкой, показывающей, насколько важно это было. По изначальным расчетам это должно было занять несколько дней, и уже вскоре команда Аватара должна была предстать перед царем Куэем, как бы этого ни не хотел Лонг Фенг, прекрасно осознававший, зачем они прибыли в столицу.

Вот только он недооценил упрямство лидера Дай Ли. Первое послание потерялось. Второе украли. Третье было потеряно из-за случайной гибели курьера, а четвертое вообще… потеряли.

— Что этот ****** себе позволяет?! — взревел тогда Бао Бейфонг, поняв, до какой низости опустился лидер Дай Ли, дабы не допустить получения послания. — Ну всё… Готовься… Я тебе покажу, что значит гордость дома Бейфонг!

После этого началось. Весь остальной месяц после прибытия и победы на турнире команда Аватара только и делала, что летала по столице, разговаривала с уважаемыми людьми, вела беседы, искала союзников и всеми силами доказывала, что время Лонг Фенга прошло и сейчас есть неиллюзорный шанс сбросить тиранию Дай Ли. Некоторые соглашались, некоторые боялись, а часть занимала выжидательную позицию, решив отойти в сторону и посмотреть, кто окажется победителем.

Естественно, Дай Ли не собирались сидеть просто так. Угрозы, подкуп, шантаж, даже гипноз — все их козыри были применены, дабы уничтожить любые старания старого Бао. Но всё это было сначала разрушено Тоф, быстро научившейся не только обращать, но и самостоятельно накладывать гипноз (то, что для этого она поймала и избила одного из членов Дай Ли, Сокка предусмотрительно опустил), Катарой и Яконом, умудрившимися убрать большую часть болячек престарелого патриарха, и самим Аангом, чья сила и авторитет как Аватара с легкостью перекрывали любые попытки Дай Ли им помешать.

Да и сама тайная служба уже давно стояла поперек горла слишком большому числу людей. Может, страх и позволял им десятилетиями царствовать в высших кругах столицы, но одновременно с тем накапливалось недовольство остальных сословий.

Может страх и казался эффективным способом управления, однако он имел свои очевидные пределы. В отличие от метода "кнута и пряника", которому изначально следовали главы разведки, впервые захватив власть. Вот только власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно.

Тихо и незаметно Лонг Фенг стал считать себя искренне правым. Считать, что его миссия — "оберегать" царскую семью — священна, а для остальных само его правление — уже невероятный "пряник". А раз этого им было мало… значит, нужно браться за кнут.

И так раз за разом… Раз за разом…

Ничего удивительного, что в один момент даже власти Дай Ли перестало хватать и аудиенция была назначена, несмотря на все возражения Лонг Фенга.

Тогда им было решено использовать последнее средство.

Убийц.

Тех, кто должен был проникнуть в особняк Бейфонгов и… не убить, нет, ведь смерть Аватара ему бы точно не простили. Им велели незаметно отравить большую часть команды, нанеся ряд несмертельных увечий в качестве этакого намека. А если бы и этого не хватило, душегубам было приказано тихо умертвить самого Бао Бейфонга, дабы Аанг точно понял, с кем он связался.

Если рассматривать всё трезво, то у убийц были неплохие шансы осуществить задуманное. Многолетняя подготовка, знание плана поместья, подкуп и шантаж слуг, применение редкого парализующего яда без вкуса, цвета и запаха… Мало какой взрослый смог бы избежать подобной ловушки. Что уж говорить о команде, где каждый был ребенком, не знавшим, что такое дисциплина и предосторожность. Убийцы даже разузнали о сейсмочувствительности Тоф, стараясь передвигаться по деревьям, балкам и прочим поверхностям, не проводящим вибрации.





Впрочем тем просто не повезло.

Да, они учли всё. Подготовились ко всем возможным ситуациям и исходам, но стоило им зайти на территорию поместья, как перед ними появилась маленькая голубоглазая фигура, чье выражение лица не обещало им ничего хорошего.

Всего одного взмаха руки хватило, дабы пять натренированных, опытных убийц, среди которых было даже два члена Дай Ли, замерли, захрипели, а затем начали натурально трещать, кровоточить и едва ли не сворачиваться пополам, испытывая такой букет боли, что половина из них сразу поседела, а другая — потеряла сознание.





Уже на следующий день их бессознательные тела были представлены шокированному царю, которому в тот день знатно порушили картину мира. Война, заговоры, атаки буром… Всё это было продемонстрировано опешившему Куэю, который, к его чести, смог быстро взять себя в руки и начать действовать.

В тот же день под арест был взят Лонг Фенг как главный виновник всего ужаса, творящегося в стенах столицы, а затем в соседние с ним камеры начали массово бросать других агентов Дай Ли, о чьей истинной верности Сокка был предупрежден заранее.

Так всего за один месяц в Ба-Синг-Се закончилась более чем полуторавековая власть Дай Ли, а на ее место пришел царь, поддерживаемый как чиновниками, так и армией с остальной аристократией, которая хотела одного — сбросить оковы страха и сделать Царство Земли снова великим, изгнав захватчиков с их законных земель.

И если для этого требовалось рискнуть, собрав армию и подготовив вторжение в Страну Огня, они готовы были это сделать. Особенно когда на их стороне был сам Аватар — не только сильнейший маг мира, но и тот, за кем могли пойти остальные цари и губернаторы, наконец объединив разрозненное Царство.





Глава 12. Партия. Часть 2. Зуко.


100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два с половиной месяца после начала террора.

Шесть дней до дня Черного Солнца, меньше полутора месяцев до прилета кометы Созина.





Спустя пару минут после завершения рассказа.





Главное здание, поместье мастера Пиандао, окрестности города Шу Дзинг, главный остров, центральный район Архипелага.





— Дальше было просто, — решил закончить свой затянувшийся рассказ Сокка, смочив горло остывшим зеленым чаем. — Мы спланировали несколько отвлекающих маневров, дабы ненадолго остановить наступление Народа Огня на континенте, Совет Пяти приказал расконсервировать царский флот, а нам предложили направиться на Архипелаг, узнать положение дел и, если возможно, совершить пару внезапных атак, заставив Хозяина Огня растянуть собственные силы. Кто же знал, что нас в этом уже опередили.

— На этом, я так понимаю, все? — уточнил Пиандао, опустошая уже третью пиалу.

— Эм… Да? — ответил парень, смущенно подергав собственный хвост.

— Я, конечно, просил рассказать только о Дай Ли, но и за остальной рассказ спасибо, — хитро улыбнувшись, заметил мастер, пока под звонкий "шлеп" голова одного командного стратега полетела вниз. Слишком уж много сил приложили Якон и Катара. — И что же теперь будем делать?

— Как что?! — воскликнула Тоф, бухнув кулаками по полу, от чего казалось подпрыгнула половина поместья. — Играть еще раз! Вы нам так ничего и не рассказали!

— Зачем? — вздернув бровь, спросил Пиандао. — Все, что мне было интересно, я уже узнал. Большего вы мне предложить не можете.

— … — на что команда ничего не смогла ответить, ведь это было правдой. Ну вот что они, шестеро детей, путешествующих налегке, могли дать богатому, сильному и искусному фехтовальщику, живущему в собственном поместье и ни в чем не нуждающемуся?

Деньги? Даже не смешно. Один его меч, наверняка, стоит как годовое жалование чиновника средней руки.

Новые знания? Какие? Они видели местную библиотеку и сотни зачитанных книг. Единственное, в чем они превосходили мастера, было покорение, но зачем подобное нужно было немагу?

Высокая должность после их победы в войне? Все помнили, что сидящий перед ними обладатель пижонской бородки и пучка сначала сам ушел из армии в должности командора, а затем избил целую роту солдат, и его после такого оставили в покое. Какую должность они должны были ему предложить? Хозяина Огня?

Воззвать к чувству долга? Гражданина Народа Огня? Того, кто был им вскормлен, воспитан и выведен в люди этой страной? Даже не смешно.

«Мы ничего не можем ему предложить», — сразу поняли все, повесив головы.

Да, был вариант попробовать выбить знания силой, но это, во-первых, было опасно, учитывая, какими навыками обладал сидящий перед ними мужчина, а во-вторых, противоречило всем их принципам и было форменным свинством. Особенно после вчерашнего, когда они вместе сражались и прикрывали друг другу спины.

Команда уже мысленно сдалась, начав искать другие способы узнать правду, но тут раздался голос того, кого буквально минутой ранее отправили в нокаут два леща в исполнении двух магов воды.

— А как насчет металла? — спросил Сокка, поднимая вверх ладонь. — Уникального металла, который не достать нигде в мире?

— Это вряд ли, — с ухмылкой ответил ему Пиандао, скрестив руки на груди. — У меня в коллекции собраны мечи со всего мира, из всех видов стали. Вряд ли вы сможете меня удивить.

— Даже метеоритным железом из настоящей кометы? — поднявшись, спросил парень, нагло улыбнувшись, ведь своего он добился — ухмылка мастера дрогнула, а в глазах отчетливо блеснула заинтересованность.

— Хм-м-м… Это... Интересное предложение, — задумчиво протянул он, заставив остальную команду встрепенуться. — Хорошо, я вам поверю. Надеюсь, это не обман, дабы вынудить меня сыграть.

— Нет! — искренне возмутилась Катара, всплеснув руками. — Мы бы никогда так не сделали!

— Как и не забрали бы камень, если бы не я… — издевательски протянул Сокка, но, столкнувшись взглядом со смущенной и злой сестрой, обещавшей ему все круги ада, резко замолчал.

— …Ну что же, кто в этот раз будет моим соперником? — спросил мастер, не обратив внимания на происходящее.

— Позвольте мне, — подняв руку, произнес Зуко, встав и направившись к так и не убранной доске.

— Как пожелаете, принц, — пожав плечами, ответил Пиандао, доставая из коробочки первую фишку. — Давно я не играл с членами правящей семьи. Будете ходить первым или уступите ход мне?

— Уступаю, — ответил парень, сев напротив и запустив руку в гокэ.

— Только не пожалейте об этом, — сказал его противник, звонко щелкнув первой фишкой.

Все заняли свои места. Игра началась.

— Смотрите внимательно, — прошептал Якон Сокке и Катаре, кивнув на поле, где уже развернулось плотное противостояние. — Мастер только что выставил Белую Лилию в северные ворота. Это "позиция высокого стража". Ее используют, когда хотят заявить право на вертикаль доски.

— Угу, — буркнула Тоф, воспринимая происходящее чисто на слух.

— Это уже не огонь, — согласился с ними Аанг, не сводя глаз с доски. — Это холодный и расчетливый дзинг. Так играют маги воды.

«Как вы это поняли по одному ходу?!» — мысленно взревели брат и сестра, для которых происходящее было каким-то непонятным и запутанным таинством.

Зуко ответил мгновенно. Стук его фишки прозвучал громко и звонко.

— Красная Роза, третья ось, — перевел Якон, продолжая задумчиво кивать. — Видите? Это прямой выпад, прямо в его защиту.

— А что это значит? — тихо уточнил Сокка, для которого "третья ось" уже звучала непонятно.

— Что Зуко не строит защиту, а привычную использует тактику Народа Огня — агрессивное сближение и нападение. Он хочет сжечь Лилию мастера раньше, чем тот выстроит вокруг нее гармонию, — вместо брата ответила фыркнувшая Бейфонг. — Это знать надо.

— Ну уж простите, что у нас на юге подобных игр не было, — съязвила Катара, отвернувшись. — Дерево-то у нас не растет...

Пиандао тем временем едва заметно прищурился. Его следующая фишка легла на доску без единого лишнего звука, прекрасно отражая его намерение.

— Хризантема, восточный сектор, — кивнул Якон. — Мастер решил не принимать лобовой удар, вместо этого уйдя во фланг.

И, видя остекленевший взгляд их командного стратега, пояснил:

— Гляди, Сокка, мастер создает так называемый "зацеп" — если Зуко сейчас двинется вперед, Хризантема захлопнет ловушку. Это одна из форм отрицательного водного дзинга: он позволяет противнику нападать, чтобы тот сам запутался в собственном порыве.

— Но разве Зуко не видит это? — спросила Катара, склонив голову набок.

— Не знаю, — пожав плечами, ответил ей юный маг крови. — Я мало играл против положительного дзинга и не знаю, какие стратегии с его помощью можно использовать.

Тем временем Зуко, игнорируя опасность, выставил вперед свою вторую Красную Розу.

— Вторая Роза, южный вектор! — озвучил Якон, высоко подняв брови. — Он удваивает ставку, пытаясь пробиться в центр доски грубой силой. Его фишки выстроились в линию — это "огненный шлейф". Он метит прямо в Золотой сад, но оставляет свои тылы полностью открытыми.

Естественно, Пиандао тоже это заметил и, молча взяв тяжелую фишку Камня, припечатал ее к доске точно между двумя Розами принца.

— Акцентная фишка, — выдохнул Аанг, ссутулившись. — Мастер создал "гранитный заслон" и не позволил ему набрать очки. Теперь Розы Зуко не могут формировать гармонию.

На что все, кто хоть что-то понимал в пай-шо, согласно кивнули. Ведь даже с первого взгляда было видно: их товарищ оказался в ловушке, поскольку его фигуры, должные отсекать чужие территории и давать новые очки, оказались зажаты между цветами Пиандао и непоколебимым Камнем в центре.

Однако Зуко, несмотря на происходящее, оставался пугающе спокойным. Его глаза были ясными, пальцы твердыми, а дыхание — ровным, словно все происходящее на доске шло по его плану.

— Брат, — обратилась Тоф к сидящему рядом Якону. — Может, он хочет сделать "это"? Положение фигур подходящее.

— Ты о чем? — Тот не сразу понял, о чем речь.

— Про "Солнечное затмение", — ответила Бейфонг, заставив щеку мага крови рефлекторно дернуться. Ведь в названной комбинации одна из сторон жертвовала всеми своими фишками, дабы создать мертвую зону вокруг Золотого Сада — единственного места на поле, где победа могла быть определена одной фишкой.

Вот только сложность такой комбинации была настолько велика, что срабатывала она только на очень невнимательных и неопытных игроках, к которым мастер Пиандао точно не относился. Этакий "детский мат" из сеги, работающий только на новичках.

— Вряд ли… — покачав головой, ответил Якон. — Он не дурак. Он понимает, с кем играет.

И тут, словно подтверждая его слова, Жасмин Зуко оказался в пустой зоне на стыке секторов. Атака прекратилась, а вместо нее началось...

— Узел сопряжения? — удивленно спросил Аанг, пояснив Сокке:

— Теперь он больше не атакует Лилию мастера, а открывает ей путь к центру поля.

— Зачем? — спросил парень, вздернув бровь.

— Сам не понимаю, — ответил юный Аватар, почесав идеально выбритую голову.

Тем временем оба соперника не собирались останавливаться. Вот Пиандао передвинул свою Хризантему вглубь территории Зуко на стык Золотого сада. Тот в ответ выставил вторую Розу на пятую ось, зеркально отражая Лилию мастера. Затем еще, и еще, и еще, пока весь центр доски не оказался пуст, окруженный плотным кольцом из их фигур.

— Что они делают? — спросила Катара, не отрывая взгляда от доски, рисунок которой из-за выставленных фишек начал напоминать красивый остролистный цветок.

— Без понятия, — одновременно ответили и Якон, и Тоф, и Аанг, не сводящие глаз (а в случае Бейфонг — ушей) с доски.

Тем временем игра быстро и неумолимо двигалась к своему концу. Вот мастер медленно достает из мешочка Белый Лотос и опускает в верхнюю точку Золотого сада, а вслед за ним Зуко делает то же самое, помещая его вниз. Два белых круга, чье появление обычно считалось финалом игры, соприкоснулись в самом сердце, но партия и не думала прекращаться.

Горец принца слева от Лотосов, Колесо мастера справа, между Розами. Хризантема на северные ворота, последний Камень Зуко на восток, к запирающим вратам. Пять ходов, десять щелчков — и оба игрока одним синхронным движением перевернули центральный сектор.

— Какого черта?! — воскликнул Якон, не в силах поверить собственным глазам. — Это же "Великое равновесие", когда все фигуры образуют единую гармонию! В реальных матчах такого не бывает!

— Бывает, — ответил ему Зуко, откинувшись назад и с довольной улыбкой глядя на доску, где все Розы, Лилии и Хризантемы теперь образовали шесть одинаковых лепестков, идеально сходящихся к двум Лотосам в Золотом саду.





— Особенно когда играют члены одного ордена, понимающие ценность гармонии. Не так ли, мастер?

— Значит, твой дядя все же посвятил тебя в члены нашего ордена? — довольно ухмыльнувшись, сказал мужчина, а затем, встав, неожиданно поклонился и произнес:

— Я, Пиандао, член ордена Белого лотоса, приветствую Аватара и наследного принца Народа Огня. Для меня честь видеть вас в своем доме.

— Зу-у-уко-о-о… — в полной тишине протянула Катара. — Ты не хочешь нам ничего объяснить?

— Да.

— Верно.

— Очень хотелось бы, — одновременно поддакнули ей Аанг, Сокка и Якон, пока Тоф сидела в стороне, пытаясь мысленно составить картину, образовавшуюся на доске.

— Кхм… Видите ли… — неловко закашлявшись, произнес принц. — Я и сам узнал об этом совсем недавно, перед самым отправлением домой. Дядя вкратце рассказал мне о Белом лотосе, о его целях и философии, а затем показал особую тактику пай-шо, с помощью которой можно было выйти на членов ордена.

Тут его щеки покраснели еще сильнее, а взгляд вильнул в сторону.

— Если честно, я до последнего момента не думал, что мне это пригодится. Думал, орден — очередная глупая шутка дяди, — сказал он, бросив виноватый взгляд в сторону Пиандао. — Но стоило увидеть, как мастер ловко меняет тактики, а также услышать его слова о его путешествиях, знания о Дай Ли, и, самое главное, партия с другими членами правящей семьи — всё встало на свои места. Вы ведь всё знали изначально и в любом случае нам бы помогли?

— Ну, не скажите, принц, — ответил мастер, заведя руки за спину. — Не покажи вы свое стремление, я бы просто выгнал вас. Да, орден был создан, дабы сохранять баланс и искать гармонию, как это завещали делать Аватары, но если нынешний недостоин славы своих предшественников, то какой смысл тратить силы?

Услышав это, Аанг ощутимо скуксился, что не осталось незамеченным Катарой, вышедшей вперед и задавшей интересующий всех вопрос:

— Это все интересно, но, может, объясните, что за орден Белого лотоса? Никогда о нем не слышала.

Что подтвердила и вся остальная команда, синхронно закивав.

— В этом нет ничего удивительного, — хмыкнув, произнес Пиандао, тукнув ногой по доске и ловко поймав единственную подлетевшую фишку, бывшую тем самым Белым Лотосом.





— Мы древнее тайное общество, созданное много веков назад для поиска и обмена знаниями, а также стремлению к красоте и гармонии. Мы не признаём ни культурных, ни общественных границ, поэтому среди нас есть представители всех наций и слоёв общества. Например, позапрошлым лидером ордена был воздушный кочевник по имени Гиаццо.

— Гиаццо?! — неверующе воскликнул Аанг, мигом подлетев к мужчине и схватив того за руки. — Он был одним из вас? Правда?

— Да, — кивнул мастер, мягко вырвавшись из крепкой хватки Аватара и потрепав его по голове. — Орден стал присматривать за Аватарами по просьбе госпожи Киоши, пережившей множество лишений из-за человеческой зависти и глупости.

— Значит, вы нам поможете? Расскажете, что произошло? — спросил последний воздушный монах, натурально засияв глазами.

— Конечно. Как и обещал, я расскажу вам о месте, откуда пришли темные духи, а также о моей встрече с тем человеком, скрывающимся под маской, — кивнул Пиандао, отходя к стене и несколько раз постучав по двери, вызывая своего ученика-дворецкого. Уже вскоре доска для пай-шо была убрана, а ее место занял небольшой кофейный столик с массивным чугунным чайником и семью чашками-юноми, исходящими ароматным густым паром.

— Для начала я хотел бы узнать, как вы с ним связаны, дабы дальнейший разговор не принес неприятностей ни мне, ни вам, — сказал хозяин дома, совершая первый, мелкий глоток.

— Он мой дядя и наставник, научивший меня всему, — первой ответила Тоф, даже не прикоснувшись к предложенному напитку.

— То же самое, — вслед за ней сказал Якон, проявивший гораздо больше вежливости. — Он нашел меня на Северном полюсе, обучил и усыновил. Я получил от него все.

— Мы тоже многим обязаны мастеру Шайнингу, — кивнула Катара, спокойно держа в руках горячую кружку. — Он учил нас покорению, помогал в путешествии, показал Великую библиотеку Ван Ши Тонга, нашел Аангу первого учителя покорения огня, а затем отправил нас дальше, в Северное племя Воды, оставшись разбираться с целым флотом Народа Огня.

— Записки. Ты забыла про те записки, сестра, — поправил ее Сокка, помахав рукой.

— Точно, — согласилась девушка, отложив стакан в сторону. — Именно благодаря его помощи мы смогли одолеть Дай Ли и придумать план вторжения. Он нам очень помог. Более доброго и благородного человека я в жизни не видела.

— Веселый, красивый, статный, трудолюбивый… Это самые скромные из тех восхвалений, которыми его осыпали поклонницы, — кивнул Якон, через которого не раз и не два передавали такие любовные записки, которые он сразу выбрасывал, повинуясь словам отца.

— Хм… — на что молчавший Пиандао лишь кивнул и глубоко задумался. Настолько глубоко, что команде пришлось ждать его ответа почти пять минут.

— Интересные вещи вы сейчас рассказали, — потерев подбородок, сказал он, обведя ребят сложным, неразборчивым взглядом. — Вот уж не думал, что тот человек окажется виновником одного из величайших провалов Народа Огня и учителем Аватара.

— Значит, он жив? Значит, он был здесь? — спросила облокотившаяся на стол Тоф, даже не скрывая собственного волнения.

— Да, он заходил ко мне месяц назад, — ответил мастер, заставив большую часть ребят переглянуться и обменяться радостными улыбками... — Вот только он мало был похож на того, кого вы описывали.

Улыбки сразу померкли, стоило им услышать продолжение.

— Седой, уставший, с черными кругами под глазами, он предлагал мне присоединиться к нему, дабы свергнуть Хозяина Огня и вернуть мир на эти земли.





— ... А вы? — после короткой паузы, с подозрением уточнила Катара.

— Естественно, отказался. Уже тогда по Архипелагу бушевал террор, и у меня были подозрения, что он имел к нему прямое отношение, — сразу ответил хозяин дома. — Я так и сказал ему: "Одно дело — обагрять меч кровью своих врагов, другое — невинных жителей, которые даже защитить себя не могут". На что он лишь презрительно рассмеялся и назвал меня трусом, не способным понять, что невинных не бывает и весь Народ Огня повинен в творящемся хаосе.

— Что?! Не верю! — воскликнула Тоф, ударив по столу так, что по нему прошлась толстая трещина. — Он не такой! Дядя не мог подобного сказать!

— Согласен, — кивнул сидевший рядом Якон, прожигая Пиандао холодным, пронизывающим взглядом. — Отец — очень мирный человек, неприемлющий насилия и чужих смертей. Он даже в плен попал, пытаясь спасти детей с тонущего корабля.

— Мастер Шайнинг даже мухи не обидит! — закивал Аанг, на чьем лице была отчетливо видна растерянность.

— Да, мастер, — кивнул Сокка, который тоже не смог совместить образ черноволосого улыбчивого молодого мужчины с тем стариком, которого им описали минутой назад. — Может, вы ошиблись или спутали его с кем-то?

— Хотелось бы, но нет, — покачав головой, ответил Пиандао. — Фигура, движения, пластика, лицо. Все точно совпадало с тем духом, которого мы одолели вчера.

— Все равно отказываюсь верить! — крикнула Тоф, вскочив на ноги. — Это не мог быть он!

— Сестра, сядь, — но ее тут же остановил Якон, усадив на собственные колени. — Пожалуйста.

— Хмф-ф!!!

— Давай дослушаем. Может, это даст нам подсказку, где искать, — сказал он, а затем шепотом добавил: — Я чувствую его сердце. Он не врет. Оно слишком спокойно.

Только после этого наследница Бейфонгов успокоилась и замерла. Своему сводному брату она доверяла, и если тот просил подождать, она готова была прислушаться.

— Извините, что прервали вас, мастер, — взял слово Зуко, когда остальная команда более-менее пришла в себя. — Прошу, продолжайте. Мы внимательно вас слушаем.

— Ничего страшного. Я все понимаю, — сказал он, по какой-то причине слегка расслабив завязки халата. — Сам бы не поверил, если бы с одним из моих друзей или наставников произошло такое. Но вернемся к той встрече. Сразу после отказа ваш друг не собирался уходить. Вместо этого он потребовал у меня доступ к моей библиотеке, а точнее — к старым картам Ордена и нескольким томам, посвященным фен-шую и геодезии.

— Чему? — не удержав язык за зубами, спросил Сокка.

— Наукам о земле и ее энергетических потоках. Очень сложная, малопонятная и бесполезная тема, — пояснил ему Якон, видевший подобные книги в библиотеке Ван Ши Тонга.

— Не сказал бы, молодой человек, — покачав головой, заметил Пиандао. — Со знаниями о драконьих жилах и их расположении можно совершить много великих или ужасных

поступков. Особенно здесь, на Архипелаге, где их число из-за дремлющих гор и вулканов особенно велико.

— А что за карты, которыми так интересовался мастер? — задал вопрос Аанг.

— Там подробно было показано расположение этих самых жил, а также точки их пересечения и выхода на поверхность. В таких местах, обычно, велика концентрация духовной энергии и можно спокойно встретить духов, из-за чего они считаются запретными или проклятыми, — пояснил мастер, прочертив пальцем на столешнице несколько пересекающихся линий. — Я, естественно, ему отказал, ведь это была собственность Ордена, доверенная мне на хранение, но он меня не послушал.

— Неужели вы подрались? — закрыв лицо руками, неверующе прошептала Катара.

— Ту стычку было трудно назвать боем, юная леди, — поморщившись, ответил он, начав развязывать халат. — Я даже не успел выхватить меч и напитать его Чи, как его вырвали у меня из рук, а затем грубо сломали о колено, словно это была гнилая палка, а не закаленная огненная сталь.

— А дальше? — шепотом спросил Аанг, глядя, как Пиандао распутывает последнюю завязку.

— Дальше был всего один удар, от которого я не успел увернуться, — сказал хозяин дома, наконец оголив торс, по которому наискосок проходил длинный свежий шрам. — Его хлыст, созданный из собственной одежды, всего за один удар сломал мне ключицу и половину ребер, от чего я сразу потерял сознание. А когда очнулся — его уже не было. Только перевернутая с ног на голову библиотека и напуганный до полусмерти слуга, который рассказал, как за вашим мастером явились люди со стальными ошейниками, кланяясь ему и называя его Лидером.

Хруст…

Стоило прозвучать последним словам, как бокал в руках Зуко треснул, от чего горячий чай полился прямо по его рукам.

— Что вы с-сказали? — заикаясь, спросил побледневший Сокка.

— Лидер, — не сразу поняв, в чем дело, ответил ему Пиандао. — Те люди назвали его Лидером.

В тот момент тишину, опустившуюся на поместье, можно было почувствовать руками. Аанг, Якон, Сокка, Катара, Зуко… Все они сидели и пытались еще раз осознать услышанное.

Люди со стальными ошейниками… Их добрый мастер Шайнинг… И Лидер? Да что здесь происходит?

Однако прежде, чем они успели прийти в себя и хоть как-то отреагировать, дверь, ведущая в комнату, открылась, и внутрь беззвучно вошла высокая светлокожая девушка в богатом кимоно, открывающем вид на голые плечи и длинную шею.

— Эх… Ну зачем же вы так… — не проговорила, а практически пропела она своим звенящим высоким голосом. — Можно было остановиться. Промолчать. Утаить. А теперь наш разговор пройдет гораздо труднее.

Хлоп…

Веер в ее руках захлопнулся, заставив всех разом повернуться к ней.

— Тогда не будем тянуть, и я предлагаю начать знакомство, — сказала женщина, натянув на лицо одну из своих самых обаятельных и располагающих улыбок. — Меня зовут Лянь Лянь. Простая девушка и муза многих достопочтимых мужей Столицы, а также один из шести заместителей в нашей Организации. Будем знакомы.





Глава 13. Истина открывается.


100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Пять месяцев спустя, после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два с половиной месяца после начала террора.

Шесть дней до дня Черного Солнца, меньше полутора месяцев до прилета кометы Созина.

Спустя несколько мгновений после прихода внезапной гостьи.





Все тоже главное здание, поместье мастера Пиандао, окрестности города Шу Дзинг, главный остров, центральный район Архипелага.





— Предлагаю начать наше знакомство, — произнесла таинственная незнакомка, натянув на лицо одну из своих самых обаятельных и располагающих улыбок. — Меня зовут Лянь Лянь. Простая девушка и муза многих достопочтенных мужей Столицы, а также один из шести заместителей в нашей Организации. Будем знакомы.

Шух…

И тут же отклонила голову вбок, пропустив мимо мощнейший огненный поток, отброшенный в сторону легким движением веера.

— Ара-ара, как некультурно, — фыркнула она, глядя прямо в глаза разъяренному Зуко, который уже встал в стойку и стремительно смещал центр тяжести, дабы нанести следующий удар. — Может, вас следует окоротить, ваше величество?

И, стоило прозвучать ее последним словам, как сквозь бамбуковые сёдзи, пробивая насквозь стены, пролетели два тяжелых арбалетных болта, оставив на скулах принца две тонкие царапины.

— Что?.. — воскликнул он, разом замерев и начав настороженно осматриваться по сторонам. — Какого темного духа?!

— Никаких духов, ваше величество. Только тщательная подготовка и хорошая муштра, — заметила плутовка, начав медленно, походкой от бедра, приближаться к остальной команде. При этом делала она это настолько плавно и эротично, что даже сам Зуко и Якон невольно скосили взгляды на ее идеально очерченные бедра. Про Сокку, Аанга и Пиандао, последний из которых всегда славился как тот еще дамский угодник, даже говорить не стоит.

Вот только больше всего внимания Лянь Лянь привлекла не со стороны мужской части команды, а от Тоф, сначала нахмурившейся, а потом поморщившейся.

— Что у тебя с ногами? — спросила она, посмотрев точно в сторону идущей к ним женщины. — От тебя почти не чувствуется вибраций. От твоих людей тоже.

— Значит, вы все же их почувствовали? — хлопнув ладошками, спросила остановившаяся женщина. — Как и ожидалось от племянницы Лидера. Не зря он так вас хвалил. Да, я, шесть моих воспитанниц и пятнадцать слуг, стоящих вокруг комнаты с арбалетами наготове, немного подготовились к встрече с вами.

Услышав сказанное, Якон едва заметно дернулся, уже закружив Чи и планируя применить покорение крови, как вдруг у него прямо под носом щелкнула огненная искра, неприятно обжигая нос.

— А-а-а-а! — помахав пальчиком, пропела Лянь Лянь, окинув юного покорителя осуждающим взглядом. — Про вас я тоже знаю, юный господин. Пожалуйста, давайте без фокусов. Не хотелось бы вредить сыну нашего многоуважаемого Лидера.

И, словно подтверждая ее слова, перед лицом Якона пролетела стрела, проскользнув прямо по кончику носа. В комнате воцарилась полная тишина. Вся остальная команда знала, на что способен их друг, и произошедшее повергло их в шок.

— Зажатые курки, — прокомментировала муза темной части Столицы, заняв место напротив команды и подогнув ноги под себя. Благодаря этому стали видны ее лодыжки, открывшие тайну тихой, невесомой походки: ею оказалась очень мягкая, толстая прокладка обуви, идеально сочетающаяся со скользящим, непрерывным шагом. Из-за этого в "глазах" Тоф она и ее последователи "выглядели" как обычные природные вибрации, коих в мире было бесчисленное множество, превращаясь в ровный фоновый шум. — Я хорошо подготовилась к нашей встрече.

— Кхм-кхм… — откашлявшись, обратил на себя внимание Пиандао, на лице которого не было ни единого следа волнения. — Миледи, может, не будем спешить? Мирно сядем, поговорим, расскажем собственные истории?

— Ради этого я здесь, — всплеснув руками, ответила женщина, ярко улыбнувшись. — Открою вам небольшой секрет, мастер: не обладай ваши гости такими страшными силами и взрывным характером, я бы вообще пришла одна, не желая никого провоцировать.

— … — на что старый фехтовальщик учтиво промолчал, ибо каждый из присутствующих понимал — только что сказанное было полной ложью.

Хлоп…

— Итак, предлагаю для начала друг другу представиться, — хлопнув в ладоши, произнесла незваная гостья. — Меня зовут Лянь Лянь. Я одна из давних жительниц Столицы, а также одна из ближайших подчиненных вашего наставника. Вместе со мной также прибыли мои ученицы. Тянь Тянь…

Тут дверь открылась, и в комнату вошла молодая девушка, одетая в белые облегающие одежды, по открытости лишь немногим уступающие наряду ее наставницы. В руках у нее была чашка исходящего паром чая, которую она сначала поставила прямо перед Пиандао, поклонилась, а затем направилась на выход.

— Мин Мин.

Ее место заняла другая девушка, бывшая практически полной копией первой, если не считать разреза глаз и цвета волос. Она сделала то же самое, только в этот раз чашка досталась Якону.

— Лей Лей.

— Мей Мей.

— Цин Цин.

И так повторялось до тех пор, пока все члены команды не обзавелись порцией горячего, исходящего паром напитка, кроме…

— И Сяо Сяо.

— Эй, а я?! — искренне возмутился Сокка, которому чая не досталось. — Я чем хуже?

— Вы уж простите, юный господин, за нашу оплошность, — сказала в ответ главная куртизанка, прикрыв губы раскрытым веером. — Просто вы пускали столько слюней, что моим девочкам показалось, будто в питье вы не нуждаетесь.

— … — на что Сокка мог лишь захлопнуть рот, густо покраснеть и зашуганно осмотреться по сторонам, ожидая шуток и подколок. Особенно со стороны сестры, однако остальная команда продолжила сидеть неподвижно, не сводя напряженных взглядов с двери, откуда минутой ранее выходили ученицы этой самой Лянь Лянь.

Ибо по одной их походке, манере движений, набитым костяшкам и, самое главное, тонким стальным ошейникам на белоснежных шеях ребята поняли: прямо сейчас перед ними прошли шесть мастеров покорения огня, принадлежащих этой полу таинственной организации.

Немалая сила, способная обратить в пепел средних размеров город, что говорило об одном — кем бы ни была сидевшая перед ними женщина, о своем положении она точно не лгала.

— Вижу, говорить вы не сильно хотите? — по-детски прижав пальчик к губам, спросила Лянь Лянь, а затем, прикрыв глаза, радостно пропела:

— Тогда давайте я все сделаю сама.

После чего она уперла длинный палец с остро наточенным ноготком в сторону сидевшего с края Зуко.

— Вы принц Зуко, изгнанный наследник Народа Огня. Лидер упоминал о вас. Говорил, что вы можете вернуться сюда вместе с командой Аватара, — сказала она, мягко улыбнувшись. — Честно? Я не верила. Кто же знал, что его слова в очередной раз окажутся пророческими?

После сказанного все вздрогнули и перевели напряженные взгляды на говорившую женщину. Все, кроме Пиандао, который продолжал тихо сидеть в стороне и наслаждаться вкуснейшим чаем, краем глаза поглядывая на одну из прелестниц, замерших в дверном проеме.

— А ты, наверное, Катара, — тем временем продолжила Лянь Лянь, указав на насупившуюся девушку. — Юная целительница и последняя покорительница Южного племени Воды, а также бедная девушка с комплексом матери.

— Что?! — яростно воскликнула южанка, аж вскочив на ноги, пока Сокка и Тоф, сидевшие неподалеку, едва сдерживали рвущийся наружу смех. — Ничего подобного! Я? Мать? Когда такое было?! И Сокка, хватит ржать! У тебя сопли из носа текут!





Тут парочка главных командных раздолбаев все-таки не смогла сдержаться, зайдясь в громком, гогочущем смехе, к которому быстро присоединился Аанг. Даже Зуко позволил себе небольшую улыбку, что было той еще редкостью на его вечно серьезном и хмуром лице. Лишь Якон продолжал неподвижно сидеть, не сводя взгляда с лица Лянь Лянь.

— Да хватит уже! — сквозь зубы прошипела Катара, одним взглядом заткнув сначала брата и Аватара, а затем повернувшись к женщине. — Неужели мастер Шайнинг такое обо мне говорил?

— Не совсем, — слегка склонив голову набок, ответила она. — Слова про твои таланты были чистой правдой, а вот про роль "мамочки" вашего маленького отряда я поняла сама.

— Какая хорошая наблюдательность, — уважительно произнес Пиандао, которому одна из учениц названной гостьи принесла вторую чашку чая. — Не поделитесь секретом, леди?

— Никаких секретов, — пожав плечами, сказала она. — Только опыт, который приходит с годами.

— Годами? — недоуменно переспросил Сокка, прищурившись одним глазом. — А вам вообще сколько, если не секрет?

— Сокка! — змеей зашипела Катара, выдав ему хороший подзатыльник. — У женщин такого не спрашивают!

— Ничего страшного, дорогая. Я уже знаю о характере твоего брата, — махнув ладонью, ответила Лянь Лянь, доброжелательно улыбнувшись. — Что касается возраста, то на самом деле это тайна, но тебе, милый, я могу рассказать. Хочешь?

При этом последнее слово было сказано с ТАКОЙ говорящей и бархатной интонацией, что даже мастер Пиандао невольно дернулся. Что уж говорить об остальных парнях (за исключением все того же Якона), у которых как раз начинался расцвет юности, а в крови бурлил целый океан гормонов.

— Да, — сказал Сокка, не заметив, как в уголках рта у него опять начала скапливаться слюна.

— Хорошо, — улыбнувшись и бросив еще один игривый взгляд на обладателя ирокеза, сказала женщина. — В этом году мне исполнится 43 года, поэтому, если хочешь, можешь обращаться ко мне "тетя Лянь".

Сказано это было настолько легко и воздушно, что бедный Сокка сначала даже не понял смысла услышанного. Но когда до него наконец дошло, что он только что пускал слюни на ровесницу собственной матери, его словно парализовало, лишив возможности пошевелиться.

Как и большую часть команды, шокированной лишь немногим меньше своего друга.

— А он забавный, — сказала Лянь Лянь, с улыбкой глядя на остолбеневшего паренька. — Лидер тут не соврал.

— Вижу, ты о нас много знаешь, — вступила в разговор Тоф, насупившись и скрестив руки на груди.





— Неужели дядя тебе все это рассказал?

— Верно, — ответила ей женщина, в очередной раз громко щелкнув веером. — По задумке Лидера именно я должна была встретить вас после прибытия на Архипелаг, если он будет слишком занят. Однако мы с вами несколько разминулись, и вам не повезло наткнуться на людей другого моего… коллеги, решившего утаить от меня знания о вашем прибытии.

— А другие доказательства есть? — подавшись вперед, спросил Якон. — Вы уж простите, "тетя Лянь", но нас учили не верить на слово незнакомцам.

— Какой ты серьезный и угрюмый, — хмыкнув, сказала женщина, которую обращение, сказанное больше в шутку, ни капельки не задело. — Прямо как твой отец, особенно когда злится. Что касается доказательств, то вот оно.

После чего она ловким движением руки достала из складок рукавов небольшой гладкий стальной цилиндр, заставив сидевшую напротив Тоф встрепенуться.

— Если честно, я так и не поняла, чем это поможет, но, по словам Лидера, вы сразу поймете, что делать, — сказала она, с ощутимым трудом подняв тяжелый тубус перед собой. Тот, повинуясь мимолетному движению плеча девочки, резко вырвался из ее рук и влетел прямо в ладонь юной Бейфонг.

— Это письмо, — всё сразу поняла Тоф, проведя руками по цилиндру. — Дядя вплавил в него послание. Его не способен прочесть тот, кто не владеет покорением металла и не способен чувствовать землю.

— На что способны только ты и он, — впервые за долгое время искренне улыбнулся Якон, подсев поближе к сводной сестре, пока с другой стороны пристроился Аанг.

— Ну, что там? — спросил неугомонный монах, не сводя взгляда со стального цилиндра.

Да, Тоф пыталась преподать ему основы покорения металла, но это оказалось бесполезно. У юного монаха и так были проблемы из-за его мягкой и уступчивой натуры, что делало покорение земли для него сложнее в разы. А тут — металл, требующий не только железобетонной твердости и неуступчивости, но и невероятной чувствительности, которой столетнему Аватару как раз и не доставало.

— «Тоф, если ты читаешь это письмо, то я потерпел неудачу, — начала говорить наследница Бейфонгов, выбивая мерную дробь из стальной цельнометаллической болванки. — Мне жаль, что я не смог встретить вас лично и показать все успехи, которых достигла моя Организация.

Однако время не терпит отлагательств. Хунань уже наступает нам на пятки. Если я хочу выжить, свергнуть Озая и наконец отомстить Азуле с ее подружками, не допустив лишних жертв, то нужно срочно получить силу того духа.

Да, я понимаю, какими опасностями и трудностями может обернуться моя затея, но в случае успеха война точно будет закончена. Поэтому я рискну, а получится или нет — мы узнаем позже. Если честно, я меньше всего на свете хочу, чтобы ты, Якон и остальные ребята в это ввязывались, однако я слишком хорошо вас знаю. Вы ведь ни перед чем не остановитесь, дабы достичь желаемого. Поэтому, если решите меня искать, то летите на юг. Там, на окраине Архипелага, есть небольшой остров Минако с его единственным городом. Начинать искать меня нужно там».

В очередной раз в этой комнате воцарилось неловкое молчание.

— Это все? — уточнил Якон, несколько раз прогнав в голове все услышанное и краем глаза заметив легкую странность: Зуко и Пиандао, стоявшие в стороне, разом побледнели, стоило им услышать название очередного острова, которых в Стране Огня были сотни.

— Да, — ответила Тоф, едва заметно кивнув и еще раз щелкнув мизинцем по цилиндру.

— Ясно, — кивнул ее брат, глубоко задумавшись, чем вызвал глубокое недоумение со стороны их командного стратега.

— Ясно? Что вам ясно?! — воскликнул Сокка, аж всплеснув руками от эмоций. — Лично мне ничего не ясно! Мастер Шайнинг оказался тем самым Лидером! В эти его "успехи", Организация, Хунань, даже Азула? Что это вообще значит?!

— Хунань — это тайная полиция нашего народа. Подобие земного Дай Ли, только беспрекословно подчиняющееся Хозяину Огня и ведущее охоту на дезертиров и предателей, — пришел к нему на помощь Зуко, уже вернувший прежний цвет своему лицу. — Именно они изначально должны были разобраться с этим террором, но раз он до сих пор идет, им это не удалось.

— Не совсем, — ответила все еще сидевшая чуть в стороне Лянь Лянь. — Им почти удалось нас уничтожить, вот только им не повезло встретиться с нашим Лидером в не самом… лучшем расположении духа. В тот день из них мало кто выжил.

— Стоп, стоп! — воскликнул Аанг, выставив вперед ладони. — Мастер Шайнинг кого-то убил? Но это же невозможно! Он же и мухи обидеть не способен!

На что сидевшая до этого неподвижно женщина сначала прыснула, а затем разразилась громким, пробирающим смехом, от которого у нее даже слезы в уголках глаз выступили.

— Ха-ха-ха… Ой… Лидер… Не убивает? — спросила она, глядя прямо в лицо удивленному Аангу. — Мы точно об одном человеке говорим?

— Точно, — вместо Аватара ответила Тоф, до хруста сжав кулаки. — Дядя всегда говорил, что человеческая жизнь бесценна. Он даже собственной жизнью готов был пожертвовать ради этих слов.

— Насчет жизни не спорю, вот только вы даже не представляете, насколько меняються люди, на собственном теле ощутив чужую жестокость, — с ухмылкой произнесла женщина, проведя большим пальцем по губе. — Хотите знать, как выглядел ваш мастер, когда подчинил себе всю преступность Архипелага и создал нашу Организацию? Седой, уставший, с телом, исполосованным шрамами от пыток. И с глазами, такими мирными и спокойными, что при первом же взгляде становилось ясно: он с легкостью убьет тебя, даже не моргнув. А это…

Тут она постучала по ошейнику, проиграв на нем незамысловатый ритм.

— Еще одно доказательство его жестокости, — сказала она, продолжая смотреть команде прямо в глаза. — Знали бы вы, сколько людей стали обладателями таких украшений и сколько из них лишились головы. Среди них даже была пара моих учениц, пытавшихся добиться большего, чем следовало.

Щелк…

На что Тоф просто махнула рукой. Последовал громкий щелчок, с которым металл раскололся на несколько кусков, осыпавшись на пол.

— Рассказывай, — не попросила, а приказала наследница Бейфонгов, не сводя своего невидящего взгляда с лица этой опасной женщины. — Как это произошло? Почему дядя стал таким?

— Как пожелаешь, юная госпожа, — ухмыльнувшись, ответила Лянь Лянь, с нескрываемым довольством потрогав свободную покрасневшую кожу шеи. После чего начался ее длинный, наполненный деталями рассказ.

Так, на то, чтобы описать появление и воцарение Шайнинга над всем преступным миром Народа Огня, ей потребовалось порядка часа. За это время ее пару раз останавливали и обрывали, почувствовав прямую ложь или попытки слишком обелить либо очернить определенных личностей. Поэтому "бедной" матушке всех столичных куртизанок пришлось смириться и заняться тем, что в ее профессии было равнозначно смерти, — начать говорить чистую правду.

По ее словам выходило, что когда террор только начинался, он имел совсем другие масштабы и методы. Точечные атаки, шантаж, подкуп, поджоги, уничтожение дорог, обвалы шахт и карьеров — всё делалось ради того, чтобы ослабить или нейтрализовать военную промышленность страны, не позволив Хозяину Огня посылать подкрепления на материк.

И это работало. Уже вскоре количество военных и транспортных кораблей, покидающих порты, уменьшилось втрое, а в самой стране начался резкий дефицит угля и железа — главного двигателя этой войны.

Да, простые люди страдали, ибо на остановленных или уничтоженных заводах не давали работу, в стране резко повысились налоги и подати, а также ввели военное положение, сильно осложнившее жизнь обычных работяг. Однако это были мелочи по сравнению с тем, что приходилось испытывать жителям Царства Земли весь последний век, что признал даже Зуко, во время рассказа не прекращавший хмуриться.

У самой же Организации, устроившей подобный террор, тогда почти не было проблем. Операции, продуманные и проведенные под прикрытием сильнейшего мага земли своего времени, почти всегда проходили без жертв, а Хунань просто не могла найти бунтовщиков, ибо банально не знала, как правильно действовать.

Слишком странными и необычными методами, не соответствующими своему времени, пользовался Шайнинг, чтобы организация, в последний раз сталкивавшаяся с серьезным врагом лет сорок назад, могла хоть что-то с ними сделать.

Это непонимание, а также незнание истинных возможностей Организации из-за тщательного заметания следов и позволили старшему Бейфонгу целый месяц вставлять палки в колеса самой могущественной в мире стране.

Однако всё хорошее рано или поздно кончается.

Так произошло и в этот раз — из Царства Земли вместе с подружками вернулась принцесса Азула, которой в срочном порядке переподчинили всю внутреннюю разведку и дали один простой приказ — найти и покарать виновника произошедшего.

Наследница Озая не стала мелочиться. Первым же делом она провела многочисленные обыски, аресты и рейды в промышленных районах с целью поймать хоть одного знающего человека из Организации. Людей хватали сотнями: мужчин, женщин, детей, стариков, богатых и бедных, а затем бросали в темные камеры городских тюрем, где тем приходилось молча дожидаться своей очереди на допрос.

Допрос, на котором новая подруга принцессы вместе со своими товарищами по ремеслу вытряхивала из них всю душу с одной простой целью — узнать хоть что-то о виновниках происходящего.

И это сработало, ведь вместо того, чтобы искать иголку в стоге сена, принцесса решила его спалить, дабы найти искомое. Коим оказался один "непримечательный" рыбак, бывший лидером немаленькой команды контрабандистов и обладателем неприметного стального ошейника на правом бедре. Одного взгляда на него принцессе хватило, дабы сложить два плюс два и понять, откуда росли ноги у их проблем.

Уже через неделю Катакомбы Столицы, являвшиеся базой и главным владением Шайнинга, начали брать штурмом правительственные войска. Сеча выдалась жесткой. Погибли два из пяти заместителей Организации, сотни простых людей и бандитов, практически весь боевой состав Хунань, а сами катакомбы почти перестали существовать.

Вот только в этом не было вины принцессы и ее людей. Главной причиной стал сам Бейфонг, у которого от одного взгляда на принцессу сорвало крышу.

Земля дрожала, стекло звенело, металл гнулся, а жар от лавы превратил узкие коридоры в настоящие печи. Такова была ярость одного из сильнейших покорителей своего поколения, открывшего к тому времени шесть чакр и пришедшего в неистовство при одном взгляде на своих мучителей. Причина подобного так и осталась неизвестна, однако Лянь Лянь собственными ушами слышала тот рев злости и ярости, исходивший от Лидера, а также клятву во что бы то ни стало поймать Азулу, а затем сорвать с нее шкуру.





В тот день принцессе, как и ее друзьям, с трудом удалось сбежать, лишь чудом выжив и отделавшись парой ожогов. Однако, насколько бы ни был силен Лидер, в одиночку он не мог прорваться сквозь многочисленную охрану и защиту дворца.

После случившегося управление Организацией полностью изменилось. Ушла используемая раньше общая координация. Вместо этого каждой ячейке дали полную свободу и стали лишь выдавать приказы, подкрепляя их одной простой угрозой — отменой визита Лидера в их отделение, что означало одно.

Неминуемую смерть, ведь без силы Шайнинга ошейники на их шеях, груди и других важных частях тела, размещенных так специально, дабы их сложно было найти, рано или поздно срабатывали. Зачастую с летальным исходом.

Страх оказался хорошим стимулом, особенно для бандитов. Даже слишком.

Боясь за свою жизнь, они не просто исполняли порученную им работу — они ее перевыполняли, делая террор по-настоящему кровавым, задевающим всех, от высокопоставленных военных до простых работяг.

Может быть, будь Шайнинг в тот момент немного спокойнее и собраннее, он наверняка заметил бы это и пресек на корню, однако в то время все его думы занимали совершенно иные вещи.

Как проникнуть во дворец и прикончить ненавистную ему девчонку?

Из-за этого он начал мотаться по всему Архипелагу, посещать храмы, библиотеки, старые святилища, общаться с мудрецами и учеными-одиночками. Всё ради того, чтобы найти духа, способного решить его проблему.

И у него это получилось. Буквально за пару дней до прибытия команды он наконец получил нужные ему сведения и отбыл, никому ничего не сказав.

То, что было дальше, ребята уже знали: продолжение террора, странные волны и появление могущественных темных духов, среди которых встречались точные копии самого Шайнинга, обладающие его силами и привычками.

В таких обстоятельствах вопрос "Что делать?" даже не стоял. Вся команда единогласно приняла решение лететь на остров Минако и спасать своего дядю, учителя и наставника, одновременно с этим решая проблему с духами, чье продолжительное буйство могло сначала разрушить Архипелаг, а затем перекинуться на весь остальной мир.





***





Спустя несколько часов.

В одной отдалённой комнате, где собралась вся команда.





— Сестра, ты же не всё рассказала? В письме было что-то еще? — тихо спросил Якон.

— Да, — подтвердила Тоф. — Дядя рассказал, где спрятал тайник со своими дневниками, документами и ключами, позволяющими контролировать Организацию. По его словам, именно за ними и за моей силой будет охотиться эта старуха.

— Значит, она хочет предать нас? — удивленно выдохнула лучшая отрядная целительница.

— Не хочет, а сделает, Катара. Это было ясно с самого начала, — хмуро отозвался ее брат.

— Ого. Не ожидал от тебя такого, Сокка, — усмехнулся юный Аватар. — Думал, ты на нее запал.

— Эй! Что за клевета, Аанг?! — возмутился воин Южного племени. — Как мне могла понравиться эта старуха? В моем сердце есть место только для Юи… И Суюки…

— Ты определись уже, сердцеед недоделанный, — фыркнула Тоф. — Иначе получишь отворот-поворот от обеих.

— Да знаю я, знаю… Кстати, Зуко, может, тебе тоже есть что сказать, особенно после услышанного?

— Да, но сейчас это не важно, — покачал головой обладатель шрама. — Вы должны знать другое.

— Что? — одновременно выдохнули все пятеро.

— Тот остров, Минако, не совсем обычный. Как и сам город, — серьезно произнес опальный принц. — Он называется Хира’а. Это родина моей пропавшей мамы.





Глава 14. Хира'а


100 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.Пять месяцев спустя после прибытия Шайнинга на Архипелаг.

Два с половиной месяца после начала террора.

Шесть дней до Дня Черного Солнца, меньше полутора месяцев до прилета кометы Созина.





Два дня спустя.





Где-то в небесах, где-то недалеко от города Хира'а, остров Минако, южный регион Архипелага.





Шелест ветра на высоте птичьего полета перекрывал мерный, тяжелый вздох Аппы. Огромный шестиногий зубр уверенно рассекал облака, двигаясь на юго-восток к небольшому, затерянному среди холмов южного острова поселению.

Хира'а.

Место, которое не каждый картограф нанес бы на карту, теперь стало конечной точкой долгих поисков людей, в руках которых была сила решать судьбу этого мира.

Вся команда Аватара летела в молчании, обычно им несвойственном. Ни черных шуток Тоф, ни ворчания Катары, ни возмущения Сокки, ни неловкого смеха Аанга. Все молчали, все еще продолжая осознавать их недавнюю встречу. Особенно один юный маг крови, обняв себя за колени.

Приемный сын Шайнинга сидел ближе к краю седла, буравя тяжелым, цепким взглядом проплывающие внизу верхушки деревьев. В его позе, движениях и даже взгляде читалось одно — нежелание. Нежелание верить, что его отец, тот, кто принял его, воспитал, научил покорению и стал настоящим примером для подражания, предал свои идеалы и стал убийцей, по вине которого гибли сотни, а то и тысячи людей. Невинных людей.

— Эй, братец, — негромко позвала Тоф, нарушая затянувшуюся тишину. — Хватит сверлить взглядом землю. Даже я чувствую, как ты напрягся.

— Все нормально, Тоф, — ответил он, даже не повернув головы, лишь сильнее прижав колени к груди. — Я просто… волнуюсь.

— За кого? За дядю? — спросила мелкая язва, криво усмехнувшись. — Ты же слышал, что сказала та старуха. Он жив, здоров, просто немного поехал крышей. Ничего, найдем его, хорошенько дадим по голове, и всё станет как прежде.

— Мне бы твою уверенность… — ответил ее сводный брат, через силу улыбнувшись. Ведь он понимал — сказанные только что слова Тоф предназначала не для него, а для самой себя. Глупая бравада, сказанная для собственного успокоения, и это понимали все, кто прямо сейчас летел на спине Аппы.

Поэтому предусмотрительно промолчали, переключившись на другую тему.

— Согласно картам, Хира'а прямо за тем хребтом, — произнес Сокка, разложивший на коленях потрепанный свиток и задумчиво почесывающий затылок. — Зуко, ты точно уверен? Место дикое и далекое. Как твоя мама вообще здксь встретилась с Хозяином Огня?

— Никак, — буркнул опальный принц, дернув щекой. — Он сам туда явился. Еще во времена правления дедушки. Специально за мамой.

— Она была красавицей, известной на весь Народ Огня? — предположила Катара полушутливым-полусерьезным тоном.

— Да. Мама была очень красива, — ответил ей Зуко, на лице которого мелькнула мягкая, полная нежности и теплоты улыбка… Которая сразу исчезла, стоило ему произнести следующие слова. — Вот только причина, почему дедушка решил выдать ее за моего отца, была иная. Она была правнучкой Аватара Року.

Тут все замерли, бросив взгляды в сторону Аанга, чья спина натурально закаменела.

— Мой дед верил, что это усилит династию, — продолжил рассказ принц, до скрипа сжимая руки в замок. — Верил, что среди нас появятся покорители, способные на равных сражаться с Аватаром.

"И в итоге родилась Азула" — этого никто не произносил, но все сразу поняли, как и боль, которую ощущал Зуко, произнося эти слова. Катара молча кивнула, поправляя воротник своей парки, Сокка прикусил губу, Тоф нахмурилась, Якон неопределенно повел плечами, а Аанг ощутимо скривился, чувствуя, как внутри всё завязывается в плотный, невыносимый комок.

Он отчетливо чувствовал это. Не сердцем. Чем-то более глубоким, сокровенным, связанным с его душой.

Хира'а.

Именно это место станет финалом их долгого приключения. Не поле боя под светом Черного Солнца. Не багровая Столица под рассекающую небо комету Созина, а здесь, в маленьком городке на краю мира, где им предстояло найти и хорошенько поговорить со своим давно потерянным наставником.

«Надеюсь, обойдется без крови», — подумал юный Аватар, а уже через несколько минут летучий бизон издал низкий, рокочущий рык и начал плавное снижение. Воздушные потоки свистели в ушах, а облака расступались, открывая вид на раскинувшийся в низине город. Точнее, это было развитое, крупное поселение, больше похожее на большое село без стен, надежно укрытое в кольце из вулканических холмов и густых лесов.

Когда лапы зубра коснулись твердой почвы на окраине за отдаленным холмом, команда быстро перебралась на землю и, не переговариваясь, направилась прямо в сторону жилых кварталов. Хира'а располагалось слишком далеко от торговых и военных путей, отчего террор, устроенный Шайнингом, его почти не затронул. А власти, чувствуя мощнейший дефицит живой силы, почти полностью отозвали гарнизон, распределив его по более важным направлениям.

Из-за этого у команды не было причин бояться засады, что дало возможность насладиться непривычной для них архитектурой. Сам город был выстроен из темного вулканического камня, а крыши устилала красная плотная древесина. Из-за этого с высоты птичьего полета поселение походило на огромную бордовую кляксу, испещренную десятками мелких улочек, вымощенных ровными булыжниками, которые змейкой уходили вверх по склонам холмов.

— А здесь… миленько, — заметила Катара, удивленно оглядываясь по сторонам.

Ее слова были понятны. В отличие от Столицы и остальных городов, тут не было привычной смеси металла и камня, а столбы густого дыма и пара не уходили в небеса, накрывая всё запахом горечи и жженого дерева.

Нет… Вместо этого на улицах пахло жареными специями, свежим хлебом и сырой землей после недавнего дождя. Ремесленники неторопливо сидели по своим лавкам, поигрывая в нарды или пай-шо, а из окон жилых домов доносились звуки струнных инструментов.

Местные жители, одетые в простые темно-красные одежды, провожали взглядом необычную компанию, но не спешили поднимать панику — город был настолько отдален от "большой земли", что свежие ориентировки еще не успели до него дойти, позволив команде спокойно ходить где им вздумается.

В разумных пределах, естественно…

— Что это? — на полпути обратился к Зуко Сокка, указав пальцем на массивное здание с резными деревянными колоннами, расположенное прямо в центре города.





— Городской театр. Старая традиция, распространенная на юге, — ответил принц, на чьем лице опять мелькнула мягкая улыбка. — Дядя говорил, что до замужества мама часто играла в нем… Пока отец не забрал ее отсюда…

— Мда… Как тут всё грустно оказывается… — пробормотал единственный обладатель ирокеза, заложив руки за голову. — Итак, что будем делать?

— Ты о чем? — Принц не сразу понял, о чем идет речь.

— Что делать-то будем? — переспросил Сокка, остановившись на месте. — Мы знаем, что мастер Шайнинг исчез где-то здесь примерно месяц назад. Но как и почему — не знаем. Нужно решить, куда идти дальше.

Тут все переглянулись и начали думать. Да, вопрос на первый взгляд казался простым, но команда, которая уже не раз и не два прогорала на подобных мелочах и на собственной шкуре знала, что иногда нужно думать хотя бы на несколько шагов вперед, прекрасно понимала: просто ходить и расспрашивать местных о наставнике будет глупо.

Во-первых, неизвестно, что тот успел натворить, учитывая, какие "художества" он творил на остальном Архипелаге. А во-вторых, назойливые расспросы могли спровоцировать местных, которые, хоть и не обращали на них внимания, в любой момент могли отправить драконьего кондора, и уже через пару часов здесь была бы Азула с половиной правительственной гвардии.

— Нам нужен местный староста, — после недолгих размышлений сказал Якон, развернувшись и направившись к одному из самых богатых и благоустроенных домов. — Хоть это и город, но по размерам — провинциальная деревня, а значит, староста будет знать обо всем, что здесь происходит.

— Главное, чтобы он был дома, — заметила Катара, словно к чему-то прислушавшись. — Слышите? Звуки со стороны театра. Видать, сегодня представление.

На что Тоф, шедшая чуть позади, прислушалась к вибрациям земли и уверенно продолжила путь вперед, не останавливаясь.

— Все нормально. Я чувствую его дом. Там один старый человек и ребенок. Скорее всего, это они, — сказала она, подходя к крыльцу, пока ее сводный брат начал медленно совершать пассы руками и ногами. Из-за этого взгляды жителей, провожавших их подозрительным взором, начали постепенно соловеть, а веки — тяжелеть, погружая людей в глубокий, беспробудный сон.

— Теперь нам точно не помешают, — ответил он на молчаливый вопрос Аанга и кивнул в сторону двери, как бы приглашая его постучаться.

В этот раз юный Аватар не стал ничего говорить, понимая, для чего это было сделано. Понимая, но не принимая.

Тук… Тук… — разнесся по улице звон железного кольца по дереву.

— Кто там? — послышался старый, уставший голос из-за двери.

— Извините, мы хотели бы с вами поговорить, — ответил Аанг, привычно заведя руки за спину. — Не могли бы вы нам помочь?

Из дома послышался шорох открываемой заглушки, и наружу выглянуло старое, обтянутое тонкой желтой кожей лицо с большими водянистыми глазами.

— Что вам нужно? — спросил, судя по богатой одежде, староста. — Вы гости? Когда прибыли? Если что-то нужно, то спросите у Джуна. Он обычно проводит время с гостями.

— Нет, нет, что вы, — ответил парень, улыбнувшись привычной жизнерадостной улыбкой во все тридцать два зуба. — Нам просто хотелось бы узнать, не появлялся ли тут недавно один мужчина? Высокий, зеленоглазый, с длинными волосами?

Хрясь!

Стоило Аангу произнести это, как лицо старосты сразу побледнело, а руки дернулись, стремясь побыстрее захлопнуть дверь. Но этому помешали ножны, вовремя протиснутые внутрь.

— Тихо, тихо… — сказал Сокка, легким движением клинка раскрывая дверь нараспашку, от чего бедный старик чуть не упал. — Значит, он был здесь, верно?

— Вам не стоит волноваться, — попытался было успокоить старейшину Аанг, помогая ему удержаться на ногах, пока остальные члены команды незаметно проникли в дом. — Мы не желаем вам зла. Наоборот — мы ищем этого человека, дабы остановить, а не помочь.

Глоть… — было видно, что этим словам старик поверил с трудом. Однако бешеная харизма, которой обладал юный Аватар, понимание, что, желай они ему зла, давно бы прикончили, а также один очень раздраженный взгляд, прожигающий ему затылок, смогли изменить его мнение.

— Б-был… — заикаясь, ответил он, с трудом усаживаясь в кресло. — Высокий, с тяжелым взглядом. Но он уже ушел.

— Когда? — едва не выкрикнул Якон, подавшись вперед.

— Почти сразу, как появился, — дал ответ старейшина, опуская взгляд в пол. — Исчез в джунглях. Только перед этим он зачем-то целенаправленно искал Норико и Норена, руководителей нашего театра. Расспрашивал, где их дом, а после его визита они просто исчезли.

— Норико и Норен? — Сокка нахмурился, переглянувшись с Аангом. — Тоф, Якон, вы знаете эти имена?

— Понятия не имею, — первая ответила Бейфонг, покачав головой.

— Я тоже, — ответил ее сводный брат, а затем обратил взгляд наверх, в сторону лестницы, ведущей на второй этаж дома. — Но, может, нам в этом поможет девочка, которая при упоминании этих имен так вздрогнула?

После чего практически одновременно раздался задыхающийся кашель старика, а также звук, с которым маленькое, хрупкое тельце кубарем слетает по лестнице, дабы случайно приземлиться прямо в центре того импровизированного круга, в который встала команда.

— Ой… — пролепетала маленькая черноволосая девочка, прижимая к себе потертую тряпичную куклу и смотря на ребят карими, заплаканными глазами. — А-а-а…

— Привет, малышка, — как можно мягче произнес Аанг, первый понявший ситуацию и опустившийся перед ней на одно колено. — Не бойся, мы тебя не обидим. Я Аанг.

Девочка еще сильнее вжалась в стену, шмыгая носом и испуганно переводя взгляд с Зуко, а точнее с его шрама, на Якона, чье спокойное лицо в устрашении мало уступало принцу.

— А меня зовут Катара, — вступила в игру синеглазая покорительница воды. Она присела рядом с Аватаром, мягко протягивая руку и проводя ладонью по спутанным волосам девочки. — Как тебя зовут? Мы тебя напугали?

— К-Кии… — едва слышно прошептала девочка, сильнее сжимая куклу.

— Она дочь Норена и Норико, — вновь вступил в разговор староста, встав и подойдя к малышке. — Я нашел ее в их доме пару недель назад. Ее мама велела ей спрятаться и ни за что не выходить после того, как к ним пожаловал тот гость.

Тут Якон нахмурился и, наклонившись, обратился прямо к девочке:

— Кии, к вам приходил человек с зелеными глазами и длинными волосами? — голос его прозвучал глухо, но твердо. — Что он сделал?

— Якон, полегче, ты ее пугаешь, — одернула кузена Тоф, хотя сама внимательно "слушала" вибрации сердца девочки. — Малявка, этот дядя ведь не причинил тебе вреда?

Кии покачала головой, утирая слезы кулачком и поджимая губы. Вместо нее ответ дал старейшина:

— Нет... По ее словам, этот мужчина не начинал драку. Он просто зашел в дом, начал разговор с Норико, а затем ни с того ни с сего назвал ее совсем другим именем.

— Каким именем? — недоуменно переспросил Сокка, по лицу которого так и читалось:

"Я вообще не понимаю, что здесь происходит".

— Урсой. Он назвал ее Урсой, — тихо ответила Кии, заставив всех членов команды разом вздрогнуть и бросить шокированные взгляды в сторону Зуко. — Я помню… Он сказал: "Я знаю, кто ты, Урса. Мне нужны ответы касательно того духа".

Сказать, что принц был обескуражен, — значит сильно приуменьшить ту бурю эмоций, которая бушевала внутри него в тот момент.

Урса… Имя его матери, которое он уже не думал услышать. И где? В Хира'а, на ее родине. Да, воистину, у Небес слишком черное чувство юмора.

— Когда он это сказал, мама очень испугалась, — тем временем продолжала свой рассказ малышка. — Она стала плакать и говорить, что она Норико, что она не знает никакой Урсы и никогда не слышала этого имени. Но этот человек... он просто стоял и слушал. Спокойно так, даже не злился.

— И что было дальше, Кии? — спросил Сокка, не сводя завороженного взгляда с ее лица. История становилась все интереснее и интереснее. — Куда они делись?

Девочка снова шмыгнула носом, готовая вот-вот расплакаться, и Катара ободряюще улыбнулась ей, передавая бурдюк с чистой водой, чтобы малышка могла сделать глоток и успокоиться. Девочка попила и указала ручкой в сторону окна, за которым высились темные горные хребты, даже в такой солнечный день укрытые густыми туманами.





— Он еще немного простоял на месте, а затем сказал маме и папе, что им придется пойти с ним, — тихо продолжила Кии, крепче прижимая к себе куклу. — Папа не хотел. Ругался. Но тот человек топнул, что-то зашуршало, а затем они замолчали.

Тут она не выдержала и вновь расплакалась, заливая слезами плечо обнимавшей ее Катары.

— Когда я ее нашел, то заметил на первом этаже две небольшие ямы, — вступил в разговор староста, смотря на бедняжку с нескрываемым сочувствием. — И следы. Одну пару. Они вели туда, в горы, где туман.

Воцарилось молчание. Все думали и анализировали услышанное, пытаясь понять, что тогда произошло. Неудачно — слишком мало было знаний.

Первым тишину разорвал Зуко, держа подрагивающую ладонь на рукояти своих любимых двойных клинков.

— Урса... — хрипло прошептал он, чувствуя во рту привкус стертой эмали. — Откуда? Почему он так ее назвал?

— Зуко, ты в порядке? — спросил у него обеспокоенный Аанг, потормошив за плечо.

— Моя мать... — произнес принц сквозь зубы. — Я не упоминал этого, но ее тоже звали Урса. Вы понимаете? Может быть, это как-то связано с моей мамой…

— Или это просто совпадение, причин которого мы не понимаем, — заметил Сокка, проводя рукой по подбородку.

— Слишком много совпадений, чтобы быть случайностью, — возразил ему Якон, скрестив руки на груди. — Видимо, это точно взаимосвязано.

— Дядя всегда знал больше, чем должен, — сказала Тоф, задумчиво смежив веки. — Может, и в этот раз он видел то, чего не видим мы, и использовал это?

— В любом случае всё, что нам остается, — это следовать за ним. Но не только чтобы остановить, но и чтобы спасти Норена и Норико, — подвел итог Аанг, а затем, повернувшись к старосте, внес предложение, которое удивило даже Сокку:

— Извините, но можно ли нам осмотреть дом? Поискать зацепки, дневники, письма. Всё, что сможет помочь нам нагнать наста… кхм, неизвестного?

— Конечно, — ответил староста, сделав вид, что не заметил оговорки. — Идите. Их дом на юго-восточной окраине деревни, как раз напротив тех самых туманных гор.

— Благодарю, — кивнул Аанг, склонив голову, и уже развернулся в сторону двери, как ему в спину долетел просящий… нет, умоляющий голос малышки Кии:

— Верните моих маму и папу… Пожалуйста.

— Обязательно, — одновременно ответили ей Катара, Якон и Зуко, тоже последовав на выход.

— Не волнуйся, мелочь, — хмыкнула Тоф, вместе с Соккой направившись за ними. — Мы быстро справимся и вернем твою родню. Ты даже пикнуть не успеешь.





***





Сами поиски искомого дома не заняли много времени, как и его обыск. Тоф простукивала стены в поисках тайников, Якон поднимал половицы, а Аанг и Катара аккуратно перебирали театральные костюмы и личные вещи в шкафах. Сокка заглядывал под каждую полку, а Зуко осматривал спальни и небольшой внешний двор. Вся команда усердно искала хоть какую-нибудь зацепку, однако дом актеров хранил лишь парочку бытовых секретов: старые сценарии, счета за ткани для занавеса да рецепты мазей. Никаких следов "прошлой жизни" Норико, никаких писем из столицы Народа Огня. Абсолютно ни-че-го.

— Пусто, — констатировала Тоф, тяжело вздохнув и оперевшись на деревянный косяк. — Стены чистые, тайников нет. Обычный дом обычных актеров.

— Значит, ответы знает только отец, — сказал Якон, становясь рядом. — Хватит терять время. Нужно идти в горы, как можно быстрее.

На что команда лишь кивнула и слаженно двинулась к выходу из дома, готовая сорваться на бег в сторону Аппы, как вдруг Тоф резко вскрикнула и отпрянула назад, выставив руки в защитной стойке.

— Стойте! Назад! Земля... я его чувствую!

И прямо перед воротами, преграждая им путь на улицу, бесшумно соткалась человеческая фигура. На "незнакомце" было длинное, струящееся красное ханьфу, колыхавшееся на порывах несуществующего ветра, его лицо скрывала абсолютно гладкая, безликая белая маска без прорезей для глаз и рта, а от него самого веяло таким потусторонним холодом, что по спинам ребят невольно пробежал табун мурашек.

Дух.

Еще один дух, с копией которого они сражались вместе с Пиандао и лишь чудом победили, появился перед ними. И, судя по занимаемой им стойке, его намерения были далеки от мирных.

— Так, не боимся! — крикнул Аанг, выставляя вперед посох и готовясь к неминуемому бою. — Мы уже победили один раз! Сделаем это снова!

Слова были излишни — каждый член команды знал, какой силой обладает враг, поэтому решительно двинулся вперед, готовясь к бою.

— Давай! — первой решила атаковать Тоф, радуясь боевому настрою своего ученика, и с яростным криком топнула ногой.

Мгновение — и земля под ногами неизвестного духа превратилась в жидкую грязевую ловушку, нарушая его баланс и вынудив тратить время, дабы вернуть равновесие.

— Аанг, сейчас! Прибей его к земле! Зуко, шпарь огнем! — крикнул Сокка, доставая из-за пояса верный бумеранг и готовясь к броску. — Катара, Якон, готовьте изгнание! Мы дадим вам окно для удара!

Никто не стал спорить.

Раз — и Аватар взмыл в воздух, раскручивая свой планер быстрыми движениями запястий. Два — и мощный, концентрированный поток спрессованного воздуха обрушился духу прямо на плечи, вдавливая в жидкую землю и не давая восстановить стойку.

Три — и Зуко, взяв в руки свои любимые клинки, яростно зарычал и выбросил вперед руки, создавая массивный огненный вихрь, сразу усилившийся благодаря поддержке Аанга. Четыре — и комбинированная атака воздуха и пламени намертво прижала духа к земле, причинив немало боли. Ткань его красного ханьфу начала тлеть, а из-под безликой белой маски раздался глухой, яростный рык.

Будь на его месте обычный человек, он бы быстро умер, превратившись в обугленную головешку, однако против них был дух. Самый настоящий дух, которого нельзя было убить так просто.

Катара и Якон понимали это лучше всех, быстро синхронизируя свои движения и концентрируя вокруг себя воду из окружавшего их воздуха. Встав спина к спине, два покорителя воды начали плавно вращать руками, заставляя потоки светиться мягким, чистым внутренним светом, напитывая их собственной, положительной Чи.

— Мы должны окружить его! Дайте нам время! — крикнула Катара, в одиночку удерживая водяное кольцо вокруг себя.

— Я сковываю его движения, ты бьешь! — отозвался Якон. Он сделал резкий выпад вперед, направляя струю воды прямо под ноги духу, намертво примораживая его ступни к каменному основанию двора.

Если бы всё было так просто… Дух Шайнинга, прекрасно понимая, что его зажали в тиски, не собирался сдаваться. Преодолевая боль и ветер, он резко вскинул голову, и острые белые шипы с сухим треском прорвали ткань на его спине, веером выстрелив во все стороны, заставив Тоф и Аанга резко закрываться каменными щитами.





— Какого черта?! — шокировано воскликнула слепая девушка, впервые столкнувшись с такой магией.

— Не знаю, — ответил ей Якон, точными выстрелами ледяных капель сбивая неизвестные им копья. — Но времени нет. Нужно заканчивать. Срочно.

И, повинуясь воле своих покорителей, потоки светящейся воды ударили прямо в грудь скованного противника. В тот же миг, как духовная техника коснулась красного ханьфу, над Хира'а раздался рев, полный нежелания и боли. Воздух завибрировал, земля заходила ходуном, а кости всех ребят начали мелко подрагивать, едва не сбив концентрацию на ката.

— Еще немного! Держись, Якон! — сквозь зубы крикнула Катара, чувствуя, как ее внутренности сдавливаются, а мышцы бьются в агонии, не в силах найти опору.

— Я держу его! Давай! — крикнул маг крови. Из его глаз начала сочиться кровь, но руки остались тверды. Всё благодаря власти, полученной с помощью покорения собственного тела.

Аанг, Тоф и Зуко тоже не остались в стороне. Они втроем продолжали давить со всех сторон, не давая неизвестным шипам, вылетавшим из духа, попасть по ним.

А ведь победа была так близка. Их прошлый опыт сработал на сто процентов: дух сломался под их напором, а позитивная Чи вымывала темную сущность, отправляя ее в небытие. Понемногу. Постепенно.

Лодыжки, колени, бедра, живот, грудь, шея, скулы и...

Внезапно Тоф резко вскинула голову, и ее лицо побелело от ужаса.

— Назад! — крикнула она, но было поздно. Каменный пол во внутреннем дворе дома с оглушающим ревом взорвался изнутри, а из образовавшегося разлома, прямо между магами Катарой с Яконом и почти развоплощенным духом, вырвался огромный, отливающий краснотой кристалл. Водяные потоки были мгновенно оборваны, а ребята разлетелись в стороны из-за каменных обломков, разбросанных повсюду.

— Вот зараза… — прошипела Тоф, как единственная оставшаяся на ногах, чувствуя, как в груди все быстрее бьется сердце.

И было от чего. Там, посреди поднявшегося облака из каменной крошки и сверкающей пыли, плавно соткалась вторая человеческая фигура. На ней было такое же длинное, струящееся ханьфу, такого же красного, как свежая кровь, цвета, с такой же безликой белой маской без глаз и рта.

Поставь их рядом — и не отличишь, где новый, а где старый. Вот только изящество, а также положение ног выдавали в новоприбывшем того, с кем Тоф хотелось встречаться в последнюю очередь. Ведь это был дух, управляющий кристаллом.





— Какого черта?! Их двое?! — вскрикнул Сокка, который едва успел уклониться от острого шипа, насквозь пробившего деревянную балку у него над головой.

Никто ему не ответил.

Команда, полностью выложившаяся ради ритуала изгнания, оказалась абсолютно не готова к появлению второго противника, обладающего совершенно иной, разрушительной магией. Тоф попыталась перехватить контроль над кристаллами, но стоило ей сделать шаг, как обугленный дух резко ударил вперед, завершая стремительное ката. Три белоснежных копья пронзили ее одежду, подхватили и со всей силы ударили о дерево, намертво приковывая к нему.

— Тоф! — крикнул Аанг, рванув на помощь к подруге, но кристальный дух оказался быстрее.

Взмах широкого рукава — и повсюду веером разлетелись тысячи острейших хрустальных игл. Они с Зуко попытались сжечь их встречным потоком пламени или отклонить ветром, но кристаллы оказались гораздо крепче, с легкостью настигнув свою добычу и превратив ребят в нашпигованных ежей.

— Аанг! — воскликнула Катара, которая вместе с Яконом попыталась подняться, дабы снова атаковать водой, но их новый противник уже завершал свою финальную форму.

Миг — и его запястья соединяются в замок, и из земли вокруг ребят мгновенно смыкаются тяжелые, непреодолимые кристальные полусферы, намертво замуровывая их в прочные гробницы. Отрезанная от воздуха и света, лишенная пространства для маневра, изнуренная команда Аватара ничего не смогла сделать.

Уже через несколько секунд их изнуренные сознания начали гаснуть, а вскоре в сферах остались лежать пять неподвижных тел. Команда Аватара потерпела быстрое и сокрушительное поражение.





